Чтобы вы ответили, если бы ваш кредитор предложил вам отработать долг, влюбив в себя мужчину-монстра, извращенца и насильника?
Нашей героине долго раздумывать не пришлось: долг за квартиру, отнятый бизнес, и больная младшая сестра.
Она станет киллером любви. Красивая, независимая, не верящая в любовь, она сама попадет под прицел мужской заботы, помощи и любви.
У нее не осталось в этой жизни ничего и никого, кроме любимой младшей сестренки.
Сестры, прошедшей через ад предательства и плена. Их спасет вера, и конечно любовь!
Мы сидели в кафе. Яркая брюнетка и нежная блондинка.
Темноволосая Алина, бизнес – леди, владелица сети цветочных бутиков, она из тех женщин, о таких говорят: «Маленькая собачка, и до старости щенок».
Миниатюрная брюнетка, с пикантными усиками над яркими губами, глаза с поволокой ,доставшиеся в наследство от отца армянина, казалось кто же обидит такую девочку-женщину. А я, на первый взгляд очень милая блондинка, похожая , на молодую Марину Влади, только глаза зеленые.
Женственность, которая, так и прет из меня, и которую я так ненавижу, и прячу за джинсами и бесформенными кофтами.
Я , Леля Николаева и моя сестра Юля, в попытках начать бизнес, оказались по уши в долгах у Алины. Заложенная мамина квартира, проценты банку, теперь мы работаем просто за чаевые.
Вся проблема нашей хозяйки в личной жизни, она постоянно наступает на одни и те же грабли. Находит не тех мужчин, и впутывается во всякие жуткие истории.
Однажды укатила в Новый год с очередным бойфрендом в Таиланд, где тот, обобрав ее до нитки ,благополучно бросил. Новый Год ,банки не работают, пока она заблокировала банковскую карточку, на ней ничего не осталось. Спасло нашу леди отличное знание английского языка. Все объяснила в полиции, и даже смогла позвонить к нам с сестрой ,выпрашивая денег на дорогу домой.
Мне очень хотелось оставить ее там навсегда, но Юля ,моя правильная сестра , пошла, и заложила обручальное колечко с бриллиантом. Деньги, мы нашей «рабовладелице» ,выслали.
Самое большое желание Алины – это выйти замуж, она там никогда не была. я так думаю по причине сволочного характера, и чудовищного самомнения.
Вот сидит она напротив ,в покрасневших от слез глазах ненависть к очередному возлюбленному.
- Впервые встретила, адекватного мужика, самостоятельного, не слюнтяй. И что же в итоге. Поехали на барбекю и прямо на клумбе , он изнасиловал меня , я тоже люблю по жестче, – Алина не стеснялась называть вещи своими именами.- Но, он потом уехал, и больше не звонит. Я сама позвонила, сказала, что не сержусь, в ответ бросил трубку. Так меня еще никто не унижал, как женщину.
- Я могу продать машину, – невпопад ляпнула я, еле сдержавшись, чтобы не улыбнуться на такие заявления Алины.
- У вас еще проценты за январь накапали, - отмахнулась бизнес-вумен.- Он маньяк, и ты в его вкусе, смахиваешь на него бывшую.
- Ну чего проще, найми отморозков, пусть его поколотят, или машину подожгут.
- Хочу, чтобы он мучился от желания и страдал от любви. Хочу, чтобы ты ,как ты умеешь это делать, возбудила и не дала. Привяжи, околдуй.
- Это не по адресу, это к путанам, или к жрицам любви.
- Не перечить мне, - взвизгнула на весь зал оскорбленная леди.- Будет, как я сказала, прощу все долги.
Оставила на столе конверт с досье на негодяя, и пошла к выходу. Независимая и наглая женщина , но только, пока в сердце не попадет стрела Купидона.
И вот сижу, смотрю на фото из белого конверта. Монстр, да, старик Ломброзо был прав – эти глубоко посаженные глаза, надбровные дуги все говорило о насильнике и отморозке. Австралопитек одним словом А я ,поздравьте , я – киллер Любви. Хотя смешно глядя в такое вот «лицо» думать о высоких материях.
Так, ну что же в досье. «Разведен , сорок пять лет, дом за городом. Охота, рыбалка, опять охота, а фото охота». А вот это уже теплее. Выставки и вернисажи прекрасный повод познакомиться.
Дома я прошлась по сайтам. Ничего интересного в мире художников и фотографов не было .И на нетерпеливые звонки Инны я уклончиво отвечала : «Да, прорабатываю , полирую имидж».
Мы с сестрой Юлей рано осиротели, такая вот печальная судьба, хорошо еще ,что я была уже совершеннолетней, и квартира, та самая, что в залоге у банка, стала нашей женской обителью.
Почему спросите вы, мы обе одиноки?
Дело в том ,что Юля моя младшая сестра, рано вышла замуж. Хотелось ей семейного гнезда, уюта и детей. Но жених, которого она знала месяца два всего, оказался жутким бабником, к тому же еще и глупым. Глупость его заключалась в неумении или желании предохраняться ,при случайных связях. И конечно он принес домой мерзкую болячку, из-за которой у моей милой девочки, любимой сестренки, случился выкидыш. Первая беременность была прервана, хирург попался неопытный .И теперь моя Юля не может иметь детей. И еще ненавидит всех мужчин, хирургов, и распутных дев.
Что касается меня, то мой идеал – это погибший папа. Военная косточка, ученый, аккуратист, и при этом нежный ,любящий семью и дочерей.
Потеря родители – это вечная боль всех осиротевших, особенно, если ты еще ребенок. Я берегла Юльку от этого горя, а сама долгое время просыпалась от кошмарных снов.
Когда родители погибли, времена были нищие, да и не с кого было требовать везти с Сахалина их останки в центр России. Вместо гробов, нам и бабе Зине, папиной маме, пришло письмо.
Писал следователь ведущий дело, о гибели сотрудников заповедника.
К письму была приложена копия осмотра места происшествия, и заключение медицинской экспертизы. Все это, баба Зина, от «большого ума» отдала шестнадцатилетней внучке.
В письме была восстановлена картина гибели семейной пары.
«Исследуя особенности поведения морских львов ученый, а именно мужчина, подошел к ним, слишком близко. В брачный период самцы морских львов очень агрессивны, один из них погнался за ученым, приняв его за соперника. Мужчина поскользнулся, упал и разбил голову об валун .Затем еще, был, проткнут клыками морского льва.
Женщина видимо не умела обращаться с ружьем, просто сидела около труппа мужа. Сначала появились на запах крови писцы, она их отгоняла камнями. А потом ,пришел хозяин этих мест, белый медведь, и женщину постигла ужасная участь, зверь ее разорвал».
Следователь словно оправдываясь, писал, что медведь не был людоедом, просто женщине надо было уйти и все, но она осталась, и потому погибла.
И в этом была вся наша мама.
Мама, ее любовь к отцу была на грани поклонения божеству.
И детей родила потому, что папа этого хотел. Они приезжали с экспедиции, и мама целыми днями в институте систематизировала полученные данные. А папа готовил, делал уроки с дочками, и просто высыпался.
Он привозил нам унты, всегда угадывая с размером. Легкие шубки с капюшонами.
И ужасно сетовал ,что нельзя переехать в заповедник.
Он рассказывал, что когда я была маленькая, они пробовали жить на Дальнем Востоке,но из-за частых моих простуд, врачи посоветовали увезти ребенка в среднюю полосу России.
И смешно рассказывал ,кАк Лелька стала Лелькой.
В роддоме меня назвали Ненила.
Имя дурацкое , но папе оно очень нравилось, так звали его бабушку..
Ласково он звал меня Нила. А когда появилась Юля, и немного подросла, она и назвала сестру – сначала Ляля, потом Леля.
Я считала себя преданной самыми близкими людьми. Эта обида была со мной долгие годы, мешая жить, мучая снами, где папа, или Юлька погибали от разъяренного зверя.
Я и раньше в зоопарк ходить не любила, по причине брезгливости, а после письма следователя, на все мольбы Юли, «сходить, покормить звериков», отвечала отказом.
Юлька, добрейшее существо, переполненное любовью ко всему миру. Но завести котенка или собачку, взять их из приюта, помешала аллергия, на всех пернатых, хвостатых и пушистых. Рыбки у Юльки нежности не вызывали. Коты сфинксы,тоже сестра приравнивала к ящерицам.
Всех парней ,которые у меня были я сравнивала с погибшим отцом. Папа, балующий нас, несмотря на мамины запреты. Решавший с нами задачки по геометрии и физике, прекрасно разбирающийся в сарафанах,и туфлях. Как мне хотелось быть мальчишкой. Но увы, все что и досталось мне папиного, это его густые светлые волосы, волнами ,зеленые глаза и маленькая оспинка в уголке губ,память о спуске с горки на ледянке
Волосы свои я, впрочем, ненавидела. Эти непослушные кудряшки не поддавались никаким муссам и гелям для укладки. Поэтому я носила короткие стрижки, в стиле Шарлиз Терон в «Безумном Максе -4».
После гибели родителей я стала старшей в семье. Нет, формально у нас была бабушка Зина, папина мама.
Бухгалтер в солидной компании, она тратила на себя огромные средства. Санатории только заграничные, будучи вдовой, ветерана Великой Отечественной войны, она получала за мужа хорошую пенсию.
Как она решилась испортить фигуру родами нашей мамы, было не совсем понятно. Дедушку мы не застали, но видимо он был героем не только она войне ,но и в домашней жизни.
Сообщение о гибели мамы и папы, застало бабу Зину в Норвегии. Норвежский капитан дальнего плавания по имени Густав, сделал бабушке свадебную визу.
Я заканчивала школу, во всю сдавала выпускные экзамены, когда горе потери разделило нашу жизнь на до, и после.
Учителя ставили мне четвертки, хотя училась я средненько, могла бы и в институт поступать с таким аттестатом. Я любила лес, цветы и возиться в земле. На каникулах подрабатывала в ближайшем хозяйстве на полях клубники, потом бахчевых. Когда мы остались одни, мне уже восемнадцать, Юльке десять.
Самым ближним от дома, за две остановки, был колледж экологии и лесного хозяйства, куда я и подала документы.
В техникуме начала и пить, и курить, и жить с мальчиками. Правда мне повезло, особенностью моего женского организма, была повышенная кислотность женской флоры,так что я ни разу не забеременела.
Пенсия за родителей, и бабушка, уехавшая вскоре на ПМЖ в Норвегию. Квартиру свою она сначала сдавала, и это было большим подспорьем двум растущим девочкам, но потом она ее продала ,вложила деньги заграницей.
Но когда бабушка уехала, оставив нас почти ни с чем, я словно очнулась. Так я стала не сестрой ,а мамой для Юльки. Сестра росла счастливым ребенком, была уверена, что папа и мама в далекой и длинной командировке. Я не смогла ей признаться в их гибели. Если для себя я перешивала, или покупала в секонд-хэндах, то у нее были только новые и модные вещи.
Юленька созданная для любви ,и Лелька для работы. Большие женщины для работы, маленькие для любви.
При этом моя фигура была женственной и сексуальной,и бедра и грудь, и стройные длинные ноги, привлекали не только парней ,но и взрослых мужчин.
А Юля больше похожая на мальчишку, худенькая, с еле обозначенными грудками, но высокая ,как модель на подиуме, что не оденет все на ней смотрится.
Я ломовая лошадь. Нет, у меня были парни, я принимала подарки, я занималась с ними сексом, и даже получала от этого удовольствие .Н без сожаления бросала их ,если они требовали жить вместе, или того хуже звали замуж.
Никаких привязанностей, никто не сделает мне больно. Хватит, что родители причинили такую боль.
Все лечит время, время лечило меня медленно.
Наверное ,это была депрессия, и надо было идти к умным докторам, но постепенно все прошло: и бессонница, и слезы, и уход в себя.
Помогла сестра. Моя Юля влюбилась, и как нам казалось в достойного мужчину.
Преподаватель в нашем лесном колледже. У сестры это был первый мужчина ,и она с разочарованием рассказывала мне ,что первая брачная и ночь, и все следующие ночи, это не так уж и красиво, и не так у и приятно.
Но она любила своего мужа, имя которого я ненавижу, и не хочу даже упоминать.
Причину я уже рассказала раньше.
Так мы и живем ,две сестры ,от бабушки нам в наследство досталась любовь к цветам и архитектуре, и небольшая сума денег .
Несколько лет проработала озеленителем парков, пока в черный день нам с сестрой не пришла идея создать собственное с сестрой ландшафтное агентство.
Конечно, заказов было немного, нужны были инвестиции, и в черный день мы обратились к Алине Городцовой, хозяйке сети цветочных магазинов.
Та съела нас, как десерт на ужин, и не подавилась, и теперь мы работаем на нее.
Я выезжая на очередной заказ ,все надеюсь найти кейс с миллионом, хотя бы рублей, отдать долги, и купить домик, где мы бы с сестрой выращивали цветы ,не на продажу ,а для души.
Юле я ничего про заказ не сказала, моя бедная сестричка уехала на поклонение святым мощам. Честно признаться меня немного пугала Юлино «увлечение» церковными делами. Но лучше верить, чем не верить, тем более ,что верила сестра все- таки в традиционную религию.
У меня с утра были дела , Заказ был небольшой, но заказчик сулила хорошие чаевые. И в нарушение своих правил, не брать заказы далеко от города, я поехала.
Папины «Жигули», слава богу, не подвели. Добралась до места без происшествий.
Галина Марковна оказалась женщиной совершено удивительной. Бывшая балерина. В семьдесят три и такая осанка. Даже с тростью она выглядела, как королева. Мы поболтали и обсудили новинки флористики. Я, как почвовед дала пару дельных советов по уходу за прекрасным садом.
Большая, раскидистая яблоня, стройные вишни, и гордость хозяйки виноград, украшающий открытую веранду.
Даже на даче, Галина Марковна,встречала гостью не в халате, а на ней было прелестная кремовая блузка и длинная шелковая юбка на тон темнее.
Все в этой женщине восхищало и умиляло, как бы я хотела быть такой утонченной и элегантной .
Я с сожалением посмотрела на свои протертые джинсы, хорошо хоть футболку в последний момент поменяла на кружевную кофточку.
За чашечкой прекрасного английского чая она рассказала мне немудреную историю любви.
Первые два ее брака распались, по причине, выбора мужьями более молодых танцовщиц. Второй муж ушел к стриптизерше. Доказывая мне ,что это тоже искусство.- смеялась бывшая балерина.
Они, наверное, были счастливы в этих браках, правда ,хоронить их пришлось все же мне.
Молодые жены бросали их ради новых богатых спонсоров.
Зато на свои шестьдесят лет я получила от судьбы подарок .
Это было зимой 19.. года. Я поскользнулась на накатанной моими учениками дорожке, и поломала ногу. Привезли мен в травмпункт, а там он, Ванечка.
Большой, с огромными руками, но он так нежно со мной обращался, наложил гипс, и даже ухаживать прислал медсестру, оплатив ее услуги, и сердце мое не выдержало. Я вышла замуж третий раз. Он был меня моложе на семь лет. И нам так казалось много отмерено. Снова в доме стали бывать гости ,играли в лото, в бридж, Ваня не был азартен, скорее наоборот, меня останавливал.
У него был излишний вес, я следила за его питанием, не разрешала ходить в баню, пить вино.
Но он не слушал. Приходили друзья, Ванечка накрывал на стол, он прекрасно готовил. Очень любил красное вино, прекрасно разбирался в марках, больше всех любил французское ,»Мерло».
И все сначала: баня, вино, реанимация. Так я осталась одна.
Ваня пылинки с меня сдувал, читал вслух, когда я лежала в клинике, после пластической операции. А я и не скрываю, делала, и химический пилинг тоже .Ведь он был моложе.
Он смеялся над этим. «Ты, Галя, хоть что делай, я тебя помню, как первый раз увидел. И с первого взгляда влюбился, а как ты мне царственно разрешила тебе гипс накладывать, хоть боль была нечеловеческая. И любить ,так королеву, воровать так миллион ,но для нее же.
Соседи сплетничали, он бездомный, и это почти в полтинник, он с вами из-за квадратных метров. После третьего инфаркта, он смеясь рассказал ,как они правы. Два метра на Сущевском кладбище, ради этого он со мной.
«И чтобы рядом, ты Галочка. Я тут уже оплатил, одной настырной бабе из похоронного бюро. Но ты живи долго, и если хорошего человека встретишь, то замуж сходи. Но, на вечный покой рядом со мной упокойся. Я тебя ждать буду».
И руку поцеловал. Он мне часто руки целовал.
Галина Марковна замолчала, за окнами стал накрапать летний слепой дождь, мы допили чай и попрощались.
Провожая меня , Галина Марковна, подарила корзинку, нет не фруктов ,и не печенья, а кружев.
Воротнички, манжеты, рулончик кружев для отделки. Мне сразу захотелось запереться дома, и сшить себе что-то невесомое и воздушное.
–Ах, Леля, заезжайте просто так. Как по пути будет. После смерти мужа ,стало так одиноко. И друзья все так же постарели, одряхлели. А вот с вами поговорила ,и сил жить прибавилось. Жду. Можно даже без звонка.
Она еще долго махала мне рукой, невысокая, но с гордой осанкой.Балерина, потерявшая своего стойкого оловянного солдатика.
Работа в саду, время к вечеру, есть хотелось до темных точек в глазах. И я снова нарушила все свои принципы, остановилась у придорожного кафе.
Неплохая забегаловка. Довольно чисто и нет противных запахов, но был один большой минус- кавказская мафия.
«Мафия», в лице видимо бригадира, подошла к моему столу сразу, как только ушла официантка. Мужлан вертел на пальце брелок от «Мерседеса».
-Такой девушке не надо платить дэнег за стоянку, просто пойдем со мной в машина, - и мафиози облизнул толстые губы.
Я, молча пила минералку, и якобы равнодушно, осматривала зал. Ну, кто вступиться за тупую блондинку. Конечно не та семейная пара, уставились в свой суп-харчо, словно ничего интереснее не видели. И не этот дальнобойщик, то ли швед, то ли латыш,все девушки для него- шлюхи у дороги.
И мне стало так тоскливо, хоть вой.
Тут я встретилась глазами с еще одним посетителем ,и внутри у меня похолодело.
Глаза Алинкиного «австралопитека» смотрели мне прямо в душу. Да, ведь именно по этой трассе дорога к его дому. Во мне боролось два чувства: наличие долга (причем денежного Инне) и чувство идиотского – я сама .
Но «маньяк» уже приближался к моему столику с тарелками в руках.
-Все еще сердишься? – ласково спросил он, оттирая своим плечом бригадира. При его высоком росте это было не проблемой.
- А как ты думаешь? Мы же должны были встретиться у перекрестка,- я с ходу включилась в игру.
«Мафиози» потоптался и, пыхтя, удалился.
- Меня зовут Алексей, а тебя? – мой «заказ» чокнулся со мной стаканом с соком.
- Леля, – старательно изображая милую девчушку, ответила я .
Теперь можно было спокойно рассмотреть нового знакомого.
Выглядел он на свои сорок пять лет, ни меньше, ни больше.
Темно русые волосы, голубые глаза, яркость им придавала голубая тенниска .Загорелые руки в легком рыжем пушку, трикотаж футболки подчеркивал мускулистый контур рук и груди.
Не качок, но годы тренировок ,и хорошая физическая форма чувствовались во всей его фигуре. И еще взгляд, не наглый, но такой, что надо быть достаточно безрассудным ,чтобы отважиться задеть такого человека без причины.
-Рекомендую, плов, – голос Алексея вернул меня к действительности.
-Я предпочитаю зелень.
-?
-Ну траву, салат, овощи, – уф, ну наконец-то нужное слово найдено.
- Ну, слава Богу, а то я чуть не огорчился, такая милая девушка.
Мы отобедали. Льщу себя надеждой, что я мило улыбалась весь обед.
Наконец-то мы пошли к выходу из кафе.
Алексей обнял меня за плечи, и прошептал .– Смотри внимательно, черная «Тойота, у рекламного банера, я прикрою.
Ура!Все получилось, и никто за нами не ринулся в погоню .Километром через десять Алексей просигналил мне остановиться.
Оторваться от него на стареньких «Жигулях» было нереально.
«Ну, вот и все, – прижимаясь к обочине, подумалось мне. – Какие там любови, все будет быстро и мерзко. Это произойдет здесь и сейчас».
Взяв из бардачка пилочку, я смело выпорхнула из машины.
-Пойдем со мной, - позвал мой визави, и сам первый шагнул в придорожный овражек.
По спине потек липкий и холодный пот, и стало тошнить от страха, но сжимая в руке пилочку, я шагнула вслед за «чудовищем».
За овражком, сразу начинались густые заросли дикой малины. Кустарник окончился, и мы пришли на поляну, при свете яркого солнца мне стало как- то спокойнее. В беге на длинные дистанция, я тебя дядечка сделаю!
-Дарю, – Алексей хищно улыбнулся и обвел рукой поляну.-Да, присядь ,что ты словно башня останкинская , листочек подними, и увидишь чудо, вот трусиха.
Он наклонился и стал что - то искать в густой траве и через некоторое время подошел ко мне близко-близко, и протянул ладонь .Я попыталась отойти на безопасное расстояние .Он за мной. С ладони что-то упало, и тут до моего носа, наконец-то долетел очаровательный аромат земляники, и словно пелена упала с глаз. На ладони Алексея лежала горсть мелких душистых ягод. Он высыпал мне ее в ладошку, и снова наклонился собирать еще.