Купить

С той стороны. Александра Треффер

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Мало кто знает, что среди нас, в нашей практичной, далеко не волшебной, реальности, живут маги, лишённые памяти, которая пробуждается, когда силы тьмы пытаются захватить планету. Происки ада мы часто путаем с землетрясениями и другими природными катаклизмами, существ с той стороны называем мутантами, и только горстка сильнейших знает, как на самом деле обстоят дела, и век за веком спасает Землю от ухода во тьму.

   

ЧАСТЬ 1. ПРОИСКИ АДА

– Тише, детка, тише…

   Молодая женщина, несшая на руках крупную девочку лет пяти, остановилась и опустила ту на асфальт.

   – Почему ты кричишь, малышка? – сев на корточки, вопросила мать. – Зачем мне мешаешь?

   – Я устала, – прохныкал ребёнок, – и мне неудобно.

   – Светочка, – вытирая слёзы с щёчек дочери, уговаривала её спутница, – пожалуйста, потерпи. Если мы остановимся, они нас найдут.

   – Нас папа спасёт, – возразила та.

   Прозвучал тяжёлый вздох.

   – Если бы он оставался в городе, то не дал бы нас в обиду. Но его нет, поэтому…

   Неожиданно женщина замолчала и, подхватив дочку, кинулась в темноту между домами.

   – Тсс, – прошипела она, – они здесь.

   Действительно, над мостовой из ниоткуда появились большие светящиеся шары. Что странно, ни один из редких прохожих не обратил на них внимания, словно для других людей их не существовало. Беглянка же, вжавшись в стену, напряжённо следила за перемещениями недобрых вестников, и паника постепенно отступала: её не заметили.

   С облегчением вздохнув, она прижала к себе притихшую дочь, но только открыла рот, намереваясь сказать что-то успокаивающее, как земля под ними просела и расступилась, и обе с отчаянными криками полетели в разверзшийся под ногами огненный ад.

   

ГЛАВА 1. ПРОБУЖДЕНИЕ

Василий резко сел в кровати и, уставившись на выключенный телевизор, попытался вспомнить, что же ему приснилось. Сон казался настолько реальным, что мужчина не единожды простился с жизнью, но сейчас не мог восстановить в памяти ни одного эпизода.

   – Да что же это? – удручённо прошептал он. – Уже полгода я смотрю по ночам фильмы ужасов, а утром их содержание сразу вылетает из головы.

   Он кинул взгляд на будильник. Часы показывали половину шестого.

   – И уже не засну, – расстроился Василий, – а в контору к девяти.

   Подумав, человек поднялся.

   – Ладно, – прозучало обречённое, – пойду, выпью кофе.

   Напиток убежал на плиту и Василий, чертыхаясь, оттирал эмалированную поверхность, размышляя о своём кошмаре.

   В какой-то момент ему показалось, что он зацепил ниточку клубка видений, перед глазами мелькнули пустырь, охваченные пламенем заросли, но, едва появившись, исчезли, и мужчина, смирившийся с неудачей, постарался забыть о неразгаданном сне.

   Позавтракав, он отправился на работу. Старенькая машина недавно приказала хозяину долго жить, и общественный транспорт ежедневно принимал его в свои тёплые и тесные объятия, что нравилось мужчине намного больше, чем одиночество в крошечном, пропахшем бензином драндулете. Выйдя из автобуса и стряхнув с плеч подхваченные внутри чужие эмоции, соринки и перхоть, Василий, не спеша, двинулся к цели.

   День проходил спокойно. За несколько часов не случилось ничего из ряда вон выходящего, документов поступило мало, и большинство офисных служащих предавались блаженному безделью.

   – О, смотрите-ка, – вдруг выдало из угла существо, носившее с насмешкой воспринимаемое коллегами имя Платона, – теперь похожую яму нашли и в Москве…

   – Какую ещё яму? – лениво поинтересовался сослуживец, звавшийся Фёдором.

   – Ты что, не помнишь?! – вознегодовал собеседник. – Лет сорок назад такую обнаружили у нас в районе университета. Асфальт был разломан изнутри, а в провале кипела лава. Всё тогда быстренько замуровали, засыпали землёй и посадили деревья. Теперь там нет прохода, а соседние здания пустуют.

   – Как я могу это помнить? – возмутился Фёдор. – Меня тогда ещё не спроектировали.

   Василий поднял голову, в глазах его мелькнула искорка интереса.

   – Кинь-ка мне ссылочку, Тоня, – попросил он.

   Платон надулся.

   – Сколько раз я просил меня так не называть…– возмутился он, но его перебили.

   – Ну, извини, извини, – услышал он покаянное. – Дай, пожалуйста, адрес.

   Спустя несколько секунд Василий погрузился в чтение и созерцание. По мере того как информация укладывалась у него в мозгу, сердце всё крепче сжимала мускулистая рука иррационального страха. Мужчине казалось, что некогда он участвовал в происходившем, но почему-то не мог восстановить в памяти ни одной детали.

   Внезапно перед его внутренним взором вздыбилось пламя, охватившее огромное пустое пространство и подбирающееся к деревьям, мгновенно вспыхнувшим от жгучего прикосновения.

   Присмотревшись, наблюдатель понял, что это вовсе не растения, а беззвучно вопящие люди.

   Один из них махнул обуглившейся рукой, и в замершего наблюдателя полетела огненная бомба, попавшая тому в лоб и опалившая брови и ресницы. Глаза Василия закатились, и он рухнул в жар стихии, озером разлившейся у ног.

   Когда мужчина пришёл в себя, его ударила по ушам тишина. Сослуживцы молчали, глядя кто с сочувствием, а кто и с испугом. Приподнявшись на банкетке, Василий поинтересовался:

   – Что случилось?

   – В зеркало посмотри, – промямлил Платон.

   Последовав совету, тот ахнул; растительность в верхней части лица отсутствовала, а одежда выглядела, словно он, действительно, пробирался сквозь полыхающие дебри. Кто-то положил руку Василию на плечо и, вздрогнув, тот обернулся.

   – Вась, – обратился к нему Фёдор, – ты сидел у компьютера, а потом загорелся. Да так неожиданно, что мы растерялись. Конечно, когда очухались, огонь сбили, но, по-моему, тебе надо к врачу. Болит что-нибудь?

   Человек мотнул головой и, осторожно стянув рубашку, недавно бывшую частью дресс-кода, осмотрел торс. Обуглившихся участков он не увидел, да и повреждений не чувствовал.

   – Вась…

   Тот повернулся к собеседнику.

   – Как ты меня назвал?

   Фёдор разинул рот от удивления, но всё же повторил:

   – Васей…

   – Это не моё имя.

   Окаменели все.

   – Меня зовут… Зовут…

   Василий задумчиво зашевелил губами, точно подыскивая варианты, и вдруг хлопнул себя по обожжённому безбровому лбу.

   – Верно…

   Скривившись от боли, он представился:

   – Зихард Брумио – маг второго уровня…

   Но, поразмыслив пару секунд, передумал:

   – Нет, всё-таки первого…

   Наступило молчание, можно было слышать, как в помещении мечется комар. Сломал барьер тишины начальник отдела, раздвинувший сотрудников и выступивший вперёд. С жалостью рассматривая подчинённого, он сказал:

   – Иди-ка ты домой и отдохни. Самовозгорание наверняка отняло у тебя массу сил и немного разума. Разрешаю тебе неделю не посещать офис. И обязательно загляни в больницу.

   Василий сумрачно взглянул на шефа.

   – Я не лгу, – раздражённо возразил он.

   – Не сомневаюсь, – уверило руководство. – Мы с нетерпением станем ждать твоего возвращения, и ты нам всё расскажешь. А пока отоспись и съезди на природу, она успокаивает.

   Не ответив, мужчина развернулся и, на ходу вызывая такси, покинул контору, повторяя про себя:

   «Зихард Брумио, я – Зихард Брумио».

   Сев на заднее сидение машины, Василий стиснул виски ладонями и ушёл в размышления.

   Пока неожиданно прозревший работник захудалого офиса добирался к себе, по улицам города, не отрывая взгляда от асфальта, брёл человек, выглядевший полной противоположностью Василия. Если последний был плотен, коренаст и неухожен, новое действующее лицо казалось холёным и утончённым.

   Манера держаться, расправив плечи, несмотря на очень высокий рост, тонкие ненатруженные пальцы и мечтательный взгляд указывали на его возможную принадлежность к классу богатых рантье, не знающим забот.

   Но в этот момент, бросив роскошный автомобиль на произвол судьбы, он шагал по тротуарам и думал, думал, не в состоянии осознать, что открылось его уму.

   – Холт Леден, – шептали его губы, – Холт Леден. Не понимаю…

   Мужчина остановился.

   – Что за бред, – воскликнул он, заставив проходивших мимо женщин опасливо оглянуться и ускорить шаг, – как я могу оказаться другим человеком, если помню себя едва ли не с младенчества? Кто мне внушил, что эта жизнь не моя? Или я схожу с ума?

   Резко развернувшись, человек кинулся к оставленной машине и, прыгнув за руль, выехал на оживлённый проспект. Не замечая, что в его отсутствие кто-то выворотил и унёс дорогую магнитолу, он бормотал:

   – Верховный жрец… Что?! Какого культа?! Чушь! И кто такая Галя? Что за Кален? Где я слышал эти имена?

   Запнувшись, мужчина фыркнул и замолчал. А через несколько секунд твёрдо, явно убеждая самого себя, произнёс:

   – Немедленно к психологу. Конечно же, виноваты книги. Последний год я слишком много читаю, вот и вообразил невесть что. Дарья Николаевна разберётся с этой проблемой, за это я ей и плачу.

   Отбросив мысли, новорожденный Холт Леден нажал педаль газа, и послушное авто пошло на обгон вертлявого фольксвагена.

   – Охо-хо!

   Пассажирка лет тридцати подскочила на нижней полке плацкартного вагона и, ударившись головой о невысоко расположенную верхнюю, вскрикнула, разбудив соседку.

   – Галь, ты чего, а? – сонно поинтересовалась она. – Снова дурацкий сон?

   Приятельница потёрла ушибленную маковку.

   – Хуже, – хмуро ответствовала она, – я вспомнила своё прошлое.

   Собеседница расплылась в улыбке.

   – Разве это плохо? Ведь мы так ждали, когда память вернётся. Твоя амнезия…

   – Это не амнезия, – морщась, перебила попутчица, – точнее, не в прямом смысле. Так решили высшие…

   Галина замолчала, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшей паникой. Когда это удалось, женщина посмотрела на внимательную слушательницу.

   – Что-то грядёт, Мила – дрожащим голосом сказала она, – и приход может оказаться как плохим, так и хорошим. Но я помню только зло…

   Напуганная её словами Людмила задрожала и, зябко кутаясь в одеяло, тихо произнесла:

   – Я знала, что ты особенная, но в чём? Может, расскажешь? Мы же с тобой подруги.

   Из груди Галины вырвался вздох.

   – Мы – рядовые не имеем права ни на дружбу, ни на любовь. Но однажды я осмелилась нарушить запрет, когда встретила Холта – великого волшебника, покорившего моё сердце. Несмотря на обет безбрачия, приносимый жрецами, он полюбил меня, мы долго встречались, а потом нашу тайну раскрыли, и, заслонив меня от заклятий ревнивого убийцы, Холт потерял жизнь. И я предпочла немедленно лишиться памяти, чтобы не сойти с ума от отчаяния.

   Потрясённая подруга испуганно смотрела на Галину. Несколько раз она порывалась задать задумавшейся женщине вопрос, но не решалась прервать её размышления. В конце концов, осмелившись, она спросила:

   – Сейчас ты говорила только о чувствах. Я понимаю, что они важны, но хотелось бы узнать главное: кто же ты…

   Галина гордо выпрямилась, и глаза её засветились в полумраке.

   – Я Галина Фаско – маг-прорицатель третьего уровня.

   В большой светлой комнате, закинув ноги на стол, сидел человек. Черты его периодически перекашивало нервным тиком, но, не обращая на это внимания, он пристально наблюдал за метавшимся из угла в угол мужчиной.

   Наконец тот остановился.

   – Регард, не забывайся, – глухо произнёс он. – Времена изменились, и я позволяю тебе сидеть в моём присутствии, но, будь добр, делай это цивилизованно.

   Лицо напротив снова дёрнулось, и его владелец неохотно освободил столешницу.

   – Вот так, – удовлетворённо сказал второй, – другое дело.

   Он был среднего роста и могучего сложения и, хотя волосы его подёрнула седина, выглядел достаточно молодо. Подойдя, мужчина сел рядом с хозяином.

   – Ты же знаешь, Арвит, – посетовал Регард, – что после контузии мне трудно передвигаться и принимать позы, характерные для людей? Позволь мне хотя бы перейти к своему животному облику.

   Арвит кивнул, и перед ним возник огромный паук, уставившийся на предводителя четырьмя парами глаз.

   – Шовшем двугое дево, – прошамкал восьмилапый.

   Собеседник наклонился к нему и заговорил:

   – Маги просыпаются, я получаю сигналы их пробудившихся умов, недра открываются и... Понимаешь, что это значит?

   Животное подпрыгнуло и, совершив обратную трансформацию, в ужасе воззрилось на Арвита.

   – Выходит, что…

   – Да, да, – подхватил тот, – скоро здесь будет ад.

   – Не-ет! – схватился за голову мужчина. – Боги, я так устал от битв. Почему, ну, почему покой нам только снится? Ах, если бы Леден остался в живых. С ним рядом я не чувствовал бы себя таким слабым…

   – Он жив…

   – Что?

   Вновь обратившийся от неожиданности изумлённый паук вытаращил всё своё многоглазие на соратника и, подпрыгнув от радости, принялся, скользя лапами по паркету, отплясывать ирландскую джигу.

   Психолог Дарья Николаевна Зайцева с тревогой рассматривала замершего в кресле клиента.

   Многие годы Михаил Алексеевич был для неё золотой жилой: нервный и мнительный, тот постоянно жил в странных кошмарах, справиться с которыми оказалось очень сложно.

   Но сейчас лицо мужчины выглядело спокойным. После того как, прервав рассказ на середине фразы, он замолчал и закрыл глаза, Дарья Николаевна не смогла добиться от него ни слова. Щека Михаила слегка подёргивалась, но тело оставалось неподвижным.

   Наконец он поднял веки, и женщина ахнула, когда на неё глянули не серые, а чёрные очи, и клиент, легко поднявшись, направился к выходу.

   – Михаил Алексеевич, – робко окликнула она.

   Тот обернулся и, окинув съёжившуюся собеседницу взглядом, заявил:

   – Его больше нет.

   Пройдя сквозь закрытую дверь, человек исчез, а шокированная Дарья Николаевна, сползшая под стол, зашлась громким визгом.

   

   Василий, нет, Зихард шёл по сумрачному переулку, стремясь… Куда, он не имел понятия, его вело чутьё.

   Миновав засаженный деревьями пятачок, где некогда произошла описанная Платоном трагедия, Брумио шагнул за порог мрачного дома, откуда, как ему почудилось, доносился настойчивый зов.

   Оказавшись внутри, он дёрнул ручку ближайшей двери. Та подалась, и маг очутился в большом зале, где толпились как люди, так и существа, напоминающие насекомых, паукообразных и мутировавших млекопитающих. И услышал:

   – Зихард, ты?

   Повернувшись на звук, он увидел улыбающегося человека, чьи черты искажал тик, и крепко его обнял.

   – Регард, как же я рад тебя видеть! – изнемогая от избытка чувств, шептал волшебник. – Сколько же мы не встречались?

   – Лет пятьдесят, как минимум, – смахивая слёзы, отозвался друг. – Не понимаю, зачем у большинства отбирают память, ведь полвека мы могли бы провести вместе.

   – Это суровая необходимость, – послышался чей-то голос, – иначе тёмные колдуны, заскучав, применили бы свою силу во зло ради собственного развлечения. Тому есть и другие причины…

   – Арвит?

   Низко поклонившись верховному магу, Зихард поинтересовался:

   – Почему мы здесь? Грядёт пришествие зла? Или это что-то вроде военных сборов?

   Арвит помрачнел.

   – Нас ожидает апокалипсис, знаки указывают на приближение страшной опасности. И если мы не справимся, планета уйдёт во тьму.

   Брумио похолодел, по спине его побежали противные мурашки.

   – Без Калена нам не обойтись…– пробормотал он.

   Соратник покачал головой.

   – Я не позволил ему прийти в себя. Он покусился на верховного жреца, и наказанием для него стало вечное беспамятство.

   Взгляд собеседника подёрнулся пеленой грусти. Зихард хорошо помнил Ледена – сильнейшего мага и прекрасного человека. Его смерть причинила боль многим.

   Арвит не отводил взгляда от лица соседа, считывая мысли. И, когда тот вспомнил о погибшей семье, отвлёк его от печальных размышлений.

   – Холт жив, Зихард.

   Глядя в наполняющиеся восторгом глаза мужчины, верховный попенял:

   – Ты дурного мнения о высших. Поверь, нас непросто убить, даже такому, как Кален. А ещё…

   Арвит запнулся, когда стена напротив затряслась, и, улыбнувшись, присовокупил:

   – Вот и он.

   Повысив голос, маг воскликнул:

   – Господа, встречайте Холта Ледена. Добро пожаловать, мой друг!

   Поглядывая на часы, Галина во весь опор неслась к месту встречи. Торопилась она не без причины; за опоздания не наказывали, но они не приветствовались. Снова посмотрев на быстро двигающиеся стрелки, женщина топнула ногой.

   – Я не успеваю, – сквозь зубы процедила она. – Да пропади всё пропадом, рискну.

   Попятившись, Галина ступила в густую тень, отбрасываемую большим дубом, и, скрестив руки на груди, нараспев произнесла несколько слов на неизвестном языке. После четвёртого силуэт её заколебался, после пятого расплылся, а шестое прозвучало в пустоте, Галина исчезла…

   …И материализовалась в нескольких шагах от нужного ей здания. Праздный зевака, ошарашено наблюдавший за её проявлением, помотал головой, после чего, коротко вскрикнув, кинулся бежать.

   «Та-ак, засветилась», – с досадой подумала прорицательница.

   Однако, поразмыслив, решила, что свидетельство одного человека для мага не опасно, а вот за прибытие к шапочному разбору её никто не похвалит. Волнуясь, она шагнула внутрь здания и очутилась на месте в момент, когда кирпичная кладка заколебалась, извещая о появлении важного члена сообщества.

   А между тем в поселении творилось странное. Кое-где сдвинулись плиты тротуаров, и из образовавшихся пустот тянуло сероводородом и ещё какой-то дрянью. Прохожие, морща носы, перепрыгивали трещины, пока те не увеличились настолько, что людям пришлось искать обходные пути.

   До выброса лавы ещё не дошло, но, казалось, катастрофа неминуема, поскольку из глубоких ям то и дело вылетали огненные сполохи. Город напрягся и зашумел, обсуждая происходящее. Неизвестность пугала, и каждый готовился к худшему.

   – Господа, встречайте Холта Ледена, – повторил Арвит, приветствуя выступившего из стены высокого мужчину.

   Теперь тот выглядел иначе, чем нервный рантье, которым он оставался последние полвека. Гордо поднятая красивая голова его покоилась на мощной шее и широких плечах, черты стали строже, чёрные глаза прожигали насквозь, в каждом движении чувствовалось достоинство, но, несмотря на суровый облик, в этом человеке не было ничего угрожающего.

   – Здравствуйте, братья и сёстры, – пожимая руку Арвита, сказал жрец глубоким низким голосом. – Я рад, что снова с вами.

   Зал взревел, и ликующие крики заглушили тихое «ох», вырвавшееся у изумлённой женщины.

   Не веря глазам, Галина смотрела на восставшего из мёртвых любимого. Она рванулась вперёд, но остановилась, осознав, что время для выяснения отношений ещё не наступило. Фаско не догадывалась, что зоркий взгляд Ледена уже отыскал её в пёстрой толпе, и, прислонившись к стене, понуро глядела на радостные лица окружающих.

   Поздоровавшись с товарищем, Арвит заговорил:

   – Друзья, – начал он, и вокруг наступила тишина, – конец света близок. Думаю, каждый из прорицателей, а их среди нас немало, видит, что творится на улицах этого города. Те же проблемы сейчас и у всей планеты. Но в других местах есть свои бойцы, вы же должны рассредоточиться на небольшом пятачке и начать боевые действия при первом же выплеске ада из недр. Напомню, что я и Леден вездесущи, мы услышим ваш клич, где бы ни находились. Но Холта – владыку пламени разрешено звать, только когда невозможно справиться самим. Каждый из вас знает своих партнёров, объединяйтесь с ними, вводите в команду новичков, и в бой.

   Люди начали выкрикивать имена сподвижников, группы одна за другой исчезали, а верховный жрец огня, молча следивший за рокировкой, неожиданно обратился к Арвиту. Показав на застывшую в углу поникшую женщину, он сказал:

   – Я тоже выбрал напарницу и, если не возражаешь, заберу её с собой.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

150,00 руб Купить