Ее все называют, Анна. Княжна Анна. Жена известного криминального авторитета Олега Князева, который когда-то купил ее, как вещь на аукционе. А теперь с какой легкостью купил, с такой и предал спустя много лет, пытаясь отобрать у нее детей. Понимая что ее вот вот посадят или убьют люди мужа, Анна прячет детей и возвращается в родные места, где все не так, как было. Где нет ни власти, ни законов. Где правит тот, кто ждал ее столько лет. Лидер отбросов - Яромир, когда-то спасший ей жизнь и сейчас больше всего мечтавший ее уничтожить.
Княжна Анна - жена бандита
ВСТУПЛЕНИЕ
«Однажды в твою жизнь приходит человек, и ты начинаешь жалеть, жалеть обо всех, кто был до него, кто касался тебя, кто мог спокойно входить в твою жизнь. С приходом этого человека, ты больше никого не хочешь, только чтобы был он и больше никто. Касался тебя, любил, дарил тебе свое тепло.... И когда его рядом нет, ты скучаешь, ты сходишь с ума в ожидании и минуты без него кажутся часами, а дни пустыми и холодными. Ты просто хочешь быть рядом с ним, больше тебе никто не нужен и все что происходит без него в твоей жизни теряет смысл.... Тебе нужен только он, надежный любимый и родной. Ждите именно таких людей, не впускайте в свою жизнь других…»
Александра Топазова
ПРОЛОГ
- Вы так и будете хранить молчание, Анна Александровна?
Я, не мигая смотрела в эти поросячьи глазки. На эту лоснящуюся от жира физиономию. Морда красная, как у свиньи. Интересно он пьет? Судя по его страшной физиономии, и беспробудно. И даже часы золотые, вроде Ролекс на его запястье не помогали. Урод. Я ненавидела этих людей, хотя мой папа когда-то тоже был милиционером, но другим, не таким, как нынешние менты. Сжала руки в кулаки так что заметила, как у меня побелели костяшки пальцев.
- Буду Вадим Григорьевич! Вы меня в чем-то обвиняете?
Мусор прищурил свои хитрые глазки.
- Мы с вами давно знакомы Анечка!
Я хмыкнула. Анечка… Когда я успела для него стать ей?
- Не помню, чтобы мы с вами пили на брудершафт, Вадим Григорьевич! Анна Александровна не нравится больше и звучит как-то солиднее!
Веселов, так была его фамилия, растянул свои тонкие губы в нечто подобии улыбки.
- Аня! У вас очень красивое имя! Анна! Князева Анна Александровна! Княжна, так ведь вас называют?
Я посмотрела ему прямо в глаза. Многие говорили у меня тяжелый взгляд и даже здоровые мужики ломались. Жизнь закалила, заставила много чего пройти, то, что и врагу не пожелаешь.
- Прекрасно! У вас все? Если нам нечего обсудить кроме моего имени, то простите! Мне пора идти! У меня много дел! Что-то еще? Так вызывайте официально повесткой! Я не намерена тратить свое драгоценное время на вас!
Не дожидаясь его ответа, встала и с ледяным спокойствием и гордо поднятой головой, прошествовала к двери. Все кончено Анна, тебе пора уезжать и чем скорее, тем лучше, теперь в покое они тебя точно не оставят.
АННА
Мне было больно. До ужаса болело все тело. Вся в синяках. Да что там тело. Душа. Она была настолько изранена что, казалось, там не осталось уже места шрамам.
- Вставай! Тебе пора!
Я встала с кровати заматываясь, в простынь. Мрачно оглядела пол, где повсюду валялись мои изорванные вещи. Вот как. Князев все решил таким образом. Сколько мы знакомы? Восемнадцать? Нет вроде девятнадцать лет. Угасли ли мои чувства? Уже давно. Только что-то еще трепетало и что я не знала.
- Уходи отсюда!
Трезвый. Удивительно. Вчера и позавчера и поза позавчера был пьяным. Я уже сбилась со счета считая вечера, когда он заявлялся домой пьяным.
- Я, то уйду! Ты, сопьешься, Олег, сопьешься и плохо кончишь! Плевать на меня хоть о детях бы подумал!
Князев мрачно усмехнулся. Осушил залпом стакан воды.
- Дура ты, нас обоих посадят! Лере Руслана не отдадут! Боишься? Они в детдом пойдут, и ты это прекрасно знаешь! Ты кретинка! Из игры выйти решила! А знаешь ты что отсюда просто так не выходят!
Я начала одеваться. Обсуждать ничего не хотелось. Он сделал свой выбор, у него своя дорога, у меня своя. Здесь наши пути с тем человеком кого безумно любила. Это больше ни тот человек, ни тот мужчина от запаха и страсти в глазах, которого я когда-то сходила с ума. Олег… Четыре буквы имени, а я сходила с ума, вся дрожала. Что теперь? Разруха и пустота. Осталось только развестись и все. Нас больше ничего не связывает. Дети ему не нужны, и я это давно поняла. Ему никто не нужен. Только он. Сильная личность, некогда любимый человек, а теперь в кого он превратился. Что от него осталось? Только звучная фамилия Князев.
- Я уйду! Уйду навсегда, но Лера и Руслан останутся со мной!
Князев посмотрел мне в глаза.
- Ты серьезно? Кому ты нужна? На! Любуйся! Княжна, твою мать!
Он что-то бросил мне. Я схватила в руки увесистую папку. Там в документах на первой странице, мне присуждалось большое вознаграждение если я откажусь от собственных детей. В глазах потемнело. Мы через столько прошли. Я знала его, он знал меня. И мне казалось, так будет всегда. Когда он таким стал? Кто его надоумил посягнуть на самое святое, на детей? Она?
- Твоей шалаве дети не нужны! -хмыкнула я. – Я вам их не отдам, а тронешь меня еще раз, я тебе обещаю сгниешь на зоне!
Показав ему средний палец выскользнула за дверь. Все кончено, вот и разрушились столько лет брака и все наше общее, что когда-то нас связывало. Анна Князева, вы теперь одна, и вы справитесь…
«Просто выслушай меня, не дай мне замолчать, когда я молчу мне хуже. Обними, встряхни, посмотри на меня так чтобы я вся дрожала, чтобы только знала, что нужна. Плевать кому я там не не нравлюсь, ради них я не исправлюсь, а только ради тебя одного. Покажи, как ты хочешь быть со мной, сделай меня своей и все мосты что за нами сожгутся сами. Весь мир подождет, он просто будет стоять на месте и смотреть на то, как я смотрю в твои глаза, как касаюсь губами твоей щеки. Как ты нужен мне, как ты дорог мне…. Только знай это, только протяни руку, посмотри на меня, и я все забуду, забуду обо всем, растворюсь в тебе и так будет всегда, даже через года, ты будешь мой, а я буду твоя…»
***
- Мы теперь нищие, да? Мама! Ну почему, ты молчишь! Мама! Прошу скажи что-нибудь!
Лера ходила взад- вперед, то и дело поправляя свои роскошные черные волосы, которые достались ей от меня. Волосы трогать я ей запрещала, что угодно, хоть тату на лбу что ты дура набей, но только волосы не трожь. Никогда не понимала девчонок с короткими стрижками, некрасиво это.
- Мама ответь! Мама! Мамочка!
Лера подошла ко мне и опустилась рядом. Такая взрослая, а кажется я только, только принесла ее из роддома.
- Мама! Ответь мне!
Я тяжело вздохнула.
- Нет, мы не нищие! Успокойся!
Лера опять вскочила и прошлась по комнате. Я ее понимала. Они с детства с братом жили очень хорошо, у Леры всегда все самое лучшее было, а сейчас у нее возраст такой, что терять все это благополучие совершенно не хотелось.
- Мама, ты просто так его отдашь ей? Ведь вы с папой столько лет вместе прожили!
Она уперла руки в свою тонкую талию, а я во все глаза смотрела на нее и не верила, что у меня такая взрослая дочь. Как она похожа на меня, моя девочка. Хватит разводить сырость, Князева.
- Лер, он не вещь чтобы его отдавать! Твой отец сам так решил, и удерживать его я не буду!
Встаю. Подхожу к трюмо и достав красную помаду, крашу губы. Ярко. Грубо. Пусть поймет кого потерял. Смешно. Интересно сколько времени, он трахал эту бл..ь?
- Мама, ты хоть узнала кто она? Мама!
Я вцепилась пальцами в кусок дерева. На заказ. Мадрид. Плевать. Пусть заберет все, через сколько мы прошли, а он забыл все. Князь и Княжна так нас все называли в свое время. Куда это все делось? Почему, так все вышло? Где, сейчас это счастье? Где? Поправила волосы. Стареешь? Возможно да. А ведь когда-то мне было восемнадцать и наша первая встреча, вскружившая мне голову. Я чуть с ума не сошла, сейчас вспоминая это. Какая холодная и неприступная я была. Как он добивался меня, и я не сразу открылась ему вся, а эта шлюха держу пари, тут же раздвинула ноги. Я не любила его, он знал это. Я была вещь. Просто его вещь.
- Мама! Я не хочу, чтобы вы с папой расходились! Не хочу! Вы о нас с Русланом вообще подумали? Мама!
Лера подошла ко мне сзади и обняла заплакав, а я закрыла глаза, ощущая боль во всем теле. Но даже никто не мог представить, как в этот момент болела моя душа. Мы были одним целым с Князем, а теперь этого нет, теперь он трахает другую совсем забыв про меня и детей.
***
ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД
АННА
Иногда бывает больно настолько, что ты просто не можешь дышать. Все переворачивается внутри, к глазам подступают слезы, а в горле стоит ком, но ты знаешь твердо: плакать нельзя, ни за что нельзя, потому что ты сильная. Если расплачешься, то все, покажешь свою слабость, и настанет конец. И ты уже никогда не станешь сильной. Ты потеряешь себя...
Я сглотнула, пытаясь унять дрожь и привести себя в порядок и зная одно: не заплачу, не доставлю ему такого удовольствия - видеть мои слезы. Я буду сильной, чтобы ни случилось, и буду молча все переживать в душе, умирать внутри себя, заполнять сердце целым океаном из слез, но не пророню ни одной слезинки. Никогда.
За час до этого.
Я сидела за столом и смотрела в тарелку. Отчим опять приехал не в духе - последнее время дела в его бизнесе шли хуже некуда, и он частенько срывался на нас. Особенно на маме.
Мама крутилась у стола, то и дело пытаясь ему угодить. Смотреть на это было невыносимо, но я уже привыкла. Так было всегда.
- Сережа, я прошу тебя, поешь! Ты целый день ничего не ел!
Он с грохотом отодвинул от себя тарелку с заботливо приготовленной мамой курицей:
- Я не хочу это жрать! Готовить научись! Дура косорукая!
Я сжала под столом кулаки. Элена, моя младшая сестра, тоже сидела ни жива, ни мертва, и боялась его до одури, но не имела права голоса вообще.
- Сереженька! Хочешь, я салатик принесу? - голос мамы дрожал, а отчим взяв тарелку, швырнул ее на пол.
У меня внутри все замерло. Я видела, как мама еле сдерживает слезы.
- Надоело! Нормальной еды нет! Устал кормить вас, дармоедок! Что ты делаешь целыми днями дома, овца безмозглая?!
- Сережа, я много чего делаю, я вон сегодня... - не успела она договорить, как оглушительная пощечина сбила ее с ног.
У отчима была тяжелая рука - это я знала по себе. Я вскочила, но Элена вцепилась мне в руку мертвой хваткой.
- Пошли вон отсюда! - проорал он, - чтобы я больше вас не видел тут!
Матерясь, взбешенный мужчина вышел из столовой, а мы с сестрой, не сговариваясь, бросились к маме. Этот подонок вновь рассек ей губу. Меня всю затрясло.
- Мамочка, - прошептала Элен, - тебе очень больно?
Мама утерла кровь и посмотрела мне в глаза:
- Золотце, я прошу тебя, уведи сестру!
Согласно кивнув, потащила Элен за руку в детскую. У меня все переворачивалось внутри, я ненавидела этого подонка больше жизни и мечтала лишь об одном - чтобы он поскорее сдох. Тонкая зеленая бретелька небрежно свалилась с плеча. Я вернула ее на место и уставилась на свое отражение в зеркале. Длинное в пол зеленое платье с открытым декольте мне явно шло. Волосы собраны в красивую высокую прическу, с которой выбивались мои буйные вьющиеся кудри. Эдакий романтический беспорядок... Я усмехнулась. Сегодня выпускной, школа позади, а впереди суровая взрослая жизнь, в которой за меня уже все, к сожалению, решили.
В дверь постучались, и я обернулась.
- Войдите!
В комнату вошла мама. Она в свои неполных сорок лет смотрелась девочкой и, если бы не огромные синяки под ее усталыми грустными глазами, была бы еще краше. Если бы не поганая тварь отчим, который издевался над ней. Папа… Как мне его не хватало. Много лет назад он погиб на задании и все что осталось от него это воспоминания. Был бы он жив, мы никогда бы не жили, так, как живем сейчас, и мама не стала бы женой этого ублюдка.
- Какая ты у меня красивая! - восхищенно произнесла она.
Я улыбнулась.
- Вся в тебя, мамуль!
Мама подошла ближе и обняла меня. Я прижалась к родному любимому человеку. Как же я ее любила и не представляла, как буду без нее. Через два дня я уезжаю и не знаю, что там меня ждет – впереди взрослая жизнь и свадьба с нелюбимым мужчиной.
- Прости меня, пожалуйста! - мама поцеловала меня. - Я плохая мать! Я не смогла уберечь тебя! Прости!
Закусила губу, накрашенную розовым блеском. Я не имела привычки плакать вообще (назло этому тирану) и всегда была сильной. И сейчас просто знала - плакать нельзя. Мои слезы убьют маму, а после гибели моей несчастной сестры, у нее было больное сердце.
Элен погибла два года назад. Пьяный отчим был за рулем, в то время как она сидела на пассажирском месте рядом… Эта мразь жива, а моей сестры нет и больше никогда не будет. Ее веселый смех не озарит наш дом, и я никогда больше не увижу ее большие синие глаза.
- Все хорошо, мам. Уверена, Олег очень хороший человек, и с ним я буду счастлива!
Мама едва сдерживала слезы, а я, улыбаясь и показывая, как у меня все хорошо, подхватила темно зеленый кожаный клатч и распахнула дверь.
Сегодня был последний день моей свободной жизни. Дальше, я знала, больше уже ничего не будет, как прежде. Все раненой птицей взлетит в небеса.
***
Музыка гремела во всю. Наш единственный клуб на весь поселок пестрел разноцветными длинными платьями, белыми рубашками, шарами и светомузыкой. Я и две мои подруги, Вита и Лиза, сидели на диванчиках.
Я мало с кем общалась, хотя со мной стремились общаться все, зная кто мой отчим - он возглавлял совет директоров единственного завода, что кормил всех здешних людей. Только вот я, наоборот, сторонилась людей, хорошо зная, почему со мной все хотят завести дружбу. Я слишком рано повзрослела, хорошо разбиралась в людях и была не по годам серьезная. Никто никогда не знал, что происходит у нас в семье, и что из себя представляет Сергей Пономарев, мой многоуважаемый отчим или папа, как я называла его на людях. Именно поэтому у нас не было прислуги - все считали, что мы образцовая идеальная семья. И когда погибла Элена во всем обвинили шофера этой мрази, - он взял вину на себя и сел в тюрьму. Но я, то знала, это виноват не шофер. Шофер ничего не сделал. Элен убил мой отчим.
Я сглотнула и покосилась на шампанское. В первый раз в жизни хотелось напиться. Хотя бы раз выплеснуть все, что копилось годами, но нельзя... Нельзя....
- Ты самая красивая, Анна! - Вита отпила шампанское и улыбнулась. - У тебя такие классные мама и папа! Я своих еле уговорила в райцентре ткань купить, чтобы себе самой сшить, а у тебя платье, глаз не отвезти!
Я улыбнулась в ответ. Если бы она знала... Я готова была променять все эти платья и украшения на то, чтобы мы жили как раньше, пока не было его... Я взяла в руки бокал с шампанским и закрыла глаза. Скорее бы уехать, может там что-то будет лучше. Я еще до конца не осознавала, что скоро выхожу замуж за человека, которого едва ли знаю и который старше меня почти вдвое.... Известный криминальный авторитет и финансист – Олег Князев, тот человек чье имя боялись даже произносить вслух.
***
Я была единственной, кто не танцевал и сидел в трезвом уме и светлой памяти - что учителя, что одноклассники, давно были мягко сказать подшофе. Я же просто сидела за столиком и улыбалась, смотря на веселых танцующих подруг.
- Может сделаешь мину повеселее, – я вздрогнула.
К столу подошел отчим и сел рядом.
- Все в порядке!
- Я вижу! - парировал он, - иди танцуй! Как клуша сидишь! Ей Богу! Молодая девчонка!
- Я не хочу!
Он прищурился:
- Ну ничего! Олег с тебя живо спесь собьет, будешь как шелковая! Тупая скотина!
Я, понимая, что сейчас не сдержусь, встала из-за стола и пошла к двери, столкнувшись с обеспокоенным взглядом мамы. Хотелось побыть одной, мне это было просто необходимо. Идя от клуба все дальше, я даже не знала, куда несут меня ноги. Просто вперед. Я хорошо знала цену одиночеству и не боялась его, ведь всю мою жизнь мы шли с ним бок о бок. Князев… Мой будущий муж. Тиран и убийца. Плевать что будет со мной, я не представляла, как без меня останется мама, наедине с этим подонком отчимом, который с годами становился все только хуже и хуже, ненавидя меня все сильнее.
Одна слеза… Потом вторая… Потекла тушь, но мне наплевать. Я – вещь, которую продали, чтобы спасти свое положение. Меня лишили детства и будущего. Но все это во мне, и никто никогда не узнает, что у меня на душе. Кажется, что еще немного и души у меня не станет - она сгорит также, как сгораю я.
- О какая! Смотри! Вот это ноги! Я бы ее оттрахал!
Я ускорила шаг. Чтобы вернуться обратно, мне нужно было пройти через мост, на нем часто что-то происходило и сейчас здесь стояли четверо парней. Отбросы. По телу липкий страх прошелся. Что сейчас со мной сделают и где потом меня найдут…. Их много, а я одна и силы не равные, я это прекрасно понимала.
- О какая краля! Какая цыпа, гляди-ка! Цып цып, девочка!
Я резко дернулась - Какая цыпа и остановилась. Судя по местности, я забрела в сторону деревни. Здесь, как выражался мой отчим, жили отбросы - он и все его окружение, так называли этих людей. Они не касались нас и действительно жили в нищете и разрухе.
Ко мне приближались четверо, судя по их развязным походкам, выпивших парней. Я понимала, что идут они далеко не с добрыми намерениями. Бежать было некуда, да и глупо - все равно догонят. Первое правило - не бояться – увы, не сработало. Страшно, но может так даже будет лучше. Меня убьют, и все закончится.
- Ух ты какая! - один подошел почти вплотную.
Я посмотрела в его наглые глаза. Если честно, мне было глубоко все равно, что со мной сделают, жаль было только маму. Она останется наедине со своим мучителем. Я отступила на шаг, но сильные руки схватили меня.
- Устала от богатой жизни? Решила заглянуть к нам на огонек, цыпа? Там мужиков нет нормальных? Правильно сделала, что пришла!
От него исходил сильный запах алкоголя, и это означало, что мне настал конец. Неужели у меня такая судьба?.. Наверное, мне мало мучений, раз сейчас я оказалась в лапах эти отбросов. Второй парень тоже не растерялся и подошел к нам, от чего у меня окончательно перехватило дыхание. Я мысленно начала прощаться с мамой и просить у нее прощения... Еще двое с сальными улыбками уставились на меня.
Сцепив зубы, оттолкнула его и пошла дальше. Только не обращать внимание, только их не замечать.
- Эй девушка, вы не скучаете?
Я прошествовала мимо них, не подавая вид что вообще их вижу.
- Ну куда же вы, красавица?
Прежде чем я успела сойти с моста, меня кто-то дернул за руку. Больно и грубо. От неожиданности упала сумка. Меня отбросило к перилам, и я смотрела на сумку, которая валялась у меня под ногами.
- Опа! Мадам сумочку уронила!
Парень похожий на корейца или китайца, усмехаясь подхватил мою сумочку. Остальные трое усмехаясь окружили нас, мой взгляд упал вниз. Под мост, где проплывала говноречка, как ее все тут называли. Сердце забилось настолько сильно что, мне казалось, еще немного и оно выпрыгнет из груди.
- В сумочке пусто! -разочарованно присвистнул кореец, как я мысленно его окрестила.
- А лифчик, подруга у тебя такой же красивый, как и ты? -продолжал насмехаться кореец. – Пашка проверь, ка! Ты у нас спец по бабским лифакам!
У меня потемнело в глазах. Нет, только ни это.
- Не трогайте меня! Отпустите! Там есть немного денег! Все возьмите!
В моем клатче действительно валялось несколько купюр. У меня никогда не водились деньги. Отчим покупал продукты, обставлял дом, но денег не давал в руки ни мне ни маме.
Парни противно заржали и один из них самый здоровый, легко схватил меня.
- Опа! Золотое колечко!
Я едва не расплакалась на их глазах.
- Не трогайте это кольцо! Что угодно берите, его не смейте!
Подонки меня не слушали. Он заломал мне руку так, что я взвыла от боли. Колечко осталось от папы. Он всю жизнь его хранил, маме сказал, чтобы мне его отдала, что это кольцо всегда оберегать меня будет. Его я не отдам. Изловчилась и укусила одного из уродов.
- Сука!
Он заорал и повернув меня к себе, ударил по лицу. Ударил больно. Я упала. Слезы застилали глаза.
- Ты ох…а шваль? Еще инфекцию внесешь, мразота!
Он пнул меня с ноги в живот. Я беззвучно заплакала. Начинающийся дождь усиливался с каждой минутой. Унижение и боль. Что они сейчас со мной сделают…
- Раздевай суку! Вы..м ее втроем! Ее ротик мне нравится!
Я закрыла руками лицо и разрыдалась. Кажется это конец.
- Вы че шныри совсем страх потеряли! А ну отпустили девчонку!
Послышались выстрелы, мат, топот ног и вот уже меня подняли чьи- то сильные руки.
- Эй, малая, ты, как, в порядке?
На меня смотрело красивое мужское лицо и пронзительные темные глаза незнакомца.
- Оставьте ее уроды! Я сказал быстро!
Позади стоял Он. Я специально выделила «Он». Тот, кого боялись и уважали – лидер отбросов, часто устраивал бунты и забастовки на заводе. Я видела его пару раз. Высокий, мускулистый, с пронзительным жестким взглядом. Он ничего и никого не боялся, и отчим мечтал засадить его за решетку. Я много слышала про него. А сейчас он стоял, небрежно засунув руки в карманы, и холодно смотрел на нас. Парень, который назвал меня малой поднял и поставил на ноги.
- Ты в порядке?
Я судорожно кивнула, пытаясь прийти в себя.
- Яромир, да мы... - поменялся в лице тот, что подошел ко мне первым.
- Мне еще раз повторить? - в его голосе звучала непоколебимая сталь. - Отошли от нее и свалили! Живо! Разговор буде т ко всем!
Парни испуганно закивали и с непередаваемой скоростью бросились наутек, а я осталась стоять и во все глаза смотреть на него. Тот который меня спас, показал на меня глазами и тоже отошел. Я осталась стоять ни жива ни мертва. Яромир. Сколько я про него разного слышала. О нем ходили легенды, а еще мой отчим люто его ненавидел, он очень сильно мешал ему жить. Вот и познакомились, Яромир значит.
Парень с редким красивым именем Яромир подошел ко мне и посмотрел в глаза.
- Не обидели?
Я лишь мотнула головой, находясь под впечатлением от случившихся событий. Я даже с места двинуться не могла. Наши девки по нему с ума сходили, хоть он и отбросом был, а для меня разделения никакого не было. Они были людьми, а не сволочами, как мой отчим и ему подобные. Их уважали, а таких, как мой отчим боялись, потому что они мрази были и на все способны исподтишка, побольнее ударить.
- Зачем пришла сюда? Тебе здесь в твоем наряде и цацках не место! Больно ударили? Ответь!
- Заблудилась! - честно призналась я. - Спасибо! Нет, переживу!
Он ухмыльнулся:
- Пойдем, провожу, пока еще на кого-то не нарвалась! Что встала? Больно же! Я их накажу! Слово даю! Они навсегда забудут, как на женщин руки поднимать!
Я нагнулась и, путаясь в подоле длинного платья, стащила с себя туфли. Было больно. Но ни сколько больше больно, а унизительно.
Он вновь усмехнулся.
- Ноги свои не поранишь, королевна?
Меня зацепило с каким сарказмом он произнес это «королевна», но я лишь отрицательно покачала головой и медленно пошла рядом с ним.
Мы шли молча, Яромир все время косился в мою сторону. Я сама не ожидала, что, будучи погруженной в свои мысли, смогу забрести так далеко. Внезапно сильные мужские руки, подхватили меня, не успела я и ойкнуть. Он крепко держал и смотрел на меня. В его взгляде, стальном и холодном, неожиданно что-то промелькнуло.
- Впереди грязь, гроза надвигается! Так и быть, донесу Вас, королевна! А то упадете еще, хотя вы итак вся испачкались!
- Я не королевна и могу идти сама!
Он усмехнулся и молча понес меня дальше. Теряясь, непроизвольно обхватила его могучую шею своими руками. Яромир вновь покосился на меня, но я отвернулась. Никто и никогда не был близок так ко мне, тем более такой как он. Я чувствовала, как бешено бьется мое сердце, и пыталась унять дрожь во всем теле.
Когда до клуба оставалось не так уж много, он опустил меня на землю.
- Надень туфли, королевна! Земля холодная! Простудишься!
Только я, сама не понимая зачем, повиновалась ему и, опустившись на корточки, принялась натягивать туфли, как подул сильный ветер, и пышная юбка задралась. Я поймала взгляд парня на своем оголенном бедре и быстро встала.
- Не ходи больше тут одна. Дальше провожать не пойду - тебя не поймут, королевна.
Я промолчала. Опять сарказм… Дикий стальной взгляд прошелся по мне: осмотрел лицо, ощупал полностью фигуру и внезапно задержался на ногах. Точнее на бедрах...
- Я видел синяк. Кто тебя так?
Я вспыхнула, прекрасно зная, какой именно синяк не укрылся от его взора, но рассказывать подробности малознакомому человеку не собиралась.
- Спасибо, что проводили! - тихо произнесла я. - Извините, мне пора идти!
Я развернулась и ощущая, как замерзает все внутри, как бешено колотится сердце, быстрым шагом пошла к клубу. Он был первым человеком в моей жизни, кто спросил: «кто тебя так». Даже мама давно перестала спрашивать, прекрасно зная, что со мной делала эта мразь... Я кусала губы от переполнявших меня боли и стыда.
- Твой отчим мразь! Конченая мразь!
Я резко затормозила и обернулась. Яромир все так же стоял, небрежно засунув руки в карманы, и смотрел на меня. Наши взгляды встретились - он все понял без слов, а я… Я отвернулась и чуть ли не побежала к клубу. Он все понял без слов... Без слов....
***
НАШЕ ВРЕМЯ
- Эй, малая, ты, как, в порядке?
Голос Олега заставил меня вздрогнуть. Именно эту, нашу фразу, он сказал нашей дочери. Лера и Руслан что-то с ним обсуждали. Руслану нужна была приставка для компьютера, а Лере новый телефон. Я не выходила из своей спальни. Сидела за ноутбуком и просто смотрела на экран. Бизнес пошел по шву. Все закрылось. Точнее нас прикрыли и это сильно сломало Олега. Уже, как десять лет назад мы все легализовали и пытались не вспоминать о прошлом. Но оно вылезло со своими грязными секретами и тайнами, правда теперь на нас работали люди.
- Ты у себя?
Распахнул дверь даже не поздоровавшись, даже не спросив, можно ли войти.
- Как видишь!
Не отрывалась от ноута. Пыталась делать вид что ничего не было. Просто делала вид то, что занята, а на самом деле не была занята ничем.
- Нам надо поговорить!
Голос официальный, холодный. Как чужие люди. Ах, да я и забыла, мы теперь и есть друг другу совсем чужие люди. А в принципе мы всегда чужими были. Я замуж за него не хотела. Никогда. Жила из-за страха что мать тронет, отчим ему столько денег должен был, я боялась его. Только сейчас бояться перестала, когда он мне змаену решил найти и без детей оставить. Князь. Великий Князь.
- Слушаю!
Олег подошел и с грохотом захлопнул крышку ноутбука.
- Ты знаешь, я не люблю со стеной говорить! Посмотри на меня!
Посмотрела. Холодно и равнодушно. Как я умела.
- Надо что-то с бизнесом серьезно делать! Мусора затаскают! Я уезжаю вместе с детьми в Арабские Эмираты! Туда они не доберутся!
Я резко села на кровати.
- С какими детьми? Ты о чем?
- С обычными нашими детьми! Тебе документы сделаю, езжай в Польшу! Хватка у тебя железная! Откроешь что-нибудь!
Наверное, я оглохла. Да, твою мать, именно так. Потому что слушать этот, бред, который несет Князев, я не желала и фактически его не воспринимала.
-