Зимняя история. (Не)Добрый Санта. Юмористический рассказ

Зимняя история. (Не)Добрый Санта. Юмористический рассказ

07.01.2021, 10:00

(Не)Добрый санта. Мария Милюкова

Аннотация:

Жил был волк. Обычный такой волчара: серая шерсть, бок в подпалинах, уши ломаные, шрам над губой. Характер имел скверный и вспыльчивый.

Работа у волка была рисковая, должность – трудновыговариваемая. Потому наниматели называли его коротко: Кейн.

Последнее в этом году задание Кейна было на редкость простым: вручить посылку адресату. В пожелании нанимателя был только один пункт: доставить его нужно до Нового Года, а если точнее: не позднее, чем за минуту до полуночи.

Что может пойти не так?! Самая малость: посылка может удрать!

Придется волку подружиться с говорящим котом, заключить сделку с евреем-перекупщиком, влюбиться и примерить костюм Санты, попутно раздавая подарки: кому в челюсть, кому поддых.

Пролог.

1 января. 2 часа после полуночи.

– Что произошло?– Тяжело вздохнул молодой полицейский и дежурно раскрыл блокнот: никому не нравится выезжать на вызов в Новогоднюю ночь, но именно ему выпала та самая короткая спичка.– Вы видели, кто на вас напал?

– Громила.– Огромный мужик лежал на каталке скорой и баюкал ломаную руку.– Огромный громила. Очень злой.

Полицейский осмотрел двухметрового гиганта и с удивлением разглядел на его лице слезы. Это прикол какой-то?

– Описать сможете?– Все же спросил он.

– Да.– Мужик всхлипнул и поморщился от боли.– Обычный, волосы длинные, как у бабы, злой. Он вырубил охрану и проник в тридцать шестую квартиру.

Полицейский почесал ручкой лоб и оглянулся, рассматривая жильцов вышеупомянутой квартиры. Худенькая миниатюрная женщина стояла около дверей и прижимала к себе дочь. Девочке на вид лет семь. Волосы светлые, глаза голубые, платье простое, не праздничное. Малышка держала на руках большого рыжего кота и улыбалась.

– Он ограбил их?

– Нет.– Взревел потерпевший и попытался встать, но лишь со стоном повалился обратно на каталку.– Он выбил дверь и ушел. А старик и кот ему помогали.

– Старик?– Полицейский все больше сомневался в адекватности мужика. Спиртным от него не пахло. Может, колес наглотался.– И кот?

– Да.– Потерпевший ткнул пальцем в сторону девочки.– Вот этот кот подсказывал ему, куда бить, а старик постоянно твердил о своей Саре. Кто это – Сара?

– С ними была женщина?– Полицейский захлопнул блокнот и нахмурился.– Скажите, вас били в голову?

– Били- били.– Радостно закивал мужик.– И в голову били, и по яйцам.

– Понятно.– Он покрутил пальцем, давая знак санитарам, что подозреваемого можно увозить и желательно целенаправленно в психушку.– Не волнуйтесь, разберемся.

Глава 1.

31 декабря. Почти сутки до Нового года.

В баре было шумно: звякали бокалы, вскрикивали довольные фанаты, хихикали официантки. В воздухе витали ароматы кислого пива, соленых орешков и пота.

Это был хороший бар, настоящий.

Кейн оглянулся через плечо, лениво скользнув взглядом по телевизору, закрытому решеткой: неудачная попытка уберечь технику от ярости перепивших гостей.

– Здравствуйте, мистер Кейн.– Дребезжащий старческий голос прервал мысли.

Оборотень покосился направо и отпил пиво. Это еще кто такой?

– Вы же мистер Кейн?

Старик казался настырным, и уходить явно не собирался. Более того, он забрался на высокий барный стул и облокотился на стойку с явным намереньем встретить тут свою смерть.

– Допустим.– Вздохнул оборотень и отставил бокал.– И?

– Я хотел бы воспользоваться вашими услугами.

Кейн нахмурился, осматривая новоиспеченного нанимателя.

Старику лет семьдесят, седой, как лунь, резная трость стоит рядом, прислоненная к столу. От него исходил резкий аромат табака и скотча: дорогих сигар и дорогого скотча.

– И?– Снова повторил он вопрос. К черту матч и телевизор: дед его заинтересовал. Было в старике что-то странное, что-то необычное, притягивающее взгляд.

– Я готов заплатить.– Сморщенная ладонь протянула ему конверт.

Кейн втянул ноздрями воздух: пятьсот евро мелкими купюрами – все, как он любит. Интересно!

– Мало.– Оборотень отвернулся от нанимателя, хотя прекрасно понимал: он согласится на его предложение в любом случае.

– Дак и работа простая.

– Мало.– Упрямо возразил он.– Увеличьте гонорар вдвое.

– Вы даже не знаете, что я хочу вам предложить.– Удивился старик, но попытки уйти не предпринял.

Кейн вздохнул и снова повернулся к деду.

– Ваша трость уникальна: ручная работа, сделана на заказ. Судя по рукояти – девятнадцатый век, по запаху – внутри есть металл, скорее всего, кинжал. Вы носите костюм из шерсти очень высокого качества, рубашку из египетского шелка, швейцарские часы и английские очки. Вы очень обеспеченный человек, но все же пришли на встречу без охраны,– он помедлил.– Нет, с охраной: двое ждут на улице. Работа не стоит того, что лежит в этом конверте. Удвойте задаток, а дальше посмотрим.

– Хорошо.– Наниматель согласился подозрительно быстро и улыбнулся.– Остальной расчет после выполнения.

Кейн нахмурился, но все же кивнул:

– Договорились. Счет выставлю по факту. Что я должен сделать?

– Посылка.– Вздохнул старик.– Вы должны доставить посылку.

– Подробнее?

– Вес десять килограмм, тридцать на пятьдесят сантиметров, адрес местный, вручить Джейн, Джейн Доу.

– Доу?– Переспросил Кейн и впервые за вечер улыбнулся.– Как в фильме?

– Как в фильме.– Старик прищурился.– Возьметесь?

– Фото адресата есть?

– Есть.– Наниматель вытащил из нагрудного кармана рубахи фотографию и протянул ее оборотню.– Передать лично в руки.

С фото на Кейна смотрела девочка лет семи. Светлые кудряшки обрамляли круглое личико, а яркие лучистые глаза светились восторгом и наивностью.

– Это ребенок.– Констатировал оборотень и удивленно посмотрел на старика.– Что в посылке?

– Подарок на Новый год.– Уклончиво ответил наниматель.– Ничего такого, что навредит ей.

– Подарок?– Кейн нахмурился и наклонился к старику, будто хотел прошептать ему на ухо великую тайну бытия.– Вы нанимаете меня для роли Санты?

– Да, мистер Кейн.– Наниматель кивнул.– Маленькой девочке подарки вручает Санта.

– Вы знаете, кто я?– Спросил оборотень, отходя от шока. Дед хочет его унизить или подставить?

– Знаю, мистер Кейн.– Старик грустно улыбнулся.– Я знаю природу вашего таланта, знаю, где вы служили и на кого работали. Поверьте, я тщательно выбираю тех, кому плачу.

– Знаете и все же просите напялить на себя красную шубу и бороду?

– У меня есть одно условие: посылка должна быть доставлена не позже, чем за одну минуту до полуночи.– Произнес старик и легко соскользнул со стула.– Адрес и посылку возьмете у Абрама Моисеевича. Знаете его?

– Его знают все.– Угрюмо ответил Кейн.– Только я еще не согласился на эту работу.

– Согласились, молодой человек.– Старик улыбнулся.– Даже оборотни любят Новый год.

Пока Кейн осмысливал то, что услышал, дед вышел.

Глава 2.

31 декабря. 3 часа утра.

У Абрама Моисеевича была своя антикварная лавка: маленькая – всего на две комнаты. В первой стояли полки и стеллажи, заваленные битыми статуэтками, ломаными игрушками и китайскими часами. На ценниках красовались цифры с таким количеством нулей, что за тридцать лет существования магазина не было зафиксировано ни одной продажи. Во второй комнате стоял стол, стул и старая печатная машинка.

Тем не менее, дела у Абрама Моисеевича шли прекрасно: от клиентов не было отбоя, как впрочем, и от налоговиков и контрольных закупок полиции.

Секрет успеха был прост: лавка антиквариата служила ширмой для его не совсем законной деятельности. Абрам Моисеевич был перекупщиком. Или менялой. Или барыгой. Да кем угодно, лишь бы за его услуги платили.

Кейн частенько обращался к нему за помощью. Чаще всего: продать что-то, чтобы купить нечто у него же.

Но чтобы еврей для кого-то стал почтальоном: такое оборотень слышал впервые.

Кейн открыл дверь в лавку, привычно зажал рукой колокольчик под потолком, извещающий о приходе клиентов, и прошел к кассе.

– Шалом, молодой человек.– Старый еврей выплыл из неприметной двери, ведущей в тайную третью комнату, и улыбнулся. Да так широко, что оборотень на секунду задумался, не задолжал ли чего еврейскому проныре.

– И вас туда же.– Привычно буркнул в ответ.

– Таки я имею радость видеть вас.– Снова расплылся в улыбке Абрам Моисеевич. Кейну совсем поплохело: точно, где-то задолжал!– Начнем-с?

– Можно.– Осторожно ответил оборотень и на всякий случай оглянулся: за спиной никого не было, как, впрочем, и в лавке.

– Так, так,– еврей плюнул на палец и погрузился в старую замусоленную временем тетрадь, старательно выискивая нужную запись.– Шо тут у нас? У нас тут заказ на доставку.

– Угу.– На всякий случай поддакнул Кейн.

Не дай Боги, перепутает чего и отправит в Зимбабве искать правый палец левой ноги почившего шамана!

– Адрес тут.– Абрам Моисеевич показал оборотню бумагу, удостоверился, что он прочел надпись и тут же сжег ее над свечей.

Черный пепел рассеялся по прилавку, подхваченный сквозняком.

– Квартира тридцать шесть, получатель – юная леди Джейн Доу.– Тетрадь перекочевала к Кейну.– Поставь подпись… таки вы большой молодец! Шоб я так жил, как вы смелы.

Оборотень ничего не понял, но настроение все равно поднялось. Адрес был ему знаком. Дом находился всего в паре кварталов от лавки: старая высотка с вечно дремлющим консьержем на входе.

На все про все уйдет минут тридцать, он даже успеет заглянуть в бар, пока туда не набегут толпы ряженых людей с петардами и фейерверками подмышками.

– Посылка где?

– Где-то тута.– Абрам Моисеевич захлопнул тетрадь, убрал ее в ящик под прилавком и развел руками.– Он таки обиделся, шо я подал ему несвежее молоко и удрал.

– Не понял.– Кейн нахмурился.– Кто удрал? Посылка?

– Как говорила моя Сара: не кидайте брови на нос, а ищите котика.

Оборотень цокнул языком, сдерживая ярость:

– Я должен доставить ребенку ее кота?

– Не обычного кота, молодой человек.– Абрам Моисеевич выкатился из-за прилавка и посмотрел на Кейна снизу вверх.– Котолак – очень редкое создание. Они упрямы, своенравны и обидчивы. Но вернее друга вы не найдете.

– Кажется, я сильно продешевил с заказом.– Оборотень тяжело вздохнул и присел, рассматривая запыленный пол под стеллажами.– Кис-кис-кис!

– О, не беременейте мне мозг!– Еврей пошатнулся, хватаясь за сердце.– Его зовут Изя и у него острые когти!

– Он тоже еврей?– Кейн заглянул за прилавок.– Как он выглядит?

– Как котик.– Абрам Моисеевич удивленно приподнял брови.– Ви таки знаете, как выглядят котики?

– Примерно. Окрас какой?

– Рыжий. Ви думаете, что в моей лавке таки много котолаков? Он один и мне поскорее хочется вернуть его отсюда!

– Тогда ищите!– Оборотень прикрикнул на еврея громче, чем хотелось. Но к его немалому удивлению, Абрам Моисеевич не обратил никакого внимания на его тон. Он с таким воодушевлением присоединился к поискам, что Кейн понял: избавиться от животного стало смыслом его жизни!

Глава 3.

31 декабря. 4 часа утра.

Кот нашелся сам. Минут через сорок. Когда Кейн и Абрам Моисеевич по третьему разу заглянули на все полки, под стеллажи и в закутки, мурлыкающий тонкий голосок сварливо подсказал откуда-то сверху:

– Посмотрите за печатной машинкой, вдруг оно там?

– Смотрел!– Абрам Моисеевич с трудом разогнул спину и выпрямился.– Я таки смотрел везде, но он будто испарился.

– А что вы ищите?– Снова поинтересовался незнакомец.

– Таки котика.– Еврей зачем-то приподнял с полки старые наручные часы, будто кот мог спрятаться под ними.

Тяжелая ладонь Кейна зажала Абраму Моисеевичу рот прежде, чем он успел продолжить разговор.

– А кто это говорит, не думали?– Прошипел оборотень.– Не моя ли «посылка»?

– Какая посылка?– Котолак выглянул с верхней полки и с любопытством пошевелил длинными роскошными усами.

Кейн резко схватил кота за шкирку, зажал лапы и прижал к себе под какофонию его возмущенных воплей.

– Десять килограмм, тридцать на пятьдесят сантиметров.

– Произвол!– Истерично заорал Изя.– Какие десять килограмм? Во мне нет и семи!

– Ой, вей,– Абрам Моисеевич облокотился на стеллаж и промокнул платком пот со лба.– Молодой человек, не рвите мне нервы, таки отпустите котика.

– Этот котик – моя работа.– Кейн встряхнул котолака и зашипел, сдерживая ярость.– И я доставлю его по адресу.

– Я буду жаловаться!– Снова заорал Изя.– Волки совсем охамели!

– Слушай, ты, рыжий клубок шерсти.– От проникновенного голоса Кейна остолбенел даже старый еврей.– Наниматель не упоминал о том, что посылка должна быть вручена девочке живой и невредимой. Так что, не зли меня!

– От тебя воняет псиной!– Насупился кот, но все же перестал вырываться.

– А от тебя рыбой. Но я же молчу.

Кейн засунул котолака запазуху и уже направился к двери, но резко остановился. Лавку наполнил визжащий рев. Изя запел! В ноты не попадал, но эту промашку с лихвой компенсировал громкостью и старанием.

– Меня сковали цепями,

 Меня избили кнутами!

 Прошу лишь свободы-ы

 Да хлеба чуток!

 Меня на галеры отправят,

 Меня помоями травят!

 Но я сбегу-у,

 Как закончится сро-ок!

Последняя строчка вышла особенно рвущей душу: Кейн услышал, как вдалеке завыли собаки, вторя коту.

– Ты что делаешь?– Оборотень нахмурился.– Затянуть пасть скотчем?

– От тебя воняет!– Снова насупился Изя.– Я не хочу всю дорогу сидеть у тебя под курткой!

– Да кто тебя спраш…

– Меня сковали цепя-ами…

– Ладно.– Кейн примирительно поднял руки.– Как предлагаешь тебя нести?

– Не «как», а «кто».– Котолак хитро прищурился и посмотрел на еврея.– Он.

– Я-а?– Возопил Абрам Моисеевич и побледнел.– За что?

– За молоко.– Изя ударил Кейна по руке и легко запрыгнул ему на плечо.– Кто пожалел для котолака сливок?

– Я таки имею, шо вам сказать!– Еврей подбежал к Кейну и задрал голову, рассматривая кота.– Моя Сара не отпустит меня! Она так и говорит: «Абраша, не ходи пешком. Ты простудишься и натрешь себе мозоль, как у дяди Семы».

– Давайте его вырубим.– Предложил оборотень, понимая, что теряет терпение.– Вколем ему снотворное. У вас есть?

– У меня таки есть все, но с котолаком это не поможет.

– Почему?

– Потому что оно на меня не подействует.– Изя обернул хвост вокруг шеи Кейна, заставив последнего поморщиться.– К тому же, я вам пригожусь.

– Нам?– Нехорошо прищурился оборотень.

– Вам.– Промурлыкал котолак.– Ты – сила, я – мозг, Абраша – тачка.

– Абрам Моисеевич.– Поправил Изю еврей.– И почему таки я – тачка?

– Носильщик, такси, извозчик.– Рыжий хвост напрягся, сжимая горло оборотня.– А еще он очень много говорит. Может быть приманкой. Или отвлекающим фактором.

– Для кого?– Кейн сузил глаза и впервые внимательно и серьезно посмотрел на котолака.

– Для тех, кто захочет тебя остановить. Оборотней твоего уровня просто так Сантой не нанимают. А теперь можно мне сливок?

– Ох, вей,– еврей закатил глаза.– Моя Сара таки меня убьет!

Глава 4.

31 декабря. 5 часов утра.

Сара Абрама Моисеевича не остановила. Но это не помешало ей долго отчитывать его по телефону. Старый еврей только кивал и хватался за сердце, иногда вставляя в разговор короткие емкие фразы типа «ой, вей» и «вей-вей».

– Почему Изя?– Кейн развалился на стуле, к слову единственном в лавке, и лениво посмотрел на огромного кота.

Котолак дернул ухом и поморщился:

– Это аббревиатура. Исключительный замечательный я. А твое имя как переводится?

– Как Кейн.– Оборотень нахмурился, наблюдая, как Изя встал и с кряхтением потянулся, выпячивая пушистый зад.– Кто на тебя охотится?

– Кто только не охотится.– Кот снова лег на прилавок и положил огромную башку на лапы.– Оборотни охотятся, власти охотятся, банды всякие и ученые. Я этот, как его, уникальный индивид!

– И после того, как ты окажешься у ребенка, вся эта толпа перестанет тобой интересоваться?

– Точно.– Кот зажмурился.

Оборотень ему не поверил, но и настаивать на ответе не стал. Не его проблема! Хотя, голубые доверчивые глаза ребенка что-то разбудили в его душе. Кейн волновался за будущее кудрявой малышки.

– Ви таки еще тут.– Абрам Моисеевич появился на пороге и поцокал языком.– Я так надеялся, шо ви ушли и мне придется вас догонять!

– Мы заботимся о твоих мозолях.– Изя приоткрыл один глаз.– Идем?

– Таки да.– Старый еврей выудил из-под прилавка черную шляпу с приклеенными к полям двумя косичками, и водрузил ее на голову.

В этот момент колокольчик над входной дверью забренчал. Тяжелые шаги троих человек разнеслись по комнате.

Котолак тут же шмыгнул за спину Абрама Моисеевича, растворяясь в темноте дальней комнаты.

– Таки ви хотите часики?– Еврей помахал перед носом Кейна китайской пластиковой подделкой, неизвестно как оказавшейся в его руке.– Торг не уместен. От сердца отрываю, шоб ви знали!

Кейн перевел взгляд, рассматривая в отражении стеклянного циферблата людей.

Короткие стрижки, черная спецовка, судя по шагам, на ногах – берцы.

– Чем могу помочь?– Абрам Моисеевич улыбнулся гостям так, словно увидел осыпанных бриллиантами должников.– Купить, продать, обменять?

– Где кот?– Глухой бас резанул уши. Оборотень поморщился: он точно не успеет сегодня в бар.

– Таки какой котик?– Еврей масляно улыбнулся.– Есть «Китти» с розовым ремешком, но такие часики только для девочек. Хотя кто я такой, шобы вас судить!?

– Где кот?

– Я за него.– Кейн развернулся, вставая со стула. Пришлось отойти на пару шагов от прилавка. Три пары глаз посмотрели на него с угрозой.

– Молодой человек, таки спешу напомнить, шо товары бесценны. Если разобьется хоть один экспонат, ви таки станете моим навечно, пока не отработаете стоимость!

– Могу отойти в сторону и позволить господам продолжить допрос.– Оборотень сделал вид, что собирается выйти и еврей тут же схватился за сердце.

– С другой стороны, у меня таких побрякушек целая коробка! Как говорит моя Сара, не уговаривайте меня, а сломайте руки им!

Кейн зарычал и наклонил голову. В подворотне со шпаной это бы сработало, но на этот раз перед оборотнем стояли тренированные бойцы.

Первый удар Кейн пропустил над головой и, присев, впечатал кулак в живот главаря. Согнувшегося и хрипящего мужика он оттолкнул на второго бойца, выигрывая время. Третий оказался более расторопным: пришлось обменяться парой-тройкой ударов, прежде чем оборотень смог дотянутся до челюсти нападавшего. Красивый полет бессознательного тела остановила стеклянная витрина. Град осколком посыпался на пол, наполняя комнату звоном и треском. Берцы дернулись и затихли.

– Слева.– Проорал знакомый мурлыкающий голос, и оборотень недолго думая саданул кулаком в указанную сторону.

– С другого лева!– Истерично заверещал кот.

Оборотень тряхнул головой: пропущенный удар оказался ощутимым, в глазах на секунду вспыхнули искры.

– Сзади!

– Ой, вей!

Кейн налетел на двоих вояк, щедро раздавая тумаки.

Когда все три тела перестали шевелиться, оборотень выпрямился, откидывая с лица волосы.

– Теперь можно идти?

– Таки нужно, молодой человек!– Абрам Моисеевич засунул за пазуху тетрадь и поправил шляпу.– Я впечатлился дальше некуда и таки готов к прогулке.

Глава 5.

31 декабря. 6 часов утра.

Небо пробороздили первые прочерки солнца. Город просыпался.

Люди спешили по своим делам, автобусы, как объевшиеся тюлени, объезжали еще припаркованные вдоль дорог машины, неуклюже разворачиваясь на перекрестке. Таксисты носились, перехватывая друг у друга пассажиров.

К чудакам в городе давно привыкли. Никого не удивляли готы, хипстеры и фрики всех возрастов. Потому суровый громила и еврей с рыжим котом на плечах не привлекали внимание прохожих от слова «совсем».

– Я таки имею, шо сказать!– Абрам Моисеевич семенил рядом с Кейном в безуспешной попытке подстроиться под его широкий шаг.– Таки моя Сара была права!

– Не сомневаюсь.– Оборотень ответил сквозь зубы, даже не посмотрев на еврея. Его цепкий взгляд блуждал по фигурам людей, заглядывал в подворотни и окна. Кейн чувствовал спиной внимательный взгляд, но слежки так и не заметил. Плохо! Или хватку теряет он, или противник оказался опытнее. Но волчье чутье не обманешь: враг рядом!

– Мои ноги в мозолях, тазобедренная композиция ноет, а спина гудит. Но я таки буду молчать, ибо сносить муки – истинное призвание еврея.

– Мяу.– Согласился Изя и вытянул лапы. Котолак лежал на плечах Абрама Моисеевича настолько неподвижно, что напоминал меховой воротник.

– Именно, мой драгоценный котик!– Еврей ускорил шаг, догоняя Кейна.– Мне таки стыдно ходить с вами по одному городу! Куда вы постоянно летите?

– Отдать посылку.– Буркнул оборотень.

– Если я буду так бежать, то догоню сердечный приступ. Тогда именно вам придется рассказывать моей Саре, почему я не успел составить завещание на ее имя.

– Мяу.– Снова согласился Изя.

– Мы прошли только двести метров!– Взревел Кейн и остановился.– Нам идти еще больше квартала.

– Ой, вей!– Абрам Моисеевич схватил хвост котолака и помахал им перед своим лицом, используя, как веер.– Ви меня убиваете! Евреи сорок лет ходили по пустыне, неужели вам нас не жаль? Какой квартал? Поймайте такси!

– В такси мы будем, как в ловушке. Одна граната и ваша Сара останется вдовой.

– Ви шо, поссорились с головой?– Ужаснулся еврей.– Какое впечатляющее «фу»! Таки, какая граната?

– Самая обычная.– Прошипел Кейн.– Те трое в лавке пришли за старым евреем и не ожидали отпора. Те, кто идут за нами сейчас, более подготовлены. Я бы на их месте давно снял нас из винтовки.

– Шо, прям насмерть?

– Нет, наполовину! Либо они ждут подходящего момента, либо не хотят зацепить кота. Так что, держите ваш воротник на шее, целее будете!

Оборотень снова зашагал по тротуару, Абрам Моисеевич засеменил следом.

– Ви пинаете меня в могилу!– Снова затараторил он.– Дайте лист бумаги и нотариуса, я таки запишу последнюю волю.

– Мяу.– Согласно подал голос Изя.

– Разве вы сами себе не нотариус?– Оборотень хмыкнул и свернул налево.

– Я таки много беру за свои услуги. Это было бы очень неразумной тратой!

Кейн прибавил шаг, вполуха прислушиваясь к нытью старика.

Согласился на свою голову доставить посылку. За сутки до Нового года! В итоге вляпался по самые помидоры в очередную заварушку. Те трое в лавке были отставными военными. Выправка, стрижка, одежда и поставленные удары так и кричали о спецподготовке.

Один единственный раз оборотень взял дело с такими сжатыми сроками: ни территорию разведать, ни инфу по объекту собрать! И тут же загремел между молотом и наковальней. Плюс на его совести теперь висел старый еврей. Оборотень мог бы бросить перекупщика прямо тут, связать котолака и закинуть шерстяного засранца в окно тридцать шестой квартиры, но… Что-то его останавливало! Может, наивность в глазах ребенка, что смотрела на него с фотографии. Лишать кудрявого ангела восторга и чуда он не хотел!

Если девочка ждет Санту, значит, Санта к ней придет!

Глава 6.

31 декабря. 06:30 утра.

– Как сказала бы моя Сара,– медленно протянул Абрам Моисеевич и тут же сконфуженно добавил.– Повторять не буду. У Сары острый язык и она таки много общалась с портовыми грузчиками.

– Согласен.– Кивнул Кейн и нахмурился еще больше, чем обычно.

– Мяу.– Поддакнул Изя.

– Ми в том самом месте, шо пониже спины.– Выкрутился еврей.

Дом, в который так торопился оборотень, оказался в осаде. У входа стояли черные тонированные джипы, рядом прогуливались люди в солнечных очках и с торчащими проводами наушников из-за воротников. Вечно заспанный консьерж пропал. На его месте стояли два амбала в костюмах. Пиджаки подозрительно топорщились на ребрах, на поясе висели электрошокеры. Сколько таких же ребят находилось внутри здания, было неизвестно.

– Таки шо ми теперь будем делать?– Еврей поправил сонного котолака, подозрительно беспечного и тихого.

– Я думаю.– Кейн осмотрел здание и поморщился. Надо же так продуманно строить дом: вокруг все открыто, одни скамейки, даже кусты не высажены. Стены гладкие: ни балконов, ни барельефа.

– Как говорит моя Сара, если ты, Абраша, не можешь придумать выход, таки сядь и покушай.

– Мяу.– Оживился Изя и восторженно закивал.– Мяу-лочко!

Кейн кивнул и уверенно направился к кофейне. Идей, как проникнуть в здание незаметно, у него не было.

Нужна тишина, чтобы придумать план. А что лучше всего заставит замолчать этих двоих, как не еда?

Кафе оказалось небольшим, но уютным. Несколько столов прижимались к панорамным окнам, барная стойка сверкала чистотой, аромат кофе и сдоб щекотал ноздри.

Оборотень выбрал дальний столик и сел спиной к стене. Следить за входом вошло в привычку: неизвестно, кто в следующую секунду зайдет в помещение и выстрелит в затылок.

Дородная официантка, она же – бармен, подплыла к столику. Ажурный передник и белоснежный чепчик делали ее похожей на повариху времен сухого закона.

– Кофе. Черный.– Процедил Кейн и отвернулся к окну. Женщина угрозы не представляла, а план требовал «подумать».

– Здравствуйте, уважаемая.– Абрам Моисеевич алчно осмотрел официантку с головы до ног.– Таки мне чай. Зеленый. Две ложки сахара, а лучше пять. Булочка с повидлом. Две. Одна. Нет, две. И таки сливки. Два.

– Мяу!– Обиженно взревел Изя.

– Три.– Исправился еврей.– И как можно переговорить с вашим директором? Цены у вас – грабеж! Откуда у бедного еврея такие деньги, спросите ви!? Таки я отвечу: их нет!

– Напитки бесплатно.– Привычно пробубнила официантка.

– Таки да?– Абрам Моисеевич широко улыбнулся.– Слышал, Изя? Тогда сливок – пять!

– Сливки – не напиток.

– Таки дайте моему котику нож и вилку и посмотрим, как он будет это кушать!– С непонятной радостью воскликнул еврей.– Изя, прожевывай лучше, а то заработаешь колики! Ви, уважаемая, заморозьте продукт: Изя не сможет откусывать молочко зубками! И оплатите нам курсы, на которых объяснят, как держать приборы лапками.

– Чего?– На лице официантки впервые появилось нечто, похожее на удивление.

– Он – котик! Сливки – напиток для котика. Напитки – бесплатно, ви сами сказали! Позовите вашего директора, пусть он принесет с собой нож и расскажет Изе, как правильно нарезать жидкость.

– Кофе черный, чай зеленый, две булки с повидлом и пять сливок. Сейчас принесу.– Официантка что-то чиркнула на бумаге и уплыла за стойку.

– Таки ви забыли сахар!

– На столе.– Кейн подвинул Абраму Моисеевичу пузатую стеклянную банку, доверху наполненную спрессованными кубиками.– Нужно разведать обстановку.

– Мяу.– Согласно кивнул Изя и соскочил с плеч еврея на стул.

– Не расчесывайте мне мозг, молодой человек, идите и разведывайте.– Абрам Моисеевич зорко следил за движениями официантки, выставляющей на поднос чашки.

– Мне светиться нельзя.– Поморщился Кейн.– Фото кота у них точно есть. Остаетесь только вы.

– Я-а?– Еврей снова схватился за сердце.– Они таки пришли в мой магазинчик, сломали мне витрину и себе челюсть, а ви говорите, шо они меня не знают?

– Шанс есть.– Оборотень замолчал. Официантка подплыла к столику и выгрузила заказ. Кейн дождался, когда она снова вернется за бар и продолжил.– У дома другая группа. Наемники. Эти парни не стали бы ходить в гости по трое, а пригнали к двери танк. Значит, они вас или не знают или не считают угрозой.

– Таки я не согласен!– Абрам Моисеевич перелил сливки в тарелку и придвинул котолаку. Семь кусков сахара нырнули в чашку с зеленым чаем. От одного вида на получившийся сироп, у Кейна во рту появилась оскомина.

– Согласны.– Оборотень нахмурился.– Или мне попросить Изю, чтобы он попросил вас?

Еврей вздохнул.

– Не надо меня уговаривать я и так согласен! Следите за моим чаем и не позволяйте в него плевать!

Глава 7.

31 декабря. 6 часов 55 минут утра.

– Куда прешь, дядя?– Амбалоподобный мужик вырос перед евреем в тот самый момент, когда он уже переступал порог парадного входа.

– Таки туда.– Проскочить не получилось. В грудь уперлась резиновая дубинка.

– Не положено!

– Кому не положено?– Еврей наивно похлопал глазами.– Таки покажите мне того человека, кто запретит мне пройти в дом.

– Я.– Мужик нахмурился.– И чё?

– Потрясающей полноты лексикон!– Пораженно воскликнул Абрам Моисеевич.– Ви таки актер? По вашему таланту горько убивается Бродвей!

– Чё?– Переспросил амбал и нахмурился.– Те чё надо?

– Мне?– Еврей доверчиво потянулся к мужику и прошептал.– Мне таки срочно нужен клозет!

Мужик вздохнул, достал из нагрудного кармана телефон, посмотрел на экран и уверенно заявил:

– Таких нет.

– Каких «таких»?– Глаза Абрама Моисеевича полезли на лоб.– Клозет таки есть везде. На то он и клозет. И мне срочно нужно его посетить. Я стар и слаб, а мой пузырь не выдерживает нагрузок. Ви таки меня понимаете?

Подозрительный прищур еврея заставил охранника растеряться.

– Понимаю. Дом закрыт.

– Совсем?

– Совсем. Пожарная тревога.– Мужик задумался и добавил.– Учебная.

– Ви таки откажете мне в пописать?– Притворно изумился еврей.– Тогда купите часики? Я на эти гроши таки схожу в платный клозет, шо у метро. Там вонь, там сырость, но шо ви таки прикажете делать бедному еврею!? Ми ходили сорок лет по пустыне, в которой нет ни единого дерева. Баобабы были манной с небес, если ви понимаете, о чем я. Десять минут среди бомжей я уж как-нибудь выдержу!

– У меня есть часы.– Амбал заметно занервничал.

– А у ваших друзей?– Абрам Моисеевич заглянул через стеклянные двери.– У меня есть прелестные «Китти». Один из ваших достопочтимых собратов очень долго засматривался на те часики! Но таки повторюсь, кто я такой шо бы вас осуждать!?

– Мужик,– охранник устало вздохнул.– Шел бы ты отсюда по-хорошему!

– Таки ви отказываете мне в пописать и не покупаете часики! И шо мне делать? Давайте я таки куплю квартиру в этом домике и буду посещать клозет на законных основаниях!

– Мужик, я тебя предупредил!– Амбал ловко развернул еврея за плечо и подтолкнул к дороге, наградив вдогонку увесистым пинком!– Еще раз покажешься, сделаю так, что в свой клозет будешь ходить через трубочку.

***

Кейн наблюдал через окно, как ушлый еврей перебегал дорогу, направляясь к дому. Уговорить Абрама Моисеевича пойти на разведку оказалось проще, чем он думал. Даже если план сорвется, убивать перекупщика вояки не станут. Сначала допросят.

– Мяу.– Изя посмотрел на свою пустую тарелку и многозначительно подвигал бровями.

– Перебьешься.– Кейн посмотрел на рыжего котолака и вдруг нахмурился.– Скажи-ка мне, дружок, откуда ты такой взялся?

Изя легко перемахнул со стула на широкий подоконник и обиженно отвернулся, демонстрируя оборотню недовольно подергивающийся хвост.

– Оттуда, откуда и ты.– Прошипел он.– Родился у любимой мамы.

– Меня вырастили в пробирке марсиане и подкинули на планету миллион лет назад.– Серьезно прошептал Кейн.– А ты?

– Серьезно?– Глаза кота округлились, зрачки расширились так, будто на месте оборотня вдруг появилась мышь.

– Нет.– Кейн скривился.– Я думал, что котолаки – это миф.

– А я, что оборотни.– Не остался в долгу Изя.– Двадцать первый век на дворе, между прочим.

– Что ты еще умеешь, кроме как болтать и язвить?

– А ты, кроме того, как ломать людям кости, используя силу второй ипостаси?

Кейн зарычал сквозь зубы. Котолак его бесил. Сильно. Но трогать шерстяного засранца он все равно бы не стал. Слишком мало осталось на земле Иных. Люди заполонили мир, как чума: не продохнуть! В глухом лесу, в высоких горах, даже на морском дне они оставляли свои следы. Они верили в гаджеты и безналичный расчет, и почти никто – в сказки. Хотя, нужно отдать должное кинематографу: эти еще рассказывали правдивые истории, но называли их почему-то фэнтези.

Кейн был оборотнем. Не смазливым накаченным юношей, за секунду превращающимся в волка и яростно защищающим красавицу (тут на вкус и цвет) от кровожадного вампира. А, скорее, Халком: этаким бугаем с яростью слона и силой подъемного крана. И хоть кожа у него не зеленела, но изменения в теле все же были. А самое главное: штаны оставались при нем!

– Почему ты должен попасть к девочке?– Снова спросил Кейн, разглядывая в окно размахивающего руками еврея. Абрам Моисеевич так упоенно спорил с охранником, что не заметил, как шляпа сдвинулась набок, а одна из косичек болталась перед глазами.

– Ответ за ответ.– Обернулся котолак и хитро прищурился.– Почему ты выбрал такую работу?

– Какую?– Невесело усмехнулся оборотень.– Я работал на шахте, на скотобойне, рыл канавы и разносил почту. Потом пошел в армию. Оказалось, что убивать я умею лучше, чем продавать чипсы на заправке. И платят за это больше.

– За убийства?

– За навыки.– Кейн поднял бровь.– А ты?

– А я…

Громкие крики и ругань прервали разговор. Оборотень и котолак одновременно посмотрели в окно.

Абрам Моисеевич бежал длинными прыжками, как взбесившийся страус. Шляпа подпрыгивала на его затылке, приклеенные косы били по щекам. Еврей грозил кулаком в воздух и ругался так, что встречные мамаши зажимали детям уши!

– Живой, уже хорошо.– Многозначительно заметил Кейн и махнул официантке с просьбой повторить кофе.

Глава 8.

31 декабря. 7 часов 15 минут утра.

– Нет, ви видали, шо творилось?– В очередной раз воскликнул Абрам Моисеевич и схватился за сердце.– Душегубы! Антисемиты!

– Сердце с другой стороны.– Проникновенно подсказал котолак, не прекращая вылизываться.

Еврей тут же переместил ладони на левую сторону груди и продолжил вопить на той же ноте:

– Проидохи, супостаты! И шо б ви жили на одну зарплату и ту задерживали!

– Сколько их?– Устало вздохнул Кейн. Абрам Моисеевич причитал уже несколько минут, и от его визга начинало колоть в висках.

– Таки много.– Еврей моментально успокоился и отпил зеленый сироп, который ласково называл «чай».

– Много – это сколько?

– Таки на входе два. В машинах по четыре. Итого четырнадцать. В фойе трое, но они говорили по рации, потому на этажах тоже есть. И я таки спешу вам сказать, шо я устал. Мне надо прилечь и выпить микстуру. Сара будет ругаться и заставит меня работать по дому. А ви знаете, шо я это не люблю от слова совсем. Так шо, я пошел, счастливо оставаться.

– Сидеть.– Коротко бросил оборотень, и Абрам Моисеевич тут же тяжело рухнул обратно на стул.

– Таки, зачем вам старый еврей, я интересуюсь? Ви сильный, как черт, унесете котика сами. В нем нет и ста грамм веса!

– Будем заходить через подвал.– Кейн провел руками по волосам, прикидывая, осилит ли еще одну чашку кофе или он и так взвинчен до предела.

– Прекрасная идея!– Воскликнул еврей.– Ви идите, а я тут прослежу, шо бы с вами ничего не случилось.

– Нужно достать план дома.– Оборотень нахмурился.– Узнать, если ли лифты и черный ход. Соединяется ли подвал с соседним зданием и где выходят на поверхность люки канализации.

– Мяу.– Согласно кивнул Изя и продолжил вылизываться.

– Шо еще ви хотите знать?– Недовольно сощурился Абрам Моисеевич.– Шо кушал на завтрак жилец из квартиры напротив, или какого размера у него лампочки в прихожей?

– Возможно.– Прорычал Кейн.– Я тоже не в восторге от нашего с вами сотрудничества. Но мой заказчик требует вашего присутствия. Терпите!

– Терплю, а шо еще прикажете мне делать?

– Вы можете достать план дома?

– Бесплатно?– Ужаснулся еврей, но увидев серьезный взгляд оборотня, тут же согласно закивал.– Могу. Но ви таки будете мне обязаны!

– Изя расплатится.– Довольно предложил Кейн, чем вверг еврея в крайне унылое состояние.

– Позвоню Саре.– Абрам Моисеевич выпорхнул из-за стола, но, не пройдя и двух шагов, обернулся.– И…

– Следить, чтобы никто не плюнул в ваш чай.– Одновременно с котолаком проворчал оборотень.

Глава 9.

31 декабря. 8 часов утра.

Сара привезла чертежи к восьми утра.

У кафе резко остановилась наглухо тонированная маленькая машинка цвета переспелой вишни и разразилась такой музыкальной трелью, что Абрам Моисеевич выскочил на улицу и даже не напомнил, что за его чаем следует следить.

В пассажирское окно выглянул черный тубус и перекочевал в руки еврея.

– Есть то, чего он не может достать?– Удивленно спросил Кейн, высматривая водителя автомобиля. Безуспешно. Через такую тонировку не пробьется и вспышка от ядерного взрыва!

Котолак задумчиво подергал усами и протянул:

– Не-е, не думаю. Что не сможет найти он, найдет его Сара.

– А ты ее видел?– С любопытством поинтересовался оборотень. К слову, Кейн сомневался в ее существовании уже давно. Она была, как та самая бабушка Лешего: все про нее слышали, но никто не видел.

– Однажды.– Котолак нахмурился, припоминая встречу.– Мельком. Вернее, слышал, как хлопнула дверь, а Абраша сказал, что это была она.

– Ну, чертежи-то ему кто-то привез.– Кейн приподнял бровь.– Может, она стеснительная?

– Ты знаком хоть с одной еврейской женщиной, волк?– Подозрительно удивленно уставился на него Изя.– Где там хоть капля стеснительности?

– Чек.– Громко, но флегматично рявкнула официантка и бросила на стол тонкую папку.– Наличные, карта?

– Наличные или карта?– Кейн перевел вопрос подоспевшему Абраму Моисеевичу, чем тут же согнал с его лица довольную улыбку.

– Расходы подождут.– Выкрутился еврей.– Повторите заказ, дорогуша.

– Повторить заказ. И я не дорогуша.– Зарделась румянцем дородная официантка и неспешно удалилась, призывно виляя бедрами.

– Вей, вей.– Протянул еврей, смотря ей в след. Что могло одновременно звучать, как «кошмар, ну, что за молодеешь пошла» и «вах, какая женщина, мне б такую».

– Разворачивай.– Оборвал Кейн еврея и углубился в изучение чертежей.

***

Планы не радовали.

Кейн, Абрам Моисеевич и Изя склонились над схемами, но чем дольше они на них смотрели, тем больше хмурились.

Дом успел пережить реконструкцию: подвал перекрыли стенами по принципу «поставим здесь, авось не придется ломать», несколько люков, выводящих на поверхность, заварили, дабы уберечь дом от проникновения лиц без определенного места жительства и руферов. Был один лифт для грязного белья, но и его заколотили за ненадобностью.

– Вай-вей!– Высказал Абрам Моисеевич то, что подумал каждый.

– Через подвал не пройти.– Оборотень нахмурился.– Нужен другой план.

– Таки какой? Берем лопаты и копаем подкоп?

– Нужна разведка.– Кейн снова провел по волосам рукой.– Вдруг лифт получится открыть? Тогда мы поднимемся сразу на третий этаж. Я пойду, а вы ждите здесь.

– Никак нельзя!– Еврей строго погрозил Кейну пальцем.– Ви таки сами говорили, шо вас заметят. Если вас убьют, то я буду плакать всю ночь!

– Это еще почему?– Нахмурился оборотень, скрывая, что слова старика пришлись ему по душе.

– Вас ждет еще один заказ! И я таки уже взял за него предоплату! Если ви погибните, то мне таки придется отдавать деньги, а я их уже потратил!

– Вы соглашаетесь на работу, даже не спросив об этом меня?– Оборотень так удивился, что даже забыл рассердиться.

– Вай-вей, я таки делаю это постоянно! Ми с вами знакомы уже много лет, и я ни разу не давал вам глупую и не интересную работу! Я таки знаю, шо требует ваше сердце, и сам отбираю заказчиков!

Кейн прорычал что-то невразумительное, но промолчал. Сейчас выяснять отношения было неразумно. Сначала девочка и ее кот, потом разборки!

– И что делать?– Мяукнул Изя и поправил пушистой лапой схемы.

– Таки на разведку пойду я.– Важно заметил еврей.– Они меня знают, к тому же, я сильно мечтаю отплатить им за унижение!

– Плохая идея!– Заметил Кейн.– Второй раз они могут и не быть такими милыми.

– Милыми? Таки они пнули меня по тому месту, где заканчивается спина!– Абрам Моисеевич потер поясницу.– Мое самолюбие задето, а душа требует мести!

– Ха!– Громко выпалил котолак и хитро сощурился.– Чтобы еврей первым лез на рожон? Такого быть не может!

– Таки ви меня оскорбляете, но я вытерплю и это!– Важно заметил старик.

– Сара!– Воскликнул Изя.

– Где?– Перепугался Абрам Моисеевич.

– Это Сара сказала, чтобы вы нам помогли!– Догадался котолак.– Верно?

– Таки нет!– Притворно ужаснулся еврей.– Моя Сара сказала: Абраша, я таки жду тебя дома к полудню. И если ты не явишься, то я сама передам котика девочке. А ви знаете, шо это значит?

– Что?– Оборотень и котолак внимательно посмотрели на старого еврея.

– Шо она таки туда пойдет! И, вай-вей, мне будет сильно жаль тех, кто посмеет ее остановить.

– Я обязан с ней познакомиться!– Прошептал Кейн и, сложив чертежи, кивнул.– Вперед, Абраша, на разведку.

– А ви таки следите, шо бы…

– Никто не плюнул в ваш чай!!!

Глава 10.

31 декабря. 8:30 утра.

Абрам Моисеевич свернул за дом и сбежал по ступеням с резвостью подростка.

Чтобы открыть дверь, пришлось повозиться: замок проржавел и даже проверенные временем стальные отмычки с трудом справлялись с задачей. Еврей от усердия даже высунул язык и сдвинул на затылок шляпу. Ветер тут же подхватывал искусственные косички и озорно загнул их вверх. Видимо, он силился изобразить из старого перекупщика озорную девчонку Пеппи.

Щелкнул замок, натужно скрипнула ручка…

Абрам Моисеевич заглянул в черноту подвала и поморщился: запах сбивал с ног.

– Проходите, не стесняйтесь.– В спину еврея ударил мягкий стальной голос.– Побеседуем.

– Ой, вей,– перекупщик присел от неожиданности, но нашел в себе силы схватиться за грудь.– Премного благодарен, но я, пожалуй, откажусь.

– Это не просьба.– Берцы застучали по ступеням: высокий мужик, завернутый в черную спецовку, как в саван, бодро спустился по лестнице.

Из темноты вынырнула рука в перчатке, схватила Абрама Моисеевича за шкирку и втащила внутрь.

– Мне совершенно не нравится ваше гостеприимство!– Завопил еврей, как только смог рассмотреть в свете мигающей тусклой лампы обстановку.– Я буду жаловаться в профсоюз!

Тяжелый удар в спину заставил перекупщика замолчать и присесть на шаткий металлический стул.

– Где кот?

Угроза в голосе заставила Абрама Моисеевича всплакнуть:

– Много где: таки в квартирах, в домах и просто на улице. Ви знаете, шо котики – санитары каменных джунглей? Они везде! Но я бы советовал вам обратиться к заводчикам: дерут они втридорога, но зато подбирают породу!

– Ты сумасшедший?– Удивленно спросил «смерть» в спецовке и посмотрел на двоих столь же ошарашенных громил.– Он сумасшедший?

– Таки нет!– Возопил оскорбленный еврей.– Моя Сара меня проверяла!

– Где кот?– «Первый» навис над стариком и угрожающе помахал у него перед носом резиновой дубинкой.

– Слушай, он же старый совсем.– Вступился за еврея «второй».– Мы ж не изверги!?

– Таки я полностью согласен с вами, молодой человек!– Абрам Моисеевич выпрямился на стуле.– Я стар, аки древняя мышь, глух, аки слон и нем, аки рыба! Мне нужен клозет, но господа мне доходчиво объяснили, шо и здесь его тоже нет.

– Что ему надо?– Не понял «третий».

– Сортир.– «Первый» поморщился.– Ты Перекупщик?

– Таки все евреи в какой-то степени… Нет!– Уверенно кивнул головой Абрам Моисеевич.

– Да или нет?

– Я – не он! Даю честное благородное слово! Позвоните моей Саре, и она таки вам все объяснит!

– Что за Сара?– «Третий» толкнул в плечо «второго».– Баба его?

– Ох, вей!– Снова вскрикнул еврей.– Таки Сара не баба! Сара – женщина, от которой нужно держать как можно дальше заначку и свое мнение! Она и то и другое может изничтожить одним взглядом!

– Точно, его баба!– Ухмыльнулся «второй». Его довольную улыбку было видно даже через черную маску.

– Таки я не буду передавать Сарочке ваши слова,– скуксился Абрам Моисеевич.– Ви хорошие люди и мне будет крайне жалко ваши ребра.

– Что ты делаешь в подвале, старик?– «Первый» наклонился к еврею. Плотный кокон из ароматов чеснока и детской присыпки ударил в нос.

– Сдаюсь.– Абрам Моисеевич поднял руки и улыбнулся.– Но я интересуюсь в свою защиту, как бы ви таки поступили на моем месте? Клозета нет, часики никому не нужны! Моя Сара плачет: ей нужна крупа, чтобы накормить ребенка, и бензин, чтобы доехать до магазина. А бедному еврею отказывают в пописать и больно бьют по тому месту, шо пониже спины!

– Что. Ты. Тут. Забыл?– Снова процедил «первый»?

– Ой, вей, я хотел узнать цены на квартиры! Ви таки мне не отвечаете, а как узнать о доме, как не в подвале? Есть ли протечки, сколько плесени и крыс. Мусор – бесценный свидетель. По нему таки можно узнать, что предпочитают кушать соседи на завтрак: Рокфор или макарошки!

– Где кот?– Стальная ласка в голосе «первого» пробрала еврея до мурашек.

Абрам Моисеевич поджал губы, но все же упрямо посмотрел в холодные синие глаза громилы.

– Таки я вас не…

Тяжелая пощечина обожгла щеку старика, рот осолонило кровью из рассеченной губы.

– Где кот?– Снова повторил амбал.– Скажешь сам или я вытащу это из тебя клещами!

Абрам Моисеевич закряхтел, но смог выпрямить спину и посмотреть на «первого». В его глазах вдруг засветилась радость и ехидство, а разбитые губы скривились в довольной улыбке.

– Че ты скалишься, дед?– Удивленно спросил «второй».– Скажи по-хорошему, где кот?

– Таки он за вашей спиной, господа.

По пустому подвалу еле слышно прошелестело злобное рычание.

Кейн стоял в дверях, сжав пальцы в кулаки. Тяжелый взгляд из-под бровей буравил охранников, верхняя губа подрагивала, обнажая зубы.

На широком плече оборотня шипел рыжий котолак. Длинная шерсть поднялась в холке, уши почти лежали на голове, а острые длинные клыки зверя угрожающе сверкали в тусклом свете лампы.

– Таки, фас, мальчики!

Глава 11.

31 декабря. 8:50 утра.

Котолак оттолкнулся от плеча Кейна и спикировал на голову «первого». Под какофонию грозного мява Изи и отборного мата охранников еврей рухнул на пол, прикрывая голову руками.

Оборотень ударил «второго» правой рукой. Резко, без замаха. Точно в солнечное сплетение. Левой тут же догнал его в челюсть. Пока охранник летел, вскинув руки, Кейн шагнул к «третьему». Прямой удар ногой был его коронным. Хрусь! – и мужик тяжело приземлился на пол, ловя ртом воздух.

Мимо него, визжа на одной ноте, промчался «первый». Изя сидел на его голове, запустив когти в глаза, и счастливо подвывал в тон пострадавшему.

Абрам Моисеевич ползком добрался до двери, нащупал в сумраке кусок кирпича и, поражаясь собственной смелости, бросился на помощь котолаку.

– Не сметь обижать котика!– Завопил он больше для храбрости и замахнулся кирпичом. А так как нападать на охранника было страшно, еврей зажмурился и только потом опустил руку на затылок «первого».

То, что он промазал, Абрам Моисеевич узнал через несколько секунд. Раненый в плечо Кейн зарычал, схватил его за грудки и с чувством встряхнул так, что зубы щелкнули:

– Абраша, ты чего творишь?

– Ой, таки я дико извиняюсь!– Еврей застенчиво спрятал кирпич за спину.– Я таки чуть-чуть промазал.

Недовольное рычание оборотня было ему ответом.

– В следующий раз смотри, куда бьешь.– Прошипел Кейн и тут же улетел к стене, сбитый с ног очухавшимся «вторым».

– Ой, вей.– Пробормотал Абрам Моисеевич и швырнул кирпич в спину нападавшего. Сработало наполовину: «второй» отвернулся от оборотня, но вытащил из-за пояса шокер. Треск разряда и синие искорки охладили пыл старого еврея лучше, чем ведро ледяной воды.

– Ма-ма-а!– Завопил он, с ужасом рассматривая приближающегося охранника.– Я таки снова промазал!

– Еге-Гей!– Радостно проорал Изя с головы «первого» и пролетел мимо еврея, направляя ослепшего мужика на шокер. Два тела столкнулись лбами и завалились на пол. Кот едва успел отскочить в сторону.

«Третий» оказался более сообразительным: припустил к выходу со всех ног. Но в шаге от двери его затылок поймал тот самый многострадальный кусок кирпича, брошенный меткой рукой оборотня. Охранник ткнулся лицом в пол и замер.

Пыль медленно оседала. Крысы удивленно выглядывали из углов, сверкая бусинками глаз.

– Кто хочет чаю?– Абрам Моисеевич похлопал по штанам, выбивая с них грязь.– Так и быть: плачу я.

Глава 12.

31 декабря. 9:10 утра.

Охранников связали обрезками проводов, валявшихся по всему подвалу, и сложили кучкой.

– М-миленький натюрморт из овощей.– Оценил котолак работу Кейна, когда оборотень скинул на пол последнее бессознательное тело.– Шэ-едевр.

– А если они таки проснутся и захотят выйти?– Абрам Моисеевич с подозрением посмотрел на перемотанные тела и даже осторожно потрогал их ногой.

– После моего удара они отключаются надолго.– Прорычал оборотень.– Часа четыре у нас есть.

– Мало.– Уверенно отметил Изя.– Предлагаю треснуть еще раз.

– Тогда ты их убьешь.– Кейн осмотрелся, откопал у стены гнилой лист гипсокартона, неизвестно как оказавшийся в подвале, и прикрыл им бесчувственную композицию.– Передадим тебя ребенку, и я их отпущу.

– А если их найдут раньше?

– Тогда наша задача усложнится.

***

Подвал соответствовал чертежам.

Новая бетонная стена преграждала путь во вторую часть дома, лестницы, ведущие на поверхность, были перепилены с умом: сверху не спрыгнешь – сломаешь ноги, снизу не допрыгнешь – высоковато. Для человека.

Кейн разбежался, оттолкнулся от стены и, пролетев несколько метров, зацепился за перекладину. Подтянулся и ловко вскарабкался по лестнице к люку.

– Ты точно волк?– С подозрением спросил Изя, наблюдая за скачущим по перекладинам оборотнем.– Обезьян в роду не было?

Кейн в ответ оскалился и глухо, но беззлобно зарычал.

Он всегда работал один. Так было проще: не надо думать о чужой безопасности, надеяться, что напарник не ошибется и сделает свою часть дела вовремя. Или о том, что его перекупят или схватят. Соответственно, не придется высказывать соболезнования безутешным родственникам и объяснять, что тормоза в машине были на редкость гнилыми, а дырки от пуль в теле – это царапины от разбившегося лобового стекла.

Но рыжий Иной и неумолкающий еврей пришлись Кейну по душе. Еще несколько часов назад они были «заказом» и «довеском».

Оборотень сам не понял, почему кинулся в подвал, как только увидел, что Абрашу засекли. А звук хлесткой пощечины и дурманящий запах крови из разбитой губы еврея и вовсе вызвали такую вспышку гнева, что Кейн сдерживался изо всех сил, чтобы не свернуть охранникам шею.

– Таки шо там?– Абрам Моисеевич с любопытством задрал голову, силясь рассмотреть в темноте люки.

– Заварены.– Кейн спрыгнул с лестницы.– Давайте осмотрим лифт.

***

Лифт не просто был заколочен досками. Оторвав их, все трое уныло воззрились на заваленную камнями и мусором шахту.

– Тут разве что крыса пролезет.– Пробормотал Кейн и тут же услышал согласный мявк котолака.

– Может, попробуем разобрать?– Предложил Абрам Моисеевич и тут же смутился под удивленными взглядами.

– Раскрой тайну, что тебе сказала Сара такого, что ты готов замарать руки?– Попросил оборотень, но в ответ получил лишь новый «сердечный приступ».

– Будет шу-умно.– Спас еврея котолак.– Мы его три дня-у разбирать будем.

Кейн цокнул языком и угрюмо посмотрел на охранников.

– Надо уходить.

– Таки куда?

– Вернемся в кофейню.

План поддержали с похвальным энтузиазмом и чуть ли не наперегонки бросились к двери.

Глава 13.

31 декабря. 11:30 утра.

– Меню.– С тем же безразличием буркнула официантка, сваливая на стол тонкую книгу заказов.– Что пить будете?

Кейн встретил такой же удивленный взгляд котолака и прошипел:

– Чай, кофе, сливки.

– К напиткам?– Авторучка закружилась по бумаге, копируя заказ.

– Пирог.

– Она меня пугает.– Прошептал Абрам Моисеевич, как только официантка удалилась.– И у меня таки есть подозрение, шо она…

– Ест тех, у кого не хватило денег заплатить по чеку?– Ужаснулся Изя, провожая взглядом пышную фигуру.

– Плюет в мой чай.– Еврей нахмурился, заглядывая за прилавок.– Вот, и куда она таки пошла?

– За пирогом?– Кейн даже не посмотрел в сторону бара. Все его внимание занимал дом и «прогуливающиеся» перед ним люди в черных костюмах.

– Пироги стоят у кассы.– Многозначительно протянул котолак.

– Абраша, звони Саре.– Кейн сжал пальцы в кулак, хрустнул суставами.

– Ой, вей.– Абрам Моисеевич побледнел.– Таки, зачем ми будем ее беспокоить? Шо такое важное пришло в вашу головушку, шо не смогу выполнить я?

– Крыша.– Рыкнул оборотень.

– Ви таки льстите моей Саре. Она действительно грозная женщина, но не до такой степени, шо бы возглавлять преступный синдикат!

– Крыша отпадает.– Продолжил Кейн и нахмурился.– С соседнего здания на дом не перебраться. Можно протянуть канат, но что-то мне подсказывает, что у вас нет навыков скалолазания.

– Ой, вей, ви таки правы!

– Плюс время.– Оборотень дождался, когда официантка выставит на стол заказ и удалится и продолжил.– При свете дня пробраться в дом сложно, а ночью охрану удвоят, и это станет нереально.

– Мяу.– Котолак согласно кивнул, наблюдая, как еврей выливает сливки в блюдечко.

– Уважаемый,– Абрам Моисеевич замешкался, подбирая слова.– Кейн Вульфович…

– Просто Кейн.– Поправил его оборотень и нахмурился так, что брови вытянулись в одну линию.

– Я таки вас не понимаю. Я много принимал заказов на ваше имя и знаю, на шо ви способны. Сейчас ви хотите сказать, шо таки не сможете побить несколько галстуков, шо водят хоровод вокруг дома?

Оборотень поморщился и мельком взглянул на котолака. Изя так внимательно слушал еврея, что даже забыл про сливки.

– Там ребенок.– Наконец буркнул он.– Санта должен подарить ребенку кота. Что будет с психикой девочки, если на пороге ее квартиры появится перемазанный в крови сказочный персонаж с раненым животным подмышкой?

– Почему это я – раненый?– Взвизгнул пораженный Изя. Официантка, флегматично протирающая тряпкой стойку, покосилась на их стол с недовольством крокодила.

– А как ты думал?– Прошипел Кейн.– Там бродит не шпана, а вояки с электрошокерами. Я не смогу защитить вас обоих и при этом никого не убить. Посмотри на их стойку!

Оборотень силой развернул котолака к окну и ткнул пальцем в стекло.

– Видишь? Видишь, как он стоит: ноги расставлены, руки за спиной. А этот: резиновую дубинку держит на скрещенных предплечьях, горизонтально. Знаешь, что так носят? Автомат! А вот те, что у лавки: вышколены так, что даже оборачиваются всем корпусом. Таких носорогов с одного удара не положишь. Пошуметь придется.

– Мя-ау.– Понимающе протянул Изя и впервые посмотрел на оборотня с уважением.– Но ты же их побьешь?

– Побьешь.– Передразнил его Кейн.– Они, между прочим, тоже спокойно стоять не будут, пока я их … бью. Зачем тебе еврей? Пусть он ждет нас тут.

– Нет.– Насупился котолак.– Абраша должен быть с нами.

– Почему?– Оборотень не сдержался, повысил голос.– Зачем он тебе там?

– Надо.– Гнул свою линию Изя и даже отодвинул лапой блюдечко.– Я так хочу. Ты наемник, вот и выполняй задание, раз взялся.

– Взялся.– Снова оскалился оборотень.– На свою голову.

– Таки я не против прогуляться по дому.– Вступился за котолака Абрам Моисеевич.– Надо, значит, надо. Котик лучше знает, шо делать.

– А я, выходит, не знаю?– Рассвирепел Кейн, наклонился через стол и прошипел прямо ему в лицо.– Абраша, чтобы от меня ни на шаг! Всегда стой за моей спиной! Если тебя подстрелят, я тебя убью!

– Если его подстрелят, тебя убьет Сара.– Изя толкнул оборотня в бедро и ласково потерся башкой о его джинсы.

– Успокоил.– Нахмурился оборотень и замолчал.

Если с евреем что-то случится, он себе не простит!

– Извините,– Кейн повернулся к бару и улыбнулся официантке так, словно встретил любимую маму.– А можно мне попросить листок бумаги и ручку?

Глава 14.

31 декабря. 13:00 дня.

– Что ты пишешь?– Котолак заглянул через руку оборотня и зашевелил усами, по слогам читая буквы.– Сак… скат…

– Скотч.– Не выдержал Кейн.– Веревка, полотенца.

– Зачем?– Наивно хлопая глазами, спросил Абрам Моисеевич.– Таки очень странный заказ, скажу я вам. И стоит ли ради этого беспокоить Сару? Все это ви таки легко купите в ближайшем магазине.

Оборотень недовольно заворчал и снова вернулся к составлению заказа, по привычке прикрывая текст рукой. Авторучка так и запорхала по бумаге.

– Готово.– Спустя десять минут Кейн протянул еврею лист и с довольным урчанием начал уплетать пирог.

– Посмотрим, посмотрим. И шо тут у нас?– Абрам Моисеевич выудил из внутреннего кармана пенсне и, вальяжно водрузив его на нос, углубился в чтение. Чем дольше он читал, тем выше поднимались его кустистые брови.

– Мяу?– Удивленно спросил котолак, искренне надеясь, что перекошенное лицо еврея не было сигналом о приближающемся инсульте.

– Ви это серьезно?– Пробормотал Абрам Моисеевич и потряс списком перед носом оборотня.

– Угу.– Подтвердил Кейн с набитым ртом.

– Таки позвольте я зачитаю.– Еврей откашлялся и прошипел.– Скотч строительный – двадцать штук, веревка пеньковая – пятьдесят метров, полотенца вафельные двадцать на сорок сантиметров – тридцать штук.

– Мяу?– Изя повернулся к беспечно жующему оборотню и услышал в ответ лишь загадочное «так надо».

– Мешки для трупов – тридцать штук,– продолжил шипеть побледневший Перекупщик.– Ви таки серьезно? Нет, ви таки скажите, шо ви серьезен, как я!

– Угу.– Снова подтвердил Кейн.

– Так, а это…– Абрам Моисеевич побледнел.– Кетамин, диазепам и дроперидол по пятьдесят ампул? Ви таки собрались препарировать охранников? Да, они не слишком умны и воспитаны, но это…

– Мяу!– Котолак завалился на спину: то ли объелся сливок, то ли его нервы не выдержали названия препаратов, произнесенных на латыни.

– Это все,– еврей постучал по листку рукой и шумно выдохнул.– Это все я еще понимаю. Но это…

Пенсне снова взлетели к носу, а мертвенная бледность кожи сменилась синими пятнами.

– Ви таки пишете: костюм Санта Клауса – одна штука, костюм оленя – две штуки. Шо это, друг мой? Я правильно вас понял: ви таки хотите нарядить меня и котика в оленей? Ви таки хотите, шо бы я поймал приступ? Шо я вам сделал плохого?

– Лично мне – ничего.– Кейн усмехнулся.– Звоните Саре, Абраша, не теряйте время.

***

– Сара, Сарочка, Послушай меня.– Голосил Перекупщик, заламывая руки.– Ты таки взрываешь мне голову! Да, моя роза, пятьдесят… Пять десятков пакетиков для тушек. Нет, ой, вей, мои уши глохнут, когда я слышу такие слова! Красная шуба. Давай ту, шо с прелестной оторочкой по канту… Борода? Зачем борода?

Абрам Моисеевич посмотрел на Кейна и смущенно пролепетал:

– Таки нужна ли вам борода? Не? А как вы собрались убирать ваши волосся? Сара,– снова вернулся он к разговору.– И таки нам нужна шапка. Красная, с помпоном… Нет, таки шобы кричать: О-хо-хо! Шо значит, ты меня не понимаешь? Как? Зачем? Я против! Я таки сильно против! Идея плоха, как старые сапоги дяди Семы! Ты таки помнишь те сапоги, Сара?... Вас, мистер Кейн.

Еврей протянул оборотню старый кнопочный телефон с таким обреченным видом, словно ему сказали, что золото обесценилось по всему миру.

Кейн нахмурился, но все же поднес трубку к уху.

– Да?– Сказал грубее, чем рассчитывал.

– Здравствуйте, мистер Кейн.– Звонкий женский голосок прозвенел в телефоне.– Рада познакомиться.

– Здравствуйте. Сара?– Оборотень удивленно вскинул бровь: от звука ее голоса волосы на теле встали дыбом, сердце заколотилось.

– Я.– Кейн понял, что девушка улыбается.– Абраша составил список, но мне нужно больше информации. Это реально?

– Вполне.– Оборотень схватил ложку и помешал кофе. Он нервничал. Он нервничал? Почему? Из-за голоса на другом конце мобильника?

– Размер у вас все тот же?

– Эм,– протянул Кейн и понял, что покраснел.– Не понял!

– Размер одежды? Чтобы подобрать костюм. Вы не поправились после последней нашей встречи?

Оборотень перестал воспринимать слова. Последней встречи? Они встречались с неуловимой Сарой? Когда?

– Нет.– Все же выдавил он.

– Отлично.– Пропела трубка.– По оленям: у Абраши аллергия на синтетику, костюм придется шить на заказ. Это займет время.

– Сколько?

– Пара часов. По ампулам: разводить сразу или везти отдельно и вы сами смешаете инъекцию?

– Если не сложно, разведите.– Кейн откашлялся, поймав настороженный взгляд Абрама Моисеевича.– Там пропорции…

– Я их знаю. Я готовила для вас партию на прошлый заказ. Так, и еще…

Сара что-то говорила, задавала вопросы, но Кейн уже плохо понимал происходящее. Он сжал пальцы в кулак: ладони вспотели, дыхание стало поверхностным и частым. Вторая ипостась выла в нем, изо всех сил стремясь покинуть ненавистное кафе и взять след прекрасной самки.

– Спасибо, мистер Кейн.– Пропела Сара.– Увидимся через пару часов.

И повесила трубку, позволяя оборотню вздохнуть.

Что это было?

Глава 15.

31 декабря. 15:00 дня.

Сара задерживалась. Кейн нервничал. Абрам Моисеевич болтал без умолку, Изя дремал.

Оборотень постоянно оборачивался к окну, в каждой проходящей мимо женщине высматривая жену Перекупщика. Она сказала, что они встречались… Когда? Ее бы Кейн запомнил. Уж голос точно! Этот голос пробирал до мурашек, будил в крови такие чувства, от которых отключался мозг. Лишь один раз оборотень испытывал нечто подобное: много лет назад. Ее звали…

– Мойша.– Вскрикнул еврей и развел руками.

Кейн вздрогнул и посмотрел на Абрама Моисеевича так, словно увидел его впервые.

– Таки это Мойша, ви такое ожидали? Я – нет.– Продолжил рассказ Перекупщик.– А я говорил, неважно, сколько общей крови в нас сидит, деньги любят счет. Таки ви со мной согласны? Конечно, согласны, ви на запах определяете сумму гонорара, а я таки в восторге от процента.

– Что?– Оборотень нахмурился и сжал пальцы в кулак, вгоняя ногти в ладонь. Боль помогла избавиться от навязчивых мыслей.

– Знаете, сколько раз моя Сарочка вытаскивала его из помойной лужи? Таки я вам скажу – много! А сколько раз она поддерживала его безумные планы? Много! Мойша – пятое колесо в телеге нашей семьи и только моя Сарочка еще видит в нем что-то путное.

– Сколько вы женаты?– Чтобы задать этот вопрос оборотню пришлось собрать волю в кулак.

– Ой, таки Мойша еще тогда не родился.– Задумался Перекупщик и беззвучно зашевелил губами, отсчитывая года.– Тридцать лет почти. Тридцать лет счастья и веселья назад. А шо?

– Ничего.– Насупился Кейн и снова уставился в окно. Его самые длительные отношения длились шесть месяцев и то лишь благодаря работе. Она была стюардессой, а он часто уезжал по заданию. Иногда после миссии он даже не мог вспомнить, почему полуголая девица лезет к нему в кровать и откуда у нее ключ от двери.

– Таки да,– продолжил разглагольствовать еврей.– Мойша был таким милым мальчиком, а вырос в большого заср… Он постоянно шо-то придумывает. Чем, спросите ви? Таки я отвечу: не знаю, потому как мозга у него нет.

– Долго еще ждать?– Угрюмо перебил еврея оборотень.– Ваша жена задерживается.

– Ой, вей, начальство не может задерживаться, она таки будет вовремя. А на шо она вам сдалась?

– Кто?– Нахмурился Кейн.

– Таки Сара?– Абрам Моисеевич сдвинул шляпу на затылок и манерно отпил из чашки зеленый сироп.– Ви же не думаете взять ее с нами? Плохая идея, скажу я вам. Вот однажды ми таки пошли в поход…

– Нет.– Оборотень снова повернулся к окну.– Она всего лишь курьер.

– Ви таки не забывайте, шо ее услуги оплачиваются отдельно.– Еврей подвигал бровями.– И даже котик не сможет меня уговорить сделать вам скидку. Сара таки сама назначает цены.

– Разберемся.– Буркнул оборотень.

Он злился. Злился, что позволил себе что-то почувствовать к женщине, которую даже не помнил, на еврея за то, что был ее мужем, на нее, что была замужем. Даже на котолака.

Рыжий Иной мирно дремал на подоконнике и даже не догадывался о том, какие черные мысли крутились в голове Кейна.

«Как мальчишка, в самом деле!»– оборотень зло тряхнул волосами и снова уставился в окно.

– А вот и Сара.– Блаженно протянул Абрам Моисеевич.– Я таки пойду приму заказ.

– Сиди.– Кейн еле слышно зарычал и поднялся, опираясь кулаками о стол.– Я сам приму.

– Но…– Начал было еврей, но осекся под яростным взглядом оборотня.– Таки ладно: идите, считайте. Это прекрасное качество, доверяй, но проверяй.

– Ага.– Рыкнул Кейн и вышел из кафе.

Все шло кувырком: нелепое задание, короткие сроки, непроверенный наниматель, довесок в виде еврея и странная охрана здания. Почему люди, охотящиеся за Иным, не вооружены? Где стволы, гранаты, базуки, в конце концов? На кого они работают? Если они такие профи, но логичнее было поставить засаду в самой квартире, а не отсвечивать рядом с домом? Что-то тут было нечисто!

Глава 16.

31 декабря. 15:10 дня.

Припаркованный в тридцати метрах джип призывно поморгал фарами, и оборотень уверенно прибавил шаг.

– Ви таки должны меня простить.– Абрам Моисеевич догнал Кейна и чуть ли не бегом засеменил рядом.– Но таки моя Сара – женщина подозрительная и абы с кем разговаривать не будет.

– Я думал, она меня знает.– Нехорошо усмехнулся оборотень. В памяти всплыл недавний разговор по телефону и слова, произнесенные с нежным придыханием: «…после нашей последней встречи…».

– Таки вас – да, но я должен быть с вами рядом.

– Вы переживаете, что я украду вашу жену?– Кейн сжал пальцы в кулак: шутка шуткой, но сердце непривычно сильно застучало в груди от одной мысли о подобном поступке.

– Нет, вай-вей,– вскинулся Абрам Моисеевич и рассмеялся.– Я таки доверяю Саре, как швейцарским часам и банку на Каймановых островах. Я больше таки волнуюсь за вас.

– А что со мной?– Оборотень резко остановился и еврей тут же влетел в его спину носом, не успев затормозить.

– Таки ви должны считать заказ быстро: Сарочка не любит задерживаться на дороге под камерами. И у меня таки есть вопросы: куда ви сложите то, что заказали? Принесете в кафе и спрячете под столик? Я, конечно, всегда могу сказать, шо это таки переноска для котика, но кто ж мне поверит, если Изя будет лежать на мешках для трупов?– Абрам Моисеевич оббежал Кейна и задрал голову, рассматривая хмурое лицо оборотня.– И вам не кажется, шо отсвечивать вашим весьма специфическим лицом перед домом, в который ви собираетесь проникнуть, как минимум не разумно?

– Вы волнуетесь, Абрам Моисеевич?– Нахмурился Кейн.– Я что-то должен знать?

– Ви умны, как дядя Мойша, но таки нет: я не волнуюсь, а всего-навсего переживаю за нашу операцию.

– Все будет нормально с вашей           операцией.– Недовольно пробурчал оборотень.– Вы пропустите меня к машине или мне вас отодвинуть?

– Таки проходите.– Скуксился еврей и посторонился.– Кто вас держит? Уж точно не я.

Кейн подошел к джипу и услышал, как щелкнул замок багажника. Задняя дверь поднялась, вынуждая оборотня обойти машину. Перекупщик засеменил к водительской двери, на бегу показывая руками, чтобы Сара опустила стекло. Тихий быстрый шепот еврея затерялся в ровном звуке работающего двигателя.

– Ничего, мы пойдем другим путем!– Кейн нырнул под дверь и внимательно осмотрел салон: так сразу и не скажешь, что водитель – женщина. Ни тебе ярких безделушек на сиденьях, ни забытой помады, ни шарфика, небрежно брошенного в багажник. Даже ароматизатор был самый обычный: морской бриз, а не клубничный рай или что похуже.

Ладони оборотня вспотели: Сара нравилась ему все больше.

Кейн втянул ноздрями воздух: бензин, присадки, отдушки и легкий аромат Dior. Духи почти не чувствовались, даже было не понять пользовался ли ими водитель или просто подвозил пассажира.

Дверь хлопнула. Стук каблучков приближался.

– Абраша, не паникуй!– Услышал оборотень недовольный женский возглас.

– Но, Сарочка, он – наемник. Не стоит тебе, моя роза, общаться с подобным слоем общества.

– Я таки ослышалась или ты говоришь такое о Кейне?– Недовольство, мелькнувшее в ее словах, даже у оборотня вызвало мурашки.– О нашем Кейне?

– Но Сарочка…

– Здравствуйте. Рада с вами познакомиться лицом к лицу.– Проворковало за спиной оборотня.

Кейн выпрямился и с замиранием сердца обернулся.

Ей было около сорока лет. Темные волосы прикрывал шелковый фиолетовый платок, серые глаза смотрели внимательно и как-то особенно по-доброму, подол длинного платья почти лежал на асфальте, одновременно закрывая и обтягивая женские прелести.

Кейн даже отступил на шаг, разглядывая жену Перекупщика. Что-то было не так! Ошибка, неточность, неверные данные…

– Здравствуйте.– Наконец пробормотал он и пожал протянутую руку.– Рад видеть.

– И это взаимно.– Улыбнулась Сара.– Абраша так много о вас рассказывал, шо я знаю вас так хорошо, как не знаете себя ви.

– Польщен.– Пробормотал оборотень и нахмурился, собирая мысли в кучу.

– Пробежимся по заказу.– Сара нырнула в багажник, раскладывая привезенные сумки.– Считать будете?

Мелодичная трель мобильника ворвалась в сознание ошарашенного Кейна.

– Таки алле. Шо опять возникло в твоей голове? Ох, мое сердце не выдержит такой просьбы!– Абрам Моисеевич протянул трубку Кейну и улыбнулся через силу.– Это таки вас, но помните, шо я вас предупреждал.

– Что?– Буркнул оборотень, все еще рассматривая жену Перекупщика.– О чем?

– Я прошу прощения, меня задержали.– Знакомый голос ворвался в мысли оборотня из динамика телефона, и сердце заколотилось в груди так, будто на Кейна направили гранатомет.– Я смогу подъехать ближе к ночи. А пока моя мама привезет ваш заказ.

Бровь оборотня взлетела к волосам, по коже, как по плацу, пробежали строем мурашки:

– Мама? Ваша мама?– Пробормотал он, но трубка уже замолчала.

Кейн еще с минуту слушал отрывистые короткие гудки, прежде чем перевел бешеный взгляд на притихшего Перекупщика.

– А шо такое? Судя по вашим большим глазам, ви в шоке.– Абрам Моисеевич пожал плечами и виновато улыбнулся.– Я вам таки не говорил, шо у меня есть дочь? Ну, теперь ви в курсе и да поможет вам Бог!

31 декабря. 15:20 дня.

Кейн задумчиво разглядывал пакеты, выставленные в багажнике. Мысли словно растворились в голове и никак не хотели собираться в кучу.

Их было двое: мать и дочь. В том, что он прежде не встречал жену Абрама Моисеевича, оборотень был уверен. Но дочь…

– Ее тоже зовут Сара?– Кейн посмотрел на еврея с прищуром.

– Таки да,– Перекупщик отвлекся от разговора с супругой и улыбнулся неожиданно тепло.– Ми не стали выбирать другое имя, это нам прекрасно подходило.

– Две Сары.– Повторил оборотень, поймав насмешливый взгляд сероглазой женщины.

– Две розы,– поправил еврей.– Таки я живу в цветнике и безмерно этому рад.

– Попробовал бы ты сказать иначе.– Хохотнула его жена и посмотрела на Кейна.– За этим домом есть милый закуток. Там стоят и ароматизируют две помойки. Мимо ви точно не пройдете. Забирайте Изю, ми будем ждать вас там.

Кейн кивнул и послушно направился к дверям кофейни. Ему нужно было время привести мысли в порядок и ее предложение прозвучало как нельзя вовремя.

– А меня он так не слушает.– Услышал оборотень причитания еврея.– Кто нашел ему вертолет на Ниле? Таки я. Кто свел его с вором в джунглях? Таки опять я. Кто вытащил его из Ниагарского водопада? Таки снова я. И шо я получил взамен? Почему он слушается тебя, Сарочка, где справедливость, спрашиваю я!? Таки я отвечу: ее нет.

– Абраша, садись уже в машину.– Пробормотала жена.– Дай ему время на подумать.

***

Тучи заволокли небо, воздух посерел, ноздри щекотал запах выхлопных газов мчащихся мимо автомобилей.

Кейн мельком взглянул на часы и поморщился: половина четвертого. Больше двенадцати часов прошло с момента заказа, а он так до сих пор и не переступил порог дома адресата. Зато успел обпиться кофе и познакомиться с неуловимой Сарой. А неожиданное появление наследницы преступного мира и вовсе выбило его из колеи. Еще никогда он не думал о женщине так долго и упорно! Хотя нет, один раз все же такое было. На одной из миссий он столкнулся со снайпером. Двое суток он лежал среди скал в обнимку с винтовкой и высматривал цель. Тогда его пуля прошла прямо через линзу. Он видел, как откинулась голова снайпера, и черная длинная коса взметнулась над камнями. Это был первый раз, когда он убил женщину.

«Соберись!»– оборотень встряхнулся и несколько раз ударил себя по щекам. Лучше соображать от этого он не стал, но злость помогла отодвинуть мысли о таинственной дочери Перекупщика на второй план.

Расплатившись с молчаливой официанткой, Кейн сграбастал котолака и уверенно зашагал в обход дома.

– Куда идем?– Промурлыкал Изя ему на ухо и, ловко перебирая лапами, взобрался на широкие плечи оборотня.

– Принять товар.– Буркнул Кейн.

Слежки не было. Странно. Его вели от магазина и неожиданно отстали после первой заказанной им чашки кофе. Два варианта: либо Кейн ошибся и увидел то, чего не было, либо наружку взяла другая группа – более неприметная и профессиональная. Оба варианта были оборотню не по душе.

– А Абраша где?– Котолак завертел головой, щекоча щеки Кейна длинными усами.

– Там.

– Где «там»?

– Изя, зачем тебе сдался Перекупщик?– Оборотень скосил глаза на рыжего кота.– Только честно.

Изя задумался и, наконец, выдавил:

– Каждый играет свою роль, каждый для чего-то нужен.

– И еврей тоже?

– Естественно.

– А Сара?

– Все мы твари…– Загундосил котолак, но оборотень перебил его недовольным рычанием.

– Изя, блин, я же не прощу тебя раскрыть тайну сотворения мира! Если не можешь или не хочешь отвечать, так и скажи.

– Хорошо.– Легко согласился он.– Я не могу тебе ответить.

– Потому что не знаешь?

– Потому что не могу.

За джипом Сары был припаркован серный минивен. Оборотень бросил быстрый взгляд на номера и нахмурился: транзитные.

– Почему ты вечно ходишь с таким недовольным лицом?– Спросил Изя, обвил шею Кейна хвостом и наклонился, заглядывая оборотню в глаза.– Смотри, какая у тебя морщина на лбу!

Кейн недовольно зарычал, отмахиваясь от котолака:

– Ты мой психиатр?

– Упаси Посейдон.– Не на шутку перепугался кот.– Еще не хватало котам волков лечить.

– Тогда не лезь.

– Таки вот и ви.– Прервал разгорающуюся перепалку Абрам Моисеевич, сползая с пассажирского сидения высокого джипа.– Я таки успел и соскучиться, и попереживать. Как дошли?

– Без происшествий.– Буркнул оборотень, осматривая окна и крыши прилегающих к переулку домов. Слежки он не заметил. Что-то было не так, неправильно, странно…

– Приступим.– Перекупщик первым подскочил к минивену и потянул за ручку, открывая дверь.– Таки у нас в наличии есть все, кроме совести.

31 декабря. 15:45 дня.

Кейн проверил содержимое коробок и довольно улыбнулся: товар высшего класса. Веревки полиамидные – дорогие, но качественные, используются в альпинизме. Липкая лента – латвийская, такой можно водопроводные трубы на века замотать. Мешки прорезиненные, влагонепроницаемые.

Где достала эти сокровища Сара, осталось загадкой, но привередливому оборотню она угодить смогла. В который раз.

– Таки что скажете, мистер Кейн?– Сара неслышной походкой подошла к оборотню, заглядывая в фургон через его плечо.– Ви таки довольны товаром?

– Как всегда.– Снова улыбнулся он.

– Я рада.– Жена Перекупщика стрельнула в сторону Кейна длинными ресницами, довольная похвалой. На ее щеках заиграл румянец.– Ви знаете, я таки выделила под ваши запросы гараж. Ви самый дорогой наемник, мистер Кейн, но это того стоит.

– Да?– Оборотень усмехнулся.– Если не секрет, какой процент вы берете за мой наем?

– О, это таки тайна.– Рассмеялась Сара.– Но скажу так: половина нашей прибыли уходит на закупку оборудования для ваших миссий.

Кейн покачал головой и пробормотал:

– Я всегда думал, что работаю один.

– Таки да, естественно один. А ми чютка-чютка вам помогаем!– Сара показала наманикюренными пальчиками предполагаемый размер помощи.– Самую малость.

– Спасибо.– Выдавил оборотень и отвернулся.

Благодарить он не умел. Если тебя прикрыли от пули – кивни в ответ, этого достаточно, есть возможность – отплати тем же. Нужна вещь – укради или добудь в драке. С заказчиками дело обстояло иначе – Кейн брался за работу и составлял список необходимого оборудования, если это входило в договор. Кто ж знал, что все это время «необходимым» обеспечивала его Сара, беря за это процент от сделки.

Выходит, команда у него все-таки была.

– Не стоит.– Махнула рукой жена Перекупщика.– Это моя работа.

– Таки шо ми будем делать, я стесняюсь спросить?– Беспардонно влез в разговор Абрам Моисеевич и залихватски сдвинул шляпу на затылок.– Каков план?

– Будем убирать охрану по одному.– Кейн подбросил в руке скотч и сунул его под нос еврея.– Вязать и складировать в минивэн.

– Таки не получится.– Перекупщик поджал губы и осторожно отвел в сторону липкую ленту.– Они ходят по трое – подвал тому свидетель.

– Трое – не помеха.– Непонимающе нахмурился оборотень.

– Таки да, но пока ви убиваете их, на шум сбегутся остальные. Они задавят вас численностью. Или перебьют нас, пока ви машете ручками, отбивая им почки и головы. Сара будет ругаться, если меня убьют.

– Буду.– Сурово подтвердила его жена и нахмурилась.

Оборотень усмехнулся: странная парочка. Они не подходили друг другу от слова совсем, но именно из-за этого были на удивление счастливой парой. По крайней мере, Кейну хотелось так думать.

– Будем выманивать, разделять и обезоруживать группами. Так подойдет?

– Таки да.– Абрам Моисеевич кивнул.– Но кто я такой, шо бы вас чему-то учить?

– Для начала неплохо было бы узнать их количество.– Кейн привычно сдвинул брови.– Мало передать котолака ребенку, нужно еще и покинуть здание без вреда для здоровья.

– Очень на это рассчитываю.– Снова вставил еврей.– Особенно на «без вреда».

31 декабря. 22:30 вечера.

Несколько часов они потратили на то, чтобы запомнить план здания, переодеться и перегнать минивэн ближе к дому. Саре пришлось еще раз отлучиться, чтобы довезти кое-что из личного арсенала к кафе. Она договорилась об отвлекающем маневре, придуманном Кейном, и долго спорила с кем-то по телефону.

Зайти в здание нужно было с первой попытки. Права на ошибку у них не было. Любой промах сорвал бы миссию.

Кейн поправил ремень, косынку, выпустил рубаху, чтобы ткань не сковывала движение в драке и нахмурился. Будь он сейчас в Азии или где-нибудь в джунглях, прирезал бы охрану и даже глазом не моргнул. В городе этого делать не стоило. Да и не заметил он что-то оружия у противника – только дубинки и шокеры. И кулаки.

Оборотень взглянул на часы: половина одиннадцатого. Пора. Под покровом ночи черной кошке проще попасть в дом. Даже если ночь освещена фонарями вдоль дорог и неоновыми вывесками реклам.

– Ми таки готовы.– Словно прочитав его мысли, прошептал Абрам Моисеевич.– Все на своих местах и ждут только твоей отмазки.

– Отмашки.– Поправил Кейн и обернулся, придирчиво рассматривая своих помощников.– Нда-а…

– Таки чему ви не рады?– Перекупщик поправил шляпу, откинув косички за плечи.– Ми сделали все, как в фильме.

– Заметно.– Оборотень нахмурился, скрывая улыбку.– И с какого фильма брали идею?

– Рэмбо. Первая кровь.– Важно кивнул еврей.– Я таки должен быть готовым в случае с вашей работой. И теперь знаю, шо выжить в лесу с ножичком вполне реально. А ви, мой дрюг, запросили в последний раз следопыта и вертолет. На кой вам сдалась та металлическая птичка? Она кушает топлива больше, чем слоник.

– На этой металлической птичке я вывез пять человек.– Кейн вопросительно приподнял бровь.– Или вы думали, что я пойду с ними по джунглям пешком?

– Таки… нет.– Расстроился Абрам Моисеевич.– Но со следопытом ви все же шиканули.

– Мяу.– То ли поддержал, то ли оборвал еврея котолак.

– Зачем вы накрасились?– Кейн схватил Перекупщика и Изю за лицо и морду двумя руками и одновременно повернул, рассматривая художественную роспись в виде черных полос.– К чему это?

– Рэмбо.– Многозначительно протянул Перекупщик и приподнял шляпу, демонстрируя оборотню повязанную на голову красную бандану.– Я пришел-таки вас спасать.

Оборотень покачал головой, но больше ничего не сказал. Еврей был обузой, котолак – заданием, он сам – исполнителем. Эта миссия казалась сложнее, чем все предыдущие только потому, что Кейн ее не понимал. Слишком много вопросов и ни одного внятного ответа.

– Каждый несет свою сумку.– Оборотень подал пример Абраму Моисеевичу, закидывая рюкзак через плечо.– Пока я расчищаю дорогу до квартиры, вы,– он ткнул пальцем в грудь Перекупщика.– Несете котолака. Если становится горячо, бросаете меня и бежите к ребенку. Это понятно?

– Таки да.– Важно кивнул еврей.– Один вопрос: я бегу с котиком?

– С котиком.– Зарычал оборотень.– Сейчас он – не пушистый Иной, а посылка. И относиться к нему нужно так же: не бросать, не пинать, из виду не упускать.

– Понятно.– Снова кивнул Перекупщик.

– Время?– Оборотень посмотрел на часы и нажал кнопку обратного отсчета.– Час двадцать до полуночи. Выдвигаемся.

31 декабря. До полуночи 1 час 10 минут.

Кейн скользил вдоль стены, сливаясь с тенями высотных зданий. Он и сам был тенью: бесшумно ступал по асфальту, прислушивался к шагам и разговорам проходящих мимо людей. Его не видел никто. И никто даже не повернул бы голову в его сторону, если бы не…

– Ай! Таки, ай!– Вскрикнул в очередной раз Абрам Моисеевич.– Котик, будь лапочкой, не царапай мне шею.

– Тсс.– В который раз прошипел оборотень и остановился. Он даже уже протянул руки, чтобы придушить на месте неугомонного Перекупщика, но вовремя одумался.

– А шо?– Наивно округлил глаза Абрам Моисеевич и ткнул пальцем настороженно озирающегося на его плече котолака.– Ми просто гуляем. Кому какая разница, шо делает в подворотне старый еврей и его котик?

– У них есть твое фото!– Чуть не заорал Кейн, но все же взял себя в руки.– Ты что-нибудь слышал о внезапности? Проще повесить транспарант над головой и сдаться, чем подкрадываться с таким, как ты. Как только я мог допустить мысль, что у нас может хоть что-то получиться?

– Это ви, молодой человек, уже добрую минуту шипите мне в лицо и привлекаете внимание.– Нахохлился Перекупщик.– Идите, идите в уперед. Я понял промашку котика и больше не позволю ему так топать. Таки, ай! Ай! Хорошо, Изя, я понял свою промашку!

Оборотень покачал головой: горбатого исправит только могила. Или перелом позвоночника.

Он выглянул из-за угла, присматриваясь к цели. Охрана стояла на местах, зорко вглядываясь в проходивших мимо людей и проезжающие машины.

– Таки шо там?– Абрам Моисеевич громко пыхтел за спиной Кейна.

Как паровоз, ей Богу!

Оборотень в ответ злобно фыркнул на еврея, вздохнул и свернул во дворы. Это был единственный путь. Они пройдут через подвал, далее – вдоль дома. Если действовать аккуратно и бесшумно, то нужно будет убрать лишь тех, кто стоит на страже дверей.

– Я таки волнуюсь о Саре.– Громко зашептал еврей на ухо Кейну.– У нее топографическая дезориентация. И это таки не секрет. А ви столь необдуманно отправили ее на машине одну.

– Она прекрасно умеет пользоваться навигатором.– Кейн уже был готов стонать от бессильной ярости.– Ваша Сара уже на месте и ждет. Я вас умоляю, тише!

– Хорошо.– Примирительно поднял руки перекупщик.– Кто я такой, шобы вас отвлекать? Обидеть еврея может каждый. А я, между прочим, несу тяжкий…

– Тсс!!!

До подвала добежали быстро. Стоявший в паре шагов от лестницы минивэн моргнул фарами и снова затерялся в темноте припаркованных на ночь машин.

Кейн довольно поджал губы: молодец Сара, встала удачно – подход к боковой двери автомобиля был широким и свободным. Абрам Моисеевич с котолаком на руках неслышно скользнул вдоль машины, а оборотень нырнул в полумрак лестницы.

Подвал встретил Кейна открытой дверью и натужным глухим стоном троих амбалов. Освободиться от пут у них не получилось, но подползти ближе к выходу – вполне. Еще минут десять, и они выбрались бы на улицу.

Три коротких резких удара в челюсть отправили охранников в страну Морфея еще минимум на час. Оборотень быстро обыскал бессознательные тела, выудив на свет наушник и рацию. Отлично: по крайней мере, теперь он будет слышать все, что происходит вокруг.

– Ты же не оставишь их с-здесь?– Мурлыкающий голос котолака прошелестел по подвалу, заставив Кейна вздрогнуть.

– Не подкрадывайся со спины.– Прошипел оборотень и обернулся, высматривая Иного, но увидел только два зеленых огонька глаз в дальнем углу.– Что ты тут делаешь?

– Скучно.– Глаза Изи на секунду потухли и снова разгорелись с новой силой.– Человек и его жена много говорят и еще больше спорят. От этого болит голова.

Кейн усмехнулся и закинул первого охранника на плечи. Так он переносил туши коров на скотобойне, пока не понял, что на него с подозрением косятся остальные работники. Тогда пришлось неделю проваляться дома и всем говорить, что сорвал спину.

– Ты будто ведра на коромысле таскаешь.– Со знанием дела кивнул котолак.– Удобно?

– Очень.– Оборотень поправил тело и уверенно зашагал к лестнице. Изя молнией вылетел из темноты, подпрыгнул и приземлился на спину охранника. Кейн зашипел, недовольный прибавлением веса к ноше, но промолчал.

– Ребенок говорит куда больше.– Оборотень боком протиснулся в дверь и, осмотревшись, поднялся к минивэну. Чтобы скинуть тело в гостеприимно распахнутую дверь и руки еврея понадобилось около пяти секунд.

Кейн спустился за следующим охранником, краем глаза заметив рыжий хвост, мелькнувший в проеме подвала.

– Дети – моя работа.– Промурлыкал Изя, сел на второго мужика и прищурил глаза.– А слушать болтовню Перекупщика – побочный эффект.

Оборотень не ответил, вынес второе тело к машине и тут же спустился за третьим. Иной ждал его на том же месте, довольно щурясь на свет тусклой лампы.

– Ты же знаешь, что ты последний оборотень?– Зеленые угольки глаз уперлись в Кейна тяжелым взглядом, пушистый хвост вытянулся в струну. Если Кейн и заметил волнение Иного, то вида не показал.

– Догадывался.– Оборотень присел перед охранником и, поморщившись, продолжил.– Я как-то искал стаю.

– И что?

– Последнее упоминание было двести лет назад. Остальные – лишь выдумки.

– Тебя, по крайней мере, помнят.– Загрустил котолак.– Фильмы снимают, сериалы. Обо мне – тишина.

– А кто ты?– Кейн с интересом посмотрел на рыжего кота.– Тоже оборотень?

– Пф-ф.– Дернул хвостом Иной.– Оборотни – мышцы без мозга. А я – разум и ловкость.

Кейн вопросительно вздернул бровь и уставился на котолака пронзительным взглядом:

– Без мозга?

– Были.– Быстро исправился иной.– Ты – исключение.

Оборотень вынес охранника на улицу, передал еврею и прислонился к минивэну. Будь сейчас сигареты, он бы закурил. Он не любил такие минуты меланхолии: волчья тоска накатывала волнами. Иногда так хотелось вспомнить предков, выйти на крышу и завыть на луну.

– Таки подвиньте ваши ноги.– Прошипел Абрам Моисеевич, отвлекая Кейна от грустных мыслей.– Месье, ви здоровый, как лось. Сарочка, душа моя, нам нужны мешки побольше. Вот этого, с позволения сказать, молодого человека, в один мешок никак не одеть.

– Перетяни скотчем.– Сара передала еврею клейкую ленту.– Нам надо выиграть час. Потом позвоним и расскажем, где их искать.

– Вот за шо я тебя люблю, то за твою доброту.– Разулыбался Перекупщик.– Кейн, а сколько еще таких подарков ви принесете нам в машинку?

 Оборотень прижал наушник пальцем, прислушиваясь к переговорам охраны, и прикинул тембры голосов:

– Пять, может, семь. Остальные останутся в здании.

– Семь!– Шепотом простонал еврей.– Сара, цветочек мой, складируй их друг на друга, иначе нам не хватит места.

– Сними две куртки.– Кейн кивнул на охранников.– Нужно переодеться.

[31 декабря.] [55 минут до полуночи.]

Оборотень потратил несколько минут впустую, уговаривая Абрама Моисеевича стереть с лица намалеванные тушью черные полосы, но еврей, воодушевленный приключением, заупрямился. К удивлению Кейна, Изя поддержал Перекупщика. Но, судя по тому, как усатый Иной покатывался со смеху при одном взгляде на новоявленного Рэмбо, сделал он это только ради веселья.

Кейн накинул куртку охранника и перетянул волосы резинкой: его густая шевелюра была слишком заметна на фоне коротко стриженых вояк, да и в драке мешать меньше будет.

Он прокрался вдоль кирпичной стены дома и осторожно выглянул из-за угла. Три охранника стояли к нему спиной и лениво переговаривались. Если задача по времени у них стояла такая же, как у оборотня, то до конца смены оставалось меньше часа. То самое время, когда работать уже не хочется, натруженные ноги мечтают снять берцы, а желудок требует пропустить баночку-другую пива с друзьями в ближайшем баре.

В затылок Кейна громко дышал Перекупщик. От волнения он постоянно кусал ногти. Щелкающий звук зубов ужасно нервировал. Изя был спокоен. Он пластом лежал на плечах еврея и только вытянутый в струну хвост выдавал сосредоточенность.

– Если уж поперся со мной, то хотя бы не толкай в спину.– Прошипел оборотень.

Абрам Моисеевич обиженно округлил глаза, но руки от лица убрал.

Первого охранника Кейн снял быстро: подкрался со спины и, придушив раззяву, утащил в темноту.

– В машину.– Скомандовал оборотень, передавая бесчувственное тело еврею.

Абрам Моисеевич ловко обхватил охранника и послушно перенес к минивэну. И откуда только силы взялись? А ведь на вид обычный старик.

С двумя оставшимися пришлось повозиться: дотянуться до рации и вызвать подмогу Кейн им не позволил, но и вырубить с первого раза тоже не смог. Щедро раздавая удары, оборотень отправил их в нокаут по одному.

– Котик, будь лапочкой, принеси скотч.– Абрам Моисеевич ловко замотал одного из охранников остатками липкой ленты и с волнением прижал руки к груди, любуясь своим произведением.– Какая таки прелестная мумия получилась. И почему я не пошел в скульпторы?!

Оборотень недовольно рыкнул и посмотрел на часы…

[31 декабря.] [45 минут до полуночи.]

Рация захрипела.

– Где тя черти носят?– Щелкающий звук помех разорвал тишину ночного города.– Первый вход, ответь центру.

– Первый вход?– Глаза Перекупщика полезли на лоб.– Есть второй?

Кейн пожал плечами и, помедлив, поднес рацию к губам.

– Тут я, тихо всё.– Проскрипел он в трубку и с замиранием сердца стал ждать ответ.

– Смотри в оба.– Рация мигнула зеленым и затихла.

Абрам Моисеевич прислонился к стене, котолак еле заметно дернул усами. Оборотень небрежно засунул трубку за пояс, ничем не выдав своего волнения. Проколись он сейчас и все, кто был в здании, сбежались бы в холл. Тогда им помог бы только автомат.

– Ползком?– Перекупщик выглянул из-за угла, рассматривая парадный вход.

– Ага, на пузе.– Оскалился Кейн.– Ты первый.

Оборотень нажал на наушник, вставленный в ухо, прислушиваясь к переговорам. Выходит, рацией пользуются те, кто на улице и в холле. Остальные ребята – наемники из одной группы: связь общая, шокеры и те одной фирмы. Видимо, покупались оптом. Судя по голосам, их не меньше десятка. Зачем нанимать вояк для охраны квартиры маленького ребенка? Не проще перевезти ее и спрятать? Тогда Кейну пришлось бы попотеть, чтобы отыскать адресат.

– А я ей и говорю – секретная служба.– Неожиданно раздался голос и последующий за ним громкий хохот.– Прикинь?

– Голова.– Поддакнул второй.– И че, сработало?

– Ну.– Утвердительно промычал первый и снова расхохотался.

Кейн прищурился, рассматривая двух мужчин, только что вышедших на улицу. Добежать до них прежде, чем они поднимут тревогу, не получится. Значит, придется подходить с другой стороны. Буквально.

– Мужики, есть сигарета?– Оборотень вышел из-за угла, опустив голову.– Курить охота, аж зубы сводит.

– На,– «агент секретной службы» достал из внутреннего кармана пиджака серебристый портсигар.– Джон увидит, по голове не погладит.

– Разберусь.– Махнул рукой Кейн, приближаясь.

Десять шагов.

– А ты кто такой?– Прищурился второй охранник и словно невзначай положил руку на шокер.– С машины?

– Наружка.– Пробубнил оборотень, старательно прикрывая лицо.

Пять шагов.

– В наружке сегодня Патрик.– Успел пробормотать первый до того, как удар ребром ладони в горло заставил его свалиться на асфальт.

– Я за него.– Улыбнулся оборотень и сжал пальцы в кулак, переводя взгляд на остолбеневшего «второго».– Привет, как дела?

– Ёп…– Охранник захлебнулся собственным криком: Кейн шагнул вперед, привычно поднимая руки к лицу, и тут же атаковал.

Этот прием был его любимым и отработанным до рефлекса: три удара в живот, подставить плечо под согнувшегося от боли противника, удар в печень и коронный – в челюсть. «Второй» смешно взмахнул руками и завалился на спину. Глубокий нокаут: минут на пятнадцать, не меньше.

Готов. Следующий.

– Бл…– Прохрипел охранник, держась за горло, и потянулся к рации на ремне. Зря. Сказать все равно ничего не смог бы: грамотный удар по трахее лишает голоса надолго.

– Спать.– Процедил оборотень, направляя подошву ботинка в голову «первого».– Абрам Моисеевич?

– Я тут.– Еврей, ловко перебирая ногами, выбежал из-за угла и быстро зашептал.– Ой, а крови-то, крови! Ви не запачкались? Знаете, моя Сарочка потрясающе выводит пятна. Один раз, било это как раз на прошлой неделе, ми решили покушать воблы…

– Все в порядке.– Оборотень покрутил пальцем над телами.– Уносим.

– Изя, тащи скотч.– Натужно зашипел перекупщик и, схватив одного из мужиков за ноги, потащил к кустам.– Больше скотча.

Кейн медленно выдохнул и встал спиной к дверям парадного входа: отсутствие охраны переполошит бойцов, а скучающий наемник ни у кого не вызовет подозрений.

– Первый, доклад.– Зашипела рация.

Кейн скривился, но все же ответил:

– Так же. Тишина.

– У нас таки проблема, молодой человек.– Зашептали ближайшие кусты голосом взволнованно Перекупщика. В листве мелькнули два зеленых огонька глаз котолака. Вот, неразлучная же парочка!

– Что еще?– Оборотень даже не повернулся, лишь поддел носком сапога камушек, изображая скуку.

– Если ви продолжите в том же духе, в машине скоро не останется места. Сара таки переживает, что не подогнала вам рефрижератор.

– Передайте Саре, что больше посылок не будет.– Вздохнул оборотень.– Остальные останутся в доме.

– Таки я рад безмерно.– Снова зашуршали кусты.– Ви скажите, когда устанете любоваться звездами, и ми таки начнем заходить. Время уже…

[31 декабря.] [35 минут до полуночи.]

В холле их было пятеро. Пять крепких коротко стриженых парней с военной выправкой и ростом под два метра. Кейн скривился, обнажая верхние зубы: плохо. По одному, максимум, по двое – еще был бы шанс. Но выходить против пяти – глупость несусветная.

– Изя?– Тихо позвал оборотень и, заметив в кустах зеленые огоньки глаз, продолжил.– А как давно у тебя не было кошечки?

– Вай вей!– Донеслось из темноты.– Охальник!

– Не, не,– вступился за Кейна котолак и прищурился.– Зачем спрашиваешь, волк?

– Если бы сейчас был март, а под окном гуляла прекрасная незнакомка…

– С длинным хвостом?– С любопытством протянул Иной.– И усами?

– С пушистым длинным хвостом и длинными пушистыми усами.– Согласно кивнул оборотень.– Сбежала от хозяев, ищет своего кота, грустит…

– Я бы,– облизнулся котолак и даже выглянул из кустов.– Спел ей песню о любви.

– Спой, Изя.– Улыбнулся Кейн.– Вдруг она где-то рядом?

Судя по злорадному блеску в зеленых глазах, Иной план понял. Он дернул хвостом, уперся лапами в землю, поднял морду и…

– МЯ-АУ!– Гнусавый вой пролетел по улице. Задрожали стекла в окнах, машины содрогнулись и заверещали сигнализацией.– М-АА-УУУ!!!

В кустах что-то свалилось с громким треском. Видимо, старый еврей лишился чувств – не выдержала психика призывного пения котолака.

– Это что такое?– Зашипела рация пораженным заикающимся голосом.

– Кот какой-то.– Пробубнил в ответ Кейн, с трудом сдерживая смех.

– Бля, я думал, они только по весне так орут.

– МЯ-АА!!!

– Вай вей!

– МЯА-А-А-А!

Тут даже оборотень удивленно покосился на кусты:

– Это ж, сколько ты был один, Изя?

– Ой,– грустно вздохнул котолак.– Долго, волк. МЯ-УУУ!!!

– Заткните его кто-нибудь!– Выплюнула рация.

– Ответ отрицательный.– Кейну пришлось повысить голос, чтобы перекричать стенания Иного.– Одному его не найти.

– Холл, помогите наружке.– Короткий приказ привел пятерых бугаев в движение.

– МЯ-А-У!

На улицу вышли двое. Мягкий шелест берцев об асфальт он услышал только благодаря животной ипостаси.

– Где он?– На плечо оборотня легла широкая ладонь.– Во, орет, аж завидно.

– Ага.– Согласно кивнул оборотень, перехватил запястье наемника, вывернул сустав и обернулся.– Привет.

Удар головой, затем в солнышко, руку на излом и еще один в челюсть – готов.

Шустрый еврей выскочил из кустов и, зажимая уши, скачками понесся к неподвижному бугаю. Как Перекупщик связывал охранника, Кейн уже не видел: второй громила оказался более расторопным и встретил оборотня ехидной улыбкой.

– Своих вызывать не будешь?– Кейн закружился вокруг противника, взглядом указывая на рацию.

– Нет.– Коротко выплюнул громила.– Я много слышал о тебе, Кейн. В отделе о тебе легенды складывают.

– О, польщен.– Оборотень скользнул взглядом по крепкому телу: гора мышц. Такого успокоит разве что удар рельсы по голове.

– Не стоит.– Ехидно оскалился бугай.– Тебя переоценивают.

Первый удар Кейн пропустил: тяжелый кулак наемника впечатался ему в голову. В глазах на секунду запрыгали темные пятна, кровь из рассеченной брови потекла по виску. Следующий прилетел поддых, и оборотень согнулся, жадно глотая воздух.

– Говорю же, переоценивают.– Бугай снова замахнулся. Кулак пробил бок Кейна, сильная острая боль будто разорвала тело пополам.

– Это – сломанное ребро.– Подсказал бритоголовый и ударом ноги отправил оборотня к стене.

– Мяу?– Удивленно выглянул из кустов Изя, рассматривая стонущего Кейна.

– Все под контролем.– Прохрипел оборотень и, пошатываясь, встал.

– А теперь спать.– Приказал наемник, но нанести удар не успел: оборотень оттолкнулся от стены, подпрыгнул и спикировал на него сверху. Кейн вложил в удар всю силу, что имел в человеческом теле. Сработало. Они упали одновременно: бугай на спину в глубокой отключке, оборотень на бедро, прижимая руку к ребрам.

– Сзади.– Истошно заорал еврей.

Кейн обернулся. Трое выскочили из здания, истошно выкрикивая в рацию приказы.

Ну, теперь можно и пошуметь.

[31 декабря.] [25 минут до полуночи.]

– К лифтам.– Заорал Абрам Моисеевич и сорвался с места. Убежать далеко не удалось: его ноги замелькали в воздухе в безуспешной попытке дотронуться до земли.

– Стоять.– Кейн встряхнул еврея и поставил на пол.– Идем по лестнице.

– На третий этаж?– Побелел Перекупщик и вцепился в сумку, перекинутую через плечо, как утопающий в спасательный круг.– Шо, ногами? По ступеням?

– Хочешь, поднимайся на лифте.– Прошипел оборотень, отпуская ошарашенного еврея.– Его остановят и мышеловка захлопнется. Или поднимут на крышу и обрежут тормозные тросы. Хочешь превратиться в лепешку?

– Вай-вей! Сара будет против.

– Это точно.

Топот ног на втором этаже Кейн слышал прекрасно. Звуки отражались от стен и неумолимо приближались.

Оборотень толкнул в спину Перекупщика и, морщась от боли, первым направился к лестнице.

– А с теми, что делать будем?– Промурлыкал Изя с плеча Абрама Моисеевича и вытянул лапу в сторону улицы.

Кейн обернулся. Плохо: спецы, задействованные в наружке, брали дом в кольцо. Скоро их зажмут в тиски.

– Бегите.– Оборотень зарычал.– Передайте котолака девочке, я их задержу.

– Никак невозможно.– Проскулил Перекупщик.– Ви должны доставить котика сами. Это важный пункт договора.

– Не было такого!– Взревел Кейн.– Время оговорено и внешний вид.

– Таки смею с вами не согласиться.– Еврей выудил из-за пазухи старую тетрадь и, обслюнявив палец, перевернул страницу.– Вот, условие – Мистер Кейн доставит посылку адресату лично в руки. Время исполнения – не позже, чем за одну минуту до полуночи.

– Что за?…– Оборотень выхватил тетрадь, но в каракулях ничего не смог разобрать.– Это хотя бы буквы?

– Руны.– С гордостью исправил его Изя.– Нам надо спешить.

– Куда?– Кейн зарычал.– Нас прижмут на лестнице. Ладно,– он провел рукой по волосам, и, осмотревшись, схватил со стола консьержа старый ноутбук.– Отобьемся.

– Ви таки хотите побить их компутэром?– Округлил глаза еврей.– У нас нет времени на развлечения.

– Значит, не отвлекай меня.– Прошипел Кейн и повернулся к дверям.

Было бы проще, если бы нападавших можно было убивать. Для оглушения требовалось больше сил, чем для одного-единственного правильного удара.

Бегущие к дверям наемники вдруг остановились и растерянно обернулись.

Оборотень нахмурился. Он уловил доносящийся с улицы визг тормозов и бешеный ритм басов, изображавших музыку.

Красный маленький автомобиль влетел в поворот, свист колес слился со скрежетом поваленного заборчика и грохотом опрокинутого мусорного бачка. Улицу заволокло дымом из выхлопной трубы. Даже через двери чувствовался запах горелой резины и топлива.

Наемники шарахнулись в разные стороны, начисто забыв про оборотня и его команду. Машинка завертелась перед парадным входом, подскочила на ступенях и со скрежетом и воем влетела в стену дома. Из-под помятого капота столбом повалил дым.

– Ничёси!– Восхитился котолак.

– Вай-вей!– Поддержал его Перекупщик.

Водительская дверь медленно открылась. Басы стали громче, запах бензина сильнее. Бровь оборотня изогнулась дугой: на асфальт опустилась женская ножка в туфельке на умопомрачительном каблуке. Его можно было смело использовать как колющее оружие – длина сантиметров пятнадцать, не меньше.

– Здравствуйте.– Через грохот музыки Кейн услышал нежный голосок и тут же покрылся мурашками с головы до ног.– Я педальки перепутала.

– Сара?– Пробормотал оборотень и ринулся к дверям.

– Стоять!– Взревел Абрам Моисеевич и перегородил ему дорогу.

Кейн зарычал, но Перекупщик на угрозу даже бровью не повел.

– Назад, мистер Кейн. У нас осталось двадцать минут.

Оборотень тряхнул волосами и попятился к лестнице, все еще силясь рассмотреть неуловимую дочку еврея. Не смог: девушка так и не вышла из машины.

Все правильно: она была наживкой и играла свою роль. А у Кейна была своя задача.

Прежде чем подняться по лестнице, он принюхался. Через смрад растекшегося по асфальту топлива и вонь жженой резины, он уловил нежный аромат женщины с тонкими нотками Dior.

Кейн довольно рыкнул и понесся по ступеням.

Он запомнил ее запах.

Теперь она от него не убежит.

[31 декабря.] [20 минут до полуночи.]

Абраму Моисеевичу было несладко: он тащил сумку с костюмами, котолака и себя. Пока Перекупщик, кряхтя и ругаясь, поднимался по ступеням, мимо с воплями пролетали наемники. В Кейна будто вселился черт: он рвался наверх, разбрасывая вояк и щедро раздавая тумаки.

– Берегите ребро.– Пробормотал Перекупщик, проследив взглядом за очередным «летуном» между пролетами.– Я отсюда слышу, как хрустят ваши кости.

Оборотень сшиб зазевавшегося наемника. Сверкнул искрами электрошокер, направленный в корпус оборотня, но тот лишь громко зарычал и врезал громиле локтем в челюсть.

– Второй этаж.– Промурлыкал котолак.– Переодеваемся?

– Вай-вей,– Абрам Моисеевич скинул сумку на пол и прислонился к стене, с трудом переводя дух.– Как я устал!

– Костюмы.– Коротко рыкнул оборотень и требовательно протянул руку.

– Сотрите кровь, молодой человек.– Перекупщик присел на корточки и расстегнул сумку.– Нечего пугать малышку расцарапанным лицом.

***

Марк откровенно скучал. Ему и еще четырем наемникам достался самый непыльный пост – дверь в квартиру. Охрана в доме стояла на каждом углу, подвал и крыша были перекрыты – спокойная будет смена.

До полуночи оставалось меньше двадцати минут, когда начались странности.

Сначала в дом врезалась машина. Рация отплевывалась трехэтажными матами несколько минут, затем завибрировала от свистов и комплиментов.

– Какая цыпа за рулем!

– Мадам, вашу ручку…

Марк вздохнул: надо было выбирать «наружку».

Потом загрохотало на лестнице. Стоны и вопли стихли быстро, но сколько бы он не вызывал пост, ответа не получил.

А затем дверь на этаж распахнулась и в коридор вышли двое. И кот.

– Песец*!– Заржал один из наемников.– С Новым Годом, тля*!

Марк сказать ничего не смог. От удивления у него язык будто прилип к нёбу.

Первый мужик точно был Сантой. Красная шуба была ему откровенно мала и потому расстегнута. Рубаха на широкой груди заляпана коричневыми пятнами и такого же цвета брызгами. Судя по слабо кровоточащей ране над бровью Санты, кровь на одежде была не его. Шапка с большим белым помпоном держалась на затылке чудом, темные длинные волосы больше походили на гриву льва, борода на резинке съехала под челюсть.

Второй мужик был… Снегурочкой. Вроде бы. Синий тулупчик с меховой оборкой обтягивал пузо, переливающаяся огоньками корона была намертво приклеена к широкополой шляпе, из-под которой торчали две жиденькие косички.

На плече у Снегурки сидел кот. К его башке скотчем были примотаны пластиковые оленьи рога, на концах которых позвякивали колокольчики.

– Это я должен был быть оленем.– Извиняющимся тоном пробасила Снегурочка.– Прошу прошения. Я таки перепутал сумки.

***

В коридоре трещали лампы, звук работающих лифтов разносился по этажам, перекрывая топот бегущих ног и торопливый цокот каблуков. Нещадно ревела пожарная сирена, кричали люди.

– Ты один, а нас пятеро.– Ближайший к оборотню охранник вытащил из-за пояса резиновую дубинку и покачал ее в руке.– Не повезло тебе, Санта.

Кейн окинул быстрым взглядом противников: трое – обычные работяги, наверняка устроились сюда просто подзаработать. Четвертый не вылезает из спортзала – здоровый бычара под два метра ростом, но с дыхалкой проблемы. Видать, сигаретами балуется.

А вот пятый… с ним будут проблемы. Невысокий, жилистый мужик смотрел на оборотня настороженно и внимательно. Он прочертил ногой по полу, будто решил потанцевать, и плавно перетек в стойку.

– Уважаемые,– Абрам Моисеевич приветственно тронул пальцами корону.– Не рвите мне душу: бегите, будто за вами гонится Сара.

– Кто такая Сара?– Удивленно спросил один из наемников и оглянулся.

– Таки Сара моя жена. И поверьте, ви не обрадуетесь, если она вас догонит. Меня она поймала и я уже тридцать лет женат.

– Закрой рот!– Здоровяк презрительно ухмыльнулся и снова посмотрел на оборотня.– Уйдешь сейчас – сохранишь кости целыми.

Остальные согласно захохотали, только «танцор» продолжал спокойно и настороженно смотреть на Кейна.

– Он пересмотрел боевиков.– Мурлыкающий голос прошелестел по коридору.– Говорил я тебе, захвати дубинку.

Оборотень недовольно оскалился, но промолчал. Советчиков, хоть отбавляй, а в драке он, как обычно, будет один.

– Как хочешь.– Пожал плечами один из охранников и ринулся вперед, громко топая берцами.

– Ой, мама!– Пискнул еврей, прижался к стене и выкрикнул.– Вы таки совершаете ошибку!

Короткий прямой удар в челюсть прервал бег нападавшего. Наемник упал навзничь, даже не успев толком замахнуться. Кейн провел рукой по волосам, убирая их со лба, поправил шапку и сжал пальцы в кулак:

– Ну? Кто следующий?

– Мочи его!– Вдруг заверещал Изя, и наемники бросились на оборотня, инстинктивно повинуясь приказу.

– Ну, спасибо, шерстяное чучело!– Успел огрызнуться Кейн прежде, чем на него обрушился град ударов.

– Прошу запомнить, шо я таки был на вашей стороне.– Перекупщик осторожно перепрыгнул охранника, валявшегося на полу, и засеменил вглубь коридора.– Тридцать шесть, и где, позвольте спросить, эта квартира?

Кейну отвечать было некогда. Тяжелые удары свистели над головой, как пули, а кулаки наемников выбивали штукатурку из стен. Пару раз он все-таки пропустил удар, но не упал, а лишь поморщился, зажимая рукой ребро.

– Слева бей, слева!– Визжал котолак, потрясая рогами. Звон колокольчиков мелодичной трелью разносился по коридору, теряясь в звуках драки и громком оханье.

 Громила и Кейн услышали приказ одновременно и саданули слева. Кулаки встретились, раздался хруст сломанной кости и обиженный вопль гиганта:

– Он сломал мне руку!

– Ты таки сломал ему руку.– Прокричал Перекупщик с конца коридора.– А теперь порадуй старика, и наподдай ему туда, где заканчивается спина.

– Сам наподдай.– Проревел оборотень и, пролетев между ног громилы, врезал ему в пах с такой силой, что локоть свело судорогой.

– Таки по попе надо было бить, непонятливый мой!

– Мяу!– Рыжее облако пронеслось у ног Кейна и метнулось к лицу орущего громилы под звон колокольчиков.– Бей гадов!

– Ах, ты ж…– Проорал «танцор» и, схватив Изю за шкирку, отбросил в стену.

– Не трогай котика! Я таки все расскажу Саре!

– МЯ-АУ!– Боевой клич котолака чуть не обрушил стены в коридоре.

Все перемешалось. Выбитые зубы перелетали от стены к стене, капли крови вырывались из-под когтей, клоки рыжей шерсти усеяли пол…

– С наступающим!– Проорал Кейн и со всей дури впечатал ближайшего наемника в проем, закрытый металлическим полотном. Охранник влетел в чужую квартиру, да так и остался лежать на снесенной с петель двери.– Следующий, Посейдон мне в ребро!

***

Длинная лампа, прикрученная к потолку, мигнула последний раз и с грохотом упала на пол.

Оборотень осмотрел коридор, но движения не обнаружил.

– Время?– Спросил он, поправляя съехавшую на бок шапку и бороду.

– Пять минут до полуночи.– Абрам Моисеевич почистил колокольчик на рогах котолака, придирчиво осмотрел и пригладил вздыбленную шерсть.– Успели.

Кейн поднял на руки Изю и с замиранием сердца постучал в хлипкую деревянную дверь.

– Кто там?– Испуганно спросил женский голос.– Я полицию вызову.

Оборотень откашлялся и старательно улыбнулся:

– Санта.

– Мама, это ко мне.– Счастливо заорал ребенок.

Замок щелкнул, и дверь осторожно отворилась.

На оборотня смотрела маленькая девочка. В ее глазах светилось столько счастья и детской наивности, что он с минуту не мог выговорить и слова.

– Ты получил мое письмо, Санта?– Девочка с восхищением рассматривала прикорнувшего на руках оборотня котолака.– Это мне?

– Мр-мяу.– Согласно отозвался Изя и ловко спрыгнул на пол.

Ребенок схватил кота и прижал к своей груди. Шальная мысль, что у животины все внутренности вылезут наружу от такого объятия, проскочила и унеслась прочь.

– Вы выпьете с нами чай?– Девочка посмотрела на оборотня и улыбнулась.– С печеньками?

– Мне нужно идти, солнышко.– Откашлявшись, выдавил из себя Кейн.– Много детей еще надо… одарить.

– Спасибо, Санта.– Девочка помахала ручкой и захлопнула дверь у него перед носом.

Далекий вой сирен разорвал тишину дома. Надо же, Новый год, а в квартирах никто не празднует, не слышно хохота, не видно людей.

Оборотень только сейчас понял, что за целый день не видел ни одного человека, который заходил или выходил бы из парадной. Как не заметил ни одной гирлянды или елки в окне.

– Абрам Моисеевич…– Оборотень осмотрел пустой коридор и усмехнулся: перекупщик исчез.

Эпилог.

В баре все еще было шумно: звякали бокалы, кто-то выкрикивал тосты, кто-то размахивал руками, силясь изображать драку.

Кейн поморщился и, кивнув бармену, попросил принести ему новую партию льда. Холод был лучшим помощником при травмах: снимал отек, притуплял боль. Ребро ныло. Эластичный бинт стянул торс так, что казалось, даже глоток пива в желудок не пролезет.

– Здравствуйте, мистер Кейн.– Знакомый дребезжащий голос прошелестел слева. Оборотень неохотно повернул голову и отсалютовал заказчику запотевшей кружкой.

– Принесли остальную часть денег?

– Конечно.– Пухлый конверт перекочевал в руки Кейна и спрятался во внутреннем кармане куртки.– У вас, наверно, есть ко мне вопросы?

О, да, вопросы были и еще сколько!

– Работа закончена.– Пожал плечами оборотень.– Мы в расчете. Остальное – не моя проблема.

– Тогда я буду говорить.– Старик отпил из наполненной до краев чашки чай и улыбнулся.– Вы специалист по возвращению. У меня есть то, что я хотел бы вернуть. Но проблема заключается в том, что один человек с этим не справится. И прерву ваше замечание: не человек тоже не справится. Потому, я должен был проверить, как вы работаете в команде.

Кейн недовольно заворчал, но позволил нанимателю продолжить.

– Вы изрядно помяли моих людей, мистер Кейн. Один вопрос: почему ни одного не убили?

– Потому что они не пытались убить меня.– Процедил оборотень.

– Прелестно.– Широко улыбнулся старик.– Для следующего задания команда уже набрана. Все инструкции возьмете у Абрама Моисеевича.

– Нет.

– Не понял.– Остановился, направившийся было к двери наниматель.– В каком смысле «нет»?

– Нет, значит, нет.– Кейн перехватил бокал за ручку, заметив настороженное движение двух бугаев за спиной.– Я не люблю игры, а вы пытались со мной играть.

– Я вас проверял!

– Проверяйте молоко перед покупкой.

– Вы очень самодовольны.– Поджал губы старик.– И невежливы. Может, Абрам Моисеевич ошибся, предложив вашу кандидатуру.

– Перекупщик никогда не ошибается.– Ухмыльнулся оборотень.– Ошиблись вы.

– В чем?

– Вы пришли с охраной: двое позади меня, трое на улице. В следующий раз хотя бы скажите им, чтобы расстегнули несколько пуговиц и облились виски. Среди пьяных посетителей подтянутые качки смотрятся, как ротвейлеры среди котят. Второе: если идете на встречу с таким, как я, позаботьтесь о том, чтобы от вас не пахло ничем дорогим и редким. Такие запахи очень запоминающиеся. По ним легко вычислить места, которые вы посещаете. Например, тридцать шестую квартиру в доме, где все другие квартиры пустуют. Кстати, у ребенка ваши глаза. Вы дед? Отец? Отец.– Улыбнулся оборотень.

– Как вы...

– Ваши зрачки увеличились, рот приоткрылся. Вы ошеломлены? Понимаю. Поздний ребенок. Мать не принимает помощь, но кота принять согласилась, верно? Тогда вы и решили, что подарите ребенку Иного. Лучшей защиты для малышки и не придумать. Вы богаты, даже слишком, врагов – еще больше. Признать ребенка, значит, подвергнуть ее опасности. Почему доставить его должен был я?

– Не знаю.– Спесь слетела со старика стремительно, плечи опустились.– Это было условие котолака.

– Что я должен вернуть на этот раз?

– Мать девочки.– Старик шумно выдохнул, сдерживая слезы.– Сейчас с ней няня.

– Мать?– Кейн прикусил губу.– Хорошо. Но на этот раз все сделаем по-моему. И команду набираю тоже я.

В глазах старика засветилась радость.

– Конечно, конечно, как скажете. Только Абрам Моисеевич знал, что вы так ответите и уже составил список. Вот,– он протянул оборотню листок бумаги.

Кейн взял лист, улыбнулся и засунул его в карман.

– Вы не будете читать?– Удивился наниматель.– Разве вам не интересно, кого нанял Перекупщик в вашу команду?

– Не буду. Как я уже говорил, Абрам Моисеевич никогда не ошибается.

Кейн встал и вышел из бара. Первые лучи солнца высветили крыши домов. Ветер швырнул в лицо снег, пробрался под куртку оборотня и, подхватив с листа знакомый аромат Dior, улетел прочь.

50 просмотров | 0 комментариев

Категории: Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.

Наверх