Купить

Настоящий принц для снегурочки. Ксения Руднева

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

В сказочный канун Нового года настоящий принц упал прямо к моим ногам, а точнее - выполз к ним из кустов. Не верите? А зря! Я тоже считала его сумасшедшим в историческом костюме и посмеивалась над россказнями, пока лечила от простуды у себя дома. Вот только однажды за прекрасным принцем явились совсем не выдуманные враги, а он сам открыл портал в другой мир. И что мне теперь делать: вздохнуть спокойно или броситься следом?..

   

ГЛАВА 1

– Мама, – устало выдохнула я в трубку и перехватила удобнее пакет с одеждой. – В наше время принцы на дороге не валяются, а все остальные вряд ли такой, как я, заинтересуются – слишком несовременная…

   Телефон еще что-то ворчал маминым голосом, я же еле передвигала ноги и даже не смотрела по сторонам. Разыгравшаяся метель сделала декабрьский вечер молочно-серым, заставила спрятать нос в воротнике и распугала народ. Поблизости никого особо не было, я одна брела дворами домой, надеясь не нарваться на хулиганов. В последние деньки перед Новым годом всем хочется верить в чудо, вот и я решила срезать путь через не самый благополучный закоулок. Зря.

   Костюм снегурочки, который я поленилась снять после трех подряд елок с очень активными детьми, сыграл плохую службу. Видимо, слишком приметным оказался ярко-голубой цвет и серебристые кружева оторочки. Черный короткий пуховик прикрывал наряд лишь до талии, позволяя нижней части комплекта радовать взгляды редких прохожих. Я как раз шагала тропинкой собачников, проложенной за домом, как что-то ухватило меня за подол. Не закричала я лишь потому, что сперва подумала, что это голые ветки кустов зацепили пушистую ткань. И только попытавшись сделать следующий шаг и дернув за юбку, сообразила: природа тут ни при чем.

   В мой сапог вцепилась довольно крупная мужская рука. Манжета, из которой она торчала, была расшита золотой нитью и навевала мысли о старинных костюмах и принцах, их носивших. Совсем некстати я подумала, что кто-то, как и я, просто не стал переодеваться после праздника. Перебрал, наверное, вот и оказался в кустах. Как бы не замерз.

   – Эй? – я потрясла ногой, за которую меня держали. Нет ответа. – Эй, вы там живы? – все то же безмолвие.

   Руку, вполне симпатичную, прямо на моих глазах заметало снегом. Мокрые комочки летели мне в лицо, заставляли щуриться и мечтать поскорее оказаться дома. Мешала чужая конечность, вцепившаяся мертвой хваткой, и шепот совести, увещавшей, что не дело оставлять в беде человека. Я беспомощно оглянулась на стоявший рядом дом. Уютно и тепло светились окна, мигали экраны телевизоров и разноцветные огоньки гирлянд… Там было хорошо и спокойно, а я в тот момент страшно завидовала всем, кто не вынужден содрогаться от холода на темной улице.

   Кусты затряслись. Начали падать с веточек наметенные пухлые шапки, мои колени вторили ходящим ходуном веткам. Телефон, который я все еще держала в руке, не подавал признаков жизни – скорее всего сел на морозе. Людей поблизости не было, а звать кого-то на помощь из соседнего дома не позволило дурацкое воспитание и неуверенность в том, что подмога действительно придет.

   – Мамочки, – жалобно пискнула я, хотя родительница давно уже жила за океаном вместе с новой семьей и помогала разве что нечастым советом.

   – Дева! – из кустов появилась темноволосая голова и окинула меня мутным взглядом.

   – Вообще-то овен, – поправила я невпопад. – Вы меня держите за ногу, – указала на очевидное.

   – Где я? – вместо ответа потребовал незнакомец.

   Понятно. Напился на каком-нибудь корпоративе, и теперь не помнит даже, как его зовут…

   – Еще спросите, кто вы! – рассердилась я. На ситуацию и на мужчину, создавшего ее.

   – А ты своего принца не узнала, дева? Перед тобой Айвэн Стейтон Лэстрий.

   – Своего я бы точно узнала, – проворчала ехидно.

   – Значит, мы не в Винтерии? Что ж, я должен был догадаться. Глупо было сбивать мои координаты, чтобы выбросить меня в моем же королевстве. Представься, дева, и помоги мне!

   – Значит так, Иван! – я сделала голос построже. С этими невменяемыми нужно только так. А молодой мужчина, похоже, был совсем не в себе или под чем-то, потому что его бред на пьяные россказни совсем не похож. И вот любит же сейчас молодежь имена коверкать на западный манер. Как будто от этого они привлекательнее становятся. – Скорую я вам вызвать не могу, телефон сел, – я потрясла темным экраном трубки в доказательство. – Полицию на ваше счастье – тоже…

   – Ты сейчас говоришь бред, – уверенно заявил этот несносный. – Но тебе простительно, не каждый день возле ног простолюдинки принцы валяются. Хотя твоя юбка хороша. Уж не у госпожи ли ты ее украла? Впрочем, неважно, лучше помоги мне подняться. Я не очень хорошо чувствую тело, наверное, при падении что-то повредил.

   – Ты еще из образа не вышел, Ванюша, или праздновать начал раньше времени? – начиная злиться, поинтересовалась я. Тоже мне, подарок судьбы с разбухшим самомнением.

   – Да чтоб тебя, дева! – в тон мне ответил «принц». – И кто тебя научил приказы не выполнять…

   Второй рукой он ухватился за мой левый сапог, кое-как выполз из кустов и попытался вскарабкаться по мне, как по столбу. Я начала по очереди выдергивать свои конечности из наглой хватки, Иван упорно продолжал за них цепляться. Наша борьба продолжалась безмолвно, но усердно какое-то время, а закончилась тем, что я не удержалась на ногах и рухнула прямо на «принца».

   – Ой, – пискнула, когда мое лицо оказалось совсем близко к его. Я смогла различить лучики морщинок, расходящиеся от серых глаз, и поняла, что незнакомец не так молод, как показался вначале – скорее ближе к тридцати.

   – Это ты легенькая, как пушинка, или я окончательно перестал чувствовать свое тело?

   Наши взгляды встретились и, не знаю, как Иван, а я словно приклеилась. Никак не могла отвести глаз от привлекательного лица.

   «А он симпатичный» – подумала мельком. Вот только ресницы совсем покрылись инеем, и губы посинели от холода. Оно и не удивительно – валяться в снегу в одном лишь историческом костюме. Ледяные руки легли вдруг мне чуть ниже талии – туда, где заканчивалась куртка, и сильнее прижали к мужчине. Я поняла, что пора спасать хотя бы свою честь и со всей силы щипнула нахала за бок. Твердый, гад! Еле удалось защипнуть хоть чуток кожи.

   – Ты что творишь, необразованная дева? – искренне возмутился мужчина подо мной.

   – Лиза я, Елизавета, – проворчала, устав от дурацкого «дева». – Проверяю тебя на чувствительность, – пояснила тут же с издевкой.

   – Для этого есть другие, гораздо более подходящие способы, – важно просветил «принц». – Но сейчас, прости, я не в том состоянии… – его глаза начали закатываться, а руки ослабли и сползли с моей талии.

   

ГЛАВА 2

– Эй? – испуганно позвала я. – Иван? Ваня… – завозилась и похлопала по гладковыбритой щеке. Ледяная!

   Еще не хватало, чтобы этот ненормальный тут концы отдал прямо подо мной! Надо было не языками чесать с ним, а поскорее вытаскивать «принца» и отправлять восвояси. На крайний случай попросить кого-нибудь из прохожих вызвать скорую. Теперь-то что делать? И не бросишь ведь… Может, если он живет где-то неподалеку, за родными его сбегать?

   – Вань, Ваня… – принялась я его тормошить. – Где твой дом? Ваня! – в досаде я хлопнула ладонями по широкой груди. Да он атлет…

   – В Винтерии, – не открывая глаз, пробормотал «принц». – Но мне туда нельзя сейчас.

   – Все понятно, – кивнула самой себе и шмыгнула носом. – И вот что мне с тобой делать?

   Оставить – совесть не позволит, к себе тащить страшно. Мало ли кто скрывается под приличной на первый взгляд личиной. Во дворе было все также безлюдно, словно вымерли разом все случайные прохожие. Даже с собакой никто не гулял. Оно и не удивительно в такую погоду. Липкие комочки снега все падали и падали, заметая нас двоих. Весело мигали гирлянды, поздравляя с наступающими праздниками, безуспешно пыталась пробиться сквозь густые молочные облака луна. А во мне зрело трудное решение.

   – Ладно, – кивнула самой себе. – Была не была, все-таки Новый год – время чудес. Давай, Ванька, пойдем в гости, – пропыхтела я, ухватившись за лацканы красиво расшитого мундира – не испортить бы нечаянно – и потянула на себя. Ну и тяжесть! Даже на десяток сантиметров не удалось бугая от земли оторвать. – Ваня, ну же, помоги мне, – потрясла бесчувственное тело, которое с каждым мгновением становилось все холоднее. Либо мне казалось от страха. – Давай, Ванюша, напрягись немного, а то так и останешься в кустах. Ну же. Да что б тебя, Иван! – в отчаянии я стала хлестать его по щекам, шее, груди – в общем, била, куда придется. Старательно. И была вознаграждена за усилия мутным взглядом серебристо-серых глаз.

   – А, это ты, дева… – протянул он сонно и собрался опять отключиться.

   – Ну уж нет! – я двинула кулаком «принцу» в солнечное сплетение. Раздался сдавленный «ох!», но веки Ваньки подскочили наверх. – Давай, поднимайся, в гости пойдем. Рано тебе еще баиньки, – я уцепилась за его руки и потянула.

   – К кому?

   – К снегурочке.

   – Не знаю такую.

   – Еще скажи про Деда Мороза не в курсе, – я не сдавалась и пыталась поднять тяжеленного мужика. Без его помощи выходило посредственно – то есть никак. – Откуда ж ты такой взялся?

   – С неба упал…

   – Это точно, – согласилась с метафорой. – Свалился, как снег на голову… Давай, Ванюша, последний рывочек, и я уложу тебя в теплую постельку. Точнее – диван, но будет уютно, обещаю. У меня плед, знаешь какой? Новогодний, с оленями и елочками… – я болтала, несла всякую чушь, боясь, как бы Иван снова не вздумал отключиться, и попутно помогала ему подняться.

   – А с драконами есть?

   – С драконами только полотенце кухонное, мне Ирина Павловна подарила, соседка моя. Она еще с бабушкой дружила, теперь вот мне всякие сувениры дарит по праздникам – привычка-то осталась. А я для нее в магазин хожу, квитанции помогаю оплачивать. Дракон там зелененький, пузатый такой, тебе понравится. Отлично. Теперь давай, пошагали вон в ту сторону.

   – Пузатый дракон? Да ты бредишь, дева, где ж ты такого видела? – еле ворочая языком, возмутился Ванька. Повис на мне, но все же сделал пробный шаг. Получилось!

   – Да они все такие, особенно в детстве, – пропыхтела я со знанием дела, воодушевленная первыми успехами. Как бульдозер тащила я здоровяка, и, если бы не его посильная помощь, ни за что бы не справилась. Не думала, что взрослые мужчины настолько тяжелые.

   – Маленьких драконов… оберегают почище сокровищницы… так что ты просто не могла ни одного из них видеть… И как представитель одного… из влиятельнейших драконьих родов… могу тебе точно сказать: лишнего веса у нас не бывает в любом возрасте, – «принц», он же дракон, он же Айвэн как-то там говорил медленно, делая долгие паузы, во время которых я больше всего боялась, что он снова начнет терять сознание.

   Поэтому половину фраз пропустила мимо ушей, видя впереди лишь единственную цель – светящиеся окна родной пятиэтажки. Невысокие каблучки увязали в снегу, длинная юбка путалась между ногами, сумка все время съезжала с плеча… От непосильной нагрузки я взмокла практически сразу же. Как в трансе тянула добровольно взятую на себя ношу и мысленно твердила, что скоро это закончится, нужно лишь чуть-чуть потрудиться.

   – А я в год обезьяны родилась, – ответила только для того, чтобы поддержать разговор.

   – Это еще что такое?

   – А, ты не веришь в гороскопы? Я вообще-то тоже…

   Наш разговор был похож на разговор двух иностранцев, которые очень хотят пообщаться, но не понимают языка друг друга. И все же я уверена, именно он нам помог добраться-таки до вожделенной двери подъезда.

   – Фух! – я прислонила Ивана к стене и одной рукой вытащила ключ от домофона. Оставалась мелочь – каким-то образом подняться на второй этаж.

   – Почему в твоем доме так тесно? – возмущался Ванька, чуть ли не на четвереньках карабкаясь наверх. Ну точно – принц! – Ваши строители разучились делать парадные лестницы?

   – За парадными тебе в Питер, тут у нас обычные подъезды…

   

ГЛАВА 3

В мою тесную прихожую мы ввалились одновременно и сразу же распластались на полу, не удержавшись на ногах. Сил после транспортировки не осталось ни у меня, ни у бедового гостя. Пачкая казенный костюм снегурочки, я кое-как доползла до входной двери и закрыла ее.

   – Ванька, ноги подбери, – я попинала торчавшие через порог конечности и только в тот момент заметила, что «принц» обут не абы во что, а в сапоги. Кожаные такие, начищенные до блеска – не чета моим из дермантина. Хотя сейчас он красиво обзывается экокожей, истинной сути это не меняет.

   В итоге сдержать обещание про диван не получилось. Последний рывок отнял у Ивана все силы, оставив «принца» возлежать прямо на линолеуме в коридоре. Я, конечно, попыталась перетащить гостя в комнату, но не преуспела – бесчувственное тело не сместилось ни на миллиметр, как я ни старалась. Проще, наверное, гору передвинуть. Так что пришлось тащить пледы, подушки и хоть так обустраивать Ваньку. Вызванная и очень быстро приехавшая скорая равнодушно поставила диагноз переохлаждение и велела отогревать больного, но без фанатизма.

   – Неплохо бы в ванную его определить, но не горячую – вода примерно 37 градусов должна быть, – посоветовал пожилой усталый врач с седыми усами, который вынужден был топтаться в подъезде из-за того, что внутрь квартиры мешало войти Ванькино тело. – И снимите с него холодную одежду, девушка.

   Везти в больницу Ивана я не позволила – кому он там нужен, без документов? Бросят где-нибудь в углу и хорошо если раз в сутки проверять будут.

   – Может, поможете хотя бы до дивана его донести? – я мило улыбнулась, но зря рассчитывала на понимание.

   – Вызывайте платных санитаров… – был безразличный ответ.

   – Спасибо. И с наступающим вас! – процедила, зло шарахнув дверью прямо перед носами докторов. – Вот так, Ванька, – сообщила временному квартиранту, – никому ты кроме меня не нужен.

   – Дракон, не уберегший жену, вообще не заслуживает ничьего уважения и сочувствия, – ответил «принц» невпопад.

   Я шмыгнула носом – жалко же его, красивый и на вид приличный, а такой бедовый.

   – Ничего, Ванечка, – всхлипнула я. – Поставим тебя на ноги, отогреем, откормим, будешь лучше прежнего. И бред уйдет, уф! – я стянула холодные сапоги и пару раз хлопнула глазами. Портянки, замотанные вокруг аккуратных ступней, не исчезли. Он из армии сбежал, что ли? Но там вроде сапоги кирзовые выдают… Или эти шли к маскарадному костюму? – Надеюсь, под штанами у тебя обычные человеческие боксеры, – пробормотала растерянно, но проверять, конечно же не стала.

   Лишь стянула так понравившийся мне мундир с крепкого торса, оставив Ваньку в брюках и старомодной сорочке. Укрыла его горой одеял, все их как следует подоткнула, а подумав еще немножко притащила старый бабушкин обогреватель, который достался мне вместе с квартирой. Он уютно гудел, горел ярко-оранжевым светом и напоминал о детстве, когда еще папа был жив, а мама не бросила нас и не укатила с новой семьей за океан. Счастливые, беззаботные времена.

   Уйти спокойно в комнату и бросить Ивана не позволяла совесть. Я пристроилась там же на полу и принялась шерстить интернет. Он в основном выдавал страшилки про отмирание внутренних тканей и костей у обмороженных, я различала все предсмертные симптомы у Ваньки, начиная от редкого дыхания и заканчивая отсутствием пульса.

   – Ой, что это? – я поскребла ногтем кожу за ухом «принца». Там серебрились чешуйки, но не как у рыбы, а более твердые и крупные. Если бы верила в сказки, подумала бы, что Ванька – русалочка. – Надеюсь, это не заразно, – отдернула руку на всякий случай.

   До глубокой ночи я сторожила «принца», не смея отойти хоть на метр. Прислушивалась к размеренному дыханию, следила за тем, как розовеет бледная кожа. От долгого сидения все тело затекло, но оставить свой добровольный пост я не смела. Казалось, стоит только отойти от Ваньки, как ему непременно сделается хуже. Будто мое присутствие могло хоть сколько-нибудь облегчить его состояние.

   Ближе к полуночи я не выдержала, подползла ближе к гостю и принялась гладить по волосам, приговаривая, что все будет хорошо. Я просила его возвращаться, обещала, что тут «принца» ждут настоящие чудеса, прекрасные моменты и исполнение всех-всех желаний, даже самых заветных. Рассказывала про свою жизнь, про то, что не сдаюсь, хотя отец несколько лет назад умер, от матери мне достаются редкие звонки с нравоучениями, а учеба в институте – единственная отдушина закончится уже летом. И что делать дальше, я еще не придумала.

   Я словно никак не могла прижиться в родном городке, не могла найти свое место. Пробовала разные подработки, перебирала, а отыскать что-то свое не получалось. И совета спросить было не у кого. Маму интересовал лишь вопрос моего замужества, а подружек за двадцать два года я так и не завела. Их всех интересовали парни, тусовки и косметика, я же сторонилась подобных развлечений и считала себя страшно несовременной. Возможно, все дело в том, что воспитанием моим в основном занималась бабушка и привила свои ценности, столь непопулярные в наше время.

   – Меня тоже растила бабушка, – открыл вдруг глаза Иван.

   

ГЛАВА 4

– Ванька! – счастливо взвизгнув, я бросилась ему на шею. За эти несколько часов молодой мужчина таким близким для меня сделался, словно родным. – Как ты? Болит что-то? Приезжала скорая, врачи сказали, что у тебя обморожение и что тебя нужно греть. Я так испугалась, ты же не дышал почти, бледный такой был. И документов мы у тебя не нашли, а без них в наши больницы лучше не попадать, сам знаешь… – я тараторила и тараторила, вместе со словами выпуская наружу весь страх и напряжение, что сковывали меня.

   – Уймись, дева! – раздраженно осадил Иван и смерил строгим взглядом. Под воздействием этих стальных, слишком много чего повидавших глаз я оробела, будто сама незваным гостем была, и медленно сползла с мужчины. – Голова от тебя болит. Лучше восстанавливающего эликсира мне принеси или настойку хоть какую-нибудь.

   – Только эхинацея есть, – прошептала растерянно. Слезы обиды душили, и бесполезно было саму себя увещевать, что незнакомый человек не должен сразу же воспылать ко мне благодарностью и испытать внезапный приступ симпатии. Это я с ним сидела несколько часов кряду, привязалась, беспокоилась, а он их провел в одиночку в темноте собственного подсознания. – Но она вроде от кашля, – прошептала, отвернувшись, чтобы «принц» не заметил блеска моих набежавших внезапно слез.

   – Неси! – приказ.

   Меня словно ветром сдуло. Хотелось оказаться как можно дальше от неблагодарного красавца, воспринимавшего любую заботу и добрые дела как нечто само собой разумеющееся. Знаю я такую породу. У нас в институте каждая вторая плачет после пары недель, проведенных в компании местных ловеласов. Три богатеньких буратино, зачем-то наделенных смазливыми личиками, использовали девушек себе в удовольствие, а потом делали вид, что не замечают их страданий, когда все логически завершалось. Но самое для меня удивительное, что место выброшенной за ненадобностью девушки практически в тот же час находилась другая желающая. Все они испытывали свою удачу, рассчитывая сорвать джек-пот, но оставались с разбитыми сердцами и выпотрошенными душами. Ну а я лишь в очередной раз убедилась, что верить самовлюбленным «принцам» ни в коем случае нельзя. Они любят только самих себя, и места в их скудных сердцах больше ни для кого нет.

   – Вот, – я протянула успевшему выбраться из-под груды одеял Ивану стеклянный бутылек и стакан с кипяченой водой.

   А пока он возился с лекарством, принялась собирать ставшие ненужными одеяла. Точнее, их там было всего два и еще плед, да пара покрывал. Когда вернулась в прихожую, обнаружила пустую тару от настойки и полный воды стакан.

   – Ты все что ли выпил? – заглянула одним глазом в узкое горлышко. Ни капли на дне.

   – А сколько надо было? – удивленно нахмурился гость.

   – Не знаю… – надеюсь, такому здоровяку ничего от растительной настойки не сделается. Не хватало еще, чтобы у него живот разболелся или аллергия пошла. – Ну, раз тебе уже лучше, – от накатившего вдруг смущения я мяла в руках маленькую декоративную подушку, которую определила под голову Ивана, когда тот лежал без сознания, мямлила и смотрела строго на носы своих пушистых розовых тапочек. Прихожая отчего-то стала казаться еще теснее, чем есть, а воздух, хоть радиатор и был выключен – удушающе горячим. – Не смею больше задерживать. С наступающим Новым годом, счастья, здоровья и все такое… Благодарностей не нужно.

   В повисшей тишине было слышно, как стрелки бабушкиных настенных часов отсчитывают неловкие мгновения. Я усердно полировала взглядом тапочки и черные точечки на линолеуме, Иван же не подавал признаков жизни.

   – Если тебе нужны теплые вещи, могу поискать – у меня что-то осталось от отца, – снова раскрыла я рот, не выдержав давящей тишины. – Или такси могу вызвать, мой телефон зарядился. Деньги как-нибудь потом по номеру телефона перешлешь, – договорив, я сообразила, что красавчик может подумать, будто я насильно ему свои контакты впихиваю с расчетом на продолжение знакомства. Поэтому быстро поправилась: – Хотя, не нужно ничего возвращать, считай это новогодним подарком, – для убедительности я замахала руками. – Так какой у тебя адрес? – спросила, вцепившись в телефон, как в спасательный круг. Так хотя бы можно было не придумывать мучительно причину, чтобы не смотреть на ставшего таким далеким и неприступным Ивана.

   Я открывала приложение, сумбурно тыкала не туда пальцем, пытаясь поставить верную геолокацию…

   – Мне некуда здесь идти, – ворвался в охваченное паникой сознание холодный голос. – Я – путник и прошу у тебя приюта, дева.

   – Елизавета я, – поправила нервно.

   – Ты предоставишь мне ночлег, Элис? – голос Ивана звучал серьезно и слишком неподобающе для явно насмешливых фраз.

   Я по-дурацки хихикнула. Вспомнила, что в старину действительно путникам не принято было отказывать и ляпнула, гнусавя:






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

79,00 руб Купить