Купить

Гнездо там, где ты. Том II. Елена Зызыкина, Алена Краснова

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Они жили в мире темных, но волею судеб оказались в мире людей. Всё, что у них было - высокое положение и чины, уважение собратьев, семьи - всё осталось за закрытыми дверьми портала, соединяющего миры. У каждого из них за плечами своя маленькая трагедия, своя тайна и боль. Смогут ли рожденные тьмой найти своё место среди людей, ведь гнездо там, где осталось твоё сердце?

   

   ТОМ ВТОРОЙ

   

ГЛАВА 1. КИЛХУРН

- Странно всё это… - необычно тихо произнесла Иллиам, озвучивая мысли скорее себе, нежели спутникам, но чуткий слух эльфа тем и отличался от остальных, что, если нужно, мог уловить даже биение чужого сердца.

   - Хм?.. – полюбопытствовал Кемпбелл, с неодобрением посматривая на впереди стоящее нагромождение камней, претенциозно называемое замком. Худшего места для пребывания, тем более проживания королевской особы он и предположить не мог, разве что Данноттар – чёртово логово демонов.

   А меж тем двое их представителей, замыкавшие маленькую процессию, после известия о неожиданной женитьбе Алистара успели настолько ему поднадоесть, что тёмный эльф серьёзно подумывал, не продырявить ли в воспитательных целях парочку демонических шкур. От столь радикальных мер советника удерживали лишь приятные помыслы о скором отдыхе и обещанном радушии жителей Килхурна. Хотя, судя по представшему перед ним пейзажу, перспектива на богатый ужин и комфортные опочивальни уменьшалась с каждым шагом лошадей всадников, приближающихся к воротам.

   - Так что же странно, госпожа? – без особой заинтересованности полюбопытствовал эльф, попридержав устойчивое в браке «дорогая» во избежание очередного хохота Молоха и Шагса.

   - Странно, что только сейчас предали тела огню, когда закончить должны были бы недели две назад, - недовольно осмотрелась по сторонам эльфийка. Покрытая пеплом равнина ещё тлела от недавнего огня, в воздухе стоял устойчивых запах гари и сожженной плоти. «Позаимствованная» из королевской конюшни лошадь оказалась не приспособлена к таким злоключениям. Мало того что, чувствуя хищников, шарахалась от демонов, так ещё и спотыкалась на каждой дымящейся кочкой.

   - Не нахожу в этом ничего странного. Собственный опыт общения с расой людей доказывает, что результативности без надлежащей организации от них ожидать не приходится. Они нуждались в контроле, в то время как вас с госпожой Лайнеф здесь не было, - не замедлил упрекнуть её Алистар.

   - Кемпбелл, тебе никто не говорил, что ты чёрствый занудный сухарь? – фыркнула Иллиам и, пришпорив лошадь, оторвалась от собеседника. Тот лишь усмехнулся и покачал головой.

   - Неправда ваша, Алистар. Госпожа Иллиам тут ни при чём, - поколебавшись, позволил себе заметил Кезон, а молодой Тит согласно закивал. - Все мы под единым богом ходим, его пригляда достаточно. Римляне Плутоном его именуют, греки - Танатосом, скандинавы нарекли богиней Хель, христиане олицетворили с Сатаной, а пикты… да хрен их знает! Только не захочет никто, чтобы после встречи с ним бездушную плоть гнить оставили, поэтому люд чтит обычаи. Коли в срок не справились, не сожгли, значит, веская на то причина была. Вот сейчас всё и узнаем.

   Путники как раз подъехали к воротам, и Кезон слез с коня. Постучав в наглухо закрытое смотровое оконце, он терпеливо стал ожидать, когда кто-либо ответит. Наконец, за воротами неведомый страж без особой охоты вопросил:

   - Кому там жить надоело?

   - Да пока никому. Свои, открывай!

   Слова Кезона отчего-то позабавили стража. Не удосужившись сдвинуть ставню и взглянуть на путника, тот загоготал. Когда же смех сошёл на нет, неизвестный весельчак удостоил воина совета:

   - Помолился бы лучше, а то и взаправду дьявол своим сделает. Ходи мимо, бродяжный попрошайка! Здесь милостыню не подают.

   За воротами послышались удаляющиеся шаги негостеприимного стража, Кезон же, воин не робкого десятка, настойчиво принялся колотить кулаком в смотровое окно.

   - А ну, отойди, вояка. Кажись, знаю я этого шутника, - спустился со своего коня Шагс и, оттолкнув легионера в сторону, с нечеловеческой своей силою заколотил в ворота так, что те ходуном заходили. – Кэлпир, подлюка ты эдакий, ты долго нас на пороге держать…

   То, что произошло дальше, Кезон и Тит ещё долго не забудут, потому что у воинов, чего только не повидавших на службе в турме Лайнеф, глаза на лоб полезли и волосы стали дыбом, когда ставня резко хлопнула, и столб огня накрыл лицо Шагса. По всем законам природы он должен был сгореть заживо, исторгая жуткие вопли боли, но вместо этого человекоподобное существо, разразившись самыми отборными ругательствами, вдруг само извергло из себя ответное пламя, да так метко, что сами ворота не цепляло.

   Огненный поток с той стороны исчез так же внезапно, как и начался, послышали звуки открываемых запоров:

   – Чёртов ты сын, Шагс, завязывай! Ну не признал, с кем не бывает.

   - Твоим гостеприимством мы чуть не лишились славного воина госпожи Лайнеф. Она бы сильно расстроилась, и тебе, скотина, вождь кишки бы выпустил для её услады, - добродушно рассмеялся Шагс. – Сам видел, как Фиен советнику морду чистил, так что, считай, что я твою шкуру спас, придурок.

   - Не привирай! – подал голос Молох. – Там ничья вообще-то была.

   Иллиам вскинула удивлённый взгляд на Алистара, рассчитывая на объяснения, однако именно в этот момент ворота наконец отворились, и спутники смогли лицезреть долговязого мужика лет сорока с жиденькой бородёнкой, рядовой внешности, абсолютно ничем не примечательной, если бы… Неестественно яркие, бесовские глаза, несвойственные человеку, наводили на подозрения, что с их обладателем лучше в спор не вступать, а в идеале – держаться как можно дальше.

   - Уезжало вас аккурат в два раза меньше, – принялся рассматривать Кэлпир прибывших. При виде эльфийки глаза его вспыхнули восхищением. Хороша, сучка! Ладная. С такой кралей он бы не прочь поразмяться денёк-другой где-нибудь на сеновале.

   - Кэлпир, ты дышать-то не забывай, - заметил советник, и не подумав представить стражнику женщину. Спросить же демон остерегался: не ровен час, за лишние вопросы отправит Кемпбелл его на чёрные работы, а кто ж любит-то в дерьме ковыряться? Лучше опосля у Шагса выведает, что за птица такая.

   Завидев легионеров, демон помрачнел. Поприветствовав как должно советника, он кивнул на людей:

   - Алистар, лишнее же видели?..

   - Вследствие твоего же идиотизма, Кэлпир. Воины госпожи Лайнеф едут со мной в Данноттар, где их участь решит вождь, – ровным голосом произнёс эльф и верным шагом направил коня во внутренний двор. – Ответь-ка лучше, кто за главного в крепости? Даллас?

   - Эмм… Алистар, - крикнул демон. – Фиен здесь, в Килхурне.

   - Чёрт… - едва слышно выругался Кэмпбелл, и то не ускользнуло от Иллиам. С момента, как она поняла, что в Килхурне демоны, предпочитала помалкивать, но сейчас реакция мужа её удивила и обеспокоила.

   Сто долгих лет Cam Verya не практиковалась в возможности мысленно общаться с соплеменниками, ибо госпожа Лайнеф – увы - не обладала этим чудесным даром. Не пришёл ли час выяснить, не отняли ли боги у советницы сию уникальную способность?

   - Алистар, - на родном языке мысленно позвала она эльфа. Это сравнимо, как если бы прийти к кому-либо в дом для беседы, но прежде непременно нужно постучать в дверь. Раз хозяин на месте и услышит стук, его воля, отозваться, открыть, либо нет. - Советник, ты меня слышишь?

   От неожиданности Кемпбелл вздрогнул, непроизвольно натянул поводья, конь дёрнулся под ним, норовя понести вперед, однако седок вовремя сумел его урезонить. Успокаивающе похлопав по холке животное, через плечо Алистар недовольно посмотрел на эльфийку. Губы его не произнесли ни звука, в то время как Иллиам отчётливо услышала следующие слова:

   - Будь добра, в следующий раз дай знать, если желаешь переговорить.

   - И каким образом? – возмутилась Иллиам. – За всю поездку ты ни разу не посмотрел в мою сторону. Мне что, раздеться, чтобы ты меня заметил?

   - Предложение, конечно, заманчивое, дорогая, вот только несвоевременное. Но обещаю позже предоставить тебе такую возможность.

   - И не мечтай! - вознегодовала эльфийка.

   - Чтобы ты знала, ущемление законных прав мужа здесь телесно наказуемо, - не без насмешки напомнил Алистар жене, не оборачиваясь в её сторону. – Если у тебя всё, я предпочёл бы остаться в одиночестве. Мне сейчас объясняться с Фиеном, поэтому… будь добра…

   - Постой, погоди секундочку!

   - Иллиам, ты весьма не вовремя затеяла препирательства!

   - Я не о том, – в голосе эльфийки впервые прозвучала растерянность. – Али, как мне вести себя с Мактавешем?

   - Вести себя буду я, ты уж будь любезна помалкивать.

   - Только этим и занимаюсь в последнее дни, - фыркнула Иллиам, но Алистар её уже не слушал.

   Бесцеремонно «захлопнув дверь» сознания от непрошеной собеседницы, эльф прервал молчаливый с ней диалог, предпочитая сосредоточиться на предстоящем разговоре с вождём. Памятуя последний день в Данноттаре перед отъездом в Лондиниум, душевное их выяснение отношений с взаимным мордобитием и, как следствие недоверия, приставленных в качестве соглядатаев Шагса и Молоха, сложно было предположить реакцию Фиена на полностью провальную поездку. Возможно, он и примет в расчёт, что император и его сын убиты, а самозванцу Вортигерну на руку обвинить в их смертях клан Мактавешей, однако как посланник Алистар ничего не смог этому противопоставить.

    Но самое паршивое, и это безмерно угнетало эльфа, он будет вынужден самолично, на ладони преподнести мстительному демону полную свободу действий в отношении принцессы Лайнеф и полную её отныне бесправность перед инкубом.

   «Стоп, секунду! Уж не в том ли причина пребывания Фиена в Килхурне, что он был в курсе смерти Константина и намеренно отправил меня в Лондиниум, чтобы свершить свою месть?! Тогда… Дьявол!»

   - Я убью его! – взревел Алистар, соскочив с коня. На центральной площади вслед за ним остановилась вся их маленькая процессия. Демоны, знавшие долгие десятилетия эльфа как самого невозмутимого из всех, и даже в бою его хладнокровию не было равных, с удивлением и непониманием уставились на него:

   - Что не так, советник? Кому кровушку пустить желаешь? – слезая с коня, попытался было шутить Шагс, но остальные не разделили его веселья. Всегда уравновешенный Кемпбелл либо свихнулся, либо в него вселились все бесы. Без внимания к спутникам он озирался по сторонам, несомненно кого-то выискивая. Пустая площадь отвечала безмолвным равнодушием. Завидев вход в главное здание, Алистар спешно направился к лестнице. Бегом преодолев её, он распахнул массивные двери и, войдя внутрь, осмотрел тёмный, безжизненный зал:

    - Фиен, где ты, чёртов ублюдок?

   Но и тут его ожидало разочарование. Не представляя, где искать инкуба, советник кинулся к ступеням, ведущим на верхние этажи.

   - Кемпбелл? - звучным эхом разнесся голос под сводами здания. Алистар обернулся – в проёме, опираясь руками на распахнутые двери, стоял человек. Солнце светило ему в спину, тень помещения прятала лицо, несобранные волосы волнами падали на плечи, простая, мужицкая, ничем не подпоясанная рубаха свидетельствовала, что его застали за работой, и лишь гневное пламя ярко-нефритовых глаз выдавало, что перед эльфом стоит властный вождь могущественного каледонского клана, вожак стаи демонов Фиен Мактавеш.

    - Какого хрена ты делаешь в Килхурне?

   

***

Фиен

   Первостепенной задачей стало обеспечить кладовые крепости водой и провиантом, также восстановить частично и полностью разрушенные внешние стены форта, чем и занимались последние несколько часов. Известие о прибытии Кемпбелла застало меня на заднем дворе, где с несколькими собратьями мы камень за камнем заново возводили преграду.

   - Алистар здесь? – я был удивлён и, не скрою, одновременно обрадован. Прибытие советника в Килхурн как нельзя кстати совпало с намеченными планами, и только сегодня я подумывал послать за ним. Однако какого чёрта его занесло в форт, когда из Лондиниума он должен бы прямиком мчаться в Данноттаре, хотел бы я знать?

   - С ним Молох и Шагс и пара человек. Утверждают, что легионеры твоей эльфийки. Да, и ещё одна девка тоже эльфийского племени. Уж больно смазливая, – подмигнул мне Кэлпир.

   - Говоришь, девка? Сейчас посмотрим, что там за эскорт такой смазливый у советника, - стерев рукавом пыль с лица, я направился к площади, уже догадываясь, кого имел в виду демон.

    Между мной и Алистаром сложилось этакое… хм… соперничеством это не назовешь, скорее, негласный спор потехи ради, к кому быстрей потянется за лаской девица. Само собой, условия оставались не на равных, хочешь-не хочешь, а в этом деле удачливость на стороне инкуба, но в том и была забава, вдруг какая выберет не жаркого демона, а холодного эльфа. Редко, конечно, но такие попадались, что тешило самолюбие ушастого и забавляло меня. Разумеется, баба приятеля мне без надобности, но не пора ли эльфа встряхнуть хорошенько, чтоб не встревал между мной и Лайнеф?

   «Твоей эльфийки… - хмыкнул я, вспомнив слова Кэлпира. – Ничего, принцесса. Уже совсем скоро. Вот и Али в самый раз вернулся».

   Раньше я не замечал за собой особого стремления вернуться в Данноттар. За сотню лет исколесил Каледонию вдоль и поперёк, не раз пересекал с воинами её южные границы, неделями, а то и месяцами пропадая в набегах, покуда кони наши не хрипели под тяжестью награбленного, и нам приходилось поворачивать назад. Теперь же я ловил себя на том, что постоянно бросаю взгляд в сторону, где за множеством ельников и вересковых равнин, за реками и каменистыми горами на краю земли мой клан, моё гнездо и та, что накрепко вгрызлась в чёрную душу инкуба. Дьявол меня забери живьём! Я вынужден принять, что раньше меня тянуло к ней сквозь время. Сейчас, когда знаю, что жива, ходит по моей земле, живёт в моём доме, спит в моей постели и принадлежит мне - притягивает сквозь расстояние. Собственная месть превратилась в нечто, совершенно мне непонятное. Преобразовалась в навязчивую потребность видеть Лайнеф, знать, что делает, дышать ею и осязать. Долго. Постоянно. Что это, чёрт возьми, за хреновина такая? Какая грёбаная магия могла обладать такой мощью, что я, рождённый очаровывать и питаться соблазном, сам подпал под соблазн?!

   Пройдя мимо хозяйственных строений, я вышел к площади, где среди прочих заметил светловолосую эльфийку, которую видел ранее вместе с Лайнеф. Кивком головы она сдержанно поприветствовала меня. Люди… Давно не удивляли меня их настороженные, каменные лица с мрачными взорами, скрывающие инстинктивный страх перед неизведанной темнотой. Страх, в котором не признается себе ни один истинный воин, ибо трусость для него равносильна позорному поражению. Ну что ж, пусть так. В деле поглядим, на что способны воины моей воительницы.

   - Где Алистар? – спросил я прежде, чем со стороны замка услышал гневный окрик его самого. Недоумевая, чем так недоволен советник, я направился к входу.

   - Фиен, не знаю, какая муха его укусила, только ты уж полегче, – не без притворства посетовал мне в спину весельчак Шагс. - Эх, не выдержала тонкая психика ушастого своего счастья.

   – Вот ты придурок, приятель, – благозвучным ударом дополнилось ворчание Молоха.

   

***

Трудно не заметить два с лишним ярда разъярённой эльфийской стати, мечущейся в пустом помещении и изрыгающей в мой адрес брань, что не придавало особой радости встрече:

   - Кемпбелл! Какого хрена ты делаешь в Килхурне?

   Тёмный резко обернулся, серые глаза блеснули сталью, губы сомкнулись в упрямую линию, желваки под кожей заходили ходуном. Секунду помедлив, он стремительной походкой направился ко мне:

   - Нет, вождь, ты мне сперва ответь, что ты с ней сделал?

   Я сразу понял, о ком эльф завел речь. Попутно заметил изрядно помятую его рожу, украшенную пожелтевшими синяками, обратил внимание на хромоту, и я бы не преминул полюбопытствовать об этой истории, но только не теперь! Стоило Алистару завести речь о Лайнеф, воспротивиться моей воле, взять под сомнение моё право на неё, кулаки до зуда чесались как следует отвести душу на эльфе, даром, что и так калеченный, мать его...

   - Она жива! – посчитал я нужным охладить пыл ушастого, тогда как сам в стремлении добраться до недруга, а именно им сейчас мне виделся Кемпбелл, сатанел при каждом шаге. – Но, вижу, впрок поездка тебе не пошла.

   - Хвала богам! – облегчённо пробормотал эльф, но тут же хлёстко пошёл в атаку с обвинениями. – Выходит, я прав! Ты всё рассчитал, сукин сын! Намеренно меня сослал к бриттам, заведомо зная, что поездка пустая. «Поезжай Али, заключи союз с Британией!» - передразнил меня эльф, остановившись напротив. - Возложил миссию, чёртовым золотом для покойника снабдил, а на деле приставил соглядатаев в виде двух амбалов и сплавил куда подальше лишь для того, чтобы свершить свою жалкую месть!

   - Ах, вот оно в чём дело! А я всё в толк не возьму, чем советник так недоволен. Донесли, значит, пустотрёпы!

   - Пояснили причины твоего нездорового интереса к Лайнеф, - сухо поправил меня Алистар. - Фиен, какого чёрта ты сам не сказал мне правды? Ты должен был…

   - Должен?! Разве я тебе что-то должен?! - зарычал я, схватив темного за грудки. - Трусу, который скрыл своё прошлое, считая ненужным признать, что был правой рукой короля ушастых?

   С трусом я, конечно, хватанул через край. Что-что, а трусом Кемпбелл никогда не был. Но сейчас мне было по х*ру на его оскорблённые чувства – он посмел сунуть нос в моё личное пространство.

   - Что ты знаешь о мести, эльф?! – встряхнул я его хорошенько, - Что ты можешь о ней вообще знать?! Ты разве был там?! Ты видел, как на твоих глазах палач изощряется в пытках над достойнейшими из достойных? Они верили мне, понимаешь? Их убивали, они горели с моим именем на устах, а я, их грёбаный полководец, ни хрена не мог им помочь?! Они были моими братьями! Нет! Нет, чёрт возьми, ты этого не видел! Тебя во сне мучили кошмары на протяжении долгих лет, отвечай?! – Алистар попытался что-то сказать, но я не дал. - Не перебивай, когда с тобой говорит вождь, тёмный!.. Что ты знаешь о мести, ушастый?! Моих собратьев нет, уничтожены, стёрты из Темного мира, ибо казнены как презренные иуды! А вот тут… - не отрывая взора от эльфа, я приложил палец правой руки к виску, - ты помнишь каждого поимённо. Помнишь и возвращаешься в свой личный ад, неся бремя вины, потому что допустил всего лишь маленькую, но роковую ошибку – пощадил одну ушастую сучку, впустил в свою постель и в…

   С губ моих едва не слетело слово «сердце», что меня поразило похлеще грома среди ясного неба. Дерьмо собачье! Какое, к чертям, сердце?! Не более чем игра слов. Пустое. Даже задумываться не стоит.

   - Пощадил? – Али заметил моего смятения и, воспользовавшись заминкой, перехватил руку, освобождаясь от захвата. – Не лги, инкуб! Я слишком давно тебя знаю, чтобы заблуждаться. Ты никогда не щадил врагов! Скорее земля содрогнётся, чем Мактавеш оставит в живых причинившего ему зло. Сто лет назад тебе нужно было бесчестие дочери Валагунда., а нынче, когда со смертью императора принцесса осталась без покровительства - её жизнь. Но я тебе сейчас скажу одну вещь, которая, очень надеюсь, поубавит твоей решимости, - темный отступил в сторону, ладонью провёл по заросшему щетиной подбородку и сдержанно продолжил. – Фиен, не знаю кто убил вашего Правителя, но это не принцесса Лартэ-Зартрисс. Подлость, предательство всегда претили дочери Валагунда. Она презирала придворных интриганов и не скрывала этого. При дворе, где с завидным постоянством замышлялись гнусности, её застать было практически невозможно. Разве когда отец требовал её присутствия. Надо совершенно не знать мою госпожу, чтобы обвинять её в коварстве. Пойми, если бы она убила твоего Правителя Амона, подставлять бы тебя не стала – вместе с ним прикончила. Вам необходимо поговорить о той ночи, чтобы всё прояснить.

   - Алистар, почему ты не скажешь вождю, что тело эльфийской принцессы священно, и, если она отдала его демону, значит, сделала тот единственный выбор быть его женщиной, который возможен наследнице раз в жизни? По-моему, если бы вождь знал об этом, ты с большим успехом убедил его в невиновности госпожи, – бойко разнесся по залу женский голос. Лёгкой поступью блондинка поспешила к нам. Остановившись в паре метров, она чуть присела, удостоив меня реверансом, и затараторила:

    – Господин Мактавеш, мы уже виделись, но ввиду особых обстоятельств представлены друг другу не были. Я Иллиам Доум-Зартрисс, советник и единственная подруга Лайнеф, поэтому всё, что касается этой несносной особы, тебе лучше обсуждать и спрашивать меня, а не у этого надменного невежи, обещавшего заботиться обо мне, но абсолютно позабывшего о моём существовании. Я была вынуждена… вынуждена томиться на площади, потому как теперь и не знаю, могу ли вернуться в собственные покои. Да, насчёт выбора эльфийской принцессы, хочу добавить, что до встречи с тобой, дорогой вождь, Лайнеф отвергла многих претендентов на её руку…

   - Ты настолько истомилась, дорогая, что предпочла подслушивать наш разговор? – холодно перебил её Кемпбелл.

   Это мне кажется, или тёмный пытается сменить тему разговора? С чего бы вдруг? Слова эльфийки стали мне неожиданным откровением.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

200,00 руб Купить