Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1. Скоро праздник
- ГЛАВА 2. Большой Королевский бал
- ГЛАВА 3. Средь шумного бала
- ГЛАВА 4. Изгнание
- ГЛАВА 5. Кузины
- ГЛАВА 6. Поиск работы
- ГЛАВА 7. Новая жизнь
- ГЛАВА 8. Счастливая невеста
- ГЛАВА 9. В поместье
- ГЛАВА 10. Жених и невеста
- ГЛАВА 11. В Эррине
- ГЛАВА 12. Приём Хранительницы
- ГЛАВА 13. Морок развеивается
- ГЛАВА 14. Воссоединение
- ЭПИЛОГ
- ЧАСТЬ 2. Мечты тётушки Лилиан
АННОТАЦИЯ
История из Королевства даргов, потомков драконов. В ней у каждого своя загадка - у изгнанной из дома сироты, у невесты, которая никак не может понять - почему не хочет выходить замуж. Помочь им может только Элория Эрриа, Хранительница родового артефакта, кольца принцессы Элалии.
ГЛАВА 1. Скоро праздник
За окном сквозь морозные узоры призывно сияли огоньки на деревьях и стенах лавок, напоминая о приближающемся празднике. Они весело подмигивали и манили к себе, обещая волшебство Долгой ночи. Где-то далеко послышалась тихая музыка, пробивавшаяся сквозь стены немного смешным писком. Наверно, кто-то из жильцов дома уже начал отмечать, не дожидаясь официальной даты.
Рорри поплотнее закуталась в шаль и попробовала подогнуть ноги под себя. Раньше она так уютно устраивалась с ногами в этом кресле. И ступни не мёрзли. А теперь живот мешал. Она теперь совсем не такая ловкая, как раньше. Да, раньше… Ещё год назад всё было совсем по-другому. И сама она была другая – гибкая, лёгкая, уверенная в себе, счастливая … Хоть тогда она не считала себя счастливой. Ведь отец женился, и в дом пришла молодая хозяйка, которая прибирала к рукам то, что Рорри привыкла считать своим. Теперь она командовала слугами, решала, как украсить дом к празднику, кого пригласить на устраиваемый бал.
Тогда Рорри это казалось возмутительным. Как смеет какая-то чужачка распоряжаться в её доме! И Рорри со всем азартом кинулась тогда в борьбу с мачехой. Она была так уверена в любви отца, что не сомневалась – он обязательно встанет на её сторону. А даже если Рорри чуть-чуть переборщит в войне с узурпаторшей, то отец пожурит и простит дочь.
Вначале так и было. Почти. Отец, правда, не поддерживал Рорри, сразу чётко заявив всем, что хозяйка в доме – его жена, а не дочь, но и не наказывал за проделки и споры. Почти полгода терпел тихую войну женщин, а потом в эту же пору предпраздничной суеты вызвал их в свой кабинет и сказал:
– Мои дорогие, совсем скоро праздник Долгой Ночи. Его принято встречать с близкими людьми, прогоняя теплом сердец холод и мрак зимы. Вы у меня самые близкие. Я люблю вас обеих, и ваши ссоры разрывают мне сердце. Если вы любите меня, то прекратите эту вражду. Если же вы не остановитесь, то я вынужден буду вмешаться и внушить той, кто станет зачинщицей ссоры, желание во всём подчиняться той, что покажет своё умение уступать без этой крайней меры.
Слова отца вроде бы были обращены и к Рорри, и к мачехе, но смотрел он при этом именно на Рорри, и той стало ясно, кому именно отец собирается подправить мысли. И она отступила, перестала вставлять шпильки и подкусывать мачеху. Так что прошлый праздник Долгой ночи прошёл в их доме мирно и счастливо. Украшения, что получила в подарок Рорри, если в чём-то и уступали мачехиным, то только в яркости. И то потому, что незамужним девицам положено выглядеть скромно и многие камни им не по чину.
Но не о дорогих подарках и роскошных яствах, что радовали её в прошлые праздники, тосковала сейчас Рорри. Всё это она с лёгкостью отдала бы только за то, чтобы вновь увидеть любящий взгляд отца.
Элория Эррия
В доме царила обычная предбальная суета. К счастью, сегодня бал устраивали не Эрриа, но королевский приём – это тоже не просто так. Нужно выглядеть безупречно! Тем более, что некоторые дамы определили леди Эрриа в законодательниц моды и в каждый наш выход в свет рассматривали мои и Элиды наряды едва ли не под лупой.
Я надеялась, что со временем они успокоятся. Главное, больше не выделяться. Чтобы попадать в такт с другими дамами я теперь каждый раз советовалась с леди Эухенией, тётей мужа. И ей приятно, и мне полезно. Никто лучше неё не знал все писанные и неписанные правила высшего света даргов. Не то чтобы я надеялась стать такой же образцовой леди, как она. Просто если уж нарушать правила, то хотя бы осознанно.
Мирри как раз собиралась приступить к моей причёски, когда вдруг на мгновение замерла, а потом обратилась ко мне:
– Миледи, там Дарри зовёт вас на помощь.
– Что-то с Элидой?
– А с кем же ещё? Но вряд ли что-то серьёзное. Я не почувствовала у ней тревоги. Она просит вас подойти.
Даром мужа открывать порталы в нужное место я не обладала. Пришлось идти ножками. По пути меня перехватил Леони. Он вынырнул откуда-то из-за штор и пристроился рядом:
– Лори, а куда ты идёшь? Я хотел к тебе, а мне сказали, что нельзя. Ты одеваешься. Ты уже оделась? Я сейчас могу с тобой поговорить? – затараторил он.
– Говори, пока я иду к Элиде. Потом, если хочешь, можешь посидеть со мной, пока Мирри будет делать причёску.
На такое предложение Леони только поморщился. Долго сидеть неподвижно он не слишком любил, а моя горничная – даргиня строгая и воли ему не давала. Быстро пресекала его попытки рассмотреть и потрогать что-то в моей комнате:
– Лорд Леони, сидите тихо! – строго говорила она. – Вы мне мешаете! Отвлекаете от госпожи. Вы же не хотите, чтобы миледи выглядела неподобающе.
– Леди Эрриа не может выглядеть неподобающе. Это невозможно! – с великолепным высокомерием отвечал тот. – Папа не позволит никому так думать даже если Лори пойдёт лохматой.
Мирри неожиданно хихикнула:
– Да уж! Уверена, лорду Александру не пришлось бы утруждаться. Все просто решили бы, что так и надо. И на следующий вечер все пришли бы такими же.
– А ты попробуй! – загорелся Леони и вскочил на ноги.
– Не стоит, - пресекла его фантазии я.
С тех пор убедившись, что ничего неожиданного его в процессе моего причёсывания не ждёт, Леони ко мне в это время больше не рвался.
Идти до покоев Элиды было не так далеко, поэтому Леони поторопился приступить к волнующему его делу6
– Лори, это нечестно, - заныл он. – Вы все едете развлекаться – и папа, и ты, и Элида, и даже Рэй, а я остаюсь дома!
– Хочешь поехать с нами?
– Нет! – поторопился ответить мальчик.
Я не сомневалась в таком ответе. Те редкие приёмы, на которых ему приходилось присутствовать как наследнику главы клана, он не любил ещё больше, чем уроки.
– А что тогда?
– Пусть дядя Рэй останется! Я соскучился!
Рэй только сегодня вернулся из своей очередной поездки в Мелинию и даже не успел рассказать о своих новых приключениях – наполовину выдуманных, наполовину реальных.
– Не ты один соскучился. Знаешь, сколько дам скучают по твоему дяде? Если они его сегодня не увидят, то завтра все явятся к нам. Лучше он завтра будет только наш.
Леони неохотно кивнул, но свою неохоту проявлял столь явно, что было очевидно – на то, что Рэй останется он и не рассчитывал.
– Тогда скажи господину Леже, чтобы он не заставлял меня читать «Историю королевства даргов».
Вот мы и подошли к тому, что Леони хотел выпросить с самого начала.
– А то нечестно! – затянул свою песню он. – Вы все будете развлекаться, а я учись! Несправедливо!
Впереди уже показались двери в покои Элиды и я не стала тратить время на нравоучения:
– Хорошо, «Историю королевства» ты почитаешь завтра и обязательно расскажешь мне о том, что прочитал. Мне интересно.
Леони кивнул, с надеждой ожидая продолжения.
– Передай воспитателю, что я разрешила тебе сегодня вечером поиграть с Норигом. Только не сильно буяньте. Мама Норига за вами присмотрит. Я ей скажу.
Леони умчался, радостно улыбаясь.
Войдя, я пока не забыла сразу предупредила горничную Элиды:
– Дарри, я разрешила Леони поиграть с вашим сыном. Присмотрите за ними.
– Хорошо, миледи.
– Так что тут у вас? Что случилось?
Элида в халатике, нахмурясь, рассматривала платья висевшие и лежавшие в комнате.
– Лори, я не знаю что надеть! – с надрывом в голосе сказала она.
– А в чём проблема? Уверена, Дарри приготовила тебе подходящий наряд.
– Приготовила… У одного слишком глубокий вырез, а то слишком унылое, розовое слишком детское…
– Что тебя смущает? – перебила её я, чувствуя, что так перечислять Элида может до бесконечности.
– Я не хочу выглядеть слишком привлекательной… И унылой тоже не хочу…
– Почему не хочешь выглядеть привлекательной? Вряд ли тебе это удастся, чтобы ты ни одела.
Элида порозовела и опустила голову.
– Из-за Виторриса, - почти шёпотом призналась она. – Кажется, он уделяет мне слишком много внимания. Вдруг он решит жениться? Теперь, когда я не стану Хранительницей, он может захотеть это сделать. Кровь Эрриа сильная…
В опасениях Элиды был резон. По происхождению, силе дара она была одна из немногих, кто мог бы стать королевой.
– Знаешь, тут никакой наряд не будет иметь значения. Если ты нравишься Виторрису, то ничего не изменится, даже если придёшь на бал в мешковине. Выбирай любое платье и не бойся. Внушить тебе он ничего не сможет. Я об этом позабочусь. В ближайшее время замужество тебе не грозит. Александр же твёрдо пообещал, что в следующем году ты поступишь в Академию. И он об этом сказал Виторрису ясно. Так что ближайшие пять лет можешь не волноваться. Женихи тебе не светят. Наслаждайся свободой и ничего не бойся, - ещё раз повторила я.
Лицо Элиды прояснилось.
– Хорошо! Тогда я одену то голубое, - обратилась она к горничной.
Джурия Гуэрис
Джурия хотела замуж. Тогда ей наконец можно будет отказаться от этих скучных девичьих платьев и надеть что-нибудь яркое, как пальто у леди Элории на том скандальном променаде, чтобы все сразу заметили её, Джулию Гуэрис, выделили из сонма безликих девиц, кочующих по балам вместе со своими маменьками.
И никто не сможет диктовать ей, что прилично, что нет, как сейчас. Папенька сказал, что такое декольте для незамужней девицы недопустимо. Вот горничная и суетиться, срочно, прямо на Джурии, приделывая кружево на вырез.
Если бы это был обычный выезд, то Джурия непременно поспорила бы с отцом и может даже в знак протеста отказалась от бала. Но Королевский бал бывает всего два раза в год и во время прошлого Джурия ещё не была представлена ко двору, так что спорить с отцом не рискнула. Он тоже волнуется. Всё же их семья не так знатна, чтобы чувствовать себя завсегдатаями в Тинрабеле. В королевский замок даже родители попадали по особым случаям и пропустить сегодняшний выход из-за пары сантиметров выреза Джурия не собиралась. Ничего! Скоро она выйдет замуж и тогда отец ей не указ.
Словно подслушав её мысли горничная, споро орудуя иголкой, сказала:
– Знаете, госпожа, так даже интересней получается. Уж ваш жених точно не заметит разницу. Даже с кружевом ваше декольте может довести кавалера до косоглазия. Хотя вашему лорду Николасу это не страшно. Такую красоту ничто не испортит.
– Да уж! Тут папенька постарался, - согласилась Джурия и тут же ойкнула.
Иголка в руках служанки нечаянно задела кожу. Такой же иголочкой тревога кольнула сердце. Жених, Николас Дарринг, и впрямь всем хорош – молод, красив, любезен и даже, кажется, знаком ей не один месяц. Почему же тогда она находит эти записки?
Ничего, сегодня на Королевском балу у неё есть шанс прояснить сомнения, и она им воспользуется.
ГЛАВА 2. Большой Королевский бал
Элория Эррия
Я подумала, что почти привыкла быть под прицелом множества взглядов. Во-всяком случае, когда я опиралась на руку мужа, как сейчас, меня это нисколько не напрягало. Чувствовать себя частью блестящей группы Эрриа было даже приятно. Мы шли почти во главе целой колонны благодарных подданных, которые как река текли мимо королевского трона, оставляя у ног Виторриса мешочки с подношениями.
Впереди церемонным шагом шли только семьи Агуэро и Шильдэрри. Я первый раз участвовала в этом ритуале, когда на Большом Королевском приёме все значимые кланы королевства вручали символические подарки монарху в честь главного праздника зимы. Волнения я не испытывала, только любопытство. Главное должен сделать Александр: подойти к трону и положить алый бархатный мешочек в корзину. Делает он это не первый раз, так что справится. Подарок от Эрриа Виторрису должен понравиться. Так говорили Александр и Рэй, а они хорошо знали вкусы короля. Рэй привёз из Мелинии старинный браслет, найденный в заброшенном городе альвов. Никакой магии на нём не было, но выполнен столь искусно, что я рассматривала полчаса изящное переплетение золотых узоров, не в силах оторваться.
Интересно, что подарят другие. Дары намеренно подносились в мешочках, чтобы никто не мог увидеть и обсудить подношение. Вирдж Эрринт говорил, что пресёк несколько случаев подкупа или влияния на слуг в доме от желающих выведать секрет: что приготовили Эрриа для монарха. Как я поняла, между ведущими кланами существовало негласное соревнование за то, чей подарок больше других угодит королю.
Когда Вирдж докладывал Александру о пресечённых попытках и просил меня развеять чужие внушения, я не выдержала и спросила:
– А что приготовили другие? Вы узнавали?
– Команды не было, - пожал плечами глава безопасности клана.
– Мы не суетимся, - засмеялся Рэй. - С Виторрисом мы всегда выигрываем. Чтобы Александр точно подобрал подарок нам не надо оглядываться на остальных.
– Достаточно прямо спросить приятеля, - немного ехидно заметила Элида.
Если учесть совместные попойки, которые иногда устраивал Виторрис с Александром, то мужу действительно не составляло труда угодить королю. И сейчас король с живым любопытством смотрел на мешочек в руках склонившегося в поклоне Александра.
– Рад приветствовать клан Эрриа, - звучно на публику сказал король и тут же добавил тихо. – Что там, Алекс? Не томи!
– Узнаешь, - также негромко ответил Александр, кладя свой дар рядом с зелёным и синим мешочками от Агуэро и Шильдэрри.
– У, вредина!
Я даже посочувствовала королю. Не очень весело так получать подарки, когда не можешь нетерпеливо вскрыть упаковку и узнать сразу – что же там. Но моё сочувствие длилось недолго – пока Виторрис не перевёл взгляд на присевших в реверансе меня и Элиду. Склонились мы довольно низко, и с высоты трона вид на наши декольте открывался отличный. О чём Виторрис и не замедлил напомнить долгим внимательным взглядом.
– Леди Эрриа! Как я рад вас видеть. Вы неизменно украшаете любой приём. Нужно приглашать вас почаще. Родовые изумруды вам к лицу, леди Элория, - пел король, разглядывая украшение, сверкавшее на моей груди. – А леди Элида демонстрирует жемчуг из Мелинии? Твоя добыча, Рэй?
У меня уже стали дрожать колени. Стоять неподвижно в полуприседе реверанса не слишком удобно. Виторрис жестом разрешил нам с Элидой выпрямиться.
– Встаньте, леди, позвольте полюбоваться на вас. С тех пор, как твой предок забрал из нашего рода принцессу Элалию, у Эрриа вечно самые лучшие дамы королевства. Я до сих пор вспоминаю нашу прогулку, - почти мурлыкнул король. – Что-то после этого вы не посещаете королевские променады. Надеюсь вскоре вас увидеть.
Взгляд Виторриса, теперь направленный на Александра, сверкнул насмешкой, и он кивком отпустил нас. Его ждал целый поток подданных.
Когда мы плавно перетекли в соседний зал, где после завершения прохода собственно и состоится бал, Рэй весело сказал брату:
– Смотри не взорвись, Алекс. Виторрис просто шутит. Он никогда не посмеет даже посмотреть на Лори с дурными мыслями.
– Я понимаю, - сквозь зубы произнёс Александр, положив вторую руку на мою ладонь, лежавшую на его локте.
Он явно ревновал и это было так мило!
– Что, Виторрис опять дразнил Алекса? – спросила леди Агуэро, подойдя к нам.
– Теперь, тётя, у короля это получается гораздо лучше, - весело ответил ей Рэй.
– Да уж, слабое место Алекса теперь видно любому. Сияют, как огонь в ночи. Ты уж привыкай, племянничек. Желающих тебя подразнить найдётся немало.
– Пусть попробуют!
– Я бы не рискнул, дорогая, - обратился к леди Эухенио лорд Агуэро.
– Не все так разумны, как ты, дорогой.
– Знаешь, судьба того маркиза и леди Джорджины, - на имени бывшей любовницы мужа лорд Агуэро немного сбился, но выправился и закончил мысль как ни в чём не бывало, - стали хорошим предупреждением. Мало кто рискнёт попасть под горячую руку лорда Александра. Впрочем, оставим это. Лучше скажите по-родственному, что Эрриа подарили королю?
– А ваш клан, дядюшка?
– Мы не стали изменять традиции и вручили лучшие сапфиры этого года.
Лорд Агуэро вопросительно посмотрел на Александра.
– Мы преподнесли альвийский браслет, найденный в исследуемом городе на Мелинии. Рэй привёз.
– И жемчуга тоже с островов? – леди Эухения внимательно рассматривала украшения Элиды.
– Да, тётя.
– Мальчик мой, у тебя хороший вкус, - она похлопала Рэя по руке. – Надеюсь в следующий раз не забудешь про свою тётушку и кузину.
– Непременно, непременно!
Зал постепенно наполнялся. К нам подходили поздороваться другие гости. Чета Агуэро оставила нас. Рэй тоже умчался и мы с Александром принялись медленно фланировать по залу, останавливаясь у разных групп, чтобы обменяться с ними несколькими вежливыми фразами. Наши с Элидой бальные блокноты заполнялись именами кавалеров, которые с одобрения мужа собирались танцевать с нами. Сияние огней и блеск драгоценностей, гул голосов, улыбающиеся красивые лица даргов создавали праздничную атмосферу.
Постепенно наша маленькая компания окончательно распалась. Элида предпочла общество семейства Граттис и болтала с Камиллой под присмотром леди Надин. Меня, воспользовавшись тем, что Александр застрял в компании генерала Шильдэ, «похитил» посол Империи граф Пейон с супругой. Я не могла отказать в помощи единственному человеку в зале, наполненному даргами, и поделилась с ним теми новостями об исследовании альвов, которые знала и была уверена, что они не секретные.
Правда, мне показалось, что граф был заинтересован не столько в сведениях от меня, сколько в самом моём обществе. Похоже, он считал, что уже одно присутствие Хранительницы рядом защитит его от ментальных воздействий даргов и торопился обойти в моём обществе как можно больше важных персон, находящихся сейчас в зале. Его жена, леди Эмма, ему в этом всячески помогала, стараясь развлечь меня разговором. Мне она нравилась. Дама умная, остроумная, она легко подстраивалась к собеседнику, находя интересующие его темы. Вот и сейчас она перемежала расспросы и комментарии о даргах рассказом о последних новостях с родины. Делилась невинными сплетнями о высшем свете Рудгарии, стараясь упоминать имена, которые даже я, полная провинциалка, знала. Передавала весточки о знакомых мне людях – Николасе, вдове маркиза Брифина, моих друзьях Аните и Антуане де Льяно.
Я приятно провела время с четой Пейон до самого появления в зале короля Виторриса. О нём предупредил звук фанфар, позволивший всем быстро перестроиться в нужном порядке. Супруг вновь воссоединился со мною, а Рэй привёл Элиду. Церемонимейстер объявил о приходе монарха и уже скоро Витторис в паре со своей тётей принцессой Петрой открывал бал.
Во время фигур, когда дамы меняли кавалеров, и я, и Элида несколько раз попадали в пару с Виторрисом и он сразу предупредил меня, что следующий танец за ним, а с Элидой он планирует танцевать вальс. Похоже, Александр предвидел это, так как первые четыре танца и у меня, и у Элиды были зарезервированы за ним и Рэем, и проблем с очередностью кавалеров не возникнет.
– Первый танец после принцессы Петры король обычно танцует с дамой клана, чей подарок ему особенно угодил, - пояснил мне муж, когда мы вновь встретились в танце. – Раньше нас пропускали. После смерти Джемы с дамами подходящего возраста в клане Эрриа было сложно.
Об этом же вспомнил король, когда подошёл к нам перед следующим танцем:
– Рэй, тебе тоже пора подумать о браке. Тогда у меня будет сразу три прелестных партнёрши из клана Эрриа.
– Это приказ? – с кислой улыбкой спросил Рэй.
– Пока нет, - ответно улыбнулся ему Виторрис, - но если до меня дойдут жалобы от оскорблённых супругов….
– Не дойдут, - склонил голову Рэй.
– Постарайся, - милостиво кивнул Виторрис и повёл меня в танце.
Бал катился по обычной колее. Хотя мне хотелось бы не расставаться с Александром, но этикет обязывал нас танцевать и с другими. Судя по выбору партнёрш муж относился и к этому, как к работе. Я заметила, что он старался выбирать дам из разных кланов, чьи мужья или отцы имели дело с кланом Эрриа. Я же просто наслаждалась танцами.
А ещё больше радовалась перерыву между ними, когда мы с Александром могли ускользнуть в укромный уголок и тайком поцеловаться. Это напомнило мне о студенческой юности. Правда, делать это слишком часто мы не рисковали. Удовольствие было столь острым, к тому же удваивалось благодаря эмпатии, так что у нас едва не снесло крышу, а мой образцовый муж не хотел терять контроль в столь пёстрой компании. Возможность же создавать порталы в королевском дворце в этот вечер была заблокирована, и перенести нас куда-нибудь подальше от набитого эмпатами зала он не мог.
Пришлось Александру оставить меня ненадолго в поисках прохладительных напитков, хотя они вряд ли могли остудить наш внутренний жар. Я смотрела в высокое окно на подсвеченный огоньками парк, кружащиеся в ночном воздухе хлопья снега и понемногу успокаивалась. Неожиданно почувствовала толчок и покачнулась.
– О, простите, простите. Я нечаянно! Поскользнулась, - извинительно лепетала молодая девушка, продолжая держаться за меня.
После моего выразительного взгляда, девушка отпустила меня и выпрямилась. Высокая, светловолосая, красивая, как все дарги, она растеряно смотрела на меня, словно что-то ожидая. Её прикосновение ко мне выглядело куда менее естественно, чем подобная же сценка, разыгранная леди Надин при нашем знакомстве. Если бы не нагревшийся тогда артефакт, я бы и не усомнилась в неловкости пожилой дамы.
В этот раз кольцо никак не среагировало на наше соприкосновение. Значит девушка не пыталась повлиять на меня. Что же она хотела?
– Ничего страшного, - вежливо ответила я.
– Простите, - потерянно повторила девушка.
– Что-то случилось? – спросил Александр, вернувшийся с двумя бокалами.
– Нет, ничего. Всё в порядке, - сказала я, беря прохладный бокал в руки.
Девушка, смешавшись, поторопилась оставить нас.
– Ты спугнул её. Мне показалось, что она что-то хотела от меня.
– Ты её знаешь?
– Нет.
– Значит, у тебя лично дел с ней нет. А если хотела что-то от Хранительницы кланы Эрриа, то для этого скоро будет специальный день, когда ты примешь нуждающихся в артефакте. Сейчас мы отдыхаем! Но я на всякий случай велю узнать кто это.
ГЛАВА 3. Средь шумного бала
Джурия Гуэрис
Джурия расстроенно отходила от леди Элории. Она так долго караулила момент, когда та окажется одна, продумывала способ, чтобы прикоснуться к Хранительнице. Пол бала переживала и думала только об этом, и всё напрасно! Ничего! Она не заметила в себе никаких изменений. Обидно! И главное непонятно – это потому, что всё в порядке и её тревоги напрасны, или потому, что она сделала что-то не так и артефакт не сработал.
Она даже специально подошла к жениху, хоть они уже и станцевали разрешённые три танца. Но никаких изменений в своих чувствах к нему не обнаружила. Николас по-прежнему ей нравился. Не так, чтобы она теряла голову, но он казался Джурии привлекательным и мысль о предстоящей свадьбе сразу вызывала на лице улыбку, а на сердце тепло.
Именно эта ровность и умеренность чувств убеждала девушку в том, что оно наведено родителями. Джурия прекрасно знала о своей взрывной натуре, способности загораться жгучим интересом к тому, что ей по-настоящему нравилось – от верховой езды до соседского мальчика. Родители тоже знали её натуру и в случае мальчиков всегда следили за ней особо пристально, вовремя приглушая интерес, если он грозил выйти на опасный уровень.
С Николасом же не так. Родители вовсе не старались что-то притушить, но чувство не разгоралось. Симпатия, интерес, влечение к жениху держались на одном среднем уровне. Как раз чтобы Джурия хотела выйти замуж, но при этом не перешла черту раньше времени.
Джурия была благодарна родителям, что они не торопят её со свадьбой и дают время на проверку чувств. То, что они наведённые, ни её, ни их не смущало. Так принято. И родители с заботой о ней выбрали классический вариант. Девушке внушается не слишком пылкая влюблённость и даётся время на то, чтобы проверить её реакцию. Если подобранный родителями жених совершенно не подходит дочери, то природное отвращение со временем сносит наведённую влюблённость и свадьба отменяется.
Если обручённым повезло, и они являются истинной парой, то внушённое чувство быстро перерастает в искреннюю страсть и свадьба только узаконивает то, что уже свершилось.
У Джурии с Николасом ни того, ни другого не происходило. Значит, в день свадьбы их родители усилят внушение и тогда Джурия перестанет сомневаться. Она надеялась, что Хранительница поможет разобраться, что в её мыслях о предстоящем браке истинно, а что ложно. Откуда берётся тот червячок сомнений, что подтачивает решимость. И главное, почему она писала это.
Музыка отзвучала и Джурия увидела, как к Камилле Граттис подошла Элида Эрриа. Они заулыбались друг другу и склонились поближе. Похоже, что-то обсуждали. Джурия обрадовалась. С Камиллой они были хорошо знакомы, и та не удивится, если Джурия подойдёт к ней. Представит её леди Элиде и у она получит шанс узнать что-то про Хранительницу.
Так и вышло. Леди Элида не отличалась высокомерием и легко приняла в их круг представленную Камиллой Джурию.
– Представляете, я сегодня такая неловкая. Налетела случайно на леди Элорию. Мне так стыдно! – при первом удобном случае ввернула Джурия. – Что она обо мне подумает?
– Ничего! – дружелюбно улыбнулась Элида. – Лори очень добрая. Она на такую ерунду внимания не обращает.
– Всё равно неловко получилось. А она точно Хранительница? А то я ничего не почувствовала, хоть так в неё врезалась.
– Хранительница, не сомневайся. Просто на ней защитная перчатка, чтобы ни на кого случайно не воздействовать. А то от неё все бы шарахались, - засмеялась Элида. – Её и так все немного побаиваются из-за перстня Элалии.
– Почему? – удивилась Камилла. – Это же защитный артефакт. Он ничего плохого не делает. Чего его бояться?
– Вот и видно, Камми, что ты жизни не знаешь, - Элида с видом умудрённой дамы снисходительно посмотрела на подругу. – А кто постарше очень даже боится, что Лори как снимет перчатку! Как прикоснётся! И ты вдруг обнаружишь, что всё, что ты знал до этого – ложь. Вспомнишь, что забыл. Разлюбишь мужа. И что тогда? Всё менять? Менять – это страшно.
Последнюю фразу Элида произнесла так, будто когда-то пережила этот страх и хорошо понимает боящихся.
– А если наоборот, хочешь узнать, тогда как?
Элида с интересом посмотрела на Джурию и спокойно ответила:
– Пока жива была тётя Элис, каждый месяц в ратуше Эррина она принимала просителей. С тех пор, как Хранительницей стала Лори такие дни не проходили. Но сейчас она уже привыкла к кольцу и перед праздником Долгой ночи они с Александром отправятся в Эррин, чтобы выполнить свои обязанности перед кланом.
– Так туда приходят только члены клана Эрриа? – Джурия не смогла скрыть разочарования.
– Нет, не только. Надо просто записаться у мисс Нольвинг, лориной помощницы. Она составляет очередь тех, кого допустят. Лори пока ещё не очень сильна, так что в этот раз попадут не все.
Леди Надин, которая до этого не вмешивалась в разговор девушек, решила прямо обратиться к Джурии.
– В вашем случае, если вы спрашиваете не просто так, нужно знать, что Хранительница не сможет принять вас без согласия родителей или жениха.
– Нет, нет! Я просто так спрашиваю. Из любопытства. А у неё точно получается, ведь она человек?
– Получается, - уверенно сказала Элида. – Уже не один раз убедились.
Леди Надин продолжала внимательно рассматривать Джурию и та обрадовалась, когда их девичий кружок разбили подошедшие за обещанным танцем кавалеры.
Пол Каррент
В молодости Пол Каррент не любил таких многолюдных сборищ. Нет, тогда ему не по чину было в королевском дворце появляться. Но и балы попроще он не любил за бессмысленную трату времени, суету и необходимость танцевать. Но первая жена постепенно приучила его чувствовать себя уверенно на публике, убедив, что он вовсе не неуклюжий увалень, а сильный и энергичный дарг. Трудно не поверить в себя, когда ощущаешь столь искреннее восхищение от единственно важной для тебя женщины.
К тому же она никогда не настаивала на танцах с нею, позволяя мужу найти себе более полезное занятие. Ещё тогда Пол обнаружил, что на балах не он один жалеет о потерянном бесполезно времени. Всегда среди веселящихся даргов можно найти собеседника, готового обсудить с ним дела и проекты. И чем значимей бал, тем более важные и полезные можно завести знакомства.
И Большой Королевский бал для этого вне конкуренции! На него приглашают всех значимых людей королевства, а не только высшую знать. Вот и сегодня станцевав с молодой женой положенный первый танец и заняв стратегически важные последний и котильон перед ужином, Пол Каррент считал свой долг перед супругой выполненным. Тем более, что он не мешал ей наслаждаться танцами с более ловкими и молодыми партнёрами. Ему нравилось смотреть со стороны как грациозно двигается его Сурейя, как сияют её глаза и сверкает улыбка. Брызги испытываемого ей счастья долетали до него, согревая сердце.
Сам же Пол предпочитал проводить время в разговорах с нужными людьми. Там слово, там два, здесь услышал что-то важное, там сказал – и вот уже спустя время готов хороший контракт. Сейчас его интересовал граф Пейон, вначале обходивший зал вместе с леди Элорией, потом танцевавший со своей графиней, принцессой Петрой, племянницей генерала Шильдэ, молодой женой лорда Бранигейра, леди Эухенией и разными девицами, по какой-то причине оставшимися без кавалеров. Танцором и собеседником человек был хорошим, и все его партнёрши довольно улыбались. Пол Каррент терпеливо ждал. Он понимал, что посол Империи делал свою работу.
Но вот граф Пейон проводил свою очередную даму к её маменьке и направился к Полу.
– Господин Каррент! Как я рад вас видеть! Особенно потому, что буквально сегодня получил долгожданную весть. После тщательного изучения вашего предложения Его Императорское Величество одобрил контракт и уже на этой неделе я, как его представитель, смогу заключить с вами сделку.
Пол призывно махнул рукой слуге, скользившему неподалёку с бокалами. Такую новость стоит отметить!
– Завтра вам принесут одобренный императором проект контракта для изучения. В него он внёс некоторые дополнения, - граф с любезной улыбкой взял бокал с золотистым вином и приподнял, салютуя им Карренту.
Тот повторил его жест, и они одновременно пригубили напиток.
– Изменения? – переспросил Каррент, вертя бокал в руках.
– О, не волнуйтесь, дорогой друг. Они не касаются предложенных вами условий. Все ваши пожелания касательно цены и прочего приняты. Изменения коснулись срока договора и объёма поставок. Качество ваших навигационных приборов, их маготехнические характеристики нас более чем устраивают. К тому же, как я понимаю, вы входите в клан Эрриа? Более того, управляющий клана господин Айзек Каррент приходится вам родственником?
– Да, хотя и не близким.
– Узнав об этом, Его императорское Величество решил, что нет смысла искать кого-то ещё, раз есть человек, - тут граф запнулся и поправился, - партнёр, которому можно доверять. А мы доверяем клану Эрриа. И решил заключить с вами контракт не на год, а сразу на пять лет. К тому же увеличив объём закупок. Вы справитесь? Посмотрите завтра внимательно цифры. Если они завышены и для вас не по силам, то смело вносите исправления. Нам нужны реальные цифры. Ведь от этого будет зависеть работа Императорских верфей. Мы в любом случае заключим сделку. Я на это уполномочен.
Пол ошеломлённо смотрел на посла. Такого он не ожидал. Его компания будет обеспечена заказами на пять лет вперёд! Причём по максимуму. Это выводит его на совершенно новый уровень. От перспектив захватывало дух.
– Я внимательно изучу ваше предложение сразу, как получу документы. Первый год, скорее всего значительных увеличений не обещаю, а вот в последующем… Будьте уверены, господин граф, я отнесусь к контракту с полной серьёзностью. Обещать то, что нам не по силам, не стану.
– Мы верим в вас, господин Каррент. Поэтому и принято такое решение. Если вам это не испортит дел, то я уполномочен предложить звание официального поставщика Императорских верфей. У нас это весьма почётно, но я понимаю, что в вашем Королевстве к этому могут отнестись иначе. Поэтому подумайте.
– Обязательно!
Мужчины вновь подняли бокалы и выпили прохладное кисло-сладкое вино. Граф Пейон откланялся и отправился дальше в поисках нового собеседника. Полу не терпелось поделиться с женой потрясающей новостью, и он мысленно позвал её. Через несколько минут партнёр вывел Сурейю из круга танцующих и остановился рядом.
– Сурри, помнишь тот комплект драгоценностей, что ты смотрела вчера? Кажется, я смогу подарить его тебе к празднику. И новую шубку можешь присматривать.
– Дорогой, у тебя всё получилось?
– Более чем..
– Как я рада! – жена легко прикоснулась губами к его щеке, дав ощутить всю полноту благодарной радости, что она сейчас испытывала. – Я могу танцевать дальше или я тебе нужна сейчас?
– Танцуй, дорогая. Просто хотел поделиться с тобой новостью. Танцуй.
Сурейя благодарно улыбнулась и протянула партнёру руку, показывая, что готова вернуться в круг. Пол же отправился искать Шона Бранига. Заранее обговоренную сделку с ним теперь тоже придётся пересматривать.
– Видел, как ты говорил с послом. Судя по твоему лицу всё выгорело, - улыбаясь, сказал встреченный на полпути Шон.
– Не то слово. Империя заключает со мной контракт на пять лет на большее количество приборов. Насколько больше, увижу завтра. Так что и наша сделка вырастет в разы. Ты готов? Остаёшься в деле?
Шон Браниг замер и Полу показалось, что колесо из цифр закрутилось в зрачках собеседника. Видеть то же ошеломление, что только что испытал сам, на лице другого было занятно.
– Готов! – наконец решительно кивнул Шон Браниг. – Знаешь, я прямо люблю альвов. Дед говорил, что союзники они были так себе, надеюсь, что и враги из них выйдут не очень. Но появятся они или нет, ещё неизвестно, а выгода нам уже есть. Только Пол, знаешь что? Сделка наша становится серьёзней и речь уже идёт не о разовой поставке, а о пятилетнем сотрудничестве, значит, и заключать её нужно по-другому. Так, чтобы никто потом не смог поставить её под сомнение.
Пол задумчиво кивнул:
– Пожалуй.
– Надо, чтобы как полагается Хранительница подтвердила, что это Честная сделка. Ты из клана Эрриа, так что тебе с ней и договариваться.
– Хорошо. Уже объявили, что перед праздником Долгой ночи лорд и Хранительница примут желающих. Сделаю всё, чтобы мы попали. Как я понял, кроме сроков и объёма Император ничего не менял, так что и в нашем договоре много менять не придётся. Но нашим юристам нужно будет попотеть, чтобы всё оформить к назначенному Хранительницей дню.
– Ничего, поработают. Это того стоит.
ГЛАВА 4. Изгнание
Рорри
Рорри вперевалочку прошла на маленькую кухоньку и поставила вариться яйцо и греться чай. Готовить что-то более сложное она не умела. Разве что салаты. Да и эти научилась делать не так давно, после того, как её выгнали из дома. Рорри грустно усмехнулась, вспомнив, какой самоуверенной была совсем недавно. Ей казалось, что она знает и умеет всё лучше Сурреи. Да что там! Во многом разбирается лучше отца и потому все их запреты и предупреждения пропускала мимо ушей.
Лишь сейчас Рорри поняла, как много по-настоящему важных вещей она даже не замечала, а то, что казалось ей важным, оказалось ерундой. Зачем тебе знания о том, как правильно сочетаются туфли, сумочка и веер, если выбора нет? Какой обувный мастер или портной лучше, если нет денег даже на худшего?
А самым большим потрясением для Рорри, после перемены к ней отца, стало обнаружить, что она, которая считала себя независимой, на самом деле в тысяче мелочей зависит от других людей, и без их помощи ничего не может. Даже одеваться и причёсываться без горничной пришлось учиться.
А ведь мачеха пыталась ей это объяснить, но Рорри её не слушала. Когда отец рассердился на Рорри и запретил показываться на глаза, она разозлилась на Суррею. Решила, что мачеха во всём виновата, и развернула войну против неё в полную силу. Думала, та пожалуется отцу и он вспомнит о дочери, позовёт к себе, чтобы отругать или даже внушить правильное отношение к мачехе. Увидит Рорри и простит её. А он вместо этого взял и выгнал из дома, так и не поговорив с нею.
Даже когда слуги высадили её у скромного домика на окраине Илларии, Рорри всё ещё не могла поверить, что это навсегда. Первую неделю всё ждала, когда отец пришлёт за ней карету и вернёт домой. Но этого не происходило. Она так злилась! И доставала хозяйку пансионата, куда Рорри отправили. Ей казалось, что она несомненно выше и лучше остальных девушек, живших с ней под одной крышей, ведь их дар был слабее, чем у неё. И им не трудно служить ей. После совсем лёгкого внушения одна стала играть роль горничной при Рорри, другая – прачки, третья выполняла работу по дому, которую хозяйка поручала Рорри. И все были довольны. Кроме хозяйки.
– Знаешь, дорогая, это не дело. В моём приюте живут девушки, которые и так пострадали от того, что дар их слаб. Неизвестно, как долго многие из них проживут, после того, как родят малышей. И портить им последние годы вертихвостке, которая воображает, что лучше их только потому, что ей повезло родиться в богатой семье, я не позволю. Вот бог, а вот порог. Держи остаток денег, что заплатили за твоё проживание на полгода вперёд и убирайся. Возвращайся к своим родителям или любовнику. Здесь тебе не место.
– Как проживут недолго? – это так поразило Рорри, что она даже не обратила внимание на то, что её выгоняют.
– А тебе твои родители не говорили? – и увидев потрясённые глаза Рорри, пояснила. – Если женщина носит сына от более сильного мага, то малыш вытягивает из неё жизненные силы. Чем больше разница между даром матери и малыша, тем печальней последствия.
– Они все умрут?
– Мы все умрём, только не все сразу. И среди моих подопечных тоже у всех будет по-разному. Кому-то повезло, и они носят девочек, и тогда никаких особых последствий не будет. У кого-то разница в даре не слишком велика, и при надлежащей заботе они проживут достаточно долго. Ну а кому-то не повезло.
– Почему же их сослали сюда?
– Их не сослали. Знаешь, дорогуша, не все живут так, как ты. Многие вынуждены тяжело и много работать. И для них мой пансион, где они могут отдохнуть от забот, это вовсе не ссылка и наказание, а вовсе даже наоборот. Их близкие или отцы будущих детей заплатили мне, чтобы сделать их жизнь легче. И я не позволю избалованной девчонке всё испортить. Собирай свои вещи и на выход. Когда будешь готова, скажи. Я вызову экипаж.
Оглушённая новостями Рорри даже не посмотрела, что складывает в сумку. Почему-то у неё вошло в саквояж куда меньше вещей, чем у собиравшей его дома горничной. Рорри не стала мучиться и то, что не удалось впихнуть, просто бросила. Как она сейчас об этом жалела!
Теперь-то она знала, что и тёплые носки, и чулки, и даже носовые платочки – всё имеет свою цену. Купишь перчатки и уже не сможешь позволить себе кусок мяса, или уголь для печки. Как бы ей сейчас пригодилось брошенное тогда.
Но в тот момент Рорри не могла думать ни о чём другом, кроме мысли, что смерть из невообразимой дали внезапно приблизилась и к ней. Что впереди не века долгой счастливой жизни, а жалкие десятилетия. Или даже годы! Это новое знание никак не укладывалось в сознание. От того и мысль: «Куда её везёт экипаж?» - пришла Рорри не сразу. Оказалось – домой, к отцу с мачехой. Рорри представила, как карета подъезжает к особняку, а мачеха говорит:
– Зачем вы привезли сюда эту?
– Я же сказал, что не хочу больше её видеть! – добавляет отец.
– Везите её назад! – скажут они хором.
Кучер начнёт спорить, доказывая, что в пансионе её тоже не хотят больше видеть. И придётся Рорри на глазах у слуг или умолять мачеху её оставить, или уходить неизвестно куда.
Честно говоря, Рорри уже готова была и умолять, если бы надеялась, что её оставят. Уж очень потрясла мысль, что жизнь её внезапно оказалась короче. Хотелось, чтобы кто-то пожалел и защитил её. Но вспомнив, сколько гадостей она сделала Суррее, Рорри сильно сомневалась, что та её простит. Да ещё и отцу расскажет про дочкины художества. И кучер расскажет почему Рорри выгнали из пансиона. И отец в ней окончательно разочаруется. Это напугало Рорри больше всего.
– Стой! – скомандовала она кучеру, когда они проезжали мимо какого-то сквера. – Я сойду!
Кучер, которому уже оплатили поездку, спорить не стал и высадил девушку.
Рорри, волоча саквояж, прошла в сквер и села на лавочку под увитой вьюнком аркой. Кружевная тень от деревьев защищала её от летнего солнца, теплый ветерок приносил ароматы цветов и речной влаги от протекавшей неподалёку Иллы. День был так хорош! По дорожкам сквера бегали звонко смеющиеся дети, прогуливались пары и группки молодых девиц, что-то весело обсуждающих. И только Рорри сидела тут одна-одинёшенька, никому не нужная.
Она даже никого не могла обвинить в этом. Даже того неизвестного дарга, что стал причиной гнева отца. Тот, кого она никак не могла вспомнить, всего лишь сделал ей ребёнка, а потеряла любовь и уважение близких она сама. Это она не слушала предупреждений родителей, это она злила мачеху, это она подчинила себе девушек в пансионе, только потому, что была сильнее их и не хотела ничего делать сама. Все её прошлые ошибки встали перед глазами Рорри, всё, что она думала о себе и окружающих, внезапно перевернулось и повернулось другой стороной.
Ей стало так горько и стыдно, что на миг мелькнула мысль – пойти и броситься в Иллу. Она даже встала и подошла к парапету набережной. Посмотрела на блистающую солнечными бликами речку и мусор, плывущий по воде. Представила, как прыгнет в воду и эта пахнущая тиной мутная вода накроет её с головой, избавит от стыда и одиночества. Все проблемы уйдут, а отец и мачеха потом пожалеют, что были с ней так жестоки.
– Эй, малышка! У тебя что-то случилось? – неожиданно обратился к ней хрипловатый женский голос.
Рорри обернулась. На неё с доброжелательным вниманием смотрела какая-то незнакомая женщина. Одежда, цвет волос, грубоватые черты лица выдавали в ней даргиню со слабым даром, из тех, что зарабатывают на жизнь простым трудом, не требующим ни знаний, ни магии. Рорри растеряно молчала. Она совершенно не привыкла общаться с незнакомками. Раньше людей из низов она просто не замечала.
– Я вижу, ты стоишь одна и так долго смотришь на воду. Да и аура у тебя тёмная. Тебе нужна помощь?
– Нет, всё хорошо, - благовоспитанно соврала Рорри.
– Хорошо если так, - не стала с ней спорить женщина, продолжая внимательно её рассматривать. – Только помни – пока жив, всё можно поправить. И не стесняйся просить помощи. Подумай, детка, наверняка есть кто-то, кого можешь попросить о ней. Особенно сейчас, когда ты отвечаешь не только за себя.
Женщина со значением посмотрела на живот Рорри, напоминая о причине её несчастий. Рорри тоже всмотрелась в ауру женщины и увидела, что та искренне жалеет её. Темнота безысходности немного отступила. Рорри вдруг поняла, что она и правда теперь не одна. Есть искорка, которая зависит от неё и она не может подвести ещё и её. Или его.
– Подумай. Если надумаешь что, то обращайся. Я ещё немного посижу там, на лавке. Товарку жду. Мы с ней на рынок пойти собрались, а она что-то задерживается. Копуша такая!
Эти ненужные Рорри подробности звучали так уютно, успокаивающе, напоминая, что жизнь не остановилась, и не остановится, даже если Рорри сделает очередную глупость. Мир, оказывается, не вращается вокруг неё, и даже если она сейчас уйдёт, то все остальные останутся и будут заниматься своими делами – покупать что-то на рынке, гулять в парке с детьми, ходить на балы. Её исчезновения почти никто не заметит, кроме самых близких. Только им она причинит боль.
Солнечные блики от воды резали взгляд, выбивая слёзы. Вода пела свою бесконечную песню, набегая волной на гранит набережной. В шум летнего города вплетались голоса людей, крики птиц, стук копыт и грохот колёс от проезжающих экипажей. «Нет, я не сдамся! - решила Рорри. – У меня ведь есть немного денег, что вернули за пансион. Я могу какое-то время прожить сама. Но лучше если мне кто-то поможет хотя бы вначале. Можно ведь, наверно, найти другой пансион. Не один же тот в Баории».
Появившаяся цель помогла Рорри вынырнуть из тоски. Она стала вспоминать к кому можно обратиться за помощью и вспомнила!
– Простите, госпожа, - обратилась Рорри к заговорившей с ней до этого женщине, - вы не подскажете, как можно найти человека? Я забыла её адрес.
– Вот и правильно, детка, что действуешь, - одобрительно улыбнулась незнакомка. – Если у тебя есть пара монет, то можешь обратиться к дежурному магу в речном порту. Он даёт такие справки. Знаешь, как найти порт?
– Конечно!
Женщина скептически посмотрела на Рорри, её дорогое платье и покрасневшие глаза, и вздохнула:
– Ладно, бог с ним, с рынком. А курица сама виновата. Нечего опаздывать! Сколько я могу её ждать? Поеду с тобой, убежусь, что тебя в порту никто не надурит. А то потом переживать буду. Оно мне надо?
Ворча так себе под нос, женщина встала и скоро они с Рорри ехали в открытой повозке в сторону речного вокзала. Там миссис Грули, как представилась женщина, подвела Рорри к киоску, где сидел дежурный маг и подождала рядом, пока он искал для Рорри адрес её кузины – мисс Клары Нольвинг.
Когда не вполне верящая в свою удачу Рорри отошла от киоска, миссис Грули наняла ей экипаж, сама продиктовала извозчику адрес и попрощалась с ней, велев обязательно дожидаться кузину, если вдруг той не окажется дома. И вообще, действовать решительно. А сама осталась.
– Здесь у вокзала тоже рыночек есть. Тут даже дешевле. Я, раз уж меня сюда занесло, тут закуплюсь.
ГЛАВА 5. Кузины
Экипаж привёз Рорри на улицу, где сам вид двух и трёхэтажных домов говорил о добропорядочности и спокойствии. Здесь жили люди не столь состоятельные, чтобы позволить себе собственный дом, но обладающие достаточным доходом, чтобы снимать приличное жильё.
Кузина жила в двухэтажном доме, разделённым, судя по количеству парадных входов, на три квартиросъёмщика. Крыльцо, что принадлежало Кларе, располагалось с торца и по сравнению с остальными двумя выглядело скромно – ни мраморной лестницы, ни обитых медью дверей. Насколько помнила Рорри, кузина никогда не выходила замуж и даже какое-то время вынуждена была работать. После смерти мамы ни её сестра, ни кузина больше в гости к отцу не приезжали. Слуги сплетничали, что тётя не могла простить отцу смерти сестры. Считала, что ему должно было хватить Рорри, а не требовать от жены наследника.
Рорри тогда сердилась на тётю за то, что она наговаривает на отца. Она прекрасно помнила, что мама сама хотела «подарить Рорри братика», и какой радостной мама выглядела, когда ждала малыша. И умерла она вовсе не сразу, а через три года после рождения брата. Тогда Рорри никак не связала одно с другим, и лишь сейчас, после слов хозяйки пансиона, поняла причину ссоры тёти и отца.
Тётя и кузина всегда присылали Рорри и брату подарки на день рождения и открытки на праздники. Адреса на открытках от кузины часто менялись, так что Рорри особенно и не запоминала. Не так давно тётя умерла и открытки приходить перестали. Так что Рорри опасалась, что кузина её не признает и на порог не пустит. Но она планировала сразу сказать, что к ней ненадолго. Рорри просто надо найти, где она сможет жить на те деньги, что ей вернула хозяйка. Клара женщина опытная, уже сколько лет живёт сама, она наверняка поможет Рорри советом. Рорри собралась с духом, вздохнула поглубже и решительно постучала в дверь.
Клара Нольвинг
Обнаружить, открыв на стук дверь, на пороге молодую девицу Клара никак не ожидала. Она-то думала, что это очередной торговец какими-нибудь ненужностями. Служанка к ней приходила только в первой половине дня, потому открывать дверь приходилось самой. Она хотела не открывать, но эти торговцы такие настойчивые! Будет полчаса колотиться. Проще открыть и отшить сразу.
В ожидании торговца Клара состроила грозную физиономию, чем произвела неизгладимое впечатление на молодую барышню. Та даже слегка попятилась, моргая смутно знакомыми голубыми глазами. Но не отступила. Дрожащим голоском, но решительно девица сказала:
– Простите, кузина Клара, что я явилась к вам без приглашения, но мне правда некуда пойти. Я ненадолго.
Услышав «кузина», Клара сообразила, кого напоминают ей эти голубые глаза – маму! И у неё, и у тёти они были большие, миндалевидные, слегка приподнятые к вискам. Сама Клара такую красоту не унаследовала, взяв самые обычные серые от отца. Кузину Рорри она видела последний раз совсем ребёнком и потому не узнала. Но сейчас, уже зная, что искать, в этой взрослой барышне она легко обнаруживала черты той весёлой жизнерадостной девочки, что ходила за ней хвостиком, прося: «Крара, поиграй со мною!»
– Рорри, дорогая, проходи в дом!
Клара не успела далеко отступить, как гостья торопливо протиснулась мимо неё, таща за собой раздутый саквояж.
Войдя в небольшую комнату, которая сразу исполняла роль и прихожей и гостиной, Рорри растеряно остановилась. Достигнув цели, силы её как-то разом кончились и голова закружилась. Кузина оказалась старше, чем она помнила и сразу напугала своим суровым видом. Чтобы заговорить с ней и так нагло напроситься в гости, Рорри пришлось преодолеть внушённые с детства правила приличия, и сейчас она не знала, что делать дальше. Её тело всё решило за неё. Голова закружилась ещё сильнее, в глазах потемнело, к горлу подкатила тошнота, и она буквально рухнула в ближайшее кресло.
Клара заметила, как кузина побледнела, покачнулась, и испугалась, что та упадёт. К счастью, этого не произошло. Такое состояние молодой девушки насторожило Клару и она пристальней всмотрелась в её ауру. Защитный артефакт путал и смещал цвета, но не мог скрыть алую искорку новой жизни, пульсирующую в ауре Рорри.
Она не стала донимать расспросами уставшую гостью:
– Располагайся поудобней, а я сейчас принесу тебе попить.
Беременность у даргинь случалась не так часто, но Кларе приходилось работать в доме, где невестка хозяйки находилась в интересном положении, так что симптомы Рорри её не удивили. В первую очередь нужно подкрепить силы кузины, дать ей отдохнуть. Она помогла ей перебраться на диванчик и прилечь там, пока ходила за водой и ставила греться чай.
К чаю потребовалось что-нибудь посущественней конфет или джема, так как выяснилось, что нежданная гостья не ела с самого утра. И только когда Рорри наелась и успокоилась, Клара начала задавать вопросы.
– Меня выгнали из дома и мне некуда пойти, - выдала Рорри короткую версию случившегося. – У меня есть деньги, хоть и не очень много. Я поживу у тебя, пока не найду какой-нибудь недорогой пансион. Ты поможешь найти?
Клара помнила дядю как человека сухого и скучного, но вовсе не как бессердечную сволочь, способную выгнать беременную дочь на улицу. Но расстраивать Рорри вопросами не стала. Решила, что со временем правда сама выплывет наружу.
– Никакого пансиона ты искать не будешь. Останешься жить у меня, - решительно сказала Клара. – Ты не в том состоянии, чтобы у чужих людей мыкаться. Квартира у меня не слишком большая, но комната для тебя найдётся.
Нельзя сказать, что совместная жизнь проходила совершенно безоблачно. Клара привыкла к своему порядку и самой распоряжаться своим временем. Многие годы, пока мать болела, Клара вынуждена была работать на чужих людей, чтобы оплачивать целителей, она устала подстраиваться под других. Получив возможность жить скромно, зато полной хозяйкой, она даже служанку пускала в свой дом лишь на полдня. Только чтобы не видеть чужих глаз, устремлённых на себя.
Беременная кузина требовала заботы и внимания. Вернее, Рорри ничего не требовала, старалась не досаждать Кларе, но так многого не умела! Чувствовалось, что девушка привыкла жить в окружении слуг. У неё просто не имелось привычки следить за своими вещами, наводить порядок в своей комнате. Она даже обычный бутерброд никогда не готовила! Всему кузину требовалось научить. Но Рорри так искренне старалась всему научиться, так преданно смотрела, ходя хвостиком за кузиной, что той казалось, она вот-вот услышит голос из детства: «Крара, поиграй со мною!» Клара впервые после смерти матери не чувствовала себя одинокой. Она привязалась к кузине и её ещё не рожденному малышу.
Лето прошло спокойно, но к началу осени Кларе стало ясно, что её накоплений при таких расходах надолго не хватит. Когда Рорри только появилась на её пороге, Клара была уверена, что спустя какое-то время дядя всё же появится, даст о себе знать. Даже если не заберёт дочь домой, то как-то иначе попытается устроить её жизнь. Но никто о Рорри не вспоминал. Об отце ребёнка Рорри ничего не знала. Из осторожных расспросов стало ясно, что девушка не скрывает его имя и обстоятельства знакомства, а на самом деле ничего не помнит. Кто-то вынул этот кусок её воспоминаний и даже особо не постарался заменить чем-то другим.
Обнаружив это, Клара расстроилась. Такое воздействие было плохим признаком. Значит отец ребёнка ментально намного сильнее Рорри, и вынашивание малыша дорого обойдётся кузине. Клара боялась, что Рорри повторит судьбу своей матери! Это заставляло Клару не только грустить, но и серьёзно думать о будущем. Нужно планировать жизнь не на месяцы, что остались до родов. Надо исходить из возможности, что никто так и не придёт Рорри и малышу на помощь, кроме неё, Клары. И тогда бессмысленно пытаться продолжать жить так, как раньше, расходуя имеющиеся накопления. Надо начинать экономить сейчас. И зарабатывать сейчас, пока нет малыша, и Рорри может жить без помощи и надзора Клары.
– Клара, ты же так и не взяла мои деньги, - напомнила Рорри, когда Клара решила сказать ей о своём решении. – Возьми их!
– Это поможет протянуть немного, но проблемы не решит.
– Давай ты продашь моё кольцо и серьги, и жемчуг. Они дорогие, я знаю!
– Рорри, все траты у тебя ещё впереди. Поэтому береги украшения на крайний случай. Мы сделаем так. Я устроюсь на работу с проживанием. Тебе найдём квартирку попроще и поменьше. Найму приходящую служанку. Она будет приходить к тебе на несколько часов в день. Это позволит сэкономить деньги, тогда после родов мы сможем нанять тебе помощницу уже на целый день. Ты справишься без меня?
– Справлюсь, - решительно кивнула побледневшая Рорри и добавила. –Клара, мне так стыдно, что я разрушила твою спокойную жизнь.
– Не переживай! Это мой выбор. Кому мне ещё помогать, как не сестре? Ты ведь тоже мне, если что, потом поможешь.
– Обязательно! – прослезилась Рорри.
ГЛАВА 6. Поиск работы
Приняв решение, Клара начала действовать. Первым делом стоило найти работу с стоящей оплатой и хорошей хозяйкой, которая позволяла бы при необходимости сорваться с места и отправиться к Рорри. Причём последнее было даже важнее, чем заработок. Ситуация с финансами на данный момент не была столь критической, чтобы хвататься за что попало. Просто Клара привыкла всё рассчитывать наперёд. В конце концов, только это позволило ей обеспечивать мать и при этом накопить на спокойную жизнь, которую сейчас лишилась.
Но за эти перемены Клара не сердилась на кузину. Судьба тёти и матери совершенно отвратили её от мыслей о замужестве и желании иметь детей. Тётя, которая была младше матери, умерла раньше, отдав силы на рождение наследника. Её мать, которая стала второй женой, а потому обошлась рождением дочери, была изгнана из дома сыном-наследником своего умершего мужа. Он много времени проводил в семье своей покойной матери, которые усиленно внушали ему неприязнь к новой жене отца и младшей сестре. Клара подозревала, что братец слишком интенсивно влиял на её мать, внушая желание отказаться от наследства в его пользу. Это и подорвало её здоровье. Сама Клара в это время находилась в пансионе при монастыре Богини, получала образование, так что влиянию брата не подверглась.
Какое-то время они с матерью жили на то, что унаследовала Клара, но когда мать заболела, то этого перестало хватать и Кларе пришлось работать. Тогда устроиться помогли связи матери и слухи, которыми делились с ней подруги по пансиону.
С тех пор пути её с подругами разошлись. Большинство из них вышли замуж и вели совсем другую жизнь. Но связь с ними Клара сохраняла. И сейчас пришла пора снова их обновить. Рорри она дала задание изучать объявления в газетах о сдаче жилья, очертив примерный круг требований, а сама принялась наносить визиты, выуживая из сплетен и слухов то, что поможет найти работу.
Главной новостью осени стала женитьба лорда Эрриа. Неожиданный брак главы клана и так всегда был важным событием для всех кланников, а если речь шла о таком влиятельном роде, то и для многих других. Но лорд Александр умудрился жениться ещё и на человечке, которая стала хранительницей кольца принцессы Элалии. Это дало уже столько пищи для пересудов, что пожары сплетен полыхали ярче осенних костров.
Новость была любопытной, но Клара не любила участвовать в обсуждении сплетен. Разговоры же о новой леди Эрриа были именно пустыми слухами, ведь достоверно никто ничего не знал. Новоявленная жена лорда Александра появилась внезапно, словно Эрриа извлёк её из портала и сразу отправился к алтарю.
Вначале все считали, что Эрриа спрячут новую леди в свой горный замок и никто её так и не увидит до самой смерти человечки. Но потом стало известно, что для супруги лорда Александра шьётся гардероб, причём у самой модной и дорогой портнихи. Эрриа не скупцы, но состав платьев говорил, что обществу её всё же покажут.
Вот тут Клара впервые заинтересовалась. У столь внезапно появившейся в Королевстве леди Эрриа наверняка нет здесь ни бедных родственниц, ни подруг, нуждающихся в работе, а помощница даме, пусть даже номинально исполняющей сразу две важные роли – супруги главы клана и Хранительницы, - наверняка понадобится. Жалование ей наверняка положат хорошее.
Единственное, что не устраивало Клару в этом в остальном идеальном месте службы – это то, что вся женская часть семьи Эрриа последние годы безвыездно обитала в их родовом поместье. Находиться же далеко от Рорри Клара не хотела.
Но поискав другие места, и даже поработав недолго на одну капризную и скупую пожилую даму, Клара начинала находить идею с работой на Эрриа всё более привлекательной. Пусть даже придётся жить в поместье, но и лорд Александр, и лорд Рэй одни из самых сильных пространственных магов. Открыть портал в Илларию для них не составит труда. Они постоянно появлялись в столице, а младший из братьев практически жил здесь. Значит, в случае крайней необходимости можно будет попросить их отправить её к Рорри.
Пока Клара размышляла и решалась на переезд в провинцию, леди Эрриа сама появилась в столице и судя по тому, что приехала вся семья лорда, в ближайшее время возвращаться в поместью они не собирались. Тут уже все сомнения отпали! Но когда Клара пришла со своей просьбой к Жакезе Эрринт, сестре её подруги по пансиону, та её огорчила.
– Миледи действительно нужна помощница, и её уже подыскивают. Я обязательно замолвлю за вас словечко мужу и Бастиану, но ничего не обещаю. Претенденток много, а решать будет леди Элория. Я сделаю для вас всё, что могу, но результат будет зависеть только от вас и миледи.
– Неужели человечка будет решать? – удивилась Рорри, которая охотно слушала рассказы Клары о всех её визитах и услышанных там новостях. – Ей ведь любая может внушить что хочет.
К поискам работы кузиной Рорри относилась со смешанными чувствами: испытывала вину, за то, что из-за неё Клара вынуждена оставить свою прежнюю налаженную жизнь, страх от того, что останется одна, когда кузина переедет на место службы. Но к этому примешивались восхищение и любопытство.
Раньше Рорри жалела кузину, когда слышала от отца вести о её жизни. Клара казалась ей неудачницей, которой не удалось найти хорошего мужа и от того вынужденной работать. Себя она тогда считала умницей, красавицей, с которой никогда ничего подобного не случится.
Выпавшее испытание сорвало с Рорри эту юную самоуверенность, как пустую шелуху. Теперь её восхищало спокойная уверенность Клары, её умение решать множество бытовых проблем, которые для Рорри стали бы непреодолимыми трудностями. Старшая сестра стала теперь для неё образцом для подражания.
– Вряд ли. Дурой будет та, что попробует это сделать. Наверняка лорд Александр продумал, как защитить свою леди.
– Думаешь, он любит её?
Клара посмотрела в наивные глаза Рорри и ответила обтекаемо:
– Кто знает? Но в любом случае Эрриа не позволит никому её обидеть.
– Вот попадёшь к ним и всё точно узнаешь.
– Если попаду.
– Они обязательно тебя возьмут! – убеждённо сказала Рорри. – Ты лучшая! Потом мне расскажешь, как они познакомились, какая эта человечка. Наверняка красавица!
Рорри ещё долго фантазировала о том, какая она, эта загадочная леди Элория, как она могла познакомиться с высшим лордом, о любви, что между ними вспыхнула.
Клара не спорила. Пусть девочка придумывает красивую сказку. Сама она сомневалась, что этот брак результат внезапно вспыхнувшей страсти. Впрочем, её это и не волновало. Главное было получить работу. Время поджимало. Срок аренды этой квартиры подходил к концу. Благодаря помощи Рорри новое скромное жильё присмотрено и даже заключён договор, так что к концу месяца придётся переезжать. А значит, к этому дню у неё должна быть работа.
Жакеза Эрринт сдержала слово и Клара вошла в малый список претенденток на должность, тех, кого увидит леди Элория. Время для собеседования было назначено, и пришедшая незадолго до этого дня новость об аресте лорда Александра Клару не остановила. Ей нужна работа!
Рорри в день собеседования волновалась наверно не меньше Клары. Даже её малыш зашевелился. Рорри приложила руку к животу и с радостным удивлением сказала:
– Как рыбка хвостиком бьёт. Это он тебе, Клара, удачи желает.
Сама Рорри настояла, чтобы Клара надела её жемчужные серьги, «чтобы повезло», и сделала кузине причёску. Так ей хотелось чем-то помочь Кларе.
Прибыв в особняк Эрриа, Клара даже немного обрадовалась аресту лорда Александра. Она не верила, что это надолго. Лорд её клана не мог ошибиться и король со временем это поймёт. Зато в результате большая часть конкуренток не рискнули явиться в опальный особняк. Желающих стать помощницей леди Элории вместе с Кларой оказалось лишь трое, а значит шансы получить место увеличились.
Они сидели в ожидании хозяйки и бросали друг на друга испытующие взгляды. Клара вынуждена была признать, что её соперницы выглядят, как её копии. Тот же возраст, такой же строгий деловой вид, наверняка и в опыте ей не уступают. Похоже, всё решит удача.
Когда в комнату вошла невысокая темноволосая женщина, Клара сразу поняла, кто это. Уж очень она отличалась от даргинь – ростом, как подросток, хрупкая, но при этом женственная. А главное, её аура сияла так ярко. Хоть стоявшая защита и искажала цвета, прятала эмоции, но прорывавшиеся сквозь золотистую пелену всполохи явно говорили, что леди взволнована.
Лорд Бастиан, что провёл с нами предварительное собеседование, с облегчением воскликнул:
– Миледи! Как хорошо, что вы пришли. Вирдж прислал трёх проверенных кандидаток в ваши личные помощницы. Вы здесь побеседуете с ними?
Леди Элория посмотрела на него с какой-то растерянностью, словно необходимость выбирать служащих стало для неё неожиданностью. Так что Клара нисколько не удивилась, услышав:
– Простите, дамы, но сейчас принимать на службу личную помощницу я не буду. Мы пригласим вас позже.
Две ожидавшие вместе с нею женщины откланялись и вышли из кабинета. Клара представила, как вернётся к Рорри и скажет, что отступила, даже не попытавшись получить место, и все их планы зависнут на неопределённый срок, и решилась:
– Простите, леди Эрриа, но с чем связано изменение в ваших планах?
Был риск, что леди сочтёт дерзостью её настойчивость. Но она только удивлённо и внимательно посмотрела на Клару и спокойно ответила:
– Сейчас у меня нет для вас работы.
Этот спокойный, но чересчур короткий ответ, позволил Кларе проявить настойчивость:
– А почему? – она улыбнулась, смягчая несколько дерзкий вопрос. И увидев явное удивление на лице леди Элории, пояснила. – Но, миледи, а кто ведёт вашу деловую переписку? Ведёт расписание встреч и прочих дел?
Её ответ показал, что Клара права в своей настойчивости. Леди, похоже, не понимала вполне своего положения.
– Сейчас мне пока никто не пишет, а встречаться ни с кем в ближайшее время я не буду.
Эта незамутнённая уверенность напомнила Кларе о Рорри. Та тоже часто не понимала самых элементарных вещей. Правда, не в этом вопросе. Особенности светской жизни и обязанности знатной дамы Рорри явно понимала лучше, чем леди Элория. И Клара постаралась мягко показать ей это. Примерно так, как объясняла кузине про то, что и как можно приготовить из яиц:
– Миледи, уверена, вы уже получаете письма, просто с ними работает лорд Бастиан. И вам наверняка нужно нанести ответные визиты, посетить модистку, встретиться с дамами клана. У вас сейчас внимание занято более важными делами, но и эти мелочи нельзя упускать. Не стоит обижать невниманием леди, которые уже у вас побывали. И пропустить примерки заказанных раньше нарядов тоже не очень здорово. За всем этим и должна следить ваша помощница.
Клару обнадёжила, что леди внимательно её выслушала, не проявляя обиды или высокомерия. Хотя и решила проверить, обратившись к секретарю лорда Эрриа:
– Бастиан, вы действительно получаете письма для меня?
– О, их пока совсем немного! – подтвердил тот. - И это всякая ерунда.
Клара сомневалась, что все послания «ерунда». Если только с высоты дел, которыми занят личный помощник главы клана
– Но они есть, - констатировала леди Элория.
– Да, - признал очевидное лорд Бастиан, подтверждая правоту Клары.
Видно было, что узнав о письмах, леди задумалась. И чтобы закрепить успех, Клара добавила:
– Миледи, вы можете взять меня с испытательным сроком. Если через две недели решите, что работы для меня нет, то уволите.
«А я уж постараюсь доказать, что без меня никак, - подумала Клара. – Через две недели Рорри уже будет жить на новом месте, а я буду получать жалование». И услышала желанное:
– Хорошо, давайте попробуем, миссис…?
– Мисс Клара Нольвинг.
– Что же, можете завтра приступать к работе. Условия оплаты и график работы согласуете с лордом Бастианом. Вы будете приходить сюда на работу?
– Я думала, что работа с проживанием… - Клара замерла. Весь её расчёт строился на этом.
Леди пожала плечами:
– Если вам так удобнее…
– Да. Я могу заселиться сегодня?
Клара немного боялась возвращаться домой. Казалось, стоит выйти из особняка и что-нибудь непременно случится и вожделенная должность уплывёт от неё навсегда. Тем более, они так и договорились с Рорри, что если всё получится, Клара сразу останется в особняке Эрриа, послав ей весть с радостной новостью.
В глазах леди Элории мелькнуло сочувствие. Она мягко сказала:
– Конечно. Я распоряжусь подготовить вам комнату. Так что можете заселяться.
ГЛАВА 7. Новая жизнь
После разговора с лордом Бастианом Клара убедилась, что за это место стоило побороться. Оно подходило ей идеально. Жалование вполне позволяло оплачивать всё необходимое для Рорри: жильё, приходящую служанку, продукты и прочие бытовые мелочи. Это позволяло не трогать оставшиеся у Клары накопления, приберегая их на будущие неизбежные траты.
График работы тоже подходил: обязательный выходной раз в неделю в день по согласованию с хозяйкой. Кроме того, лорд Бастиан пошёл ей навстречу и разрешил по возможности делать перерыв в середине дня и покидать особняк. Так что можно будет проведывать Рорри, пусть ненадолго, но часто.
Комнаты, что определила ей экономка, тоже вполне устроили Клару. Без роскоши, но уютные и всё необходимое есть. За ужином хозяйка представила Клару в качестве своей помощницы всем присутствующим, а их, как и следовало ожидать в таком семействе, оказалось немало, хотя лорды Александр и Рэй отсутствовали.
Члены семьи Эрриа отнеслись к её появлению со спокойным равнодушием. Юная леди Элида вежливо улыбнулась, а маленький лорд Леони, показалось, даже не запомнил её имени. И он, и леди выглядели грустными и потерянными. Если учесть, что лорд Александр находился в тюрьме, а второй Эрриа отправлен королём с неприятным поручением на границу королевства, то это и не удивительно.
Остальные проявили к Кларе дружелюбный интерес. В отсутствие лордов за столом леди Элория собрала кроме членов семьи приближённый круг служащих – лорда Бастиана, секретаря мужа, учителя и воспитателя маленького лорда господ Леже и Вестера, экономку даму Амаррати и телохранительницу леди Элории мисс Маргарет. Со всеми, кроме воспитателей лорда Леони, Кларе предстояло тесно общаться, и ей понравилось их спокойное дружелюбие. Мисс Маргарет, которая по совместительству играла роль компаньонки хозяйки, откровенно обрадовалась