Конкурс Снегурочек. Новогодняя сказка. Автор Ветка Ветрова.

Конкурс Снегурочек. Новогодняя сказка. Автор Ветка Ветрова.

05.01.2018, 00:17

Когда была я Бабой Ягой, то отличалась сварливостью, злобностью и склочным характером. Стыдно признаться, ведь даже человечиной не брезговала. И если бы не Новый год, так и осталась бы я отсталой, вредной и необразованной. Но чудеса всё-таки случаются, чему стало свидетельством моё волшебное преображение. Впрочем, лучше я эту новогоднюю историю расскажу по порядку, чтобы и самой не запутаться, и желающих исповедь мою сердечную слушать волшебной новогодней сказочкой потешить.

Обычно-то раньше была я к праздникам равнодушною, особенно к зимним. А чего там заморачиваться, раз мне, коль захочу, каждый день праздник и есть. А уж зимой и подавно я проку в праздниках не видела. В лесу, где всегда жила в своей избушке на курьих ножках, снега-то как навалит на все тропы в округе, так не то, чтобы прогуляться там, а бывает даже дверь отворить сложно. Я к подобному заточению заранее подготавливалась: засолки из кореньев, маринады из мухоморчиков ещё с лета запасала. Поэтому всегда готова залётных путников ими попотчевать, чтобы они поскорее смертным сном уснули и не заметили, как моим обедом стали. А как наедалась впрок, так тут же спать до весны заваливалась сытая и довольная, точно медведь в спячку в своей берлоге, потому как казалось мне, зимой скучно и делать нечего.
Так бы и теперь случилось, если бы не оттепель. Проснулась я среди зимы голодная, да злая. Послушала, как с сосулек вода капает и решила, что весна преждевременно грянула. Выглянула в окошко - снег, как лежал, так и лежит, только чуток подтаял, но тут же вновь с неба падать стал, на солнышке зимнем серебром искрясь.
Как я той оттепели кратковременной теперь радуюсь. Не случись её, так и поныне не узнала бы я ни о новогоднем празднике, ни о его чудесах. А тогда, помнится, проклятьями, как горохом, сыпала, на переменчивость погоды роптала, всемирное потепление сердито ругала. Едва сама себя тем криком не оглушила.
В общем, облаяв всласть незапланированную оттепель, я решила нос из избушки на белый свет высунуть сквозь скрипучую дверь, в надежде, что какой-нибудь путник заплутал и обедом моим стать вполне может. Не успела дверцу приоткрыть, как на голову со всех сторон шум и гам обрушился, аж уши заложило. Птицы щебечут, звери подвывают, да перекрикиваются, даже старая моя избушка на куриной ножке пританцовывать затеяла, словно и правда среди зимы весна грянула. Тут я совсем озверела, потому как не люблю, когда все без меня радуются. Чувствую, злобой захлёбываюсь и на грубости перехожу. Насупилась, свистнула по-разбойничьи и крикнула что есть мочи:

- Чу тут расшумелись, Бабе Яге спать мешая?!

А в ответ все в один голос, перебивая друг дружку:

- Новый год настаёт! Подарки под ёлкой! Дед Мороз желания заветные исполняет!

Расслышать-то эти новости во всеобщем шуме я, конечно, смогла: в зверином рычании, да птичьем щебетании, но вот поверить никак не могла. Недоверчивой по жизни бреду. С тех пор, как Кощей в незапамятные времена жениться обещал и обманул, предатель, больше никому не верю, не проверив прежде.

Решила я к старому дружку наведаться и расспросить, как следует, обо всей этой суете. Кошей ведь никогда не спит, как и не ест тоже. Всё про всех знает, о многом рассказать может, если захочет конечно. Я его давно знаю. Верить ему ни на грош не рекомендуется, а послушать вполне можно. Умным, гад, уродился, аж страшно. От ума его вся беда с нами и приключилась.
История наша с ним хоть и волшебная, но простая и грустная - совсем не сказочная история. Помнится, веков двадцать тому назад была я простой травницей. Людей лечила, молодого волхва-кудесника( чародея по-нынешнему) любила и о наших с ним детях мечтала. А он бессмертием бредил, вечной жизни жаждал. И нашёл-таки способ, как в вечность проскользнуть. Меня вот тоже бессмертной сделал, а жениться не стал. Жизнь, сказал, теперь вечная, так ещё сто раз окольцеваться успеем. Вот с того времени характер-то у меня и испортился. Невзлюбила я людей до того, что даже съесть их готова была. А дурные привычки, скажу я вам, быстро прилипают, и избавиться от них после того очень трудно. Кощей же, напротив, совсем есть перестал. Всё о бессмертии своём заботится, чистоту внутренностей сохраняет, оттого на скелет ходячий стал смахивать.
В общем, обратиться я к старому дружку могла, только прежде обязательно подкрепиться требовалось и хоть чуток от сытости подобреть, а то ведь с голодухи и на Кощея кинуться готова буду, чего он очень не любит. Рассердится и отвечать на вопросы откажется. А помимо голода, меня ещё и любопытство раздирало, удовлетворения требовало.
Только я собралась поворожить, человеческий дух в округе учуять и к себе заманить, как в дверь кто-то решительно забарабанил. Гляди-ка, удивилась я, на ловца и зверь бежит. Кому-то прям не терпелось стать моим обедом. Принюхалась, надеясь учуять очередного Ивна-царевича или, на худой конец, Ваньку-дурака, даже морально смирилась с тем, что придётся баню топить, так как по опыту знаю - с ними по другому не договоришься. Нет, чтобы сразу на сковородку, да в печь прыгать. Куда там! Их сначала потчевать, да парить приходится, потом о всякой ерунде выспрашивать, то есть зубы заговаривать, чтобы не сразу догадались о своей скорой кончине.
Как нестранно учуяла я не молодецкий дух, а совсем даже наоборот. Отворила, а там Васька стоит, носом шмыгает и орёт на весь лес не своим голосом:

- Съешь меня незамедлительно!

Поглядела я на это недоразумение: адекватностью в человечке даже не пахнет. Так и отравиться не долго, расстройство желудка подхватить или вирус безумия какой-нибудь. А оно мне надо! Здоровье не железное, его даже бессмертной беречь нужно. Ещё не хватало вечность с животом маяться, так и спятить недолго. Пришлось добровольную жертву под замок посадить, успокоительным прежде напоив до отвала. После чего усыпить, так как пытаться о новостях спрашивать, оказалось зряшным делом: разве в бессвязном бормотании что-то разобрать возможно. Так что ничего толкового услышать не удалось.
В общем, плюнула я на деликатесы, перекусила по-простому запечённым зайцем и к Кощею, считай впроголодь, на метле умчалась.

- Ну, чего тебе, старая? Тороплюсь я? Разве не видишь?

Старый дурак был груб, впрочем, как и всегда. Обычно он только с девушками любезничал, да и то лишь с красивыми. А какая я ему "старая"? Мне всего-то двадцать один век едва минуло. А сам-то он годков на пять постарше будет. Но выступать я не стала, не для того прилетела, чтобы цапаться по пустякам. Я с ним тоже особо любезничать не стала, чтобы понимал, с кем дело имеет.

- Не "нукай", не запрягал! Скажи лучше, что за Новый год такой все праздновать собрались: бегают взад-вперёд, как полоумные, остановиться не могут?
- Ты что из лесу? - вытаращился на меня Кощей, как на новые ворота.

- А откуда же ещё, - не стала спорить я, - из него, родимого.

- Вот я и гляжу, что дремучею ты совсем, Яга, стала, - хохотнул лысый паразит совсем ко мне без уважения. - Новый год - это волшебный праздник, который бывает лишь зимой, раз в году.

- Чем же он такой волшебный? - стало мне вдруг интересно, хотя чародейства я на дух не переношу, с тех самых пор, как бессмертной вместо замужней стала. Нынче же подумалось с робкой надеждой, то может быть волшебство не только вредным, но и полезным бывает. А вдруг оно моё одинокое положение как-нибудь изменить сможет?

- Как это чем? - удивился Кощей моему незнанию таких простых вещей. - Говорят, что когда в новогоднюю ночь уходит старый год, а на смену ему приходит новый, даже самые несбыточные желания исполняются. К тому же, совершенно бесплатно. Представляешь? Вот поэтому этот праздник все ждут с такой радостью и нетерпением.

Такого я представить не могла, издавна привыкшая, что за всё хорошее в этой жизни платить приходится. Так что выходит, Новый год - действительно на самом деле волшебный праздник. Ух, как сразу и себе захотелось новогоднего праздника с его чудесами, прям до дрожи в коленках. Знать бы ещё, как до этого чуда добраться и желание заветное о личном счастье для себя, любимой, выпросить. Но в лоб о том я у Кощея спрашивать не стала. Ведь, заметив мой жгучий интерес, он из чистой вредности или соврёт, или рассказ на самом интересном месте оборвёт, чтобы мне покрепче насолить. Поэтому решила я зайти из далека и разузнать подробности окольными путями. Авось чего и прояснится.

- Сам-то куда наряжаешься? - спросила как бы между прочим, не показывая особого интереса. - На конкурс, конечно, - небрежно бросил Кощей в ответ, и тут же хвастливо добавил: - Судить приглашают!

- Тебя судить будут? - с живым любопытством уточнила я. - Неужто, наконец, кара всё-таки тебя настигнет за все твои злодеяния, аспид!

-Эй, полегче, карга старая! - не остался в долгу Кощей, но пояснил всё же: - Я судьёй на конкурсе Снегурочек буду, который на новогоднем празднике в столице Тридевятого царства затевается.

- С чего это вдруг тебя и в судьи записали? - никак не могла поверить я.

- Потому как я известный ценитель красоты, в красавицах издавна разбираюсь, кого попало в Снегурочки не выберу, - гордо подбоченясь, ответствовал Кощей.

- Стоп! - внезапно вспомнила я. - Что-то такое про конкурс этот я совсем недавно от Васьки слышала.

- Опять съела кого-то, - брезгливо скривился Кощей. - Никак не можешь без этих злоупотреблений обойтись. А в результате их: неблагозвучная отрыжка и зловонное дыхание.

- Не бубни, - привычно огрызнулась я, отмахиваясь от его занудной лекции о сохранении бессмертного организма в чистоте и порядке, а также о непозволительности засорять его всякими там белками углеводами и прочей органикой. - Ничего я не ела, ну почти! Да, и чего там есть-то? Одни тонкие косточки, да глазищи огромные. С того точно не насытишься, а только аппетит зря разыграется. С другой стороны, такую мудрость ещё поискать. По нынешним временам подобная учёность - настоящая редкость. Чего не спросишь, так на всё ответ даёт. У себя бы на откорм оставила, чтобы всегда обо всём знать, так сбежит же, зараза. Я таких знаю. Сегодня в нервах орёт: съешь меня, а стоит успокоиться - поминай, как звали. Вот тебе и задача: есть или не есть? Хотя что с той еды проку - одна белобрысая коса в качестве бонуса, только и всего.

- Не знал, что ты на кошатину перешла, - ехидно заметил Кощей, явно не особенно вслушиваясь в мои размышления. Определившись, наконец, с короной он уже будто бы собрался меня из крепости своей выставить, так как сам планировал исчезнуть в неизвестном направлении, но моё последнее замечание его озадачило. - А причём тут коса? Или ты мела в виду хвост?

- Кошатиной никогда не интересовалась, - обиженно фыркнула я. - и окромя человечины или зайчатины ничего другого не ем. Что-то ты, мил друг, на меня напраслину возводишь.

- И не мил я тебе, и не друг совсем,- тут же открестился Кощей. - А про кого ты тогда мне тут битый час бормочешь? Разве не про Ваську - учёного кота царя батюшки Берендея из Тридевятого царства?

- Ещё чего! - возмущённо замахала я руками. - Я же не умалишенная, чтобы царёва советника есть. За такое по головке не погладят. Не про кота я, а совсем наоборот, про дочку царя - Василису Премудрую толкую. Вот думаю, в кого она такая умная. Уж точно не в отца. Хотя её сам кот-мудрец с малолетства обучал, так и сказалось кошачье воспитание.

- Дура ты, Яга! Настоящая старая дура! - загоготал Кощей, забыв о том, что торопится. - Это же надо! Кота она съесть побоялась бы, а саму Василису Премудрую - ещё и колебаться вздумала.

- А что такого? - огрызнулась я, уже понимая, что спросонья чуть реально не накосячила, но из упрямства соглашаться с замечанием Кощея не собиралась. - Царю для советов и кота за глаза хватит. А о дочери он редко вспоминает. Василиса неказистой уродилась: курносой, веснушчатой - вся в мать пошла. Так Настасья хоть кудесницей была, приворожила царя и пикнуть не успел, так и любил, оставаясь без памяти до самой её кончины. Только нынче, благополучно став вдовцом, от тех чар освободился. Потому про дочь и забывает, чтобы о прошлом безумии не вспоминать.

- Скажи, ты и вправду такая наивная или прикидываешься? - Кощей расхохотался мне прямо в лицо, рухнув худосочным задом на свой самодельный трон из человеческих костей.

- Почему это сразу прикидываюсь, - демонстративно обижено поджала я губы. - О чём толкуешь, не пойму никак.

- Да всё о том, - наставительно изрёк Кощей, отсмеявшись. - Помнить надо за кем Василиса Премудрая у нас замужем.

- А что там помнить, - бестолково удивилась я. - Сколько лет уже диву даюсь: ведь умная девка, а за Ваньку дурака выскочила, так что в премудрости её я сильно сомневаюсь.

- Тот-то и оно, что именно за Ваньку, - подтвердил Кощей, ухмыляясь. - А ему же закон не писан, да и сила есть, хоть ума мало. У него даже справка есть, котом Васькой написанная. Он сам мне показывал, когда за смертью моей приходил. Вычитал где-то, что она у меня в яйце. Честное слово, настоящий идиот. Стал бы я такую ценность в хрупком ларце прятать! Так что прибьёт Ванька тебя, старая, за жёнку свою любимую, и даже не заметит, а ему за это ещё и спасибо скажут.
Я мысленно ахнула. Ведь прав Кощей, Ванька такой - он всё может. Впрочем вслух я соглашаться с Кощеем всё равно не стала, чтобы не лишиться заработанной за века репутации склочной. несговорчивой и упрямой особы.

- А может, и не прибьёт, - ворчливо я позволила себе усомниться. - Васька-то с ним разводиться собралась, потому что он её на этот самый конкурс Снегурочек не пускает и оскорбляет по чём зря. А она хоть и умная, но всё-таки женщина, и нервы у неё не железные.

- Как это разводиться? - опешил Кощей от подобной новости. - Такого у нас ещё не бывало.

- Известно как, - лениво пожала я плечами. - Примчалась ко мне спозаранку, даже выспаться не дала, а всякий знает, что будить меня не стоит, потому как просыпаюсь я голодная и злющая. Следовательно Васька осознанно рисковала. Примчалась, значит, и орёт, как подорванная:

- Съежь меня! Ванька на конкурс Снегурочек не пускает, конопатой обозвал. Сказал: пущай судьи-дедки на чужих жён глазеют, а тебе там делать нечего. Так съежь меня, пусть теперь один живёт, чурбан неотесанный.

- Тут я сразу и поняла, что Васька с Ванькой разводиться собралась. Выходит, если съем её, то доброе дело сделаю, а это для меня хуже горькой редьки, сам знаешь. Так что пусть живёт и дальше с Ванькой мучается.

Так ловко выкрутившись из, казалось, безвыходной ситуации, я довольно замурлыкала, как кошка у миски со сметаной, мысленно же добавив, что и Василиса будет жива, и репутация моя не пострадает, и встреча с Ванькиными пудовыми кулаками голове моей больше не грозит.

А потому на радостях взяла, да и решила, что могу тоже в конкурсе Снегурочек участвовать и даже первейших красавиц царства победить. Ха! Вот это я придумала! Кто же меня в конкурсантки-то возьмёт, если даже в гости зазывать брезгуют? Хотя говорят, что в Новом году как раз всё возможно и любые, даже самые несбыточные желания исполняются. А вот захочу и Снегурочкой стану, тогда прощай моя лесная жизнь, горемычная. Буду на праздниках красоваться, Снегуркой работая. Ещё бы узнать: чего там делать положено? А то я ведь, кроме знахарства, ничему иному не обучена. Но будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Так что про обязанности Снегурочки я подумаю завтра, если сегодня с каким-нибудь Макаром на конкурс попаду. Эх, знать бы только с каким именно, кому взятку дать, чтобы на праздник провёл. Я ведь и зайцем могу прикинуться, если надо, а то и кошкой ласковой. Даже припрятанную до лучших времён хитрость использовать, справедливо рассудив, что лучшие времена как раз наступили. Именно поэтому спросила Кощея ласково, восхищённо на него поглядывая:

- Кощеюшка, каков ты нынче красавиц, прям загляденье. Лучшим судьёй на конкурсе будешь. К гадалке не ходи, сегодня я за неё тебе правду с три короба навру. Другие-то судьи тебе, небось, и в подмётки не годятся. Кто такие, кстати? И вообще, кто именно этот конкурс Снегурочек затеял, а по какой такой надобности?

Кощей мигом на лесть клюнул, глаза вытаращил и тут же всё разбалтывать принялся.

- Так это же всё Мороз Иваныч затеял - кудесник с севера. Тот, который как раз этим самым Новым годом и заведует. Его ещё Дедом Морозом кличут: то ли из-за древнего возраста, то ли должность такая. Мне лично сие без разницы. Прошлым летом его внучка Снегурочка растаяла. Вот же странное дитя, скажу я тебе. И знала, что из снега вылеплена, а с человеческими ребятишками через костёр в праздник Ивана Купала прыгать придумала. От неё только лужица и осталась. Дед как раз в летней спячке находился, а то бы, ясное дело, приглядел за нею. Проснулся в канун зимы, тут его горе-то и встретило. Лишился теперь и помощницы, и души родной. Жалко, наверное. Я в этом не очень понимаю, о душах то есть, но верю старику на слово, чтобы не гневить, а то он хоть и выглядит добреньки, только, говорят, и лютым бывает.
В общем, решил он себе помощницу к новогодним праздникам подобрать. А царь Тридевятого царства, Берендей, под это дело решил себе заодно жену приглядеть, да покрасивше. А то ведь покойная царица Настасья конопатою была, как помнишь.

- Значит, они тоже, как и ты судьями на этом конкурсе Снегурочек будут? А участвует-то кто? Небось, все первейшие местные красавицы, а то и залётные и дальних царств, заморских королевств примчатся. Вестимо, всем хочется себя показать, на других посмотреть, да ещё и Снегурочкой в Новый год стать.

- В судьях ещё падишах, откуда-то с Востока приехавший. У него, говорят, в гареме целая тысяча жён сидит. Так что, сразу видать, опытный товарищ. Ну и Змей Горыныч, конечно. Куда же без него? Хоть и не приглашали, так как он в красавицах всё равно ничего не смыслит, но и прогонять боязно. Он ведь, паразит, грозился всех красавиц сжечь, так что пришлось уступить и позволить поучаствовать в мероприятии, чтобы вдруг не остаться и совсем без конкурсанток. Теперь, правда, он над Тридевятым летает, народ пугая, как спятивший летучий огнемёт. То ли так мерзко развлекается, то ли на всяк случай наперёд стращает, надеясь на почёт и уважение. Чую, кончится вскоре терпение у богатырей и свернут они головы этому птаху. Раньше-то ему везло - богатыри по одному на Змея Горыныча охотились, а как возьмут, да и объединят усилия, уж тогда я этому летуну точно завидовать не стану.
Ну, и участниц, конечно, много набежало - выбирать замучаешься. Елена Прекрасная, ясное дело, совершенно уверена в своей победе. Правда, не учитывает того, что у Варвары Красы коса-то шикарнее её кудрей будет. Да, и Марья Искусница не из дурнушек, как помнится. Про заморских красоток особо не ведаю. Слышал сама воительница Марья Моревна пожалует. И Шамоханская царица, будто бы, примчалась.

Узнав всё, что мне было нужно, я покинула Кощей прям по ангельскому обычаю, то есть не прощаясь. Про себя решила обязательно на конкурсе побывать, а если получится, то и поучаствовать. Уж очень любопытство во мне разгорелось и до колик захотелось с истинной красотой соприкоснуться. Надежда в душе задымилась о том, что может и мне от неё чего-нибудь душевного невзначай перепадёт. В общем, не долго думая, так как времени почти совсем не оставалось, решила я обратиться за помощью к своему добровольному обеду, ведь под рукой больше-то никого и не было. Не зря же Василису Премудрой с малолетства кличут. Может, чего полезное присоветует, когда успокоится.

До родной избушки долетела мигом, даже не задумываясь. Считай, метёлка сама донесла. Уж домой-то она дорогу знает, за столько-то веков и безмозглая деревяшка направление запомнить способной оказалась. У двери застала Ваньку дурака с жалобным видом побитого пса умоляющего жену о прощении:

- Вась, а Вась! Ну, прости ты меня, идиота. Не хотел я тебя обидеть. Оно само как-то получилось, прежде, чем я подумать успел. К тому же, мне это трудно, думать то есть, сама ведь знаешь.

- Уйди, постылый! - ответствовала из-за двери Василиса, явно всхлипывая. - Глаза бы мои тебя, предателя, не видели. Никогда тебя не прощу за то, что на конкурс Снегурочек не пустил, который уже тем любопытен, что в нашем царстве совершенно уникальным является. И вообще, ты права не имеешь в чём-либо так беспардонно меня ущемлять, потому как я свободная личность во всех отношениях.

- Василисушка, смилуйся не губи. Ты же знаешь, что у меня от напряжения голова кипит, когда ты по учёному лопочешь. И всё равно на конкурс этот я тебя ни в жизнь не пущу, - упрямо не давал сбивать с толку себя Ванька мудрёными словами. - Неча старикам на тебя пялиться, пущай на чужих жён глазеют. К тому же, если не выберут тебя этой самой Снегуркою, то ты же ещё сильнее расстроишься, так что всё равно тебя утешать придётся. Лучше уж сразу пореви и будет.

- Не понимаешь ты, Ванька, что я уже записалась, а если не приду, так засмеют ведь. И так дурнушкой считают, а после и вовсе проходу не будет. Скажут, что испугалась с красотками настоящими соревноваться. А я ведь ничего не боюсь, любую с помощью ума победить сумею. К тому же, кудесник Мороз Иваныч более красоты доброту ценит. А уж в этом смысле я впереди многих красавиц буду.

Голос Василисы больше не дрожал обижено, а звучал вполне рассудительно. Решив, что девица, наконец, успокоилась и смекнув, как использовать её безвыходное положение для своей выгоды, я быстро щёлкнула пальцами, мысленно велев двери открыться. Ванька, пытавшийся пробить её лбом, тут же влетел вовнутрь как раз к ногам своей ненаглядной. Василиса смирно сидела на лавке у стола. Была она, хоть и пригорюнившейся, но более не желающей незамедлительно оказаться в моём желудке. Сама я влетела домой привычно через трубу. Вывалившись по среди комнаты вся, как обычно, лохматая и чумазая, я удовлетворённо чихнула.

- Что же делать-то? - виновато спросил Ванька жену, по привычке, но и давая понять, что всё равно не уступит.

На меня они оба никакого внимания не обратили, словно не я была здешнею хозяйкой.

- Думу думать, - автоматически ответствовала Василиса, явно уже смиряясь с упрямым нежеланием мужа позволить ей участвовать в новогоднем конкурсе Снегурочек.

- А чего там думать? - нетерпеливо проскрипела я, бесцеремонно влезая в их разговор со своим конструктивным предложением. - Нужно чтобы вместо Василисы на конкурс этот пошёл кто-то другой, ею назвавшись. В толпе-то не разберутся сразу, если, например, вуалью физию прикрыть. После же начала организаторам деваться уже некуда будет. Примут самозванку в конкурс, как миленькие, чтобы мероприятие не испортить.

- Мысль, конечно интересная, - протянула Василиса, явно поражаясь, прорезавшейся у меня вдруг сообразительности. Хотя ей-то как раз положено было знать о том, что голь на выдумки хитра. Впрочем, она тут же, почти без паузы, забросала меня каверзными вопросами:

- И в чём моя выгода? Всё равно ведь скажут, что я испугалась, раз себе замену нашла.

- Это как сей поступок оценивать, - умничая, важно изрекла я. - Если скажешь, что уступила место из милости, по доброте душевной одной особе, очень сильно желающей в конкурсе участвовать, то ни у кого язык не повернётся усомниться в твоём бескорыстии и душевной чуткости.
- Хорошая идея! - радостно, словно дитя малое, бесхитростно захлопал в ладошки Ванька.

- Только где я эту очень желающую участвовать особу отыщу? - тут же скинула мужа с небес на землю новым противным вопросом Василиса, надеясь загнать меня в тупик и хорошее предложение на корню сгубить. Не на ту напала! В этот миг мне понятно стало, что наступил мой звёздный час. Выдержав невероятно длиннющую театральную паузу, я подчёркнуто небрежно пожала плечами и обронила, словно нехотя:

- Могу выручить, если желаете, и на конкурс этот самый заглянуть, тем более на халяву.

- Ты что и в самом деле в конкурсе красавиц участвовать хочешь? - не поверила мне Василиса и обидно хихикнула.

Тут я, конечно, вспыхнула, не сдержавшись всё же:

- А что такого? Все участвуют, а мне почему нельзя? Или я вам рыжая, что ли?

- А какая же ты ещё? - разумно заметил Ванька, спокойно ткнув пальцем в мои грязные, спутанные, рыжие лохмы.

- Ну так что, - хмуро буркнула я, пожав плечами и нетерпеливо от него отмахиваясь. - Это же не повод, чтобы на праздник не приглашать. Впрочем, в любом случае у вас другой кандидатки для замены Василисы не имеется. А я, к тому же, ещё и доброволец - сама, так сказать, предлагаю поспособствовать.

Ванька задумался и головой кивнул:

- Правду Яга говорит, никого другого, кроме неё, нет. Я бы, конечно, любого помочь нам заставить сумел, но его же прежде ещё найти требуется, а времени едва на сборы осталось, ведь Новый год совсем скоро наступит.
- Хватит умничать, Ваня, - уже без смеха вздохнула Васька. - Сама вижу, что времени привередничать нет. Вот только никак в голове не укладывается, что баба Яга с красотками тягаться вздумала. Как же её за меня-то выдать умудриться? В этом случае, сдаётся мне, любое волшебство бессильно. Разве что её в паранджу укутать придётся.

- Не хочу я в одеяло заматываться, как бесправная восточная женщина, случайно из гарема выскочившая. Мне и вуали достаточно будет, - заупрямилась я, давняя сторонница женской эмансипации.

- Не спорь, - строго сказала Василиса Премудрая, пытаясь разрешить неразрешимое.

За неё это сделал Ванька дурак, мигом найдя самое простое решение в куче сложных.

- Для начала не мешало бы её помыть, заметил он, не особо задумываясь о важности своего предложения.

-Ванечка - ты гений! Конечно же помыть, а уже потом в мой нарядный сарафан переодеть и под вуалью лицо, да волосы спрятать. Ростом же мы почти одинаковы. Если же она с тобой на конкурсе появится, так никому и в голову не придёт, что Иванушка дурачок с кем-то иным кроме своей любимой жены на веселье явиться додумался.

- Хорошо, покорно согласился Ванька, так как с женой спорить, за редким исключением, был непривычный, так как раз и навсегда усвоил, что " она лучше знает". Но свою ложку дёгтя он всё же в её медовые речи положил, испортив-таки любимой настроение. - А тебя, Василиса, я у Яги запру. Будешь за праздником через волшебное блюдце наблюдать, яблоки по нему катая.

Меня же поразила такая простая мысль, как помыться. А раньше почему-то подобная идея даже в голову не приходила. Только под дождём ополоснуться и случалось. Когда же вымытая и причёсанная я взглянула в Василисино зеркальце, то совершенно растерялась.

- Это кто там у тебя в зеркале сидит? - спросила с любопытством. - Пленницу зазеркалья себе завела, что ли, чтобы поболтать с кем было, когда скучно?

Ванька тоже поинтересовался, заглядывая с интересом в зеркальце через моё плечо:

_ А и правда, кто такая? Почему не знаю?

- Да вы то, ослепли совсем? - сквозь смех выкрикнула Василиса. - Это же Яга после помывки такой красоткой оказалась. Вот что значит веками не мыться. Так можно и в страшную уродливую старуху превратиться.

- Это я? - никак не могла я поверить в подобное преображение. - Или вода была волшебная?

- И зеркало у меня обыкновенное, и вода без всякой магии, а мыло всего лишь душистое. Ты это даже не сомневайся, - терпеливо принялась убеждать меня Василиса Премудрая.

Ванька жене всегда на слово верил, поэтому тоже головой, как болванчик, закивал.

- Точно ты! Кто бы мог подумать, что у тебя на самом деле волосы не тёмно-рыжие, а золотистые. Глаза же не болотного цвета, а ярко-зелёные, словно молодые берёзовые листья.
На конкурс Снегурочек мы проникли без малейших проблем вместе со стражником Макаром, Ванькиным приятелем. Я всю дорогу Василисины советы вспоминала и самого пути не заметила, забыв, что людей опасаюсь и из лесу уже много веков не выходила. Даже привычной метлой не воспользовалась. Самое удивительное - кони от меня, как обычно, шарахаться не стали. Поэтому верхом до столицы Тридевятого царства мы мигом домчались, на праздник не опоздав.
Вспомнила я, что Василиса до поры велела не высовываться, вперёд себя других конкурсанток пропустить. Поэтому стала наблюдать из укромного уголка, себя прежде времени не показывая, да удивляться, насколько предсказания Премудрой точными оказались.
Как и ожидалось, царевна лягушка трещала без умолку. Намолчавшись в лягушачьей коже, она теперь выговаривалась, доводя судей пустыми разговорами до белого каления. Кощей же, самолично её заколдовавший когда-то, теперь прятался за спинами других, избегая нежелательного общения с болтливой красоткой.
Елена Прекрасная улыбалась и подмигивала со всеми подряд пока терпение её мужа, Ивана царевича, не лопнуло. Именно поэтому он увёз её с праздника верхом на сером волке, уже который год работающего у Ивана конём.
У Варвары Красы в самый неподходящий момент, на виду у почтенных судей её шикарная, длинная коса отвалилась. Варвара расстроилась, разревелась и убежала жаловаться на несправедливость судьбы своему батюшке - царю подводного царства. Расследование того, кто всё-таки отрезал косу Варваре Красе заглохло не начавшись, так как никто не хотел отвлекаться от новогоднего праздника, который становился всё веселее и веселее.
Марья Искусница замучила всех рекламой своих изделий, пытаясь продать их по баснословной цене каждому встречному. А Марья Моревна принялась грозиться пойти войной на царство Берендея, если он тут же не выберет её Снегуркою. И вообще, воительница вела себя грубо и вызывающе, чем собственно и покорила сердце царя Тридевятого царства. Именно поэтому её кандидатура с конкурса была снята, потому что новоиспечённая невеста одного из судей не могла в нём больше участвовать. Свадьбу решили не откладывать, провести сразу же после окончания праздника и как только жених научится отдавать честь жене и маршировать с нею в ногу. Это событие ещё раз подтвердило мои надежды на то, что мечты в Новый год всё же сбываются. Царь вот, например, хотел жениться и получил даже больше чем хотел: и жену и военачальника в одном лице.
Шамоханская царица понравилась лишь любителям лошадей и падишаху. Уж очень она на это благородное животное лицом смахивала, хотя слыла у себя на Востоке первейшей красавицей. Впрочем, как говорят, на вкус и цвет товарищей нет. Наверное, поэтому вдруг проснувшийся падишах оценил её по достоинству, ведь он тоже был с Востока, а земляк земляка видит из далека. И предложил он ей стать своей любимой 1001 женой. Шамоханская царица дурой не была, на любимую сразу согласилась, явно надеясь остальную тысячу падишаховых жён потихоньку извести.
На остальных конкурсанток я особого внимания не обратила, так же как и судьи. Впрочем, когда пришёл мой черёд предстать пред их ясными очами, они все уже пристроенными были: и царь, и падишах, и даже Кощей очередную красотку для пленения вроде наметил, чтобы в башне запереть , или там в хрустальном гробу закрыть и любоваться, когда вздумается. Змею Горынычу же веселье и вовсе надоело, поэтому он бессовестно храпел во все три глотки, развалившись на крыше царского дворца. Согнать его конечно не решались и храп, естественно, покорно терпели, стараясь не роптать даже мысленно, так как Змей был на удивление чутким к бессловесным проклятьям. Только Мороз Иваныч - седобородый старик в пушистой шапке сидел смирно, по доброму улыбаясь и внимательно ко всем приглядываясь.
Когда я вуаль сняла, все вокруг закричали:

- Как она хороша! Как хороша!

Даже во сне я такого не видела, чтобы столько людей мною любовались. Падишах снова проснулся, наверное надеясь ещё и 1002 жену заполучить. Змей Горыныч храпеть перестал, отчего народ вздохнул с облегчением, а на меня уставился с ещё большим восторгом. Лишь царь Берендей только тайком и искоса поглядывал, опасаясь ревнивого гнева своей грозной воительницы. А Кощей вдруг ахнул, погрустнел, да и ушёл с праздника, даже от красоток отказался. Вспомнил наверное ту, которую когда-то любил и так бессовестно предал. Мороз Иваныч мне улыбнулся, с законной победой поздравил, да об обязанностях Снегурочки рассказал. Я как услышала, что людей должна любить и подарки им дарить, так чуть в обморок от ужаса не хлопнулась, даже не догадывалась, что такая чувствительная на самом деле. Заныла Деду Морозу в ухо: не смогу, мол, не справлюсь. А он мне в ответ: поздно спохватилась, дорогуша, раз уж решила Снегурочкой стать, так будь ею. Потом в утешение он наряд мне подарил красивый - шубку голубую и шапочку ей в цвет. Потом, правда, я узнала, что это всего лишь униформа для всех, кто Снегурочками в Новый год подрабатывает, но расстраиваться всё равно не стала. Когда переоделась, так совсем перестала себя узнавать, уж на Бабу Ягу больше нисколечко похожей не была.

- Так кто же я теперь? - совсем пригорюнилась я. - Ещё не снегурочка, но уже и не баба Яга. Вот же дела-то! Всего лишь хотела на Новогоднем празднике побывать, а в результате себя саму потеряла.

- Не потеряла, а нашла! - строго поправил меня Дед Мороз. - В Новый год, как ты уже знаешь, все заветные желания исполняются. А ты всегда хотела лишь одного - прожить простую человеческую жизнь. Вот и живи, никто у тебя больше её отнимать не будет. Не Баба Яга ты больше и вовсе не Снегурочка, а обыкновенная человеческая женщина.

- Я уже и позабыть успела: как это быть человеком, - взволнованно протянула, не зная ещё: радоваться или огорчаться нежданному повороту судьбы.

- Ничего, быстро вспомнишь, - подмигнул мне Мороз Иваныч, подбадривая. После чего взял за руку и повёл к ёлке хороводы водить, да подарки раздавать.

Такая вот новогодняя история со мной как-то приключилась. Теперь-то я наверняка знаю, что Новый год действительно волшебный праздник, в новогоднюю ночь желания обязательно исполняются, чему вся моя нынешняя жизнь доказательством стала.

С Новым годом! Загадывайте желания и верьте в чудеса!

Ветка Ветрова

314 просмотров | 0 комментариев

Категории: Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.

Наверх