Его все зовут Демоном. И не зря. Он один из сильнейших и опаснейших существ среди оборотней. Злой усмешкой судьбы он захотел себе в пару именно меня. Ту, кто ещё несколько часов назад собиралась выйти замуж за другого, а теперь стоит перед ним на коленях...
От автора: История Демона и Селены
Селена
Говорят, все счастливые невесты похожи друг на друга, но каждая несчастливая — несчастна по-своему. Не знаю, зачем и почему я размышляла об этом с самого утра, пока разглядывала отражения в старинном напольном зеркале, а вокруг меня то и дело носились все кому не лень, за исключением разве что жениха. Приготовления к грядущей церемонии завершались. До момента, как я выйду замуж, оставались считанные минуты. Гости тоже давно собрались. Сквозь распахнутые настежь двери балкона ветер достаточно отчётливо доносил их голоса и смех на фоне живой музыки, как и витающие в саду запахи цветов, угощений, а также алкоголя. Вся вилла Оливейра пропитались ими. Даже моё свадебное платье.
Ещё бы…
После двенадцати-то выпитых мной бокалов шампанского.
— Лунная, ты до сих пор здесь? — разнеслось за спиной в какой-то момент моих мысленных терзаний. — Застряла что ли?
Вошедшая в спальню подружка невесты одарила меня проницательным взором и нахмурилась, остановившись в паре шагов, у прикроватной тумбы. Немного погодя и вовсе всех из комнаты выгнала, только потом вновь сосредоточилась на мне.
— Скоро спущусь. Подвязку не успела надеть, — вынужденно отозвалась я.
Мы с Викторией слишком давно знакомы, чтобы она съела моё враньё, поэтому этого оказалось недостаточно.
— Что-то случилось? — поинтересовалась она настороженно.
Мой взгляд сам собой уцепился за тумбу около неё. Ещё по приезду сюда, я оставила на ней одно напоминание из прошлого, в виде шкатулки, которая до некоторых пор была надёжно запечатана.
И это самоё моё прошлое именно сегодня не давало покоя…
— Нет. Всё в порядке, — почти не соврала я.
— Что-то не похоже, — подозрительно прищурилась Вика, подходя ближе, разворачивая меня к себе. — А ну-ка, давай-ка посмотрим, что тут у нас, — обошла меня со всех сторон, смерив показательно оценивающим взглядом. — Платье шикарное, на зависть любой, фата не отвалилась и на месте, причёска тоже в порядке, выглядишь как богиня, — принялась перечислять, не менее показательно загибая поочерёдно пальцы на левой руке. — Жених, поверь мне на слово, тоже не так уж плох, всё-таки быть наследником целого клана — достоинство неоспоримое, — подмигнула лукаво. — Возможно, даже не опоздает. Звонил пять минут назад, сказал, уже выехал из аэропорта, мчится к тебе со всех ног и обещает замолить все свои грехи перед тобой в самом ближайшем времени. Сказал бы тебе напрямую, но ты оставила телефон в гостиной, — хмыкнула, помаячив воздухе тем самым принесённым гаджетом. — Что ещё от жизни надо? — задала риторический вопрос и улыбнулась.
Рафаэль Оливейра — младший племянник главы клана огненных волков, обладатель того самого всеми почитаемого альфа-гена, он же, мой будущий супруг, и тот, кто в будущем займёт место своего дяди, — управлял огромной нефтедобывающей компанией, очень много времени проводил в разъездах, связанных с этой деятельностью, и последние предсвадебные дни не стали исключением.
— Да уж, — согласилась я с ней на свой лад, забирая свой телефон. — Ты возвращайся к гостям, пока они там весь сад не разнесли, я скоро тоже спущусь. Сама, — заверила, спроваживая её из комнаты.
Та неохотно, но всё же подчинилась.
— Смотри у меня, если вдруг надумаешь сбежать, учти: счёт, выставленный тем дорогущим рестораном, который поставил нам еду и официантов, оплачивать всё равно придётся, — шутливо пригрозила пальцем, будучи в дверях.
— Ну, если придётся, тогда свадьбе по-любому быть, — усмехнулась я, прежде чем закрыть за ней дверь.
Спальня, наконец, полностью опустела. Правда, вместо того, чтобы всё-таки надеть подвязку, которая сиротливо покоилась на краю постели, я остановилась и замерла около шкатулки.
Пальцы дрогнули, но всё же открыла…
Среди стен разлилась незатейливая мелодия. Из-под крышки показался распускающийся бутон розы, окрашенный в нежный персиковый цвет. Внутри него — миниатюрная девочка в длинном белом платье, с белыми крыльями за спиной и серебристым лунным серпом в тёмных волосах. Подняв руки над головой, она закружилась на самых носочках вокруг своей оси, а её танец слишком уж был похож на настоящий, отчего сердце знакомо-болезненно сжалось, пока я наблюдала за этим дивным творением мастерской работы.
Сколько времени так простояла…
Пока музыка в саду не стала звучать громче, как явный сигнал к скорому началу церемонии.
— Что ж… — обронила вслух несвязной мыслью, в последний момент вспомнив про подвязку, которую неоднократно собиралась надеть.
Ещё раз обернувшись к зеркалу, удостоверившись в том, что выгляжу в самом деле подобающе, я заставила себя улыбнуться максимально искренне и радостно, после чего направилась прочь из спальни, сперва в сторону оранжереи, где для меня был оставлен букет, который я должна была забрать, прежде чем пойти в сторону сада по специально выделенной лентами и цветами дорожке.
Не дошла…
Зазвонил телефон.
Хорошо, я его опять не забыла!
Остановилась и невольно улыбнулась, увидев имя наследника клана огненных волков, только потом приняла вызов.
— Если ты собираешься сказать, что до сих пор не приехал, застрял где-то в пробке, или тебя таможня не пропустила, учти, я и так не в духе, так что… — предупредила сходу.
Не договорила. Рафаэль не оставил возможности.
— У меня есть ещё три минуты, до того, как ты пойдёшь к алтарю, клянусь Лунной, буду ждать тебя на том конце через полторы, — перебил, с самым искренними заверениями.
Мысленно усмехнулась, различив идущую фоном немалую скорость его автомобиля. И почти смягчилась.
— Что-то ты долго в этот раз… — проворчала тихо.
Послышался виноватый вздох.
— Не заладилось кое-что, — оправдался собеседник. — Вот и задержался. Зато в другой раз эти грёбанные мексикашки сто раз подумают, прежде чем такую ахинею мне подсовывать…
Он говорил дальше, но я уже не слушала. Среди обилия витающих вокруг ароматов, сдобренных потом, алкоголем, цветами и парфюмерией, уловила запах… крови. Слишком отчётливо, чтобы можно было подумать, будто это не особо значимо. Уж больно много её было. Только не успела понять — где именно.
— Раф… — выдохнула едва слышно.
Развернулась, чтобы незамедлительно вернуться к себе в спальню, уже потом разбираться, что к чему, однако путь преградило двое рослых мужчин. Оборотней, если быть точнее. Незнакомых. С учётом нашего местоположения, это напрягло вдвойне.
Судя по предвкушающе-хищному оскалу на их лицах, они тут не просто так передо мной появились. Тем более, что одеты не по погоде, да и не по поводу происходящего празднества. Наглухо застёгнутые куртки, плотные широкие штаны с множеством карманов, головы прикрыты вязаными шапками — им бы ещё автоматы на изготовку и точно бандюки местные.
Чёрт!
Кажется, я влипла в какие-то неприятности.
— Bom dia, señorita, — поприветствовал один из них с кривой ухмылкой, без особых расшаркиваний отбирая телефон из моей руки.
— И вам… того же, — пролепетала в ответ на португальском.
Ну, а что ещё им сказать?
Тем более, что помимо этих двоих, по ощущениям, за моей спиной, как из под земли, возникло ещё двое. Непонятно откуда появившихся. К тому же, мой телефон жалобно хрустнул под подошвой того, кто его отобрал, безвозвратно покинув этот мир. Да и возможности говорить что-либо никакой не осталось. Мне банально заткнули рот ладонью, а затем и вовсе потащили в неизвестном направлении. Как назло, ни одной живой души навстречу не попалось, в то время, как запах чужой крови становился лишь отчётливее и отчётливее. Вся охрана у задних ворот оказалась мертва. Там же дежурил старый невзрачный фургон, который, едва я и мои похитители оказались внутри, тут же сорвался с места, сворачивая с одного переулка в другой, теряясь среди улочек Рио-Де-Жанейро.
Похищали меня, если уж на то пошло, не в первый раз, всё-таки быть дочерью вожака клана серых волков — обстоятельство располагающее и не к такому, но тут… обычно невесту после свадьбы похищают, никак не до самой свадьбы! Совсем охамели, в общем.
Внутри, помимо тех четверых, которые устроили моё похищение, обнаружился ещё один… как бы обозвать помягче… Индивид.
На этом бразильце, в отличие от тех бугаев, был дизайнерский костюмчик. И сам мужчина средних лет выглядел не настолько угрожающе. Разве что шрам от ножевого ранения, пересекающий его лицо от подбородка до левой брови, выглядел не столь презентабельно.
— Мы не причиним вам вреда, если вы не будете оказывать сопротивления. Не хотелось бы без особой необходимости оставлять много синяков на такой чудной коже, — сообщил он и потянулся пальцами к моему обнажённому плечу.
Невольно содрогнулась, но внешне не стала показывать своей неприязни, даже когда всё-таки коснулся.
Главное, сейчас не скатиться в истерику.
— И я рада с вами познакомиться, — проворчала, усаживаясь на полу “удобнее”.
Все сиденья были заняты моими похитителями.
— Ваша охрана мертва, сеньорита, а мы успели поймать неплохую фору до прибытия вашего жениха, так что ждать помощи бессмысленно, — продолжил он, снова тронув моё плечо. — Если будете с нами сотрудничать, то в скором времени мы вас отпустим.
Какие они… вежливые.
— Если просветите меня что тут происходит, может, и буду, — отзеркалила ему в той же тональности показной снисходительности.
Незнакомец понимающе усмехнулся.
— Видишь ли, сеньорита, твой жених — Рафаэль, — быстренько опустился до фамильярности. — Он — такое вредное создание. Никак не хочет мне уступить кое в чём. Так что у меня не осталось выбора. Ты будешь моей гостьей, пока он не передумает, — придвинулся ближе, в который раз лапая моё плечо.
— А-а-а… Понятно, — отозвалась, отодвинувшись. — Похищение с целью выкупа… — подвела нехитрый итог. — А что, другой день выбрать для этой цели не смогли? И вы же в курсе, что Раф вам всем глотки перегрызёт за это? — поинтересовалась в довершение.
В буквальном смысле перегрызёт…
Даже не сомневаюсь.
— Ты переоцениваешь силы и возможности своего жениха, сеньорита, — отозвался бразилец, злорадно ухмыльнувшись. — Ну а то, что именно сегодня — вряд ли в любой другой день представилась бы настолько лёгкая возможность, — развёл руками. — Прошу прощения, не хотел портить тебе праздник. Твой жених сам нарвался, — своеобразно извинился в довершение.
Менее досадно от его тщедушных извинений, конечно же, не становилось. Радовало лишь то, что в ближайшие полчаса, которые фургон колесил по улочкам Рио, он ко мне больше не притрагивался. А отвечать на его слова я не стала. Если ему так хочется - пусть заблуждается. Жалко, что ли? Мне главное - всего лишь пережить эти неприятные моменты, чтобы потом воочию убедиться в своей правоте.
О том я и думала, пока со скучающим видом разглядывала мелькающий за окнами городской пейзаж. Тот постепенно с респектабельных видов бизнес-центров, ресторанов, новостроек и высоток сменился на иной район — один из отдалённых фавелов с убогими подобиями жилищ и цветником преступности. Место напоминало своеобразное отдельное государство внутри городского округа. Насколько мне известно, сюда даже полицейские, и те не совали свой нос.
Жуткое место!
Едва фургон остановился, самый главный среди них пересел в свой джип и уехал, оставив меня на попечение своих сообщников.
— Это, чтобы уж наверняка ты была примерной девочкой и дальше, — оскалился один из похитителей, демонстрируя тонкий шприц с какой-то мутноватой жидкостью.
Мы оказались во дворе обветшалого здания, слепленного частично из камня, частично из сколоченных досок. В окнах не было стёкол, поэтому удалось с лёгкостью разглядеть целый конвейер с фасовщиками в масках, занятых белым порошком.
Наркота.
Как и в том шприце.
И бежать некуда…
— Слушай, Гектор сказал не трогать её, — поморщился ещё один из тех, кто был рядом со мной.
— Так мы и не будем, — парировал первый. — Вколем и уложим. Пусть отдыхает.
Не нужен мне такой “отдых”!
— Не надо, — попятилась невольно, обернувшись к тому, который сомневался. — Я и так вам никаких проблем не доставлю. Обещаю, — постаралась смотреть в его глаза, а не на шприц, от одного вида которого сердце отказывалось биться ровно.
— Да и Гектор будет теперь только завтра утром, — дополнил весомо оборотень “с дозой” для меня, обращаясь совсем не ко мне. — Чего, ты её всю ночь караулить собираешься, что ли?
Жалкая надежда на то, что я смогу избежать незавидной участи, растаяла в одно мгновение. Второй оборотень высказывание оценил. В один шаг поравнялся со мной и схватил за руку.
— Я подержу, а ты коли, — обратился к своему “дружку”.
— Н-не надо, — повторила в мольбе.
Честно говоря, как бы ни старалась оставаться спокойной и не поддаваться панике, с каждой секундой выдержка позорно покидала мою персону.
— Не надо! — выкрикнула снова.
Вот только меня никто не слушал. И хватка оборотня стала только крепче. Теперь он удерживал меня не только за руку, но и вторую скрутил за спиной, прижав к себе, тем самым не оставив ни шанса вырваться.
— Н-не надо… — обронила я еле слышно.
Но игла уже впилась под кожу, а по вене потекла ядовитая жидкостью, постепенно дезориентируя, отнимая возможность ясно мыслить. Разум словно туманной пеленой накрыло. И... всё внезапно стало таким незначительным. Ноги подкосились, а в груди разлилось непонятное тепло. Так “хорошо” мне точно никогда не было. Даже грязный матрас, валяющийся на сыром земляном полу, показался не таким уж и отвратительным, когда меня там оставили. Самостоятельно идти не получалось, поэтому я даже поблагодарила доставившего меня туда. То ли вслух, то ли мысленно. И сама не поняла. Просто закрыла глаза, наслаждаясь опутывающей сознание эйфорией…
Демон
Ночь в Рио-де-Жанейро вошла в свои права, когда я тенью скользнул в приоткрытую дверь заброшенного завода, где занимались хранением героина и его последующей переправкой. Пятёрка дежуривших на входе вооружённых оборотней помехой не стала. Как и не составило труда найти ту, за кем пришёл в это унылое место.
Бурая волчица, приёмная дочь альфы клана серых волков лежала на полу, на тонком матрасе, в дальнем углу. Белоснежное одеяние задралось по пояс, открывая вид на ажурные трусы-шортики. Лицо было скрыто тёмными локонами, но даже так я прекрасно знал, что это она. В конце концов, сложно не признать ту, что являлась катализатором и успокоительным в одном лице для моего кровавого безумия. Да и запах витающего в воздухе героина едва ли мог в полной мере перебить сладкий аромат персиков, присущий лапуле. Достаточно поглубже вдохнуть, чтоб он осел в лёгких несмываемой плёнкой, вновь приговорив мою выдержку на долгий сон. Слишком искушающе она пахла. Слишком одуряюще невинно выглядела в своём свадебном наряде. Даже в такой убогой обстановке.
Как самая настоящая Спящая красавица.
Вот только я ни разу не прекрасный принц.
И даже не та самая колдунья, что заперла принцессу в замке, вырастив вокруг него непроходимые колючки.
Я кровожадный убийца, маньяк и психопат в одном лице, а ещё однозначно извращенец и идиот. Потому что вместо того, чтобы схватить свою добычу и уйти, я завис на разглядывании бархатистой кожи.
Как же давно я к ней не прикасался…
Целую вечность.
Рука против воли легла на женскую ножку и поползла вверх, где ажурное бельё нисколько не скрывало аппетитные формы. Перевернуть бы её, поставить на колени, стащить с себя штаны, а с неё трусики, и…
Не о том надо думать!
Не о том!
Но пальцы отдельно от разума подхватили тонкую резинку шортиков и потянули за неё вниз, оголяя упругие ягодицы, открывая доступ к сокровенному. Рвущееся из груди рычание я сдержал в последний момент. Как и руку убрал. Нет, мне-то абсолютно плевать и на место, и на состояние волчицы, но первый раз её точно не таким должен быть.
Ещё раз чертыхнувшись про себя, подхватил свою личную богиню Луну на руки и поспешил на выход. Не дошёл. Моя добыча решила именно в этот момент подать голос, рассмеявшись каким-то образом в своей голове, нарисованным мороком наркоты. И этого оказалось достаточно для привлечения внимания оставшейся в живых охраны.
Да чтоб тебя!
Пришлось уложить свою ношу прямо на пол. Хотя вряд ли её сейчас волновало, где она и что с ней.
Интересно, насколько большой дозой накачали?
Так-то не заметил я, когда следил за её похищением, чтобы шприц полным был, но видимо лапуле и этого хватило.
От размышлений отвлекло появление двух оборотней.
— Надо было больше колоть. Теперь снова возись с этой девкой, — ворчал один из них.
— Да ты и так ей для первого раза слишком много всадил! — недовольно отозвался второй, а уже потом заметил меня. — Какого?..
Не договорил. Я оказался быстрее, банально свернув ему шею. Сперва ему, затем его дружку. Они и понять ничего не успели. Осмотрелся вокруг, но остальные, похоже, бродили по улице, отслеживая все выходы.
Отлично. Лишнего внимания не привлёк.
— Ладно, лапочка, придётся тебе немного потерпеть не лучшие условия, — пробормотал, поднимая брюнетку с пола и закидывая на плечо на манер мешка. — Но тебе же не привыкать, да?
Конечно же, никакого ответа не дождался, направился искать выход на крышу.
Чем мне нравились дома в этой части города, здесь можно было легко передвигаться по верху. Что я и сделал. Охранники внизу так и не заметили моего высокого прыжка, а других я просто снова убил. Дальше пришлось, конечно, потрудиться, чтобы население здешних мест тоже ничего не увидело. Лишние сплетни ни к чему.
Оказавшись на окраине соседнего фавела, тенью добрался до своего мнимого убежища. Только там опустил ношу на лежанку в углу. Ещё немного постоял, глядя на неё сверху-вниз, а затем присел рядом с ней на корточки, расправляя платье и убирая с симпатичного личика спутавшиеся локоны.
Не в первый раз любуюсь, но взгляда по-прежнему отвести не получалось.
Настоящая зависимость.
Во всём.
А ведь с любой другой я бы даже и не задумался ни о чём подобном, просто сделал, что хотел, и отправил куски родителям экспресс-почтой, с упоением наблюдая за их страданиями при получении данной посылочки. Но как представлю свою Луну в таком виде, самому себе руки оторвать тянет.
Зачем я её вообще когда-то присвоить решил?
Запах понравился.
Идиот!
Теперь как привязанный следовал за ней из одного уголка мира в другой. О чём ей конечно же неизвестно. Хоть что-то хорошее. Не стоит ей пока знать, насколько на самом деле я от неё зависим.
Словно в ответ на мои мысли болезненно заскрёбся живущий внутри меня монстр, следом по мозгу разом сотня молоточков застучала. И с каждым пройденным мгновением, звук становился громче, будя во мне закономерную ярость и желание пойти избавиться от этого назойливого ощущения самым радикальным способом. Нет, не отрубить голову. По крайней мере, не себе.
А ведь когда-то жил себе спокойно без подобной ремонтной мастерской в голове. Счастливо даже жил. Пока мамаша моей персиковой добычи не решила вмешаться и избавить от кровавого безумия. И это хорошо, что я сбежал раньше, чем меня окончательно залечили! Но в голове теперь стабильно всё вверх дном переворачивалось. Словно кто-то брал мои мысли, складывал в стакан, перемешивал и высыпал обратно. Вдали от лапочки ещё получалось себя контролировать, а рядом с ней рано или поздно все клапаны срывало. И вместе с тем именно её присутствие успокаивало мою ярость. Хотя я честно в своё время пытался держать расстояние. Да только магнитом к ней обратно тянуло постоянно. И я вновь как верный пёс брёл по её следу, а потом издалека наблюдал, и если надо вмешивался, но опять же незаметно для всего её окружения.
Но не в этот раз.
При всём желании не смог бы остаться в стороне.
Это. Моя. Добыча.
И прикасаться к ней могу лишь я один.
Да и не сможет её несостоявшийся женишок больше это делать. Свадебка-то их не состоялась. И если бы не лишняя самостоятельность Гектора, лапочка бы уже давно вместе со мной находилась за границами Рио. Теперь же придётся задержаться. Не только из-за мести за сорванные планы, а потому что границы перекрыли сразу, как только стало известно о похищении дочери альфы клана серых волков. Хорошо, родителей лапули не было на торжестве, а то бы весь мой идеальный план окончательно под откос полетел. Но ничего, и не из таких передряг выбирался. Да и итог того стоил.
Провёл рукой по щеке причинно-следственной связи происходящего и замер, когда она вдруг пошевелилась.
— Раф… — пробормотала едва слышно и уткнулась носом в мою ладонь.
Нет, надо было всё-таки убить этого конфетного, а не вестись на мысли о том, как отреагирует моя Луна на подобное.
Девушка тем временем заворочалась и придвинулась ближе, вновь уткнувшись носом в мою ладонь, а через пару секунд и вовсе обняла обеими руками, прижавшись щекой к моей ноге.
Из груди вырвался смешок. Забавная она всё-таки. Вся такая независимая с виду сука, а на деле что тот же щенок.
Вообще стоило бы провести очистку её организма, чтобы поскорее пришла в себя, и мы могли убраться из текущего фавела в кратчайшие сроки. Понабегут же скоро со всех сторон, а мне ещё вторую часть плана воплощать. Зря что ли выкрал?
Приподнял корпус девчонки и уселся за её спиной. Перекинул длинные волосы на одно плечо, открывая доступ к шее с другой стороны, и вспорол когтем тонкую кожу. Первый же глоток, несмотря на горький привкус героина, как живительная влага прокатился по горлу, напитав и пробудив все скрытые резервы организма, даже те, о которых не знал или давно позабыл, возросшая в разы сила буквально давила изнутри, требуя выхода.
Крепче стиснул волчицу в своих объятиях, едва ли задумываясь о том, что её телу это наверняка вредит, но сдерживать пробудившееся желание к ней уже не получалось. Хотелось развернуть девчонку и усадить на себя, ворваться в никем ещё нетронутое лоно и заставить кричать до сорванного голоса от наслаждения, и снова и снова упиваться её кровью на пике нашего общего оргазма. И с каждым глотком этого хотелось всё больше. Едва нашёл в себе силы прекратить.
Неспешно зализал рану, но сидеть остался на прежнем месте, крепко сжимая в объятиях пострадавшую, шумно вдыхая в себя аромат персиков с примесью металла.
Идеальное сочетание!
Так и заснул не в самом удобном положении.
Проснулся я от солнечных лучей, светивших прямо в глаза в мутное стекло небольшого окошка. Девушка ещё не пришла в себя, но дышала глубоко и ровно. Уложил брюнетку на ложе, а сам отправился приводить себя в порядок. Стоило бы смыть с себя грязь, переодеться во что-то более подходящее, а затем добыть еды и одежду для моей гостьи.
С первым я расправился быстро, а вот со вторым пришлось повозиться. Почти на каждом шагу встречались оборотни из огненного клана. Не трудно догадаться, кого они искали. Пришлось прятать свою сущность, играя в человека. Впрочем, это мне всегда удавалось легко. Хорошо, дом окружён растениями с яркими насыщенными запахами, перебивающими любые другие. Не найдут. Но задерживаться всё равно не стоило.
Лапуля к моему возвращению ещё не очнулась. Уж было подумал, что переборщил с утолением своей жажды, когда спустя полчаса она наконец завозилась на ложе. Замер возле неё, с предвкушением наблюдая за её пробуждением с высоты своего роста, готовясь к будущей реакции.
Луна ещё некоторое время с короткими стонами возилась на ложе, прежде чем открыла глаза. Увидев меня, сперва глазам своим не поверила, зажмурилась и сжала кулаки, а когда вновь посмотрела — закономерно напряглась и замерла, с ужасом глядя своим чайным взором.
— Ты…
На моих губах против воли расплылась злорадная усмешка.
— Я.
Селена
Тело будто бы в свинцовый раствор окунули. Настолько тяжело было даже голову держать или руку поднять. Да и, если уж быть честной, не столько в физической слабости дело оказалось, сколько…
— Ты… — повторила, не слыша собственного голоса.
Сердце отбивало настоящую чечётку, отдаваясь внутри громогласным эхом, будто звон колоколов на панихиде. Я в одно мгновение вернулась в прошлое.
Стоило только взглянуть в янтарные глаза…
Утонула. Пропала. Потеряла себя. Снова.
А ведь столько лет прошло с тех пор, как в последний раз видела того, кто снился в самых жутких кошмарах… и самых жарких эротических снах. Память привычно принялась проигрывать моменты из нашего общего прошлого, где он меня похитил, держал в плену, а я даже взгляд поднять опасалась лишний раз на стоящего рядом. И пусть он меня потом отпустил, но сколько же дней и ночей я провела, пытаясь вытравить бездушное чудовище из своих мыслей, памяти, души… не счесть. Заставила себя верить, будто бы сердце больше ни за что не дрогнет.
Наивная.
Оно по-прежнему отказывалось биться ровно. Совсем как раньше. Так привычно и… больно.
— Ты… — повторила в который раз, возвращаясь в реальность.
На большее оказалась не способна. Дар речи отказал. Да и подсознание было занято больше не стремлением связно говорить — то и дело подкидывало новые картинки из прошлого, связывающие меня с тем, кого видела сейчас. Собственно, именно поэтому я и сосредоточила внимание на окружающей обстановке.
Среди четырёх голых стен находилось лишь “самое необходимое”. Даже стола не было. Только старая плита с пружиной, в качестве накаляющего элемента, кастрюля, тарелка с ложкой и железная чашка. Ну, и ложе, на котором я сейчас пребывала.
И как я здесь оказалась?
Ни черта не помнила после поездки в фургоне.
Ах, да! Потом была доза наркоты, которую мне вкололи.
Судя по всему, с тех пор прошла, как минимум ночь.
И, лунная меня забери, где тогда…
— Раф? Где он? — напряглась больше прежнего.
Не может быть, чтобы за всё это время альфа огненных волков меня до сих пор не нашёл и не пришёл за мной.
Если только…
В мысли не приходило ничего хорошего!
— Приходит в себя после долгого купания, — хмыкнул Демон. — Не волнуйся, жив твой недоженишок, просто с управлением не справился на мосту, — отвернулся, но лишь за тем, чтобы достать что-то из рюкзака за спиной.
В меня полетело длинное цветастое платье с широким шарфом, а за ним пакет с едой и бутылка воды.
— Тебе стоит переодеться и поесть, — пояснил свои действия. — Пятнадцать минут на всё про всё, — добавил безоговорочным тоном.
Прежде шикарный свадебный наряд, в котором я до сих пор находилась, выглядел не самым лучшим образом. Словно меня в нём знатно потаскало, причём прям по чернозёму, и не один день.
— Я не хочу есть. И переодеваться тоже не буду. Мне и так нормально, — почти не соврала.
В том плане, что есть действительно не хотелось. Лучше пить, желательно сразу всё — до дна. А переодеться я и на вилле Оливейра смогу, во что-нибудь куда более… не такое, что дал он. Это при условии, что вернусь. Последнее, к слову — самое насущное из всего, но озвучить вслух… пусть будет, не решилась. От греха подальше. От этого оборотня чего угодно ожидать можно.
Вот и он явно размышлял в том же направлении, присел передо мной на корточки, рассматривая, будто экзотическую зверушку в витрине зоомагазина.
Нервно сглотнула и заставила себя сосредоточиться на бутылке с водой. Пить же хотелось. Вот и принялась пить.
— Ты, кажется, не поняла, лапочка, — вновь ухмыльнулся, шире прежнего, и куда как жёстче. — Я не спрашиваю, чего ты хочешь. Ты наденешь это платье. Сама. И поешь. Тоже сама. Или я тебя заставлю это сделать. Выбирать тебе.
Ни капли не сомневалась в осуществлении озвученной угрозы…
Не раз убеждалась в его правоте.
Тем удивительнее собственное упрямство…
— Если сказала: “не хочу”, значит не хочу, — осталась стоять на своём, сделав всего два жалких глотка.
Вода буквально в горле застряла.
— Лапуль, ты если так сильно по мне соскучилась, так сразу и скажи, — прищурился Демон, рассматривая меня по-особенному пристально, но прежде чем я серьёзней задумалась об этом, ухватил за талию и притянул к себе ближе. — Ты же знаешь, я всегда помогу тебе это исправить, — прошептал уже в губы, в то время как свободной рукой принялся банально рвать на мне свадебное платье.
В лёгкие ударил запах костра. Он же разнёсся по венам жгучим жаром. Бутылка с водой выпала из рук, разливаясь на пол. И, наверное, во всём этом я должна была помнить о том, что стоило бы как минимум сопротивляться, но почему-то разум сосредоточился на одной не совсем уместной детали.
Почему на мне нет нижней части белья?..
Ощутила это ещё острее, едва мужская ладонь сжала ягодицу.
— У меня есть пара! — сорвалось с уст неосторожное, вместе с моей запоздалой попыткой отодвинуться и вырваться.
Метка на моём левом плече тому прямое доказательство.
— И это не ты, — закончила совсем тихо.
Почти сразу пожалела об этом.
С другой стороны, сам что ли слепой?
Такое не пропустишь…
Если, конечно, не всё равно.
— Ну вот, а я почти был согласен не убивать твоего сахарного волчонка, — вздохнул Демон с наигранной грустью.
Заново отругала себя за излишнюю болтливость.
— Ты ничего о нём не знаешь, — отозвалась враждебно.
Рафаэля Оливейра называли по-разному, от напыщенного пижона до ледяной глыбы, но точно не сахарным, и уж точно не волчонком, несмотря на то, что мы были почти ровесниками.
— Да неужели? — выгнул брови пустынный альфа, продолжая зло и ехидно скалиться, в то время как его пальцы принялись гладить меня между ног. — И как я тогда, по-твоему, тебя нашёл?
Нехорошие предположения — одно другого хуже, снова лезли на передний план, мешая адекватно мыслить.
Хотя, какая тут адекватность, если хватило ещё самого первого прикосновения, а в меня будто молнией шибануло…
— Что это значит? — нахмурилась, пытаясь уцепиться за эту мысль, как за маяк среди бушующего океана шквальных эмоций, пробуждающих далеко не самые скромные желания. — Как я вообще здесь оказалась? — перехватила чужую руку, что до сих пор меня бессовестно лапала и прекращать не собиралась.
Помогло это…
Да никак.
— Сюда тебя принёс я. В остальном… у твоего недоженишка довольно много неприятелей. Достаточно было направить их ненависть в нужное русло. Намекнуть там, бросить пару слов здесь, и они всё сделали за меня.
То есть, всё случившееся — с его подачи. Запланировал. Сделал. Дождался результата. И вот… она — я. Здесь.
Почти умираю от разбуженных желаний, кусая губы, чтобы не выдавать это хотя бы вслух, впиваясь ногтями ему под кожу. Ненавижу. Нет, не его. Себя. За то, что настолько слаба, и не могу не реагировать. Едва держусь, чтобы не выгнуться, не закрыть глаза, а потом банально отдаться… ему. И всему тому, что будоражит воображение намного хлеще того, что происходит наяву.
— Зачем? — спросила, хотя и без того знала ответ.
Сам не раз говорил, нравится ему моя кровь. Оборотень с волчьим безумием на ней просто помешался. И даже после того, как договорился с моим отцом держаться от меня подальше, всё равно сорвался, недолго продержался, так что неудивительно, что я снова здесь, перед ним, а он по-прежнему одержим, убедиться несложно. И услышать:
— Потому что ты — только моя Добыча, Луна. Только моя.
Чужое жаркое дыхание опалило висок, а внутренности скрутило в настоящей агонии, будто бы кто-то во мне действительно настоящий пожар устроил.
Отвратительное ощущение…
И вместе с тем необходимое, как воздух.
— В самом деле? — отозвалась, позорно охрипшим голосом, всё-таки малодушно закрывая глаза, запрокидывая голову. — Это кто так решил? Ты? Твоё решение, твоя проблема. Отпусти меня. Я хочу вернуться на виллу.
Или хочу…
Просто хочу.
Всё.
И прямо сейчас…
— О, не волнуйся. Я верну тебя. Уже скоро.
Верилось… с трудом.
Но и что ещё оставалось?
— Правда, вернёшь? — переспросила, не слыша собственного голоса.
Удары пульса по вискам — куда громче, как и ритм собственного сердца. Оно сошло с ума, вместе со мной, ещё в тот момент, когда он впервые прикоснулся. Нет, не сегодня, ещё несколько лет назад, в знойной пустыне. А я так и не обрела рассудок. Да и кому он нужен прямо здесь и сейчас? Когда так неумолимо остро хочется сходить с ума всё сильней и сильней, глубже… быстрее, ещё быстрее… чтобы его пальцы двигались во мне, а не только гладили сверху.
— Не сомневайся.
В неожиданно ласковом голосе Демона послышалась улыбка, он явно наслаждался моей реакцией на свои действия.
Плевать…
Если бы я никогда не видела своими глазами, как он вытаскивает чужой хребет, а затем внутренности по стенам раскидывает, словно сливочное масло по хлебу раскатывает, упиваясь чужими страданиями, после чего как ни в чём не бывало занимается другими делами, то подумала бы, что я в общем-то преувеличиваю и зря накручиваю себя на пока ещё пустом месте.
Спас ведь, так или иначе…
А самый лёгкий способ избавиться от всех этих моих взбесившихся гормонов — вот он, бери, наслаждайся сполна, пока сил не останется, ничего сложного, к дьяволу мораль и принципы.
— Хорошо, — выдохнула едва ли разборчиво, цепляясь за широкие сильные плечи, инстинктивно подаваясь навстречу.
— Послушная лапочка, — проговорил, почти наваливаясь всем своим весом, делая то, чего я так страстно желала.
Ещё один разряд тока по моим венам — проникновение его пальцев. Растягивая изнутри, толкаясь дальше, сперва совсем не спешно, даже мучительно медленно, окончательно сводя с ума… я проклинала уже вслух. Себя. Снова. Его. Тоже. Вместе с собой. Так долго, что потеряла счёт времени. Всё смешалось. И вряд ли все мои проклятия, смешанные с вырывающимися из груди стонами, походили на что-то достоверно связное.
Плевать…
Я будто с края пропасти шагнула, с такой силой снесла меня из реальности нахлынувшая волна оргазма. Жаль, приближение темноты перед глазами оказалось обманчивым и слишком недосягаемым, чтобы в неё нырнуть и избавиться.
Пришла я в себя пусть и не сразу, но довольно скоро. И уже тогда осознала, что свадебному платью окончательно хана, причём бесповоротная, и оно вообще давно не на мне, даже его жалкие лоскуты. А вместо него меня маниакально заботливо наряжают в другое — то самое, которое я добровольно отказалась одевать.
Апогеем моего стыда и беспомощности стал любезно повязанный на волосы шёлковый шарф, в тон к платью.
— Не знала, что тебе нравятся цыганки, — оценила свой внешний вид, всё-таки вернув себе нормальное вертикальное положение.
Ответом мне стала очередная ухмылка.
— Так просто менее заметно, — пояснил свой выбор, беря меня за руку и таща на выход. — Ах да, — притормозил у порога. — Попытаешься сбежать или попросить о помощи кого-либо, и я убью всех и каждого, кто окажется рядом, даже если это маленький ни в чём неповинный ребёнок, — предупредил, подмигнув.
В груди похолодело.
Слишком уж шутки у него… правдивые.
Моментально расхотелось вообще куда-либо идти.
Но пошла. А то с него станется и силком потащить.
На улице нас ждал байк. Помнится, альфа пустынного клана увлекался подобными видами транспорта. Видимо, у них это семейное. Недаром братья похожи, как две капли воды, не считая татуировок, которых у Демона было под одеждой с избытком.
— А может, просто закажем такси? — усмехнулась невесело, разглядывая средство передвижения, не внушающее ни грана безопасности.
После того, как преодолела несколько десятков шагов, поняла, что вряд ли у меня достаточно сил, чтоб банально не грохнуться с него где-нибудь по дороге. Неспроста пальцы подрагивали, а ноги уже устали.
Ещё жара эта нестерпимая…
Если бы не Раф, никогда в жизни не стала бы тут жить.
— А может, ты просто помолчишь? — посмурнел Демон, первым усаживаясь на транспорт, после чего перехватил меня за талию, приподнял и усадил перед собой.
— Если хочешь послушную и молчаливую куклу, сходи в секс-шоп, купи там… — проворчала на это.
— Кляп? — хмыкнул мужчина довольно.
Слишком ярко зачем-то представила себе то, о чём говорил именно он. И почему-то затыкать этим кляпом в моём представлении будут… понятное дело, кого.
— То, что сможешь трахать и кусать, когда вздумается! — отозвалась возмущённо.
— Так я уже, — одарил меня показательным взглядом.
На этот раз ничего не сказала.
Смысл спорить?
Ничего не докажешь…
Спасибо, он тоже развивать тему дальше не стал. Завёл свой байк и почти сразу стартанул с места. Стоило ему набрать скорость, как ветер хлестнул в лицо. С непривычки зажмурилась и крепче прижалась к оборотню. Побыть гордой я и потом могу, да и какая гордость у меня оставалась после произошедшего совсем недавно «переодевания»? Правильно, никакой. Тем более, что уже вскоре знойный уличный воздух стал ощущаться куда более прохладным, так что по итогу поездка мне даже понравилось. Когда поняла, что мы движемся в направлении центра Рио, так и вовсе расслабилась. А приехали мы и правда на виллу. Только не ту, которая принадлежала Оливейра. Эта… вообще непонятно чья.
— Ты адресом ошибся, — постановила, оглядев место прибытия.
Уж не знаю, кому принадлежали конкретно эти владения, но в роскоши и широте прилегающей территории ничем не уступали тем, где я должна была выйти замуж.
— Разве? — усмехнулся Демон, слезая с байка.
От напрашивающихся комментариев по поводу такой нехитрой подставы остановило появление охранника. И даже не столько само появление, как то, что случилось после. Тот замертво упал к ногам Демона со свёрнутой шеей, а я даже вдохнуть и выдохнуть не успела.
— Ты что делаешь? — окончательно прифигела я.
— Добываю тебе виллу, — стало мне самым обыденным ответом вместе с возвращением на мотоцикл, сразу после того, как открыл ворота.
Я же проводила взглядом оставшийся у ворот труп, не зная, о чём больше сожалеть: об его кончине, или же о том, что судя по всему, данная смерть не будет последней в самое ближайшее время. В чём я убедилась, едва оборотень снова от меня отошёл.
Едва ли прошла минута…
Перебил всех, кто навстречу попался.
Остальные — сбежали…
Кто успел.
А после поднял меня на руки и через порог, как реальную невесту, перенёс.
— Ну как? Нравится? — поинтересовался, идя вглубь дома и осматриваясь вокруг с самым заинтересованным видом.
Где-то здесь я почти порадовалась тому, что он реально псих и маньяк, без всяческих тормозов. Может, те незнакомцы и умерли напрасно, но лично мне пользу тоже принесли. Найдёт меня альфа огненного клана теперь намного быстрее, как бы цинично то ни звучало.
С другой стороны…
— Сколько? — спросила, игнорируя его вопрос.
Как бы ни старалась уверять себя в том, что и похуже случалось, но игнорировать не получалось. В груди пекло, а дышать получалось через раз.
— Ты про этих ублюдков? — кивнул в сторону выхода. — А есть разница? Главное, что нож в спину теперь точно не кинут. Так что можешь не переживать, здесь тебе больше нечего бояться. По крайней мере, пока я рядом.
Выдавила из себя фальшиво понимающую усмешку. С его рук слезла. Нашла графин с водой в гостиной, в нём даже лёд ещё не растаял. Плеснула в стакан и выпила залпом.
Легче не стало…
— Если мне кого и стоит опасаться в этом мире, так это точно не их, — выдала в сердцах, поднимая графин, чтобы налить ещё воды.
Не налила. Рядом стоял ещё один графин, с чем-то явно алкогольным. Его добавила. Проглотила, даже вкус толком не почувствовала, только то, как обожгло горло.
Демон на моё заявление и действие снисходительно-понимающе улыбнулся, после чего уселся на стоящий рядом диван, раскинув руки по его спинке, и так и продолжил с улыбкой за мной дальше наблюдать.
А я…
Ждёт представление?
Мне не сложно!
Тем более, что выпитая порция непонятного алкоголя оказалась куда действеннее вчерашнего шампанского.
— Что молчишь? — развернулась к оборотню, подхватив уже пустой стакан и нож для колки льда из ведёрка. — Разве я не права? Давай, переубеди меня, — махнула рукой с зажатым в ней ножом. — Расскажи, кто в этом мире ещё настолько жуткий, как ты!
Кажется, меня немного понесло…
Не остановишь.
— Зачем? — не повёлся Демон, продолжив со снисхождением следить за мной. — Ты права. Я не единственный в своём роде, но самый худший из всех.
И снова я усмехнулась с понимаем, на этот раз даже искренним. Далеко не самая острая из возможных сталь полоснула моё запястье.
Странно, но боли я не почувствовала. Воздух наполнился металлическим привкусом, а вязкая багровая жидкость потекла аккурат в стакан из-под воды, над которым я “предусмотрительно” занесла порезанную руку.
— Ну, раз так, бери, что хочешь, и разойдёмся на этом, — произнесла, не слыша саму себя.
Слишком громко бился пульс.
Руку перехватили, зажав рану пальцами. И да, на этот раз все оттенки боли я ощутила в полной мере. Всё былое благодушие мужчины испарилось, как не было.
— Не разочаровывай меня, лапочка, — произнёс спокойно и мягко, вопреки истинным эмоциям. — Если захочу, я и так возьму. Это, — отобрал бокал с кровью. — И всё, что мне ещё захочется от тебя получить. А теперь сядь и не зли меня больше. Мы же не хотим, чтобы я сорвался и снова кого-нибудь убил? Например, кого-нибудь не того, кого стоило бы, — усмехнулся, толкнув на диван.
Упала ровно на то место, где ещё недавно сидел он сам.
Не хочу, да.
Но это совсем не от меня зависит.
И мы оба слишком хорошо это знаем.
А потому…
— Что-то не припомню, чтобы я успела тебя где-то разочаровать перед тем, как ты и так всех тут убил!
Судя по их широким физиономиям, сомневаюсь, что они страдали благодетелью, но ведь у них наверняка были семьи, жёны, дети.
Да и кто из нас вправе решать — стоит или нет?
— Рану залижи! — приказал, игнорируя сказанное мной.
Кровь не стекала так интенсивно, как сначала, но и не останавливалась. Видимо, порез оказался глубоким.
Ничего не сделала я…
Демон на это шумно втянул в себя воздух, а затем залпом выпил отобранное у меня и подошёл ближе, усаживаясь рядом. Осторожно поднял раненую руку и, не сводя с меня пристального взора, принялся самолично зализывать порез. И вроде бы не должно быть в этом ничего особенного, всё-таки это весьма распространённый способ самолечения среди оборотней. Но, пока его язык скользил по моему запястью, мне казалось, не по коже — по нервам задевает, оголяя всё первобытное, что только заложила в нас матушка природа.
— Н-не надо, я сама! — одумалась, забирая запястье.
Забрала бы. Если бы отпустил. Наоборот, сжал крепче. Царапая проступившими клыками. Вновь зализывая. Снова. И снова. Пока в янтарном взоре всё отчётливее и ярче разгорался багрянец, свидетельствующий о том, насколько же он близко к той грани, за которой существует лишь неуёмная жажда крови, ничего разумного больше, сплошное безумие.
И я сама его к этой грани неосторожно подтолкнула…
— Демон, — позвала, попытавшись в очередной раз вырваться.
Тщетно.
Будто не слышал.
А если и слышал…
Тогда это ещё хуже.
— Доминик, — назвала по настоящему имени.
Тому, не которым он сам себя и многие другие называли. Тому, которое ему дали родители при рождении. Вот теперь он замер. Отстранился.
— Как. Ты. Меня. Назвала? — прорычал зло, до хруста сжимая запястье.
Я бы повторила. Но что-то внутри меня слишком навязчиво нашёптывало о том, что так лишь хуже будет.
И что тогда?
Втянула в себя как можно больше кислорода, будто перед смертью в самом деле можно надышаться, а затем… сама прижалась к нему ближе. Губами к губам. Целуя со всем переполняющим отчаянием, обнимая за каменные плечи, перебираясь к нему на колени, усаживаясь сверху, не прекращая целовать до тех пор, пока не получила отклик.
— Сладкая лапочка, — произнёс он, слегка прикусывая и оттягивая мою нижнюю губу.
Широкие ладони легли на мои ягодицы, притягивая вплотную к своему паху, позволяя ощутить твёрдость всех его желаний по отношению ко мне. Приподнял и медленно опустил, раскачивая в инстинктивном ритме. Я сама подхватила его. Даже поверх одежды, ощущения — на грани острия. Невозможно не поддаваться. Не тогда, когда по венам опять бушует огонь, а потребность быть ближе ещё теснее вытесняет все остатки разумного.
Разве можно кого-то так рьяно отвергать разумом и не менее безудержно желать всем телом?
В моём случае, так и было…
С одного прикосновения. С первого вдоха. И выдоха. Когда всё разумное летит к чертям и ничего не остаётся, кроме жажды быть единым целым. Сколько ни отрицай, что неправильно, нельзя, невозможно, не должно так быть.
Именно так, здесь и сейчас — правильно…
И я почти задыхалась от этого осознания.
Как и всего того, что он творил со мной, даже не раздеваясь, продолжая раскачивать, позволяя тереться об него, как последней сучке во время течки.
И…
— Долго ты, — произнёс Демон, так и не переставая меня целовать.
Его голос остался на краю моего сознания. Наверное, я должна была ответить, но связать смысл никак не удавалось. Да и что уж там, не надо оно мне вовсе. Только бы не останавливался, целовал снова и снова, а пламя, разгоревшееся внутри меня, сожгло в пепел. Нас обоих.
И…
— Пробки. На въезде мусоровоз трупы грузит. Не проехать, — послужило ответом на слова оборотня.
От… Рафа.
Который, судя по всему, стоял в гостиной, чёрт его знает сколько времени, прямо за моей спиной, пока я, тут… как… та самая, да, которая сучка.
В один момент будто кипятком ошпарило!
Дёрнулась скорее рефлекторно, ещё до того, как до меня дошёл весь смысл содеянной Демоном подставы.
Конечно же, не удалось избавиться.
Ни от Демона подо мной. Ни от жгучего чувства стыда. Ни от абсолютной абсурдности ситуации.
— Ножками ходить разучился? — съехидничал пустынный альфа, глядя при этом на меня с неприкрытой жаждой обладания.
Глаза в глаза. Словно мы до сих пор одни — лишь вдвоём, а мне присутствие третьего вообще привиделось.
Но нет…
— Да. Набегался за ночь в поисках пропавшей невесты. Устал немного, — послышалось равнодушное позади от огненного альфы.
Гораздо ближе, чем прежде.
Оборотень в кресло, чуть сбоку от нас уселся, появившись в поле моего зрения. Как и всегда, в идеально выглаженном костюме, он с тотальным безразличием крутил в воздухе белые кружевные шорты.
Мои.
Те самые, что ещё вчера были на мне!
Они-то и полетели в сторону дивана, приземлившись Демону на плечо.
— А я всё думал и гадал, с чего бы ты их потеряла, — обратился Рафаэль уже ко мне.
Лунная, забери меня в грани…
Может быть тогда будет не так позорно!
К тому же, со словами я так и не нашлась…
Но то я.
А вот Демон с равнодушным видом стащил бельё со своего плеча, покрутил в ладони, после чего себе в карман сунул.
— Лишняя деталь, как по мне.
Альфа огненных волков на это мрачно усмехнулся.
— Ты же в курсе, что на Селене моя метка?
— Ты же в курсе, что мне плевать? — вернул ему Демон.
Судя по тому, что мрачности на лице Оливейра прибавилось, он был явно в курсе. А уж когда чужие ладони в очередной раз по-хозяйски сжали мои ягодицы… и почему я не умею растворяться в воздухе? Сейчас бы такая способность очень пригодилась.
Воцарившаяся за этим тишина показалась особенно зловещей. Сколько я ни вдыхала, выдыхала, уговаривая себя собраться и разгрести всё случившееся дерьмо, на деле даже на миллиметр не сдвинулась, осознавая ещё один не такой уж и неочевидный факт. Демон меня сюда не просто привёз, поубивав тут всех. Это же самое красноязычное приглашение. Для Рафа. И моё полное безоговорочное фиаско. По всем фронтам.
— Ты поэтому весь этот бардак устроил? — произнёс тем временем Оливейра. — Тачку мою подпортил, свадьбу испоганил, сидишь тут, весь собой довольный, приведя меня сюда, как шестёрку на побегушках, и лапаешь мою невесту, будто она твоя…
Пространство сжалось и завибрировало. Видимое спокойствие оборотня — сплошная фальшь и напускное, слишком хорошо я его знала и понимала, чтобы обманываться на сей счёт. Да, его неспроста величали ледяной глыбой, он прекрасно умел контролировать свои эмоции, оставаясь с виду равнодушным, даже когда на самом деле едва сдерживался от того, чтобы перегрызть кому-нибудь глотку. А уж когда и эта планка срывалась — не позавидуешь тому, кто встанет у него на пути.
Возможно, я именно поэтому и выбрала его…
— Ошибаешься, сладкий. Она — исключительно моя Добыча. Всегда ею была. Да и свадебка у вас странная какая-то, без папочки и мамочки лапули.
Сказал, как в воду посмотрел.
Но это совсем не повод начинать оправдываться!
— Всегда? — криво ухмыльнулся Рафаэль. — Что-то последние семь лет нашей совместной жизни тебя не особо заметно было, — бросил встречно, упомянув годы нашего обучения в Йеле, которые по факту реально совместными можно назвать.
Если учесть, что мы действительно много времени проводили вместе. Его с самого начала первого курса отец ко мне приставил, вроде как в целях безопасности, хотя любому идиоту понятно, он таким образом пытался банально другую партию мне подобрать.
Ему почти удалось…
Демон ухмыльнулся.
— Надобности не было. Ты вёл себя примерно.
И тут я осознала ещё одну вещь!
— Ты что, следил за мной? — озвучила её же вслух.
Не нарочно, но ногти сами собой впились в широкие плечи куда сильней, нежели стоило, а кислород смешался с запахом чужой крови. В янтарном взоре полыхнули закатные блики, а хватка на моих бёдрах стала крепче.
— Всего лишь тоже повышал своё образование, — подтвердил все мои самые худшие опасения Демон.
В голове зашумело. Сердце тоже позорно заколотилось куда чаще и громче, нежели должно.
— Ну, раз все всё выяснили, может, разойдёмся уже? — процедила сквозь зубы, предприняв попытку слезть с вроде как любовника в присутствии своего пока ещё не бывшего жениха.
Жаль, ни тот, ни другой совсем так не считали.
— Ну нет, лапочка, — протянул канючным голосом Демон. — Я ещё Гектора не поймал. Так что придётся вам обоим чуток подзадержаться под этой крышей, — многозначительно ухмыльнулся. — А пока можете мне рассказать, как так, если вы вроде как пара, у тебя есть отметина, — тронул кончиками пальцев участок кожи со шрамами от укуса Рафаэля, отчего я невольно вздрогнула, — а у него — нет?
Предательски скорый ритм моего сердца ускорился ещё сильней. Пока размышляла над правильным ответом, успела проклясть всё на свете, потом покаяться во всех своих грехах, а потом снова проклясть, но уже исключительно себя.
— Не твоё дело, пустынный волк, — ответил за меня Рафаэль.
Самоуверенности в его голосе, хоть отбавляй.
— Лапочка, вот чего он меня злит? — одарил Демон меня грустным взглядом. — Не моё дело будет, когда ты сдохнешь, — добавил уже с мрачным оскалом для Рафа. — Ты и жив только потому, что мне это выгодно, пока что, так что не доводи до греха, сладкий, — подмигнул.
Чем и взбесил огненного альфу окончательно.
— Очень удобно сидеть и умничать, пока прикрываешься девушкой, — сообщил, потянув шею, поднимаясь на ноги.
Сидящий подо мной оборотень сразу весь подобрался, а закатные блики в его глазах стали отчётливее.
— Ну-ка, Луна, закрой глазки на минутку, — попросил ласково, ссадив меня рядом с собой на диван, и тоже поднялся на ноги. — Ты кажется не понял, Оливейра. Ты жив только благодаря своей якобы невесте и паре. Но я всегда могу и передумать.
Вот теперь моё сердце замедлило ход.
Да и вовсе скоро биться перестанет…
— Это ты не понял. После всего, что ты сделал мне, ты сам жив и ещё не сгорел вместе с этой хибарой, исключительно благодаря ей, — отозвался огненный волк.
Это было последним из сказанного ими. Треск расходящейся одежды, очередная вибрация воздуха, мешающая нормально дышать, дальше гадалкой быть не надо, чтобы учуять, как витающая в воздухе враждебность вот-вот выльется в кровопролитие, и…
— Нет! — подорвалась с места и встала между ними, рефлекторно выставив руки. — Не смейте! — обернулась к Рафу, как к самому разумному из всей нашей троицы. — Если ты хотя бы немного ценишь всё то, что я для тебя сделала, просто не ведись, оно того не стоит, — попросила, и уже потом развернулась к Демону. — Тронешь его, и, клянусь, тот стакан с кровью будет самой меньшей твоей проблемой. Я ещё и не такое потом сотворю.
Демон зло прищурился.
— Ты что, угрожаешь мне, лапочка? — медленно шагнул ко мне ближе, а воздух вокруг него начал вибрировать заметней прежнего от едва сдерживаемой им силы.
Моя протянутая в воздухе ладонь упёрлась ему в грудь. И да, это была самая настоящая угроза, не просьба, как в адрес Оливейра, и лишь потому, что иначе мне не перетянуть его внимание на себя, как того требовали обстоятельства.
Рвано выдохнула…
Вдохнула глубже.
— Нет, — бессовестно соврала, согнув руку в локте, шагнув ему навстречу, стараясь продолжать как можно мягче: — Прошу. Не поступай так со мной. Пожалуйста.
Мою руку он перехватил, на себя дёрнул, да так и не отпустил.
— Ты поплатишься за это, Луна, — прошептал мне на ухо, склонившись так низко, что затмил собой окружающий нас свет. — И на этот раз я не буду таким же добреньким, как раньше. А теперь отойди, — аккуратно, но все же швырнул меня обратно на диван. — Что ты там говорил про юбку?
Бросила умоляющий взгляд на огненного альфу. Слишком уж он любит манипулировать другими, и его посыл про мою юбку, точно знаю, был не просто брошенным оскорблением, но и способом избавить меня от чрезмерной близости Демона по инициативе самого Демона, о чём сам пустынный волк если догадался, то будет в бешенстве. Особенно, если…
— С памятью проблемы? — заинтересованно отозвался Раф.
Демон улыбнулся. Холодно, зло, жестоко. Ничего больше. А в следующее мгновение его рука одним незаметным жестом уже сжимала сердце Рафаэля.
— С выдержкой, — запоздало ответил пустынный альфа.
Хруст чужой грудной клетки отразился в моём разуме громогласным эхом. Если можно себя потерять вместе с кем-либо ещё, то именно это со мной произошло сейчас. Едва ли я ощущала твёрдую поверхностью под ногами, настолько утратила связь с реальностью. И совсем не почувствовала, с какой силой впились собственные пальцы в футболку Демона, всё казалось — недостаточно, что бы я ни сделала.
— Не надо, — взмолилась. — Я, что угодно сделаю. Только скажи. Всё будет, как ты захочешь, — сжала свою хватку ещё крепче. — Только, пожалуйста, не убивай его, я тебя умоляю, не надо так… — скатилась в жалкий шёпотом, а по щекам потекли предательские слёзы, пока я смотрела на весь этот ужас.
Рафаэль будто в камень превратился. Ни звука, ни вдоха с его стороны. Парализовало. Смертельной паузой в преддверии скорой гибели. Демон же на мои слова не реагировал. Смотрел исключительно в глаза Оливейра.
— Расслабься, волчонок, — усмехнулся вдруг добродушно, — ты мне пока ещё нужен живым. Но советую лучше следить за своим языком в моём присутствии. Твой труп мне пока конечно без надобности, но не такая уж это и проблема, если так подумать. Гектора я в любом случае достану, не через тебя, так иначе, пусть с тобой и быстрее будет, — хмыкнул и наконец отпустил чужое сердце, после чего уселся обратно на диван и принялся слизывать с пальцев кровь.
Я тоже села. Прямо там, где стояла. Словно это не сердце огненного волка, а моё собственное только что чуть не вырвали, а затем отпустили каким-то грёбанным чудом. Настоящая жертва ситуации же до сих пор не шевелилась. Оборотень прожигал полным ярости взглядом расположившегося на диване и внешне никак не отреагировал, явно дожидаясь, пока срастутся повреждённые внутренности.
— Зачем тебе Гектор? — озвучила единственное, что во всём этом пока не укладывалось в моей голове.
Уж не поэтому ли он изначально весь этот спектакль затеял?
С нашим участием…
— Он меня расстроил. Сильно.
То есть, всё-таки преследовал свои личные цели, развлекаясь за чужой счёт.
Как обычно…
— И чем же именно он тебе не угодил? — уточнила, не скрывая раздражения по поводу одолевающих мыслей.
— Много лишнего себе позволил, — опять ушёл от ответа он.
А я и сама не знаю, почему вдруг стало непреодолимо важно услышать прямой ответ, как доказательство своих домыслов.
— Что, успел кого-то раньше тебя прибить?
Демон усмехнулся, окончательно расслабляясь.
— Нет. Но мог.
Ясности это не особо вносило. Но мне и того хватило, чтобы в очередной раз напомнить себе о том, что самым лучшим, что я могла бы сделать в своей жизни — это держаться от него как можно дальше. Наёмный убийца и психопат парой и попутчиком по жизни для меня быть не может. Даже если иногда моя слабая сторона согласна на что угодно, лишь бы именно так и стало.
— Не смог бы. Если бы ты не скинул меня с моста, — угрюмо прохрипел огненный волк, попятившись назад, усаживаясь в кресло.
Если регенерация и началась, то явно ещё не скоро закончится, хотя способность говорить к нему возвращалась.
— Если бы я тебя не скинул, ты точно уже был бы мёртв, волчонок, — парировал Демон, с усмешкой наблюдая за ним.
Долгий задумчивый взгляд от альфы огненного клана стал ему ответом. И скупое, тихое:
— Полтора часа назад шайку Гектора поймали на окраине одного из фавелов. Похоже на то, что самого Гектора в Рио нет. Успел аккурат перед тем, как границы перекрыли. Или же в подземке скрывается, там вести поиски занимает куда большее количество времени.
— Нет его в подземке. Стал бы я иначе это всё проворачивать? — выгнул брови Демон. — Когда мог бы просто взять лапулю и свалить из твоего жалкого городишки куда подальше, — одарил Рафаэля пристальным взглядом и вздохнул. — Обернись уже что ли. А то смотреть жалко.
Понятия не имею, откуда в этих двоих появились стремления к мировой, несмотря на всю щекотливость положения, но предложение пустынного волка огненный принял охотно. Первым делом стянул с себя слегка потрёпанный пиджак, неспешно и аккуратно повесив тот на спинке кресла. А вот рубашку банально выбросил. На последующем пункте демонстративного раздевания, где он брюки расстегнул, я малодушно решила, что наблюдать и дальше совсем не обязательно, так что определила на слух, когда и они перекочевали на кресло. Воздух вновь сгустился, а уже вскоре в гостиной стоял здоровенный огненный волк. Как обернулся, так и обратно в человека перекинулся, пока я стойко изучала изгибы дивана, перед которым пребывала.
— Кажется, ты не понравился лапуле, сахарный. Отвернулась, — наигранно грустно вздохнул Демон. — Но не переживай, ты и правда красавчик. Не такой, как я, конечно, но тоже ничего.
Не собиралась вовсе вестись на его слова, но взгляд сам собой соскользнул в сторону того, о ком шла речь.
И да, нормально я на ладони свои смотрела прежде!
То есть диван…
А теперь уже и в самом деле на ладони, банально не зная, куда себя девать. Всё-таки прежде огненного альфу в обнажённом виде рассматривать не приходилось.
— Линеечку одолжить, лапуль?
— Нет, я по памяти определю, — съязвила.
— Ну нет, так не интересно! — заявил вдруг он и направился на выход из комнаты.
А я, как представила, что он сейчас в самом деле с линейкой заявится… с него станется, да.
— Машина прямо перед домом, ключ в замке зажигания, — словно мысли мои прочитал Оливейра. — В бардачке есть телефон, отцу своему позвони, он вдвое старше него, только ему по силам с ним совладать, — проговорил негромко, чтобы я одна слышала. — Вряд ли я смогу выиграть тебе достаточно хорошую фору, но хоть что-то… — вздохнул устало, принявшись одеваться.
Да так и застыл с брюками в руках, явно призадумавшись о том, стоит ли вообще это делать, с учётом ближайшего будущего.
А я…
Мне два раза повторять не надо!
Тем более, что обещанная машина в самом деле оказалась буквально у ступеней крыльца, водитель её не глушил даже, что тоже несомненно помогло выиграть дополнительные драгоценные секунды, столь важные в моём деянии, о котором я ещё, вероятно, не раз пожалею. Сорвалась с места, едва дверцу за собой захлопнула, чуть не снесла полураскрытые ворота виллы, когда покидала её пределы, опасаясь лишний раз обернуться.
Плевать…
Лишь бы избавиться!
Демон
— Вот ничему вас с ней жизнь не учит, — произнёс для застывшего возле кресла Оливейра, остановившись на границе гостиной и столовой и с интересом глядя вслед моей убегающей добыче, вертя в руках линейку.
Нравилось мне видеть растерянность на симпатичном личике бурой волчицы. Это давно стало моим основным развлечением, фетишем своеобразным. Догонять тоже не собирался. В конце концов, куда она поедет, я с лёгкостью могу предугадать. Ей в принципе в этом городе некуда бежать, кроме как на виллу Рафаэля Оливейра.
Что за имечко вообще такое — Рафаэль?
Как конфета какая-то!
Та самая, что так часто рекламирую по телеку.
— Херовый из меня ученик. Не был бы им, не стал бы на ней жениться, — отозвался безразличным тоном оборотень, швырнув в кресло брюки, которые перед моим появление крутил в руках.
— Так не женился же, — хмыкнул я, подходя ближе, по-прежнему глядя на выход.
— Звучит так, словно я тебе ещё и спасибо сказать за это должен, — едва уловимо поморщился сахарный волчонок.
Припомнил маниакальные порывы его дяди женить племянника уже на ком-нибудь и усмехнулся. В ближайшее время наследнику огненного клана придётся очень несладко. Впрочем, сам виноват. Нечего было покушаться на принадлежащее мне.
— Пожалуйста, — кивнул со всем величием.
Моего энтузиазма он не разделил, развернулся в мою сторону.
— И что дальше? Ты в ней чуешь пару, она в тебе — тоже, хотя не в восторге от этого все последние семь лет. И ты, и я это прекрасно знаем. Где-то примерно сейчас она звонит своему отцу, чтобы и его в курс дела поставить.
Про пару это он конечно загнул, но спорить я не стал. Не имело смысла.
— Знаешь, что я узнал о лапуле за время нашего с ней общения? — спросил и сам продолжил, отвечая: — Она, как и я, любит играть. А ещё очень добренькая и совестливая. Поэтому папочке она не позвонит. Не в её интересах это делать. Так что мы с тобой просто подождём, — плюхнулся на диван, пока в голове рождалось несколько идей, в зависимости от того, что Луна станет делать дальше.
Если Оливейра и поверил моим словам, то виду не подал.
— Подождём… чего? Пока не найдёт, за кого ещё, назло тебе замуж выйти? — флегматично постановил огненный.
Нет, ну у него точно сахар вместо мозгов.
— Когда она вернётся, конечно же, — бросил линейку в сторону, не глядя, и уселся удобнее. — В любом случае, дальше твоей виллы ей бежать некуда. А ты на неё не вернёшься. Так что… — расплылся в предвкушающей ухмылке.
Оборотень ухмыльнулся в ответ.
— Она не настолько мной дорожит.
— Правда что ли? — конечно же не поверил я.
Не после того, как она тут умоляла не убивать его и обещала сделать всё, что я хочу. К слову, на это у меня ещё в тот миг родилось сразу несколько идей, которые я обязательно воплощу по её возвращению.
— Тогда ты её совсем не знаешь, — добавил, откидывая голову на спинку дивана и прикрывая глаза.
Живущий во мне кровожадный монстр снова давал о себе знать, пока ещё тихо, но не менее настойчиво требуя свою порцию развлечений. Вот только пока мне нечем было его порадовать, потому пришлось стиснуть зубы покрепче, тупо пережидая, когда он сдастся и затихнет.
Внутреннюю мою борьбу прервало тихое ругательство Оливейра.
— Да что б это твоё извечное сострадание, Селена, — проворчал оборотень, прислушиваясь к шуму приближающейся машины.
На губах расползлась довольная улыбка.
Вернулась.
Сама.
Добровольно.
Вышла из автомобиля и спешным решительным шагом поднялась по ступеням, дёрнула дверь. Застыла лишь на пороге, прежде чем предстать пред нами. А когда всё-таки вошла в гостиную…
— На колени!
От моего голоса вздрогнула и снова застыла, глядя мне в глаза. И столько всего пылало в её собственных, вот явно в хорошенькой головке разразилась целая война.
— Пусть Раф уйдёт, — произнесла едва слышно.
Судя по тому, как подобрался огненный волк, ни от первого, ни от второго предложения он в восторге не был.
Едва не рассмеялся.
Кажется, моя Луна всё поняла буквально. И не сказать, что совсем не права она в своих догадках, но точно не так и не сейчас.
— Ко мне на колени, лапочка, — пояснил снисходительно.
Хрупкие плечи заметно расслабились, но в целом осталась себе верна.
— Раф, уходи. Дальше я сама. Одна, — повторила упрямо.
— Не уверен, что я выживу в таком случае. Если не этот, так твой отец мне хребет сломает, — не согласился с ней оборотень.
Пока я витал в своих мыслях, он успел натянуть брюки, не более того, и так и стоял напротив кресла, не спеша уходить.
— Не сломает, — вернулся я в реальность окончательно. — Он не настолько псих, как я. Ты только привет от меня передать не забудь. Скажи, я соскучился, — предвкушающе оскалился, представляя реакцию серого альфы.
— Не надо ему ничего передавать, — возразила Селена. — Сказала же, дальше я сама.
И снова наш сладкий не сдвинулся с места, вопросительно уставившись на лапулю, кажется, только сейчас осознавая, что прав был я не только по части её возвращения. Выругался себе под нос.
— Серьёзно, даже не позвонила? — уточнил и без того известное.
Девушка… промолчала.
Я расхохотался.
— Я же сказал, ей нравятся мои игры, а ты не поверил.
На мои слова она подозрительно прищурилась, чуть склонив голову, напрягаясь больше прежнего, очевидно, размышляя о том, что за разговор у нас такой состоялся во время её отсутствия. Но уточнять не стала. Тем более, что огненный волк всё-таки сделал, как она просила.
— Сам ему позвоню, — постановил, проходя мимо.
— Не забудь про привет от меня! — бросил я ему вслед, концентрируясь на своей добыче. — Вот мы и снова одни, Луна… — протянул, предвкушая дальнейшее развлечение.
Хотя даже после ухода третьего лишнего она ко мне приближаться не спешила, продолжая о чём-то упорно размышлять.
— Давай договоримся, — обозначила по итогу, сомкнув кулаки, впиваясь ногтями во внутреннюю сторону ладошек.
Проследил за её жестом с жадностью истинного маньяка. Почему-то это простое действие привело к тому, что я едва мог вновь себя контролировать. Захотелось наброситься на девчонку и взять от неё уже всё сполна.
— А мы разве не договорились? — деланно удивился я. — Ну там, где ты обещала, что всё будет так, как я захочу, если сахарный волчонок выживет, — напомнил, раз уж сама она настолько забывчивая рыбка. — Что-то не вижу исполнения твоего обещания.
— Не только он. Других ты тоже не тронешь. Никого. По крайней мере, пока я рядом с тобой, — постановила, нерешительно шагнув ближе. — Если тебе нужна кровь, возьми мою.
Одарил её насмешливым взглядом.
Она же не серьёзно?
Не верит же в самом деле, что я послушно покиваю и потом исполню подобную дичь?
Вот же чудо наивное!
— Я возьму, — согласился с ней по-своему. — Всё, что посчитаю нужным. Со всех, — закончил с нажимом.
Чтобы наконец поняла, что нет у неё никаких прав что-то от меня требовать. Только я решаю, что и как будет происходить дальше. Как с ней, так и с другими. То, что я пару раз ей уступил, не значит, что так будет теперь всегда.
— Так… неправильно, — отозвалась она тихо то ли в утверждении, то ли в новой мольбе, и… опустилась на колени, продолжая смотреть мне в глаза.
И это её действие, такое обыденное и привычное, пробудило во мне странное желание защитить её. Прислушаться к ней.
Неправильно, сказала она.
Может быть.
Хотя у каждого из нас свой свод правил. Каждый сам решает для себя, кем ему жить и умереть. Я бы мог сказать, что хотел бы для себя иной жизни, не такой кровавой и жестокой, но это будет ложь. Правда в том, что мне нравилось то, кем я являлся — убийцей, психопатом и кровожадным монстром. Тем, кого боятся такие же монстры. И да, я получал удовольствие от своей пусть будет работы. Не потому, что за неё платили баснословные деньги, или я ничего другого не умел. Нет. У меня три высших образования. Я мог бы стать каким-нибудь крутым инженером роботехники, или великим программистом, или даже знаменитым хирургом. Но едва ли это всё могло утолить мою жажду к крови и боли.
Именно поэтому не стал с ней спорить.
Как и говорить что-то ещё. Просто поднялся с дивана, подошёл к ней и взял на руки. Так же без лишних слов отнёс наверх, в одну из трёх ванных комнат. Поставил её на ноги и потянулся к кранам, чтобы наполнить ванну, куда и усадил её, предварительно избавив от одежды. Сам остался сидеть рядом, прямо на полу, рассматривая.
Она красивая.
Под стать своему имени.
Не только снаружи, но и в душе.
Чистая, как тот же лунный свет, освещающий самую тёмную ночь.
И такая же далёкая, как та самая Луна.
Вот только сомневаюсь, что она способна даже на миг осветить мою личную ночь. Скорее я погашу этот её внутренний свет. Сперва погружу в непроглядный мрак, затем окончательно уничтожу. Понимаю это особенно остро, когда ловлю в её глазах блики надежды. Я упиваюсь ими. И тем, что вскоре на их место придёт страх и ужас. Потому что вся затеянная мной игра ведёт к одному единственному итогу — её смерти. Но сперва мы оба возьмём по максимуму из того, что имеем.
— О чём ты мечтаешь, Луна? Не вообще, а конкретно сейчас. Чего бы тебе хотелось получить?
Девушка на мой вопрос рассеянно закусила нижнюю губу, явно не решаясь так сразу ответить, рассматривая моё лицо, словно пытаясь запомнить, до побеления пальцев вцепившись в край ванны.
— Того же самого, что и все последние семь лет, — произнесла тихо. — Тебя.
Втянул в себя поглубже чуть пропаренный воздух.
— И что останавливает?
Хотелось сказать: «Вот он я, бери, весь твой», но это было бы ещё одним враньём. Не её я, и никогда не буду, пусть и находился сейчас рядом с ней, готовый исполнить любой каприз.
— Ты и сам знаешь, — сказала, будто мысли мои прочитала.
Улыбнулся и принялся раздеваться, не отводя своего взора от её.
— А ты забудь об условностях, Луна, — произнёс негромко, стаскивая с себя футболку. — Представь, что мы на самом деле вместе. Ты ведь хочешь этого? — предложил, поднимаясь на ноги и берясь за застёжку на джинсах.
На моё заявление она с шумом втянула в себя воздух. В чайных глазах отразилось неверие, но более никак не выразила она эту свою эмоцию. Сама же потянулась ко мне, перехватывая мои ладони, самостоятельно заканчивая начатое мной.
— Хочу. Тебя хочу. Всего. Полностью.
Если и собирался, не смог бы отказать ей сейчас. Ни в чём. Затаив дыхание, следил за тем, как тонкие пальчики расправляются сперва с пуговицей, а затем и молнией, и тянут синюю ткань вниз, высвобождая давно стоящий член. И как контраст этим порочно-смелым действиям — поднятый на меня несмелый взгляд, напоминающий о том, насколько на самом деле невинна находящаяся передо мной. Настолько же, насколько виновен перед ней я.
Она неумело коснулась своим дерзким язычком головки члена, и я только от одного этого уже чуть не кончил. Пришлось запрокинуть голову и крепко зажмуриться, чтобы не видеть. Потому что если ещё и смотреть буду, точно не сдержусь. С лихвой хватало порождаемых ею ощущений, пока она снова и снова скользила своими губами по всей длине. И мне стоило приложить много усилий, чтобы не перехватить инициативу и не начать вбиваться в её ротик, как хочется мне: намного глубже и куда грубее. Быстрее. Оргазм высоковольтной дрожью прошил позвоночник неожиданно и настолько ярко, что вышиб воздух из лёгких одним махом, не позволив сделать новый полноценный вдох. Я с вибрирующим в груди рычанием хватал его урывками, стараясь дышать как можно более размеренно, но тонкие пальчики продолжали скользить по члену, продлевая моё неадекватное состояние, с лёгкостью возвращая в прежнее, будто и не кончал только что. Впрочем, с Луной иначе и быть не могло. Ещё семь лет назад, когда держал её в своём плену, понял, что этой девушки мне всегда будет мало. Мой самый великий соблазн и самая великая слабость, и самая главная причина избавиться от неё, и поскорее.
Но не сейчас.
Сейчас я, окончательно избавившись от остатков одежды, залез в уже полную воды ванну, перетащил и уложил волчицу прямо на себя. Благо, ванна большая и длинная, позволила улечься в ней во весь рост. Отвёл мокрые пряди и одарил женское плечико несколькими поцелуями.
— Вкусная, — прошептал, уткнувшись в изгиб её шеи, и снова поцеловал.
Луна и без того дрожала, а от нового действия вздрогнула куда сильнее. Тонкие пальчики впились в мои плечи, оставив след от ногтей, возбудив сильнее прежнего. С тихим рыком вжал её в себя сильнее, нечаянно царапнув увеличенными клыками, а она вдруг шарахнулась от меня, отрицательно замотав головой. В сладком аромате персиков отчётливо проявилась нотка страха. Поймать и вернуть в свои объятия — скорее рефлекс, чем действительно осознанное действие. Обратно на себя уложил, крепко обнял. Больше ничего не делал. Ждал. Ласково проводил по влажным волосам одной рукой, стараясь не опускать вторую ниже талии. Очень сложное занятие с учётом моего состояния, но зато напряжение в девичьем теле и правда стало ослабевать, а новые робкие касание её пальчиков — моя награда.
Перехватил их, не задумываясь, и принялся рассматривать. Длинные, тонкие, хрупкие, как и вся она. Изящная и грациозная, как ива.
— Красивые, — вынес итоговый вердикт, поочерёдно целуя каждый, втайне наслаждаясь этим действием.
У меня вообще возникло дикое желание зацеловать её всю. Попробовать на вкус каждый сантиметр бархатистой кожи. Впитать в себя сладкий запах, пропитаться им, чтобы навсегда остался со мной. Даже потом, когда её не станет.
Кажется, я только что окончательно тронулся умом. Или же это просто такой очередной виток моего безумия.
— Поцелуй меня.
Однозначно оно.
Потому что не могла лапуля сама меня об этом попросить. Сама потянуться к моим губам. Сама запустить ловкий язычок мне в рот. Срывая тем самым остатки всей моей выдержки. И уже я впился в неё, выпивая вместе с выдохом короткий стон. Ладонь крепче сжалась на девичьем затылке, а вторая переместилась с талии на ягодицы, привлекая ближе к себе, в то время как я скользнул по дну ванной ниже. Член упёрся аккурат между её ног, и Луна с очередным стоном двинулась по нему вверх-вниз. Пришлось стиснуть зубы и ухватить уже обеими руками, притормаживая, чтобы не насадить её на себя.
— Погоди, — окончательно остановил девушку, усаживаясь в ванной. — Не здесь.
Вдохнул в себя поглубже, стараясь игнорировать витающее в ванной наше с ней совместное возбуждение, и окончательно поднялся, переступая через бортик на маленький коврик на полу. Лапулю подхватил на руки, взяв направление в ближайшую спальню.
Светлая просторная комната явно принадлежала ребёнку, судя по многочисленным игрушкам повсюду, но плевать. Всё, что меня интересовало — внушительных размеров кровать, на которую я аккуратно уложил свою драгоценную ношу, нависнув сверху, и, прежде чем она опомнилась и начала причитать по поводу моего выбора места, вернулся к поцелуям. Искренне старался не спешить, но становящийся всё более насыщенным запах персиков подстёгивал волчьи инстинкты, побуждая наплевать на всю подготовку и просто наконец взять причитающееся мне по праву.
С рычанием вцепился когтями в кровать по обе стороны от её головы, вспарывая не только одеяло, но и матрас. Помогало слабо.
— Пожалуйста… Доминик… — прошептала она умоляюще, обеими ладошками ведя по спине, оставляя на ней глубокие царапины, стройные ножки обхватили меня за талию.
Перехватил её собственную ладонью, заставляя не шевелиться. Моё настоящее имя из её уст вот уже во второй раз пробудило в душе что-то странное, чему нельзя дать название. И без того бьющееся как шальное сердце забилось ещё быстрее. Моя рука скользнул с тонкой талии вбок и ниже, пока пальцы не достигли желаемого. И…
Проклятая Луна!
Какая же она…
— С ума сводишь.
Ласково провёл по откровенно мокрой плоти, размазывая влагу, раскрывая и медленно погружая в неё сразу два пальца. Погрузил и замер, шумно дыша.
Она такая узкая и горячая там, внутри, что от мыслей о том, как вскоре она также крепко и мягко сожмёт уже совсем не пальцы, перед глазами на мгновение потемнело. Член нетерпеливо дёрнулся навстречу девушке, когда она с тихим всхлипом наслаждения выгнулась подо мной, прижимаясь своими бёдрами вплотную к моим.
Такое нехитрое действие стоило всей моей выдержки, чтобы не сорваться, наплевав на всё. Останавливало то, что если я сейчас и правда не сдержусь, то просто порву её. И без того не был уверен, что не наврежу.
Опять я вдыхал и выдыхал, медленно растягивая её под себя. Снова и снова. К двум пальцам добавился ещё один. Стоны Луны стали протяжнее и громче. Она уже не выгибалась, извивалась подо мной, просьбы перерастали в требования, а затем обратно в мольбы. Маленькая ладошка обхватила мой стояк, и из моей груди вырвалось довольное рычание, настолько упоительным было ощущение её прикосновений.
— Доминик…
Нежный дрожащий голос на пике её оргазма прошёлся электрическим разрядом по всем моим венам. Отстранился всего на мгновение, снова вторгаясь, но иначе.
Что я там говорил про пытку?
Вот где была пытка.
Медленно погружаться в неё, впервые в жизни боясь сорваться и навредить. Кому угодно, только не ей.
— Прости, — произнёс, резко подаваясь вперёд.
Луна тут же напряжённо замерла подо мной и принялась с шумом втягивать в себя воздух. Я терпеливо пережидал, когда природная регенерация залечит полученную ею по моей вине рану, и она расслабится.
— Всё… хорошо… — выдохнула лапуля, наконец, хрипло. — Пожалуйста, не… останавливайся.
Да если бы попросила обратное, не смог.
Снова и снова толкался в неё на грани помешательства, не в силах больше думать ни о чём, кроме влажной глубины и подступающего оргазма. Он горячей волной окатил каждую клетку моего тела, выжег все доводы рассудка, выпустив на волю инстинкты, вместе с погрузившимися в хрупкое девичье плечо клыками.
Селена
Второе пробуждение за день вышло куда удачнее и легче. Разлепив глаза, невольно улыбнулась, пока память услужливо подсовывала каждый момент перед тем, как я уснула, банально вырубившись без сил после двух оргазмов. Хотя недолго я улыбалась. Ещё через мгновение поняла, что нахожусь не только в чужой спальне, которая на секунду ко всему прочему, ещё и детская, но и одна.
Резко поднялась и уселась, притягивая к себе простынь. Другая секунда моей жизни, пока я прислушивалась к тому, что творится не только в этой комнате, но и во всех остальных, показалась настоящей вечностью. Через которую я с облегчением выдохнула, различив звуки присутствия пустынного альфы на кухне, на первом этаже.
Глупая…
Как можно наплевать на всё здравое, отдаться тому, кто может разорвать тебя в любую секунду забавы ради, а потом переживать о том, что он сперва поимел, а потом бросил?
Точно идиотка…
К тому же, Демон так легко не отпускает свою добычу.
По крайней мере, так мне казалось раньше.
Правда, в свете новых событий, начало казаться, что всё, о чём я думала про него — далеко не полный список его качеств и норм поведения.
Это вселяло…
Надежду?
Может быть.
А может, я просто устала бороться с самой собой и была где-то слишком близка к той опасной грани, когда уже просто-напросто всё равно как и каким способом, неважно, какой ценой, лишь бы заполучить то, что так рьяно желала на протяжении слишком долгого времени.
Тем более теперь, когда вкусила…
И всё совсем не столь ужасно, как виделось прежде.
Наоборот.
Слишком искушающе…
Настолько, что даже почти не стыдно за такую подставу для огненного альфы, возможный брак с которым поспособствовал случившемуся.
С мыслью о последнем я всё-таки сползла с кровати и направилась в душ, где застыла перед зеркалом, заметив в отражении метку на левом плече.
Нет, не ту, что оставил мне Раф, как демонстрацию свидетельства нашей договорённости о совместном будущем под одной крышей виллы Оливейра, и то, что оставалось незаживающим рубцом исключительно благодаря регулярно вкалываемой сыворотке, замедляющей регенерацию в этой области моего тела.
Другую…
Поверху.
Ту, что оставил пустынный волк.
А я, возможно, имела неосторожность принять её в порыве нахлынувших эмоций.
Так?
Или же мне хочется так думать.
А это просто укус…
Каких немало он на мне оставил в своё время.
И которые зажили. Внешне. Оставив шрамы в душе.
Сколько их там?
Не сосчитать…
Я сама успешно размножала их все эти семь лет, пока боролась с самой собой и тем, что правильно, неправильно, хотелось и могло бы стать реальным.
Так и дошла до этого момента…
Да, Рафаэль Оливейра однозначно раздосадован, что наш уговор не состоялся, всё-таки иначе его же достопочтенный дядюшка — он же друг моего отца, по совместительству нынешний вожак огненного клана, теперь снова жизни давать не будет, по крайней мере, спокойной. То ведь и послужило истинной причиной нашей несостоявшейся свадьбы. Рафаэлю нужна была официальная пара, чтоб тот отстал со своим неутомимым желанием продлить с помощью племянника огненную родословную, а я… я ведь считала, что всё равно останусь одна, так почему бы не помочь другу, который поддерживал меня все последние годы?
Кстати, о нём самом…
Надо бы хотя бы позвонить.
Нехорошо получилось.
Хотя, уверена, он поймёт…
Всегда понимал меня.
Оставалось придумать, как компенсировать все созданные неудобства…
Думала я об этом, к слову, не так уж и долго. Вместе с тем успела принять душ. А вниз спускалась, обернувшись в полотенце, малодушно освоившись на чужой вилле окончательно, запустив частично замученное жизнью платье в стиралку. Тот, к кому я шла, в самом деле обнаружился на кухне. Стоя у окна, глядя куда-то за его пределы с хмурым видом. Как вошла, так и остановилась, не решаясь подойти к нему ближе.
Ещё пять минут назад, казалось, что всё не так уж и плохо, хорошо даже и у нас есть шанс, как у любой другой пары, ощутившей притяжение, пусть и жалкий.
Теперь же…
Слишком тяжёлый воздух.
Он осел в лёгких, подобно свинцовой пыли, вынуждая дышать через раз и бороться с очередным приступом одолевающих разум сомнений.
— Выспалась, лапочка? — обернулся Демон ко мне вопреки всему с улыбкой, а вместе с ней и мне дышать легче стало.
Улыбнулась в ответ. И зависла. Не только на его улыбке. На татуировках. Если на мужской спине “сидел” здоровенный паук, который приходил в движение, становился как живой, с каждым жестом своего хозяина, то остальную часть накачанного торса венчали более мелкие паучки, будто взбирающиеся по его рукам и груди к шее в несметном количестве. Так сразу не сосчитать.
— Выспалась, — отозвалась запоздало, поймав взгляд, сосредоточившийся на моём плече.
Не знаю, зачем прикрыла его ладонью. Порыв вышел скорее инстинктивным, нежели осознанным.
— Сыворотка. Она замедляет мою регенерацию. Поэтому не заживает, — сказала, как есть. — Это временный эффект. Пройдёт через неделю.
Демон усмехнулся и поманил меня пальцем.
А я же обещала быть послушной…
Вот и подошла, поравнявшись с ним почти вплотную.
Ему и того мало, широкая ладонь легла на мою талию, притянув ещё ближе, не оставляя ни миллиметра между нами свободного пространства. Опомниться не успела, а он склонился надо мной, целуя ровно в место своего укуса. Понятия не имею, с чего бы мне так остро реагировать, но ноги буквально подкосились, а тело прошила жгучая волна удовольствия, словно не поцелуй оставил, снова доводил до пика наслаждения, лаская между ног.
И совсем не останавливался…
А меня в самом деле швырнуло в бездну третьего по счёту оргазма за сегодняшний день. Вот так просто. В считанные секунды. Я даже не сразу поняла, как меня подняли на руки, а затем бережно усадили прямо на обеденный стол, на котором был заботливо расставлен наш поздний ужин.
— Сама поешь, или помочь? — поинтересовался мужчина, ведя пальцами невидимую линию вдоль моих ключиц.
Ещё одно простое действие, а только-только утихающая дрожь по телу разлилась с новой силой. Пришлось перехватить чужую ладонь, иначе, кажется, я становилась слишком озабоченной. Даже про его вопрос не сразу вспомнила, а ведь не настолько я беспомощна, даже в его присутствии. Правда, как задумалась об этом, так и решила не обозначать вслух. Эту тему.
— Сам реши, — произнесла, ведомая. — Я же обещала быть послушной. Обещания надо исполнять.
Демон вновь улыбнулся.
— Ротик открой, — прошептал, уставившись своим горящим взором на мои губы.
Не стала отказывать ни себе, ни ему. Должно быть, я такая же ненормальная, как он сам, или ещё хуже, а может всё и сразу, но возникшее в душе предвкушение оказалось слишком соблазнительным, чтобы его игнорировать. Притом, настолько, что вовсе не ощутила вкуса еды, подобрав протянутый им кусочек с вилки. Проглотила, не в силах перестать думать о чём-либо ещё, кроме его горящего взора, в котором разгоралось ничуть не меньше предвкушения, нежели поселилось во мне самой.
— Ещё? — уточнил он хриплым голосом, протягивая мне новую порцию съестного.
Шумно сглотнула.
— Ещё, — согласилась, обхватывая губами на этот раз не столовый прибор, а его пальцы, вместе с очередным кусочком.
Да, всё-таки мясо.
Хорошо прожаренное, почти, как мне нравится.
Едва тёплое.
Исходящий от оборотня жар чувствовался куда острее.
И ещё кусочек…
И ещё.
Сбилась со счёта, какое количество раз. Утоляя один мой голод, разжигая иной. Пробуждая всё новые и новые грани ощущений, о которых я даже не догадывалась, пока пустынный альфа не только кормил, но и нежно поглаживал внутреннюю сторону моего бёдра другой ладонью. Сперва обольщающе мягко, затем настойчивее и требовательнее, но всё ещё досадно нежно и неспешно, отчего я едва сдерживала рвущиеся наружу требования о большем, стараясь быть тихой и не поддаваться ставшему почти диким желанию самой вцепиться в него, а затем заполучить куда значительнее, быстрее приближая нас обоих к нужной грани.
Не ласка и ужин. Меня постигло какое-то неминуемое безумие. Оно завладевало мной каждое последующее мгновение, росло и крепло, пока мужчина неспешно вёл незримым узором на кончиках своих пальцев от линии моего колена, постепенно поднимаясь выше и выше, забираясь под полотенце, затем и вовсе стаскивая его, отбрасывая в сторону, как нечто совсем ненужное. Мысль о том, что ужин тут достался лишь мне одной, как вспыхнула, так и сгорела. Кажется, в качестве ужина оборотень предпочёл иное. Стоило мне съесть последний кусочек, как тарелка свалилась на пол, и угощением стала действительно я сама.
— Пожалуйста… — сорвалось с моих уст неосторожное, пока я пыталась уцепиться за твёрдую поверхность под собой.
Попытка тщетная и бессмысленная. Вторая — успешнее. Края стола становятся мне опорой. Я хватаюсь за них до судорог в суставах, до побеления пальцев, жадно хватая ртом кислород. Жаль, это не делает слабее другие мои ощущения, сжигающие разум дотла. Он не целует. Обжигает каждым прикосновением влажного языка. Дрожат не только мои колени. Я вся дрожу, пусть и не холодно. Наоборот. Невыносимо жарко. Почти задыхаюсь. Собственным всхлипами, пополам с мольбой.
— Пожалуйста… — не сдерживаюсь снова.
Всё ещё не поцелуи. Нет. Не кусает, царапает проступившими клыками, оставляя невидимые ожоги своими губами. Сущая пытка, длящаяся почти бесконечность, спустя которую я готова не только молить. Его плоть, упирающаяся мне между ног — такая же горячая и твёрдая, как я помню. Не помню только, когда и как я провинилась перед ним, раз он до сих пор медлит и не спешит облегчать мою участь. Хотя и это становится вскоре неважным. Вместе с первым, долгожданным толчком. Замирает.
— Не больно?
Больно. И нет, не потому, что он во мне. Нужно куда больше, глубже, жёстче, сильнее. Ничего не говорю. Обнимаю мужчину крепче, сама же двигаюсь ему навстречу. На этот раз он почти сразу срывается в столь необходимый нам обоим темп. Оргазм накрывает быстро, ошеломляющей волной, вышвыривающей из этой реальности окончательно. Я закрываю глаза, не вижу и не слышу ничего, кроме ошалелых ударов собственного сердца, пока представляю бескрайнее тёмное небо, в котором парю.
Отпустила меня моя эйфория далеко не сразу…
— Почему ты не сделал этого ещё тогда, семь лет назад? — спросила тихо, так и не открыв глаза.
Слишком хорошо, вот так, когда я под ним фактически распята, и вместе с тем не чувствую себя уязвимой или беспомощной, скорее более цельной.
— Не было смысла, — отстранился он. — Ты была напугана и не принимала меня, а я не принадлежал себе.
Зря, наверное, спросила…
Но перед глазами слишком ярко встали картинки из прошлого, где я и мои родственницы отправились в отпуск в жаркие страны, в результате чего однажды ночью я проснулась на стояке похитившего меня пустынного альфы. Потом нас отвезли в пустыню и засунули в клетки. А потом продали. На аукционе. Вот только, в отличие от других волчиц, в моём случае покупатель был тот же самый. Тогда я ещё не понимала, к чему столько сложностей. Потом осознала, когда игнорировать парное притяжение стало невыносимо.
— Просто подумала, что так было бы куда проще. Нам обоим. Хотя, может быть, я и не права, — оправдала собственную болтливость, всё-таки открывая глаза.
Теперь, когда оборотень обнажён не только по пояс, мой счёт изображённым паучкам стал на порядок выше. Пальцы буквально зудели в желании в самом деле всех их пересчитать. Последняя мысль оказалась настолько заманчивой, что и сама не поняла, когда осмелела до такой степени, что позволила себе обрисовать, начиная от правого запястья, первого по контуру, и…
— Не надо. Не трогай их. И не считай.
Замерла. Хотя отдёргивать руку не стала.
— Что они значат?
Перехватила чужую ладонь, накрыв поверху своей.
— Метки безвинно убитых мной.
И это тоже, зря я спросила…
Но слов не вернёшь. Ни сказанных мной. Ни тех, что запомнились в ответ. Особенно, если учесть, что свободного от татуировок пространства на теле — маловато.
— Хорошо, — отозвалась, скорее как уход от этой темы, не моей реакции на узнанное, а затем поднялась и уселась, чтобы быть к нему ближе, обнимая за широкие плечи. — Расскажешь мне что-нибудь ещё? Пожалуйста, — попросила совсем тихо.
На красивых губах расплылась насмешка.
— Что например?
Пожала плечами.
— Что угодно, — предложила, и сама же призадумалась над собственными словами. — Например, что будем делать дальше?
— Всё, что захочешь, — пожал он плечами.
— Всё, что я захочу? — переспросила неверяще. — Разве не ты буквально недавно утверждал, что мы будем делать то, что захочешь ты? — уточнила.
Не удержалась и ласково провела кончиками пальцев вдоль его плеча к шее, а затем по чертам его лица.
Идиотский порыв, но…
Как опасного зверя против шерсти погладить.
Слишком соблазнительно.
— Разве? По-моему, это звучало, как: "Я возьму всё, что посчитаю нужным. Со всех". Но если не хочешь сама решать, то… — одарил меня показательным взглядом с головы до ног и обратно. — Можем для начала сходить в магазин. Тебя нужно приодеть.
Вспомнила про оставленное в стиралке платье, которое было единственным у меня на данный момент в наличии.
— А может… заедем на виллу Оливейра? Там полно моих вещей, — пояснила собственный выбор. — И мне нужен новый телефон, — вздохнула. — Мой разбился, когда меня из оранжереи забрали люди Гектора. Стоит, правда, позвонить родителям, а то, если не скажу, что у меня всё в порядке… — вздохнула, так и не договорив.
— Приедут? — понимающе улыбнулся Демон.
Ещё раз вздохнула.
— Пусть едут, жалко что ли? — добавил он с нескрываемым весельем.
Не то чтоб жалко, но ведь только-только всё вроде как налаживаться начало, а они…
— Тогда Гектор до момента, как ты или Раф его найдёте, не доживёт, — привела весомым аргументом. — Может, ты и лучший наёмный убийца, но моя мать — эмпат, который считывает эмоции на расстоянии, мой дядя умеет читать мысли, а мой отец — вожак стаи свыше сотни злопамятных серых волков, которые неспроста прославились лучшими ищейками среди всех кланов.
На мои аргументы Демон заметно поморщился, явно вспомнив своё последнее, не самое лучшее общение со всеми упомянутыми личностями.
— Убедила, твою мать с дядюшкой мне видеть и правда не очень хочется. Одного раза на всю жизнь хватило, — отошёл от стола, попутно и меня спуская на пол. — Поехали тогда сперва за телефоном, потом к конфетному твоему заглянем, посмотрим, во что одеваются такие хорошие девочки, как ты, — предвкушающе оскалился.
Где-то здесь меня должно было насторожить хотя бы на последней фразе, как и на том факте, с какой лёгкостью он согласился к моему бывшему жениху поехать. Но я же в конечном итоге получила, что хотела? Получила. Вот и не стала заморачиваться, решив разгребать все новые проблемы по мере их поступления. Вот такая легкомысленная-я.
— Договорились! — на радостях обняла за мощную шею и чмокнула его в щёку, прежде чем побежать собираться.
Сборы заняли считанные минуты. Сам альфа к моему возвращению тоже успел одеться. А новый телефон, вернее его покупка, не понадобился. Раф оставил его вместе с автомобилем для меня, ровно там, где я эту самую машину и бросила.
— Какая щедрая рафаэллка, — прокомментировал поступок огненного волка Демон, открывая мне дверцу с пассажирской стороны.
Колкое замечание по части обращения к нефтяному магнату я пропустила мимо ушей, усаживаясь в салон.
— Он мой друг, — беззаботно пожала плечами, вытаскивая из бардачка гаджет, включая тот, удостоверяясь, что батарея полная.
Чистую правду сказала. Единственный друг, притом. Все подружки невесты на несостоявшейся свадьбе — и те из числа приставленных ко мне в компанию, хоть и знала их ещё с детства.
А позвонила я в итоге…
Нет, не отцу, который сейчас явно пребывал в бешенстве, если уже не мчался к границам Рио. И даже не маме, которая могла бы его вразумить, успокоить и вообще всех на свете сразу вылечить.
— Вас приветствует Демьян Рязанов, — раздалось после череды коротких гудков. — К сожалению, я сейчас не могу говорить, но обязательно перезвоню вам когда-нибудь потом…
Точно собрался бросить трубку, даже не выслушав и не поняв, что за абонент с неизвестного номера на том конце связи!
— Когда-нибудь потом — это когда тебя на мои похороны приглашать будут, да, братец? — перебила ехидно.
Послышались тихие чертыхания, что-то на заднем фоне со звоном упало и разбилось. Всё это смешалось со звуком хлопнувшей дверцы автомобиля с водительской стороны и заведённого двигателя автомобиля Рафаэля. Демон не стал дожидаться, когда я закончу разговор, и начал нашу поездку.
— Селена, — мрачно поприветствовал меня брат и заодно оповестил своего близнеца, судя по недовольному бубнёжу последнего.
— Угу. Селена, — согласилась, глядя на то, как садовый пейзаж виллы сменяется дорожным. — Селена, которая очень редко просит об одолжениях, и которая очень сильно нуждается в одном таком прямо сейчас.
Слаженный вздох стал мне ответом.
— Если ты про свою демоническую пару, то родители уже в курсе, — заметил уже один Демьян.
Тут я продолжать диалог не спешила. Вспомнила, что помимо всего прочего, не поставила в курс родителей о том, что замуж по расчёту собиралась выйти, и…
— Как и о твоей не состоявшейся свадьбе, — добавил Кирилл, будто мысли считал.
Хорошо, что всё-таки не маме сразу позвонила. Тут одним звонком не оправдаешься. И даже двумя.
— А о чём ещё они в курсе? — напряглась уже вслух.
Вдруг всё не так плохо, и про Гектора они не знают.
Ага, как же…
— Рафаэль им всё рассказал, — подтвердил мои самые худшие опасения опять Демьян.
— Так что жди гостей в скором времени, — вставил Кир.
— И Демона куда-нибудь подальше от себя спровадь, если он конечно не желает опять быть залеченным, — снова Демьян.
Пустынный альфа на данное заявление мрачно усмехнулся, но промолчал, хотя руки на руле сжались до скрипа.
— Понятно, — отозвалась угрюмо, отключая вызов.
Вдох.
Выдох.
Ещё один вдох.
Новый звонок.
По видео. Предварительно устроив гаджет на панели автомобиля, для более обширного обзора кадра с моей стороны.
Может, платье на мне и было длинным, но плечи — открытые, а значит, этого вполне должно хватить лучше всяких объяснений, уговоров и аргументов.
Гудки всё шли и шли…
Вызов всё-таки приняли.
Судя по изображению, альфа клана серых волков пребывал в движении, тоже в машине находился, за рулём. А стоило ему меня разглядеть… кроме отборного мата я от него больше ничего не услышала. Телефон и вовсе перестал транслировать увиденное мной, сменившись на тёмный экран. Ненадолго. Едва картинка вернулась, как на экране показалась мама.
— Привет, — выдала я за неимением ничего более умного.
— Привет, — улыбнулась она вполне себе тепло и мягко.
Хотя в серо-зелёных глазах отчётливо были видны алые блики, выдавая истинное состояние белой волчицы.
— Как ты?
— Хорошо, — заверила.
Если она и не поверила моим словам, то всё равно согласно кивнула с очередной нежной улыбкой.
— Хорошо, — повторила за мной, покосившись на отца. — Мы будем в Рио уже завтра, по тому времени, при встрече расскажешь подробнее. Демонёнка своего тоже захвати. Хотим пообщаться с ним лично, раз уж у вас теперь всё так серьёзно, — указала пальцем на своё плечо, явно намекая на метку на моём собственном.
Я же покосилась в сторону водителя. Он на такое своеобразное приглашение неожиданно добродушно усмехнулся и кивнул. Глазам своим не поверила, ожидала, что реакция будет не настолько положительной, но телефон всё же развернула немного иначе.
— Не обязательно приезжать, — добавила.
Что уж ходить вокруг да около…
Запретила бы напрямую, да только кто меня послушает?
Мама конечно же не повелась.
— Нет уж, мы тоже хотим проникнуться твоим счастьем. Ты же не против? — выгнула брови, глядя на меня со скрытой насмешкой.
— Также инициативно, как дедушка в своё время проникся вашим? — ляпнула с расстройства.
Проникся он, к слову, в самом деле с большим энтузиазмом. Не только запретил. Война у них межклановая тогда чуть не случилась.
— А разве есть предпосылки к подобному вмешательству с нашей стороны? Ты же сама сказала, что у тебя всё хорошо. Обманула?
Слишком хорошо я её знала, чтобы поверить, будто это просто уточнение или вежливости ради.
— Н-нет, не обманула, — протянула встречно. — С чего бы мне обманывать?
— Хороший вопрос. Отвечу на него при встрече. В общем, завтра в полдень.
Обречённо вздохнула. И снова на водителя покосилась.
— Мы сами прилетим. На следующей неделе. Пять дней продержитесь?
На том конце связи послышался новый поток мата, адресованный уже не вселенной, а одной конкретной персоне, которая совсем не я. И скупое, однозначное от отца:
— Два дня.
Демон понимающе улыбнулся.
— Как скажешь, Отче, — добавил вслух.
Не видела лица родителя, но довольно отчётливо представила, как его перекосило при таком обращении. Вот и мама хихикнула, явно тоже оценив нечто подобное.
— В общем, мы вас ждём, — пауза, а затем: — Демонёнок, надеюсь тебе не надо напоминать о последствиях, и что будет, если обидишь нашу дочь…
Ответа дожидаться не стала, сбросила вызов.
Очень красноречиво и показательно!
— Извини. Просто они очень переживают за меня, — оправдала я родителей с очередным вздохом, как смогла.
— Не того все боятся в вашем клане, — криво улыбнулся Демон.
— Вообще-то мама очень добрая и понимающая, — не согласилась с ним. — Если её не злить… — добавила уже тише.
— Так это она тогда доброту и понимание ко мне проявила? — деланно удивился он.
— Угу, — улыбнулась.
И тут же отвернулась к боковому окну, чтобы лишний раз своей реакцией не провоцировать оборотня. За стеклом мелькали улочки Рио, давно стемнело. Огни пробуждающегося к ночной жизни города горели жёлтыми и оранжевыми красками, и я невольно залюбовалась ими, впервые за долгое время отпуская всё плохое.
— А что не так с моей одеждой? — вспомнила, едва моей ладони коснулась чужая, аккуратно сжимая.
Перехватила удобнее и развернулась к собеседнику лицом.
— Скучная? — предположил он, хотя уверена, больше утверждал.
— Скучная? — переспросила, округлив глаза. — А надо какую? Как эта, что ли? — махнула свободной рукой на наряд, в котором пребывала с его подачи.
Нормальная у меня одежда. Комфортная, не стесняющая движений. И вовсе не скучная, или что ещё он там имел ввиду.
— Нет, эта вещица тоже отвратительная, но лучшего тогда не нашлось, — одарил пристальным взглядом. — Совсем не твоё.
— Хм… Да? А какое оно — по-твоему, моё? — заинтересовалась.
Оборотень ничего не ответил, а его новая улыбка совпала с разворотом автомобиля в противоположную от виллы Оливейра сторону. Похоже, мне решили на деле показать, что “моё”.
Селена
Огни ночного Рио всё также сияли красочнее обычного в моих глазах, пока мы ехали в одну известную Демону сторону, а вскоре внедорожник притормозил на парковке знакомого круглосуточного торгового центра. Расставаться с теплом чужой ладони, которое согревало весь наш путь сюда, если быть честной с самой собой, совсем не хотелось, даже на минуту, поэтому мысленно вздохнула, едва оборотень всё-таки расцепил наши руки и вылез наружу.
Тем удивительнее было осознать, что пока я тормозила, прежде чем открыть дверцу со своей стороны, альфа успел не только оказаться на улице, обойти машину с капота, но и оказался рядом, помогая выбраться. Мою руку так и не отпустил, повёл за собой. А когда проходили мимо уличного цветочника, и вовсе приобрёл одну из гербер персикового цвета, которую заботливо, нет не вручил, вставил в мои волосы, после чего отодвинулся, оглядывая результат своей деятельности, и посмотрел до того странно, что немного не по себе стало.
— Неземная… — шепнул, ведя пальцами по щеке вниз, вдоль линии овала лица.
Тут я окончательно растерялась.
Слишком…
Непривычно воспринимать его таким.
Хотя кого я обманываю?
Бороться с напрашивающейся улыбкой не осталось никаких сил. Притормозила, в очередной раз позволив себе крепко прижаться к нему, задевая губами уголок его губ.
— Спасибо… — прошептала в ответ, так и не отстранившись.
Демон шумно втянул в себя воздух, а затем как-то особенно осторожно приобнял за талию.
— Не надо. Благодарить.
— Спасибо за цветочек, я имела ввиду, — улыбнулась снова, бережно коснувшись бархатных лепестков в своих волосах.
Меня одарили насмешливым взглядом.
— Вообще-то это для меня, лапочка, не для тебя, — отвернулся и потянул дальше за руку.
Усмехнулась, поправив про себя свою же фразу: “Тогда спасибо, что ты есть. Такой”, но вслух ничего не сказала, покорно пошла следом за пустынным альфой.
Очутившись внутри торгового центра, поднялись на два этажа выше, следуя указателям, а первый бутик женской одежды, в которой мы зашли, оказался… полон таких фасонов, которые я сама добровольно точно никогда не стала бы носить. Как минимум, чтобы не схлопотать от того же отца за развратный внешний вид.
Но ведь уже подписалась!
— М-мм… в твоём представлении я танцовщица из стриптиз-клуба? — не удержалась от комментария.
— Нет, лапочка, в моём представлении ты яркая, как Луна, и праздничная, как Новый год, — отозвался он невозмутимо.
Ну, ладно, яркая так яркая…
Попробуем.
Правда, всё моё желание порадовать альфу пустынников длилось недолго, пропало почти сразу, как только к нам подошла одна из местных консультантов. А за ней и вторая. Нет, я не настолько высокомерна, чтобы судить о ком-либо по внешности, но обе смотрели на сопровождающего меня оборотня с вполне однозначным интересом, который лично мне категорически не понравился, притом до такой степени, что захотелось уйти.
Конечно же, ничего такого я не сделала.
— Так что? Какое из них? — махнула я рукой в сторону витрин с обилием спецодежды для стриптизёрш.
Демон широко и предвкушающе заулыбался. Встал позади меня, положив ладони на мои плечи и подтолкнул чуть вперёд.
— Вот на неё, милашки, — обратился он к местным шлюх… то есть сотрудницам. — Где-то наряда два… М-м… Нет, три. И ещё пять на повседневность. Поможете? — уточнил мурлыкающим голосом.
Девушки бестолково закивали. Мне же захотелось, чтоб ушла уже не я сама, а эти две, притом в мир иной сразу ушли, и может быть альфу пустынного с собой прихватили. Чтоб не разговаривал так ласково и обходительно, с кем ни попадя.
— Исполним в лучшем виде, — чуть ли не хором отозвались.
Ещё и меня под руки подхватили, потащив в примерочные. При этом продолжали пялиться на оставшегося позади мужчину.
— Его одевать не надо. Только меня, — заметила мрачно.
Впрочем, это всё равно что с самой собой разговаривать в пустой комнате. Никто и внимания не обратил.
Да и я сама о последнем забыла уже вскоре. Стоило только взглянуть на себя в зеркало, после того, как примерила предложенные наряды. И если первые пять были просто минимальной длины с немного более глубоким декольте, чем я привыкла, то вот остальное… У бронзового наряда понятие декольте как такого вообще отсутствовало, ввиду того, что вряд ли подобное может заканчиваться на уровне пупка. Ещё одно, цвета закалённого металла - выглядело с точностью до наоборот: спина голая, ткань едва прикрывает зад, а вырез открывает линию копчика. Последнее: полностью кружевное — не скрывало ровным счётом вообще ничего, учитывая его прозрачность.
И так мне захотелось снова братьям позвонить…
Кто бы ещё спас меня от подобного?
— Ну, и? — вышла из примерочной, стараясь не замечать, сколько посетителей слонялось по магазину. — Мне идёт?
Демон оторвался от созерцания нарядов, висящих в торговом зале на вешалках, и развернулся ко мне. То, чем он занимался во время моего отсутствия, к слову, порадовало неимоверно. Я даже отчасти начала чувствовать себя более комфортно в этом платье.
Мужчина пристально оглядел с ног до головы и взмахнул рукой, намекая на то, чтобы я покрутилась. А после того, как я снова обернулась к нему лицом, предвкушающе оскалился, в янтарном взоре едва заметно полыхнул багрянец.
Ох, как же жарко стало в помещении разом…
— Нижнего белья не предусматривает? — обратился он к служащим бутика.
— Нет, но можно такое же кружевное боди использовать, чтобы незаметно было, — ответила ближайшая к нему, глядя на меня с отчётливой ненавистью.
Ну, вот! Теперь я ощутила себя ещё лучше прежнего!
— Несите это ваше боди, — произнёс он охрипшим голосом. — Впрочем, можете не торопиться… — плавно шагнул ко мне, и ещё раз, вынуждая отступать обратно в примерочную.
— Но у нас… — начала было одна говорить, но замолчала под его взором, полным ярости.
— Плевать, — отчеканил ледяным тоном, вернув мне своё внимание.
Стужа в мужском взгляде вновь сменилась неукротимым огнём. И весь мир перестал существовать для меня в одно мгновение.
— То есть, платье тебе понравилось? — зачем-то сказала, хотя голос отказывал.
Прижалась спиной к зеркальной поверхности, шумно сглатывая.
— По мне незаметно? Обязательно надо вслух уточнять? — усмехнулся он, хватая за руку и прижимая меня лицом к боковой стене, широкая ладонь скользнула по бедру и выше, задирая платье до самой талии. — Если бы мне не понравилось, я бы так и сказал, — прошептал на ухо, проводя пальцами по моей влажной плоти. — А сейчас ты будешь послушной девочкой и перестанешь болтать глупости, — резко толкнулся в меня пальцами.
Болтать я, и правда, перестала, а вот стон наслаждения сдержать не успела. Уткнулась лбом в покрытую краской шероховатую поверхность и подалась бёдрами назад, желая заполучить как можно больше контакта со столь необходимым сейчас. Внутренности буквально выжигало от этой потребности. Кажется, я плохо отдавала себе отчёт в том, что вообще делаю.
— Громче, — раздалось требовательное над головой, а затем он подхватил чуть выше колена мою правую ногу, поднимая её, прижимая к боку.
Тут же вторгся снова, но иначе. Я почти задохнулась от чувства того, как туго и глубоко ощущается его член внутри меня, в то время как свободная ладонь мужчины сжалась на волосах, разворачивая моё лицо в сторону зеркала, отчего я теперь могла видеть, как он медленно выходит из меня, чтобы почти сразу погрузиться обратно на всю длину.
И да, быть тише у меня точно не получалось.
— Смотри, Луна. Не отводи от происходящего своего взгляда, — прошептал совсем тихо, отпустил волосы, переместил ладонь на мой живот и сделал новое движение внутри меня.
И я смотрела. Не отводила взора ни на одно мгновение из каждого, отпечатавшегося в подсознании подобно первозданному знанию столь правильного и важного. Последующие мои стоны я также не сдерживала. Они срывались с моих губ один другого громче, в то время, как оборотень вколачивался в меня довольно грубо и глубоко, но вместе с тем предельно необходимо и правильно до тех пор, пока сознание не разорвало на миллионы частичек чистейшего наслаждения, накрывшего как сокрушительное цунами, буквально вывернувшее всю душу наизнанку.
И словно что-то новое родилось глубоко внутри меня. Что именно — так и не поняла. За исключением осознания того, что как прежде уже точно не будет.
— Скажи ещё раз, — пробормотала, не в силах открыть глаза, которые успела закрыть, впитывая отголоски оргазма. — Назови меня так ещё раз…
Не раз я слышала такое обращение ко мне из его уст, но именно сейчас это стало непреодолимо нужно и важно.
— Луна, — послушно повторил Демон, вжимаясь в меня ещё плотнее. — Моя личная Лунная богиня. Это ты хотела услышать? То, как сильно я от тебя зависим…
Повернула голову, ласково прижимая ладонь к его щеке.
— Это. То, что я — твоя, — улыбнулась. — К тому же, вряд ли твоя зависимость — сильнее, чем моя — к тебе, — призналась.
Твоя…
А ты мой.
Добавила уже про себя.
— К тому же, стала бы я хранить верность несуществующей паре семь лет, если бы могла избавиться от этой привязанности и жить дальше? — усмехнулась, немного погодя.
— Хранила бы ты её в любом случае, лапочка, — отозвался он через паузу, отстраняясь, развернул меня к себе и принялся убирать следы произошедшего, под конец возвращая платью его первоначальный вид. — И жить с кем-то другим не смогла. Я бы не позволил, если ещё не поняла. И в этом наша с тобой самая большая проблема.
Из янтарного взора исчезла вся прежняя игривость, вместо неё в его глубине поселилось нечто тёмное, хищное и опасное, как лучшее подтверждение сказанному.
Далеко не самые лучшие мысли пробудили во мне его слова и реакция, как и опасения. Не только по части прошлого. На язык просилось по меньшей мере тысяча вопросов и ничуть не меньше обвинений.
А я…
Оставила всё плохое.
Спрятала, закопала в самые закрома разума и души, не желая их вытаскивать наружу и показывать не только себе, но и вообще кому-либо, тем более ему.
И…
Просто впилась в его губы своими губами. Жадно. Со всем переполняющим меня отчаянием и той потребностью в нём, что снедала меня бесконечными днями и ночами.
А потом…
— Я люблю тебя.
Шумный вдох и не менее шумный выдох от него, прикрытые глаза и новый поцелуй, на этот раз едва ощутимый, после чего меня стиснули в болезненных объятиях.
— Не нужно так, Луна, — прошептал он, уткнувшись лицом в макушку. — Я того не стою.
Всё, что я так старательно похоронила в себе минуту назад, словно попыталось вырваться наружу, обрести свободу и затмить то, во что истинно хотелось верить. Но я и на этот раз не позволила. Безжалостно задвинула все «за» и «против» по этому поводу туда же.
— Поздно. Стоишь или нет, не изменит того, что я к тебе испытываю, — улыбнулась мягко, погладив по щекам большими пальцами. — К тому же, ты не прав, я точно знаю, что ещё как стоишь. И нет у нас с тобой никакой проблемы. Всё только в твоей голове, — добавила, вместе с новым поцелуем, на этот раз куда более скромным и коротким.
Демон был явно со мной не согласен, но спорить не стал, сосредоточился на платье.
— Кажется, нам к нему обещали какое-то боди, — выглянул из занавески и подозвал к нам сотрудницу, которая передала ему обозначенное. — Хочу посмотреть, — сунул мне в руки ещё одну развратную вещичку и отступил на шаг.
Уходить впрочем не стал, следя за моими действиями немигающим взором, в котором всё ярче разгоралось закатное солнце, пока я послушно исполняла сказанное.
— Остальное тоже подошло? — поинтересовался Демон уже деловым тоном. — Тогда переодевайся, а я пока расплачусь, — велел, получив с моей стороны утвердительный ответ на свой вопрос.
Обречённо вздохнув, и на этот раз не стала спорить, ровно как и комментировать вслух. А вот по выходу из примерочной я всё же задержалась. Взгляд сам собой уцепился за коротенькую юбочку-шотландку с широким чёрным поясом.
Почему-то вспомнилось анимэ и годы обучения в универе...
Захотелось немного пошалить. Так что я даже раздумывать долго не стала. К юбочке быстренько подобрала самую обычную белую рубашку, того же цвета чулки, а ещё шикарное тёмно-красное бельё. В то и переоблачилась, пока оборотень был по-прежнему занят, общаясь с этими… кхм… сотрудницами магазина.
Мне бы ещё раздобыть леденец на палочке, и реально вылитая героиня мульта.
— Ну, всё, можем идти… — проговорил Демон, ставя свою подпись на чеке, и только после этого посмотрел на меня.
Да так и замер в том полусогнутом положении, что пребывал. И, кажется, даже слова растерял.
— Мы ещё вот это вот возьмём, — заключила, махнув рукой на свой прикид, помедлила немного, а после дополнила, не сумев скрыть смущения: — А можно я снимать прямо сейчас не буду?
Оборотень на мои слова лишь согласно кивнул и махнул рукой кассиру. Та понятливо улыбнулась и отбила новый чек, предварительно срезав все бирки на моём наряде.
— А конфетку мне купишь? — поинтересовалась на ухо мужчине, пока он заканчивал рассчитываться. — Такую — круглую, на палочке, разноцветную… Очень хочется. Сладкого.
Намеренно задела его шею губами, пока отстранялась, а после ещё и улыбочку невинную добавила, на краю сознания принимая тот факт, что, по всей видимости, здравый смысл во мне приказал долго жить. Окончательно и бесповоротно.
На лице альфы расплылась загадочная ухмылка. Он прижал меня к стойке кассы и провёл пальцами по губами.
— Конфетку, значит, надо? — сощурился. — Что ж, будет тебе конфетка… Идём! — подхватил пакеты с покупками и потащил меня за руку на выход.
— А тебе мы покупать ничего не будем? — задумалась о насущном.
В конце концов, на той вилле не только для меня, но и для него вряд ли имелись необходимые запасы.
Пустынный альфа, следуя к выходу, услышав мой вопрос, остановился и призадумался, а затем свернул в бутик с мужскими костюмами, где накупил несколько видов белых рубашек и два галстука-бабочки. И только. А пока я, озадаченная столь странной покупкой, шла за ним к выходу, он в дополнение ко всему завернул в отдел аксессуаров и прям там же сделал мне два хвостика, украсив их купленными бабочками.
А я уж думала, что глупее себя чувствовать уже невозможно.
Впрочем, неуместная мысль быстренько затерялась, стоило увидеть на лице альфы пустынников проказливую улыбочку. Она растопила все мои сомнения в одночасье. Нет. Даже не так.
Банально затопила…
К тому же, столь желаемый мною леденец на палочке я тоже получила.
Прям не ночь, а сказка!
Демон
"Я люблю тебя", — крутилось в голове на манер заезженной пластинки, пока я вёз свою Луну прочь от торгового центра.
Три простых слова, которые все вокруг постоянно друг другу твердят, даже если на деле ничего подобного не испытывают.
Три желанных слова, которые я ещё никогда не слышал ни от кого в свой адрес.
Три значимых слова, которых я не заслуживал.
Уж точно не от девочки-лапочки, что с такой доверчивостью сейчас велась на все мои безумства.
И все же внутри что-то переворачивалось, ломалось, менялось. Меняло. Меня. Для неё.
Я нисколько не преувеличил, когда сказал ей, что не позволил бы ей быть с кем-то другим. И не позволял. Убирал с её пути всех, кто подбирался к ней излишне близко. Оливейра выжил, потому что я ни разу за эти годы не ощутил в нём по отношению к бурой волчице, как и в ней самой по отношению к огненному альфе, самого мало мальского желания. Они действительно просто дружили. Все остальные…
Что ж, я никогда не притворялся хорошим.
И сидящая рядом на пассажирском кресле знала об этом лучше всех. Не зря до сих пор опасалась меня в глубине души. Тем интереснее было наблюдать, как она забывается в моём присутствии, раскрывается, становясь собой, настоящей, без вбитых в неё запретов и условностей. Выбранный ею самостоятельно наряд анимешной школьницы тому лишнее подтверждение.
Когда увидел её в нём, на мгновение дар речи потерял, настолько одновременно порочно и невинно она выглядела в нём. И будто не было у нас с ней несколько минут назад никакого секса. А маленькая провокаторша ещё и конфету запросила, которую теперь смачно и со вкусом облизывала, пока я искренне пытался сосредоточиться на дороге.
— Вкусно? — поинтересовался, не выдержав, следя за тем, как розовый язычок проходится по цветному кругляшу, а сама она довольно при этом жмурится, пробуждая во мне желание остановиться и заменить конфету на собственный член.
— М-м-м… о-очень, — с нескрываемым удовольствием отозвалась девушка, в очередной раз вкусив сладость, после чего протянула мне. — Хочешь? Также… — полюбопытствовала, а в карих глазах полыхнули серебристые блики.
Усмехнулся.
— Нет, — сказал, но лишь для вида, смакуя её мелькнувшую растерянность.
Всё-таки есть в ней в такие моменты что-то такое, особенное, пробуждающее во мне странные ощущения, на грани острия. Хотелось удивлять её. Снова и снова.
— Хочу лучше, — добавил с ухмылкой, спустя короткую паузу. — Сделаешь?
Девушка на мои слова демонстративно уставилась на леденец, призадумавшись, прикусив нижнюю губу.
— Сейчас?
— Не думаю, что потом ты на это решишься, — сказал, как есть.
С учётом, куда я её вёз…
— Иногда мне кажется, что ты знаешь меня лучше меня самой, — беззаботно хмыкнула лапочка, отворачиваясь к окну.
И да, вообще ничего не стала делать.
Тоже хмыкнул.
Не сказать, что она не права.
В конце концов, врага нужно знать со всех сторон, а не только в лицо. А она хуже любого врага. Да и не скрывал я ведь, что следил за её жизнью. Так что да, я знал о ней всё и умело сейчас использовал эти знания в своих действиях.
— Трусики твой наряд предусматривает? — вернулся к изначальной теме.
Луна отвлеклась от разглядывания городского пейзажа за стеклом и медленно обернулась ко мне обратно, лаская меня своей очередной мимолетной растерянностью. Совсем недолго.
— М-м-м… что-то не припомню никак… — обронила уже нагло. — Забыла, — вздохнула, скинула обувь и развернулась ко мне всем корпусом, вместе с тем опустив обе ступни мне на ногу, слегка надавливая пальчиками. — Проверишь? — добавила, прикусив леденец.
Бросил на неё ироничный взгляд, но просьбу исполнил. Одной рукой продолжил рулить, а ладонью второй провёл от колена ниже, пока пальцы не коснулись кружева, пару раз приласкав поверху.
— Снимай! — приказал следом, показательно потянув ткань с ягодиц.
Луна вздрогнула, а в воздухе отчётливо отразился аромат её возбуждения. Не отводя от меня взора, она послушно избавилась от нижней части белья. Завела руку назад и нажала кнопку, опустив боковое стекло. За него и отправила снятую часть одеяния, позволив ветру подхватить и унести прочь кусочек красного кружева. Окно не закрыла.
— Очень жарко… — пробормотала, едва шевеля губами.
— Водички? — предложил, предвкушая дальнейшее.
— Да... — ответила, облизав губы. — Пожалуйста…
По-прежнему неотрывно смотрела только на меня. Даже про леденец забыла. Я тоже смотрел исключительно на неё, когда потянулся назад и достал из кармана сиденья бутылку с водой, с интересом следя за тем, что она будет делать дальше…
Да или нет?
Девушка благодарно улыбнулась и открутила крышку, а затем немного запрокинула голову. Даже полглотка сделала, прежде чем всё оставшееся содержимое вылила на себя. Вода стекла по ключицам в декольте и пропитала рубашку, делая ту полупрозрачной. Мокрая ткань облепила полную грудь, выделяя очертания красного кружева под ней ещё более отчётливо.
Да-а...
— Не помогает, — вздохнула брюнетка. — Всё равно жарко, — расстегнула одну из немногочисленных пуговиц на своём одеянии.
Теперь декольте стало ещё более откровенным. Проследил за капелькой воды, стекающей между полушариями, пристальным взглядом.
— Ножки шире, лапуль, — ухмыльнулся, вернув внимание дороге, но успел заметить, как серебро в её глазах засияло ярче.
— Так? — поинтересовалась, выполнив сказанное мною.
— Ближе! — отдал я новый приказ, положив ладонь на её бедро и самостоятельно подтолкнув к себе.
И снова она беспрекословно выполнила моё веление.
— Хорошая девочка. Послушная, — похвалил и скользнул пальцами по влажной плоти, резко вторгаясь.
С приоткрытых губ сорвался протяжный стон.
— Нравится? — задал риторический вопрос.
Отклик её тела говорил сам за себя.
Лапочка выгнулась навстречу, заново прикусила леденец и прикрыла глаза, пока я совершал поступательные движения пальцами, представляя как вскоре сменю их на свой член. Вспомнилось, как мягко и крепко её стенки сжимали меня на пике оргазма, и едва не простонал от болезненного ощущения в паху. Пора заканчивать с этим представлением, пока и правда не отымел Луну прямо на капоте автомобиля её дружка на потеху публике. Вряд ли она оценит нечто подобное, да ещё в собственном исполнении.
— Сама! — отдал новый приказ, убирая ладонь и возвращая внимание дороге.
Волчица замерла, шумно втянув воздух. Её рука, прежде цепляющаяся за край сиденья, на мгновение сжалась крепче, а после легла на внутреннюю сторону бёдра и плавно погладила, умещаясь между ног. Ресницы дрогнули, а новый стон, слетевший с её уст, оказался громче предыдущего. И ещё один... И ещё… Исполненный наслаждения, хриплый, умоляющий… Она ласкала себя снова и снова, а дыхание то и дело сбивалось, пока не замерло вовсе, наряду с последним, исполненным наслаждения, протяжным стоном.
И вот вроде не впервые наблюдаю такую картину, но ни разу ещё до этого не был и сам так близок к оргазму, как сейчас вместе с ней. Благо, мы как раз подъехали к нужному заведению, и я решительно остановил автомобиль на обочине прямо перед входом, наплевав на знак запрета. На девушку старался не смотреть, чтобы не сорваться. Иначе мы точно не покинем этот долбанный салон.
— Приведи одежду в порядок. Продолжим наше веселье в другом месте, — велел и выбрался на улицу.
И даже тот факт, что возбуждение отчётливо просматривалось через тонкую джинсовую ткань, не помешал показаться общественности. Всё лучше, чем продолжать вдыхать смертельный аромат персиков. Да и в принципе меня никогда не волновало чужое мнение. Потому легко улыбнулся мимо проходящей компании девушек, которые в ответ тоже призывно заулыбались. Невольно проследил за ними взглядом, пока обзор не закрыла хрупкая фигурка моей спутницы. Провёл ладонью по краю выреза её по-прежнему мокрой рубашки, из-под которой виднелось тёмно-красное кружево.
— Готова? — так и продолжил уделять внимание глубокому декольте бурой волчицы.
— Это риторический вопрос? — усмехнулась девушка.
Развернулась и направилась ко входу в ночное заведение.
Тихонько рассмеялся. Ревность Луны оказалась очень вкусной на пробу. Настолько, что я, недолго думая, догнал её и притянул к себе, целуя в шею со спины.
— Ты вкуснее их всех, Луна, — прошептал. — Так что тебе не стоит переживать, что я променяю тебя на кого-то другого. Никогда не променяю. В этом можешь не сомневаться.
И в этом я нисколько не соврал.
Я просто убью, чтоб не мучить нас обоих.
— Я помню. То, что ты говорил. О вкусе моей крови, — отозвалась фальшиво безразлично.
— Именно так. Зачем мне другие, если ты мне даёшь всё, что я хочу?
Меня одарили недоверчивым прищуренным взглядом. Но более никак она свою реакцию не выдала. И хорошо, потому что болтать не по делу мне уже порядком надоело, поэтому я подтолкнул её за ягодицы вперёд ко входу. Хотя дверь по итогу открывал сам.
В уши тут же ударили громкие тяжёлые басы, в нос — смешанный запах пота, алкоголя, табака и секса, а пройдя по небольшому коридору ко всему прочему ещё и лазерные вспышки ослепили глаза на мгновение. Пришлось задержаться на пороге, привыкая к светомузыке, прежде чем я вновь подтолкнул свою Луну вперёд.
— Пить будешь? — поинтересовался у неё, как только мы остановились у барной стойки, и я знаком подозвал к нам бармена.
— Ты в курсе, что этот клуб принадлежит старшему брату Рафа? — откликнулась и сама же сделала себе заказ тоже одним единственным жестом. — Раф говорит, я так скоро стану алкоголичкой… — добавила, получив порцию сноровисто подготовленной порции напитка для неё.
Выпила залпом. И ещё одну заказала. Тут и моя доза подоспела.
— А мне нравится, — пожал плечами, одним глотком поглощая водку. — Ты забавная, когда пьяная, — добавил, припомнив все её выкрутасы в подобном состоянии.
— Да? Много ли раз ты меня в пьяном состоянии видел? — обернулась с удивлением она.
— От невинной лапочки до прожжённой стервы разгон в пять рюмок, — ответил своеобразно, принимая от бармена вторую рюмку водки и кивая на всю бутылку.
Не люблю цедить алкоголь.
— Хорошо, что я всё-таки замуж за него не вышла. Он зануда. И пижон, — дополнила флегматично пока ещё лапочка, уставившись на свой стакан, на этот раз не спеша пить. — Хотя, если его тоже напоить, то вполне себе ничего. По крышам вот однажды гуляли…
— Это когда ты с неё в кусты рухнула? — припомнил эту их прогулку.
Про свой стакан она окончательно позабыла, округлившимися глазами смотрела на меня, будто впервые увидела.
— Мог бы и поднять! — быстро сделала верные выводы.
— Зачем тебя поднимать, если я могу просто не дать тебе упасть? — подмигнул ей, делая новый глоток уже прямо из бутылки.
Бутылку у меня с самым бесстыдным видом отобрали. Полглоточка ей хватило, чтобы скривиться и отказаться от этой идеи, а затем отставить алкоголь в сторону.
— Не дай, — выдохнула мне в губы, приподнявшись выше, уцепившись обеими руками за мою шею. — Падать… больно. Я не люблю боль.
— Больно не будет, — ответил сам себя не слыша.
И нет, громкая музыка здесь не причём. Собственное сердце сейчас билось так громко, что заглушало все посторонние звуки. И это моя ошибка. Не первая за последние часы, но самая опасная.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Больно не будет. Да и не смогу я причинить ей настоящую боль при всём своём желании.
— Тебе никогда не будет из-за меня больно.
Ответом мне стал поцелуй. Нежный и мягкий, как она сама. Укутала не только своими объятиями и запахом, но и светом своей души, отчего в моей собственной разразилась настоящая война.
— Идём потанцуем, — потянул лапулю за собой, тщательно отгораживаясь от случившегося раздрая.
Нельзя ей поддаваться.
Нельзя проявлять слабость.
Нельзя терять себя.
Снова…
Если бурая волчица и удивилась моей резкости, то виду не подала, прижалась плотнее, как только я притянул её к себе ближе, оплетая руками тонкую талию, и начал двигаться в неспешном ритме.
Звучащая музыка абсолютно не подходила для такого танца, но я её всё равно почти не слышал. Всё затмевал быстрый стук чужого сердца, и я старался запомнить его, растворялся в его биении, наслаждался моментом, пока мог. Пока оно ещё билось для меня.
Руки отдельно от сознания ласково скользили по девичьей спине, зарывались в тёмные локоны, перебирали их, отпускали, и перемещались обратно на ягодицы, гладили, мяли, вжимали в себя крепче. Поводил носом у её виска, глубоко и с наслаждением вдыхая персиковый аромат, снова растворяясь в нём и зарождающемся в глубине груди чувстве, которому никак не получалось дать правильного названия. Но оно было до того душащим, что захотелось вырвать собственное сердце. Или убить кого-нибудь.
Мне даже аромат крови привиделся на фоне этого чувства.
Или нет…
Замер, концентрируясь на нём полнее.
Вдох-выдох, вдох…
Вот оно.
То самое.
Желанное.
Голова повернулась в нужную сторону раньше, чем я нашёл причину глазами.
Человек. Лет двадцати пяти, не больше. Явно не бедствующий, судя по дорогим шмоткам и зализанным светлым волосам. Пьяно покачиваясь, он кричал на невозмутимого бармена, потрясая кулаком, с которого на лежащие на стойке осколки бокала капала кровь.
Кап-кап-кап…
Отдавалось эхом в моей голове.
Тук-тук-тук…
Вторили ему знакомые молоточки.
Скр-ри-и…
Провёл когтями по черепу, пробуждаясь ото сна, живущий во мне кровожадный монстр.
Убей-убей-убей…
Принялся нашёптывать его тихий голос.
Насколько тихий, настолько же властный.
Невозможно не поддаться.
Весь мир сузился до ничтожной персоны блондинчика, когда я шагнул в его сторону. Руку, что так некстати решила вмешаться в мои действия, я перехватил не глядя, стиснув до хруста.
Никто не смеет вставать между мной и моей жертвой!
Последующий болезненный вскрик вынудил притормозить, ослабить хватку и призадуматься. Что-то было не так, и я бы возможно даже ухватился за эту мысль, но в голове вновь нетерпеливо заскрежетал зверь, перебивая и возвращая моё внимание к раненому пареньку. Вот только его кровь больше не капала на стойку, как и его самого не наблюдалось на прежнем месте, но это не важно. Достаточно вдохнуть поглубже в себя воздух, чтобы понять, куда тот делся. Понять и направиться следом.
Недалеко ушёл. Но от новой хватки я на этот раз не увернулся.
Ну и кто тут у нас такой смертник?
Рука сжалась вокруг чьей-то шеи рефлекторно, и я уже почти расслышал хруст сломанных позвонков, когда раздалось хриплое, едва слышное:
— Доминик...
Настоящее имя, сказанное нежным голосом Луны, ворвалось в окрашенный алым разум, как воздушный вихрь, сметающий всё на своём пути, выдувая из головы даже намёк на жажду крови, оставляя на своём месте осознание того, кого в действительности едва не погубил в стремлении добраться до выбранной зверем жертвы.
— Луна, — то ли сказал, то ли подумал, глядя в посеребренный взор.
— Доминик, — повторила она, с осторожностью касаясь ладонью моей.
В груди странно защемило. Рука самовольно разжалась, отпуская чужое горло, а я аккуратно перехватил повреждённую конечность, с сожалением глядя на тонкое запястье, на котором уже расцвели синяки.
А ведь обещал, что ей не будет больно…
— Не нужно было вмешиваться, — оправдался зачем-то.
Повезло ей, что я вообще пришёл в себя и не убил за вмешательство. А ведь мог. Обычно так и происходило всегда…
— Ничего страшного, скоро пройдёт, — заверила собеседница.
— Не делай так больше, — приказал зло.
Не на неё злился — на себя. За то, что позволил подобному произойти. Я ведь реально мог её убить и не понять этого.
На мои слова девушка мягко улыбнулась.
Погоди, дружище, не сейчас.
Но скоро…
Сделаю, что захочешь, но она не должна пострадать.
Оголодавший за последние дни зверь в несогласии вновь полоснул по разуму, и я едва сдержал стон боли. Нужно срочно что-то придумать. Что-то, что сбережёт жизнь Луне и утолит жажду моего животного начала.
— Поехали к твоему сладкому дружку, — предложил лапочке, отсекая от себя внутреннюю агонию.
Сдам лапулю Оливейра и отправлюсь на поиски блондина…
Луна явно уловила моё настроение, слишком заметно было беспокойство в чайных глазах.
— Хорошо. Только сперва отойду на минутку, ладно? — спросила и замялась. — Всё хорошо? — переспросила у меня, явно жалея об изначально сказанном.
Согласно кивнул и улыбнулся в полнейшей беззаботности.
Она купилась. Отлепилась от меня, пусть и неохотно. Скрылась из виду в направлении туалетных помещений. Я же вернулся к стойке и оставленной на ней бутылке водки. Вот только первый же глоток почти застрял в глотке, так неожиданно вздыбилась шерсть на невидимом загривке. Даже зверь, мечтавший о порции крови, замер, прислушиваясь к ощущениям. С виду всё нормально, но инстинкты внутри меня сходили с ума, толкая пойти и найти причину происходящего. И я поддался им, как и всегда. Разум может обмануть, но чутьё — никогда.
И я нашёл…
Возле тех самых туалетов, куда отправилась моя Луна.
Её саму в обществе того, кого она так неосмотрительно не позволила мне убить.
Он зажимал её у стены, а лапуля вместо того, чтобы банально оттолкнуть его, замерла и явно пыталась банально вразумить человечка, что так делать нельзя.
Вот нормальная она вообще?!
Я даже решил подождать и посмотреть, что из этого выйдет. В конце концов, вмешаться я всегда успею. Как решил, так и передумал. Как только человеческий дитёныш посмел не только постоять рядом, но и руки распустить. Перед глазами кровавая пелена встала.
Никто не смеет прикасаться к моей Луне!
Это! Моя! Добыча!
Один взмах руки и мёртвое тело упало к ногам по-прежнему недвижимой лапули, окрашивая пол рядом с ней в цвет моего сознания. Последующие за этим женские крики и топот ног сбегающих свидетелей стали прекрасным довершением получившейся картины.
— Ты… Ты… Ты его убил! — донеслось от лапочки недоверчивое, полное ужаса.
— Какое откровение, правда же? — ухмыльнулся я, шагая к ней ближе. — Ещё скажи, ты не знала, что этим всё закончится, когда позволила ему к себе прикоснуться, — прошептал, оказываясь рядом с ней.
Лапуля была со мной явно не согласна, неспроста упрямо вздёрнула подбородок, поджав губы.
— Он просто пытался познакомиться.
— Да неужели? — улыбнулся как можно ласковей ей.
Наверняка то больше походило на злобный оскал. Но да ладно. Контролировать себя сейчас удавалось с превеликим трудом. Перед глазами по-прежнему стояла картина того, как уже мёртвый заморыш тянул ручки к принадлежащему мне.
— Просто познакомиться? — уточнил, больше не скрывая холода в голосе.
Глаза в глаза.
Мой шаг вперёд — её отступление.
Новый шаг — новое отступление.
Очередной шаг совпал с её, и на этом всё закончилось. Стена позади лапули не позволила ей больше избегать меня.
Ещё один шаг.
На этот раз исключительно мой.
Последний.
Снова глаза в глаза.
Мой вдох.
Её выдох.
Мои руки легли на девичьи бёдра, медленно двинулись выше, задирая и без того короткую юбку.
— Так познакомиться? — прошептал на ушко, сминая ягодицы, как бы невзначай задевая пальцами влажную промежность. — Или так? — погрузил в неё сразу два пальца до самого конца, замирая в таком положении, продолжив второй ладонью мять упругую задницу. — А может, сразу так? — медленно вытащил пальцы, собрал всю доступную влагу и направил их выше, пока ещё только слегка нажимая на вход. — Как он хотел познакомиться с тобой, Луна? А может, ты ещё и хотела этого? И мокрая такая… Тоже для него? — подался вперёд, вжимая девчонку в стену, глубже вводя пальцы.
— Да, — сорвалось с её уст, наравне со всхлипом.
Едва ли она полноценно осознавала реальность, судя по витающему туману в чайных глазах и разливающемуся в воздухе запаху её возбуждения. Я и сам едва соображал из-за него.
— Да?.. — протянул с рычанием. — Ладно. Как скажешь.
Отстранился всего на миг, в который развернул девчонку к себе спиной, и снова прижал её к стене. Маленькие ладошки тут же легли на шершавую поверхность, хрупкие пальчики заскребли по ней, оставляя тонкие борозды от уплотнившихся ногтей.
Моя рука скользнула в шоколадный водопад её волос, сжалась в кулак, потянув на себя. Второй я повторно задрал порнографическую юбочку, продолжив то, на чём остановился. На этот раз, вопреки всему, что кипело внутри, куда более бережно и неспешно. Стиснув зубы, погружал в неё свои пальцы всё глубже.
— Расслабься, — выдохнул, когда она особенно сильно сжала их.
Едва ли это помогло в полной мере, когда она со всхлипом исполнила мою просьбу, глубже прогибаясь в спине. Как грёбаное напоминание о том, насколько же она по-прежнему невинна, несмотря на отсутствие девственности.
Пришлось притормозить со своими порывами. И сбавить темп. Вернуться к привычным для неё ласкам.
Потом. Потом я получу всё от неё сполна. В другой обстановке. При других обстоятельствах. Сейчас же я просто скользил пальцами по влажной плоти, погружал их в неё, и тупо наслаждался тем, какая она отзывчивая. Мне даже не нужно было вытаскивать член из штанов, чтобы кончить вместе с ней на пике её оргазма, настолько охренительно она выглядела в этот момент с прикрытыми глазами, жадно хватающая приоткрытым ртом воздух, доверчиво льнущая ко мне всем своим дрожащим телом.
Если бы можно было остановить время, я бы с удовольствием сейчас нажал кнопку "стоп" и навсегда остался в этом моменте. Когда даже живущий внутри меня кровожадный монстр затих и не подавал признаков существования.
Селена
Запах крови пропитал стены, потолок и всё вокруг, оставляя в моих лёгких тошнотворный привкус смерти.
Знала ли я, на что подписываюсь, заставив себя наивно поверить в существование призрачного шанса, будто всё может быть не так уж и ужасно — почти хорошо, когда столь откровенно выдала вслух пустынному альфе всё, что жило внутри меня все эти годы?
Знала…
Но одно дело — представлять в голове, и совсем другое — столкнуться воочию. Как бы ни пыталась принять случившееся, ведь не изменить ничего, всё равно не выходило.
То, что натворила сама после…
Да, я помнила, что нельзя убегать от волка, тем более взбудораженного и нестабильного, пребывающего у той самой опасной грани, где вели лишь голые инстинкты. Но то совсем не оправдывало реакцию собственного тела, когда я не только поддалась, но и бесстыдно наслаждалась всем, что он давал, утонула в разбуженных им эмоциях и потеряла себя, не только контроль над собой. Как последняя шлюха и та самая сучка, у которой бесконечная течка. От самой себя противно.
А он…
Он накрывал собой, будто неумолимая стена.
Ещё сильней побуждая моё желание сбежать.
Далеко-далеко. Где никто не найдёт. Никто не узнает.
Как очередная моя глупая несбыточная мечта.
Вот и…
— Забери меня отсюда, пожалуйста, — озвучила уже вслух, вопреки всем своим мыслям.
— Как скажешь, лапочка.
Наравне со словами, он и правда отстранился. Недалеко. Сперва поправил на мне одежду, потом взял за руку и повёл на выход из заведения. В коридоре, кроме нас, до сих пор никого не было. Но едва я успела об этом задуматься, как…
— С меня причитается, — бросил напоследок застывшей каменными изваяниями охране за углом.
Огненные волки продолжили стоять, как стояли, с самым безразличным видом. Хотя, больше чем уверена, всем, кому положено в таких случаях, давно доложили.
Тем прискорбнее осознавать, насколько паршиво всё выглядело, особенно со стороны…
И даже когда мы, наконец, очутились на улице, а я втянула в себя иной воздух, без примесей всего того, что витало в ночном клубе, меня так и не отпустило.
Остановилась, поднимая лицо к тёмному небу, в очередной жалкой попытке обрести равновесие.
Вот только тошнотворный запах никак не покидал мои лёгкие. Неудивительно, если учесть, что на мне оставались брызги чужой крови. Запеклись и высохли. Но не исчезли. Мой разум меня тоже предавал. Раз за разом подсовывал каждый из незавидных моментов, в которых мой путь преградил далёкий от трезвого состояния мужчина, попытавшийся банально снять меня на ночь. Зачем заговорила с ним? Могла бы его тупо оттолкнуть, благо мне по силам, учитывая межвидовую разницу. Но прикасаться к воняющему не первой свежестью индивидууму совершенно не хотелось, поэтому я просто остановилась, чтобы донести до него мысль о том, что лучше бы ему самому добровольно идти другой дорогой и забыть о моём существовании. И ведь почти получилось.
— Попытка познакомиться — это не преступление. И если бы ты позволил мне самой с этим разобраться, то он просто ушёл бы ни с чем, — заговорила уже вслух. — По-твоему, каждый, кто со мной хотя бы заговорит, должен быть обязательно мёртв? Это же… — сказала, и тут же язык себе прикусила, вспомнив о том, что мне не столь давно говорил сам Демон.
Там, где он сказал про то, что верность ему я хранила бы в любом случае, независимо от собственных стремлений, и жить бы ни с кем другим не смогла, потому что он бы не позволил.
— Уму непостижимо! Он ведь живой человек! Да, может и козёл, но у него наверняка есть семья! — продолжила. — Мама, папа, другие близкие, которые ни в чём не виноваты, может быть даже дети у него были! Живой, понимаешь?! Как ты и я! Был… живой.
Лунная, кому и что я рассказываю?
Зачем что-то пытаюсь доказать…
Мы ведь оба прекрасно понимаем, насколько это бесполезное занятие.
И почему тогда не могу отказаться?
Не перестаю мучиться. И мучить. Нас обоих.
— Есть, был или будет. Какая разница, лапочка? — пожал Демон плечами, останавливаясь возле автомобиля и оборачиваясь ко мне лицом. — Каждый делает свой собственный выбор. Он тоже его сделал. Как ты и я. Ничего больше. Так что не забивай свою хорошенькую головку этой ерундой, — ухватил пальцами за вырез моей рубашки и подтянул к себе.
— В одном ты прав. Каждый делает собственный выбор, — отозвалась, едва сдерживая рвущееся наружу негодование, дёрнувшись назад. — И если тебе нет никакой разницы, то мне есть! Есть, понимаешь?! Это никакая не ерунда! Эта кровь на моих руках!
В данном случае — ногах, но основной сути то не меняло. По крайней мере лично для меня. А вот Демон показательно взял мои ладони и покрутил, пристально разглядывая в свете уличного фонаря.
— Да нет у тебя на них ничего, — вынес вердикт. — Видишь, чистые. Как и ты сама. И я никогда не позволю тебе запачкаться, Луна, — улыбнулся и прижал меня к себе. — За это можешь не переживать, — шепнул на ухо.
Чистой меня, с какой стороны ни посмотри — физиологической или же моральной, точно не назовёшь. А переживать я начала ещё больше. Психанула я, в общем.
— Да как ты…. — протянула злорадно, отталкивая его от себя. — Как ты вообще можешь быть таким?! Какое ты имеешь право диктовать мне, что я могу делать, а что нет? Ты серьёзно веришь в то, что несёшь?! — оттолкнула его от себя снова, в порыве эмоций саданув по нему кулаком. — Если тебе плевать, на то, что он там сдох, то, представь себе, сколько не запрещай, мне плевать не будет! — ещё раз ударила его. — Так нельзя! Нельзя, мать твою! — окончательно скатилась в истерику, ко всему прочему ещё и разрыдавшись, как сопливая девчонка.
Демон вздохнул и крепче обнял, принявшись ласково водить ладонью по моим давно растрепанным волосам.
— Ну и чего ты так распереживалась из-за этого придурка? Поверь, он того не стоит. И будь на твоём месте менее способная за себя постоять, он бы её тупо изнасиловал, где стоял. По-твоему, это лучше? И вряд ли бы он тоже задумался о её чувствах и чувствах её родных.
Шумно выдохнула, всё с такой же переполняющей злостью, хотя та и притупилась после его слов.
— На это в клубе предусмотрена охрана, — проворчала, выворачиваясь из чужой хватки, слишком острым стало давно вспыхнувшее желание сбежать и обдумать всё ещё раз в других условиях. — Не ходи за мной, — предупредила, прежде чем развернуться по направлению пешехода.
Правда, пошла. Но не одна. Оборотень с самым невозмутимым видом держался чуть впереди, на один шаг, ловко подстраиваясь под мой темп и мою скорость.
— Что? Я иду не за тобой.
Ну да, фактически теперь я иду за ним. На что я показательно фыркнула. И развернулась обратно, в сторону оставленного автомобиля огненного альфы. Хотя и то особо не помогло.
— И опять не за тобой.
Рядом теперь, шаг в шаг.
— Да ты издеваешься! — остановилась у машины.
— Забыла, лапочка? — ухмыльнулся он. — Я всегда там, где ты, — шагнул вперёд, вынуждая вжаться в бок машины. — И вообще, вдруг ты упадёшь, а меня рядом не будет? — выставил обе руки, заключая меня в своеобразный плен. — Будет больно, — понизил голос. — А мы ведь не хотим, чтобы тебе было больно, правда, Луна?
И тут я вспомнила кое-что ещё. То, что в любом случае не удалось бы при всем своём желании покинуть стоянку, управляя транспортным средством единолично. Как минимум потому, что ключ от неё у оборотня в заднем кармане остался.
— Правда, — согласилась с ним на свой лад, подаваясь навстречу, выдыхая в чужие губы. — Вот только, кажется, у меня начинает вырабатываться иммунитет к боли, — добавила также тихо, как он, скользнув ладонями по его бокам к спине. — Ещё какое-то время с тобой проведу, и совсем приспособлюсь, — обняла крепче, прижавшись всем телом, пока ладони продолжали скользить по его спине ниже, вдоль поясницы к заветным карманам.
Не в первый раз я проделывала с ним этот номер. Чувство дежавю захлестнуло с головой. Тогда мне от него тоже нужен был ключ, но другой, от камеры. И наверное, как и тогда, я слишком увлеклась самим процессом, потому и он снова повёлся, позволяя себя обокрасть, неотрывно глядя в мои глаза, даже после того, как ключ я достала, а руки свои от его задницы так и не убрала, малодушно наслаждаясь тем, каким твёрдым он ощущается под моими пальцами… и не только под ними, слишком отчётливо упирался мне в живот его стояк.
— Если ты так сильно хотела сесть за руль, могла просто сказать, — хмыкнул Демон, отстраняясь.
А жаль…
Я бы ещё некоторое время так постояла, эгоистично наслаждаясь пропитывающим меня теплом исходящего от его тела. Это, как ни странно, действительно успокаивало.
— Кажется, нам обоим давно понятно, что разговоры у нас с тобой ни к чему хорошему не приводят, — скорее в упрёк собственному срыву обозначила, нежели ему, прежде, чем открыть дверцу с водительской стороны и забраться внутрь.
— Это всё потому, что ты вечно не о том думаешь, и как следствие болтаешь тоже не то, что нужно, — отозвался он ехидно, усевшись рядом, на пассажирское кресло.
Как ещё одна странность и следствие моей испорченности, на такое замечание никакой обиды я не испытала. Наоборот. Со всем непонятно откуда взявшейся радостью завела двигатель.
— Ну, ты всегда можешь заткнуть меня, чтоб этого лишнего не болтала и жизнь нам обоим не усложняла, у тебя это неплохо получается, — усмехнулась, выворачивая руль в сторону дороги.
— Какая испорченная лапочка, — фальшиво укорил он меня, ёрзая на сиденье.
— И это ещё пока не все пять рюмок, — хмыкнула, заметив, как некомфортно ему «не у штурвала».
Вот как тут удержаться?
Не сегодня…
— Кстати, ты же в курсе, что водительское удостоверение мне так и не дали? — поставила в известность. — Шесть раз экзамен провалила.
Как ни странно, моё заявление его успокоило.
— Тачка не моя, так что переживать не о чем.
Улыбнулась. И с правого ряда, минуя двойную сплошную по четырёхполосному движению, влево свернула.
Демон рассмеялся.
— Полегче, лапочка, — помолчал и добавил: — Представь, что у тебя в руках не руль, а скажем... — призадумался на короткий миг. — …мой член! — закончил бодро. — Да! Представь, что ты не машину ведёшь, а меня ласкаешь. А конечный пункт — это мой оргазм. И тебе надо меня до него довести со всем наслаждением и комфортом.
Вот зачем он это сказал?!
Я ж моментально представила.
И о том, что машина движется на высокой скорости, почти забыла.
Чуть не врезалась в едва ползущую впереди тачку. В последний момент увернулась и объехала её. Да, опять через сплошную, по встречке. На ней и затормозила, включив аварийку, прикрывая глаза, так и не переставая представлять всё то, о чём он говорил, по-прежнему крепко сжимая руль.
— Вероятно, в таком случае мне бы пришлось сперва встать на колени и раздеть тебя, глядя на тебя снизу-вверх, — произнесла, мысленно так и поступая.
Воображение тут же с лёгкостью смешало мою фантазию и реальность из прошлого. По кончикам пальцев будто током закололо от чувства того, как бы ощущался контраст грубой ткани и его бархатно-твёрдой плоти, которую…
— …я бы обхватила у самого основания, — продолжила вслух. — чтобы сперва задеть губами, пробуя на вкус, как тот леденец, что ты мне купил. Облизала, дразня и оттягивая момент, прежде чем вобрать в себя как можно глубже.
Картинка оказалась настолько яркой, что моя прошлая реальность превратилась в настоящую, возбуждая настолько интенсивно и нестерпимо, что моментально захотела всё повторить незамедлительно, прямо здесь и сейчас.
— Продолжай, — послышалось хриплое от Демона, наравне со звуком расстёгиваемой молнии.
Вот теперь я глаза открыла. И глубоко вдохнула, перестав дышать вовсе, пока наблюдала за тем, как он сам высвобождает предназначенное моим рукам, самостоятельно обхватывая в сжатом кулаке, ведя снизу-вверх по перевитой венами плоти с жемчужной каплей поверху.
— Он чертовски большой, — прокомментировала, перемещаясь со своего сиденья на мужские колени, — и мне нравится чувствовать его внутри себя и своего горла, — накрыла чужую ладонь своей, подхватывая нужный темп. — Так глубоко, как только смогу, — накрыла второй ладонью, усиливая наши общие ощущения. — Пока ты двигаешься во мне снова и снова. Постепенно ускоряя темп. Иногда сдавливая пальцами чуть крепче, выпуская член из своих губ и только для того, чтобы начать всё заново...
Да, ему определённо нравилась эта моя небольшая фантазия. Ничуть не меньше, чем мне самой, пока я наслаждаясь тем, как он реагирует не только на мои слова и ласки, как его сердце бьётся громче и быстрее, как сбивается дыхание альфы на пике оргазма, а запахи нашего общего возбуждения смешиваются с потом и его семенем.
А ещё…
— Кушать хочу, — ляпнула, уткнувшись лбом в мужское плечо.
Демон только обнявший меня, коротко рассмеялся.
— Сказал бы я, но так и быть, не буду, — добавил вслух.
Кажется, мы об одном и том же подумали, учитывая момент моего не особо уместного заявления, поэтому и я улыбки не сдержала.
— Что-нибудь с минимальным содержанием белка, пожалуйста, — внесла немаловажным уточнением.
И снова он рассмеялся, открыто и с неприкрытой нежностью в голосе.
— Тогда вези, где там подают твою еду, — сделал паузу, — которая без белка, — добавил с очередным смешком.
Размышляла я над этим вопросом недолго. Тем более, что до нужной китайский лавочки отсюда было не так уж и далеко. Там готовили восхитительный рис особого сорта и лапшу, подаваемые в коробочках на вынос. Рис с индейкой и овощами стал моим выбором.
— А ты что будешь? — поинтересовалась у своего спутника.
— Выбери сама, лапочка, мне без разницы, что есть. Хоть с белком, хоть без, — весело ухмыльнулся.
Закатила глаза на такую провокацию и попросила для него блюдо с содержанием не столь диетическим, а как только заказ оказался готов, и мы вернулись в машину, вручила ему обе коробочки, принявшись распечатывать палочки.
— Приятного аппетита, — пожелала с самым благопристойным видом, делая первый глоток взятого вместе с рисом сока из стеклянной бутылочки.
— И тебе, лапуль, — всё ещё посмеивался надо мной он.
А я…
Я снова на колени к нему перебралась.
— Ты на что-то намекаешь? — произнесла, положив ладонь ему на плечо.
— Только на то, что с тобой оказывается не так уж и скучно, — отставил на водительское кресло одну коробочку, принявшись открывать вторую.
Исполнив задуманное, отобрал у меня палочки, подхватил кусочек индейки и принялся меня сам кормить. И если первую и вторую порцию я просто проглотила, поскольку в самом деле была голодна, то после третьей остановила оборотня, прижимаясь губами к его губам в качестве благодарственного поцелуя.
— Не знаю, что у тебя за диета такая, но какая из меня женщина, если мужчина рядом со мной так и ходит голодный? — постановила, потянувшись к позабытой им коробочке, распечатывая ту, намереваясь и его самого накормить.
Запихнула ему в рот первое же, что успела подцепить палочками, пока не опомнился.
— Это потому что кто-то слишком долго спит, — парировал оборотень, как только прожевал, возвращая мне долг в виде новой порции уже из моей коробочки.
Не стала возражать, спорить или расспрашивать подробности, ответила ему тем же. И не раз. Снова и снова ловя себя на мысли, что все семь лет моего мучительного ожидании — они того стоило. Чтобы вот так просто, не на волне безудержной похоти, а в самой обыденной ситуации чувствовать, что ему не всё равно.
— А знаешь, я тут подумала, поздновато как-то заявляться на виллу Оливейра, с учётом, что давно за полночь, и… — не договорила.
Наш незаконченный ужин вывалился из рук, полетев куда-то на пол салона, а пустынный альфа резким рывком уложил меня вниз, переворачивая, накрывая собой.
Вокруг раздался грохот выстрелов, звон разбивающегося стекла, чьи осколки посыпались на нас со всех сторон, вперемешку с португальскими выкриками. Запах пороха и чьей-то всё-таки пролившейся крови вторгся в сознание, оттеняя творящийся вокруг бедлам.
Те, кто всё это устроил, пальбу всё-таки прекратили. Они подъехали с разных сторон сразу на нескольких машинах, беря в оцепление. И совершенно точно не собирались на этом останавливаться и уезжать, пока не удостоверятся в нашей смерти, судя по хрусту обломков под их подошвами и тому, как быстро приближались их голоса.
— Здесь побудь. Не поднимайся.
Кивнула, хотя куда больше хотелось просто вцепиться в мужчину и не отпускать его туда, где вооружённых и не блещущих жалостью индивидуумов, по меньшей мере, два десятка.
— И вам не добрый вечер, — послышался улыбчивый голос моего альфы, хотя сама интонация ледяная, не оставляет сомнений, какие эмоции в действительности сейчас в нём бурлят.
— Какого?.. — послышалось в ответ.
И не только от одного.
— Ты не Оливейра! — догадался второй.
— А где тогда Оливейра?.. — озадачился третий, и явно не моему защитнику адресуя.
— Откуда мне знать, тачка-то его! — отозвался первый. — Сказали же, по городу, развлекается, как обычно! И шлюха там точно его была, я видел!
Секундное промедление…
— Ты кто, мать твою, такой?! — вернули своё внимание к альфе, завопив в голос.
Я могла бы поверить, что теперь, когда они осознали, что, очевидно, просто перепутали свою цель, уберутся восвояси. Но звук перезарядки их автоматов не оставлял надежды на такой лёгкий исход.
— А ведь я почти решил не убивать вас при лапуле… — не оценил болтливость противников Демон.
Череда новых выстрелов едва ли перекрыла последующие вопли боли и треска ломающихся костей, как и падающих тел. Да и длились они недолго. В отличие от того, что их сопровождало. И ведь я помнила прекрасно, что стоило оставаться, где была, не двигаться, но всё равно не удержала порыв подняться и удостовериться в том, что с пустынным альфой всё в порядке.
Он…
Убивал.
Методично.
С особой, присущей ему жестокой невозмутимостью.
Быстро. Безжалостно.
Оставив всего одного.
Ужас на физиономии португальца в бандане отпечатался так ярко и остро, что мне даже на мгновение стало его жаль. Моё сердце сжалось чистейшей болью, а я впилась ладонями в края дверцы с уже отсутствующим стеклом изо всех сил, стараясь удержаться в реальности и побороть приступ подкатившей тошноты.
До сих пор так и не привыкла к той реальности, где весь мир вокруг окрашен алым из-за разбросанных повсюду внутренностей тех, кто посмел перейти дорогу Доминику аль-Азизу.
— Передай Гектору, что с ним очень хочет пообщаться Демон, — вкрадчиво произнёс тот, о ком размышляла. — В самое ближайшее время. Иначе я с удовольствием пообщаюсь с его собственной шлюхой и их симпатичной дочуркой.
Тошнить меня не перестало. А ещё, помимо всех прочих витающих вокруг запахов, добавился шлейф собственной крови. Она осталась сперва на острых краях разбитого окна, за которое я держалась, а затем и на дверной ручке, за которую я потянула, чтобы выбраться наружу. Португалец к тому времени дал дёру. Демон же остался на прежнем месте, ко мне спиной, наблюдая за его побегом. Подошла к нему, осторожно коснувшись широкого плеча, прежде чем обойти, пытаясь понять, попала ли в него хоть одна пуля. Попала. В другое плечо.
— Тебя задело, — обронила тихонько.
Очень старалась не давить и выглядеть максимально мягкой, помня о том, как взвинчены в нём инстинкты убийцы в такие моменты. Он шумно дышал, прикрыв глаза, и явно пытался справиться со своим зверем.
— Залижи, — попросил по итогу, так и не глядя на меня. — Ладони.
Не собиралась ослушаться, но…
— Рана слишком глубокая, — пришлось признаться, сосредоточившись на том, что заметила только сейчас.
Внутри остались осколки. И если вытащить их, кровь явно будет идти сильней, а провоцировать его ещё больше совершенно не хотелось.
Тяжёлый вдох и не менее шумный выдох предшествовали аккуратному осмотру.
— Нужны инструменты, чтобы достать все осколки, — вынес Демон вердикт через пару минут тщательного изучения ран. — Почему ты никогда меня не слушаешь? — укорил следом. — Я где сказал находиться?
Понимала прекрасно, чем вызвана эта его эмоция, но всё равно от резкости его голоса вздрогнула.
— Я просто… — запнулась на своём оправдании. — Прости. Так получилось, — опустила взгляд.
И правда ведь виновата.
— Угу, получилось, — хмыкнул он. — Ладно, идём, — положил ладонь на мою шею и подтолкнул вперёд себя, задавая направление.
Идём, да. Машина Рафа уже точно никуда не уедет, разве что на эвакуаторе, вот и идём. До первого попавшегося на пути автомобиля, возле которого истуканом застыла внезапно восторженная брюнетка с телефоном в руках.
Мобильник почти сразу оказался смят сильной рукой моего альфы, а вот дальше произошло что-то совсем необычное. Демон улыбнулся. Да так обаятельно, что мне вдруг захотелось упасть к его ногам и сделать абсолютно всё, о чём только ни попросит. А вот и без того восторженная девица окончательно сошла с ума, судя по всему. Прильнула к мужчине, глядя на него с откровенным раболепием, пока я пыталась понять, что тут такое-разтакое странное происходит.
— Нам очень сильно нужна твоя машина, — заявил Демон мурлыкающим голосом, и она тут же согласно закивала.
— Всё, что хочешь, — пролепетала. — Я тебя так люблю. Что угодно для тебя сделаю.
Оборотень мрачно усмехнулся.
— Умничка. А теперь будь ещё большей умничкой и дай ключик, — протянул ладонь.
На неё тут же лёг брелок со значком марки немецкого производства.
— Спасибо, — поблагодарил с той же улыбкой Демон и подтолкнул меня к дверце с пассажирской стороны, тут же позабыв о нашей нечаянной помощнице.
Надолго мы там не задержались.
— Ты что с ней сделал? — обернулась в сторону той, что удалялась, пока машина набирала скорость.
Безусловно, если бы он банально забрал ключи и тачку у неё силой, то было бы куда хуже, чем… что это?!
— Надо было убить?
— Нет, конечно! — уставилась на него округлившимися глазами. — Но что ты с ней сделал?
Многие из альф обладают разными способностями. Если моя мама — эмпат, а дядя телепат, то дедушка, например, обладает способностью к телекинезу. В каждом клане свои «таланты». Но такое я встречала впервые.
— Очаровал, — пожал плечами пустынный волк. — Это не полноценный дар, если ты вдруг так решила. Просто научился целенаправленно использовать природное обаяние оборотней себе на пользу.
Кивнула, принимая и переваривая.
— А на мне такое тоже применял?!
Лунная, неужели всё, что я к нему испытываю…
— На тебя не так это действует, можешь не переживать. Скорее пробуждает неподконтрольное желание спариться со мной там же, где мы находимся, — бросил на меня ироничный взгляд.
Опять кивнула. Принимая на веру куда быстрее, нежели стоило бы. Хотя всё равно уточнила:
— Как в клубе?
А ещё в ванной, на той вилле, в чужой детской, и… да, млин, почти везде! Даже в той крепости подземной, куда меня засунули после аукциона семь лет назад, в пустыне.
— Как на полу коридора нашей с тобой тюрьмы, — поправил меня Демон. — Ну, когда я хребты вытащил тем твоим охранничкам, — напомнил, будто я могла такое забыть.
Никогда прежде, да и после, мне не было так страшно, как тогда, после попытки группового изнасилования, от которого он меня спас, а потом и вовсе вытащил на свободу. И теперь, если так подумать, в свете моего нового открытия, собственная испорченность, в которую всё вылилось, казалась не такой уж безнадёжной.
Хотя…
— Покажи, — откровенно потребовала.
Должна же я убедиться, что всё именно так.
Демон улыбнулся. Очаровательно, мягко и вместе с тем до того порочно, что у меня ноги подкосились, и я порадовалась, что уже сижу. Тело в желе превратилось, а вместе с тем, по венам разлился жар, разом лишив всех привитых родителями норм поведения и личных условностей, сделав меня безвольной, пробудив такую волну похоти, что стон с губ слетел отдельно от разума, а низ живота скрутило жгучей потребностью ощутить его в себе как можно глубже и немедленно. Воображение быстренько подсунуло сразу несколько способов, благодаря которым я получу столь желаемое и необходимое. И я, ведомая своими стремлениями, потянулась навстречу оборотню, ухватившись за соседнюю спинку сиденья, чтобы перелезть к нему окончательно.
То и отрезвило.
Почти…
Боль.
Осколки в моей ладони впились глубже.
Сжала кулаки изо всех сил, окончательно приходя в себя.
На мою талию тут же легла чужая рука, крепко прижавшая к желанному телу, не позволяющая двигаться.
— Осторожнее, лапочка, — проговорил Демон хрипло. — Не нужно ещё больше себя калечить.
Улыбнулась вяло, всё-таки таки боль не только помогла, но и причинила существенный дискомфорт.
— В целом, мне понравилось, — призадумалась о содеянном им с другой стороны, устроившись рядом с ним удобнее. — Сделаешь так ещё раз? Позже. При других обстоятельствах, — помолчала, продолжая размышлять, и обняла оборотня в ответ, насколько позволяла собственная физиология, прижимаясь щекой к твёрдой груди. — Хотя, если честно, другие твои способы влияния на меня ничуть не менее действенны.
— Позже, — повторил Демон согласно. — Сперва тебя вылечить надо, — добавил, ласково погладив мою поясницу большим пальцем.
— Хорошо, — улыбнулась снова.
И правда ведь, хорошо.
Несмотря на всё.
Просто потому, что он есть.
К тому же, до виллы Оливейра мы всё-таки добрались. На этот раз без происшествий.
И нас там уже давно ждали…
Селена
Освещение виллы Оливейра было настолько ярким, словно
Вы прочитали ознакомительный фрагмент. Если вам понравилось, вы можете приобрести книгу.