О елках и мандаринах

О елках и мандаринах

27.12.2019, 10:00

Эта глава из третьей книги «Менталистов» изначально была написана в качестве отдельного новогоднего бонуса. Читатели попросили вставить в книгу. Ну а сейчас — пусть она подарит вам немного новогоднего настроения :)

***
Женя сидела в библиотеке над листом писчей бумаги и местным календарем, сопоставляя здешние даты с домашними. Не то чтобы ее очень уж интересовало, на какое число декабря или января приходится Зимний Перелом, а вот знать дату собственного дня рождения было бы неплохо.
Но, наверное, из-за Зимнего Перелома, который был вообще-то не праздником, а всего-то «магически значимым днем», первым делом Женя посчитала, когда здесь наступает Новый год. Оказалось — всего через неделю, и эта новость отчего-то ее огорчила.
Хотя почему — «отчего-то». Причина собственной внезапной грусти была Жене вполне ясна: Новый год она любила. Елочные базары, мандарины, бесконечное буханье петард на улице, собственноручно наряженная сосенка, огромная кастрюля оливье — все это создавало по-настоящему праздничное настроение. Вот, казалось бы, что Новый год, что день рождения, смысл один — еще один год прошел. Но в день рождения на Женю накатывала хандра, жизнь казалась глобально неудавшейся, а будущее виделось таким же унылым, как настоящее. А под наряженной, сверкающей блестящими боками шариков, серебристым дождиком и огоньками гирлянд елочкой, под бой курантов и шампанское, вспоминалось все лучшее, что случилось в уходящем году, и верилось, что дальше будет еще лучше.
Теперь ничего этого у нее не будет. Один год станет сменяться другим без всяких видимых рубежей, без той атмосферы всеобщего легкого сумасшествия, которая заставляет думать о лучшем, без обмена открытками и подарками, без конфет, мандаринов и запаха хвои. Хотя, ладно уж, конфеты и запах хвои можно обеспечить себе и здесь, но ведь этого мало!
Почти машинально Женя рисовала на исписанном датами листе еловую ветку, украшенную шариками.
Новый год здесь не отмечали. В этом мире отношение к праздникам вообще было на удивление не праздничным, деловито-прагматичным. Или это не в мире, а у «дядюшки», для которого праздники вечно оборачивались лишней работой и проблемами? Все же начальник Тайной Канцелярии — не та должность, на которой можно спокойно попивать вино, отмечая очередную дату. Куда чаще ему приходится разгребать последствия чужой выпивки.
«Профдеформация у мужика во все поля», — Женя улыбнулась, вспомнив собственное здесь появление, как раз в самый разгар праздника. Граф фор Циррент, разумеется, коротал тогда ночь на работе, был страшно раздражен, и непонятное появление девушки из другого мира встретил как неизбежное зло. Даже, кажется, не удивился, хотя ей сразу объяснил, что дело это совершенно невозможное и невероятное.
Ну вот, она уже может улыбаться, думая о своем здесь появлении. Хотя за это спасибо графу, конечно. И тетушке Гелли, самой замечательной из тетушек. И еще одной тетушке, Цинни. Даже Ларку! Но ведь если бы не граф фор Циррент с его идеей объявить девушку из другого мира своей чудом нашедшейся племянницей, не было бы и остальных. И пусть граф придумал это вовсе не из абстрактного человеколюбия или жалости к Жене, а желая заполучить ее для Тайной Канцелярии — она не против! Ей ведь уже не шестнадцать лет, а почти двадцать пять, и во взаимную выгоду поверить проще, чем в бесплатный сыр. Бесплатный сыр — он известно где!
А ей повезло. Ее приняли здесь, дали дом и семью — и отличную семью! Придумали достоверное — или просто непроверяемое? — прошлое. А взамен всего-то и просят, что делиться сведениями о своем мире, ну и помочь при случае графу в его делах. Да всегда пожалуйста! Ей и самой ведь интересно.
— Чем занимаешься?
Женя подняла голову. Надо же, думала о графе и не заметила, как он вошел!
— Доброе утро, дядюшка, не знала, что вы сегодня дома. Ничем особенным. Высчитывала, когда у меня день рождения.
— И когда же? — граф подошел, заглянул в исчерканный листок.
— Еще совсем не скоро, да и ладно, не люблю его отмечать. Зато Новый год всего через семь дней. Мой любимый праздник.

***

Новый год — среди зимы? Когда природа спит, ночи длинны, а дни коротки и сумрачны, когда луна светит, кажется, чаще и ярче солнца? Трудно было даже представить такую ерунду. Испокон веков наступление нового года считалось от Весеннего Перелома, когда пробуждается природа и настает время любить.
— Странный все же у вас мир, — граф фор Циррент покачал головой. — Что за праздник в столь мрачное время? Или вы для того и веселитесь, чтобы разогнать зимнюю тьму и уныние?
Джегейль пожала плечами:
— Может быть. Честно говоря, вот уж чем-чем, а историей праздников никогда не интересовалась.
— Разреши? — граф взял из рук девушки исчерканный лист. Так, даты всего три, одна — Осенний Перелом, день, когда Джегейль сюда попала, вторая — очевидно, ее странный Новый год, значит, третья — день рождения. Да, нескоро. — А это что? Вы вешаете на елку светильники?
— А? — девушка приподнялась, заглядывая в собственный рисунок, будто сама не помнила, что там изобразила. — Нет, что вы. Хотя вообще-то да, раньше елки украшали свечками, сейчас гирлянды с разноцветными лампочками вешают, но это просто шарик. Ну, игрушка, для украшения. Они разные бывают…
Девушка рассказывала о «елочных игрушках», «петардах», экзотической еде и прочих непременных атрибутах иномирной смены года, и в голосе все отчетливей слышалась грусть. Что ж, хотя последнее время и казалось, что Джегейль перестала тосковать по дому, было бы странным и неправильным, если бы ностальгия вовсе ее не мучила.
Отчего-то захотелось развлечь «племянницу» чем-то таким, что и впрямь ее порадует. Все же салоны, театр, визиты, чаепития и прочая светская жизнь, которую та старательно осваивает под чутким руководством Гелли, для нее скорее работа, чем удовольствие. Девочка всерьез принимает и Тайную Канцелярию, и родство с фор Циррентами, хочет оправдать доверие…
В библиотеку вошла Гелли:
— Варрен, к тебе снова посыльный. Я надеялась, хотя бы сегодня ты составишь нам с деточкой компанию в театре.
— Я уже и не надеюсь, — граф виновато развел руками. Сложил взятый у Джегейль лист: — Я возьму?
— Подошьете к досье? — хмыкнула девушка. — Берите, конечно. Ерунда это все, займусь чем-нибудь более полезным.
— Например, новой прической, — предложила Гелли.
Граф поспешил выйти, но успел услышать немного нарочитый стон Джегейль: «О, нет!» Усмехнулся: сколько бы та ни показывала, как ее утомляет необходимость выглядеть «приличной барышней», к этому образу она тоже отнеслась со всей ответственностью. Поглядишь сейчас, как легко сбегает по узкой боковой лестнице из библиотеки к столовой, и не поверишь, что в первые дни в юбках путалась. А уж вспомнить, в каком шокирующе бесстыдном безобразии она здесь появилась…
«Все же нужно выкроить вечер для театра», — почти безнадежная мысль тут же ушла: посыльный был от его величества, а значит, откладывался до лучших времен не только театр, но любой отдых.

***

«Ну вот, снова театр с дядюшкой откладывается до лучших времен, — вздохнула Женя. — Причем эти «лучшие времена» вполне могут наступить летом, а то и вовсе следующей зимой».
Всего за три небольшим месяца Женя узнала о «дядюшке» не меньше, а то и больше, чем могла бы знать о настоящем родственнике. Привыкла к его сумасшедшему рабочему графику, к тому, что важные разговоры ведутся непременно в кабинете, зато за обедом или под чай можно обсудить прочитанную книгу, свежие газеты, сплетни. Стала получать удовольствие от его резких суждений, от злых, но очень метких характеристик. Мягкое ехидство тетушки Гелли тоже ей нравилось, но тетушка больше посвящала ее в светские сплетни, а граф фор Циррент уделял внимание вопросам серьезным, уровня Тайной Канцелярии, а не кумушек из салона дамы Дарианы. Женя не задавалась вопросом, натаскивает граф ее для работы или хочет, чтобы она лучше ориентировалась в местной политике и светской жизни, как его «родственница». Не все ли равно? Ей нравилось.
Вот странно, дома и новости не смотрела, а здесь без свежих газет и обсуждения их с графом чувствовала себя как будто запертой без связи с внешним миром. Может, потому что дома новости сами ее находили? Все-таки здесь жизнь не то чтобы тихая, но слишком неторопливая. Событий мало, каждая сплетня обсасывается до бесконечности. А вести из той же Тириссы, не говоря уж о странах более дальних, даже до Тайной Канцелярии ползут иной раз так долго, что успевают утратить актуальность. Что нужно этому миру или хотя бы его спецслужбам, так это мгновенная связь! Но до изобретения не то что интернета, а хотя бы радио здесь еще невесть сколько лет, а пока — скачут по дорогам курьеры, летят почтовые голуби, а при армиях, кстати, есть специальная служба перехвата — ловчие соколы, натасканные на голубей.
После «новогоднего» разговора граф опять пропал на работе, а Женя погрязла в очередном витке светской жизни. Театр с предсказуемо нравоучительной пьесой, чай у дамы Дарианы, музыкальный вечер у дамы Розалии… Затем тетушка снова потащила ее к портному: «Неприлично третий раз идти в театр в одном и том же, меняя лишь аксессуары, да и платья для визитов пора бы обновить».
Так что Женя и думать забыла о новогодних елочках, мандаринах и шоколадках. Что толку тосковать о том, чего здесь нет и не предвидится? Шоколадки… у нее вон и кофе закончился, хотя уж так старалась экономить. Теперь — только чай. Зато, что хоть немного утешает, настоящий черный, а не тирисский травяной, и с вкуснейшими пироженками.
Поэтому, когда вдруг появившийся дома граф предложил выйти в сад, а там подвел ее к огромной елке напротив калитки, о том разговоре Женя и не вспомнила.
— У нас не принято рубить деревья забавы ради, но ветку можно срезать. Тебе большую?
Женя почувствовала, что краснеет, и морозный ветер был вовсе ни при чем. Она развела ладони, обозначая размер — сантиметров в семьдесят, примерно как та роза, которую подарил ей Никодес. Как раз в вазу хорошо встанет. Граф осмотрел нижние ветви — огромные, пушистые, раскидистые. Выбрал подходящую, попросил: «Придержи», — и резко рубанул огромным ножом. Женя даже не заметила, откуда граф его достал!
— Ничего себе у вас тесачок, — с восторгом выдохнула она. Перехватила ветку, осторожно стряхнула остатки снега. — Спасибо.
Теперь в ее комнате будет пахнуть елкой. Женя не могла понять, рада ли этому: вроде бы лишний повод для грусти, елка елкой, а Нового года все равно не будет. Но ведь приятно!
— Разрешишь посмотреть? — кивнул граф на ветку.
— Конечно, пойдемте!
В тепле дома запах еловой смолы и хвои стал сильнее. Женя поднесла ветку к лицу и счастливо зажмурилась. Нет, все-таки хорошо!
Вазу с еловой веткой Женя поставила на низкое трюмо, предназначенное, строго говоря, не для букетов и не для ваз, а исключительно для косметики. Ну и ничего, все равно она не сидит часами перед зеркалом, наводя красоту! Зато елочка будет отражаться в зеркалах, а еще ее будет прекрасно видно с кровати.
— И еще, — граф протянул ей небольшую коробочку, обернутую куском шелка и перевязанную узкой золотистой лентой. В таких здесь вручали подарки, и Женя смутилась: вроде повода для подарков не было? — Смелее, — в голосе графа промелькнула усмешка, и Женя потянула за ленточку.
В коробочке на мягком бархате лежал шарик. Стеклянный, тонкий, золотистый — настоящий новогодний шарик! Только с одной разницей — он светился! В глубине мерцали золотые огоньки, переливались, порхали мотыльками. По стеклу, тонкому, почти как мыльный пузырь, плясали блики.
— Боже, какая прелесть! — пальцы Жени замерли, не коснувшись этого чуда. — Его же страшно в руки брать!
— Лучше не ронять, но легкие чары прочности на нем есть, — граф довольно улыбался, реакция Жени ему явно понравилась. — Ну же, вешайте.
— Вы сами это придумали?!
— Как бы мне ни хотелось ответить «да», но это всего лишь вид магического светильника для детской. Правда, я попросил сделать меньшего размера.
— Все равно это чудо, — счастливо выдохнув, Женя подцепила прикрепленную к шарику ленточку. Он закачался в руках, разбрасывая вокруг золотые блики. Да, такими бы шариками украсить елку…
В глубине хвои он смотрелся волшебно.
— Спасибо, — повторила Женя, не отрывая глаз от танца золотых мотыльков за тонким стеклом. — А знаете, я вот возьму тетушку, съездим снова в лавку колониальных товаров. Вдруг там и какао найдется. Я, правда, рецепта шоколада знать не знаю, но всегда можно поэкспериментировать.
— Не улавливаю взаимосвязи, но пробуйте, почему бы и нет, — добродушно ответил граф. Женя наконец повернула голову — и встретилась с ним взглядами. Похоже, пока она любовалась шариком, граф фор Циррент в очередной раз рассматривал ее. Ну, сейчас-то она должна выглядеть вполне «подобающе!» — С удовольствием остался бы на обед, но мне пора. Передавать от вас привет Ларку?
— Да как хотите, — Женя рассеянно пожала плечами. — Нужны ему мои приветы, в самом деле. Лучше возвращайтесь хотя бы к ужину! У меня просто огромное желание изобразить к столу что-нибудь новогоднее. И вообще, Новый год — семейный праздник!

***

«Семейный праздник»…
В который раз за последние месяцы граф фор Циррент поймал себя на мысли о том, что слишком привык к одиночеству, которое скрашивали лишь редкие визиты Гелли. Он успел позабыть о том, что дом — место, где ждут близкие люди, а не крепко защищенная берлога, в которой можно как следует выспаться между двумя сложными делами. А теперь девушка, которую он сам назвал племянницей, упорно напоминала ему о простой истине: у него есть семья. Его ждут, его рады видеть, и отдохнуть он может не только за бокалом вина с Фенно-Дералем, но и за кружечкой чая с Гелли и Джегейль.
Не то чтобы он любил чай — изрядная, по чести сказать, гадость! — но общество «его дам» доставляло истинное удовольствие. И, право, он искренне хотел успеть вернуться к ужину и позволить себе забыть на время о делах. Слушать мягкий, слегка насмешливый голос Гелли, рассказывающей об очередном светском визите, отвечать на вопросы Джегейль и не думать о том, что война, по сути, уже началась. Но позволить себе тихий семейный вечер он сейчас никак не мог. В столице действуют вражеские агенты — Тайная Канцелярия вкупе с королевской полицией не успевают изобличать и вылавливать! — на верфях не хватает канатов, парусины и пушек, потому что кто-то запугивает поставщиков и перехватывает заказы, с армейскими поставками тоже не все ладно, маги делают вид, что они выше мирской суеты… Какие уж тут семейные ужины!
А новый год они отпразднуют весной. Джегейль еще не видела ни одного Весеннего Перелома, не танцевала вокруг костров под яркими весенними звездами, не ела горячее мясо, пожаренное здесь же, на едва прогоревших углях, запивая его не вином, а выдержанным кисло-сладким сидром. Не слышала, как летит к небесам слаженная, наполненная древней волшбой песнь обновления, как подхватывают ее вслед за магами простые люди, и кажется, что поет сама ночь. Она не знает, как сладко засыпать утром после этой ночи — с рассветом, а то и позже, когда тело истомлено не усталостью, а влившейся в него живительной силой.
Это, конечно, не тихий семейный праздник, но ей должно понравиться.

***
Читать все книги автора на Продамане
или купить на Призрачных Мирах
***
С Новым Годом и Рождеством!
Ваша Алена Кручко

222 просмотров | 6 комментариев

Категории: А это интересно..., Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.




Алена Кручко Алена Кручко

Пожалуйста Счастливого Нового года!

> Наталья:
> Спасибо за настроение!

31.12.2019, 10:29


Алена Кручко Алена Кручко

Спасибо! Вас также с Новым годом Счастья, удач и вдохновения!

> Мила Тарнавская:
> Спасибо за увлекательный отрывок!
> Веселых вам новогодних праздников и успешного года!

31.12.2019, 10:28


Наталья Наталья

Спасибо за настроение!

30.12.2019, 23:04


Мила Тарнавская Мила Тарнавская

Спасибо за увлекательный отрывок!
Веселых вам новогодних праздников и успешного года!

29.12.2019, 19:53


Алена Кручко Алена Кручко

Спасибо! Вас также с наступающим! Счастья и всего наилучшего в Новом году, отличного настроения, душевного тепла и позитива! И только хороших чудес

> Васильева Надежда Петровна:
> В этот раз последние дни декабря и года в прямом смысле утекают под шелест дождя... Но, наверное, особенно удивлённых нет - большая лужа самое то, что нужно сытому кабанчику или отдыхающей свинке. Что ж, будем надеяться, что испытав наше терпение, и погода, и год свинки, угомонятся к взаимному удовольствию, и январь 2020-го начнётся со снега и морозца...
> Спасибо, Алёна. Я снова окунулась в очаровательный мир приключений и переживаний барышни Жени - в самом деле, как мягкой лапой волшебного дерева по щеке провели...
> Пусть мы уже давно выросли и готовим новогодние сюрпризы для своих детей, но то трепетное ожидание чуда в Новогоднюю ночь - оно одно на всех!..
> С Наступающим!

28.12.2019, 17:44


Васильева Надежда Петровна Васильева Надежда Петровна

В этот раз последние дни декабря и года в прямом смысле утекают под шелест дождя... Но, наверное, особенно удивлённых нет - большая лужа самое то, что нужно сытому кабанчику или отдыхающей свинке. Что ж, будем надеяться, что испытав наше терпение, и погода, и год свинки, угомонятся к взаимному удовольствию, и январь 2020-го начнётся со снега и морозца...
Спасибо, Алёна. Я снова окунулась в очаровательный мир приключений и переживаний барышни Жени - в самом деле, как мягкой лапой волшебного дерева по щеке провели...
Пусть мы уже давно выросли и готовим новогодние сюрпризы для своих детей, но то трепетное ожидание чуда в Новогоднюю ночь - оно одно на всех!..
С Наступающим!

27.12.2019, 18:59

Наверх