Купить

Пленница. В оковах магии. Марьяна Сурикова

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Даже собственная магическая сила не в состоянии спасти, когда в игру вступают чувства, когда презрение к той, кто ниже по происхождению, вдруг оборачивается губительной одержимостью. Аристократ и плебейка, ректор с сильнейшим магическим даром и обыкновенная целительница, чья сила лишь в том, чтобы спасать жизни других людей. Говорят, любовь не купишь, но что, если простая магическая привязка вдруг оборачивается неконтролируемой страстью? И как быть, когда разум и взаимная ненависть оказываются слабее связавших уз?

   

ГЛАВА 1. Источник

   Зор поднялся по ступенькам старого особняка, вошел в мрачный холл и скинул плащ на руки подбежавшему слуге. Второй в это время принял тяжелый ректорский медальон на длинной золотой цепи, отнес на положенное место в стеклянном шкафу, запер и повесил ключ себе на шею. Да, все слуги в этом доме знали, что при малейшем несоблюдении правил, отклонении от определенных действий, неповиновении последует наказание. Какое? Зависит от тяжести проступка.

   Ректор одной из самых старинных академий Амадина неспешно направился вверх по ступенькам. Пока его прислужники смотрели вослед, он шёл, распрямив плечи и держа ровно спину.

   Эта проклятая усталость будто въелась в его вены, день ото дня груз её становился тяжелее. Только маленькая пленница могла помочь ему в такие моменты, только рядом с ней удавалось вдохнуть полной грудью. Как же он ненавидел стремительно бегущие годы. Именно теперь, когда за плечами опыт прожитых лет, отточенные до совершенства магические навыки и заслуженная слава, он день ото дня всё больше презирал свою жизнь. Пустота была в душе, пустота и жгущая изнутри искра противного, мерзкого и отчаянного желания, притушить которую не хватало всей его магии.

   Он вошёл в её комнату, привычно опустился в ждущее только его прихода кресло и посмотрел на сидящую на кровати изящную фигурку. Девушка обхватила колени руками и смотрела в окно знакомым отрешённым взглядом. Тонкая, хрупкая, почти ненастоящая, почти... но его ладони слишком хорошо помнили жар её кожи и этот невесомый шёлк густых мягких волос. Зор прикрыл глаза, прогоняя наваждение.

   — Бэла, — его голос резко прозвучал в тишине, — иди сюда.

   Едва слышный тихий вздох, и послышался звук лёгких шагов. Послушно и равнодушно она подошла, протягивая к нему руки.

   Прохладные ладони коснулись лба, по телу потекли живительные потоки чужой, но ставшей уже знакомой энергии. Расслаблялись мышцы, силой наливались мускулы, грудь расправлялась и кислород наполнял каждую клетку. Под тонкими пальцами разглаживались морщины на лбу, волосы, напоминавшие тусклые нити выбеленной пряжи, приобретали свой естественный блеск, становясь похожими на густой мех белоснежного барса. Зор вздохнул, открыл глаза, отстранился от тонких рук, и Бэла послушно опустила ладони. Он окинул взглядом опустившиеся худенькие плечи, устало поникшую голову. Сегодня потребовалось слишком много энергии. Еще днем его вызвал к себе король и дал на редкость трудное задание, с которым Зор справился, но Бэле сейчас пришлось восполнить все его энергетические затраты.

   — Иди.

   Девушка отвернулась к кровати, длинные волосы взлетели, коснувшись пушистым кончиком его руки, и Зор поморщился от досады, потому что руки напряглись сами собой, схватив помимо его воли густую косу, а девушка тихонько вскрикнула, резко затормозив. С трудом разжал собственную ладонь. Его тело не подчиняется ему. Больше всего сейчас хотелось не отпускать, а намотать косу на руку, притягивая девушку ближе, стиснуть ладонями тонкую талию и попробовать на вкус её почти прозрачную мраморную кожу.

   Громко хлопнув дверью, Зор вышел в коридор и прошагал в свою комнату, скинул рубашку, остановился перед большим зеркалом. Скоро, совсем скоро ему исполнится триста шестьдесят лет, а он не выглядел даже на сорок по меркам тех простолюдинов, чья магия уснула сразу после рождения, потому что никто и не думал её развивать. Дар требовал ежедневного кропотливого труда, зато магическая сила дарила долголетие.

   Ректор прислонился лбом к холодной поверхности, усмиряя жар, вновь прокатившийся по напрягшимся мышцам. Да, он не выглядел как старик и не чувствовал себя таковым, когда она находилась рядом.

   Следовало найти другую целительницу или лучше целителя, но сделать это теперь сложнее, намного сложнее, чем раньше. А еще у него появился некий могущественный враг. Кто он, ректор не знал, но чувствовал, что этот тайный недоброжелатель узнает о его планах едва ли не раньше самого Зора. Сколько замечательных идей так и не было воплощено в жизнь по, казалось бы, случайному стечению обстоятельств. Но не быть ему аристократом, если он не отыщет этого мерзавца!

   Зор опустился на кровать, разглядывая тяжелый бархатный балдахин над головой. Зря он польстился на самую сильную из всех, но ему и в голову не могло прийти, какая проблема встанет перед ним спустя время. Красивое личико, красивое тело, он даже не обратил на это внимания, ведь она была плебейкой по рождению, обычной безродной виеркой. Зор прижал ладони к вискам, сдавливая голову, вспоминая, как в первый раз увидел лучшую ученицу Школы целителей.

   

   — Это она, вон та девушка.

   — Рыжеволосая?

   — Да.

   — Семья есть? Насколько сложно выкрасть её?

   — Мать и брат, отца нет. Живут небогато. Выкрасть сможем, главное, потом спрятать получше.

   — Не беспокойся, если она попадет ко мне, никто не сможет забрать ее обратно. Как ее имя?

   — Бэла Хингис.

   — Через неделю я придумаю план и поставлю тебя в известность.

   — Буду ждать.

   

   Зор наблюдал, прислонившись к углу здания, как смеющаяся девушка в компании подруги вышла за ворота Школы целителей. Он бросил взгляд на толпу, привлеченную перепалкой двух магов. Между возмущенными спорщиками то и дело проскакивали в воздухе голубоватые искры.

   Они пытались выяснить, по чьей вине вдруг перестали отзываться эсканилоры . Маги обвиняли друг друга, говорили что-то о взаимоисключающих потоках, о невозможности одновременного использования разнополюсных магических вещиц и собрали вокруг себя немало зевак. Ректор старейшей академии королевства едва заметно повел рукой, подавая знак одному из своих верных вышколенных слуг.

   Натянув капюшон плаща пониже, тот быстро пошел вниз по улице, а по дороге словно ненароком натолкнулся на девушек. Споткнулся, сбил с ног подругу рыжеволосой целительницы и рассыпался в извинениях.

   Зор неспешно направился в сторону беседующих людей, он остановился за спиной Бэлы Хингис как раз в тот момент, когда слуга запустил руку в карман, а потом швырнул в лицо ничего не подозревающей подруги серебристый порошок. Девушка схватилась руками за шею, Бэла вскрикнула, вскинула засиявшие целительской магией ладони, и руки мага за ее спиной сомкнулись на тонких запястьях. Волна жара пробежала по коже, и защитные браслеты упали на землю. Вместо яркого солнечного дня перед глазами девушки наступила темнота.

   Подъехавшая карета заслонила их от взглядов собравшейся на другой стороне улицы толпы. Люди, отвлеченные иным зрелищем, и не заметили, как маг подхватил потерявшую сознание девушку и быстро внес в карету, а слуга прыгнул следом.

   Всё произошло так стремительно, что остальные учащиеся целительской школы даже не успели выйти за ворота. Именно Бэле с подругой, успешно справившимся с заданием, преподаватель позволил покинуть практическое занятие на пять минут раньше остальных. Удивительно, но сегодня всегда строгий и ворчливый господин Сальторес похвалил обеих учениц и милостиво разрешил отправляться домой до финального звонка.

   Когда несколько минут спустя студенты потянулись на улицу, то, к собственному изумлению, заметили на тротуаре бесчувственную девушку, а вот вторую, рыжеволосую целительницу, они с тех пор больше не видели.

   

   Очнувшись на широкой кровати в незнакомой комнате, Бэла тревожно огляделась вокруг и вздрогнула, увидев в кресле напротив незнакомого мужчину. Беловолосый маг откинулся на высокую спинку, непринужденно разглядывая очнувшуюся целительницу.

   «Аристократ!» — гулким гонгом прозвучало в голове Бэлы, и именно это осознание заставило сердце забиться тревожней. Целительница никогда не имела дела с аристократами, но подобная манера держаться не была свойственна ни одному из знакомых девушке виеров. Ровная спина, изящные, но не тонкие руки, расслабленно лежащие на подлокотниках, длинные пальцы, сжимавшие полупрозрачную белую трость. Гордая посадка головы и взгляд, взгляд человека, абсолютно уверенного в том, что каждое его пожелание будет исполнено.

   Девушка сжалась под этим пронизывающим взором, безотчётно подтянула колени к груди и обхватила их руками. Подрагивающие пальчики скомкали подол темно-синего платья. Где она оказалась?

   — Кто вы? — голос дрогнул, и целительница крепче стиснула кулаки.

   — Меня зовут Зор Анделино, слышала это имя?

   Бэла кивнула, но тревога не улеглась, а превратилась в настоящий бушующий в душе ураган. Анделино! Ректор Академии аристократии, могущественный маг и очень влиятельный человек.

   — Это ваш дом?

   Царственный наклон головы вместо ответа.

   — Зачем я вам понадобилась?

   Бэла ждала ответа с замиранием сердца, что-то подсказывало, ее привезли в чужой дом с дурной целью. Внезапно в памяти всплыло старое воспоминание об еще одном аристократе. Только тот мужчина был гораздо менее могущественным человеком, он прельстился красотой девушки и предложил семье Хингис взять Бэлу любовницей, обещая ей хорошее содержание. Брат тогда едва не спустил высокородного господина с лестницы, и больше аристократ в их доме не появлялся.

   Мужчина в кресле напротив всё так же разглядывал ее с невозмутимым выражением лица, потом коротко бросил: «Подойди».

   Нет, ни за что! Страшно, очень страшно.

   Его губы скривились в презрительной усмешке.

   — О чем ты подумала, девчонка?

   Усмешка превратилась в холодный, вызывающий озноб смех.

   — Безродная виерка, чье единственное достоинство — это сильный целительский дар? Я бы не взял твое тело, даже умоляй ты меня на коленях.

   Стало ли Бэле легче от его слов? Может всего лишь на долю секунды. Он сказал про целительский дар...

   — Ты мой источник, — подтвердил ее худшие опасения беловолосый маг.

   Всё сжалось в душе, заныло сердце, а внутренние органы будто завязались тугим узлом.

   — Нельзя, — еле слышно вымолвила целительница, — нельзя просто так похитить человека.

   — Зависит от того, кто похищает, — спокойно ответил маг.

   Бэла увидела, как Зор сжал в ладони зеленый шар, вспыхнувший ярким светом. Спустя несколько минут дверь спальни отворилась, и вошел слуга. Он нес в руках тонкую длинную цепь с кольцом на одном конце и широким браслетом на другом.

   Девушка побледнела.

   — Это для твоей безопасности, — с холодным безразличием пояснил маг, — я не хочу, чтобы мой источник выпал из окна и сломал себе шею. Сниму позже, после ритуала.

   

   — Мама, — Эдвар Хингис взбежал по ступенькам крыльца, распахнул входную дверь. Как не хотелось огорчать мать сегодня, но ему снова отказали от места. Повздорил с очередным аристократишкой, теперь у него оставалась единственная надежда — попробовать устроиться в виерскую академию. Только удастся ли? Там у них новый ректор, говорят, тоже аристократ, а у Эди к ним столь стойкая неприязнь, что едва ли удастся сдержать себя.

   — Мама, — молодой маг зашел на кухню, ожидая застать мать у плиты, но она сидела возле стола, склонив голову на скрещенные руки. Нехорошее предчувствие дохнуло холодом в разгоряченное лицо. — Что произошло?

   — Бэла не вернулась из академии.

   — До сих пор?

   — Я была там, говорила со всеми, с Энисой... Бэлу украли, Эдвар. Украли, но никто ничего не видел, никто ничего не знает.

   Голос матери сорвался, а руки Эди сжались в кулаки.

   — А защитные браслеты?

   Мать склонила голову и подняла с колен два узких браслета.

   — Они лежали на земле возле забора академии, — почти неслышно ответила она, голос дрогнул от едва сдерживаемых слез.

   В тот же миг сын очутился возле матери, присел на корточки, хватая холодные ладони и прижимая их к губам.

   — Я найду ее, мама, найду. Тот, кто сломал защиту браслетов, должен быть очень сильным магом. Бэла нужна ему как источник, он не причинит ей вреда. Я клянусь, что найду и его, и способ вернуть сестру.

   

   Эди сидел у стойки и заливал в себя уже третью по счету кружку с самым крепким напитком в заведении Пита. Он назывался очень поэтично «Лунный луч». Хозяин обещал, что после такого пойла себя позабудешь и не вспомнишь, как тебя зовут. Однако пока Эдвару не помогало.

   Он прошерстил трущобы в попытке найти того, кто мог помочь с поиском сестры, но все известные ему мошенники клятвенно заверяли, что они ни слухом ни духом об этом деле и помощи оказать не могут. Он обратился в Эстаду , однако и оттуда пришел ответ, что девушка пропала бесследно. Эди готов был разнести Школу целителей по кирпичикам, но директор позвал охранников, и виера выставили вон. Что мог сделать один бедняк против тех у кого имелись большие деньги? Однако Эдвар и не думал сдаваться, вот только забыться чуток не мешало бы. Слишком горестно осознавать собственное бессилие, видеть горе матери и волноваться за сестру до колик в сердце.

   Позади прошли два человека в длинных плащах, Эди равнодушно проводил их взглядом, а до слуха долетели слова:

   — Отторжение частной собственности, господин, вопрос не одного дня...

   — Достаточно, — второй ответил таким тоном, что Эдвар поморщился. Проклятые аристократы, даже в этом зловонном заведении от них нет спасения, — я более не нуждаюсь в ваших услугах.

   Виер равнодушно наблюдал, как второй человек отстал, скинул капюшон, со злостью глядя вослед удаляющемуся аристократу. Эди узнал старого пройдоху. Лысый Бон мастерски проворачивал всякие черные делишки касательно афер с наследством, собственностью и прочими щекотливыми поручениями. Тот еще скользкий тип, с таким связываться себе дороже.

   Эдвар заметил, как Бон вдруг достал из кармана небольшой шарик и, размахнувшись, швырнул в спину удаляющегося господина. Вздрогнув, виер увидел, как металлическая вещица, быстро вращаясь, догоняет аристократа. Ожидая удара, Эди затаил дыхание, но буквально за миг до столкновения аристократ резко обернулся — вот так реакция! — и, выставив ладони, остановил клис .

   Эдвар пришел в себя, вскочил на ноги, ненароком смахнув со стойки стакан с выпивкой и, быстро вытащив из кармана эсканилор, за минуту сформировал вокруг замершего шара защитную сферу. Посетители, наблюдавшие за клисом, ахнули, когда внутри полупрозрачного пузыря полыхнуло ярким ослепительным огнем. Эдвар удвоил усилия, вливая в магические потоки еще больше энергии. Он единственный из присутствующих знал, что клис не простой, что после взрыва вокруг него разлетались мелкие металлические шары, каждый из которых подобен взрывной пуле. Аристократа, стоявшего к сфере ближе всех, могло разорвать на мелкие кусочки.

   Шары посыпались в пузырь как горох, а у Эди от затрачиваемых усилий на лбу выступил пот. Он увидел, как человек в плаще вновь вскинул руки, удивился на миг, не приметив в них эсканилора, и вокруг защиты Эди сформировалась новая, черная, поглотившая шар в себе. Секунда, и клис буквально растворился в воздухе. Посетители таверны выдохнули, а ловкий Бона к этому моменту уже сделал ноги.

   Маг в плаще развернулся лицом к Эди и неспешно подошел. Плюхнувшись на стул, виер наблюдал за приближением аристократа и поражался, за каким проклятием ему понадобилось спасать шкуру этого лощеного хмыря.

   — Добрый вечер, — раздался негромкий голос.

   — Не такой он и добрый, — досадуя на самого себя, Эди отвернулся к стойке и заказал еще один стакан крепкого питья.

   — Для меня, безусловно, добрый, раз вы помогли мне избежать серьезных травм. Дело в том, что в клис невозможно вложить еще одну начинку, и я не мог знать об этих пулях.

   — Это не клис. Шар из разряда редких магических предметов, достался Боне в наследство. Он еще может собираться из частей обратно, но теперь, кажется, частей не осталось.

   — Это всё объясняет, — ответил собеседник, а Эди искоса взглянул на него. Мужчина откинул капюшон и протягивал Эдвару руку. Только секунду спустя молодой человек заметил в ней черную карточку.

   — Премного благодарен, я ваш должник. Если понадобится помощь, обращайтесь.

   Его манера держать себя, эта спокойная уверенность и тон, каким он произнес слова благодарности, заставили Эди взять протянутую карточку. Однако стоило господину отвернуться и направиться к выходу, как желание выбросить свидетельство признательности, подвигло виера скомкать карточку и швырнуть подальше под стойку. Ему еще помощи от аристократов не хватало.

   

   Утро принесло с собой головную боль и желание развалиться на кусочки и никогда не собираться обратно. Эдвар со стоном протянул руку, не нащупал на столике стакан с водой и со вздохом медленно открыл глаза. Яркий свет ответил мучительной резью под веками, и виер снова застонал. А ему сегодня еще ехать в академию, устраиваться на новое место работы. На черта он вчера так напился.

   

   Оправляя приготовленный матерью костюм и приглаживая волосы, Эдвар широко шагал по ступенькам лестницы, ведущей к кабинету ректора виерской академии. Ему нужна эта работа, ему нужны деньги, чтобы продолжить поиски Бэлы, без монет он не продвинется ни на шаг. Остается стиснуть зубы и смирить свою ненависть к гнусным аристократам, чтобы этот ректор принял его на работу.

   Постучав, Эдвар услышал приглашение войти и отворил дверь в просторный светлый кабинет. Сделал несколько шагов вперед и остановился, когда сидящий за большим столом человек поднял голову. Проклятье!

   Ректор Академии виеров улыбнулся и неспешно поднялся.

   — Рад нашей новой встрече, Эдвар Хингис.

   Впервые в жизни Эди растерялся и не знал что сказать.

   — Меня зовут Амиральд Сенсарро. Приятно, что вы не побрезговали моим вчерашним предложением, поскольку предпочитаю отдавать свои долги. Чем могу вам помочь?

   

   Зор поднялся по ступенькам и, обойдясь двумя короткими ударами в дверь, вошел в комнату маленькой пленницы. Девушка стояла возле окна, положив на стекло тонкие пальцы, и резко обернулась, услышав скрип дверных петель. Хотела попятиться, но звякнувшая тонкая цепь, обнимавшая широким браслетом щиколотку, не дала девушке уйти далеко.

   Зор опустился в кресло, невозмутимо указал ладонью на ссадины, оставленные на нежной коже.

   — Браслет не снять, не старайся. Только зря тратишь время. Тебе не убежать, я об этом позаботился. Ты слишком ценна для меня, источник.

   Он улыбнулся своей холодной, вызывающей у пленницы озноб улыбкой, и поманил к себе.

   — Сегодня проведем с тобой ритуал. Снимай одежду.

   Бэла покачала головой, схватилась руками за столбик кровати. Ни за что она не станет участвовать по своей воле в каком-то ритуале, никогда не разденется перед этим страшным человеком.

   Маг поднял свою трость, и прозрачный белый хрусталь засверкал золотисто-зеленоватым сиянием, с набалдашника сорвались тонкие полоски мерцающего тумана, потянулись к девушке.

   Вскрикнув, целительница вцепилась в столбик еще крепче, а туман приблизился, полупрозрачные щупальца обвились вокруг ее талии, бедер, пальцев, отдирая от столбика и толкая прямо к сидящему в кресле Зору.

   Бэла упала на колени у ног холодно взирающего на нее аристократа. Трость пошла радужными переливами, новые щупальца протянулись, опутали целительницу тонкими нитями. Девушка чувствовала, как распадается на части ставшая хрупкой ткань синего платья, и спустя лишь несколько секунд Бэла осталась совершенно обнаженной. Свернувшись в клубочек, она прижала колени к груди, пытаясь хоть как-то отгородиться от сидящего рядом мужчины, а рыжие волосы рассыпались по спине, укрывая худенькие голые плечи.

   Ей казалось, Зор сейчас накажет за непослушание, но на равнодушном лице не дрогнула ни единая черточка. Маг медленно потянулся к пуговицам собственной рубашки, расстегнул их одну за другой и столь же неторопливо снял и повесил одежду на кресло. Бэла ждала нового приказа, что ей велят подняться, предстать перед магом вот такой, совершенно голой, абсолютно беззащитной, но вместо этого аристократ вдруг опустился рядом с ней на ковер, а в его руке блеснул короткий острый кинжал.

   Дыхание прервалось от страха, но мужчина не сделал попытки дотянуться до целительницы, он нанес себе два длинных пореза на правую и левую руку, сжал в ладони трость и закрыл глаза. В страхе Бэла наблюдала, как заструившаяся было кровь распадается на мелкие капли и поднимается вверх, формируя тончайшую красную сеть.

   Девушка отшатнулась, когда эта сеть стала двигаться в ее направлении, целительница попыталась отползти назад, но сеть продолжала стремительно приближаться. Она окружила Бэлу со всех сторон и начала сжиматься медленно, но неумолимо, пока не коснулась тела целительницы и не прилипла к ней наподобие второй кожи. Бэлу обожгло как огнем, девушка вскинула руки, пытаясь содрать с тела красные ячейки, целительская магия вспыхнула на ладонях, заструилась голубоватым ручейком по коже, но ничего не изменилось. Красная сеть впитывалась в поры, растворяясь в теле, сливаясь с ним и причиняя девушке боль. Бэла ощутила, как слезы потекли из глаз, они бежали по щекам и груди, падали на кончики поджатых пальцев.

   Новый вдох принес ощущение, что боль отпустила. На белой коже не заметно было никаких следов или отметин, внешне ничего не изменилось, но внутри... внутри теперь пульсировала чужая энергия, странная, холодная и мощная.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

130,00 руб Купить