Купить

На острие любви. Лана Ежова

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

ЧАСТЬ 1. Омут его глаз

АННОТАЦИЯ

Любовь, начавшаяся с обмана и невольного предательства… Имеет ли она право на существование? Что предпочесть – ясное настоящее или туманное будущее? Есть ли общий путь для талантливой выпускницы магического университета и древнего… Кого? А вот тут судьба решила пошутить.

   

***

1. Ведьма

   Отпирая дверь, я ожидала увидеть, кого угодно: как благодарных селян с кринками сливок и кружками ноздреватого сыра, так и недовольных жрецов с вилами и топорами наперевес. Для одних поселившаяся в ветхой избушке ведьма, то есть я, стала благом, для других — поводом посетовать на засилье нечисти в зачарованном лесу и начать против нее священный поход.

   За две недели, что прожила на краю Изумрудного леса, я успела подлечить пять коров, небольшое стадо коз, трех свиней и четверых подростков, отведавших волчьих ягод. Еще удалось спасти молодого дровосека. Он, должна сказать, пришел не сам — я нашла его на окраине леса, когда возвращалась с ярмарки. Молодой мужчина истекал кровью, придавленный деревом, и я не смогла пройти мимо.

   Послав Мирочку в деревню с недоброй вестью, что один из местных в лесу при смерти, я сильно рисковала: помощницу мою не любили, опасаясь, что она передавит всю птицу в округе. Но обошлось — староста и крепкие мужики пришли за пострадавшим и со всеми предосторожностями отнесли домой. Оставив мази, травяные сборы матери дровосека, я ушла в лес. Утром за мной послали, попросив еще раз взглянуть на парня. Он шел на поправку — еще бы, я столько силы с перепугу в него влила!..

   И вот теперь в мою дверь постучали — быстро, тревожно.

   На всякий случай приготовившись к самому страшному, я опешила — на крыльце никого. Пусто. Постучали и сбежали?.. Неужели это дети шалят, проверяя друг друга на смелость?

   Ан нет, не туда смотрела — у подножия ступенек примостилось лукошко, полное грибов. И каких!.. И обычные, только гигантские мухоморы, и розовый бородавочник (прыщи и нарывы не вывести даже чарами), черный моховик (смерть от удушья через час), и изжелта-зеленый мрун (крохотный кусочек в колодец — и целой деревни нет). Прелесть!.. Какое щедрое подношение, признак истинного доверия.

   Я спрятала довольную улыбку и медленно огляделась, выискивая гонца.

   Принесший лукошко волк затаился под пышной калиной.

   — Иди сюда, я передам послание для твоего хозяина.

   Серый безбоязненно подставил лобастую с умными глазами голову под мои пальцы, позволяя почесать за ушком.

   Достав из кармана передника давно заготовленной листик и самописец, я черканула несколько строк: «Весьма признательна за чудесный подарок! Буду счастлива, если посетите мою скромную обитель и отведаете пирогов. С уважением, Светозара».

   Сложив листочек дважды, подписала — «Дубраву, хозяину Изумрудного леса».

   Погладив волка по жесткой холке, я всунула в клыкастую пасть краешек записки. Удобнее было бы за плетенный из кожаных полосок ошейник, как у моей Мирочки, но такого зверь не носил — местный хозяин не посягал на свободу своих подданных даже в мелочах.

   — Можешь идти, лукошко я верну позже.

   Тесто я поставила еще в обед, хоть не была твердо уверена, что Дубрав, наконец-то, решит почтить своим визитом. Потратив не слишком много времени на уже подготовленную начинку, я налепила три листа пирогов и поставила в хорошенько протопленную печь.

   Теперь можно и собой заняться.

   Вымытые вчера на реке волосы я смочила отваром любистка и расчесала до потрескивания. Белое платье из тонкого полотна, вышитое красными и зелеными рунами, почти не натирало тело — то ли настолько замечательно пошито, то ли я привыкла за две недели к подобным нарядам. Однотонный зеленый платок на плечи — не слишком нарядно, но видно, что готовилась к встрече с дорогим гостем. Переплетая высохшие косы, смотрелась в крохотное зеркальце, выискивая в своем облике недостатки. И не зря. Изумрудный лес действовал на принесенные извне чары непредсказуемо, вот и сейчас глоток-другой эликсира мне не помешал бы.

   Достав из сундука розовый флакон, уже привычно выдернула пробку. Бледно-фиолетовый дымок, вылетевший из склянки, показал, что зелье еще годное, и я выпила его до последней капли — чего мелочиться? Если прихорашиваться для правителя местной нечисти, значит так, чтобы он ослеп от моей красоты и не мог связно думать.

   Теперь зеркало отображало настоящую ведьму: черные волосы, бледная кожа, темные брови и ресницы, алые, будто измазанные кровью, губы и зеленющие, словно молодая хвоя, глаза. Моя настоящая внешность, к сожалению, не настолько яркая, вот и пришлось использовать чары.

   Я готовилась, не зная, придет ли хозяин леса, и была вознаграждена за веру. Что-то стукнуло в стекло — отдернув занавеску, увидела очередной орех, который четко попал по окну. Оригинально меня вызывают!

   Записку принесла белочка — огненно-рыжая и безгранично наглая — стоило открыть окно, как она сразу прыгнула на плечо и что-то важно зацокала. Спящая на сундуке Мира высунула нос из пухового платка, чтобы посмотреть, кто нас побеспокоил. Белка увидела мою куницу, своего извечного противника, и, встопорщив шерстку, воинственно заверещала.

   — Тихо-тихо, это моя помощница! Она не будет покушаться на твое гайно.

   Магически измененная куница фыркнула, подтверждая, что ее не интересуют чужие гнезда с детишками.

   Когда вопрос между зверьками прояснился, я развернула послание. Крупный, хорошо читаемый почерк, буквы аккуратные, с легким наклоном вправо.

   «Благодарю за приглашение. Пироги люблю. Прибуду на закате».

   Четкое и деловитое сообщение, как и сам Дубрав.

   — Обожди немного, я скоро.

   Улыбаясь приятным мыслям, я метнулась к коробу на печи, откуда достала сушеную грушу и вручила посланнице.

   — Спасибо и приходи еще!

   Отойдя от подоконника медленно и чинно, с ровной спиной и гордо задранным подбородком, я без спешки закрыла на щеколду дверь, задвинула на всех окнах плотные занавеси. И лишь когда никто не смог бы меня увидеть, принялась молча прыгать по горнице. В иной раз и покричала бы от радости, но сейчас нужно вести себя достойно, как родовитой ведьме.

   Да-да-да!.. Я смогла! Я сумела! Сегодня все получится!..

   Напрыгавшись, отдышалась и подошла к сундуку у дальней стены. Сдернув пуховый платок, нажала, растопырив пальцы, на три малахитовых камешка одновременно. Когда раздался тихий щелчок, четко произнесла:

   — Этим вечером лесной хозяин придет на пироги.

   

***

Готовя праздничный стол, я невольно перебирала в памяти, как янтарные бусы, воспоминания, которые у меня появились за дни, что я провела в зачарованном лесу.

   Когда нашла избушку, я едва не расплакалась. Она держалась из последних сил: стропила, на которых стояла, атаковали древоточцы, кровля прохудилась, труба начала обваливаться. Если затопить печь, значит, гарантированно угореть ночью. Хорошо, что сейчас тепло, лето уже вступает в свои права…

   О слое пыли и лохмотьях паутины и говорить не стоит — в домике никто не жил десятилетиями.

   Припомнив несколько бытовых заклинаний, я изгнала из бревен жуков, выдула пыль и паутину из домика. Отыскав явно древнее ведро из вербы, очистила его заклинанием и отправилась на реку, разделяющую лес на две неровные части. Местами это был очень бурный поток с каменными порогами, но имелись и тихие глубокие заводи. В одной из них я и наплавалась вдоволь. Чтобы набрать воды, решила пройти по течению выше — там могли быть и родники, питающие реку, да и следовало потихоньку знакомиться с местом своего временного обитания.

   Не зря отправилась на разведку — небольшой отрезок пути оказался с ловушками: четырьмя быстрыми омутами, которые сколачивали воду, затягивая внутрь веточки, кору и целые бревна. Опасная река, недаром протекала через зачарованный лес.

   Чем выше поднималась, тем спокойнее, на первый взгляд, становился поток, но коварное течение оставалось быстрым. Я уже присматривала пологий бережок, чтобы набрать воды, как за зарослями лозняка моим глазам предстала новая уютная заводь, притом занятая.

   Сидя на плоском камне, один енот-полоскун быстро-быстро перебирал лапками, стирая белую рубашку, второй — зеленые портки.

   Поразившись увиденному, я не сразу заметила того, кому принадлежала одежда. К счастью, он не почувствовал мой приход.

   Дуб в человеческом облике — первая ассоциация, которая возникла у меня при виде мужчины. Широкоплечий, с мощной грудью и узкой талией, он казался выточенным из камня. Канаты мускулов перекатывались под смуглой кожей. Мужчина плавал, широкими гребками рассекая воду. Разноцветные волосы — черные, красные и белые пряди — намокли, облепили крепкую шею и лицо с резкими чертами.

   Каким я представляла себе лесного хозяина? Высшую нечисть, которой подчинялись силы природы и слушались все звери и птицы? В первую очередь он виделся мне полупрозрачным духом, во вторую — замшелым пеньком с корявыми ручками-ножками…

   Мужчина же в реке был из плоти и крови и уж точно не напоминал ожившую деревяшку. И если бы не шевелюра, я в жизни бы не подумала, что это тот, ради которого я проникла в лес. Но трехцветные волосы и еноты в роли прачек помогли поверить в невероятное — передо мной беззаботно плескался лесной хозяин или, как его называют люди, леший.

   Испугавшись, я попятилась. Не самое лучшее время для знакомства, когда мужчина без штанов.

   Увы, судьба решила иначе: я поскользнулась на мокрой глине.

   — Боги!.. — вскрикнув, я упала на зад и съехала в темную реку.

   Холодная, дико холодная вода!.. Я окунулась в нее с головой и от неожиданности щедро отхлебнула. За кашлем и испугом не совладала с паникой и начала тонуть — у самого берега оказался обрыв. Течение дернуло, потянуло вниз… там же омуты!

   Новый крик — и я начала захлебываться. Как ни барахталась, нащупать ногами дно не могла.

   Неужели это конец? Я столько сделала, чтобы попасть сюда, тем самым приблизила свою смерть?

   Мысли, полные обреченности и паники, пронеслись в голове. А потом меня дернули за плечи, вытаскивая из воды.

   Я невольно мешала своему спасителю: кашляла, фыркала, отплевывалась, размахивая руками. Но он, будто не замечая моих трепыханий, вынес на берег.

   Опустив в высокую траву, сурово спросил:

   — Ты кто? Почему тут топишься?

   — Я не… не топилась, — прохрипела я, хотя говорить совсем не хотелось. Ужасно хотелось плакать.

   Пришлось через силу объяснять, кто я, что здесь делала, как оказалась в реке.

   Хозяин Изумрудного леса, как утверждали слухи, скор на принятие решений: с тем, кто кажется ему подозрительным, опасным для леса, он расправлялся быстро и просто — вышвыривал тайной тропой в ближайшее человеческое поселение. Я плохо переношу порталы, даже боюсь их, а что уж говорить о загадочных тропах мертвых богов и здравствующей ныне нечисти?

   — В Изумрудном лесу нет ведьмы, которую вы могли бы обучить на свою помощницу. Меня прислали из ковена.

   Ни слова лжи. Но я заикалась, как какая-то малолетняя знахарка, которую несколько недель назад забрали из родного села на обучение в столицу, где находился главный ковен королевства. В общем, вела себя, как пять лет назад, когда меня нашел наставник…

   — Я не просил ученицу, — сухо возразил хозяин леса. — Покажи знак.

   Дрожащими руками я вытащила из-за ворота платья амулет — простой серебряный кругляш с желтым камнем в центре, вокруг которого выплясывали дикий танец руны, не известные мне, хотя я и любила древние языки. Не представляю, как добыл наставник символ ковена. Возможно, молва не врет, и он, действительно, когда-то был любовником верховной ведьмы? А что, видный мужчина, магически одарен сверх меры, да и внешне привлекателен — недаром девицы ходят за ним косяками и заглядывают в рот. Даже самая сильная ведьма повелась бы на обаятельного, умного красавца.

   — Что ж, в самом деле, знак ковена, — мрачно произнес мужчина, нависая надо мной угрожающей громадой. — Я должен ведьмам, и лес тебя пропустил. Но мне не нужна помощница, передавать кому-либо знание я не собираюсь.

   Его слова в очередной раз подтвердили впечатление, которое сложилось о нем. Сейчас выгонит меня — плакало мое задание…

   Стараясь скрыть отчаяние, я посмотрела на трехцветную шевелюру грубияна — нет, не смогу… Слишком далеко, и он настороже, нельзя рисковать впустую.

   Не дождавшись каких-либо возражений и просьб, леший хмыкнул:

   — А ты молчалива, это хорошо. Что ж, можешь пожить пока в лесу. Надоест — сама уйдешь, я не нарушу слово, данное ведьмам.

   А он откровенен, даже и не соображу сейчас, хорошо это или плохо. Впрочем, не гонит — это уже маленькая победа.

   — Как зовут тебя, красавица? — насмешливо поинтересовался хозяин леса.

   — Светозара, — прошептала я и рискнула: — Простите, а можно узнать ваше имя? Мои покровители не в курсе.

   Тонкие губы растянулись в кривой улыбке.

   — Лучше и тебе не знать, спать будешь спокойно.

   Я медленно поднялась с травы и принялась отжимать подол платья, старательно не глядя на лешего.

   — Простите, господин лесной хозяин, я привыкла, что к собеседникам следует обращаться по имени.

   Странно, но уговаривать не пришлось — он представился:

   — Раз настаиваешь, зови просто — Дубравом.

   Интересное имя, идет ему несказанно — мощный, крепкий и прямой, как благословенное древними богами дерево. Жаль только, наверняка, ненастоящее — нечисть не любит раскрывать истинные имена.

   — Благодарю за доверие, — поклонилась я в пояс. — Если у вас нет ко мне вопросов, то я пойду. Будьте здравы, Дубрав, пусть в вашем доме и лесу всегда царят спокойствие и удача!

   Лишь в избушке я осознала, как была близка к провалу. Хозяин Изумрудного леса мог выгнать меня, но главное — я чуть не утонула, запаниковав, хоть чудесно плавала.

   Боги мои, я могла умереть! В неполных двадцать лет умереть!.. Когда до меня дошла эта страшная правда, я заплакала. Я ведь только жить начинаю, нигде не была… Не хочу умирать, не повидав мир!

   Куница подбежала и прыгнула на руки, утешая. Остановиться я не могла — уткнулась лицом в мягкую шерстку и рыдала, рыдала, пока не обессилила.

   За беспокойством пришел сон — не кошмар, обычный, который приносит отдых.

   На следующий день я отправилась в ближайшую деревню, чтобы купить еды, утварь и постельное белье. Даже полуразрушенное жилье стоило обживать в моей ситуации — мало ли, как долго пробуду здесь?

   Вернулась после полудня и опешила: не скажу, что избушка преобразилась, просто я сразу обратила внимание, что она стоит веселее, как в тех сказках, где жилище бабы-яги, ожив, сходило с места и задорно вышагивало по лесу. Стропила, на котором держался домик, были самыми обыкновенными, как я вчера убедилась, их даже не заговорили от короедов. Или же защита перестала действовать, когда закончился срок годности.

   Теперь же в избушке можно жить спокойно — не рухнет ночью, подточенная жучками. И за все это стоило сказать спасибо лесному хозяину. Он сам не объявился, и слова благодарности я прокричала…

   Целых четыре дня я жила спокойно, если не считать селян, которые, прознав о появлении ведьмы, приходили со своими большими и не очень бедами.

   А на пятый день, гуляя вдоль реки, я увидела за камышами нежно-розовые, красиво подсвеченные закатным солнцем лилии. Корни водяных цветов входят в состав многих косметических зелий, в том числе и для укрепления и быстрого роста волос. Достать сырье легко — главное, хорошо плавать и нырять. А лилии, которые выросли на территории Изумрудного леса, напитаны магией под завязку, то есть настои и мази из их корней будут эффективней раза в три точно.

   Ну, как тут устоять?!

   Сняв сарафан и лапти, я полезла в воду в одной рубахе. Осока сразу порезала босые ноги, а стоило ступить в воду, как к щиколоткам присосались четыре пиявки. Мне бы понять, что сама судьба подает знаки не лезть, остановиться, отказаться от несвоевременной затеи, но я ведь упряма, да и за азартом толком и не обратила внимания на подобные весточки.

   Там, где росли лилии, оказалась яма — я провалилась в нее и от неожиданности чуть не наглоталась воды. К счастью, я все детство и юность росла неподалеку от бурной реки, и сумела совладать со страхом, не позволим ему лишить меня сил.

   Нырять я не люблю, но приготовить зелье из этих лилий очень хотелось. Первый заход — я смогла выдернуть всего один корешок. Вынырнула, чуть подплыла ближе к берегу, чтобы ноги коснулись дна, и швырнула свою добычу на траву. Крепенький, толстенький корень прямо-таки искрил от силы — выходит, источник магии совсем рядом.

   Подгоняемая жаждой наживы, я вернулась к лилиям. Набрала воздуха побольше, нырнула с твердым намерением выдрать два, а то и три корешка — этого мне хватит надолго.

   Темная, всколоченная вода. Шум в ушах. И соблазнительная желание вдохнуть воздуха. Я нащупала два длинных стебля и потянула на себя.

   Цветки не поддавались, но я не собиралась отступать. Ничего, еще пару рывков — и желаемое у меня в руках!

   Что-то холодное мазнуло по голени — вздрогнув, я выпустила стебли.

   Неповоротливо обернулась, но ничего не увидела в мутной воде. Вьюн? Змея? Просто рыба?..

   Следующее касание досталось коленкам. А затем их обвило, резко стиснуло — и дернуло вниз.

   Я забила руками и закричала. Выпуская воздух, глотая воду — и захлебываясь.

   Больше ничего не помню. Вместо воспоминаний — темнота и ужас.

   А потом — свет. Крепкие руки и сладкий живительный воздух.

   Я кашляла и отплевывалась, пока меня несли на берег.

   — Цела? Дышишь сама?.. — встряхнув, требовательно спросил спаситель.

   Когда кивнула, он отпустил меня и бросился назад в реку.

   Темнота отступила — я осознала, что произошло. Меня чуть не утопили!..

   Что за существо напало, и кто меня спас, я не увидела.

   Пена грязно-белого цвета… Река бурлила, черный ил чернилами растекся по ее поверхности. Здоровенная змея кольцами взбивала воду — и в этом водовороте крутила мужчину, моего спасителя.

   Выберется ли он?.. Или спас меня ценой своей жизни?

   Я закусила губу в ожидании исхода поединка. Как-то помочь не могла — не потому что боялась рассекретить себя, просто не знала, как не попасть в человека. Кто же ты, неизвестный смельчак? Откуда у тебя столько отваги, чтобы полезть в воду и отобрать добычу у страшной твари?..

   Секунды неумолимо летели, превращаясь в минуты. Человек держался, а вот гигантская змея внезапно обмякла — хотя даже побежденная, она должна еще биться в агонии. Но ее словно что-то заморозило в один миг — кольца расслабились, гадина вытянулась в струну. Еще несколько секунд — и она напоминала потрепанную ленту, которую понесло потоком.

   Мой спаситель без спешки, твердым шагом вышел на берег. Его некогда светлая одежда была заляпана грязью и тиной, но по удивительному цвету волос я быстро опознала в нем Дубрава.

   Лесной хозяин окинул меня мрачным взглядом и выдал грубо:

   — Ну вот, из-за тебя, гостья, пришлось убить последнего грызня. Покусился на человечину — пришлось устранить.

   Что?.. Он сожалеет, что спас меня от монстра?

   В глазах потемнело.

   — Да как ты смеешь чурбан бесчувственный, сравнивать меня, разумного человека, с каким-то монстром?! — Меня переполняло негодование.

   Гнев кипел внутри — я сама себе напоминала котелок, в котором бурлило зелье, притом зелье с опасными ингредиентами, такими, что могут взорвать посуду, да и вообще снести стены лаборатории.

   — Сомнительно, что ты разумное существо, — проворчал Дубрав. — Скорее, глупая девчонка, которая поздним вечером полезла в опасное место. Разве у тебя есть мозги? А змей последний в своем роду. Усекла?

   Похоже, он не увидел на моем лице сочувствия и ясного понимания ситуации, потому что продолжил отчитывать:

   — Он древний, больше таких нет. И мне пришлось его из-за тебя, любопытной дурочки, уничтожить!

   За гневом пришла слепая ярость — я забыла обо всем на свете:

   — Вы беситесь, потому что он был таким же, как вы! Одиночкой, до которого никому нет дела! Змей был последним, все равно не мог продолжить род, так зачем ему вообще жить?

   — Глупая девчонка! — прошипел Дубрав. — Ты вообще понимаешь, о чем говоришь?

   — Прекрасно все понимаю, пенек замшелый!

   Не дожидаясь ответа, я подхватила сарафан, нацепила лапти и похромала к себе в избушку — нет, я не подвернула ногу, хотя, конечно, она немного болела в том месте, где обвился змей. Просто мокрая нога скользила в не слишком удобной обувке.

   Уже в избушке, переодеваюсь в сухую, чистую одежду, я сообразила, как сильно сглупила, наломала дров. Да еще каких!.. Вполне вероятно, что завтра придется уехать из зачарованного леса: я оскорбила его хозяина, обозвала последним в роду и недостойным жизни, ведь он тоже одиночка. Понятно, что я говорила лишь о грызне, но параллель провести и с местным представителем нечисти несложно. Если Дубраву сотни лет, а он не обзавелся парой и семьей, то их у него, скорее всего, и не будет — так утверждают умные книги. Видать, для слишком могущественных существ не находится подходящих спутниц жизни.

   А еще чисто по-человечески мне жаль Дубрава: характер у него мерзкий, но сам он привлекательный мужчина, в расцвете магических сил. Если не нашел свою любовь, значит, суженой нет в этом мире, что грустно, ведь попадать в иные измерения удается не всякому сильному магу, что уж говорить о лесной нечисти.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

130,00 руб Купить