Оглавление
АННОТАЦИЯ
Ваш замок зарос грязью по самый флюгер? Слуги разбежались, а зомби даже парные носки подать не могут? Монстры прогрызли крепостную стену, а в колодце завелась русалка? Питомцы разрисовали галерею предков, а в кладовой повесился призрак повара? Не спешите отчаиваться, всё наладят демоны порядка!
Встречайте первую! Лариса Осинская!
Попьет хозяину кровь, сожрет чайной ложечкой мозг и... украдет его сердце.
***
Законченная история про одного из четырех друзей и про его попаданку.
ГЛАВА 1
Валентайн де Грир
С самого начала всё пошло не так.
Взять хотя бы то, что я умудрился явиться первым — и это с моей-то легендарной пунктуальностью в больших кавычках!
В этом году традиционную попойку сокурсников принимал Ррорк, чтоб ему в морду дуло, и на поворотах заносило скотину чешуйчатую! Это я не со зла, а так — из зависти, которая принялась разъедать изнутри, едва я вышел из портала в чистом и светлом холле драконьего замка.
А ведь у меня тоже могло быть так — моему мрачному логову лет ничуть не меньше, да и по красоте архитектуры ни на кирпичик оно не уступает. А уж какой вид на ущелье Кровавой Мэри-Бет открывается из хозяйской спальни — любой живописец скончается в экстазе.
И как же бесит, что всё это великолепие скрывается под слоем пыли, грязи и всяким мусором.
Ну некогда мне заниматься хозяйственной ерундой! За день на службе так намаешься, что дома просто хлебнёшь искусственной крови из кладовой, упадёшь лицом в подушку и отключишься. Всё же королевская тайная служба не для слабаков, а особенно — отдел расследований магических преступлений.
Вслед за мной в арке портала нарисовался Демьяр — мрачный, всклокоченный и с подозрительным пятном на мятой рубашке. Молча плюхнулся в соседнее кресло, втянул звериные когти и окинул холл драконьей обители таким взглядом, что я сразу понял — не мне одному эта стерильность как кость в горле.
Третьим прибыл Леонэль. Этот остроухий выпендрёжник был как всегда раздражающе аккуратен: костюмчик с иголочки, коса, по сложности напоминающая узелковую письменность дикарей с южных островов.
С общей идеальностью его образа меня примирил только внушительный фингал на заплывшем глазу — это лиловое «украшение» отменно оттеняло рыжую шевелюру. Кто ж его так? Даже любопытно.
Последним в замок ввалился Оларт. От его долговязой фигуры ощутимо повеяло гнилью, но никто из нас и бровью не повёл — привыкли за годы общения. Хорошо ещё, что эта рожа некромантская очередного костяного уродца с собой не приволокла.
Сколько прошло с того знаменательного мордобоя, после которого мы пятеро, пересчитав синяки, ссадины и переломы, решили дружить? Пятнадцать?
Да у нас юбилей!
Надо бы по этому поводу как следует выпить и хотя бы стёкла в драконьем замке побить…
Моё желание почти сбылось. Припозднившийся хозяин сходки приволок ящик тролльей горючки, а она хоть и пьётся, как компот, вставляет почище тьмарки, которую дроу из плесени варят. Впрочем, это темноэльфийское пойло на столе тоже появилось — потом.
После него-то всё и случилось.
Тем же вечером...
— Слушай, Ррорк, а ты уверен, что тебя не надули? — несмотря на хмель, дурманящий голову, я с бо-о-ольшим сомнением крутил в руках выдранный из какой-то книги лист.
Это даже не бумага была и не пергамент, а кожа. Края изрядно потрёпаны, в местах сгибов текст немного стёрся, но сложная пентаграмма с тремя кругами отречения отлично сохранилась. Вот только выглядела она как-то неправильно. На демонологии мы ничего подобного не изучали.
— Да точно говорю — хозяин магической лавки проверенный, туфту подсовывать не станет! — возмутился дракон. — Тем более, мне!
— Лент, да что ты занудничаешь? — хлопнул меня по плечу Ол. — Ну вылезет вместо демона порядка какая-нибудь хрень зубастая! Ну прибьём её — хоть разомнёмся! Сейчас Нэль нам всё нарисует и приступим! — Оларт выдрал у меня из рук лист и всучил его Леонэлю.
— Да почему опять я? — возмутился тот.
— А у кого из нас было отлично по магочерчению?
— На меня не смотрите, — покачнувшись и едва не сбив с камина подсвечник, поднял руки Демьяр, — я с пятого раза зачёт сдал... комиссии. Но всегда готов помочь в прибивании! — Он подхватил увесистую кочергу и пару раз взмахнул ею, словно мечом. А потом, подумав, ещё и канделябром вооружился.
— А нечего было жене магистра глазки строить, — хохотнул Ррорк. — Он бы тебе и с первой попытки зачёт поставил, но ты сам нарвался.
Пять минут спустя мы выстроились у вершин пятиконечной звезды между вторым и третьим кругами. Нэль не подвёл — сразу видно зануду-отличника. Нарисовал всё чётко, хотя и прихлёбывал в процессе тьмарку прямо из бутылки.
— А теперь подумайте, чего вам в быту недостаёт, — скомандовал чешуйчатый инициатор ритуала. — Чем подробнее будет образ, тем лучше сработает!
Я прикрыл глаза и послушно задумался. Недостаёт… В первую очередь — еды! Это низшие могут всю жизнь одной кровью питаться — искусственной, ибо наш клан свято блюдёт закон. А у нас, высших, метаболизм особый — мы любую пищу усваиваем.
Нет, если полруки оттяпают, то тут, конечно, придётся кем-то из разумных закусить, чтобы новую отрастить, но в обычной жизни лично я предпочитал хороший стейк и пирог к чаю, а не чью-то немытую шею.
Мне их и на работе хватает — кого только не приходится кусать в интересах следствия.
Второй момент — флаксы. Достали уже хулиганить, заразы мелкие. Если дед нагрянет и увидит, что они с его портретом сделали, живьём на вертел насадит и зажарит в камине. И хорошо, если только их, а не меня за компанию.
Что ещё?
— Готовы? — вырвал меня из размышлений Ррорк.
Я готов не был, но… не признаваться же, что торможу, как закаменевшая горгулья. Сойдёт и так! Открыл глаза и кивнул. Судя по физиономиям друзей, у них с мыслительным процессом было не лучше моего, но все сделали вид, что успели.
— Тогда давайте по капле крови на луч, и я начну, — продолжил дракон на удивление трезвым голосом.
И мне бы насторожиться, особенно когда заметил, что сам Ррорк дырку в пальце прогрызать не стал, но горючка и тьмарка сделали своё чёрное дело, ослабив бдительность.
Под монотонный бубнёж над центром пентаграммы заклубился туман. Почему-то белый, а не алый, как положено при вызове демонов первого порядка. А дракон нам именно таких обещал, прохвост летучий! Мол, демоны порядка наладят наш быт, обустроят дом, обеспечат уют… И ещё что-то в этом роде.
Туман закрутился спиралью, потом собрался в сферу — сперва размером с кулак, но постепенно наращивающую размеры. Когда белый шар вырос мне по пояс, я с уважением покосился на Яра с кочергой и канделябром — вот не зря про интуицию двуликих кругом талдычат, почуял мохнатый, что обороняться придётся!
Сфера замерцала и лопнула, выплюнув вместо уже ожидаемого мною монстра…
А что она, собственно, выплюнула?
Над центром пентаграммы зависли четыре крохотные фигурки, смахивающие на раскрашенных фарфоровых куколок. У одной, которая оказалась ближе ко мне, были на диво стройные девичьи ножки. Жаль, что выше кукла была обмотана какой-то белой тряпкой. А место её лица занимало странное синее пятно, над которым возвышалась зелёная башня.
Это что за демон такой? Что-то не припомню ничего даже отдалённо похожего.
Рассмотреть остальных я не успел. Демьяр от удивления, видимо, выронил канделябр. Причём умудрился запустить им прямо в куколок. Те не разбились, но закрутились в вихре и перемешались. Передо мной мелькнуло что-то яркое, красно-оранжевое, кажется, а потом всё исчезло.
На мгновение над опустевшей пентаграммой повисло молчание, а потом Ррорк гаркнул:
— Ну чего застыли? Дуйте домой — принимать вызванных. Да не забудьте привязку завершить, а не то…
Я не дослушал — рванул к порталу, как ужаленный.
Демон! Бесконтрольный! В моём замке! Срочно спасать родовое гнездо! А дракона с его дурными идеями я всегда придушить успею.
Лариса Осинская
— А ну стой, гад!
Мой голос в ночной тиши разносился на всю округу, отражался от тёмных окон и покосившихся стен и затихал вдали — где-то за околицей деревеньки на три улицы, не имевшей даже названия.
На самом деле до ночи было ещё далеко, но зимой темнеет рано. Особенно накануне самого короткого дня. Высоко в небе серебряным яблоком висела почти полная луна, в её свете искрились сугробы и заснеженные деревья, а я, вместо того чтобы наслаждаться созерцанием этой сказочной красоты, рисковала сорвать горло, пытаясь призвать к благоразумию соседа Шурика:
— Стой, ворюга! А то хуже будет!
На дворе у бабы Нюры затявкал Портос, но даже не подумал высунуться из будки — что ж он, дурак, что ли, ради полоумной девицы, нагрянувшей два дня назад, из тепла на холод вылезать?
— Шурик, тормози по-хорошему! — продолжала угрожать я, потрясая чугунной сковородой.
В азарте погони я даже веса её почти не ощущала, как не чувствовала и мороза, невзирая на абсолютно голые ноги и тонкую растянутую футболку убийственного ярко-розового цвета, болтающуюся на мне как чехол от дирижабля на швабре.
Вообще-то, она была белой… когда-то. Но в позапрошлый Новый год мои подружки её случайно постирали с цветным бельём и, чтобы скрыть следы преступления, решили быстренько перекрасить. С тех пор этот «монстр» цвета фуксии с амбициозной надписью на груди «Я совершенство» стал не только моей любимой домашней одеждой, но и чем-то вроде символа удачной вечеринки.
Погодным же условиям в моём нынешнем облачении соответствовали только тёплые тапки а-ля унты, напоминавшие валенки на резиновой подошве. Довольно увесистой, кстати.
Эх, если бы эта подошва ещё не скользила так на расчищенной трактором дороге...
С другой стороны, меня хотя бы не шатало, как алкаша-соседа, улепетывающего от погони по сугробам. Так что шанс догнать этого паразита всё-таки был.
Догнать, настучать по башке за кражу, а главное — отобрать тазик с холодцом!
Ну… не совсем тазик — просто большую такую миску, но это ведь не повод всяким ворюгам на неё покушаться. Я полночи вчера провозилась с готовкой! Сдуру пообещала девчонкам традиционную закуску к столу. А этот хмырь покусился на святое!
Почувствовав очередной прилив сил и злости, я взмахнула сковородой (надеюсь, воинственно), чтобы удержать равновесие, проехавшись по присыпанной снегом ледяной тропинке, после чего, выругавшись, ускорилась.
Холодец сам себя не догонит — надо поторапливаться.
На кой чёрт меня дёрнуло предложить Аришке устроить незабываемый девичник в деревенском антураже? Сходили бы в клуб, как все нормальные люди: выпили, потанцевали… мужской стриптиз посмотрели. Так нет же! Экзотику нам подавай!
Одна экзотическая морда как раз впереди и маячит, виляя задом. На нечёсаной голове меховая ушанка, подтяжки штанов поверх майки напялены, а куртка того… тю-тю — я ее в самом начале забега с этой падлы сорвала, пытаясь его поймать. Но Шурику мороз тоже оказался не страшен, раз на кону закуска.
— Стой, козлина! — снова завопила я и… всё-таки шлёпнулась.
Перекувырнулась, прижав к животу сковороду. Вокруг на мгновение потемнело — головой я, что ли, долбанулась? — а потом замельтешил и осел поднявшийся в воздух снег, и кто-то громко выругался. Слова звучали незнакомо, но по интонациям сразу было ясно, что это мат.
Открыв глаза, я пару раз ошалело моргнула и уставилась на странного типа с моим тапко-валенком в руках.
Бледная рожа, тёмные волосы (кажется, раза в три длиннее моих), злые прищуренные глаза неожиданно красного цвета и костюмчик а-ля пижама графа Дракулы — чёрненький такой, шёлковый с красными вставками. А из свежей раны над бровью капает кровь.
Я на костюмированную вечеринку попала, да?
А куда? Почему баба Нюра не сказала, что тут не только мы празднование замутить решили, а ещё и эти… этот, то есть. Уж первая сплетница на деревне точно бы о таком проболталась. Не каждый день в этом захолустье компании городской молодёжи собираются. И даже не каждый год.
— Э-э-э… здрасьте! — поприветствовала я брюнета, пытаясь выбраться из… стоп!
А где сугроб? И соседа Шурика не видать. Да и деревня куда-то пропала тоже! Я что… сознание потеряла, и меня перенесли в какой-нибудь заброшенный дом или даже храм?
Свет канделябров выхватывал из темноты кучи хлама и мебель: длинный стол с креслами в торцах и двумя нестройными рядами высоких стульев — таких, как в баре обычно ставят у стойки. Парочка из них валяется на боку, один и вовсе перевёрнут.
Что за мамаево побоище тут прошло?
Одно ясно — это точно не храм. Скорее, особняк. Причём довольно большой и, вероятно, старый. Возможно, он на реконструкции. Хотя, судя по царящему кругом беспорядку, просто заброшен. Какой-нибудь местный дом ужасов, где по легенде бродит дух мёртвой ведьмы?
Ну… или ведьмака, м-да.
Окна какими-то линялыми полотнами занавешены. Высокие такие, стрельчатые — в два (если не в три) моих роста. На каменном полу причудливый узор, на стенах… а чёрт знает, что там на стенах. Вроде бы портреты какие-то висят, но света катастрофически не хватает, чтобы их подробней рассмотреть.
Только Дракулу и видно в рыжеватых отблесках пламени. Стоит, будто памятник себе любимому, смотрит на меня исподлобья и молчит.
Очевидно, он меня сюда и принёс с улицы. И я бы даже его поблагодарила за заботу, но… почему этот странный тип сгрузили меня прямо на пол? До дивана было не дотащить? Разве с девушкой так поступают? Тем более, с пострадавшей.
Как-то сразу стали ощутимы и холод каменных плит, на которых я сидела голыми ногами, и отсутствие верхней одежды и, главное, нехватка «валенка». Счастье, что хоть сковорода по-прежнему в руке была — пальцы я даже в отключке, похоже, не разжала.
— Вы бы не могли…
Я замялась, не зная, что сначала попросить у незнакомца: руку, чтобы подняться, или тапку, чтобы обуться. И стоит ли с ним, вообще, разговаривать или надо вскакивать и бежать, сверкая пятками, из этого мрачного дома, который всё больше напоминает логово маньяка.
Зачем-то же Дракула меня сюда приволок. Сомневаюсь, что по доброте душевной.
Пока обдумывала ситуацию, брюнет убедил меня в своих дурных намерениях окончательно. Отшвырнув в сторону мой «валенок», этот хрен в странном костюме подошёл ко мне, презрительно хмыкнул и… попытался поднять меня самым бесцеремонным способом — за шкирку.
Я чуть не сверкнула кружевным бельём, когда футболка поехала вверх вслед за его ручищей.
Едва удивление, больше похожее на офигение, сменилось яростным возмущением, я, громко взвизгнув, саданула красноглазого придурка сковородой по… не знаю, по чему, ибо из-за футболки, которую он чуть с меня не снял своим «благородным» поступком, было плохо видно.
Итог — ещё одна порция мата на иностранном языке от спасителя, то есть, похитителя, и… вожделенная свобода! В рамках тёмного грязного зала, конечно же.
Кое-как поднявшись без чужой помощи, я побрела искать в куче сваленных на пол книг свою тапку, на ходу отмечая, что для заброшки тут подозрительно много приличной мебели, да и интерьер, если почистить, весьма недурён. Канделябры, опять же… Большие, ажурные. Явно дорогое удовольствие! И свечей в них полно, только не все горят.
Хм… Может, это какое-то тайное место для жертвоприношений? А я — та самая курица, которой скоро планируют свернуть голову? Стало сильно не по себе.
Замедлив шаг, я повернулась и покосилась на потирающего ушибленное плечо Дракулу, по лицу которого стекала тёмная струйка крови. Из брови к подбородку, расчерчивая щеку.
Бр-р-р!
Он точно маньячина! Ещё и смотрит на меня так, будто, правда, жаждет отведать моей кровушки.
Перехватив поудобней сковороду, чтобы, если вдруг нападёт, было чем отбиваться, я с вызовом поинтересовалась:
— Ты кто такой?
ГЛАВА 2
Валентайн де Грир
Никогда ещё я так быстро не трезвел! Высшего в принципе сложно по-настоящему одурманить, наша кровь с лёгкостью «переваривает» любые яды, что уж про банальный алкоголь говорить. А перспектива получить вместо грязного, но целого замка руины — отличная причина прочистить мозг.
Да и странность происходящего озадачивала.
Дело было даже не в сковороде с нелепым сапогом, которыми меня приложила эта ненормальная — за время учёбы и работы всякое случалось. Один раз даже кастрюлей прилетело… с горячим супом! Ничего, жив пока. Да и удар у демоницы, если честно, оказался слабоват.
Она точно из первого порядка? Внешне на какую-то оборванку похожа. Да и волосы обкромсаны по плечи, словно кто-то мечом отчекрыжил косу. Может, это демон-изгой? У себя там набедокурила, вот её и сослали в наш мир в качестве наказания. И как, интересно, такой экземпляр дом в порядок приведёт?
Подозрительно что-то.
Разглядывая гостью, я коснулся рассечённой брови, не до конца понимая, почему медлит ускоренная вампирская регенерация. Демоница тем временем начала странно приплясывать возле книг, явно ими заинтересовавшись. То присядет, то прогнётся, то с ноги на ногу переступит… гм.
Может, обнаружила что-то полезное для себя? Надеюсь, не сборник боевых заклинаний? Безответственные флаксы могли и этот томик в общую кучу скинуть!
Пока раздумывал, девчонка продолжала двигаться. Медленно так… завораживающе. Или это тьмарка с горючкой моё сознание затуманили? В нормальном состоянии я бы точно так не зависал.
Ножки у демоницы были стройные, как у той куколки с синим блином вместо физиономии, но лицо — слава Ворлаку! — оказалось на месте, а под безразмерной тряпкой дикого малинового цвета обнаружилась ещё и вполне соблазнительная фигурка. Я видел… кое-что. Пока сковородой не приласкали.
И всё равно эта рыжая выглядела странно. Слишком яркая на фоне моего мрачного замка. И слишком спокойная! Явно гадость какую-то замыслила.
Обычный демон бы уже рвал и метал, а эта прохаживается мимо стопок книг и сковороду свою в руке взвешивает, будто к бою готовится.
А ещё поглаживает её длинными, тонкими пальчиками с когтями всё того же малинового цвета, словно любимого питомца ласкает. Собственно, из демонического одни эти когти и были. Даже аура с виду обычная — человеческая. Одеть, причесать и от рядовой горожанки будет не отличить.
Мотнув головой, я нахмурился.
Точно что-то планирует! И вся её хрупкость, мелкость и невинное выражение личика — сплошной обман. Как и аура. Демоны коварны.
А дракону с его чудными идеями крышка!
Впрочем, не до него пока. Так! Что там Ррорк говорил делать дальше? Помнилось смутно. Не иначе как этот хитрохвостый червяк в горючку какой-то дури подмешал. Иначе почему я вообще в идиотском призыве участвовать согласился? Да ещё и слушал вполуха.
Надо срочно закончить привязку. В обычных случаях для этого требуется заклинание (вспомнить бы его без ошибок ещё!) и кровь призванной… гм… особи.
И как её добыть? Куснуть демоницу за шейку? Хм.
Взгляд упал на девичьи ключицы, видневшиеся в широком вырезе малиновой тряпки, отчего я невольно сглотнул, испытав внезапный приступ голода. Редкий случай, когда мне захотелось укусить кого-то самому. Почувствовать губами её нежную прохладную кожу, а потом глотнуть крови, которая наверняка…
«Так, стоп! — Выпав из фантазий, я в удивлении заломил бровь, которая снова засаднила. — Демон! А ты куда?»
Сам факт пребывания рыжей бестии в моём замке уже был чем-то из ряда вон выходящим. И ладно бы, только он. Девица, покружив среди гор книг, схватила свой сапог и тоже решила выйти. А проще говоря — сбежать.
— Куда?! — рявкнул я, рванув за ней.
Нагнал эту чрезмерно прыткую особь на лестнице. Она ожидаемо замахнулась сковородой, но я успел увернуться. Начала сыпать непонятными заклинаниями, через слово поминая какого-то Аришку — может, своего верховного? — но ничего не происходило. Словно магии у неё вообще не было.
Какой-то косяк с призывом? Ограничение сил для безопасности? Или мне просто демон бракованный достался? Если она и по дому работать так же будет — я её к дракону сам отвезу, когда, наконец, спеленаю.
В завершение нашей маленькой потасовки девчонка попыталась меня поцарапать, двинуть коленкой по святому и даже разок укусила!
Укусила?! Меня?! Докатился!
Выругавшись, я обездвижил агрессивно настроенную демоницу и, прижав её спиной к перилам, наклонился, чтобы закончить ритуал, как вдруг она, облизнув губы, на которые случайно попала моя кровь из разбитой брови, скривилась и на моём родном языке выдала:
— Ну и гадость!
А я замер, продолжая удерживать бесовку, и, как зачарованный, уставился на её губы. Красивые, сочные, в меру полные, с алой капелькой, притаившейся у левого уголка.
Качнулся вперёд, не отдавая себе отчета, и тут же схлопотал отрезвляющий удар сковородой по ноге. Места для замаха у рыжей драчуньи не было, вот она и решила тупо ткнуть в меня своей чугункой.
— Твою ж вену дырявую! — Я силой вырвал проклятую сковороду из девичьих пальцев и швырнул вниз — проехав по каменным ступеням, она с грохотом врезалась в стену. Надо было раньше отобрать кухонный инвентарь. Но нет, решил помягче обойтись — не иначе как на безобидную внешность среагировал.
Демоны — они такие. Многоликие твари! Лживые насквозь! Наверняка специально такой вид приняла — бдительность усыпляет.
— Мой маникюр! — взвыла демоница.
А не фиг было сковородками размахивать.
Ворлак всемогущий! Как Ррорку удалось убедить четырёх умных мужиков с нехилым жизненным опытом за плечами призвать для наведения чистоты инфернальную тварь?! Дракон точно нас чем-то опоил под прикрытием тьмарки. Да и у горючки, если подумать странноватый вкус был.
При следующей встрече побрею гада! А чешую его потом на бусы модницам продам. Червяк облезлый, интриган недощипаный!
— Я с похитителями не целуюсь! — вырвал меня из кровожадных мечтаний голосок демоницы… на губы которой я опять уставился. Может, в горючку было добавлено приворотное?! — Особенно с незнакомыми! — припечатала она.
— Валентайн де Грир, князь северного клана, — представился машинально. Совершенно ни на что не намекая. И зачем-то добавил: — А обычно знакомые похищают?
— Не граф Дракула? Удивительно, — нервно усмехнулась девица, пытаясь от меня отстраниться. Хотя куда? За спиной перила, ниже — лестничный пролет. Но гибкости ей, конечно, не занимать… — Может, уже отпустишь и поговорим? — предложила пленница, признав поражение.
— Хорошо, — охотно согласился я, мысленно прикидывая, её уже безопасно отпускать или пусть ещё остынет.
У демонов всегда есть какой-нибудь козырь в рукаве.
Лариса Осинская
— Ты — моя новая домработница! — в третий раз повторила наглая вампирская морда, исподлобья глядя на меня.
Я же с умильной улыбкой рассматривала разноцветных пушистых зверушек, похожих на обезьянок, которые прыгали по суровому с виду хозяину, как котята по моему папе. И папа тоже был тем ещё букой, но котики — это же как маркер! Мужчина, позволяющий проказливой мелюзге вить из себя веревки, просто не может быть злым, какие бы грозные рожи он тут ни корчил.
Зверьки, именуемые флаксами, были очаровашками, в отличие от зануды владельца, — с большими жёлтыми глазами, длинными когтистыми лапками, ещё более длинными хвостами и милыми маленькими ушками. Руки так и тянулись потискать.
Вампир, если честно, тоже был ничего такой. Внешне. Вернее, ого-го какой парень — круче любого актёра или фотомодели, но… воспринимать его как мужчину не получалось. Скорее, как красивую картинку. Эдакий оживший постер. Ещё и тугодум!
Вбил себе в голову, что я ритуальные пляски возле книг устраивала, а я просто тапку искала, которую он туда зашвырнул. Да и с остальным тоже сплошные вопросы. С его остальным, а не с моим. Со мной то всё предельно ясно — влипла я, причем по крупному, но есть хороший шанс вернуться домой, если «постер» во мне окончательно разочаруется.
Есть же?
— А старая домработница куда делась? — спросила я, окончательно осмелев.
— Съел! — рыкнул хозяин иномирного замка. Это ж как он так умудрился? Ни одной буквы «р» в слове нет!
— Вкусная была? — поддержала шутку я.
Ответом мне стало глухое рычание. Надо же, какой нервный! Прямо сочувствую его клану, если, конечно, он про князя не приврал.
Хм, он точно вампир а не оборотень? Или, может, чудовище из сказки про красавицу. Представив эту картинку, я хихикнула. Уже не так нервно, как некоторое время назад, когда Валентайн объяснял мне, где я, кто и почему. Верить не хотелось, но замков в маленькой деревушке стопудово не было — значит, доля правды в словах господина де Грира точно была. Насчет всего остального я могла бы поспорить.
Ведьмой меня пару раз называли, конечно, стервой ещё и рыжей бестией, но чтобы демоном первого порядка… гм. Этот хмырь с «котиками» явно что-то напутал. Да и в домработницы я к нему не нанималась. Тоже мне… эксплуататор клыкастый!
Ещё про привязки какие-то без конца вещает, уверяя, что он вовсе не поцеловать меня на лестнице пытался, а закончить ритуал. Для наглядности даже кровь мне пустил… аккуратненько и не больно. Слизнул каплю и подобрел. Пока не понял, что я вовсе не собираюсь ему прислуживать. Тем более, бесплатно.
— Ты обязана мне подчиняться, демоница! — Вот! Опять бушует. Я невинно хлопнула ресницами, украдкой подмигнув бирюзовому пушистику, который как раз влез к хозяину на голову, превратив напряжённую сцену в комичную. — А ну, встань! — потребовал Валентайн, гипнотизируя меня взглядом. Хотя какой он Валентайн? Валик! Или Валька, в крайнем случае — Валь! Особенно когда вот так вот таращится, ожидая послушания. Ну… пусть ждёт! Я продолжила сидеть, сложив на коленях руки. — Усни! — Вскинула вопросительно бровь. — Подойди ко мне, — менее уверенно произнес вампир.
И я с радостью подошла… но только для того, чтобы забрать флакса, который давно уже тянул ко мне лапки, всем видом показывая, что хочет познакомиться поближе.
— Вот тухлый гоблин! Не работает, — досадливо сплюнул Валь. — Что же ты за демон такой? Амагик?
— Агностик. И я не демон, а бухгалтер. Впрочем, бухгалтерия наша — тот еще портал в ад, — поделилась мыслью, снова усаживаясь.
— Хаяйка? — пискнул зверёк вопросительно.
Мамочки, они ещё и говорящие! Чую, когда домой из этого бедлама свалю, парочки питомцев кое-кто не досчитается!
— Какая ещё хозяйка? — мигом взбеленился вампир.
А вот мне предположение флаксика понравилось. Точно утащу! В качестве компенсации за потрёпанные нервы, поцарапанную шею, сломанный ноготь и прочий ущерб.
— Сямка хаяйка! — пояснил ещё один пушистик — розовый в серую крапинку, запрыгивая ко мне на колени.
Это меня сейчас самкой обозвали? Да ещё и самкой хозяина? Вот этого вот неадеквата с красными зенками?
Обидеться не успела, Валик «перевёл»:
— Какого ещё замка? Какая хозяйка?
— Как какая? Голодная! — заявила я. Есть и правда хотелось — у меня на нервной почве всегда так. Счастье, что метаболизм хороший — а то бы была я не худышкой, а пышкой. — На замок не претендую, но… У вас тут гостей кормить вообще принято? И мне бы это… — я вытянула вперёд голую ногу и описала стопой круг, — штаны какие-нибудь, а то под футболку задувает.
Судя по выражению княжеского лица, выдать он мне был готов исключительно крысиного яду и верёвку, чтобы на ней повесится. Валь даже рот открыл, чтобы высказаться, но тут перед ним из ниоткуда выскочила маленькая, как-то нервно пульсирующая красная искра. Почему-то напомнило мигалку на крыше скорой помощи. Только сирены не хватало.
— Вот гнилая кровь! — выругался вампир. — Значит так, демоница, мне сейчас некогда тебе мозг вправлять. Вот тебе ключи от кладовой, — рядом со мной, подняв столб пыли, придиванилась увесистая связка. — К моему возвращению приготовь поесть! И хотя бы начни уборку. И учти, повредишь мой замок или кого-то из обитателей, я тебя и в «бахалтерии» твоей достану! Тьфу, ну и названьице, язык сломаешь. И никакой Аришка не спасёт.
С этими словами Валик начертил в воздухе какую-то загогулину и исчез.
Не поняла, а Аришка-то ему чем не угодила?
Ну да чёрт с ним! У меня пока есть задачи поважнее. Что добывать сначала: еду или одежду — вот в чём вопрос!
— Кусять? — пискнул розовый зверёк, подёргав меня за футболку.
Вот же прелесть шепелявая! Укусить хочет... А кого? Меня? Не такая уж он и прелесть тогда.
— Зачем меня кусать? — насторожилась я.
Бли-и-ин! А вдруг у этого кровососа и питомцы под стать? С голодухи набросятся всей разноцветной стаей и загрызут, как пираньи. Что, если прежняя домработница именно так и канула в небытие?
А я ещё одного троглодита, под милашку маскирующегося, к груди прижимаю. Сейчас ка-а-ак вцепится в шею, а у меня ни пластыря, ни вакцины от бешенства… Остальные, смотрю, тоже подбираются — окружили, как бандерлоги Каа, глазюки таращат.
— Не кюсЯть, а кУсять! — возмутился заподозренный в покусительстве на мою кровушку бирюзовый. — Ета!
— Эта?! — дёрнула глазом я.
Зверёк зафырчал и скорчил умильную рожицу, наверное, призванную демонстрировать недовольство.
— Камить! — опять влез в странную беседу розовый.
Остальные пока помалкивали.
— Хамить?
— Няс камить! Ета! — попытался внести ясность бирюзовый.
— Ета-а-а! — вдруг запищала вся свора хором. А жёлтый в первом ряду ещё и когтистым пальцем в рот себе потыкал, показывая, что голодный.
— Ах, еда! — наконец-то допёрла я. А ещё Валика тугодумом обзывала. — Вы некормленные, что ли? Ну, ведите тогда на кухню!
Идти, к счастью, оказалось не так уж и далеко. Я на всякий случай, кроме родной сковородки, прихватила с собой свечу с каминной полки, но она не пригодилась. В пыльных коридорах с ободранными обоями по мере нашего движения сами по себе загорались какие-то кристалы, вмонтированные в стены, а в просторном холле вспыхнула покосившаяся люстра. Неимоверно грязная!
В целом видок у замка был такой, что я бы на месте Валика не домработницу похищала, а сразу клининговую компанию. И к ней бригаду дезинсекторов — не удивлюсь, если в этих залежах хлама что-то посерьёзнее клопов завелось.
А кухня…
На большом обеденном столе, стоявшем в центре помещения, виднелся расчищенный крохотный пятачок — едва под пару тарелок пригодный. Всё остальное было заставлено пирамидами из грязной посуды. У этого клочка относительной чистоты стоял стул.
Ещё одна гробница фараона возвышалась в раковине. Рабочие поверхности покрывал толстенный слой пыли, кое-где потревоженный следами когтей. А под огромным, почти во всю стену, окном с мутными стёклами ютилось и вовсе возмутительное. Там стояла длинная узкая миска, заваленная какими-то мелкими гниющими фруктами, над которыми зависло целое полчище плодовых мошек.
— Это что... ваша еда? — выдохнула я в офигении.
Ну, Валик! Зоозащитников на тебя нет! С осиновыми кольями и чесночным соусом!
ГЛАВА 3
Лариса Осинская
Конечно, я не собиралась горбатиться на клыкастого эксплуататора, но… Как не покормить голодных малышей?
Первым делом убедилась, что водопровод работает. На удивление даже горячая вода была в наличии. Содержимое раковины сгрузила на один из рабочих столов. Гнилые фрукты перекидала в большую кастрюлю, подождала, пока туда же устремится тучка насекомых, и закрыла крышкой. Миску тщательно вытерла мокрой тряпкой — кажется, когда-то это было полотенце.
А уже после всех этих манипуляций потопала пугаться содержимым кладовой, дверь в которую была прямо тут — напротив входа в кухню. Нужный ключ отыскала с трудом, зато замок открылся без проблем — сразу понятно, что им регулярно пользовались.
Вопрос только, от кого Валик припасы запирает? От флаксов, что ли?
Внутри оказалось на диво чисто. Но пирамиды Хеопса имелись и тут — из коробок и ящиков. Большая корзина со свежими фруктами стояла у самой двери, а вот дальше тянулись высоченные стеллажи, буквально забитые всякой всячиной. Словно и не кладовая это, а склад. Причём кладовщик местный явно спятил и перетасовал товар от фонаря.
Ну или просто кто-то не особо умный, принося припасы, заталкивал их как попало.
А может тут обыск проводили? Разыскивали совесть, давно припрятанную за ненадобностью?
Корзину я выволокла на кухню, дотащила по полу до окна и часть фруктов сгрузила в миску. Потом отправилась искать еду себе. Дверь в кладовую предусмотрительно подпёрла стулом — а то мало ли, захлопнется, и застряну там.
Кругом высились коробки без опознавательных знаков, большие банки с непонятным содержимым — короче, ничего знакомого на вид.
Может с пушистиками рацион разделить? Хотя хотелось бы чего-то поосновательнее, чем нечто зелёное, напоминающее киви, только раза в два меньше размером. Перед глазами то и дело всплывала миска с холодцом. А ещё представлялось, как его нагло трескает ворюга-сосед — злило неимоверно.
Наконец, в дальнем углу, за кадкой с нарисованным на ней головастиком я узрела что-то знакомое: лучших, после пельменей, друзей холостяка — яйца! Вот только размер у них был совсем не куриный.
— Драконьи, что ли? — спросила я. Вслух, потому что писки флаксов с кухни едва доносились, и тишина действовала на нервы.
Ответа, естественно, не ждала, но…
— Деликатесов не держим! — раздалось сзади.
Я взвизгнула от неожиданности, резко развернулась и… заорала как резанная. А ещё шарахнулась и впечаталась в стеллаж так, что он зашатался. Хорошо ещё, что свалившаяся с верхней полки коробка каким-то чудом пролетела мимо моей рыжей макушки. Только по плечу чуть полоснула, но я даже боли не ощутила.
Как-то не до царапин, когда в шаге от тебя болтается в петле труп с высунутым языком.
Я бы, наверное, так и вопила, пока не охрипла, если бы не флаксы. Они ворвались в кладовую всей стайкой. Жёлтый, ловко вскарабкавшись по пирамиде из ящиков, запрыгнул ко мне на плечо и швырнул фруктом прямо с мерзкую синюшную рожу повешенного.
Надгрызенный снаряд угодил прямо в глаз и… пролетел сквозь него.
Только тут до меня дошло, что покойник полупрозрачный. Привидение?
— Поваль! — пискнул мне в ухо флакс, и я, наконец, заткнулась.
— Повар? — переспросила, не совсем уверенная, что верно поняла.
— Какой я тебе повар? — вдруг открыв глаза, возмутился повешенный.
— М-м-мёртвый? — слегка заикаясь, предположила я.
— Я маэстро кулинарии! Я творец! Я виртуоз! Я всемирное светило! Я…
— Дежурный по кладовке? — Клянусь, не хотела хамить, но нервы сдали.
— Ну, и это тоже, — обиженно буркнул призрак.
Верёвка и синюшность исчезли, и теперь он просто висел передо мной в воздухе. Совершенно обыкновенный полный мужчина предпенсионного возраста. Разве что самую малость прозрачный.
— Так что насчёт яиц? — осмелела я. — Реально драконьи?
— Чтобы добыть драконьи яйца, девушка, надо сперва убить дракона. А это, знаете ли, дело опасное.
Вспомнился анекдот про быка и матадора. Я нервно хихикнула и решила вернуться к насущному вопросу.
— Так чьё оно? Людям есть можно?
— Это яйцо крофта — птичка такая, водоплавающая. Всем можно есть.
— Не тухлое?
— В моей кладовой?! — едва не перешёл на фальцет призрак, вибрируя от возмущения. — Да тут трёхслойные чары сохранения свежести, да здесь…
— То есть не тухлое, — перевела на человеческий я, оборвав его вопли. — А молоко и масло у вас имеются? И как с плитой обращаться, не подскажете, маэстро?
Надо было сразу совета спросить, и назвать его, как положено. Доброе слово ж и кошке… тьфу ты — призраку приятно!
Минут двадцать спустя я довольная отвалилась от стола. На сковородке — родной, можно сказать, честно притащенной в чужой мир из дома, — оставалось ещё две трети омлета с беконом, зеленью, сыром и помидорами, но в меня больше не влезло.
Флаксы, слопавшие примерно половину выданных им фруктов, сыто икали, рассевшись прямо на полу. А ещё зевали. Глядя на них, я тоже зевнула. Время позднее, стресс запредельный... утро вечера, как говорится, мудренее.
— Спать? — спросила у пушистиков.
— Дя! — пропищали они хором.
— А где спать, покажете?
Пёстрая стайка устремилась к выходу.
Паранойя побуждала вытряхнуть из сковороды остатки омлета и прихватить её с собой — мало ли, кто в этом бедламе ещё водится кроме зверьков, привидений и их психованного хозяина, — но выбрасывать еду я не привыкла.
Немного поразмыслив, накрыла недоеденное тарелкой, а в качестве средства самообороны отломала ножку у одного из табуретов. Пришлось попыхтеть, правда, но зато с этой импровизированной дубинкой я чувствовала себя куда уверенней.
Валентайн де Грир
С работы удалось вырваться под утро. И ладно бы что-то интересное, так нет же — меня обязали срочно сочинить отчёт в министерство. А всё потому, что одна старая кошёлка пожаловалась королю, что дело о краже у неё любимой собаченции к рассмотрению не приняли.
Вот не хватало нам только такой ерундой заниматься! Ещё и когда голова занята демоницей, громящей мой дом! В результате полночи провёл, подбирая цензурные слова для нецензурных мыслей.
В родовое гнездо ввалился усталый, как шахтовый червь, который тройную норму туннелей прогрыз. Портал открыл на дорожку перед центральным входом — хотел сперва снаружи возможный ущерб оценить.
С виду замок был цел: крыша на месте, окна тоже, трещин новых вроде бы не добавилось. В холле тоже ничего не изменилось — никаких следов наведения порядка, но и разрушений тоже нет. А с кухни… оттуда тянуло чем-то вкусным.
Аж желудок свело от предвкушения, хотя внутренний голос и вопил: «Не доверяй этой шельме!»
Да куда там! Я как под гипнозом шёл на запах.
На расчищенном обеденном столе обнаружилась печально знакомая сковорода, а в ней… Что это было, я толком не понял — проглотил, не успев даже распробовать. Наверняка рыжая бестия свою стряпню чарами приправила!
Ну, или я просто зверски проголодался.
Было вкусно, но мало. Пришлось ещё выхлебать полбутылки искусственной крови, чтобы насытить желудок. Но… начало положено! Может, не такая и плохая была идея демона вызвать? Пусть даже мне достался дефективный экземпляр.
Уставший, но, в принципе, довольный, я добрёл до спальни, обнаружил там обожравшихся питомцев, что было понятно по их раздувшимся брюшкам и умильным рожицам. Вся разноцветная стая привычно дрыхла на диване. Окончательно успокоившись, я тоже рухнул — в кровать.
Спать! А с демоном разберусь завтра — как пить дать, её маэстро в кладовой своей запер, не часто к нему живые заглядывают. А поныть и побахвалиться он любит.
Лариса Осинская
Очнулась я от холода. Не только от него. С одной стороны, было чувство, что меня кто-то нежно обнимает сзади, в то время как я так же нежно прижимаю к груди осиновую дубинку, с другой — что я в морозильнике.
Допетрив сонным мозгом, что обнимающий морозильник — это из области фильма ужасов или морга, что тоже не сильно радостно, я резко открыла глаза и прислушалась. А заодно и присмотрелась, принюхалась — короче, врубила все органы чувств, пытаясь сориентироваться в темноте и да… в холоде.
Вот только в спальне (в довольно чистой, кстати), где я уснула, по-прежнему было тепло. Но за спиной, вплотную прижавшись ко мне, лежала длиннющая анти-грелка, и идея с морозильником в человеческий рост заиграла новыми красками.
Чёрт! А я, грешным делом, подумала, что, стукнувшись головой, отключилась в сугробе, и вся эта чехарда с вамиро-демоно-флаксами мне тупо приглючилась.
Окончательно убедившись, что меня обнимает хозяин замка — по руке его с крупным перстнем вычислила, по длиннющим волосам, окутавшим нас, точно покрывалом, и по запаху… характерному такому, его личному. И нет, я не про мужской пот, табак и перегар. Этот пах… ммм… утончённо, но не женственно. Привлекательно для меня, хотя и не знаю — чем.
Да какая нафиг разница, как именно я определила, что это он! Интуитивно, вот! Тут, кроме долговязого тирана, уверенного в моём демоническом происхождении, и разноцветных пушистиков, только залежи грязи, а она не пахнет так притягательно и не обнимает так нежно, и…
Так, стоп!
О чём я думаю, когда мужик ледяной и не двигается? Совсем кукушечка того… отлетела. От переизбытка фантастической фигни, которая продолжает со мной происходить.
Ведь красноглазый похититель не в чём неповинных девиц, кажется, того… окочурился. В моей постели! И я лежу на огромном ложе не с морозильником, а с трупом… в ворохе одеял, в которые, помнится, закопалась, приняв ванну, куда, как и в спальню, попала с лёгкой руки (то есть, лапки) пушистых гидов. Кстати, а где они? Хотя лучше не надо их, никого не надо.
Вдруг решат, что это я вампира укокошила?
А может, правда, я? Остатками омлета траванула. Или палочкой своей осиновой во сне случайно задела, а кровососы же не любят осину! Да, нет? Или это какой-то другой вид кровососов. Он же говорил, что не только кровью питается. Ещё и требовал от меня ужин.
Вот и… дотребовался. А нефиг было жрать, что плохо лежит! На омлете не подписано, что он для князя.
Дело точно в том странном яйце. Не стоило доверять призраку повара. Вдруг он так отомстил тирану-хозяину моими руками?
С другой стороны… Разве стал бы Валик в своей кладовой хранить что-то для него ядовитое? И почему я, вообще, так уверена, что князь на недоеденный ужин покусился? Опять интуиция?
Или я просто, сама того не осознавая, специально слишком много приготовила в расчёте на вампира? И размер основного ингредиента не оправдание — могла ведь и выбросить часть. А я всё поджарила, да ещё и так приглашающе на столе оставила.
И всё же… Что делать-то?
Понятно, что для начала выбираться из объятий этого «Деда Мороза». А то так можно воспаление не только лёгких заработать, но и всего тела сразу. И нацепленный поверх родной футболки мужской бархатный халат не спасёт.
Как чуяла, то надо было пижамные штаны, найденные в комоде, тоже нацепить. Но не стала, поймав ассоциацию с трусами-семейниками. Да и в ворохе одеял жарко же было!
Пока не явился Валентайн.
И тут меня осенило — он же носферату! А что я знаю про графа Дракулу? Правильно! Вампир и есть труп. Только живой. И не зомби, а разумная нежить... Нечисть... Хрень, короче, ходячая. Спит в гробу, боится солнечного света и — этот конкретный — ещё и засирает замок в свободное от работы время.
Вывод — холодным быть для живого мертвеца нормально. Окажись он тёплым — это было бы странно. Да! Точно! Или всё-таки нет? Когда к перилам меня прижимал, помнится, вполне себе тёпленьким был. Горячим даже. Хм.
Валентайн де Грир
Очнулся оттого, что кто-то тыкал мне в плечо чем-то твёрдым. Внушительным, судя по ощущениям. Да и не уютно вдруг стало, будто из рук ускользнуло что-то теплое, местами мягкое и такое нежное — одним словом, приятное.
Сплю я обычно как убитый — флаксы могут прыгать по мне часами, выпуская коготки, я даже не почувствую. А тут вдруг раз — и почувствовал: как отсутствие приятного в моих объятиях, так и раздражающие тычки… эээ… ножкой от табурета?!
Первая и самая логичная мысль