Бабушка-трансформер. Татьяна Хмельницкая

Бабушка-трансформер. Татьяна Хмельницкая

02.07.2015, 11:00

Автор на Призрачных мирах: Татьяна Хмельницкая

Рассказ: "Бабушка-трансформер"

- Ты… ты…
Хорошенькое личико Музы скуксилось. Она бросилась к входной двери. Я поймала ее за руку в коридоре, благо «хрущевка», два шага до любого угла в квартире. Муза обернулась и укоризненно на меня посмотрела. Бедняжка еле сдерживала слезы. Пухлые губки дрожали, в глазах полыхал гнев. Спрашивается, чего я такого ей сказала? Предложила главную героиню книги оставить без помощи и магии. Стало интересно, как девушка выпутается из сложной ситуации.
- Ладно тебе, - примирительно произнесла я. - Расслабься.
- Как ты можешь?! - зло крикнула Муза. - Это великий жанр! Главная героиня должна попадать в ужасные ситуации и выходить из них с честью!
- С мужчиной, - поправила я.
- Что?
- Я говорю: с мужчиной. Мы сейчас написали, что красавец принц отыскал ее. Она бросилась к нему на шею. Завязалась бурная сцена с поцелуями. У главной героини снова открылся дар на радостях и далее по тексту.
- Это светлое чувство любви, - нахмурилась Муза. – А не просто радость.
- Да, - поджала губы я, - Конечно, ты права… А может ну его, принца. Пусть сама выпутывается. Проявит силу воли, смекалку, унизится, наконец.
- Я ухожу от тебя! - зло бросила Вдохновительница. - Говорила мне Муза эротического жанра, что ты неблагодарная особа, а я не поверила. О, Боги! За что мне все это?
- Да погоди, ты! Не уходи. Если для тебя так принципиально, чтобы они целовались каждые три страницы, и он умирал от любви к ней каждые пять, давай найдем компромисс.
- Какой? - улыбнулась Муза.
Да, действительно, какой? Как ни крути рукопись доработать нужно. Что на середине бросать? А с другой стороны, никаких у меня обязательств нет перед читателями. Других авторов себе найдут. «Свято место пусто не бывает», - кажется так говорится. Не грела мне душу эта «сладкая» история. Няшки-милашки. Читателям нравилось нечто подобное, приходилось выдавать им однотипные сюжеты.
Эх, не выйдет из меня путного автора! Надо признать и забыть все, как счастливый сон. Жаль, конечно, но грех в моем возрасте страдать графоманией. Вот радикулитом и лишним весом в самый раз, а мнить себя писателем - глупо. Обидно, трудно, но пора правде взглянуть в глаза - я больна и воображение у меня больное. Мало того недуг прогрессировал, с воображаемым другом, которого назвала Музой, разговаривала.
- Ты права… - начала я.
Муза расслабленно улыбнулась и направилась к кухонному столу, где стоял включенный ноутбук. Грациозно уселась на табурет и сложила холеные ручки перед собой. Я встала в дверном проеме и оперлась на косяк плечом.
- Ты права, - снова произнесла я. - Муза эротического жанра от меня сбежала с криками: «Да чтоб тебе эротические сны покоя не давали»! И тебе следует найти себе другого подопечного. Нам не по пути.
- Как?
Изумление казалось неподдельным. Девушка смотрела на меня широко открытыми глазами. Сама удивлена, что такое сморозила, но зачем себя мучить и ее тоже? Мы не могли работать вместе, скандалили все время. Она вспоминала о читателях, взывала к моему самосознанию и дисциплине. К последнему она взывала чаще, чем самосознанию.
- Читатели хотят красивой сказки, а ты вываливаешь на них кучу проблем, - говорила она. - Пойми, у людей жизнь и без того не всегда радостная. У них получается не всё, как задумывается. Ну, хотя бы здесь, в книгах они должны понять, что чудеса возможны. Придет принц и горы свернет во имя любви.
Да, про то и писала, сдабривая слезы героинь смачными поцелуями красавцев-принцев. Но, почему героиня должна быть обязательно красавица? Словно идя на поводу модных журналов, я продолжала сеять «разумное, доброе, вечное». Давала понять женщинам, что норов и строптивость могли проявлять только урожденные красотки с кучей талантов и возбуждающие всех мужчин подряд. Надоело. Да и Музы больше трех месяцев у меня не задерживались. Хватало ровно на книгу. Пора положить этому конец, как и писательству.
- Ты свободна, - нервно сглатывая, вымолвила я. - Прощай. Дверь знаешь где…
- Я… - рассвирепела Муза. - Я потратила на тебя лучшее свое время. Никогда не будешь печататься. Мое проклятье три года действует. Ты не достойна этого!
Надо же, как в сказке: «И прошло три года и три дня…». Проклятье Музы, вещь серьезная, заслужила. Вздохнула и произнесла:
- Я вообще писать больше не буду. Иди уже…
Муза взмахнула руками, растаяв словно туман. Спрашивается, зачем к входной двери убегала, раз так колдовать умела? Вспомнилась наша первая встреча. Она позвонила в дверь и, переступая порог квартиры, сунула в руки тортик. Где сейчас тот тортик? Пригодился бы.
Глаза защипало. Сентиментальная стала за последние годы. Жизнь продолжалась и ничего особенного не случилось. Я никому не должна и мне никто ничего не должен. А читатели… Да, что об одном и том же…
Распахнула окно и высунулась по пояс, чтобы была видна детская площадка. Лето полыхало, даря зной и расслабленность. Ребятишки бегали по двору, играя в салочки. Муж и дочь веселились, гоняя по дорожке возле дома на самокатах. Ладно, как говорится: «Что не делает Бог все к лучшему». Буду времени больше уделять семье. А тортик… купить надо…
Натянув легкий сарафан и причесав волосы, взяла кошелек и отправилась в ближайший супермаркет. На душе по-прежнему «кошки скребли». Мысленно подсмеивалась над собой. Удумала тоже, на старости лет в писатели податься! Подумаешь воображение… Да у кого его нет? Все с ним рождены, но вордовские страницы ума хватает не пачкать!
Сделав покупки, решила минут десять посидеть в сквере, который вел от магазина к моему дому. Лавочка под деревцем оказалась свободна, что меня несколько удивило. Устроилась на ней с комфортом, поставила рядом тортик и, запрокинув голову, закрыла глаза. Вот ведь идиотка, тортик мог растаять, а я на жаре под деревцем. Но сил встать не нашлось, ничего не случится со сладостями. В жизни много хорошего. Отпуск, например. Мое любимое море, рассветы-закаты…
Почувствовала сладковатый запах. Он окутал меня, заставляя перебирать воспоминания с прошлой поездки на юг. Глубину неба, огненный шар солнца и волны, ласкающие прибрежные камни. Стайку мелких рыб, снующих на дне от камня к камню. Что это? Кто-то курит рядом? Ничего себе у него папироски, меня до галлюцинаций пробрало!
- Тьфу! - взревела я. - Курите в другом месте!
Открыв глаза, увидела сидящую рядом женщину. Она была одета в черную короткую футболку и кожаные штаны. И это в жару под тридцать градусов! Смелая. В руках незнакомка держала потрепанный мотоциклетный шлем. Дама курила папиросы, выпуская изо рта голубоватый дым.
- Прости, - тряхнула головой женщина. - Курить очень захотелось.
- Курите, я собиралась уходить, - буркнула я.
На вид ей около семидесяти. Глубокие морщины лучами расходились из уголков глаз. Руки жилистые с выступающими венами. Похоже, незнакомка увлекалась спортом в молодости. Фигура гибкая, для ее возраста, хрупкая. Но эти кожаные штаны… Неужели у внука отобрала?
- Ты чего грустная такая? Поссорилась с кем-то?
- Рассталась, - отмахнулась я.
Поднялась с лавочки и взяла купленное лакомство, надеюсь растаять оно не успело.
- Вот не умеет у нас молодежь работать, - взвилась незнакомка.
- Что случилось, бабушка? Кто не умеет работать?
Зачем соваться? Мне нужно уйти по-тихому, а проблемами бабуси в кожаных штанах пусть родственники ее занимаются.
- Так не у меня случилось, а у тебя. С Вдохновительницей поссорилась?
- Не ваше дело!
Резко получилось. Но как быть? В душе пустота, в руках тортик, а впереди - перспектива таращиться в потолок всю ночь, выкидывая из головы возникающие сюжеты и ворочаться с боку на бок. Ничего, ко всему люди привыкают, и я привыкну.
- Прости, дочка, - миролюбиво произнесла старушка.
Теперь она казалась совсем маленькой, сгорбленной. С чего я взяла, что она спортом занималась? Самое большее - бег по магазинам с сумками наперевес. Хотя, чем не спорт, выдержка железная нужна.
- Это вы меня простите, что-то настроение никуда не годиться. Пойду я…
- Я любопытна, потому хочется знать, что Вдохновительнице не понравилось?
Вздохнула и обреченно села на лавку, поставила коробку с тортом на скамью. Похоже, солнышком голову напекло, новый воображаемый друг пожаловал. Выговориться захотелось, а тут помощь предлагали. Глаза у бабули ясные, внимательные, словно не старушка-божий одуванчик, а хваткий предприниматель. Пришлось рассказать. Какая разница, что человек подумает, главное мне легче станет.
- Значит, не хочешь такое писать? - спросила пожилая женщина.
- Не хочу через силу, - улыбнулась я. - Понимаю, что массовости не будет, если буду писать то, что нравится. Стоит ли начинать?
Бабулька потерла подбородок, прищурилась и, положив свою теплую ладошку мне на руку, поинтересовалась:
- А что тебе нравится?
- Техника, архитектура…
- Я не про это. Что бы ты хотела написать?
Задумалась. До этого никто не задавал мне таких вопросов. Были шаблоны на вечные сюжеты, которые всегда имели успех. Хотя, если вдуматься, то вся жизнь шаблон. Рождались, росли, учились, женились и передавали штампы следующему поколению. Но в мире популярны только счастливые трафареты. Я не против писать по «золотым стандартам», но про принцев и миллионеров-вампиров, увы, не мое.
- Не знаю, - созналась я. - Сейчас звезд не видно, день. Но они там, я знаю. Блестят, словно капли воды, преломляя ровный свет. Всегда хотелось побывать там.
Я поднялась указательный палец вверх. Хотя и так понятно, где находились звезды.
- А я там была, - огорошила старушка.
- Это как?
Смешок у меня получился нервный. Явно бредила, но остановиться не могла. Стало любопытно, что скажет эта… роскошная… юная… девушка. Глазам своим не верила. Произошедшая с незнакомкой метаморфоза казалась нереальной.
- А вот так! - улыбнулась красотка. - Ты думаешь, люди единственная раса умеющая мечтать? Там далеко в космосе, тоже хотят однажды проехаться по Млечному пути, отыскать разумные существа. Мне по роду деятельности приходится мотаться в разные уголки Вселенной и поддерживать мечтателей.
- И какие они, другие миры и мечтатели?
- Разные, Таня, очень разные. Если желаешь, расскажу как-нибудь.
- Конечно, хочу. А как вы вот это делаете?
Я помахала в воздухе руками, описывая формы лица, и тела. Собеседница поняла меня правильно и ответила:
- Я - Муза-трансформер. Говорят с тобой сложно, наши жалуются. А я на пенсии, потому и статус такой. Мне ж только в радость среди людей походить. Живу обычной жизнью, а как нужна помощь, так превращусь, в кого захочешь. Так ты определилась? Что писать-то надумала?
- Я надумала? Ах, да! Все хочу: киберпанк, техно, апокалипсис, антиутопию, и много еще чего.
- Ладно, тогда жди в гости, а сейчас пока. Беру тебя на поруки, Таня. Первое правило Вдохновителя : воображение - душа Музы. А без души, Таня, жизни нет. Пока, до скорого.
- До встречи.
Я подхватила тортик со скамьи, зашагала по красноватой дорожке в сторону дома.


от автора: есть предложение создать сборник "Музы" сделать его платным или бесплатным по желанию авторов и хозяев ПМ. Но мне кажется, это любопытно, заглядывать своему воображению в глаза.
Картинка - взята из интернета.

1230 просмотров | 2 комментариев

Категории: А это интересно..., Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.




Татьяна Хмельницкая Татьяна Хмельницкая

Нет, этот рассказ не читала, но ознакомлюсь

08.07.2015, 11:12


Геннадий Дмитричев Геннадий Дмитричев

Наверное, как у кого... но мне кажется, где-то об этом уже говорил, муза, вдохновение — больше для поэтов. Я, например, даже не знаю что это такое. Они пришли ко мне ещё в доисторические времена (конечно, если вообще пришли), может быть, ещё при рождении, и больше никуда не уходили. Как говорится, всегда готов труду и обороне в любое время суток, лишь бы материал интересный попался. Правда, иногда идея приходит вдруг и, казалось бы, ниоткуда. Может, это и есть Муза?

Не знаю, читали ли вы мой рассказик «Утерянное звено»? И хотя речь там совсем о другом, показалось есть в рассказах что-то общее.

04.07.2015, 10:25

Наверх