Купить

Охота на невесту. Ева Никольская

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

   Я даже не думала о замужестве, но, по закону подлости, стала разменной монетой в брачном соревновании двух оборотней. Пришлось бежать, спасаясь от навязанной участи, искать союзников в самых неожиданных местах и распутывать клубок чужих интриг!

   Вот только женихи в своем соперничестве не гнушаются ничем, а сил, чтобы противостоять им, все меньше. Так, может, смириться уже и выйти замуж?

   Нет! Никто не заставит меня, потомственную ведьму с даром сирены, плясать под чужую дудку.

   

ПРОЛОГ

   — А как тебе эта? — Рыжеволосая девушка в строгом сером костюме с юбкой чуть выше колен достала из черной папки цветной снимок и положила на стол перед сидящим за ним мужчиной.

   — Модель? — не глядя на секретаршу, уточнил он.

   — Да, но…

   — Слишком известная! — перебил ее начальник и, запустив пятерню в такую же рыжую, как у девушки, шевелюру, нервно взлохматил ее. — Я же просил не публичную особу.

   — Ага, не публичную, но при этом умную, красивую, с хорошей репутацией, но без влиятельных родственников! — ничуть не испугавшись его раздражения, воскликнула секретарша. — И все это за три дня. Я тебе что, волшебница, Илья… — и сквозь зубы выплюнула: — Аристархович.

   — Не ори, а то уволю, — рыкнул он на племянницу, работавшую у него уже несколько месяцев, причем работавшую очень хорошо, но… имевшую большие проблемы с субординацией.

   — А я маме пожалуюсь, — заявила рыжая пигалица, сверкнув желтыми глазами с вертикальным зрачком. — Или лучше дедушке.

   — Тогда точно уволю, — пообещал ей дядя, тяжело вздохнув. — А вообще, Юль, давай сюда всех, времени все равно нет искать другую.

   Секретарша пожала плечами и, раскрыв папку, вынула оттуда веер фотографий с изображениями молодых женщин.

   — Выбирай, — сказала она, раскладывая их по столу.

   — Эта не подходит, эта тоже, у этой отец из бьёрнов, та просто страшненькая, эти три в модельном бизнесе, эта вроде как в политике, а эта вообще моя бывшая любовница. Юль, ты издеваешься?

   — Вечером прием, не забывай, — «мило» оскалилась Юлиана, демонстрируя начальнику две пары белых клыков.

   — Помню, — мрачно отозвался он и, взяв портрет одной из девиц, сказал: — Устрой мне с ней встречу. И так, чтобы все по высшему разряду. Буду уговаривать.

   

ГЛАВА 1. Не было печали

   Яркие лучи, скользнувшие по глазам, заставили прищуриться и улыбнуться. Погода была теплой и сухой, что в нашем дождливом краю не так уж часто случается. Утро радовало ясным солнцем, которое красовалось на лазурном небосводе в короне пушистых облаков, и среди них, как ни странно, не затесалось ни одной серой тучки. Шли последние дни довольно прохладного лета, и я, несмотря на свою обычную любовь к дождю, наслаждалась, как ребенок, теплом.

   Приятно, светло, хорошо, а главное, перспективно для торговли! Ведь в чудесный день настроение у людей тоже чудесное. А значит, в чародейскую лавку госпожи Вельской посетители зайдут не только за тем, чтобы отряхнуть мокрый зонт и прикупить очередной настой от простуды, но и чтобы унести с собой немного волшебства.

   Я всегда внимательно следила за разнообразием в ассортименте своего маленького магазина, расположенного на первом этаже доходного дома, в котором арендовала не только торговую площадь, но и небольшую двухкомнатную квартиру над ней. Товары заказывала у разных производителей, чаще в виде полуфабрикатов, и потом доводила до ума простые на вид предметы, просиживая ночи за рабочим столом в своей спальне, частично оборудованной под мастерскую.

   Зелье же варила на кухне, отчего порой случались неприятные стычки с соседями из-за чересчур едких запахов. Однако конечный продукт требовал жертв. Даже если этими жертвами становились обитатели других квартир. Вредные, кстати, обитатели. Так что… поделом!

   Владелец старого семиэтажного здания в центре города сдавал жилье и лавку еще моей бабушке, к которой, по ее словам, питал особые чувства. Затем все это перешло по наследству к маме, и вот теперь я — Анна Валентайновна Вельская — содержала магазинчик под красивой вывеской с черной кошкой да исправно платила аренду и налоги, строго соблюдая законы торговой гильдии. Местоположение нашей лавки знали три поколения горожан, поэтому клиенты заглядывали всегда, что очень радовало в век здоровой конкуренции.

   Продолжать семейное дело для меня было приятно и несложно, потому что с детских лет я вертелась среди волшебных безделушек, загадочных флаконов и вечно цветущих цветов. Помогала расставлять товар в витрине, поливала растения специальными эликсирами и мастерила свои первые в жизни амулеты. Давно это было, да, но до чего же яркие и теплые воспоминания! Как те летние лучи, что проникали сквозь незашторенные окна в небольшой уютный зал, полный чарующих ароматов и пестрых красок.

   Весь товар у меня был расставлен строго по полочкам, и я никогда не путалась, если требовалось что-то быстро найти. Скрупулезность и внимательность достались мне от бабушки, она тоже была дотошной, и именно при ней чародейская лавка нашей семьи обрела свою популярность и имя, которое до сих пор оставалось у многих на слуху. Репутацию ведьмы Вельские создавали себе годами, и теперь она работала на меня.

   В резном деревянном ящичке на прилавке, как обычно, лежали открытки с символами, к которым я привязала заклинания тепла, уюта, умиротворения и прочих столь необходимых в каждом доме вещей. Вся магия была строго первого уровня, допустимого законом для общего пользования. Такие разноцветные картонки не навязывали людям эмоции, а лишь делали легкое внушение, настраивая на нужный лад.

   Похожими свойствами обладали и приворотные зелья с кратковременным сроком действия. И разнообразные ароматы духов, добавляющие покупательницам особое очарование на время, пока запах не выветрится. Была еще краска для волос, меняющая цвет ровно на сутки и совершенно не портящая волосы, капли для глаз с тем же эффектом, и многое-многое другое. Но только защитные амулеты и лечебные настои я делала третьего уровня силы, потому что на их изготовление и продажу у меня была лицензия дипломированного артефактора-зельевара.

   Мелодично звякнул колокольчик на входе, и, толкнув стеклянную дверь, в лавку вошла Катрина. Как всегда растрепанная и румяная, словно бежала сюда бегом. Впрочем, так оно, наверное, и было, потому что, судя по настенным часам, молоденькая продавщица снова опоздала к открытию. Это повторялось постоянно, и я привычно вставала за прилавок в семь утра, начиная рабочий день без нее.

   Потом, дождавшись, когда девушка переоденется в форменное черное платье с белоснежным воротником из тонкого кружева, я поднималась по спрятанной за дверью лестнице к себе, где и проводила большую часть дня, отсыпаясь после ударной ночи или разбираясь с учетными книгами на электронных носителях, а порой и мастеря новые амулеты под заказ.

   На самом деле именно они в перспективе должны были приносить мне наибольший доход, но отказаться от семейного дела я не могла. Во-первых, мне нравилась наша уютная лавка, а во-вторых, я дала слово бабушке, вскоре после того встретившейся с создателем, что не брошу ее магазин. И поэтому обещание превратилось в некое подобие клятвы, которая побуждала меня развивать маленький семейный бизнес, поддерживая репутацию потомственной ведьмы. Дела шли неплохо, так что меня все устраивало.

   Я даже волосы красила каждый вечер той самой краской, которую продавала. И носила, как и Катрина, строгое черное платье в пол с ажурным белым воротничком. И все это для того, чтобы соответствовать образу истинной ведьмы Вельской — бледнолицей брюнетки с зелеными глазами. Хотя наличие зелени в моих серых радужках тоже было под большим вопросом, но волшебные капли легко решали эту проблему.

   Так выглядела моя бабушка, такой была и мама. Такой они обе с детских лет делали и меня, несмотря на гены прабабки, проявившиеся в моей внешности. Со временем я привыкла и, решив, что образ потомственной колдуньи из рода Вельских мне нравится больше того, что подарила мать-природа, сама уже следила за собственной цветовой гаммой. Вернувшись из магической академии в родной город, я приняла бразды правления чародейской лавкой и уже год как откликалась на обращение «госпожа ведьма» или «госпожа хозяйка».

   — Прости, я так торопилась, но уронила сумочку и… — выйдя со склада, куда бегала переодеваться, начала тараторить моя юная продавщица, но я остановила ее жестом и, кивнув на прилавок, предложила заняться делом. — Ты сегодня мастеришь что-то или спишь? — сменила тему помощница.

   Ей было всего семнадцать, и она только готовилась поступать в торговый колледж, поэтому и устроилась ко мне на работу, желая на практике понять сферу, в которой мечтала сделать карьеру.

   — Не-е-ет, — протянула я, улыбаясь солнцу за окном. — Сегодня я веду Яшку в парк. Давно обещала, но постоянно откладывала из-за дождливой погоды.

   — А Ян уже встал? — удивилась Катрина, прекрасно знавшая, какой он у меня полуночник.

   Когда малыш повзрослеет, будет носить гордое имя северного ветра, которое дал ему кристалл судеб, определяя стихию. Именно из-за этих кристаллов, называемых также оракулами, в мире, поклоняющемся небесному отцу и лунной матери, было такое удивительное разнообразие имен и фамилий: ведь в прошлом ребенку при крещении давалось и первое, и второе. Со временем жрецы свели божественное вмешательство в судьбы людей к минимуму, и дети в процессе магического обряда стали получать только имя (зачастую добавочное к мирскому), ну и если они были магами — название стихии, дающей силу. Моего малыша оракул нарек Северьяном. Но для меня он всегда будет Яном, Яшкой и просто милым.

   — Спит пока. — Я улыбнулась шире, предвкушая взрыв детской радости, которая ожидает меня, когда ребенок узнает о наших планах на день.

   Сына я обожала, хоть и не питала особой симпатии к его отцу. Мы встретились на первом курсе академии. Бурный студенческий роман закончился беременностью, узнав о которой любовник быстро охладел ко мне, сказав, что мы слишком молоды и нам надо думать о карьере, а не о пеленках и подгузниках. В принципе я была согласна, что ему об этом думать не надо. А потому огненного мага я отпустила с миром, взяв с него письменный отказ от родительских прав, заверенный нотариально. Парень был счастлив, я тоже осталась довольна.

   Яна мы растили на пару с соседкой по комнате, иногда сдавая его на неделю-две под присмотр моей мамы. Поэтому в жизни мальчика понятия «папа» просто не существовало. Он был только мой и Риткин, а мы с подругой принадлежали только ему. Так и жили все те годы, пока грызли гранит науки в столичной академии магии. Потом же мне пришлось вернуться с сыном в родной город и заняться семейным бизнесом, а бывшая соседка отправилась на обязательную практику, отрабатывать свое бесплатное обучение.

   Жаль, что из-за обилия дел приходилось проводить с сыном меньше времени, чем хотелось бы. Днем я отводила его в частный детский сад на соседней улице, а вечером он сидел со мной за столом и тоже что-то мастерил, как когда-то делала маленькая я. Даже иногда засыпал, опустив белокурую голову на сложенные локти, и тогда я переносила его в кровать, стараясь не разбудить.

   Мой не по годам умный и рассудительный мальчик… талантливый, добрый, верный! После несчастного случая, унесшего жизнь моей мамы, сын остался мне единственным родным человеком и изо всех сил старался вести себя как настоящий глава семьи. Защищал меня, оберегал, даже пытался иногда заканчивать мою работу, если я засыпала раньше времени. И это в пять с половиной лет! Правда, потом приходилось все переделывать заново, осторожно рассказывая малышу о его ошибках. Меня такая забота трогала, и ругать сына за желание помочь язык не поворачивался.

   Дверной колокольчик снова звякнул, впуская в зал седовласую Марису, которая работала почтальоном в нашем районе.

   — Привет, девочки! — бодро поздоровалась женщина, открывая свою большую сумку.

   — Ты по делу или купить что желаешь? — тут же откликнулась Катрина, словно невзначай перетасовывая карточки с магическими символами. Талант продавца я почувствовала в ней при первом же знакомстве. Ни один гость, заглянувший к нам, не уходил без покупки. И не важно, был то дорогой амулет или дешевое заклинание на цветной картонке.

   — По делу, — буркнула Мариса, выуживая из недр своей вместительной ноши желтоватый конверт с магической печатью, снять которую мог только адресат. — Хотя вот ту синенькую открытку покажи-ка, — заинтересовалась она. У этой женщины было четверо детей, отличавшихся буйным темпераментом, и эмоция умиротворения, которую навевала усиленная магией картинка, обычно помогала ей утихомирить сорванцов перед сном.

   Пока Мариса разговаривала с Картиной, я вскрыла конверт и развернула письмо, напечатанное на официальном бланке. Но чем дальше его читала, тем быстрее таяла улыбка на моих губах.

   — Ань? Все хорошо? — заметив странную реакцию хозяйки, спросила Катрина.

   — Д-да… — ответила с запинкой. К чему нервировать продавщицу, у которой впереди чудесный день с чудесными посетителями, в то время как для меня, похоже, чудеса закончились. — Я сейчас прогуляюсь немного, а ты присмотри за Яном, если проснется.

   Катрина кивнула и снова переключилась на Марису, которая перебирала в руках волшебные открытки. Я же, не надевая кофты, вышла из магазина, едва не столкнувшись в дверях с посетительницей, которая зачастила к нам в последний месяц. Высокая, темноволосая и темноглазая женщина, предпочитавшая черные одежды и забавные шляпки с вуалью из тонкой сеточки. В чародейской лавке она покупала краску для волос и бровей, а также капли, меняющие цвет глаз, что наводило на мысль: а действительно ли эта госпожа брюнетка? Впрочем, не мне в чужом глазу соринку искать, когда в своем бревно плавает.

   — Доброго утра, госпожа ведьма! — поприветствовала брюнетка, и я рассеянно кивнула. — Погода сегодня просто восхитительна, — добавила эта вежливая женщина, а мне от ее слов, сказанных таким проникновенным голосом, захотелось взвыть. Чудесный теплый день и замечательное настроение были уничтожены, и именно сейчас я это ощутила особенно остро.

   Выдавив ответную улыбку, дабы не срывать злость на ни в чем не повинной женщине, я вылетела на улицу. На крыльце раздраженно прищурилась, прикрывшись рукой от солнца, которое больше не радовало. Пройдя мимо закрытых соседских лавочек, расположенных на первом этаже нашего дома, заметила странное оживление в обувном магазинчике, где продавались только эксклюзивные модели ручной работы. Сейчас же одетые в форменные комбинезоны мужчины таскали оттуда коробки и мебель, выполняя распоряжения пышногрудой хозяйки, Антонии, стоявшей на крыльце. Поздоровавшись с ней, я спросила, в чем дело. Женщина же, кивнув на зажатое в моей руке письмо, с кривой усмешкой ответила:

   — В этом.

   — Тоже пересчет арендной платы в связи со сменой владельца дома?

   — Ага.

   — А может, получится с ним договориться, если собраться всем владельцам лавок и сообща пойти на встречу? — предложила я, на что женщина, отмахнувшись, только рассмеялась.

   — Ты не понимаешь! — сказала она, устало потирая лицо. — Ему просто нужны эти площади. И он своего добьется — выселит нас всех не мытьем, так катанием. Ищи новое торговое место, Анюта. Поверь, уж я-то знаю, о чем говорю.

   — А я все-таки попробую! — заявила упрямо. — В конце концов, взвинчивать в десять раз аренду незаконно.

   — Ты хоть в курсе, кто наш новый хозяин, к которому собираешься явиться с претензиями? — сочувственно глядя на меня, спросила Антония.

   — Тиран и деспот? — невесело пошутила я.

   — Почти. Глава клана рыжих котов.

   — Матерь лунная... Бьёрн! — выдохнула я, прикрыв ладонью рот.

   — Вот и я о том, — многозначительно протянула Антония и тут же гаркнула, повернувшись к рабочему, едва не уронившему коробку: — Ты что творишь, душегуб?! Это ж единственные в своем роде сапожки с хрустальными вставками! Разобьешь — заставлю всю стоимость выплатить.

   Мужик мрачно глянул на горластую тетку, засопел и покрепче перехватил дорогую во всех смыслах ношу. Вредить хозяйке обувной лавки он не хотел, хотя и теплых чувств к ней тоже не испытывал. На самом деле Антония была другой: жизнерадостной, улыбчивой, веселой. Но проблемы, неожиданно свалившиеся на нас — арендаторов торговых мест в этом доходном доме, испортили ее настроение так же, как и мое. Вот только в отличие от меня, она, судя по активным сборам, получила извещение еще вчера.

   — Иди к себе, Ань, — проговорила Антония, вновь переключившись на меня. — Поищи в мирлинге объявления, подбери себе место по вкусу и готовься к переезду. Не стоит время тянуть. Остальные, — она кивком указала на закрытые двери других лавок, — уже вовсю заняты поиском. Странно, что ты только сейчас всполошилась…

   — Мне пять минут назад принесли письмо, — сказала я, неприязненно взглянув на бледно-желтый конверт.

   — А! — понимающе покачала головой подруга по несчастью. — Тогда все ясно. Нам-то еще вчера уведомления доставили. А твое, наверное, на почте завалялось.

   Я пожала плечами, не соглашаясь и не опровергая ее версию. Да и какая, по сути, разница? Бежать, как эти «крысы» с «тонущего корабля», у меня не было никакого желания. Если уж покидать борт, так с музыкой! Ну, или со скандалом. Бьёрн он там или не бьёрн… в законе торговой гильдии четко прописано, что о повышении арендной платы следует предупреждать минимум за три месяца, но никак не за три дня.

   — Не знаешь, где можно найти нового владельца дома? — спросила я, слабо надеясь на то, что ответ меня порадует. Глава рыжего клана был личностью неуловимой и места своего пребывания тщательно скрывал, не желая наплыва папарацци.

   — Да тут он, в апартаментах бывшего хозяина на седьмом этаже. Вон «карета» стоит. — Проследив направление ее взгляда, я увидела длинный белый скат, припаркованный у обочины. Да уж, на таких летала только городская элита. И как я не заметила эту покачивающуюся на потоках воздуха красоту, выйдя во двор? Видимо, просто не смотрела, погруженная в размышления. — Приехал с какой-то девкой осматривать приобретенную собственность, — продолжала разглагольствовать Антония. — Говорят, наш старый обалдуй здание ему в карты проиграл. Там же за покерным столом дарственную и оформили. Ну а на следующий день бьёрн занялся выселением неугодных. Вроде как клуб на первом этаже для богатеев делать будет. Или и вовсе дом желаний, ты же знаешь, какие они развратные… эти животные, — зло выплюнула женщина и тут же воровато оглянулась на стеклянные двери парадного входа, будто боялась, что по закону подлости бьёрн именно сейчас выйдет на мраморное крыльцо и услышит ее пылкую речь.

   Но, к моему большому сожалению, «кот» не вышел. Что ж, значит, придется идти к нему самой. Вздохнув, я пожелала бывшей соседке легкого переезда и отправилась искать зарвавшееся «животное» в принадлежащее ему отныне здании. Была ли я зла? Очень! Надеялась ли на удачное решение вопроса? Отнюдь. Но и не высказать модифицированному господину, что он не прав, просто не могла. Три поколения ведьм Вельских, прикормленное место, любимая с детства вывеска… и все это должно было пойти под хвост одному рыжему коту! Да будь он трижды неладен — новый владелец нашего доходного дома. И не важно, что центральная часть города находится под покровительством его клана, разве ж это повод так нагло нарушать закон?

   Заходя в просторный холл, привычно кивнула консьержке. Пусть не часто, но и этим путем я домой приходила тоже, так что она меня знала хорошо, хотя и недолюбливала из-за инцидентов с соседями. Лифтом пользоваться мне раньше как-то не доводилось, так как на второй этаж проще было подниматься по лестнице. Сейчас же я стояла напротив железной решетки и, слушая шелест тросов и позвякивание металла, терпеливо ждала, когда спустится громоздкий ящик с зеркальными стенами, чтобы доехать на нем до верхнего этажа.

   Вообще-то замкнутые пространства меня подавляли, но штурмовать лестничные пролеты пусть на невысоких, но все же каблуках я была морально не готова. Да и не очень-то хотелось разминуться с желтоглазым «кошаком», если он вдруг надумает покинуть здание. В то, что бьёрн спустится пешком, почему-то не верилось. Хотя назвать модифицированных созданий лентяями было, конечно, нельзя. Особенно зная их тягу к регулярным поединкам на специально оборудованных в городе аренах. Представители звериных кланов решали свои разногласия либо там, используя метод силы, либо за столом переговоров со свитами юристов за спиной.

   Подъехавший лифт тихо звякнул сигнальным колокольчиком, сообщая о своем прибытии. В принципе, этого не требовалось, так как не рассмотреть прибывшую громадину через решетку было сложно. Открыв дверь, я вошла в просторное помещение с высоким потолком и, нажав нужную кнопку, поехала вверх.

   Глядя на свое отражение в зеркале, я по-прежнему думала о бьёрнах. В отличие от представителей других человекоподобных рас, обитающих в нашем мире, желтоглазые появились исключительно благодаря людям и… из людей. Около двухсот лет назад группа Ульерн, в которую вошли сильные маги и лучшие ученые того времени, создала вакцину от необычного вируса, убивавшего разумных существ каким-то чудовищным способом, о котором и по сей день известно больше баек, чем истины. И в процессе борьбы со злом бывшие больные превратились в новую расу зверолюдов, названных в честь передвигающихся исключительно на задних лапах караверских медведей бьёрнами.

   Модифицированные не были оборотнями в том варианте, что описан в энциклопедии древних рас. Но вторую ипостась… хотя правильней сказать — «звериное тело», которое, словно кокон, окутывало человеческое, излеченные от смертельной заразы люди получили. И таких счастливчиков было довольно много. Как показала практика, эта их новая особенность наследовалась по отцовской линии. Так и появились кланы желтоглазых. Отличительной чертой всех их представителей были две пары острых клыков и золотистые радужки с вертикальными зрачками. Эти признаки оставались неизменными во всех обликах. В нашем городе насчитывалось три клана: рыжие коты, белые волки и черные ящерицы. Гримшер, как пирог, был поделен на их зоны влияния. Остальным они, в общем-то, жить не мешали, даже помогали, если брали кого-то под свое крыло. Но переходить дорогу модифицированным было опасно.

   Колокольчик снова звякнул. Ну все — приехала! Я нервно поправила строгую прическу из черных как смоль волос, криво улыбнулась своему зеленоглазому отражению и, шумно вздохнув, вышла из лифта. Но чем ближе подходила к дверям роскошных апартаментов, тем менее уверенной себя чувствовала.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

199,00 руб Купить