"Попаданцы" бывают разные. Женька, героиня данного романа, конечно, об этом слышала. Кому-то везет попасть в "волшебный мир" с принцами, драконами и единорогами. Стать великим магом, или, на худой конец, какой-нибудь принцессой! А вот кому-то не везет...
И что делать если ты, симпатичная, неглупая и вполне успешная студентка Журфака МГУ, перенеслась совсем не в волшебную сказку? Если мир, а точнее миры, в которых ты очутилась, разительно отличаются от того, о чем ты привыкла читать? Ведь вместо магии здесь технология, космические корабли висят практически у каждого астероида, а вот прекрасных принцев почему-то не наблюдается. Да если бы и были, то вряд ли польстились на тебя, вынужденно оказавшуюся в мальчишеском теле. В принципе, как и в любой ситуации, остается только два выхода: бороться или сдаться.
Вот только если выберешь борьбу, помни: это больно...
НАЧАЛО ПУТИ
Опоздавшим — самая неприятная работа
Если вы не учитесь на своих ошибках,
нет смысла их делать.
Лоуренс Питер
Я спешно подкрашивала ресницы перед зеркалом, шипя проклятия, когда кисточка нечаянно пачкала веко, и периодически косила глазом на циферблат наручных часиков. Опаздываю, опять опаздываю! Шеф меня точно прибьет…
Привычно мазнув по губам блеском, на ходу засунула ноги в черные лодочки на высокой тонкой шпильке, прибавляющих моим скромным «метр пятидесяти» добрый десяток сантиметров, и, подхватив сумочку, рванула к выходу. Может, все же успею? От дома до редакции добираться минут двадцать… если без пробок.
Нет, я все же удивительно везучее существо! Разухабистый молодой молдаванин на убитой «шестерке», громыхавшей басами из стареньких колонок, довез меня «закоулками» всего за пятнадцать минут, получил свои честно заработанные пару сотен и весело пожелал удачи. Его слова, да богу в уши! Лучшим везением для меня будет отсутствие шефа — редактора «Светского вестника», а в просторечье «Светского сплетника». Ибо господин Вурковский, за глаза ласково именуемый сотрудниками Вурдалаком, был удивительно занудлив, когда дело касалось опозданий на работу. Ну да, именно редактор, а я — журналистка! Точнее, студентка четвертого курса журфака МГУ Евгения Власова.
Как ни странно, но устроиться корреспондентом в небольшой тематический журнальчик оказалось совсем несложно. Подозреваю, что произошло сие чудо в основном благодаря моей внешности. Все же, будем откровенны, натуральные блондинки имеют некоторые преимущества при трудоустройстве. Особенно голубоглазые и довольно симпатичные. Тем более при устройстве на работу в гламурный журнал, чьей главной жизненной целью является сбор сплетен и слухов на различных тусовках. Затем информацию, подслушанную «достоверными источниками», щедро разбавляют в редакции собственной нездоровой фантазией и распространяют со страниц журнала охочим до жареных фактов читателям.
Главное — попасть на эти тусовки и не «попасться», уж простите за тавтологию. А я, благодаря внешности, некоторым знакомствам и с детства воспитанной уверенности в себе, без проблем проходила практически любой фейс-контроль.
Несомненно, это далеко не та работа, о которой я мечтала, поступая на «журфак», но она имеет пару неоспоримых плюсов! От Тверской, где расположен офис редакции, до Моховой, где находится факультет журналистики МГУ, одна станция метро… или четверть часа пешим ходом. Да и зарплату выдают всегда вовремя, а что еще надо «бедной студентке»? Независимость от родителей дорогого стоит. Нет, я их очень люблю, но в двадцать лет пора уже жить своим умом. Хотя, не буду спорить — до Пулитцеровской премии на моей работе, как до Луны пешком, но нельзя же иметь все и сразу?
А забавно на самом деле — ведь, несмотря на внешность «Барби», состоянием финансового рынка и политикой я интересовалась гораздо больше, нежели личной жизнью наших разнокалиберных «звезд». Так что основной эмоцией, которую я испытывала на светских тусовках, была скука. Но кто даст возможность писать о серьезных вещах двадцатилетней «блондинке»? Нет, на общественных началах — пожалуйста! А за деньги… для этого есть профессионалы. Но я не отчаиваюсь. Моя работа — это тоже опыт общения с людьми, а в жизни все пригодится. Вот получу диплом и пошлю всю эту гламурную камарилью темным лесом, чистым полем!.. Тем более что к тому времени я планирую достаточно пополнить свой счет — по крайней мере, голодать не придется.
О, черт! Шеф! Вот ведь принесла нелегкая…
— Здравствуйте, Вадим Семеныч, — растянув губы в блаженной улыбке законченной блондинки, я активно захлопала свеженакрашенными ресницами.
— Власова! Ну, здравствуй, здравствуй… — подозрительно ласково отозвался Вурдалак и неожиданно рявкнул так, что я едва не выскочила из туфель: — Опять опаздываешь?!
— Всего же на пять минут опоздала! Почему-то когда мы тут до ночи пашем, вы этого не замечаете, — рискнула я перейти в наступление. Про то, что переработки еще и не оплачиваются, говорить вообще не стоило — избирательная глухота главреда была притчей во языцех.
— Власова, хороший журналист должен быть готов к тому…
— Вадим Семенович! Вас к телефону… — звонкий голосок Эллочки, смешливой секретарши господина Вурковского, спас меня от очередной нотации. Я послала девушке благодарную улыбку.
— Даже не надейся, Власова, так просто не отделаешься! — усмехнулся главный редактор, отследив наше невербальное общение. — Чтобы через десять минут была у меня в кабинете.
Покорно кивнув, я пожала плечами на сочувственный вздох Эллочки и отправилась в свой угол. Бросив сумочку на стол, устало плюхнулась в офисное кресло на колесиках, и, резко оттолкнувшись шпильками, сделала ритуальный поворот вокруг себя, с которого начинала каждое трудовое утро. Но сегодня это не слишком помогло настроиться на рабочий лад. Ибо я просто задней интуицией чуяла, что Вурдалак подготовил очередную гадость. Персональную, так сказать. Наверное, опять отправит на какой-нибудь «праздник жизни». Может, в гадалки пойти? А что? Чем не способ заработать состояние?
Почему-то мое откровенно равнодушное отношение к тусовкам и вечеринкам вызывало в коллегах искреннее недоумение. Но коллектив был хороший, ребята решили, что у каждого могут быть свои тараканы, и оставили меня в покое. Поэтому в последнее время я получала задания, напрямую со «звездами» не связанные. Тесты, диеты, упражнения, а также юмористическая колонка, плавно и без возражений перетекли в мои загребущие ручки.
Ой, время… Замечталась, красава? А пора на эшафот! Интересно, чем Вурдалак собирается меня «порадовать»?
— Отлично, Власова, рад, что вы зашли, присаживайтесь, — улыбнулся главред, вгоняя меня своей вежливостью в состояние легкой паники.
— Как вы, несомненно, знаете, завтра состоится празднование свадьбы господина Кудепова, в связи с чем в казино «Бергот» будет закрытая вечеринка… Очень закрытая! — с нажимом уточнил Вурдалак, и глаза у него в этот момент стали добрые-добрые.
— Понятно, — хмыкнула я, — значит, приглашение достать не удалось!
— Никто и не собирался допускать туда прессу, — насмешливо улыбнулся Вурковский, моментально выходя из образа ласкового дядюшки. — Но я уверен, что молодой красивой девушке отказать никто не сможет!
— То есть я должна попасть на эту вечеринку? — искренне поморщилась я, просчитывая варианты. Это все же не обычная гламурная тусовка, куда можно проскочить на красивой мордашке и дорогих шмотках — здесь будут вылавливать «зайцев» без приглашений еще на подходе. Ну и задачка… Похоже, придется задействовать знакомых.
— Вот-вот, подумай хорошенько, как ты собираешься туда пройти, — усмехнулся шеф, словно прочитав мои мысли, и махнул рукой в сторону выхода. Я покосилась на начальство… увы! Когда Вурдалак так улыбается, пытаться спорить, переубеждать или что-то доказывать бесполезно.
— Шикарно, печатный станок тебе в задницу, — прошипела я, пытаясь захлопнуть за собой дверь. Та плавно и тихо закрылась за моей спиной. У господина Вурковского давно стоял доводчик на створке, ибо желающие «хлопнуть дверью» в кабинете главного редактора появлялись с удивительным постоянством.
— Полина? Привет, Солнышко! Можно я к тебе приеду?
— …
— Ну почему сразу «звоню только когда мне что-нибудь нужно»? Просто соскучилась…
— …
— Ну ладно, ты как всегда права! Действительно нужно. Так я приеду?
— …
— Да, твое любимое мороженое куплю по дороге. Что-нибудь еще хочешь?
— …
— Ну почему сразу «явно хочу получить что-то невероятное»? Нет, Луна с неба мне не нужна! И я вовсе не подлизываюсь, просто спросила. Все, я еду!
Выставив перед собой, словно щит, упаковку клубничного «Mo:venpick», я нажала на кнопку дверного звонка, покорно издавшего под моими настойчивыми пальцами тихую мелодичную трель. Спустя минуту тяжелая створка двери, более подходящая какому-нибудь банковскому сейфу, плавно отошла в сторону, являя моему взору главное сокровище — хозяйку квартиры Полину Нечаеву.
— Заходи, подлиза, — рассмеялась девушка, одетая в белый топик и небрежно обрезанные джинсовые шорты, вынимая из моих рук холодный презент и легко чмокая в щеку. А я в очередной раз заворожено уставилась на свою подругу — все же такая удивительная природная красота встречается крайне редко. Я, со своей врожденной блондинистостью, всегда казалась рядом с ней бледной молью.
Жгучая синеглазая брюнетка покорила немало мужских сердец, оставшись при этом необыкновенно светлым и легким в общении человеком. Возможно, именно поэтому «бывшие» по-прежнему ее обожали и были готовы исполнить любой каприз. На это я и рассчитывала, придя к подруге за помощью. Если кто из моих знакомых и мог получить доступ на закрытую вечеринку Кудепова, то это Полина.
— Ох, Женька, совести у тебя нет! — хмыкнула хозяйка, забираясь с ногами на диван и предвкушающе щурясь на полукилограммовую коробку с мороженым. — Ладно уж, рассказывай зачем пришла…
Я поставила на стол пару керамических мисочек и начала раскладывать холодное лакомство. Себе — чисто номинально. Насколько я знаю Полинку, она в состоянии справиться с мороженым и в одиночку, но вежливость есть вежливость… Улыбнувшись, протянула угощение и устроилась напротив подруги в глубоком кресле.
— Меня Вурдалак послал, — вздохнув, призналась я. — Почти как в сказке: «туда-не-знаю-куда»… а точнее в казино «Бергот» на вечеринку в честь свадьбы Кудепова. Приглашения у меня естественно нет, но ты же знаешь Вурковского — когда его останавливали такие мелочи?
Несколько минут мы с искренним удовольствием «обсасывали косточки» нашего главВреда , чтоб ему икалось, что существенно подняло мне настроение.
— Да, подружка, попала ты конкретно, — усмехнулась Полинка, сладко жмурясь и облизывая ложку. — Ладно, попробую тебе помочь. Тащи сюда телефон — будем знакомых обзванивать…
Через пару часов интенсивных телефонных переговоров нашелся знакомый знакомых, который мог получить пропуск в «Бергот», ибо имел какие-то деловые отношения с тестем Кудепова. Нам потребовалось не менее четверти часа на то, чтобы таинственный Кирилл согласился на потерю пятничного вечера. На тот момент я решила, что чашу весов в нашу сторону перевесило обычное мужское любопытство — Кирилл заинтересовался «восхитительной натуральной блондинкой», которая будет сопровождать его на праздник. Хотя позднее, не раз и не два прокручивая в голове тот разговор, я поняла, что Кирилл согласился на встречу после того, как прозвучало мое имя.
— Смотри, Женька, чтобы соответствовала, — рассмеялась Полинка, бросая трубку. — А то знаю я тебя, лентяйку! Маникюр — сама, прическу — сама… в результате выглядишь как Маша из Жмеринки.
Возмущенно хмыкнув, я показала язык этой язве и демонстративно заправила за ухо выбившуюся из небрежно заплетенной «французской» косы прядь волос.
— Иначе будешь пробираться на следующую вечеринку самостоятельно, — безмятежно добавила моя «добрая» подружка, подцепляя ложкой очередной мороженый айсберг из креманки.
— Хорошо, хорошо — все поняла, исполню в лучшем виде, — поморщилась я, признавая поражение и прикидывая на какую сумму можно будет разорить Вурдалака. Хмм… Представительские расходы? Ну, а почему бы и не попробовать? Случаются же иногда чудеса.
Нервничая, я стояла возле кухонного окна, стараясь угадать, какая из припаркованных возле подъезда машин принадлежит загадочному Кириллу. По договоренности он должен заехать за мной, дабы отвезти на праздник жизни в «Бергот». Днем я выиграла воистину жестокую и кровопролитную битву с Вурдалаком, выбив из него целых три тысячи рублей на представительские (капля в потраченном мною море) и категорически отказавшись взять энергично навязываемый фотоаппарат. Точнее фотоаппараты. На выбор. Спрятанные в зажигалке, губной помаде и даже невообразимо вульгарной броши с ярко-розовым подобием рубина. Я, конечно, понимаю, что снимки получились бы эксклюзивными, но если меня поймают, то мало не покажется! В лучшем случае выбросят на улицу, о худшем же... даже думать не хочется. А в том, что меня вычислят, нет сомнений — все же в «Берготе» будут работать настоящие профи, а я далеко не Джеймс Бонд.
Задумавшись, я пропустила момент, когда к подъезду подкатил серебристый «Мерседес» — кабриолет SLR класса. А мой поклонник-то, похоже, настоящий «новый русский» со всеми вытекающими!.. Черт, пока я предавалась воспоминаниям, неведомый Кирилл проскочил в подъезд и уже поднимается!
Испуганно охнув, я метнулась к зеркалу, дабы убедиться, что с прической и макияжем все в порядке. Неловким и чуть нервным движением поправила бретель вечернего платья цвета темного индиго и отрепетировано улыбнулась своему отражению. Отлично! Зазеркальный двойник победно подмигнул и ухмыльнулся.
Мелодично тренькнувший дверной звонок не стал неожиданностью. Еще раз окинув отражение внимательным взглядом, я отправилась знакомиться со своим кавалером. Надеюсь, он такой же интересный, как и его имя…
Нет, это чисто риторический вопрос, но все же… Вот почему? Почему мои ожидания касательно мужчин никогда не оправдываются?
Я уныло покосилась на водителя «Мерседеса», который быстро лавировал среди разноцветного потока автомобилей, заполонившего дороги столицы пятничным вечером. Развлекать меня светской беседой Кирилл явно не собирался, так что я украдкой стала рассматривать своего невольного спутника. Собственно на первый взгляд ничего особенного в нем не было. Рядом со мной сидел невысокий, ничем не примечательный в плане внешности, сухощавый мужчина лет тридцати пяти, одетый в великолепный костюм и классическую белую рубашку. Машину он вел уверенно, с моей точки зрения — даже самоуверенно. На поворотах и обгонах, при резких, агрессивных движениях идеально ухоженных рук, из-под левой манжеты выглядывали несколько выбивающиеся из образа «скромной роскоши» аляповатые золотые часы — явно очень дорогие… Однако к данному костюму они подходили примерно так же, как золотая цепь и фиксы. Могу предположить, что одежду он выбирал по совету стилиста, а вот на праздник собирался самостоятельно.
Впрочем, мне-то какая разница? Я приняла решение о том, что это знакомство на один вечер, еще в тот момент, когда гость перешагнул порог квартиры и прошелся по моей фигуре настолько нескрывающе-оценивающим, не прикрытым даже элементарной вежливостью, взглядом, что я почувствовала себя куском говяжьей вырезки на прилавке. Затем, видимо решив для себя, что я достойна его высочайшего внимания, мужчина выдавил из себя кривую усмешку и представился.
Не поймите меня превратно — я свободная девушка, серьезных отношений в данный момент жизни не имею, и чем черт не шутит, возможно, поведи он себя иначе, у нас был бы шанс продолжить знакомство. Но в моей жизни уже встречались «потребители» с подобными взглядами, и я зареклась с ними связываться. Быдло, уверенное в том, что, заработав определенное количество денег, может купить любую самку, мне не интересно. Что поделать, возможно, у меня просто дурной вкус. Я люблю умных, веселых и злых. И толщина их кошелька меня совершенно не волнует — вполне хватает своего. К тому же убеждена — если у мужчины есть мозги, то рано или поздно он заработает достаточно денег, чтобы обеспечить свою семью.
Я безмятежно улыбнулась своему молчаливому спутнику, окинувшему меня внимательным взглядом темных глаз. Сегодня ничто не помешает мне попытаться получить от вечера удовольствие… Главное, не забыть своевременно вызвать такси и смотаться с праздника! Впрочем, было бы, о чем беспокоиться — роль Золушки, вовремя свалившей с королевского пати, всегда удавалась мне особенно удачно.
Понимаю, что со стороны это, возможно, выглядит не слишком красиво. Большинство, узнай об этих тонкостях моей репортерской профессии, слаженным хором обласкали бы динамщицей и халявщицей… но у каждой работы есть свои неприятные моменты. И простите, платить телом за информацию… Почему-то меня это не слишком прельщает!
Забавно, но понадобилось всего полгода работы в «Светском сплетнике», чтобы сделать из меня весьма циничную особу.
Наконец, война с московскими пробками увенчалась нашей безоговорочной победой, и автомобиль Кирилла мягко притормозил возле сияющего разноцветными огнями главного входа в «Бергот». Мужчина вышел из машины и вежливо открыл передо мною дверь. Состроить в ответ благодарственно-восхищенную мордашку было совсем не сложно — привычка. «Черт, надо было каблуки поменьше надеть, — мысленно поморщилась я, убедившись, что Кирилл действительно оказался на пару-тройку сантиметров ниже меня. — Обычно у невысоких людей из-за роста жуткие комплексы…»
Пока я размышляла, мы миновали пару постов охраны и вошли в поразительно помпезно разукрашенный зал, который просто кричал о богатстве хозяина… но скромно молчал о его вкусе.
— Выпей что-нибудь, а мне нужно обсудить пару деловых вопросов, — подведя меня к стойке бара и как-то отстраненно улыбнувшись, произнес мой спутник, выловив взглядом в конце зала пару вальяжных «пиджаков». — Этот разговор не для женских ушек!
«Вот зараза! Мог бы, и взять с собой такое симпатичное «украшение», как я. Большинство так и делает». — Я расстроено покосилась на предполагаемых собеседников своего поклонника. — «Если судить по внешнему виду «пиджаков», разговор наверняка пойдет о серьезных делах, а я — в пролете… Обидно. Мне не помешала бы капелька вкусной информации. Даже любопытно, Кирилла что, даже теоретически не интересует наличие у спутницы серого вещества?» — равнодушно размышляла я, не забыв мило улыбнуться «ухажеру» и покорно кивнуть в ответ. Собственно, с таким поведением я сталкивалась неоднократно и, по большому счету, совершенно ничего не имела против роли «Барби». Если, конечно, меня берут поприсутствовать при разговоре «умных людей». Все очень просто — пока тебя считают дурочкой, то в разговорах не особо скрываются… и можно услышать множество поразительно интересных вещей. А то, что юная блондиночка с невинным взглядом голубых глаз обладает IQ под сто пятьдесят и весьма неплохими аналитическими способностями, им знать вовсе не обязательно.
Собственно, сейчас мы подошли ко второй (а если говорить откровенно — к основной) причине моего желания работать на Вурдалака — информация… Информация — это власть. Вовремя использованная информация — это деньги. А деньги никогда не бывают лишними.
Нет, упаси боже, я говорю вовсе не о шантаже! Просто я уже два года играю на бирже. И в последние полгода — особенно успешно… Ну, для моего непрофессионального уровня успешно. Говоря точнее — если я продам все активы, то уже сейчас вполне смогу позволить себе небольшую квартирку в центре Москвы… или большую — но ближе к окраине.
Да, у каждого есть свои маленькие слабости. Моя — желание пробиться самостоятельно, не используя семейные связи, которых, кстати, немало. И, возможно я ошибаюсь, но сквозь ворчание отца мне нередко слышатся одобрительные нотки — когда-то директор, а ныне — владелец одного из сталепрокатных заводов тоже пробивался наверх из самых низов.
Впрочем, я опять отвлеклась.
Зал потихоньку заполнялся расфуфыренными гостями, между которыми сновали молчаливые официанты с подносами. Дамы щеголяли глубокими декольте, с трудом удерживая на силиконе «скромные» колье, сравнимые по весу с кабальными колодками. «Ошейники» были щедро усажены многочисленными драгоценными камнями, слишком крупными, чтобы считаться изящными. При этом они идеально гармонировали с аляповатыми кольцами, браслетами и оттягивающими мочки ушей серьгами. Общий стиль можно было бы обрисовать двумя словами — варварская роскошь. Похоже, мамы в свое время не учили вышеперечисленных дам умеренности. Хмыкнув, я опустила взгляд в бокал с белым вином и мысленно поморщилась — хорошего помаленьку, пора работать…
Три часа спустя я стояла перед входом в казино, задумчиво подпирая спиной одну из декоративных колонн и стараясь игнорировать вопросительные взгляды охраны. Такси запаздывало.
Что ж, подведем итоги.
Молодая супруга Кудепова мне понравилась. Она выгодно отличалась от «стандартных» жен олигархов — манекенщиц, бывших мисс и вице-мисс всего, что только возможно, и молодых светских щучек. Девушка была, несомненно, красива, неглупа и обладала очень хорошим вкусом, что оказалось для меня некоторой неожиданностью после поразившего воображение оформления зала. Либо она не принимала в этом участия… либо у нее великолепный личный стилист. В любом случае — удачи ей.
Далее — для «Сплетника» нашлась пара вкусных новостей: новая пассия восходящей щедро распиаренной звезды, «тщательно» оберегающей свою личную жизнь, неожиданно горячие взгляды, бросаемые на смазливых официантов мужеского полу другим молодым звездуном, активно позиционирующим себя в качестве законченного мачо и стопроцентного гетеросексуала, да мило воркующая парочка, которая всего пару дней назад кричала о своем разводе. Шоу-бизнес… В общем, Вурдалак будет доволен.
А для себя... Наследница пары нефтяных вышек сегодня появилась под ручку с владельцем сети бензоколонок «Ру-Нефть». Знаковое название.
Действительность, что страшнее кошмаров
Выходя из себя, не забудьте вернуться.
Дон-Аминадо
Я что, напилась? Непохоже на меня… Ох, а голова-то как болит!
Перед глазами промелькнул кабинет Вурдалака, «Бергот» и пьяный Кирилл за рулем «Мерседеса». И темнота… Черт! Лучше бы напилась, а так… Похоже, мы в кого-то врезались. Довыступался, придурок!
Тяжело вздохнув, я открыла глаза и равнодушно уставилась в белый потолок. Больница? Интересно, насколько все серьезно? Болит, вроде, только голова. Больше вообще нифига не чувствую. Меня что, обкололи обезболивающими? Стало как-то не по себе. Осторожно пошевелив пальцами рук, ног и согнув колени, с нескрываемым облегчением убедилась, что все конечности на месте и ощущаются вполне себе целыми. И даже не болят, что несказанно обнадеживает. Хочется верить, что бедолаги, в которых мы врезались, тоже не пострадали.
Медленно, стараясь не тревожить ноющую голову, приподнялась на локтях, чтобы осмотреться… и звучно выругалась. Услышь меня мама — учительница в третьем поколении — упала бы в обморок. Но ругаться было от чего — неизвестные «айболиты» сняли с меня всю одежду, позабыв накрыть даже простынкой. Так что в данный момент весь мой небогатый гардероб состоял из пары сережек и крупного коктейльного кольца . Ну, когда я поймаю этих юмористов — мало им не покажется!
Ох, моя голова… не стоило так резко вставать.
Отдышавшись, осмотрелась по сторонам и не смогла не обратить внимания на некоторые странности данного места. Крошечная больничная палата имела всего один предмет мебели — необычно изогнутую кушетку, на которой я лежала. Сначала мне показалось, что кровать повторяет все контуры тела, но сейчас, когда я с нее встала, она выпрямлялась, медленно возвращаясь к первоначальной форме, оптимистично напоминающей своими очертаниями гроб. Никогда раньше не слышала о такой мебели. Хотя… если говорить откровенно, то и не интересовалась я никогда медицинскими новинками, а сейчас столько навороченных разработок, что может и такие «гробы» появились.
Необычность номер два — если в этой странной «больнице» такая крутая мебель, то почему она стоит в помещении размером с чулан, и где все остальные атрибуты ВИП-палаты? Абсолютно белый потолок, сочащийся равномерным тусклым светом, и четыре гладкие стены без намека на дверь как-то не впечатляли. К тому же, не было ни постельного белья, ни захудалой занавесочки — и захочешь соорудить себе римскую тогу, так элементарно не из чего! Ехидно ухмыльнувшись, я выдернула из чудом выжившей прически все шпильки. Волосы упали тяжелой волной, закрывая меня до талии — фиг вам, а не зрелище!
Ладно, продолжим осмотр помещения. Вообще, непонятно как-то: где дверь, где окна? Медперсонала, капельницы и хитро-пикающих медицинских приборов тоже не наблюдается. Все страньше и страньше, как говорила одна интересная девочка.
Впрочем, спустя всего пару минут все это показалось мне несущественными мелочами…
Да, можете посмеяться, но я занялась банальным простукиванием стен, в слабой надежде найти выход. Ну, ведь как-то я сюда попала! Не просочилась же вместе с гробом-кушеткой сквозь потолок?
Я до сих пор не знаю, что стало причиной — мое страстное желание найти выход, случайно нажатая кнопка или какая-то иная причуда Судьбы, но неожиданно стена под моей рукой пошла мелкой рябью, стремительно темнея, затем слегка просела и начала словно растворяться. Пальцы кольнуло слабым электрическим разрядом, заставляя невольно отдернуть руку.
Отступив от стремительно меняющейся стены, я настороженно замерла, нервно сцепив пальцы. Слишком уж подозрительным было все, что происходило вокруг после моего «пробуждения» — подобное заставит психовать и человека с куда более крепкими нервами. Но теперь мне, кажется, повезло! Неужели это выход?..
Нет, это уже слишком! Этого просто не может быть…
Я закричала и метнулась в дальний конец комнаты, забившись в угол под изголовьем кушетки, а стена продолжала изменяться. Возможные границы даже самых широких дверей давно были пересечены — теперь это было скорее подобие окна во всю стену. Дойдя до углов комнаты, непонятные мне преобразования прекратились, рябь медленно успокоилась, рождая во мне панический, почти животный ужас. Истерика накатывала волнами, утягивая все глубже и глубже, а через странное окно, занимавшее противоположную стену целиком, мне в глаза заглядывала Вечность. И как-то сразу поверилось — это не 3D фильм, не шутка, не кошмарный сон… Господи, куда же я вляпалась?!
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я успокоилась. Блаженный пофигизм, наконец-то, снизошел на меня, и теперь, сидя в позе лотоса перед «окном», до которого почему-то так и не удалось дотронуться — какое-то невидимое препятствие отталкивало пальцы, покалывая слабыми электрическими разрядами, — я безмятежно смотрела на него… Бездонная чернота, сполохи и спирали, разноцветное сияющее конфетти. Бесполезно пытаться описать его красоту и глубокую, пугающую безбрежность. Только тот, кто видел — поймет. Забавно… Как оказалось, космос вовсе не такой уж и безжизненный, да и звезды не белые — они разноцветные. Раньше я слышала об этом, а теперь видела собственными глазами. Да, как бы по-идиотски это ни звучало, но все мои логически выкладки приводят к парадоксальному результату — я попала на космический корабль. И далеко не в качестве почетной гостьи. Есть о чем подумать, верно? Мне вот почему-то сразу Кащенко вспомнился. Палаты с мягкими стенами, санитарки размера XXL, рубашки с длинными рукавами… Вот только окружающий «бред» казался слишком уж реальным: пол, на котором сидела, — теплым и чуть пружинящим, «оконное» покрытие отзывалось легкими электрическими укусами, когда я предпринимала очередную попытку дотронуться до «стекла», а еще мерзли ладони, которые я машинально согревала дыханием. Сравнивать мне не с чем, но полагаю, что для галлюцинации это несколько слишком!
В общем, не знаю, как долго я просидела в позе лотоса, бездумно любуясь открывающейся картиной мироздания, прежде чем услышала за спиною скрип и тихие шаги.
Оборачиваться не хотелось. Почему-то казалось — пока я не повернулась лицом к действительности, все еще можно изменить, переделать, вернуть, как было. Глупо и наивно, но в это так хотелось верить! Мне давно не пятнадцать лет и на подвиги как-то не тянет. У меня устоявшаяся, интересная и вполне счастливая жизнь, куча планов на будущее, семья и работа… Мне не нужны приключения! Я домой хочу. Сесть с кружкой горячего какао в любимое старое кресло, завернуться в клетчатый плед, привезенный папой из Шотландии, и, жмурясь от удовольствия, вспоминать странный и немного пугающий сон — про окно, распахнутое в космос. Нарисовавшаяся картинка показалась столь реальной, что на секунду я в нее поверила. И так захотелось там оказаться! Вот только вряд ли заинтересуются моими желаниями хозяева летучей «больницы», кем бы они ни были…
На плечо осторожно опустилась рука. Я медленно, превозмогая себя, подняла голову и встретилась с настороженными темно-серыми глазами. Мужчина. На вид не старше сорока. Лицо — вполне себе человеческое: длинноносое, тонкогубое и скуластое, прическа под «ноль» и очень темный загар. Резкие черты лица, поджарая, спортивная фигура, утянутая в странное серое трико с кучей каких-то встроенных приборчиков и кармашков, и незримая аура власти. На мгновение всколыхнулась безумная надежда на то, что это просто дурацкий розыгрыш. Сейчас выскочит ведущий и, указывая в сторону скрытой камеры, будет долго высмеивать мой испуг. Но интуиция подсказывала, что окружающая меня действительность реальна.
— Дес тарэ… — глубоким, чуть хрипловатым голосом произнес подозрительный гость, внимательно глядя мне в глаза.
Наверное фантастические герои набросились бы на «инопланетянина» и парой ударов скрутили его в бараний рог, выпытав попутно всю информацию, захватив корабль и вернувшись домой победителем… Но я, к сожалению (или к счастью), героиней не была, драться не умела и в любом транспорте предпочитала пассажирское сидение. А выглядеть дурой не хотелось, ибо логика подсказывала — от того, как я себя поведу, во многом будет зависеть отношение ко мне похитителей, и злить их раньше времени просто неразумно. Значит, сейчас надо затаиться. Смотреть, запоминать, учиться… и выжидать. Что-что, а притворяться я умею, спасибо работе. Приняв решение, спокойно встретила взгляд мужчины, будучи уверена, что любое проявление агрессии или истерии в моем положении говорило бы о невысоких умственных способностях.
Хмыкнув, он осторожно поднес к моему лицу какую-то серебристую ажурную фигню, размером с пятирублевую монетку, и, жестко зафиксировав второй рукой мой подбородок, быстро прикрепил ее на левом виске. Ощущения были не слишком приятными, даже болезненными. Казалось, что непонятный прибор пытается пустить корни внутри моей головы. Но хватка у «гостя» была железная — не вырвешься.
— Ну, теперь понимаешь, что я говорю? — усмехнулся посетитель, отпуская мой подбородок и делая шаг назад.
— Понимаю, — отозвалась я, с удивлением ощущая, что действительно поняла сказанное… хотя прозвучавшие слова были совершенно не знакомы.
— Универсальный переводчик, — вежливо пояснил мужчина, усевшись на край кушетки и очаровательно улыбнувшись: — Я не стал крепить его, пока ты была без сознания. Снять с себя незнакомый и, вероятно, опасный предмет — вполне нормальная реакция, но при этом ты могла повредить прибор… или пораниться. Правда, за все надо платить — пока он приживается, у тебя, возможно, будут довольно сильные головные боли.
— Могу я задать вам пару вопросов? — осторожно поинтересовалась я, разворачиваясь и стараясь незаметно прикрыться волосами. То, что мой собеседник явно недоговаривал, было видно невооруженным взглядом. Но сейчас, пока он вполне благодушен и явно чем-то доволен, попробуем прояснить свое положение.
— Ну, попробуй, — заинтересованно отозвался мой «гость». ((либо снова усмехнулся, то есть сознательный повтор, либо надо менять. Поменяла, а то многовато усмешек))
— Где я, как сюда попала, и что вы планируете со мною сделать? — четко, спокойно, стараясь не срываться на истерику, произнесла я.
— Ого, а ты неплохо держишься, — голос мужчины, казалось, излучал симпатию, хоть и звучал немного покровительственно. Почему-то его взгляд не смущал меня. Наверное, потому, что, в нем не было ни грамма похоти. Так геолог рассматривает найденный золотой самородок. Оценивающе и немного мечтательно…
— И все же?
-Ну, что ж, почему бы и нет… На часть вопросов я отвечу. Ты должна была погибнуть в автокатастрофе. Мы решили изъять тебя. Шансы на то, что это получится, были примерно один к трем, то есть очень неплохие. Никаких следов и никаких доказательств. Видишь ли, девочка, твоя планета на джантэр-карантине. Примерно сто лет наблюдатели Совета будут собирать данные о вашей цивилизации, и анализировать их. Кстати, если я не ошибаюсь, то половина времени уже прошла. К сожалению, любые контакты во время карантина категорически запрещены, но иногда нам везет и удается кого-нибудь вытащить. Чаще всего смертников, чье исчезновение никоим образом не повлияет на ход истории… и не будет зафиксировано приборами.
— А второго… смертника вы тоже изъяли?
— Нет, второго спасти не успели, — сочувственно улыбнулся гость.
Ха, они что, за дурочку меня держат? Не успели, как же… Похоже, Кирилл был им просто не нужен. А вот я зачем-то понадобилась. На мгновение печально всколыхнулось мое безмерное любопытство — видимо, мне так никогда и не удастся узнать, почему чертов поклонник вел себя так странно. Ужасно хотелось обвинить во всем случившемся Кирилла, но… папа очень давно вбил в мою голову одну простую мысль: все, что с нами случается — результат наших собственных решений и поступков.
— Уважаемый, простите, не знаю вашего имени… — не выдержала я, — вы пытаетесь меня убедить, что действуете исключительно из благородных побуждений?
— Откуда столько цинизма в такой юной девушке? — фальшиво изумился мой собеседник. Затем обезоруживающе улыбнулся: — Знаешь ли, такие случайные подарки Судьбы, как ты, нам достаются нечасто!
— А подробнее?..
— Ты нетерпелива. Хотя мне и нравится, как ты держишься, но не думай, что ты имеешь здесь какие-то права. В том числе и право задавать вопросы…
Все мои инстинкты с самого начала «светской беседы» в голос вопили, что я влипла. И очень, просто о-очень глубоко!
Блин, ну за что мне столько счастья в одни руки?
Я напряженно наблюдала за тем, как мужчина поднялся и подошел к светящемуся контуру двери. Все же мне стоило начать «простукивание стен» с другой стороны от кушетки… хотя, что бы это изменило?
— Вы пираты? — невольно вырвалось у меня. Да, вопрос поразительно глупый, не спорю, но своей интуиции я доверяю.
— Что ж, можно сказать и так, — неожиданно ответил мой визитер.
— А… зачем вы пришли ко мне? — удивленно уточнила я.
— Любопытство. И скука… Долгие путешествия могут быть поразительно скучными, — равнодушно отозвался похититель, прекращая играть в «доброго полицейского». — Возможно, я зайду к тебе еще. Позднее…
Больше он не пришел.
Я отсчитывала дни по тому, как часто появлялась пища — странные белесые пакеты треугольной формы, наполненные жидким практически безвкусным содержимым. Причем до меня далеко не сразу дошло, что это еда. Почти все остальное время я проводила сидя в позе лотоса напротив «окна» и бездумно наблюдая за космосом. Все чаще казалось, что я начинаю сходить с ума.
А еще в первый же день моего заточения, повезло найти местный санузел, когда я от скуки продолжила прощупывание стен. Видимо, нажала на отпирающий механизм. То, что это именно санузел удалось выяснить опытным путем. Крошечное помещение с выдавленным на полу кругом подарило мне букет неповторимых ощущений, потому что я, открыв проход, без долгих размышлений шагнула внутрь. Вдруг удалось бы выбраться из камеры? Но, увы, вместо возможности сбежать меня просто вымыли. Шагнув в круг, я почувствовала, как меня окружают жаркие потоки воздуха. Понимание того, что с меня «счищают» грязь и отмершие чешуйки эпителия, было весьма шокирующим. Но, как ни странно — совсем не болезненным. Позднее я почти научилась получать от этого некоторое удовольствие. Гораздо более смущающим было осознание того, что чистят меня не только снаружи. Видимо круг заменял одновременно и ванну, и, простите, туалет. В общем, вывалилась я оттуда красная от стыда.
Что еще сказать — комнату, а точнее каюту свою я осмотрела целиком и полностью. Даже потолок не поленилась простукать, старательно перетаскивая гробовидную кушетку из угла в угол. Полагаю, что невольным наблюдателям мои экзерсисы доставили немало приятных минут. В то, что за мной никто не следит, мне как-то не верилось. К сожалению, никаких иных выходов или смежных помещений найти не удалось. Даже контура двери, через которую ко мне в гости заходил «пират», не получилось нащупать. Похитители на мои телодвижения отреагировали с королевским пофигизмом, то есть никак, косвенно подтвердив тем самым, что выбраться из камеры по методу аббата Фариа не получится.
За пару дней активных поисков я как-то даже привыкла к своей странной палате с «панорамным окном», хотя до сих пор не могла понять, почему на белых стенах нет никаких пометок. Даже кнопку, открывающую вход в «санузел» мне приходилось каждый раз искать на ощупь. И только много позже я узнала, что варрэнты, которым принадлежал корабль, просто видят иначе — и для них стены вовсе не были однотонно-белыми.
Спустя две недели, если судить по моему отсчету, на стене выдавился контур двери и давешний знакомый зашел в каюту в компании чудаковатого лысого коротышки. Одет тот был довольно странно — в шаровары, чувяки и подобие пестрого халата, подпоясанного ярко-синим, почти ультрамариновым кушаком, за который были заткнуты кривой ятаган и странный пистолет из темно-серого металла с непривычно широким дулом. Рядом с загорелым космонавтом, облаченным в свое скучное серое трико, он выглядел настоящим попугаем. Я была так ошеломлена нелепым видом «гостя», что без малейшего испуга или смущения принялась его рассматривать, гадая, что же ему от меня нужно и совершенно забыв о том, что я, простите, голая. Об отсутствии одежды мне напомнил маслянисто-оценивающий взгляд толстяка, после которого возникло острое желание прикрыться руками. Впрочем, слабо верится в то, что это поможет, вздумай они воспользоваться ситуацией. Да и раздражать странных визитеров не хотелось. Пока…
— Вы правы, варт Дантер, она подходит, — наконец изрек владелец маскарадного костюма.
— Я знал, что девушка вам понравится, — жестко усмехнулся пират. На мгновение мне показалось, что в его глазах плеснулась жалость. — Вставай, варт Тенувиль покажет тебе твой новый дом.
— Временный дом, очень временный… — захихикал толстяк, словно оценивая какую-то только им известную шутку.
— Могу я узнать, что происходит? — мягко уточнила я, медленно поднимаясь с кушетки.
— У тебя появился новый хозяин, — спокойно пояснил пират, но в его голосе прозвучало столь явное предостережение, что устраивать сцену я не решилась.
— У вас распространено рабство? И как оно уживается с высокими технологиями и полетами в космос?
— Забавная девочка, — дробно рассмеялся толстяк. — Чудесно уживается, просто чудесно! Идем…
Решив сначала осмотреться, молча отправилась вслед за новым «хозяином». На собственную наготу я уже не обращала внимания — привыкла за две недели, да и не до стеснения сейчас было, так что даже не стала расплетать косу, пытаясь прикрыться волосами. От напряжения меня слегка потряхивало и приходилось прилагать немалые усилия, чтобы скрыть это от сопровождающих мужчин.
Проведя меня по узким извилистым коридорам с уже привычно белыми стенами, толстяк нажал на что-то невидимое, находящееся на уровне его груди, и в стене продавилась очередная дверь. На этот раз — наружу. От остроты ощущений закружилась голова. Меня словно ударил аромат степных трав, одновременно близкий и такой чуждый, запах нагретой солнцем земли и отдаленный гул каких-то машин.
Плюнув на свое желание разобраться в ситуации, я оттолкнула толстяка, не ожидавшего от жертвы подобной прыти, выхватила у него из-за пояса странный пистолет, оказавшийся легким, словно детская пластмассовая игрушка, и выскочила наружу, не дожидаясь подачи узкого трапа. Перекатилась по сухой ломкой траве и почти успела подняться, когда пришла боль… Огненными волнами распространяясь от виска с «универсальным переводчиком», она охватила все мое тело, скрутив в позу эмбриона. И тогда я закричала, срывая голос. Это было громко… и долго. Очень долго. Наверное, это длилось целую вечность.
— Значит, универсальный переводчик?! — хрипло уточнила я, отдышавшись и с трудом приподнимая голову, чтобы увидеть своих «хозяев», безмятежно стоявших рядом. Пистолет давно вернулся к своему владельцу.
— Помимо всего прочего, — мило улыбнулся пират. — И кстати, не пытайся его снять — еще хуже будет. Девочка, ты же не думала, что отсюда так просто уйти?
— Ну, попытаться стоило, — невесело хмыкнув, отозвалась я. По телу до сих пор колючими, острыми волнами прокатывались отголоски боли.
— Поднимайся и иди за нами…
Как ни странно, никаких дополнительных репрессий не было. Не хотят портить товар?
Честно скажу, времени, да и возможности, полюбоваться окрестностями не было.
Безумие, зачастую, самый простой выход
Не падай духом где попало.
Малкин Г.Е.
Солнце опускалось все ниже, подсвечивая узкие полоски облаков и вершины гор багрово-алым огнем. Скоро совсем стемнеет, и до этого времени мне нужно найти более надежное убежище, нежели развалины какой-то сараюшки, до которой я добралась практически ползком, с трудом преодолев преграду из камней возле пробитой нападающими дыры. После обряда, к счастью неоконченного, чувствовала я себя отвратительно. Слабость, тошнота, легкий тремор рук. В голове шумело, и окружающий мир казался нереальным, словно фильм ужасов. Чудо, что на взорвавшем тело адреналине мне удалось добраться до этих развалин. Здесь я свернулась испуганным комочком, забившись поглубже в щедро присыпанную битым щебнем и пылью пещерку, образованную двумя упавшими наискось обломками, и затаилась. От холода и напряжения меня трясло, как в лихорадке, но воспринималось это словно издалека. Стараясь отвлечься, я подползла ближе к узкой щели, что дало возможность понаблюдать за происходящим снаружи. Из укрытия было видно, как люди, одетые в серую форму с непривычными эмблемами во всю грудь, штурмуют покинутое мною здание и десятками растворяются в подземных коридорах. Очень странные люди. Даже издалека они казались мне настоящими великанами — метров трех ростом. Такое ощущение, что в детстве, вместо манной кашки, мамы кормили их стероидами. Не хотелось бы попасть таким под горячую руку… Но сил, чтобы отползти подальше от опасного места, у меня просто не осталось. Я с трудом удерживалась на грани реальности. Казалось — еще чуть-чуть и провалюсь в обморок.
Черт, надо убираться отсюда, и как можно скорее. Только как?
Шанс представился довольно быстро. Хотя, если честно, это было форменным безумием и не чувствуй я себя так паршиво, никогда на подобное не решилась бы.
Все началось с местного автомобиля, остановившегося недалеко от приютивших меня развалин. Он был несколько крупнее того, что привез меня сегодня с космодрома, но в общих чертах не слишком отличался: такой же плоский, без колес и с несколькими рядами сидений. Водитель, высокий темноволосый мужчина, одетый в уже привычный серый костюм агрессоров, выскочил из-за консоли управления, гортанно выкрикнул какую-то команду и откинул с заднего сидения тент. Несколько обладателей серых мундиров, повинуясь его окрику, подбежали ближе и начали споро разгружать непонятное мне снаряжение, похожее на древние телескопы, установленные на треножниках. Затем, повинуясь очередной команде, потащили «телескопы» внутрь продолжавшего сотрясаться от глубинных взрывов здания. Похоже, что это надолго, и виденные мною залы были лишь вишенкой на пирожном, доставшемся серомундирникам.
Именно в этот момент я и решила рискнуть. Возможность оказаться как можно дальше от военных действий пересилила чувство самосохранения, подсказывающее, что сейчас безопаснее затаиться.
Выбравшись из развалин и встряхнув головой, чтобы хоть немного прийти в себя, а заодно, по возможности, избавиться от набившейся в косу вездесущей пыли, я, практически на четвереньках, помчалась к машине. Ходить или бегать нормально я не могла — словно разучилась это делать… Да, не слишком эстетичное зрелище, но в тот момент меня это ничуть не волновало. Внимательно оглядевшись по сторонам, и убедившись, что на меня никто не смотрит, я нырнула на заднее сидение автомобиля и потянула за собой тент. Аккуратно закуталась в жесткую ткань, стараясь, чтобы она закрывала меня полностью, устроилась удобнее и замерла. Теперь главное — не упустить момент.
Спустя вечность, и примерно четверть часа реального времени, водитель вернулся, завел автомобиль и, судя по удаляющемуся гулу ударов и взрывов, повел его прочь от битвы. Меня это более чем устраивало. Осторожно приподняв тент, я стала наблюдать за дорогой. Правда, это мало что давало — весь путь от космодрома до базы рабовладельцев я позорно продрыхла, так что теперь совершенно не представляла, куда меня везут.
* * *
Дарен Шарт, член Серой гильдии и владелец «Летящей во мгле» был в бешенстве. Столь удачно начавшаяся торговая компания с Варрэей заканчивалась более чем бесславно. Нет, стоило ожидать подвоха — уж больно выгодным было предложение. А теперь… Во-первых, вчера пропал компаньон, напарник и совладелец «Летящей» Дирк Корс, с которым он служил еще будучи зеленым новобранцем в Армии Маркеша, и которому доверял как себе. Зная повадки старого друга, он был абсолютно уверен в том, что с ним произошла беда — в любом ином случае Дирк предупредил бы о том, что задерживается, и намекнул бы: по какой причине. Во-вторых, за доставленный и уже выгруженный товар варрэнты заплатить не спешили, а полученный перед перелетом аванс в четверть суммы почти полностью ушел на оплату пошлин, припасов и топлива для «Летящей». А Дирк, ушедший вчера вечером на встречу с заказчиком, так не вернулся… Мысли метались по кругу, снова и снова перескакивая с беспокойства за друга на невыплаченный гонорар за доставку редких минералов.
К тому же сегодня утром случилась еще одна неприятность — Силы Правопорядка начали какую-то операцию на территории Варрэи, что тоже не вдохновляло. Свободные торговцы, входящие в Серую гильдию, недолюбливали просхов . Слишком часто самим приходилось скользить по грани Закона. И теперь Дарен стоял перед выбором — либо оставить «Летящую» на милость охранных механизмов вирта и отправиться по следам Дирка, либо ждать от него весточки, забаррикадировавшись в корабле.
Легкая вибрация подсказала, что приземлился еще один транспорт. Похоже, просхи нашли что-то действительно ценное, раз сажают здесь уже третий десантный корабль. В том, что он принадлежит именно Силам Правопорядка, Дарен ничуть не сомневался — еще утром все остальные суда получили уведомление о запрете на взлет и посадку. До окончания проводимой просхами операции никто не сможет покинуть Варрэю.
Вздохнув, капитан «Летящей» запустил полную диагностику оборудования, и устало откинулся на спинку кресла. Ожидание всегда было дня него тяжким испытанием. Действовать — гораздо проще…
В конце концов, не случится ничего ужасного, если он выйдет из корабля и немного осмотрится. Надо же представлять, что творится вокруг?
Правда, придется подождать — пока система занята диагностикой, ее защитные функции сведены к минимуму.
С другой стороны, что с ним может случиться на космодроме, окруженном просхами?
* * *
Машина остановилась так резко, что мне пришлось намертво вцепиться в сиденье, чтобы удержаться на месте и не выкатиться из-под тента.
Жизнь с чистого листа
Многих вещей нет потому,
что их не смогли никак назвать.
Лец С.Е.
— Рассказывай…
Открыв глаза и с трудом сфокусировав взгляд на темной, нависающей надо мною фигуре, я несколько секунд тупо пялилась на нее, а потом завизжала. Точнее завизжал… О нет, только не это! Пусть это будет кошмар! Хочу к добрым докторам в Кащенко!
Пощечина была сильной и болезненной. Голова бессильно мотнулась из стороны в сторону. Однако ударивший меня мужчина своей цели добился — я заткнулась.
— Я не люблю повторять. Но сейчас готов сделать исключение… Рассказывай, что произошло. С самого начала и подробно!
— Дай попить, — тихо попросила я, и, получив вожделенную бутылку с кисловатым шипучим напитком, начала свой рассказ.
Скрывать что-либо было бы глупо. Сидящий рядом с полуприкрытыми глазами мужчина — моя единственная надежда. Он узнал все — об автомобильной катастрофе на закрытой джантэр-карантином планете, двухнедельном заточении наедине с космосом, когда я едва не сошла с ума, попытке побега, рабском рынке и «круге переселения». Последнее заинтересовало его особо — пришлось подробнейшим образом рассказать о своих ощущениях.
— Как говоришь, звали твоего «хозяина»? — уточнил мужчина, представившийся как Дарен Шарт.
— Тенувиль, кажется. Да, пират так и сказал Варт Тенувиль…
— Варт — это не имя, просто вежливое обращение, — отмахнулся Дарен. — На самом деле этого жирного гаденыша зовут Мервиль.
Чуть поколебавшись, осторожно поинтересовалась:
— Ты его знаешь?
— Знаю?! Да, демоны Варры, я имею несчастье знать эту скотину! Он мне денег должен, — прорычал Шарт.
— Боюсь, что шансов получить свои деньги у тебя не так уж и много, — устало отозвалась я. После сегодняшнего сумасшедшего дня безумно хотелось спать.
— Да что ты об этом можешь знать, мальчишка! — фыркнул космонавт.
— Эй, мне, между прочим уже двадцать исполнилось! — мое искреннее возмущение позабавило собеседника.
Но сил на то, чтобы начать отстаивать свои интересы не осталось, и, вздохнув, я устало свернулась в кресле компактным комочком, мечтая отложить все расспросы на потом. Так хотелось закрыть глаза, хоть на минуточку.
— Угу, заметно… — отстраненно отозвался Дарен. — И не вздумай здесь заснуть!
— А где можно? — с трудом приподнялась я. Видимо, выглядела при этом настолько усталой и вымотанной, что логичный ответ «нигде», так и не сорвался с его губ.
— Сначала вымоешься, а потом можешь спать в каюте Дирка… пока он не вернется.
— Хорошо, только покажи мне дорогу…
При попытке встать меня так повело в сторону, что только вовремя среагировавший Дарен не дал мне свалиться на пол. Шарт, вздохнув, легко подхватил меня на руки и понес по коридору. Поворот налево, тихо «чпокнув» рассосалась дверь, еще поворот, вниз на один этаж, дверь справа. «Надо же, — уже засыпая, отстраненно подумала я, — а кораблик-то вовсе не такой маленький, каким кажется рядом с серым соседом».
Когда космонавт занес меня в каюту, я очнулась и слегка запаниковала. Невольно вспомнился двухнедельный плен в полном одиночестве наедине с космосом. Да, понимаю, что глупо… но нервы были просто на пределе. Просьба вырвалась почти без участия сознания:
— Дарен, ты только не уходи, ладно? Пожалуйста…
— Да куда я денусь, — вздохнул мой собеседник.
Засунув меня в очищающий круг, Дарен, не стесняясь, устроился на узкой лежанке уже знакомой мне гробовидной формы. Похоже, кровати на всех кораблях стандартные.
Посвежев и очистившись, как снаружи, так и изнутри, я несколько ожила. Машинально зализывая сочившиеся сукровицей ранки на руках, я осторожно приблизилась к кушетке.
— Дарен, а когда придет твой друг?
— Надеюсь, что скоро…
— Не понимаю?..
— Он ушел, чтобы получить остаток денег за перевозку товара с одного нашего общего знакомого, и пока не вернулся. И маячок, что на нем стоит, кто-то блокирует…
— Пираты? — уточнила я.
— Вряд ли у них есть такая техника, — отмахнулся Дарен, чуть подвигаясь и давая мне возможность устроиться рядом с ним на кровати. — Скорее всего, просхи глушат все сигналы. Еще бы — такая добыча…
— Кто? — похоже, что это какой-то жаргонизм. По крайней мере, переводчик его не опознал.
— Просхи, они же Силы Правопорядка. Ты их еще «серыми» назвал, — спокойно пояснил Шарт.
А до меня наконец-то дошло, что он вовсе не спокоен. Это видимость. Дарен был напряжен как струна, вслушиваясь в звуки корабля. Да он же с ума сходит от беспокойства за своего друга! И болтает со мной, чтобы хоть немного отвлечься. Возможно, и из корабля не выкинул именно по этой причине — я не давала ему зациклиться на мысли о возможной гибели этого Дирка.
— Ложись спать, ребенок, — усмехнулся Шарт, уловив мою неуверенность. — На «Летящей» никто тебя не обидит.
— Прости, из меня сегодня фиговый собеседник, — виновато выдохнула я, устраиваясь на мощном бицепсе и без стеснения прижимаясь к горячему, как печка, Дарену. Я так устала, что меня ничуть не беспокоила мысль о том, что я доверчиво засыпаю на руках у самого настоящего инопланетянина. Глаза закрылись сами собой.
— Скажи лучше, что делать планируешь? — тихо поинтересовался он, накидывая на меня невесомый прозрачный покров, заменяющий здесь одеяла.
— Дарен, у меня сейчас просто нет сил, чтобы что-то решать. Я подумаю об этом завтра.
— Ну, спи…
Рано утром меня разбудили осторожные попытки Дарена вытащить из-под моей щеки свою руку. Проснулась я мгновенно, при первом же его движении. Странно, обычно, чтобы прийти в себя мне требуется минут пятнадцать. Видимо, это реакция моего нового тела. Кстати, я наконец-то стала его ощущать. Хотя это и не радовало, ибо «ощущались» в основном вчерашние ссадины и ушибы.
— Уходишь?..
— Проснулся? — ответил вопросом на вопрос Дарен. Судя по его лицу, он принял какое-то решение.
— Проснулась, доброе утро, — осторожно потянувшись, улыбнулась я.
— Я бы посоветовал начать привыкать к тому, что ты парень. И думать, и разговаривать о себе, как о существе мужского пола.
— Тебе легко рассуждать, а мне до сих пор не верится в то, что произошло…
— Попросить виртал предоставить тебе зеркало? — ухмыльнулся Дарен.
— Спасибо, не надо… — вежливо отказалась я.
— Отлично. Значит, половой вопрос закрыли, — еще шире разулыбался Шарт.
— И что дальше? — осторожно поинтересовалась я, подтягивая колени к груди. Думать о себе, как о «существе мужского пола» как-то не получалось.
— Дальше? Сейчас я найду тебе какую-нибудь одежду, потом мы позавтракаем и введем твои данные в виртал корабля. А после этого я отправлюсь искать Дирка… Вопросы есть?
— Да, есть. Куда ты введешь мои данные?.. — все же переводчик оказался довольно несовершенным устройством.
— Виртал… Это искусственный интеллект, управляющий «Летящей во тьме». Вчера я не мог вас познакомить — почти все ресурсы корабля были задействованы в процессе проверки и тестирования оборудования.
— И второе — ты уйдешь искать своего друга, а что будет со мной? — опустив голову, я ждала ответа. Дарен был хорошим человеком. По крайней мере, он не выкинул меня наружу, хотя, будем откровенны, большинство людей, оказавшись в подобной ситуации, не стало бы заморачиваться чужими проблемами. Возможно, мне повезет…
— Пока останешься здесь, — улыбнулся космонавт. — Да не бойся, я не собираюсь тебя выгонять. Раз уж Судьба подкинула тебя на «Летящую», нам о тебе и заботиться. На Варрэе тебе оставаться не стоит, но у меня много друзей в разных портах — возможно, кому-то из них нужен ученик. Да, и еще: подумай пока над своим новым именем — прежнее не годится…
Легко сказать «подумай». Если я начну думать обо всем, что со мной произошло, начиная со вчерашнего дня, то элементарно спячу.
Ладно, успокоимся и посмотрим, что же мы имеем?
Первое — мы имеем чужое тело. К тому же — мужское, точнее мальчишеское. Кажется невероятным, что за вчерашний день я ни разу не обратила внимание на произошедшие изменения, но по большому счету мне было не до того — выжить бы… Да и не чувствовала я их — вообще ничего «ненормального» не чувствовала, даже боли не ощущала! Теперь-то, немного придя в себя, понимаю, что мое «бесчувственное» состояние как раз и было совершенно ненормальным. Но, тем не менее, основную поставленную задачу я выполнила — мне удалось выжить. Только… Нет, ну надо же было так влипнуть?! Не удержавшись, воровато покосилась на основное доказательство, зажатое между ног, чувствуя, как запылали уши. Просто чудесно! А уж если вспомнить о прелестях взросления, ожидающих меня в ближайшем будущем…
Пункт второй плавно вытекает из первого — с таким телом я просто не могу вернуться домой. Даже если удастся уговорить Дарена высадиться на Земле, что я там буду делать? Бродяжничать? Без документов, без дома, без семьи. Потому, что я просто не в состоянии придумать, как объяснить родным, что меня забрали «инопланетяне» и вернули в таком виде! Родители-то — закоренелые материалисты и в «сверхъестественное» не верят. Мда, скорее меня разберут на образцы в какой-нибудь засекреченной прозекторской.
Ну и третий неутешительный вывод — в данный момент я целиком и полностью завишу от доброты Дарена Шарта. Только его обещание отделяет меня от возвращения на рабский рынок. Да, я понимаю, что получила уникальный шанс на вторую жизнь, но… начинать-то ее придется с нуля! Я ничего не знаю об этом мире и ничего не умею. Все навыки, полученные мною в прежней жизни, скорее помешают, нежели помогут.
Что ж, рассмотрев все вышесказанное, невольно приходишь к мысли о том, что самоубийство это не самый плохой выход из ситуации. И почти жаль, что когда-то давно меня отучили сдаваться и пасовать перед трудностями.
«Будь смелой, бельчонок…».
Я постараюсь, папа…
— Ну, о чем задумался? — раздался над головой голос Дарена. От неожиданности я подпрыгнула.
— Размышляю о смысле жизни!
— И как? — искренне заинтересовался космонавт.
Неуверенно пожала плечами в ответ, не зная, что и сказать. Не делиться же с ним сделанными выводами.
Шарт хмыкнул и протянул мне серебристо-черный сверток:
— Не смотри на размер — комбез сядет по фигуре, когда ты его наденешь.
— Спасибо…
— Угу, одевайся, и пойдем есть.
Сориентировавшись в подаренном шмотье, я быстро надела на себя обтягивающую одежду, которая действительно подтянулась по фигуре и, пошатываясь, отправилась вслед за Дареном. Теперь становилось понятным то, что так поразило меня вчера. Координация движений у меня была вовсе не нарушена. И на ногах я «не держалась» совсем по иной причине — из-за разногласий между телом и разумом, если можно так выразиться. Ведь у женщин и мужчин различается местоположение центра тяжести. И сейчас, стараясь об этом не задумываться, я отдавала контроль телу и привычке, что позволяло не падать на четвереньки при каждом шаге.
Кстати, интересно, Дарен тоже будет кормить меня той белесой бурдой, что и пираты? Как же она мне опостылела за две недели… Но на столе, развеивая мои нехорошие подозрения, лежали вполне узнаваемые продукты. Ломтики мяса, разнообразные то ли овощи, то ли фрукты, нарезка чего-то, напоминающего на вид брынзу, и пара стеклянных бутылок с уже знакомым мне шипучим кисловатым напитком.
— Дарен, а можно вопрос? — не выдержала я, усаживаясь на пеструю помесь пуфика и низкой табуретки.
— Ну, задавай! — усмехнулся космонавт, накладывая мясо в низкую овальную тарелку.
— Скажи, почему все так странно — у Тенувиля помимо пистолета на поясе висела самая настоящая сабля. Сейчас мы пьем из стеклянной посуды и едим мясо, хотя пираты кормили меня каким-то концентратом в белых треугольных пакетах, космические полеты и рабство… это же анахронизм!
— Ну, по поводу еды все довольно просто — она местная. Согласись, было бы глупо питаться корабельными запасами, если можно купить свежую пищу.
Третий не лишний, третий — запасной
Скрипнут колеса древней телеги времен.
Что-то вернется, что-то — растает как сон.
"Древние Боги», Иллет.
— Дарен? — Я осторожно коснулась плеча замершего в кресле космонавта. Он до дрожи пугал меня своей бледностью, неподвижностью и пустым взглядом. Но когда он заговорил — стало еще хуже. Хриплый, усталый голос словно принадлежал другому человеку:
— Знаешь, малыш, мы с Дирком познакомились на одном из Новых миров — Тиу’шерре, когда были зелеными новобранцами. Два желторотика, вступивших в Армию Маркеша по идейным соображениям. Свобода, равенство и… приключения — мы были такими идиотами! Везучими идиотами. До сих пор поражаюсь — как нам удалось выжить? Демоны Варры, тридцать лет прошло, а я все помню, как будто это было вчера…
Плохо… Все очень-очень плохо! Случилось что-то непоправимое, я чувствовала это, и было безумно жаль человека, спасшего мою жизнь, а также незнакомого Дирка, который, похоже, больше никогда не вернется на «Летящую». Но я не знала, чем могу помочь… поэтому просто слушала, давая Дарену возможность выговориться.
— …А мы ведь сначала терпеть друг друга не могли. Постоянно устраивали разные каверзы. До сих пор помню, как этот мерзавец вылил мне в сапоги содержимое одного из переносных ватерклозетов и накрыл нано-пленкой, чтоб никто запаха не почувствовал. И в чем только дотащил, сволочь? А ночью нас подняли по учебной тревоге… Ох и орал же наш сержант! С его легкой руки ко мне и прилепилась кличка «Скунс». Правда, я жестоко отомстил — взломал сеть и дал объявление от имени Дирка: «Ищу активного друга…» хмм… впрочем, тебе это рано знать, малыш. Но прозвище он тоже заработал! — Дарен поразительно ехидно ухмыльнулся. Воспоминание явно было приятным. — Скажи нам кто тогда, что станем лучшими друзьями, и мы бы долго ржали, предварительно набив шутнику морду.
Я, не сдержавшись, тихонько хрюкнула, представив «нежную дружбу» пары новобранцев. Им явно карцер был родным домом, с такими-то шуточками.
— А вот летал он здорово… Уже тогда Дирк был лучшим. Переворачивал все правила с ног на голову, и казалось, что он рожден в небе, что там для него нет ничего невозможного. А я ночами сидел на тренажерах, пытаясь его превзойти. Наверное, с этого и началась наша дружба — с уважения. А потом была битва при Найриссе. И выяснилось, что свободу можно купить, а равенство — привилегия для избранных. Маркеш, старая плешивая крыса, сдал свою армию с потрохами, как только ему предложили куш поаппетитнее. А наше отделение, плюнув на приказ, осталось защищать фермерское поселение на небольшом астероиде. Ведь стоило нападающим снять «гламур» , и все жители небольшого поселка погибли бы моментально. Бой был жарким… но, в конце концов, монархисты решили не тратить силы и оставили нас в покое — в стратегическом смысле небольшой астероид не столь важен, а потери были значительные. К тому времени, когда они вернулись с подкреплением, мы успели эвакуировать население. Мы… Я и Дирк. Больше никто не выжил. Я же говорил — везучие идиоты…
— Дарен, его убили, да?
— Да, малыш, его убили. И когда я найду эту скотину Тенувиля, у меня будет с ним долгий разговор… и, поверь, он очень пожалеет, что просхы не добрались до него первыми!
— Буду рада тебе помочь.
— Не вмешивайся в это, ребенок, — тихо попросил Дарен. — Месть убивает и мстителя…
— Не буду спорить. Вот только и ты вспомни — я давно не ребенок. И причины для мести у меня тоже есть. Слушай, ты, может, кушать хочешь? Или пить?.. Принести что-нибудь?
— Не нужно. Забыл сказать, просхы сняли карантин, мы можем взлетать. Вирт, начинай предполетную подготовку.
— Куда летим? — уточнил призрачный голос.
— На Ненею. Обычно именно там собираются беглые преступники. А впрочем… сначала на Кардос, потом на Ненею.
— А на Кардос зачем? — подозрительно уточнила я.
— Ребенок, я же не могу брать тебя в бандитский притон…
— Можешь! Одному тебе лететь нельзя — слишком рискованно. А я ребенок только внешне… не думаю, что меня сочтут опасной. Дарен, возьми меня с собой, ты не пожалеешь!
— Да чем ты мне поможешь, глупый ре… — космонавт вздохнул и потрепал меня по волосам, — Евдженья?
— Научи меня стрелять, пока мы летим. В рукопашной я, конечно, не помощник, но спину прикрыть смогу. И зови меня Женей. Же-ня, — повторила я по слогам.
— Думаешь, что так легко кого-то убить?
— Дарен, не смеши меня! Даже в нашем мире есть парализующее оружие. Неужели у вас такого не бывает?
Космонавт тихонько хмыкнул, признавая свое поражение, и окинул меня оценивающим взглядом. Судя по тому, как блеснули его глаза, меня ждет какая-то пакость.
— Если за время пути научишься выбивать десять из десяти, то возьму тебя с собой. Иначе — запру в корабле. Понял, Джэнья?
— Договорились! — усмехнулась я, лихорадочно прикидывая, насколько сильная отдача у местного оружия. Если вспомнить мои подвиги в «шутерах», то стрелок я отменный… но вот в тире от меня пользы — как от козла молока. К сожалению, в реальности существует такая неприятная штука, как отдача. Она уводит ствол вверх и вправо, да напрочь отбивает плечо, оставляя на моей чувствительной коже «долгоиграющие» синяки. А руки у меня слишком слабые, чтобы удержать винтовку… были слабые.
— Хм-м… что-то ты больно самоуверен. Ладно, после взлета посмотрим, на что ты способен…
— Это что, шутка такая? — неуверенно уточнила я, ошеломленно рассматривая предложенное к употреблению оружие.
Зеркало ехидно отражало мое вытянувшееся лицо, оскорбительно украшенное самыми натуральными рогами. Точнее изогнутыми рожками, чьи острые кончики смотрели строго вперед, как у быка с древнекритской фрески Кносского дворца. Хороша, красотка! Одно слово — корова! Точнее, с поправкой на новый пол и возраст, — молодой бычок…
Я с трудом подавила желание оглянуться в поисках матадора с красной тряпкой.
Вздохнув, еще раз осмотрела прикрепленный Дареном «парализатор». Собственно, материал, из которого неведомые мне умельцы с извращенным чувством юмора сделали «рожки», напоминал переводчик, по-прежнему вживленный в мой висок. Длиной не более четырех сантиметров, из тончайшей черной филиграни, они довольно агрессивно торчали из уголков моего лба, слегка заходя на линию волос. И крепились столь же неприятно… словно прорастая тончайшими корешками прямо в голову.
— Почему шутка? Очень удобное оружие. К тому же довольно редкое и дорогое! — повысил голос предполагаемый гуру, увидев, как сузились мои глаза, а руки машинально потянулись вверх, дабы избавить себя от украшения, достойного доверчивых супругов.
— Дарен, я не стану носить это… это безобразие! — возмутилась я. Правда, руки опустила: с учетом того, как крепится эта гадость, срывать странное устройство с головы было бы не слишком умно.
— Ясно… Вирт? — спокойно произнес Дарен в пространство.
— Да, капитан?
— Курс на Кардос…
— Подожди, что значит «на Кардос»?! — подскочила я. — Ты же обещал!..
— Дженья, я объясню тебе один раз и повторять никогда не стану — на «Летящей» есть только один капитан. Это я. И либо ты беспрекословно подчиняешься, либо высаживаешься в ближайшем безопасном порту. Я не собираюсь позволять тебе спорить или обсуждать приказы.
— Но…
— Никаких «но». Решай прямо сейчас. Я не желаю тратить свое время и силы напрасно…
— Прости, Дарен. Конечно, я подчинюсь. Просто в нашем мире… ну, это вроде как насмешка была. Рогоносцами называли мужей, у которых жены гуляли…
Космонавт как-то странно на меня посмотрел и хмыкнул:
— А как ты думаешь, почему, несмотря на свое удобство в управлении, подобный вид оружия так и не стал популярным?
— Ну, ты же сам сказал, что он дорогой и редкий…
— Угу. И это тоже…
— Дарен? — настороженно уточнила я.
— И в нашем «мире» есть ревнивые мужья и неверные жены! Поэтому, невзирая на все плюсы миниатюрного парного оружия, закрепленного на голове и управляемого напрямую, от этой разработки отказались . Вообще-то парализатор, доставшийся тебе не просто редкий — это пилотный образец, созданный в единственном экземпляре. Возможно, позднее я расскажу тебе историю его приобретения, она довольно забавна. А теперь встань по центру каюты и расслабься.
— Шика-арно! — прошипела я, закатывая глаза. Тяжко вздохнув, бросила последний взгляд на хмурого малолетнего рогоносца, отразившегося в зеркальной стене, и потопала в центр небольшого круглого зала, расположенного на нижней палубе «Летящей». По словам Дарена в ближайшем будущем, ну, по крайней мере, до прибытия на Ненею, это помещение станет мне родным домом.
— Ну что ж, начнем! Дженья, для того, чтобы сделать выстрел, надо просто отдать мысленный приказ… Впрочем, не попробуешь, не узнаешь, — непонятно добавил Дарен, окинув меня насмешливым взглядом.
Пожав плечами, я отправилась выполнять полученное ранее распоряжение, прикидывая, где же спрятаны мишени. Но не успела дойти до центра зала, как помещение подернулось голубоватой дымкой, а затем, резко, без малейшего перехода, я оказалась в странном тропическом лесу. Удивительно красивые высокие алые пальмы покачивали тяжелыми резными, словно у лесного папоротника, ветвями. Густой влажный воздух, насыщенный непонятными, а потому пугающими ароматами, ударил в лицо, словно теплое мокрое полотенце. Вокруг меня раздался предупреждающий об опасности, возмущенный хриплый крик пестрых полуптиц-полуящериц, чей покой нарушило мое появление. Какофония паники ввинтилась в уши, словно визг тормозов, заставив меня непроизвольно поморщиться.
Неужели это шуточки виртала? Поляна, на которой мы с ним беседовали, выглядела удивительно реальной.
Обучение и мучение — корень, вроде, общий…
Учиться, учиться и учиться…
В.И. Ульянов
— Дженья, вставай, — какой-то невежливый раздражающий нахал посмел прервать совершенно фантастический сон, который мне снился. — Да, проснись же ты, наконец!
— Блин, отвалите от меня все, не пойду на работу, — невнятно пробурчала я в подушку и попыталась засунуть под нее голову, в тщетной попытке избавиться от надоеды.
Не вышло…
В следующее мгновение я с визгом слетела с кровати и уткнулась носом в колени одного из главных героев «фантастического сна». А точнее — Дарена Шарта, капитана «Летящей».
— Проснулся? — ласково, как людоед у заплутавшего путника, уточнил космонавт.
— Такими методами ты и труп в морге поднимешь, некромант начинающий, — пробурчала я, потирая ушибленный копчик.
Дарен вопросительно вздернул левую бровь, но, не дождавшись пояснения, хмыкнул и сообщил, что ждет меня через четверть часа в рубке, после чего быстро вышел из каюты. А я, машинально заплетая растрепанные со сна волосы в небрежную косу, задумалась над чисто риторическим вопросом: сон, конечно, фантастический, но с чего в мою неумную голову пришла идея, что он был добрый? Это ж откровенный кошмар!
В очередной раз испытав на себе несколько унизительную процедуру «чистки всея организма», к которой, видимо, никогда до конца не привыкну, я слезла с круга и тихо вздыхая, натянула на себя комбинезон, презентованный Дареном. С толикой отвращения полюбовавшись в зеркальной стене на хмурого тощего пацана в обтягивающем темно-зеленом «трико», показала отражению язык, получила ответный жест вежливости и отправилась в рубку. Не стоит заставлять ждать хозяина корабля — в конце концов, он же для меня старается.
Дарен ожидал свою жертву, развалившись в кресле первого пилота и по-ковбойски закинув ноги на пульт. Судя по уже знакомой людоедской усмешке, ничего хорошего в это утро мне не светило. Мгновение поколебавшись у входа в рубку, я тяжко вздохнула и шагнула навстречу своим неприятностям. Не все же им за мною бегать…
— Дженья, ты не передумал? — иезуитски уточнил капитан корабля.
— Не-а… — с опаской выдохнула я, борясь с желанием шустро свалить обратно в каюту и забаррикадировать входную дверь.
— Уверен?
— Уверен, уверен… Жить-то хочется, — поморщилась я.
— Ну, что ж, тогда приступим! — одним плавным движением Дарен перетек из своей расслабленной позы в откровенно хищную, заставив меня испуганно отшатнуться.
— А позавтракать? — но разжалобить тирана и деспота не удалось.
— После разминки позавтракаешь, — хмыкнул Шарт. — Сначала виртал оценит твой потенциал. Или правильнее сказать «ваши»?
— Это как? — ошарашенно уточнила я.
— Твоего тела и разума. Не обижайся, но пока вы далеко не единое целое… А сейчас сядь и положи руки на контакты.
— А потом? — в моем голосе явственно прозвучали опасливые нотки.
— Ты куда-то спешишь? Посмотрим, на что ты способен, и от этого будем отталкиваться, — отмахнулся Дарен. — И перестань трястись — это начинает раздражать…
Постаравшись успокоиться, уселась в кресло второго пилота и поднесла руки к контактам, стараясь подавить дрожь. Бояться неизвестного, наверное, глупо, но уж какая есть. Собственно, я никогда и не позиционировала себя как героиню блокбастера. И почему счастье оказаться на моем месте не выпало на долю какого-нибудь фаната «Секретных материалов»?
Впрочем, какой смысл жалеть о том, что уже произошло? Теперь у меня нет другого выхода — или измениться и научиться тому, что поможет выжить, или сложить лапки и покорно пойти на дно. Так что дорога только одна — вперед. Просто… я никогда не представляла себя в роли «героя — завоевателя Галактики».
Вздохнув, прижала пальцы к теплым углублениям на панели виртала и, закрыв глаза, провалилась в тягучую темную воронку, чтобы спустя всего пару мгновений поприветствовать непривычно серьезного мальчишку — воплощенный искусственный интеллект.
— А ты быстро учишься, — оценивающе окинув меня взглядом, протянул Вирт.
Я настороженно оглядела себя со всех доступных сторон. Тело — мое, в смысле, женское. Вот только одето в темно-зеленое «трико» подаренного комбинезона — абсолютный аналог того, что я ношу сейчас «в реале». В груди нехорошо похолодало — если я уже ношу в виртуальном пространстве те же вещи, что и на корабле, то сколько времени мне понадобится, чтобы внешне полностью уподобиться своему нынешнему телу? Так недолго и крыше съехать!
Словно в ответ на мое возмущение, комбинезон лениво замерцал, превращаясь в синие джинсы и любимую черную толстовку с нахально-сытой тигриной мордой.
— О, учишься управлять своими желаниями? — одобрительно уточнил из-за спины мальчишеский голос. Очень близко из-за спины!
— Ой!.. — неприлично громко взвизгнув и подпрыгнув от неожиданности, я моментально развернулась. — Слушай, киндер, а не мог бы ты появляться передо мной? А то, знаешь ли, это нервирует!
— Нервирует? Ну, может и так, — не стал спорить Вирт и нахально осклабился, испортив весь эффект. — Но появляться перед тобою — не настолько весело!
— Послал же бог гадёныша… — пробормотала я.
День обещал быть непростым.
— Дарен, убей, не пойму, в чем разница? — простонала я, поднимаясь с пола. Тренировка с вирталом, накачивающим меня знаниями об окружающем мире, закончилась час назад. И, перед легким утренним перекусом, Дарен решил погонять нерадивого ученика в моем лице по пустому складскому помещению, заменявшему нам спортзал. Ученик предпочел бы завтрак, но спорить не рискнул.
— Ты ведь понимаешь, что обучать тебя правильно двигаться в виртале бессмысленно? Там ты видишь себя иначе, и твое тело просто не воспримет тренировку в полном объеме.
— Да, но когда я удирала от этой ящерицы с Аркала, то оно очень даже четко все воспринимало!
— Ну, ты сравнил! Это же не виртал был, а мнемо-запись, — удивленно отозвался космонавт.
— Дарен, вот если бы я еще и разницу понимала…
— Мнемо-записи — это довольно дорогое удовольствие. А качественно сделанные — еще и редкость. В данном случае запись с Аркала имеет девяностопроцентное совпадение с действительностью, что выводит ее в разряд очень высококачественных и дорогостоящих товаров.
— Мне уже все стало ясно… Спасибо, Дарен!
— Не язви, ребенок! — поморщился мой учитель. — Как ты понимаешь, мне не часто приходится объяснять прописные истины. К тому же я все же торговец, а не преподаватель университета.
— Прости…
— Ладно, пойдем завтракать, там и продолжим.
Разлив в высокие полупрозрачные бокалы светло-зеленый напиток, космонавт продолжил свой рассказ:
— Мнемо-записи создаются с помощью вирталов, но все впечатления и воспоминания для них берутся из памяти людей. И очень немногие способны создать подобную вещь. Существует некоторые ограничения. Во-первых, хороший виртал — все же не столь распространенная вещь, во-вторых, далеко не все население может с ним напрямую работать, ну и, в-третьих, для этого требуется талант.
— Талант?
— Ну да. А что тебя удивляет? Далеко не каждый человек может полноценно передать свои ощущения. Не каждый может стать хорошим художником или писателем, а для работы с мнемами нужно гораздо больше, чем просто уметь рассказывать. Надо уметь чувствовать, замечать мелочи, ощущать окружающий мир всем своим существом. Только тогда созданный мнем будет работать. Иначе получится просто паршивая постановочная сценка. Кстати, если вспомнить «лесную» картинку, которую Вирт вытащил из твоей памяти — у тебя вполне может получиться…
— Спасибо, я учту.
— Не за что. — Космонавт вопросительно приподнял бровь: — Есть еще вопросы?
— Море! — блаженно улыбнувшись, утянула с тарелки зазевавшегося хозяина кусок местного «бекона» и запихнула его в рот. Ткнув пальцем в венчавшие мою голову «рожки» парализатора, я невежливо прочавкала: — Помнится, кто-то обещал рассказать об этом дивном украшении!
— М-м… А что тебя интересует? История его приобретения?
— И это тоже, но сейчас меня гораздо больше заботит принцип действия!
— Ах, это… — тон Дарена стал менторски-скучным: — Парализатор напрямую подключен к твоему мозгу, собственно и «питается» он тоже от него, по принципу симбионта. Радиус поражения не более восьми-десяти метров. Причем пробивает даже нанокостюмы. Не спрашивай, каким образом — я так и не смог разобраться… В качестве снарядов используются миниатюрные иглы с парализующим ядом. Игла, попадая в цель, расщепляется, нанося довольно слабый электрический удар, и расходится веером, что существенно увеличивает радиус поражения и дает почти стопроцентную вероятность попадания в позвоночник. В лицо желательно не целиться — можешь убить.
— То есть это оружие двойного действия? — уточнила я.
— Не совсем так… Просто паралич наступает не сразу — яд-то не смертельный, а, как ты понимаешь, противника надо обездвижить быстро, вот иглы и доработали. От удара о цель игла как бы разбивается на множество осколков, а возникшая от этого энергия переводится в электрический импульс, вырубающий врага столь же эффективно, как и удар дубинкой по макушке. Наведение на цель — через твои собственные глаза. Яд подбирается на основе общей базы по живым существам Федерации, внедренной в твои «рога».
— Дарен, ты еще долго собираешься подкалывать меня формой парализатора? — возмутилась я.
— Пока не надоест, — безмятежно отозвался космонавт. Вот ведь ехидна! — И, поскольку ты закончил воровать еду с моей тарелки, то у тебя есть час на отдых, а потом, полагаю, нам стоит продолжить твое обучение. Заодно выясним, почему не получается воспользоваться парализатором…
Странно. Я никогда не занималась ни боевыми искусствами, ни спортом. По крайней мере, серьезно… вряд ли танцы или плавание в бассейне для собственного удовольствия можно отнести к тренировкам. И всегда считала, что у меня просто не хватит духу так себя истязать… Я ведь, как и все, смотрела боевики, где путем жестких, даже жестоких тренировок люди становились бойцами. Да, раньше жестокие тренировки представлялись мне именно так…
И вот мое странное тело, словно издеваясь над «новой хозяйкой», с легкостью принимает совершенно невообразимые позы, уходя из-под ударов Дарена, без помощи и вмешательства сознания. Похоже, мальчишку, чей разум погиб на церемонии Отерр’нат, обучали боевым искусствам едва ли не с рождения. А вот когда я пыталась взять управление боем на себя… Хм… Ну, в общем, было больно.
Устав для чужого монастыря
Мир в стиле Horror ...
35 л. воды, 25 кг. углерода, 5 л. аммиака, 1,5 кг. извести,
800 гр. фосфора, 250 гр. соли, 100 гр. селитры, 80 гр.
серы, 7,5 гр. фтора, 5 гр. железа, 3 гр. кремния и
понемногу 15 других элементов. Между прочим,
эти ингредиенты даже ребёнок
может купить на рынке за карманные деньги.
Это так дёшево — создать человека.
Эдвард Элрик
— Джен, на Ненее слушаешься меня беспрекословно! — За прошедшие десять дней мое имя сократилось еще на несколько букв, к которым добавилась фамилия. Дарен меня удоче... тьфу, усыновил. Теперь я — Дженья Шарт, а если короче, то просто Джен. А еще мой добрый приемный папочка щедрой рукой на полчаса продлял рукопашные тренировки сверх обычного за каждое слово о себе, произнесенное в женском роде, что очень быстро отучило меня от этой нехорошей привычки. — Никуда не отлучаешься. Ни с кем не разговариваешь. Почувствуешь опасность — стреляешь не раздумывая! Понял?
Этот инструктаж был уже третьим, произнесенным практически слово в слово, поэтому я не слишком прислушивалась, а машинально кивала на каждую фразу, жадно всматриваясь в экран радара, на котором виртал вычерчивал посадочную кривую.
— ...сидишь на корабле и не высовываешься, — не меняя интонации, закончил Дарен.
— А?.. Что?! — возмутилась я.
— Я сказал, если ты не желаешь меня слушать, то сидишь...
— Да слушаю, слушаю. Все наизусть запомнил! Не надо повторять одно и то же десять раз, я, между прочим, провалами памяти не страдаю. К тому же не ребенок и не идиот!
— Ладно, посмотрим... — проворчал космонавт.
Возможно, было бы лучше, если б я и правда осталась на корабле. Но все мы крепки задним умом.
Перед посадкой я еще раз залезла в виртал, чтобы освежить воспоминания о месте нашего назначения. Полученная информация не располагала к особой радости.
Ненея. Планета земного типа. Новый мир, открытый около двух столетий назад. Он едва не стал одним из тех, что закрывают после джантэр-карантина. Однако имеющиеся на нем редчайшие минералы и растения перевесили чашу. За столетие, распродав свои природные богатства, сильные мира сего, привыкшие к роскоши и бесконтрольным тратам, стали искать другие источники доходов. И нашли: своих соотечественников. На Ненее, как и на Хэр'рии, стали процветать генетические лаборатории и сопутствующие им клиники. Но хэири проводили свои генные эксперименты «на благо нации», а здесь готовили «товар на экспорт». Хотя, часть идей с успехом использовалась на самой Ненее — публичные дома, заполненные многочисленными разработками вышеупомянутых лабораторий, приносили своим владельцам баснословные прибыли. Роскошь, праздники и карнавалы — полный комплект услуг для тех, кто хочет получить удовольствие от жизни и готов за это платить. Фраза «любой каприз за ваши деньги» приобретала здесь более глубокий смысл.
Как ни странно, но на этой планете-притоне были очень жесткие, даже жестокие законы, связанные с безопасностью туристов. Причинить вред гостям Ненеи считалось самым страшным преступлением. Потому что туристы — это деньги. Однако всегда найдется тот, кому правила не писаны. Именно поэтому Дарен и не хотел брать меня с собой: боялся, что нетипичная внешность заинтересует местных торговцев генетическими редкостями. Но, узнав меня получше, осознал, что безопаснее взять с собой, чем обнаружить, что в его отсутствие я сбежала...
Собственно именно вторая, теневая сторона мира и интересовала нас. Генетические лаборатории, как я уже упоминала, работали не только на благо своей планеты, но и на экспорт. Именно так Мервиль Тенувиль получал большую часть своих «рабов». Правда, везде были свои плюсы и минусы. Главный минус заключался в том, что на любую разработку лаборатория ставит свой товарный знак. Это и подтверждение права собственности, и реклама. Обычно этот знак был закодирован в генах, и только на пилотных образцах он ставился как-то иначе. Если честно, виртал не углублялся в подробности, а я не расспрашивала. Собственно, к чему все это...
Вместо привычных мне паспортов в Федерации используют ген-карты, и среди клиентов Тенувиля желающих светить покупным «клейменым» телом, понятное дело, не было. Так что пирату приходилось искать обходные пути. Приобрести живой товар без лабораторной метки было возможно, но даже на Ненее таких мест совсем немного, а удовольствие это весьма дорогое. Собственно поэтому миляга Мервиль и не брезговал телами со стороны. Но старался этим не злоупотреблять. Ведь раб, купленный в лаборатории, был проверен, совершенно здоров и не имел никаких генетических «мин». А при добыче «со стороны» приходилось верить продавцу практически на слово и надеяться на свой торгашеский нюх.
В любом случае нам стоило поспешить. По мнению Дарена, у Тенувиля были неплохие связи с местными теневыми акулами и, скорее всего, он отправился на Ненею именно для того, чтобы подправить свою внешность и генетическую карту. Нам нужно было найти его до того, как он это сделает.
— Дарен, что-то эта Ненея пока не впечатляет, — честно признала я, пытаясь рассмотреть строения ближайшего города за стройными рядами кораблей всех цветов, размеров и форм, припаркованных на сухой, серовато-коричневой, чуть растрескавшейся земле космопорта. Тот факт, что Ненея куда более посещаемое место, нежели приграничная Варрэя, было видно невооруженным взглядом.
Пыльный и какой-то безвкусный воздух планеты заставил меня поморщиться. Даже внутри корабля дышать было легче и приятнее.
Дарен, заметив мою гримасу, усмехнулся и снизошел до объяснения:
— Города прикрыты куполами, а на порт никто тратиться не захотел. Так что ты имеешь редкую возможность вдохнуть в себя естественный аромат этого мира.
— Скорее, его естественную пыль... — пробурчала я.
Наконец до нас добрался служащий порта — невзрачный коренастый мужчина в мышино-сером рабочем комбезе. Он равнодушно кивнул, приветствуя, и направил странный обтекаемый прибор на пиктограммы, украшавшие носовую часть «Летящей».
— «Летящая во тьме», владелец и командир корабля Дарен Шарт, — прибор повернулся в нашу сторону. — Подтверждаю. Оплата стоянки?..
— ...за одни стандартные сутки.
— Оплата стоянки за одни стандартные сутки в размере двухсот кредитов. Подтверждаю, — флегматично произнес служащий, пощелкав какими-то невидимыми мне кнопками на консоли своего транспортного средства, больше всего похожего на зависший в воздухе мотороллер без колес.
— Дарен, а что он делает? Что, любой, кто направит на тебя такую фигню, может списать деньги с твоего счета? — искренне поразилась я. Такая система оплаты несколько напрягала.
— Не говори глупостей. Он проверил «Летящую» по реестру, убедился, что корабль не числится в розыске, а мои данные совпадают с заложенной информацией по владельцу судна. Затем получил согласие на оплату услуг порта, а кредиты ему перевел виртал, услышав мое подтверждение. Все, пока мы свободны и можем заняться своими делами...
В этот момент подлетел пустой пестрый «мотороллер», видимо, заменяющий здесь такси, и завис перед космонавтом. Мне отдельного транспортного средства, похоже, не полагалось...
— Дарен, а почему тогда нельзя было просто сделать это автоматически? Ведь в данном случае служащий был бы не нужен, — уточнила я, устраиваясь за спиной капитана.
— Ну, в Старых мирах все и происходит напрямую, через вирталы. А на Ненее это, видимо, сочли невыгодным. Во-первых, мир открыт не так давно, и тратить деньги на такую систему никто не пожелал, а во-вторых, что более важно, в случае, если корабль или его владелец находятся в розыске, получить с него можно на порядок большую сумму, не ставя при этом в известность просхов.
— А как...
— Джен, ты мне вопросы задавать будешь или мы отправимся, наконец, куда собирались?
— Отправимся. А куда мы собирались?
— Ты будешь послушно сидеть вон в том кафе, а я зайду в бар и поговорю с ребятами.
— Нет уж, ни в каком кафе я сидеть не стану. Сам же говорил, чтобы я от тебя ни на шаг...
— Демоны Варры, ну почему я не оставил тебя на «Летящей»? — простонал Дарен.
— Да не беспокойся ты, я буду тихо-тихо сидеть, как мышка!
— Как кто? — опасливо уточнил мужчина, притормаживая у приземистого здания.
— Ну, это такая маленькая серенькая земная песчаная крыса, — доходчиво пояснила я.— Грызун, в общем. Вредитель...
Дарен задумчиво покосился на меня, покачал головой и, кажется, что-то прошептал. Он что, молится? Да нет... наверное, показалось!
Как только мы попали в радиус действия рекламного барьера, здание преобразилось, вытаскивая из нашего подсознания наиболее желанный образ. Конечно, это была всего лишь качественная иллюзия, стоит отойти на два метра от стен, и снова увидишь низкое строение из пеноблоков. Пэйн на одном из занятий показывал действие полулегальных рекламных проекторов, влияющих на подсознание потенциального клиента, но увидеть на чужой планете вход в любимую тратторию «Венеция» все же стало для меня некоторым шоком.
Потянув на себя до боли реальную ручку двери, я оказалась в совершенно ином помещении, что снова несколько ошарашило. Впрочем, все верно — клиент уже вошел, так что дальше тратить энергию на его заманивание владельцы бара сочли нерациональным.
Выглядывая из-за спины Дарена, я постаралась оценить обстановку. Вот удивительный момент. Видимо, если бар ориентирован в основном на антропоморфных клиентов, то в любое время и в любой части галактики он будет выглядеть практически одинаково. Барная стойка из какого-то темного камня, в приглушенном свете играющего алыми искрами, столики, окруженные тремя-четырьмя подобиями бесформенных пуфиков, моментально подстраивающихся под желания посетителей, возложивших на них свои зады. Людей в баре было совсем немного — всего пятеро. Все же ранний рассвет, равняющейся на Ненее самому глухому ночному часу, не способствовал обилию клиентов.
Дарен шагнул к стойке, чем привлек к нам более пристальное внимание. Пожав плечами, я пошла за ним, стараясь не слишком глазеть на собравшихся здесь инопланетян. Когда Дарен говорил, что Федерация состоит из трех рас, я как-то не задумывалась о том, что каждый мир имеет свои особенности, например, непривычную для меня силу тяжести или уровень ультрафиолетового облучения. Поэтому держать челюсть на месте и не пялиться на прочих посетителей бара было весьма непросто. Потому что пара темнокожих типов, устроившихся в самом темном углу, были лысыми, как моя коленка, коренастыми коротышками, которые выглядели слегка неповоротливыми, но невероятно сильными. Наверное, за исключением прически и колера, именно так должны были выглядеть мифические гномы-кузнецы. Еще один бледнокожий парень в центре зала, если мне не изменяют глаза, был покрыт крошечными полупрозрачными чешуйками, переливающимися острыми алмазными искрами на его кадыке при каждом глотке. Странный парень — словно утерянное переходное звено между человеком и динозавром. Оставшиеся двое выглядели вполне обычно, если не считать, что лохматый тип, занимающий второй слева столик, крепко спал, обнимая бутылку из темного стекла, как самое ценное сокровище.
— Мне бокал вас'ста, а малышу сок вилии, — спокойно произнес Дарен, обращая мое внимание на бармена. Да уж... Я чуть мимо барной табуретки не села. Такого красивого парня я не видела ни разу в жизни. Темноволосый и темноглазый, с высокими скулами и точеными чертами лица — он приковывал взгляд, заставляя ошеломленно замереть, рассматривая подобное чудо. Портило его только одно — странное подобие татуировки, словно выдавленное на левой щеке. Казалось, что под кожей кто-то протянул толстую синюю нить, свив ее в стилизованный треугольный рисунок. Странная мода... Я, например, не вижу в этом ничего красивого.
— Держи, — улыбнулся красавчик, явно позабавленный моей, наконец-то, отвисшей челюстью. — Ты ведь первый раз на Ненее?
— Да, — хрипловато ответила я, продолжая пожирать глазами бармена.
— Заметно, — искренне рассмеялся тот и указал на татуировку, уродующую его щеку. — Еще и не такое увидишь! Я далеко не лучшая разработка Ледарской лаборатории...
— Что?!
Ну вот, не мог подождать со своей новостью, пока я вилию не допью? Теперь Дарен меня отпинает на следующей тренировке вдвое против обычного, за то что, поперхнувшись, залила ему соком весь костюм.
— Я клон, разработанный Ледарской лабораторией, — спокойно пояснил бармен, протягивая моему приемному отцу небольшую упругую полупрозрачную сферу, заменяющую салфетки, которая моментально впитала всю влагу с комбеза космонавта.
— Джен, быстро пошел и сел за столик. И чтоб мне тихо!
Не рискуя спорить, я улыбнулась добродушному бармену и, подхватив высокий стакан с остатками лакомства, отправилась к ближайшему свободному месту. Кстати, рядом со мной оказался столик единственного нормально выглядящего посетителя, правда, слегка нетрезвого. Кажется, у него как раз проклюнулась стадия, когда он любит весь мир и желает пообщаться с окружающими. Почему бы и нет? В конце концов, мы пришли сюда за информацией, а Дарен сидит ко мне спиной и, к тому же, полностью поглощен разговором с барменом...
— ...а еще, когда я был в поясе астероидов Торпа, нам попался корабль тариан. Сам знаешь, это приграничная территория, и ящерицы почему-то считают, что она принадлежит Кланам. Ха! Нам тогда изрядно пришлось поиграть с ними в прятки... Эх, малыш, что ты знаешь о настоящем космосе! Так вот, мы...
«Просто Дакут», как представился нетрезвый представитель Серой гильдии, снова попытался положить мне руку на плечо и перетянуть за свой столик. Я аккуратно вывернулась и сделала «внимательное» лицо. Мне довольно часто, благодаря специфике журналистской работы, приходилось выслушивать различный бред от разнообразных высоко- и не очень поставленных личностей.
Я уже выяснила, что данный тип ничего о кораблях, прибывших с Варрэи не знает, и можно было бы закруглить его монолог, но тогда пришлось бы сидеть, тупо глядя в глубину бокала, поскольку беспокоить Дарена после устроенного «душа» мне совсем не хотелось.
— Эй, бармен! Налей пацаненку вас'ста за мой счет! — проревел Дакут, снова похлопав меня по плечу, а затем погладив по спине.
Все, что нас не убивает — делает сильнее
Бей первым!
Хоть будешь знать,
за что получил.
NN
— Дарен, а мы где? — отлипнув от спины космонавта, я настороженно рассматривала посеревшие от старости и грязи странные дома. Для моего непривычного к архитектуре Ненеи взгляда они смотрелись более чем непривлекательно. Здания находились существенно ниже уровня дороги, с которой их связывали вытертые непривычно широкие — с полметра — ступеньки по всей длине трассы. Стены были скучно-серого цвета, не «облагороженные» рекламными проекторами, без окон, балконов или каких-нибудь украшений типа мозаики или лепнины. Они возвышались по обе стороны переулка, настолько извилистого, словно его проложила пьяная сороконожка. Тротуаров, газонов, бордюров и прочих излишеств цивилизации здесь также не наблюдалось. Импровизированная лестница спускалась сразу к стенам домов.
— Идешь за мной след в след, ни на что не отвлекаешься, никуда не отходишь, дурацких вопросов не задаешь... — проинструктировал меня Шарт, отвлекая от созерцания «дивного» пейзажа.
Дарен слез с «байка» и, полностью игнорируя мои вопросы, ехидно добавил:
— Да, и постарайся не крутить задницей!
Вот гад! Ну, я же уже извинилась за недоразумение в баре! Он что теперь, так и будет надо мной стебаться всю оставшуюся жизнь?
— Дарен, тебе что, ответить сложно? Сам же знаешь, что, не имея информации, я могу просто по незнанию ляпнуть какую-нибудь глупость! — попробовала подольститься я.
— И молчишь, о чем бы тебя ни спрашивали, — флегматично дополнил мой добрейший приемный папочка. — Надеюсь, справишься?
— Постараюсь! — обиженно буркнула я, сверля спину космонавта мстительным взглядом. Ну, ладно... как только выберемся с этой мерзкой планеты, я придумаю, как тебе отомстить!
Спустившись по нескольким затертым ступеням, Дарен замер перед монолитной стеной, украшенной полупрозрачным щитком распознавателя и, словно индеец из вестерна, говорящий «Хау», поднял руку, давая системе охраны просканировать не только сетчатку, но и папиллярный рисунок кожи ладони. Замаскированный вход перед нами глухо чпокнул и рассосался. Словно по воде прошли круги от брошенного камня, оставляя за собой проход и давая возможность войти в тускло освещенный тамбур. Я послушно шагнула следом за наставником, замирая от нехороших предчувствий.
— Это со мной, — равнодушно произнес космонавт, обращаясь к невидимым собеседникам, и небрежно вытащил меня из-за спины.
— Проходите... — мягкий женский голос был неожиданно приятным.
Слева бесшумно исчезла стена, казавшаяся монолитной. Такого я еще не видела. Может, ее вообще там не было, а это фантом, как рекламные проекторы у бара? Открыв рот для вопроса, я обернулась к Дарену и моментально зачахла под его ледяным взглядом. Молча пристроившись за его спиной, я послушно посеменила за космонавтом в сторону открытого прохода. Кроме длинного коридора, залитого тускловатым рассеянным светом флуоресцентной потолочной плитки и «украшенного» распознавателями, обозначающими запертые двери, там ничего не было. Хозяева явно не спешили нам навстречу.
Тихо тренькнула арка невидимого детектора, намекая Дарену сдать оружие. На меня она, как ни странно, совершенно не отреагировала... хотя мои «рога» остались при мне. Дарен улыбнулся уголком рта, а до меня с опозданием дошло, что я, возможно, упустила последний шанс избавиться от налобного украшения. Вот же блин! С другой стороны, если мои парализаторы не воспринимаются местными детекторами как оружие, то это лишний аргумент в любом споре. Как говорил незабвенный Аль Капоне: «Добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом». А уж если твой оппонент даже не в курсе, что ты вооружена и опасна, выгода двойная!
Повеселев, я догнала ушедшего вперед Дарена и снова пристроилась ему в хвост. Космонавт целенаправленно шел в конец коридора, не обращая внимания на закрытые двери. То, что он уже бывал здесь, по идее, должно было меня успокоить, но внутреннее предчувствие беды никуда
Вы прочитали ознакомительный фрагмент. Если вам понравилось, вы можете приобрести книгу.