Купить

Ведьма выберет сама. Анна Неделина

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

В Темном лесу вакансия: нужна ведьма. Вот только не каждая претендентка справится с возложенными обязанностями. А Света и вовсе жила в другом мире и о такой причудливой должности знать не знала. Однако оказалась в Темном лесу и никто не спешит отпускать ее домой. Придется как-то обустраиваться.

   Отныне Света - помощница будущей лесной ведьмы, которой еще только предстоит пройти все необходимые испытания. У работодательницы непростой характер и амбиций через край. Света постепенно вынуждена знакомиться с новым миром и его обитателями. Среди которых есть и лешие, и оборотни, и колдуны. И как в таком окружении не нарваться на приключения? Практически невозможно!

   

ГЛАВА 1. Огонь в лесу

Погода была отвратительная, ветер задувал в лицо, в сапоге хлюпало. Я мерзла все сильнее, а до дома оставалось еще два квартала… Зато там горячий чай. С засахарившимся медом и сушками. Еще пельмени в морозилке оставались. Я сосредоточилась на позитиве, кутаясь в куртку. Откуда такая метель в марте? В ледяном вихре не видно было ни дороги, ни домов, ни людей. Я даже не могла бы сказать, когда в последний раз слышала шум проезжавшей мимо машины.

   Тени сгущались, и я брела почти наугад. Высунула нос из-под воротника и, прищурившись, попыталась всмотреться в темноту впереди. Фонари не включили, что ли?

   Вокруг высились деревья. Ни одного дома. Я забрела в парк? Но как это получилось?! Не могла же я не заметить арочные ворота и рекламные стенды!

   Я в ужасе представила, какой крюк придется сделать, чтобы добраться наконец до дома.

   Вдалеке завыла собака, протяжно и жутко. Здоровая такая и голодная собака Баскервилей…

   И тут я увидела свет. На автомобильные фары не было похоже, на фонарик или прожектор тоже. Сомнительно, чтобы кто-то решился разжечь посреди парка костер. Может быть, бросили незатушенный окурок в мусорку? Я пошла на свет. Где мусорки – там центральная дорожка в парке.

   Я брела на свет, из последних сил убеждая себя, что мне не холодно, совсем не холодно. Внезапно тени расступились, и я оказалась на поляне, окруженной деревьями.

   Горел, как выяснилось, не костер, а какой-то знак, начерченный на земле. Золотые искры поднимались от него вверх, превращаясь в воздухе в огненный цветок, сплетенный из завитушек. Невероятно красиво и совершенно неправдоподобно. Завороженная увиденным, я не сразу осознала, что больше не одна.

   – Ты откуда взялась? – спросили меня крайне недовольным тоном.

   Справа от меня стояла темноволосая красивая девушка с длиннющей косой, перекинутой через плечо. На незнакомке был коротенький и явно старый клокастый тулупчик поверх красного платья, а на ногах – красные сапожки.

   Рядом с ней обнаружилась еще одна красавица, явно постарше. Лицо этой дамы походило на ледяную маску. И глаза были словно неживые, янтарные, обрамленные черными ресницами. Женщина напоминала больше статую, чем живого человека. Взгляд у нее был такой холодный и властный, что рядом невольно хотелось стать незаметной.

   На женщине было белое платье, украшенное золотой вышивкой по вороту и подолу. Платье было подпоясано витым шнуром, на котором висели металлические пряжки и бусины. Запястья украшали золотые браслеты. На голове – повязан белый платок из тонкой ткани так, чтобы скрыть шею. Сверху платок был прижат золотым обручем, к которому по бокам крепились бисерные нити с украшениями-кольцами. Я не заметила у женщины-статуи тени. Несмотря на легкость одеяния, в отличие от девушки в тулупчике, она не мерзла на заиндевелом воздухе.

   – Ты что, немая? – требовательно спросила девушка и украдкой бросила взгляд на свою спутницу. Та не пошевелилась, но взгляд ее был прикован ко мне, от такого внимания стало неуютно. Казалось, меня читают, как какой-нибудь сайт, открывая вкладки одну за другой. Семейное положение, образование, работа, достижения… Отвратительное ощущение, если честно.

   – Простите, – проговорила я. – Не знаю, как я здесь оказалась.

   – Лес тебя сюда привел, – произнесла женщина, и голос ее был – как холодная река. Звучный и властный, сковывающий волю. И такой выразительный, что я даже уловила, как она выделила слово «Лес». Вот прямо с большой буквы произнесла. И добавила: – Здесь и сейчас не может быть никого, кроме ведьмы Леса.

   – Я не ведьма, – проговорила я. Прозвучало донельзя глупо.

   – Конечно, нет! Потому что ведьма – это я! – взволнованно выпалила девушка и снова посмотрела на золотоглазую.

   – Первое испытание пройдено, – проговорила та. Девушка победно взглянула на меня. Однако, как выяснилось, речь еще не была завершена: – Но случайностей в такую пору не бывает, Любодара. Раз она здесь, значит, так суждено.

   – Что-о?

   Может, это возмутилась девушка в тулупе, а может – я сама. Женщину наши эмоции не тронули.

   – Лес тебя сюда привел, – повторила она, взглянув на меня. – Значит, ты должна быть здесь.

   Я растерянно таращилась, силясь понять, что тут вообще происходит. Я должна быть в лесу? По-моему, похоже на похищение.

   – Но ведьма я, – пробормотала девушка уже не так уверенно.

   – Испытание пройдено, – повторила женщина безразлично.

   – Двух ведьм отродясь не было!

   – И не будет.

   – А нельзя меня вернуть? – спросила я, не особенно заинтересованная их перепалкой.

   Я еще не слишком задумывалась над значением этого «вернуть». Откуда, куда…

   Я просто знала, что не хочу быть здесь и сейчас на этой поляне. Домой бы мне, к чаю и сушкам.

   – Не стану перечить воле Леса, – женщина покачала головой и внезапно отвела взгляд, как будто солгала или утаила часть правды. Ситуация стала вдвойне напоминать похищение.

   – И что теперь делать? – вмешалась девушка в тулупе.

   – Не моя забота, – сообщила женщина и повела плечом. – Я и так задержалась. Лес выстывает.

   Девушку такой ответ точно не устроил, но возражать она не решилась.

   – Благодарю за то, что не оставила, – она неожиданно поклонилась низко-низко, чиркнув тыльной стороной ладони по земле. Выглядело это диковато, но женщина и бровью не повела. Молча развернулась и направилась во тьму.

   – Эй! – возмутилась было я, но тут особенно ярко вспыхнул знак на земле, и все наполнилось звоном невидимых колокольчиков.

   Я на мгновение ослепла, а когда проморгалась – не поверила глазам: в зеленых кронах мощных деревьев шумел ветер, где-то засвистела тонким голоском птица. Стояла по-летнему теплая ночь, крупные звезды густо рассыпались по небу, было достаточно светло. От земли больше не шли искры, знак почернел, обуглился и на моих глазах зарос свежей травкой, еще миг – и проклюнулись мелкие капельки-цветочки.

   Девушка, все еще топтавшаяся неподалеку, скинула тулупчик и посмотрела на меня задумчивым взглядом. Сказала:

   – Пойдем, что ли.

   – Куда? – тупо спросила я, расстегивая куртку.

   – В избу, – хмыкнула она. – А куда ты ожидала попасть? Может, в княжьи хоромы?

   Я бы предпочла домой. Идти куда-то следом за незнакомкой совершенно не хотелось.

   – А к дороге отсюда выбраться можно? – спросила я.

   Я уже смирилась с тем, что на парк то место, в котором я оказалась, не похоже. Слишком уж внезапно я обнаружила деревья вокруг, будто их включили. А уж смена погоды и вовсе не поддается логическому объяснению. Возможно, у меня травма и мне все происходящее только чудится. На самом деле я стою посреди площади Ленина и хорошо, если не на проезжей части. Или так: я поскользнулась, ударилась головой, каким-то чудом выбралась за город, а встреченные люди просто не поняли, что я не в себе. Решили разыграть, да. Вот прямо со спецэффектами подготовились, ага…

   – Это тебе чем не дорога? – хмыкнула девушка и махнула рукой куда-то в сторону. Я увидела едва заметную тропинку, устремившуюся между деревьями. Странно, что сама девушка явно не собиралась этой тропинкой воспользоваться. Она уже даже шагнула в совершенно другом направлении. Поняв мои сомнения, девушка хмыкнула:

   – У ведьмы свои тропы, не для обычных людей. Быстрее будет.

   Так. Она, в отличие от меня, вовсе не казалась сбитой с толку и нуждающейся в помощи. Да, может, тут у них какой-то квест. Люди деньги заплатили. И знать не знают, что к ним кто-то мог случайно попасть. А лето…

   С летом я пока не разобралась, но отчего-то сохранила уверенность в том, что достаточно добраться до дороги и все станет как раньше. Поймаю попутку и доеду до города. Сумочка при мне, деньги есть.

   – Идешь, что ли? – послышался голос девушки. Она, оказывается, остановилась в нескольких шагах от меня и наблюдала за тем, что я собираюсь делать.

   Я посмотрела на дорогу. По небу стремительно размазались тучи, и стена деревьев прямо передо мной погрузилась в кромешный мрак. Настолько плотный и непроглядный, что я даже не могла понять, есть ли там что-то впереди или, сделав несколько шагов, я упрусь в стену. А может, упаду в пропасть.

   Тут мне почудился хруст ветки. Я вздрогнула, прижимая к себе куртку. А если… если случилось что-то дурное? Если меня похитили, и мое сознание просто борется с ужасом, потому и скрывает правду под фэнтезийным флером? Не то, чтобы получилось слишком логично, но все же – хоть какое-то да объяснение. Я осмотрела себя, но не заметила признаков борьбы, никаких повреждений… У меня был свежий маникюр, который, как я прекрасно помнила, сделан вчера в салоне красоты «Лучше всех». Я не выглядела как жертвы маньяков, которых показывали в кино. Не чувствовала боли. Помнила, кто я, где живу и кем работаю. Вообще, я не могла объяснить только, как очутилась в лесу. Больше в памяти провалов не обнаруживалось. Это, впрочем, не доказывало, что провалов нет…

   Девушка зажгла фонарь… странный такой, дизайнерский: пламя горело над ее ладонью, но никакой подставки или лампочки видно не было. Огонь и огонь, висит в воздухе, следует за поворотом ладони… Удобно.

   «Схожу с ума», – решила я, и эта мысль почему-то показалась успокаивающей. По крайней мере, она объясняла все несостыковки.

   Во тьме вновь что-то затрещало.

   А вдруг волк? Или одичавший пес…

   – Долго тебя ждать? – недовольно спросила девушка. Я не хотела остаться одна в этой неизвестности, поэтому шагнула к ней. Девушка тут же развернулась и пошла вперед, не заботясь о том, поспеваю я за ней или нет.

   Вскоре мы вышли на другую поляну. И, словно по какому-то сговору, тучи разошлись, и я разглядела впереди невысокое покосившееся строение, больше всего похожее на бревенчатую палатку. За время своего явно непростого существования избушка почти до половины ушла в землю, края крыши уже касались земли.

   Девушка отворила дверь и сказала мне:

   – Ну, заходи.

   Она замерла, дожидаясь, пока я переступлю порог не внушающей доверия постройки. Пришлось пригнуться, чтобы не стукнуться о притолоку. Я чуть не упала: пол оказался намного ниже, чем ожидалось, и сразу за порогом была устроена небольшая приступочка. Девушка потеснила меня и затворила дверь. Странный огонек, который по-прежнему горел над ее ладонью, осветил узкие сенцы и маленькую дверцу. За ней-то и обнаружилось жилое помещение. При нашем появлении сама собой вспыхнула лучина в металлической подставке, крепившейся к печи. Этого, вопреки логике, хватило, чтобы сносно осветить всю комнату. Я огляделась, увидела закопченные стены и потолок, как будто в избе кто-то неосторожно играл с огнем. Пол в избушке был земляной, из мебели – только грубо сколоченный стол, лавка да пара больших прямоугольных коробов у стен. К печи были прислонены несколько рогатых ухватов… И все бы ничего, но я не заметила даже намека на трубу. Изба была странной декорацией в игре, которую я никак не могла постичь.

   – Ступай-ка к рукомою, – строго позвала девушка. – Коли переступила порог, надо чужой мир с себя смыть. Печи поклонись, прояви уважение.

   Я вздрогнула. А если этот мир – чужой? Если хочется вернуться в свой? Так, может, правильнее будет не умываться?

   Рукомой оказался глиняным подобием чайника, подвешенным за веревку к перекладине, укрепленной на печи. Вода лилась в деревянное ведро, вместо ручки у которого тоже была веревка.

   – Рукотер держи, – продолжая хмуриться, девушка протянула мне расшитое цветами полотенце. Я автоматически приняла его и вытерлась.

   Девушка махнула рукой, указывая, что теперь можно садиться за стол. Сама же вытащила из печи маленький чугунок, в котором оказалась каша с грибами. Следом на столе оказался еще один чугунок – с каким-то напитком, пахнущим ягодами. Наконец девушка развернула тряпицу с хлебом. Похоже, все, что могла, выставила ради неожиданной гостьи.

   – Ну и как тебя звать? – поинтересовалась девушка.

   – Света… Кхм, Светлана Иволгина. А тебя?

   Собеседница усмехнулась.

   – Ведьмино имя – не для всех, – сообщила она. – Зови меня Куница. Я бы и тебе не советовала всем и каждому настоящее имя называть. Наживешь бед.

   Ну да, сначала узнала имя, а потом сообщила такие подробности. И поучила, и пригрозила одновременно. Мол, ей-то, ведьме, мое имя теперь известно.

   – Та женщина назвала тебя Любодарой, – припомнила я.

   – Все-то ты услышала. Ну, Любой зови. Только не при чужаках... Ты, конечно, не ведьма. Но пока Лес тебя держит… лучше уж выбери себе прозвище. Иволга так Иволга. Ну или как пожелаешь.

   – Пусть будет Иволга, – не стала я спорить. – Зачем Лесу меня держать?

   – Не знаю, – пожала плечами Люба в раздражении. – Есть нерушимые законы, да и войны уже два десятка лет не было. Не нужны две ведьмы. Значит… это проверка такая. Для меня.

   – Для тебя?

   – Ну да, я же хоть и ведьма, но пока еще только набираю силу. Учусь, испытываю свои способности. Ты не подумай, я тебе зла не желаю. Удивилась очень, когда увидела. Прежде не бывало такого, чтобы в обряде участвовали чужачки. Но, видно, госпожа Инеица хотела посмотреть, что я буду делать, если разозлюсь или, хуже того, испугаюсь.

   – Что может случиться?

   – Я же ведьма. Сила моя – в словах. Нельзя говорить в запале то, что потом станет порчей. – Звучало, конечно, довольно бредово, но я промолчала. Люба-Куница добавила: – Ты прости, может, я виновата в том, что ты здесь оказалась. Я проходила испытание и знала, что должна быть осторожна. Госпожа Инеица предупреждала, что пробуждение полной силы может пройти непредсказуемо.

   – Что за испытание? – спросила я. Взвар оказался невероятно вкусным, в нем чувствовался брусничный и мятный привкус. Я, к своему удивлению, быстро успокаивалась и снова принялась оглядываться, уже не с опаской, а с любопытством.

   – Помощника я призывала, – пояснила Люба. – Если силы немного, то ведьма получает ворона или даже жабу. Сильная ведьма может вызвать тень, которая станет верной прислужницей. Не может сопротивляться приказу ведьмы, такова мощь ее слова.

   Я прислушалась к себе.

   – Ну, мне подчиняться не хочется.

   – Так ты и не тень. Сразу видно, что живой человек. Госпожа Инеица сказала, что у тебя тоже есть сила, может, потому ты ответила на мой призыв. О таком я тоже прежде не слыхала… Видно, я совсем уж особенная ведьма!

   Тут Люба улыбнулась. Может, она и хотела обратить свои слова в шутку, но я уловила проскользнувшее в голосе торжество. Ладно, почему бы человеку и не порадоваться собственным успехам?

   – А вернуть меня обратно тем же путем ты можешь? – спросила я. Ну, правда, мне бы хватило и того, что девушка выведет меня все же к трассе, чтобы я могла добраться до города. Я начинала смиряться с мыслью, что со мной случилось нечто крайне странное. В голову лезли нелепые мысли: мол, ничего страшного, с работы меня уволили, никто не хватится, Макс, может, и забеспокоится, только какой резон ему узнавать, как у меня дела? С тех пор как мы расстались, не говорили ни разу. Все выглядело так, будто я готовилась перенестись в эту сюрреалистическую избушку посреди странного леса с неустойчивыми погодными условиями. Сознание мое вроде как раздвоилось. Одновременно с этими мыслями в голове засела и такая: все будет хорошо, утром я смогу найти дорогу в город. А все кругом похоже на фэнтези только потому, что Люба старательно поддерживает образ. Но рано или поздно я подловлю ее на лжи и тогда заставлю признаться, что все происходящее – розыгрыш.

   – Вернуть?.. Сразу после обряда вряд ли получится, силы нужно восстановить, – туманно сказала Люба. И отвела взгляд. Она сама не была уверена в том, что говорила. Вопрос только: сомнения у нее вызывало то, что удастся провести «обряд», или то, что она вообще знает, как отправить меня домой.

   – Да мне хоть своим ходом, – заверила я. Ну, правда, мы не гордые, нам не обязательно ведьмиными порталами до дома добираться. Или как там она представляла себе мое возвращение?

   – Из каких ты мест? – спросила Люба, по-моему, чтобы сменить тему. – Наряд твой больно странный. У нас так женщине и одеться-то срам.

   Ну можно было и повежливей как-то намекнуть. Хотя Люба явно по части намеков не сильна или просто не задумывается о том, что может обидеть человека.

   – Ты, может, травница? – предположила Люба, потому что я медлила с ответом, но тут же сама себе возразила: – Ни сумы, ни ножа при тебе…

   – Я праздничный декоратор… А по специальности – дизайнер одежды. – Люба явно ничего не поняла, но сделала вид, что все в порядке. Я добавила: – Я из Новосибирска.

   – Это в каком же княжестве?

   Княжестве, ага.

   – А какие есть?

   Девушка на полном серьезе принялась загибать пальцы.

   – Рудогорье, Навилес, Ледноречье…

   Ну, понятно, углубляемся в фэнтези.

   – И все прямо княжества, ни одного королевства?

   – Тю, сказала тоже – королевства! Те за морем… Это там нынче такие наряды?

   – Будем считать, что так, – я махнула рукой. Не было у меня ни сил, ни желания спорить и доказывать, что пора прекращать эти игры и поговорить всерьез. Странно, что просить об этом я тоже не стала. Слишком уж потянуло спать.

   – Раз тебя аж из-за моря выдернуло, не удивительно, что переход все твои силы выпил, – догадалась Люба, окинув меня внимательным взглядом.

   Голова моя стала совсем тяжелой… Мелькнула тревожная мысль, что новая знакомая что-то успокаивающее подмешала в чай.

   – Завтра еще наговоримся, – решила Люба. – Ты давай вот что, на ларе ложись, он большой, уместишься. Я тебе постелю, чтобы мягче было.

   Ларь оказался здоровенным деревянным коробом с плоской крышкой. Уместиться на нем я могла, только поджав ноги. Но мне, если честно, было уже все равно. Я даже не запомнила, что еще говорила Люба-Куница. Просто провалилась в сон. Последней мыслью, промелькнувшей в моей голове, было: «Завтра проснусь, и все будет как прежде».

   

ГЛАВА 2. Когда со сказкой сложно спорить

Я открыла глаза в дыму. Дышать было тяжело и пахло гарью. Мелькнула мысль о неисправной проводке. Я всполошилась и едва не упала с кровати. Выдохнула:

   – Пожар!

   Хотя кого мне было предупреждать в собственной квартире, кроме себя самой?

   – Ну и чего орешь? – Люба, окутанная сизой дымкой, обнаружилась у закопченной печи. Она невозмутимо поддела палкой люк в потолке, и дым устремился через открывшуюся щель прочь из избы.

   Я таращилась на девушку, прикрыв рот рукой. Наружу бился кашель, но я зачем-то боролась с собой. На глазах выступили слезы, размывая окружающую действительность. Я зажмурилась, надеясь, что вот сейчас открою глаза и окажусь дома, на своем любимом диване шоколадного цвета, укрытая пледом. Не знаю, что меня все же напугало больше: угроза пожара или то, что после пробуждения я снова обнаружила себя в гостях у ведьмы.

   – Ты что, в барских хоромах росла, не видела, как печь по-черному топят? – спросила Люба. Смотрела она на меня как-то настороженно, даже с некоторой враждебностью. Хотя, может, в моем взгляде тоже сквозила неприязнь, вызванная страхом. Хотелось еще раз зажмуриться и попробовать таки вернуться в привычную реальность.

   – У нас центральное отопление, – сообщила я. Девушка слегка нахмурилась, как делают люди, когда не понимают о чем речь, но не хотят в этом признаваться. В итоге она предпочла перевести тему:

   – Горазда ты спать! Вставай давай, у нас дел полно. И вот что: может, где-то в ваших краях и привычно, чтобы женщина в мужские порты обряжалась, а здесь тебе сарафан нужен, как обычной девке.

   Упреки меня не слишком порадовали, и я раздраженно сообщила:

   – Чемодана с собой не брала, нет у меня сарафана.

   Люба словно только сейчас об этом задумалась.

   – Одни беды от тебя! Дам тебе свою старую одежу, а там поглядим.

   Она принесла мне ворох застиранного тряпья. Я разложила полученное на ларе, чтобы разглядеть: серая сорочка с широкими рукавами из натурального льна, и еще – сарафан, один в один, как у Любы, только без вышивки и желтоватого оттенка… Еще мне выдали веревку. В ответ на мой недоуменный взгляд Люба закатила глаза и помогла подпоясаться. Ну ладно, а то я уже подумала, она на что-то намекает. На сарафане обнаружились две не очень аккуратно пришитые заплаты и пятна на подоле. Похоже, ягодный сок. Заметив, к чему я приглядываюсь, девушка фыркнула:

   – Говорю же, старая одежа! Дай-ка, – она наклонилась, словно собиралась вытереть подолом моего сарафана лицо, что-то шепнула. – Вот и все! Так-то хотя бы не стыдно на люди показаться.

   Люба отошла, и я обнаружила, что пятна как будто побледнели, выцвели и потеряли насыщенность. Надо же, как это получилось? Интересно, а заплаты тоже растворятся, если она пошаманит? Словно угадав, о чем я думаю, Люба проворчала:






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

200,00 руб Купить