Дорогие наши читатели! Поздравляем вас с Новым 2015 годом! Пусть в этом году сбудутся ваши самые заветные мечты! Здоровья, счастья, удачи вам, вашим близким и друзьям!
Надеемся сказки наших авторов настроят Вас на положительный лад.
•Кулик Елена. Новогодняя сказка
•Рудышина Юлия. Лесная царица
•Снежная Марина. Любовь Кощея
•Стрельникова Кира. Дело о веретене
•Черная Ева. Нежданное счастье
•Яров Эдуард. Сказка про то, как Мишутка Новый год встречал
Новогодняя сказка. Елена Кулик
За окном снова шел снег. Тихий, мягкий, волшебный… В ярком свете фонарей он выглядел так завораживающе, что хотелось верить в сказку, в новогоднюю сказку и Деда Мороза, который обязательно привезет подарок, независимо от того, проказником или послушным ты был в этом году. В детстве я верила в сказку и даже писала письма в далекую Лапландию. А вот сейчас я с грустью смотрю на город, что готовится к новогоднему чуду: на украшенные разноцветными огнями улицы и витрины, усеянные белыми лампочками деревья и забавного снеговика, окруженного мельтешащей группкой веселых детей.
Наш офис уже неделю бурлил в предвкушении праздника. Все только и говорили о подарках, о новых блюдах к праздничному столу, о гороскопах на год грядущий, о самых неимоверных планах для встречи Нового года.
Ожидание праздника словно витало в воздухе, ощущалось в каждом взгляде и улыбке. Вот только для меня этот праздник уже давно не был праздником…
- Светка, ты что заснула? Долго мне еще держать?
- Ой, прости, - я смущенно улыбнулась своему сотруднику и другу детства Вадиму.
- Держи еще вот эту, - он сунул мне в руку пушистую красную гирлянду. – Пристрой где-нибудь…
- Так нужно вроде бы синие или фиолетовые игрушки… Год же синей овцы… или козы.
- Да какая разница, какого цвета коза. Овца – она и в Африке овца, - подмигнул мне Вадим. – Вешай уже быстрей, а то я еще в магазинчик выскочить собирался…
- С ума сошли! Вы что цепляете!? – от резкого и слишком громкого голоса Ленки, еще одной моей коллеги по работе и по совместительству подруги, я чуть не навернулась со стремянки. – Год синей козы ведь! Вадя, понимаешь – синей! Убери эту гирлянду. Возьми те, что в красном ящике.
- Блин, Лен, ты же сказала взять синий, - возмутился Вадим.
- Я сказала взять синие гирлянды в красном ящике! Ну что тут непонятного? Э, Генка, ты что, спятил?! Что ты делаешь? – Лена понеслась дальше по коридору к следующим жертвам своего неугомонного, подогретого праздником темперамента.
Мы с Вадимом с облегчением перевели дыхание, глядя ей в след.
- И что твоя жена всегда такая энергичная? – выдохнула я.
- Если бы ты меня раньше предупредила, что она такая, я бы на ней не женился, - с раздражением прошептал Вадим.
- Да куда б ты делся? Не женился бы он! Ну да, ну да, расскажи это птичкам! Твое желание или нежелание в данном вопросе не имело никакого значения, потому что она решила выйти за тебя замуж, как только увидела.
- Это с седьмого класса, что ли?
- Угу, - кивнула я, стараясь приткнуть гирлянду на огромную елку. В этом году наш директор расщедрился и привез зеленую красавицу под два с половиной метра в высоту и столько же в обхвате. Мы с Вадимом ее целый день пытаемся завесить игрушками, а их все мало.
- Ты уже решила, как справлять будешь? – спросил Вадим, подсовывая мне следующую красную гирлянду. Я вопросительно глянула на него, а потом и сама махнула рукой. Да какая козе разница, как украшена елка?!
- Да как обычно, - нехотя бросила я. Не люблю я эти разговоры. Хотела вообще взять отпуск на все время праздников, но надо же было главбуху именно в конце года заболеть и отправить все мои планы коту под хвост…
- А может с нами, а? Хватит уже траур соблюдать…
- Вадя, не начинай. Каждый год ты…
- Свет, прошло уже пять лет, понимаешь? Пять лет! Ты молодая и красивая женщина. Тебе только двадцать шесть. Вся жизнь еще впереди, а ты закрылась, как устрица, и нельзя до тебя достучаться.
- А нечего стучать, - огрызнулась я. Другого бы давно послала куда подальше, чтобы не лез в душу, а Вадима язык не поворачивается… Я знаю его чуть ли не с рождения и воспринимаю, как брата… любимого брата, которого у меня никогда не было, и которого он мне заменил.
- Свет, Женьку не вернуть, понимаешь? – очень тихо произнес он. – А тебе жить нужно и за себя, и за него. Пойдем с нами, а?
- Нет, Вадь, не могу. Давай в следующем году.
- Та блин, ты который год это говоришь?! Свет, пошли, все наши будут. Хоть развеешься немного. Даже Стас будет.
- Стас? – удивилась я.
- Ага, он из Америки приехал. Ну и вымахал… Помнишь, он как-то с Женькой из-за тебя подрался?
Я грустно улыбнулась. Стас – брат Жени, был младше его на три года. Хотя нет, теперь он уже стал старше. Женька погиб, когда ему было двадцать один и всегда будет.
- Знаешь, он совсем не похож на Женьку, - задумчиво произнес Вадим. – Более решительный, я бы даже сказал вызывающий. Словно он всем вокруг бросает вызов и ждет, кто же его примет. А никто и не отвечает. Он в Америке какой-то бизнес открыл и вроде неплохо зарабатывает. И это в двадцать три! Молодец, парень. А я вот тут как застрял, так и сижу, что жаба в болоте.
- Вадя, не начинай нагнетать атмосферу, - к нам снова подскочила Ленка. Умеет же она появляться неожиданно да из ниоткуда! – Праздник, все-таки! Уговорил? – шепнула она мужу, а я сделала вид, что не услышала. Понятно теперь, откуда ноги растут. Ленка каждый год уговаривает меня встречать праздник с ними, но… я не могу.
Раньше, когда Женька был еще жив, мы всегда встречали Новый год все вместе в нашем любимом кафе. Да, прошло целых пять лет, завтра будет уже ровно пять лет, как он разбился на машине, но мне все еще больно. Пять лет, но… как будто вчера. Поэтому Новый год для меня, словно соль на незаживающую рану. Я закрываюсь дома и никуда не иду, не отвечаю на звонки и никому не открываю дверь. Первые пару лет я плакала все новогодние праздники. Но в прошлом году просто сидела за пустым столом с одной горящей свечой и его фотографией и говорила, говорила, говорила… до самого утра. Не знаю, что буду делать в этом году, хоть я и купила бутылку шампанского и любимые Женькины конфеты. А прийти в наше кафе на Новый год одной... это словно предать его, предать его память. Я не могу.
- Свет, ты что, опять заснула? – крикнул Вадим. – Ленка сказала вот эту верхушку нацепить. Достанешь?
Я взяла синюю звезду и задрала голову.
- Не, Вадя, давай лучше ты, я не достану, - я быстро спустилась со стремянки. – Лезь, давай, только не навернись, как в прошлом году. Снова будешь месяц в гипсе…
- Ага, и Ленка меня убьет, - хихикнул Вадим, шустро, словно мартышка, взбираясь по стремянке.
Чем ближе подходил праздничный вечер, тем труднее мне удавалось улыбаться и шутить. Я уже не могла дождаться, когда уйду и укроюсь от этого новогоднего шума в тишине своей квартирки. Может, Вадим и прав, и мне действительно пора начать жить заново, но… никак не получалось. Во мне что-то оборвалось, и эта рана никак не хотела срастаться. У меня были мужчины, и я даже пыталась заводить отношения, но… они были не он. Может быть, должно пройти еще несколько лет, чтобы я перестала искать его в толпе, прекратила ждать от него звонка, научилась засыпать без него…
Тишина квартиры оглушила. После этого сумасшедшего дня у меня даже челюсть устала от того, что приходилось все время улыбаться, чтобы друзья не жалели меня и не сочувствовали. Не знаю, для чего я зашла в магазин и купила пачку майонеза… Ведь ничего не собиралась готовить. Открыв полупустой холодильник, я с минуту разглядывала его урчащее нутро. Что ж, оливье я, пожалуй, могу приготовить…
Пока я варила яйца, готовила салат и накрывала стол в гостиной, Ленка звонила раз пятнадцать, через время к ее тирании присоединился и Вадим, затем они подключили Машку и остальных девчонок. Хорошо иметь друзей, но иногда…
Я позвонила родителям, поздравила с наступающим праздником, как всегда соврала, что убегаю к ребятам и … отключила телефон. Теперь я осталась совсем одна. Только я и Женькина фотография…
По телевизору как всегда показывали «Иронию судьбы», но я отключила звук – все равно ведь знаю этот фильм наизусть… Интересно, а через тридцать лет его тоже будут показывать? Когда-то давно мы с Женькой мечтали о том, как будем праздновать со своими детьми и внуками. Даже спорили, сколько детей у нас будет. Женька хотел большую семью. Я посмотрела на его фотографию и улыбнулась ему, дотронулась холодными пальцами до гладкой поверхности стекла. Я стала взрослее, и с каждым новым годом я буду становиться только старше, а он будет все дальше от меня.
И зачем я купила шампанское?.. Ведь не люблю его. Женька любил. Розовое. Шампанское и шоколадные конфеты. Я откупорила бутылку, открыла коробку конфет, налила в бокал шипящее вино и поставила перед фотографией, а рядом положила конфету – вишню в ликере.
- До нового года еще полчаса, - прошептала я, глядя на фотографию. – Сегодня мы с Вадей украшали елку в офисе. Они опять звали меня, но я не могла оставить тебя одного, - я стерла слезу, даже не заметив этого. – Вадя сказал, что твой брат вернулся. Интересно, каким он стал? А помнишь, как вы подрались? Ты так и не признался, из-за чего вышел спор, но Вадя всем разболтал. А потом Стас уехал учиться в Америку. Он даже на твои… похороны не мог прилететь, а вот вернулся. Вадя видел его. Да, твоя мама звонила, как всегда и…
Звонок в дверь напугал меня едва ли не до обморока. Я перевела дыхание и взглянула на часы. Без пятнадцати минут Новый год. Кого это принесло? Вставать и открывать дверь я не собиралась. Даже если это соседка за солью или Вадя с Ленкой. Никто не помешает нам и этот год встретить вдвоем…
Но в дверь трезвонили не переставая. Я уже начала злиться. Если это Вадя, я ему…
Резко распахнув дверь, я уже готова была накинуться на друзей, но слова застряли у меня в горле. В дверях стоял… Дед Мороз.
- С Новым годом, девонька! – низким грудным голосом радостно произнес он.
- И Вас, - ошарашено ответила я.
Дед Мороз, пока я отходила от шока, протиснулся в дверь и прошел в комнату.
- Э-э, э, уважаемый, вы куда это?!
- Как куда? Скоро Новый год и надо поспешить вручить тебе подарок, - Дед Мороз взял стул и поставил его посреди комнаты. – Расскажи дедушке стишок, и я дам тебе подарок.
- Чё? – я опешила от такого нахальства. – Дедушка, а вы адресом не ошиблись, случайно?
- А мы сейчас проверим, - Дед Мороз снял огромную рукавицу и достал из кармана длинного красного халата… мобильный телефон. – Так что тут у нас… Разина Светлана Викторовна, так? – он посмотрел на меня из-под очков. Я кивнула. – Улица Леваневского, дом пятнадцать, квартира пятнадцать, так? – Я снова ошарашено кивнула. – Значит, я по адресу. Ну, так как, ты была хорошей девочкой?
- Подождите, мужчина, это какая-то ошибка, я никого не заказывала и…
- А меня не нужно заказывать. Я прилетел к тебе из самой Лапландии и привез подарок. Ты же писала мне письма?
- Я? Дедушка, я уже выросла, а Вы что-то в дороге под задержались малость, - рявкнула я, обдумывая, кому бы позвонить. В полицию – не поймут, Ваде – не поверит, Ленке – скажет, так мне и надо.
- Ну, знаешь ли, внученька, у меня много писем, вот твое и затерялось где-то. Но я же прилетел.
- Это из серии лучше поздно, чем никогда?
Глаза Деда Мороза загорелись таким озорством, что я не сдержалась и улыбнулась ему в ответ.
- Ну, так где там мой подарок?
- А как же стишок? Без стишка никак! Или можешь песенку спеть или станцевать для дедушки, - Дед Мороз поправил съехавшую бороду и по-детски сложил на коленях руки в красных варежках.
- Дедушка, а стриптиз подойдет? – наивным тоном спросила я.
- Конечно, внученька, подойдет, - с теплотой произнес Дед Мороз, активно закивав головой.
- Не ну хватит, шутки шутками, но, может, вас еще где ждут, а вы тут так сильно задержались. Скоро же, - я глянула на часы, - черт, десять минут осталось. Дедушка, а не пошли бы вы…
- Тогда чего же мы ждем, внученька! – завопил Дед Мороз и полез в свой мешок. Он достал бутылку мартини, большую плитку швейцарского шоколада – моего любимого, кстати – и два апельсина.
Выложив свои подарки на стол, он снял рукавицы и быстро открыл бутылку, взял фужер с шампанским, что стоял возле фотографии Женьки, залпом выпил его и плеснул туда мартини, потом наполнил и мой бокал. Я была в таком шоке от его самоуправства, что ничего не могла ни сказать, ни сделать. А Дед Мороз уже открыл шоколадку, поломал ее на кусочки и, взяв один бокал и кусочек сладости, протянул это мне. И я молча взяла, не соображая, что делаю. Затем он поднял свой бокал.
- Что ж, спасибо этому году за то, что он закончился, - произнес Дед Мороз, чокнулся со мной и выпил. – Чего же ты ждешь, внученька? Год проводить нужно. Пей!
Я выпила и сунула в рот шоколадку.
- Умница, а теперь, - он снова наполнил бокалы, - загадывай желание и я исполню его, пока куранты будут отсчитывать новый год. Я исполню все, чего ты захочешь.
- Того, чего я хочу, дедушка, тебе не исполнить. Никому не исполнить, - грустно усмехнулась я. – Но за предложение – спасибо.
- Тогда загадай… самое сумасшедшее желание, - усмехнулся Дед Мороз.
- Сумасшедшее? – хмыкнула я. – Это какое?
- Ну не знаю. Например, встретить следующий год на Гавайях, или в Париже, или…на Марсе, хочешь?
- Хочу, - похоже мартини на голодный желудок делал свое дело. Я улыбалась.
- Тогда желай.
Куранты начали отсчитывать последние секунды уходящего года. Я смотрела на Деда Мороза, а он смотрел на меня… и я загадала желание. Одно-единственное. Хочу, чтобы мое сердце перестало болеть и научилось снова любить. Я никогда не забуду Женьку, но я снова хочу любить и улыбаться. Слезы потекли по моим щекам, пока куранты отмеряли последние мгновения.
- С новым годом, - Дед Мороз подошел ко мне и вытер слезы. – В этом году все изменится. Ты найдешь свое счастье и новую любовь. Ты снова научишься улыбаться и радоваться жизни. Его путь закончен, но твой продолжается. Живи за двоих, и это значит, ты должна быть счастлива за двоих, понимаешь? – я кивнула. – И любить должна за двоих… Согласна? – я снова кивнула. – Тогда… с Новым годом, с новым счастьем!..
Я выпила и не заметила, как мой бокал снова наполнился.
- А теперь стишок для дедушки, - слега заплетающимся языком произнес Дед Мороз.
- Дедушка, вам не жарко? – что-то и мой язык слегка заплетался.
- Немного, внученька… Если позволишь, я бы разделся, - не дожидаясь моего ответа, Дед Мороз стал стягивать тяжелый халат, бросил его на диван, скинул туда же шапку, тряхнув черными мокрыми волосами, затем отцепил бороду и красный нос. – У нас в Лапландии немного попрохладнее будет, - вытирая пот со лба, усмехнулся мужчина.
Я смотрела на него и не узнавала. У меня еще была мысль, что это кто-то из друзей решил меня развлечь, но этого молодого мужчину я видела впервые, хотя он и напоминал мне кого-то…
- Что, внученька, так смотришь? – усмехнулся Дед Мороз.
- Да больно молоды вы, дедушка, - улыбнулась я ему в ответ.
- Это тебе кажется, - Дед Мороз снова наполнил наши бокалы.
- Ты никак, дедушка, напоить меня хочешь?
- Агам, - кивнул он, протягивая мне бокал. – Хочу. Может, тогда ты стишок расскажешь или песенку споешь.
- Не дождешься, до такого я не напьюсь.
- Спорим?
Я уселась за стол, глядя на своего гостя – первого в этом году и… последнего в прошедшем. В том, что его нанял кто-то из моих друзей – и я даже знаю, кто – я не сомневалась, потому и не выгнала сразу. А сейчас выгонять уже как-то не хотелось. Он смотрел на меня таким взглядом, каким на меня уже давно никто не смотрел. От него исходило приятное тепло и спокойствие, какая-то уверенность и сила. Чего уж там, классный парень… да только не мой. Но сейчас он принадлежал мне. Мартини медленно, но уверено делало свою работу, а мне было все равно. Я этого хотела, действительно хотела… и только сейчас поняла, как давно ждала. Давно ждала того, кто вытянет меня из моей ракушки и хорошенько встряхнет. Что ж, ну так пусть таким кем-то будет этот незнакомец.
- Оливье? – спросила я, беря тарелку.
- Не откажусь, - усмехнулся молодой человек. – С прошлого года ничего не ел. Мартини?
- Не откажусь. Хочу в первый час первого дня нового года напиться.
- Похвальное желание. Потом стишок споешь или песенку расскажешь, и я тебе подарок подарю.
- Давай, дедушка, подарок, а стих, песенка – это пережитки прошлого, - я поставила полную тарелку оливье перед парнем. Он удивлено посмотрел на нее и поднял на меня глаза, в которых была почти детская обида. – И это все?
- Все, а что?
- Внученька-внученька… Разве не знаешь, что как встретишь год, так его и проведешь.
- Значит, весь год буду пить мартини с незнакомцами и есть оливье. Прекрасно! Или не нравится?
- Ладно уж, - вздохнул мой Дед Мороз и взял полный бокал. – За тебя, внученька.
- Спасибо, - я залпом осушила бокал мартини и закашлялась.
Я не заметила, когда он зажег свечу и потушил свет в комнате. В этом маленьком дрожащем огоньке его черные глаза смотрели на меня так притягательно, что я невольно облизала губы. Он улыбался, а я пьянела от мартини и его близости…
- Потанцуем? – тихим голосом спросил он, а у меня по спине побежали мурашки. Я только и смогла, что неуверенно кивнуть.
Парень встал и быстро направился к музыкальному центру, которым я не пользовалась все эти пять лет. Этот центр купил Женька на свою первую зарплату. Его мама отдала его мне, а я не могла его включать – сама не знаю, почему. Но сейчас, когда я увидела этого парня в сумраке комнаты возле музыкального центра, мое сердце остановилось…
- Ты теперь должна жить за двоих, помнишь? – незнакомец уже стоял возле меня и протягивал руку.
Всего лишь секунду я колебалась, а потом вложила свою ладонь в его. Он крепко сжал мои пальцы, помогая подняться. Ноги не держали, и я упала на его грудь, он тут же обнял меня и замер, словно давая время свыкнуться с произошедшим. Зазвучала музыка, и мы медленно закружили по комнате. Парень был выше Женьки, плечистее, старше… в нем ощущалась сила и уверенность мужчины, который знает, что делать дальше. Я подняла голову, встречаясь с его страстным взглядом. Запустив руку в его густые волосы, я потянулась к его губам. Пусть этот мир катится ко всем чертям!
Мы целовались так, словно много лет не виделись и вот, наконец, встретились. Его горячие губы пахли мартини и шоколадом. Я закрыла глаза, отдаваясь этой сумасшедшей страсти тела. Сердце и душа, вы можете отдохнуть, сейчас я отдаюсь силе, которая со времен сотворения мира и по сей день была самой важной в нас. И пусть пока что это лишь любовь моего тела, я хочу насладиться ею сполна.
Утро или, скорее, вечер я встретила с головной болью и … одна. Мой Дед Мороз исчез. Но я и не надеялась на что-то другое. Это была моя новогодняя сказка, которая, к сожалению или, к счастью, уже закончилась. Только на душе остался неприятный осадок горечи.
Второго января все приползли на работу только к обеду и сразу же стали накрывать столы. Люди требовали продолжения банкета, и наш директор с радостью дал свое разрешение и выразил бурное желание присоединиться.
- Светка, ты чего такая пришибленная? – Вадим был опухшим, с темными кругами под глазами и немного потрепанным видом.
- Кто бы тут говорил, - буркнула я, третий раз пересчитывая пластиковые стаканчики.
- Как праздник?
- Спасибо за Деда Мороза. Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать – вроде бы всем хватит.
- Пожалуйста… А ты о чем? – Вадя должен был посчитать тарелки и вилки, но так и сидел на высоком стульчике, со стаканом минералки в руках.
- Неплохая была идея. Твоя или Ленкина?
- Ты о чем? – Вадим помотал головой. – Наверное, еще хмель не выветрился, поэтому говори попроще, лады?
- Я говорю спасибо за Деда Мороза, - повторила я, с сочувствием глядя на друга. – Ты как вообще?
- Не спрашивай, я больше не пью. Столько…
- Ну, долго вы тут возиться будете? – шустрая и веселая Ленка влетела в офисную кухню. – Что опять такое?
- Светка благодарит за какого-то Деда Мороза. Ты что-то понимаешь?
- Так, ты сколько выпил? Я же просила… - она выхватила стакан и сунула туда нос. – Минералка?
- Угу, - кивнул Вадим, довольно скалясь.
- Тогда о чем ты бредишь?
- Лен, это не вы заказали Деда Мороза? – вмешалась я.
- Кому заказали? – испугано переспросила подруга.
- Мне!
- С каких пор ты стала киллером подрабатывать? – ошарашено спросила подруга.
- Да нет же, ты не поняла, - растеряно произнесла я. – На Новый год ко мне пришел Дед Мороз, понимаешь?
- Красивый? – тут же перебила Ленка.
- Он старый и у него нос красный, - вставил Вадим.
- У тебя тоже нос красный, и что? – отдернула мужа Ленка.
- Но я же молодой, - искренне возмутился Вадя.
- Ребята, подождите, так это не вы? Может, Машка… или кто еще?
- Да нет, таких разговоров даже не было. Мы о тебе вспоминали.
- Косточки они тебе перемывали, - снова вставил Вадя.
- Вот черт, - я даже растерялась.
- А поподробнее расскажи про этого Деда Мороза. Что вы с ним делали? – подмигнула мне подруга.
- Танцевали и мартини пили, - я почувствовала, что краснею.
- И?
- Что и?
- Что дальше?
- Да ничего, - я отвернулась и стала складывать стаканчики, которые только что с таким трудом отделяла друг от друга.
- Так-так, Светка… а ну колись, что ты сделала с Дедом Морозом?
- Да ничего, я же сказала, - отмахнулась я, чувствуя, что щеки предательски пылают.
- Кажись, она с ним переспала, - выдал Вадя.
- Ну, ты, подруга, даешь У тебя ничего не пропало?
- Нет, только Дед Мороз, - я уселась на стульчик рядом с Вадей. Теперь они от меня не отстанут, пока все не расскажу.
- Слушай, хватит цедить по чайной ложке, можешь нормально рассказать? И поподробнее. Вадя, иди в зал и помоги другим, - Ленка столкнула мужа со стульчика. – У нас тут свои бабские разговоры.
- А, может, и я хочу…
- Перехочешь. Иди, иди, алкоголик.
Только дверь за Вадимом закрылась, а Ленка уже вцепилась в меня как клещ. Пришлось обо всем рассказать.
- Значит, ты проснулась, а его нет, только мешок остался.
- Угу, - кивнула я.
- А в мешке что?
- Одежда. Рубашка, галстук, пиджак.
- Дела… - Ленка потянулась за бутылкой мартини, что вместе с другими алкогольными напитками еще стояла в кухне, достала два стаканчика. – За такое нужно выпить.
- За какое такое? – огрызнулась я. – Я, наверное, спятила.
- Ты спятила, когда похоронила себя в четырех стенах. Если бы Женька был жив, он бы тебе показал, где раки зимуют. Свет, нельзя так. С его смертью твоя жизнь…
- Только не начинай. Мне Дед Мороз уже все это рассказал.
- Слушай, а какой он?
- Красивый, молодой и нос у него не красный, - улыбнулась я. – А как у вас прошло? Что-то Вадя…
- Да, Вадя, как всегда набрался еще в старом году, не дотерпел до нового. Кстати, знаешь, брат Женьки, Стас вырос классным мужиком. Наши бабы чуть не захлебнулись слюнями. Эх, жаль, он быстро ушел. Сказал, дела какие-то. Зря ты с нами не пошла.
- В следующем году пойду, - погладила я Ленку по руке. – Обещаю.
- Правда? – подруга даже подпрыгнула от удивления.
- Правда, клянусь, - я подняла руку. – Честное бухгалтерское!
- Слушай, нужно найти этого Деда Мороза и сказать… о, Стас, а ты откуда здесь, - Ленка смотрела мне за спину. Я медленно обернулась…
- Дед Мороз? – прошептала я.
- Привет, внученька, - мужчина улыбнулся и направился прямо ко мне. Он встал между моих ног, несколько слишком долгих мгновений смотрел в мои глаза, а потом нагнулся и поцеловал.
Я не слышала, как Ленка вышла из кухни и закрыла дверь. Я вообще ничего не слышала, кроме стука собственного сердца…
- Прости, мне нужно было уйти, - нехотя прервав поцелуй, прошептал Стас мне прямо в губы. – Я был на его могиле и сказал, что сделаю тебя счастливой. Ты согласна стать счастливой вместе со мной?
Я только кивнула своему Деду Морозу, так внезапно пришедшему ко мне из сказки, из новогодней сказки…
Лесная царица. Юлия Рудышина
Люди, с самых давних времен, сокрытых туманами прошедших лет, сказывают, что у Камня-Гор, как у человека, сердце бьется. Баяли, ежели задумает кто в гору пойти да на вершину забраться, то добрая душа как по избе пройдет, спокойно поднимется, а корыстная да злая не дойдет, хоть за каждый камень да корень цепляйся. То ветер лихой с ног собьет, то гроза стрелами-молниями поразит - следа не найдешь от недоброго человека.
Правда это иль нет, а в Азов-горе сердце есть. Это доподлинно люди знали.
Озеро в живописном сосновом бору на месте бывшего карьера вспыхивало яркими солнечными бликами.