Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ЧАСТЬ 1. Флудилка 4 подъезда, или Забудь надежду, всяк сюда входящий
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ЧАСТЬ 2. Флудилка 4 подъезда
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ЧАСТЬ 3. Флудилка 4 подъезда
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
- ЧАСТЬ 4. Флудилка 4 подъезда
- ГЛАВА 14
- ГЛАВА 15
- ГЛАВА 16
- ГЛАВА 17
- ЧАСТЬ 5. Флудилка 4 подъезда
- ГЛАВА 18
- ГЛАВА 19
- ГЛАВА 20
- ГЛАВА 21
- ГЛАВА 22
- ГЛАВА 23
- ГЛАВА 24
- ГЛАВА 25
- ЧАСТЬ 6. Флудилка 4 подъезда
- ГЛАВА 26
- ЭПИЛОГ. Флудилка 4 подъезда
АННОТАЦИЯ
Непросто вести журналистское расследование, если тебе все время мешает внезапно нарисовавшийся ухажер. Разве что взять его к себе в напарники. И пусть заодно приносит тапочки. Хороший мальчик, хороший! А ну фу, я сказала, фу! Выплюнь этого гада!
ЧАСТЬ 1. Флудилка 4 подъезда, или Забудь надежду, всяк сюда входящий
26 октября
Юрик
Кто-нибудь! Угомоните наконец свою собаку!
Борис Аркадьевич
Опять воет?
Юрик
Да только что выла! Мы детей укладываем, а она воет! Вы разрушаете психику наших детей! Когда это закончиться?
Toksik2456
- тся
Лизавета Витальевна
А вы уверены, что это таки собака? А то некоторые так громко кричат, что не отличаются от животных.
Борис Аркадьевич
С этого места хотелось бы поподробней. И поконкретнее.
Newvasyukovich
(гифка с изображением обезьяны, поедающей попкорн)
Лизавета Витальевна
Ой да ладно! Кто-то недавно так громко трудился над улучшением демографии в нашей стране, что аж потолок трясся, а теперь им собачка, видите ли, мешает!
Юрик
Это вы нам?
Newvasyukovich
(гифка с изображением двух обезьян, поедающих попкорн)
Ленуся
Как вам не стыдно!!!!! Какое право вы имеете выносить нашу интимную жизнь…
…пишет…
Лизавета Витальевна
Так никто ж не выносит, милочка! Просто выносить уже сил нет. Порой кажется, что не в жилом доме находишься, а слушаешь по радио передачу «Из мира животных» о спаривании голубых китов.
Юрик
Соседи, собака может угомонится?
Toksik2456
- ться
Борис Аркадьевич
Вы полагаете, собака в чате? Прочитает и умолкнет?
Ленуся
…на суд общественности. Просто вам завидно!
Лизавета Витальевна
Ой да ладно!
Борис Аркадьевич
Тш-ш-ш! Кажется, тишина! Соседи, расходимся, пока никого не убили!
ГЛАВА 1
Бум! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Уз-з-з-ш-ш! Тыц-тыц-тыц!
Бум! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Уз-з-з-ш-ш! Тыц-тыц-тыц!
Бум! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Тыгы-дык! Уз-з-з-ш-ш! Тыц-тыц-тыц!..
На двадцатом гыгыдыке Вика заставила себя вылезти из теплого гнездышка в кресле, сбросила с себя плед и попыталась нашарить ногами тапочки. Вылезать страшно не хотелось, как и разбираться с тыгыдыком из квартиры наверху. Не хотелось вообще выходить в цивилизацию. Насморк уже проходил, но нос продолжал радовать своим нежно-свекольным оттенком, а глаза продолжали слезиться.
Вика посмотрела в смоляно-черное окно, где висела недобравшая до полного круга луна. Тяжело вздохнула. Подняла голову вверх, надеясь, что от ее осуждающего взгляда тыгыдыканье само собой ликвидируется.
Не ликвидировалось. Тогда Вика отложила бумаги и ноутбук. Встала и намазалась звездочкой, чтобы быть во всеоружии против всех бактерий и вирусов, которые обязательно постараются наброситься на нее, слабую и болезную, в подъезде. Набросила на давно не мытую голову капюшон толстовки, замотала горло шарфом и смело взялась за ручку двери.
Дом, в котором Вика уже три дня снимала квартиру, был достаточно старым, но разваливаться не собирался и радостно приветствовал прохожих веселеньким цветом балконов и свежепокрашенных дверей подъезда. Да, лифта не было, а на стенах кое-где виднелись островки плесени, но в общем и целом дом был пригоден для проживания.
Вика вышла и потянула носом. Кто-то, вопреки грозной надписи, висящей на первом этаже: «Подъезд заговорен против курения. Курите, но потом не жалуйтесь на здоровье и простату» - дымил на два этажа ниже на свой страх и риск. Запах пробивался даже сквозь насморк и звездочку. Вика поднялась на этаж выше, закуталась еще глубже в одежду и вдавила палец в кнопку звонка. Тыгыдык за дверью перешел в резкое уз-з-ш-ш, потом в осторожно шуршащую тишину, а затем дверь распахнулась.
Перед Викой стоял вспотевший и лохматый парень. В другое время девушка бы оценила и косую сажень в плечах, и то, как потная футболка игриво облегала кубики пресса, оценила бы и живописно растрепанные смоляные пряди волос, и ярко-голубые глаза образчика мужественной красоты. Но сейчас Вика только выходила из штопора простуды, а значит, была крайне раздражена и язвительна. Поэтому, покосившись на стоящий у входа пакет с мусором, из которого сиротливо торчало горлышко пивной бутылки, Вика уверенно шагнула вперед, сметая с пути все преграды (в том числе и парня на полторы головы выше ее) и вошла в коридор. Хозяин квартиры почему-то даже не попытался воспрепятствовать насильственному вторжению в его дом, а покорно отступил в сторону, зажимая нос. Вика воспользовалась его оплошностью и заглянула в комнату.
Просторная гостиная отличалась спартанской обстановкой, а на полу лежал сбитый сейчас набок и собравшийся гармошкой ковер. В углу валялся теннисный мячик – давно потерявший свой младенческий цвет и веру в людей.
- Где он? – обвиняющим тоном сказала Вика.
- Кто? – гнусаво поинтересовался сосед, продолжая зажимать нос пальцами. Вика не могла его винить: запах лекарств и звездочки давал такой убойный букет запахов, что моль мерла на лету, даже не успевая передать по завещанию любимую недоеденную шубу близкому родственнику.
- Тот, кто у вас тут тыгыдыкал.
- А тут кто-то?.. – попытался увильнуть от разоблачения сосед, покраснел, но тут же сник под прокурорским взглядом Вики, виднеющимся в прореху между шарфом и капюшоном. Вздохнул и добавил: - Он больше не будет. Обещаю.
- Если будет, сдам таксидермистам. Вместе с хозяином.
- А причем тут такси? – искренне удивился хозяин квартиры.
Вика сыграла бровями «Полет валькирий» Вагнера, хмыкнула и молча удалилась с поля сражения, неся как штандарт чувство глубокого удовлетворения.
Она вернулась к себе домой, вернее в съемную однушку и забралась в еще не успевшее остыть гнездышко в кресле. Посмотрела на потолок, но сосед наверху безмолвствовал, видимо, гугля в интернете неизвестное ему слово.
Тогда Вика снова открыла бумаги, которые просматривала перед этим. Набрала номер.
- Викусь! Ну что? – выдохнул ей в трубку женский голос. – Права я или нет?
- Еще не знаю, - задумчиво высморкавшись, сказала Вика. – Полагаю, что что-то есть.
- И что?
- Что-что! Болею я!
- Ой! Ты тоже?.. – с ужасом спросил голос.
- Типун тебе на весь язык! Простыла я! Уже иду на поправку. Еще день поболею и начну расследование.
- Понимаешь, мне некуда было обращаться! В полиции сказали, что у них перед Хеллоуином и так дел невпроворот, ведь вся нечисть активизировалась. «Отстаньте, - говорят, - дамочка. У нас все наряды брошены на поиски призрака-эксгибициониста, летающего в парке. Жалобами завалили. Так что не до ваших банок и склянок. Вот будет более конкретная информация, в идеале – труп, тогда и приходите».
Вика хмыкнула.
- Ну нет, труп уже ни в какие воро… пакеты не лезет, - заметила она.
- Ну да. Я им говорю: «У нас тут вампир, кажется, завелся, кровь из пациентов качает». А они в ответ: «Вот когда всю выкачает, так и приходите!» Я им: «Так и одного литра для смертельного исхода достаточно!» А они: «В нашем районе нет зарегистрированных случаев смерти от вампиров. Вот будут, тогда и откроем дело».
- А ты думаешь, это дело рук кровососов?
- Я на шее у некоторых следы от укусов заметила.
- Так надо было фиксировать!
- Да фиксировала я! А эти говорят: «Может, его собачка покусала. Или кошечка. И вообще мы принимаем заявление только от потерпевших». Я пыталась одного пациента уговорить, а он отмахивается. Не было такого, говорит.
- Ну да, вампиры умеют голову задурить.
- Вот я думаю: а вдруг сорвался один? Бывает же – не хватает ему социальной нормы крови, вот он и идет в загул.
- В запой.
- Ну да!
- А кроме укусов что еще есть?
- Я же тебе копии анализов присылала.
- Слушай, я не сильна во всех этих медицинских показателях. Можешь мне как полному чайнику еще раз повторить, в чем суть твоего открытия?
- Так я и говорю. Я обратила внимание, что у некоторых пациентов, кто приходил на медосмотр к нам, очень снижен целый ряд показателей. У них анализ крови такой…
- Вот только не грузи! Мне и так худо! - Вика снова от души высморкалась. – В общих чертах.
- В общих так в общих. Короче, если охарактеризовать в общем, выглядит это так, словно из них кто-то качает жизненную энергию. Мы в мединституте такое проходили. Такое бывает, если вампиры кровь пьют у живых людей, если порчу сильную кто-то наводит. Ну и в других некоторых случаях.
- А не может так случиться, что просто люди болеют?
- Совокупность показателей крови, мочи и общего самочувствия заставляет меня заподозрить худшее.
- Что ж, лучше перебдеть.
- Я тебе отправила список людей.
- Я все проверила. Все они оказались из одного дома. Даже из одного подъезда, если говорить точно.
- Это не совпадение!
- Сомнительно.
- Вот и я говорю. Так ты берешься за расследование? Редактор дал тебе добро?
- У меня больничный, - уклончиво сказала Вика. Да черта с два главред разрешил бы ей вести подобное опасное расследование. А зная Вику с ее упрямым характером, так еще бы и цепями к батарее приковал, чтобы не совала свой нос туда, куда не надо. - В любом случае, в этот нехороший дом я уже въехала. Мне повезло: даже подъезд оказался нужный. Я попросила хозяйку добавить меня в чат жильцов.
- И что?
- Пока ничего. Говорю же: болею я. Но мне лучше. Даже голова не так гудит. Думаю, что во всем разберусь.
- Ну удачи тебе!
- Ага. Удачи мне! – согласилась Вика, кладя трубку.
Жидко-желтая луна за окном внимательно наблюдала за ней. Где-то наверху раздался вой собаки, и чат подъезда снова оживился.
ГЛАВА 2
Артем честно бухал третий день. Ближе к полнолунию в последнее время его нагоняли приступы лютой тоски, да такой, что хотелось выть во весь голос. И он пробовал это делать. До первых жалоб соседей. Квартира за стеной сдавалась какому-то мужчине. Но вот он-то как раз претензий не предъявлял. Уходил на работу утром, а возвращался вечером. Артем сталкивался с ним пару раз и успел разглядеть только светлые волосы и затемненные очки, а по большей части разве что слышал, как хлопала тамбурная дверь. Был мужчина тихим, художественным сверлением по стене не увлекался. На вой не жаловался. В отличие от других соседей.
Компаньон сказал Артему взять на работе неделю отгулов.
- Иди-ка ты домой, Темный, - сказал он, на всякий случай не заходя в кабинет к другу, а выглядывая из-за приоткрытой двери. – А то на клиентов, как собака, рычишь и бросаешься. Как бы и в самом деле кого-нибудь не покусал.
- Так он сам, Глеб! – начал закипать Артем. – Десятую же правку уже требует! Сколько можно? И то ему не то, и это не это. Мне наших работников жалко.
- Иди-иди! А то загрызешь нам курицу, несущую золотые яйца.
- Может, и правда, возьму тайм-аут на несколько дней? Что-то нервы ни к черту, - согласился Артем, ероша волосы.
- Эх, не в этом дело, Темный. Бабу тебе надо найти, и все как рукой снимет, - с жалостью посоветовал друг.
- Легко сказать…
Это люди могут обходиться первой встречной и даже уверяют себя потом, что нашли ту самую. Нюха-то у них нет. А оборотни так не могут.
Нет, конечно, Артем тоже порой цеплял в клубах девчонок, по после одной ночи вежливо, но твердо с ними прощался. Потому что они все были не той, не Истинной. Но вот где найти эту Истинную? Где унюхать?
Иногда в мечтах Артем представлял ее себе: высокую блондинку с длинными ногами и голубыми глазами. Тихую и нежную. Во сне он пытался бежать за ней по следу, и этот запах – тонкий и сладкий, от которого переворачивалось все нутро, преследовал его потом и после пробуждения. Утром видение растворялось в рассветной мгле, оставляя на губах лишь воспоминание о поцелуях, и тоска становилась глубже и опасней. А в полнолуние, когда ипостась зверя брала верх над человеческой, становилось вообще беспросветно.
Летом, чтобы заглушить этот древний зов, Артем убегал в лес и метался там до утра, охотясь на мелкое зверье и воя в свое удовольствие. Засыпал, прячась от солнца в зарослях папоротника. Но сейчас, в конце октября, когда земля – не земля, а месиво грязи и мусора, а дождь меняется со снегом так часто, как ценники в местном алкомаркете, подобная прогулка не могла доставить удовольствия.
Поэтому пил Артем третий день, не просыхая. От одиночества и безнадежной тоски. Вчера решил хоть немного отвлечься, погонять мячик. Включил аппарат, выбрасывающий мячи, и обернулся. Квартира внизу долгое время пустовала, поэтому Темный был уверен, что никто претензий предъявлять не будет. Только разыгрался - звонок в дверь.
Соседка выглядела самой натуральной стервой и занозой. Маленькая, глаза – слезящиеся щелочки среди распухших щек, но сверлят, как соседская дрель в семь утра в субботу. А главное – шибает от нее, как от аптечной лавки. И прет, как танк. Артем растерялся и впустил ее в свою квартиру. Но с мячиком - тут да, он был неправ, так что извинился и не стал спорить.
Эх, вот накопит Артем денег, так купит дом в пригороде. Там можно будет хоть голышом бегать с утра до вечера, и никто не будет ему указывать, что делать, а что не делать. Но пока приходилось мириться с недостаточно чуткими соседями.
Когда луна созрела до полного сырного круга, Темный не выдержал. Сбросил одежду и, обернувшись, выбежал из квартиры. Помчался вниз, сшибая хвостом поставленные у каждой квартиры тыквы со странным вонючим запахом. На третьем этаже едва не сбил с ног какого-то торчка, держащегося руками за стенку. Нажал внизу лапой кнопку и выскочил из дома.
Темный носился по вечернему парку, порой наталкиваясь на собак, похожих в своих светящихся ошейниках на маленьких собачьих Касперов. Собаки, едва почуяв Темного, с уважением отшатывались в сторону и прикладывали лапу к козырьку.
На одной из аллей Темный наткнулся на призрака. Призрак реял в полуметре над землей. Одет был в пальто, из-под которого торчали босые синие ноги с меховой опушкой. Призрак держался за полы пальто и вглядывался во тьму в ожидании припозднившихся гражданок. Увидев несущегося по аллее Темного, призрак икнул, затянул пальто потуже поясом и постарался дать деру с места преступления. Ар-р-р! Охота! Погоня! Темный издал клич команчей и ломанулся за призрачным извращенцем. Тот, с испуга забыв о своих сверхъестественных способностях, заметался среди сосен. Потом, с видимым трудом вспомнив, с громким хлопком исчез.
Наверное, Артем бы носился так всю ночь, пойманный в колдовские сети полнолуния, но стало холодать. Да и домой надо было вернуться, пока соседи входили в подъезд. Набрать код лапой Артем бы не смог. Но и обращаться в человека прямо под камерой, установленной у входа и связанной с отделением полиции, совершенно не хотелось. Как не хотелось и проделывать это голым. Боюсь, такую шутку полицейские бы тоже не оценили.
Артем уже пересекал двор, когда его нос уловил едва слышный, совершенно тот, из его снов, запах – тонкий и сладкий. Истинная? Здесь? В этом богом забытом дворе? Артем приник к заваленной окурками земле, но запах стал слабее. Тогда он вскочил на детскую карусель, ловя верхний ветер. И сразу уловил запах. В несколько огромных прыжков Темный пересек двор и помчался по следам своей Истинной.
Запах вел его по тротуару, смешиваясь с вонью бензина, от которой Артем начал чихать, с амбре мусорных урн и гниющих листьев. Запах был завернут, словно букет цветов в целлофан, в нотки других сопутствующих ароматов, но это был он, он, в этом Темный готов был поклясться.
Запах поплутал среди дворов, где на скрипящих качелях качались отбившиеся от режима подростки. Потом завернул за угол и уперся в двери, над которыми висели разбрасывающие кровавые отсветы в лужи вывески: «Копеечка» с не горящим слогом «пе» и «Чебурыбная», откуда на улицу выливался запах, вызвавший в Темном смешанные чувства.
Из двери под словом «Ко..ечка» выходили грустного вида тетеньки с полными пакетами разной снеди, а из другой двери вываливались довольного вида дяденьки с пустыми руками, пахнувшие неведомой чебурыбой. Ломиться ни в одну из дверей Темный не стал – его бы просто вышвырнул на улицу охранник - а отошел чуть в сторону, спрятался между двух припаркованных машин и стал терпеливо ждать. Его Истинная теперь точно не могла никуда от него деться.
ГЛАВА 3
Когда в доме осталась только последняя пачка макарон и одно яйцо, Вика пришла к неутешительному выводу, что отсрочить момент голодной смерти никак не представляется возможным. Да и лицо почти вернуло свой нормальный цвет. Что ж, пора было затариться едой и заняться расследованием. Редактор уже и так звонил и ласково интересовался ее самочувствием. И хоть Вика надсадно кашляла и сморкалась ему в трубку, тот о чем-то догадался, потому что ласково посоветовал выздороветь в кратчайшие сроки и притащить свой зад к нему на ковер, то есть в кресло в его кабинете.
Сказать, что она уже нашла приключения на ту часть своего тела, которую так настойчиво зазывал к себе главред, Вика не решилась. Поэтому, еще пару раз кашлянув, девушка сказала замогильным голосом, что постарается, но в крайнем случае упомянет начальника в своем завещании.
А потом занялась насущной проблемой – питанием. Вика покопалась в своей памяти и извлекла из этого хаоса пару незамысловатых рецептов, которые не относились к серии «Как приготовить вкусный ужин, когда у вас дома есть только лук и мука? - Возьмите голубой виноград, выращенный в долине третьего притока реки Нгалау, сыр из молока тибетского козла и драконьи яйца…» Она с отвращением забросила одежду, в которой провела последние дни, в стирку, переоделась во все свежее, взяла пакет из пакета и радостно (зачеркнуто) шагнула навстречу приключениям.
На улице за то время, пока Вика болела, сильно похолодало. Осень переходила из состояния благостного умирания в состояние «доктор сказал: в морг! – значит, в морг». Небо дышало арктическим холодом и сыпало мелкой крупой, подозрительно похожей на снег.
Некоторое время Вика бродила по дворам, где отлавливала припозднившихся прохожих и пристрастно спрашивала о пути к продуктовым пажитям, пока наконец не была снабжена точным маршрутом.
В магазине выбор был скудным, но полностью удовлетворил Викины невзыскательные запросы, и уже через полчаса девушка вышла из магазина.
На улице было пустынно. Редкие покупатели и посетители «Чебурыбной» моментально рассасывались в пространстве и пропадали в скудном свете уличных фонарей. Вика поудобней перехватила правой рукой бутыль с водой, а левой пакет и отправилась домой.
Фонари выхватывали редкие конусы пространства, отдавая остальное на откуп зловещей темноте. Вика некстати вспомнила, что где-то в этом районе бродит неупокоенный призрак, и поежилась. Не то чтобы она его боялась, но подобная встреча явно не числилась в ее списке заветных желаний.
Пройдя по улице с десяток шагов, Вика вдруг почувствовала спиной чей-то взгляд. Тогда она нервно оглянулась и в ужасе застыла.
Зверь был огромным. Такую породу даже при сильной близорукости нельзя было отнести к «милой собачке». Вике трудно было представить себе, как этот монстр вообще смог бы поместиться в городской квартире. Шерсть зверя была черной, гладкой и лоснилась, а глаза горели как две искры адского костра.
- Х-хр-р-р-ах! – низко промолвил зверь.
- Хор-роший мальчик! – дрожащим голосом произнесла Вика, сомневаясь в обоих утверждениях.
Зверь медленно, с грацией хищника стал подходить к ней, и тут Вика с досадой сообразила, что перцовый баллончик она оставила в кармане осенней куртки, тогда как сейчас на ней была уже утепленная, зимняя.
- Х-хр-р-ах! Р-ах! – чуть более развернуто добавил зверь.
- Ты кушать хочешь? – предположила Вика, надеясь, что ей самой не предполагается стать пунктом меню. Она медленно, стараясь не спровоцировать хищника, наклонилась и поставила бутыль с водой на тротуар.
Зверь расплылся в улыбке, и это было одновременно и страшно, и забавно.
- У меня тут мяса сырого нет, - продолжила говорить Вика. – Разве что могу это предложить.
Стараясь не отрывать взгляда от горящих глаз зверя, она достала из пакета упаковку нарезанного копченого бекона. Зверь подошел еще ближе, и Вика дрожащей рукой протянула ему упакованный в вакуумную оболочку бекон, размышляя, сколько пальцев ей откусят сразу.
- А открыть я не могу, - извиняющимся тоном сказала она. – Но у тебя такие зубы, что и сам справишься, - это уже прозвучало с оттенком упрека, потому что бекон был последней надеждой Вики на нормальный ужин.
Зверь приблизился и понюхал упаковку. Фыркнул.
- Х-хр-ры! Х-хр-р-ы-ры! – пояснил он.
- Не ешь бекон? – предположила Вика и со вздохом облегчения убрала упаковку назад. – Ну и правильно. Говорят, что красное мясо вообще не слишком полезно для здоровья. Что у меня еще есть? Да ничего! Уж извини! Бананы и шоколад предлагать не буду.
Зверь склонил голову к плечу, а потом вдруг встал на задние лапы и положил передние на плечи Вики, едва не завалив ее назад. Вика уже было собралась кричать: «Пожар!» (потому что на слово «Убивают! Помогите!» точно никто не прибежит) и она даже открыла рот, как вдруг зверь вытащил длинный, горячий и крайне мокрый язык и лизнул девушку в щеку. После чего вернулся в прежнюю позу и преданно заявил:
- Хр-р-рах-рах!
Вика от испуга икнула, отмерла и, машинально утирая обмусоленную щеку, округлившимися глазами уставилась на зверя. А тот свесил язык набок и радостно задышал. Его хвост, взметая с тротуара листья, заработал, как дворник на машине.
- Ты мне тоже сразу же понравился, - покривив душой, с долей осуждения сказала Вика, - но я же не стала тебя сразу облизывать.
Зверь гавкнул: мол, не возражаю, - перевесил язык на другую сторону и снова задышал, демонстрируя всю палитру дружелюбия.
- Предлагаю дружить семьями, - соврала на голубом глазу Вика. – Приходи в гости на следующей неделе.
Она перехватила пакет в другую руку и потянулась за бутылью с водой.
- Р-р-рх-хр-р! – проворчал зверь.
- Ты что, пить хочешь? – не поняла Вика и оглянулась вокруг, но луж на улице было предостаточно. – Ну ладно. Если предпочитаешь бутылированную, то бери, так уж и быть.
И, уже почти без боязни повернувшись к зверю спиной, она направилась домой с чувством выполненного долга. Пройдя несколько метров, Вика услышала «цок-цок-цок» по асфальту и оглянулась.
Зверь трусил за ней, держа бутыль зубами за пластиковую ручку, и явно собирался составить ей компанию.
- Ну ты даешь! – восхитилась Вика. – Помочь мне решил? Хороший мальчик!
Зверь невнятно прорычал, потому что рот у него был занят, и пустил струйку слюны по бутыли. Потом прошел вперед и оглянулся на Вику: ты идешь, мол, или так и будешь здесь торчать?
Вика послушно продолжила путь. Они попетляли между домами, потому что девушка уже подзабыла, откуда она пришла, но при каждом сомнении зверь издавал тихое рычание и показывал головой направление. Через пятнадцать минут странная парочка уже дошла до подъезда.
- Спасибо! – тепло сказала Вика. – Если бы у меня дома было что-нибудь, я бы тебя угостила. Но у меня там шаром покати.
Вика протянула руку, собираясь было взять бутыль с водой, но зверь только прорычал и мотнул головой. Положение осложнялось: вести этого адского пса до своей квартиры Вика не собиралась. Приходилось жертвовать бутылью.
Вика открыла дверь подъезда и проскользнула было внутрь, но зверь просунул лапу и без видимого затруднения придержал железную дверь, после чего вошел в подъезд вслед за Викой. Этого девушка не ожидала.
Она в растерянности оглянулась, но никого, кроме уже виденной ей раньше соседки, ковыряющейся в почтовом ящике, не увидела.
- Добрый вечер! – растерянно поздоровалась Вика с дамой.
Лизавета Витальна жила на одной площадке с Викой, по всей видимости, была одинока, имела сухощавое лицо и фигуру, пронзительный нехороший взгляд и острый язык. Квартирная хозяйка, отдавая ключи Вике, сказала так:
- С Лизаветой Витальной дружи! А то беды не оберешься! – наклонилась и прошептала на ухо: - Ведьма! Как есть ведьма! Разве что метлы не хватает.
- Добрый вечер! – обратив внимание на Вику, сказала соседка. Потом улыбнулась и похвалила черного монстра: - Ух ты какой хозяйственный!
- Вы его знаете? – поинтересовалась Вика.
- Да это Артема пес. Умный такой. Артем его одного гулять выпускает. Тот сам уходит и сам назад возвращается, - поведала Лизавета Витальна.
- Такого надо в наморднике выгуливать, - не удержалась от упрека Вика. – В титановом.
- Милочка, - парировала дама, - это иных людей надо держать в наморднике. Со зверьми хотя бы можно договориться.
И она проплыла мимо Вики с гордо задранной головой. Черный зверь и Вика переглянулась. В глазах пса Вика прочитала одобрение прозвучавшему.
- Значит, ты Артема? – уточнила девушка. – Ну тогда пойдем искать твоего хозяина.
И она поплелась вверх по лестнице, а зверь бодро зацокал за ней, держа бутыль в зубах.
ГЛАВА 4
Около своей квартиры Вика притормозила, открыв дверь, забросила пакет. Зверь послушно выплюнул ручку бутыли и усиленно замахал хвостом, требуя похвалы.
- Хороший мальчик! – охотно произнесла Вика, но погладить не решилась.
Приключение подходило к концу, и оставалось всего только вернуть хозяину его черного монстра и заняться приготовлением ужина. Вика прихлопнула дверь и пошла наверх, уверенная, что зверь последует за ней.
Уже после первых же слов соседки девушка сложила два и два - а точнее жалобы на вой в чате, давешнее тыгыдыканье и не слишком лексически развитого брюнета – и поняла, что результат сложения ждет ее на этаж выше. Сегодня Вике казалось, что в прошлый раз можно было вести себя не так по-хамски, но виной всему был насморк, простуда и вызванная ими излишняя раздражительность. Сегодня Вика готова была держать себя в рамках вежливости. Однако из этого не следовало, что сосед не получит очередную головомойку за то, что отпускал на улицу свою зверюгу без намордника, поводка и сопровождения. Нет, в этот раз угроза быть освежеванным и набитым опилками казалась Вике слабой. Кажется, пора было пустить в ход тяжелую артиллерию и заняться перевоспитанием легкомысленного хозяина тыгыдыка.
Однако на вежливый стук в дверь никто не отозвался. Впрочем, как и на невежливый. И даже на удар ботинком.
- Эй, вы там живы? – уже сердито вопросила Вика. – Я привела к вам вашего Цербера. И у меня есть к вам разговор.
В квартире стояла мертвейшая тишина. Вика приложила ухо к дверному полотну, но ничего не услышала.
- Ладно, пока живи! – с оттенком угрозы разрешила она, понимая, что разговор откладывается до прихода тыгыдыковладельца. – А ты жди его! – строго добавила она и стала спускаться вниз.
Дойдя до своей квартиры, Вика почувствовала надсадное сопение в затылок и оглянулась. Зверь стоял за спиной и вовсю размахивал хвостом. Его язык дружелюбно свешивался набок, взывая к продолжению общения.
- Эй! – заметила Вика. – Я тебя к себе не зову. Приличные девушки никогда не зовут к себе в гости в первый же день знакомства маль… - она быстро наклонилась, выпрямилась и удовлетворенно закончила: - Ну да, так и есть. Мальчиков. Так что тыгыдыкал бы ты, друг мой, к себе наверх.
Вика захлопнула дверь и, облегченно выдохнув, сняла куртку. Прислушалась. За дверью было слышно обиженное сопение. Затем осторожное поскребывание. Вика стоически продолжила раздеваться – размотала шарф и сняла шапку. К поскребыванию добавилось жалобное поскуливание. Вика стащила сапоги и переоделась в тапочки.
- Иди домой! – строго приказала она закрытой двери и собралась уходить из коридора.
После первого же ее шага раздался тоскливый вой.
- Да дьявол тебя раздери! – выругалась шепотом Вика.
Вой замолк, прислушиваясь, потом снова возобновился.
- Слушай! – гневно заявила вернувшаяся к двери Вика. – Ты сейчас весь подъезд перебудишь. Будь хорошим мальчиком и иди повой у двери своего хозяина. Пусть в чате морально распинают его.
Зверь за дверью еще раз намекающе царапнулся.
- И дверь не трогай! – строго добавила Вика. – А то хозяйка у меня из депозита деньги удержит. Вряд ли она поверит, что ко мне приходил из леса Серый волк и пытался дернуть за веревочку. Или выскрести из дома Красную Шапочку. Вместе с поросятами.
За дверью понимающе рявкнули.
- Ну вот и лежи-сиди там тихо. Жди своего Артема.
Вика снова попыталась отойти от двери, но возобновившийся вой заставил ее резко поменять планы. Девушка чертыхнулась, рывком распахнула дверь, чем тут же воспользовался зверь. Он просто отпихнул хозяйку и весело прошмыгнул в щель, оставив ее стоять с открытым от возмущения ртом. Но дальше коридора не побежал, а стал старательно вытирать лапы о коврик.
- Что, серьезно? – с сарказмом вопросила Вика. – Вот так врываешься без разрешения в чужой дом?
Зверь наклонил голову.
- Ну да, - неохотно признала девушка. – Я тоже недавно вломилась к твоему хозяину. Так что один-один.
Зверь гавкнул, как будто соглашаясь.
- Давай так! – решила расставить по местам все знаки препинания Вика. – Я держу у себя дома и время от времени подкармливаю только одно чудовище. Мое внутреннее. Ведь никогда не знаешь, когда может потребоваться злобная и кровожадная тварь. А на второго я не подписывалась. Двоих Боливар уже не выдержит. Понимаешь?
- Грахх-рах! – возразил и перевесил язык на другую часть пасти монстр.
- Но! На один вечер… - зверь умильно завилял хвостом. – И только в виде исключения. До прихода твоего хозяина… - довольный рык. - Ведешь себя ниже… - Вика с сомнением покосилась на монстра, в холке почти достигающего ее плеча. – И тише… - она еще больше засомневалась, но подумав, строго добавила: - А главное – чисто!
Пес понятливо рыкнул и первым побежал в ванную. Вика не успевала удивляться его понятливости и догадливости.
В ванной она вымыла зверю лапы, причем тот послушно протягивал ей их по очереди, потом оба переместились на кухню.
- Вообще-то, - продолжала разговаривать со зверем Вика, - я на гостей не рассчитывала. И мяса у меня нет. Особенно половины туши кабана, которыми ты, судя по комплекции, должен питаться каждый божий день. Я буду делать себе карбонару.
Монстр не стал спорить и лег на пол, положив голову на лапы. И с пола влюбленно наблюдал за кашеварящей девушкой.
Вика поставила на огонь кастрюлю с водой, а в это время стала резать чеснок и бекон. Бросила спагетти в кипяток, поджарила бекон с чесноком, стала разводить соус для карбонары: желтки, сыр и сливки. Вся готовка у нее заняла от силы полчаса. Когда Вика положила себе на тарелку горячий ужин, зверь заинтересованно присел и положил голову на край стола. Нет, он молчал, но каждую проглоченную Викой вилку провожал таким тоскливым взглядом, что сердце девушки не выдержало.
- Тебе на сто процентов вредно это есть, - сказала она. Зверь понимающее вильнул хвостом. – И ты наверняка это есть не будешь, - зверь с сомнением наклонил голову. – Но и ужинать в такой атмосфере я не могу.
Зверь понимающе тявкнул. А когда Вика со вздохом положила ему в суповую тарелку две свои порции, так завилял хвостом, что едва не свалил табуретку.
- На! Ешь! – сказала Вика, с грустью провожая взглядом свои как минимум два обеда.
После этого в кухне на некоторое время установилась умиротворенно-чавкательная тишина. Зверь вылизал тарелку, после чего подошел и положил свою морду Вике на колено.
- Я поняла, ты благодарен, - осторожно потрепав зверя по голове, сделала вывод Вика. – А сейчас мне надо поработать. Будь хорошим мальчиком и не мешай мне.
Вика выглянула на балкон, убедилась, что окна соседа наверху безнадежно темны, вздохнула и уселась в уже полюбившееся кресло. В гостиной стояла тишина. Собственно, это было и понятно, ведь источник шума, а также раздражитель всего подъезда лежал у ее ног и время от времени умиленно нюхал ее тапочки.
- Итак, - внушительно сказала Вика, отложив бумаги. – Дано: вампир в подъезде. То есть это еще не дано, но есть подозрение на это…
Черный зверь приподнял в знак сомнения одно ухо, но Вика не сочла его возражение стоящим внимания.
- Как нам его вычислить? Классические способы: чеснок, зеркало, солнечный свет и кол в сердце. Ну, кол в сердце я бы исключила. Во избежание разборок в полиции.
Пес одобрительно взгавкнул и подполз поближе к Вике, явно собираясь ее охранять от всех вампиров околотка.
- Солнечный свет… - Вика недовольно поцокала. – С этим проблема в данный промежуток времени. Остается чеснок и зеркало. Но вот как заставить каждого жителя в подъезде прилюдно пожевать чеснок? У тебя есть варианты?
Зверь задумчиво возвел глаза к потолку.
- Так я и думала, - понятливо сказала Вика. – Однако твой хозяин ночной гулена, - добавила она, снова убедившись, что окна в квартире наверху так и не озарились светом. – И что будем делать?
- Арр-рах! – высказался зверь.
- Лаконично, но не слишком доходчиво, - пожаловалась Вика. – Ладно, ты как хочешь, но мне пора спать. А ты иди спать в коридор. Иди, иди!
Пес понурил голову и поплелся к входной двери, где улегся на коврик, отслеживая взглядом своих инфернальных глаз Викины ночные передвижения по квартире.
Девушка приняла душ, отчего-то стесняясь, переоделась в ванной в пижаму и разобрала широкую кровать в спальне. Счастливо выдохнула и натянула одеяло до подбородка.
В черном провале октябрьских небес мельтешили огоньки далеких звезд. Ветер завывал и раскачивал корявые вершины деревьев. Цок-цок-цок! Вика вздрогнула и повернулась на звук. Зверь сидел рядом с кроватью, и его глаза светились в темноте двумя горящими точками.
- Ты что? – испуганным шепотом спросила Вика. – Я же тебя карбонарой кормила. Я понимаю, что тебе не хватило, но из благодарности мог бы меня не есть.
- Ахр-р! – обиженно возразил зверь и положил голову на край постели.
- Что? Одному страшно в коридоре? – догадалась Вика. – Слушай, ты такой огромный, что это тебя все должны бояться.
- Ур-рарх! – не согласился зверь.
Потом, полностью потеряв остатки совести, прыгнул на кровать и улегся рядом с Викой. От подобной наглости девушка даже не нашлась, что сказать. Потом попыталась выдернуть придавленное одеяло из-под туши незваного гостя.
- Ты совсем офонарел? – прошипела она, наконец получив в свое единоличное пользование спальную принадлежность.
Зверь от стыда спрятал нос в лапы, но при этом продолжал коситься на Вику наглым глазом, в котором продолжал тлеть лукавый огонь.
- Ну вы и прохиндеи! – резюмировала девушка. – Что ты, что твой хозяин. И, кажется, завтра с вами обоими будет серьезный разговор.
Зверь грустно вздохнул, потом лизнул Викину руку и снова спрятал нос в лапы.
- Ладно, - сдалась девушка. – Я страшно хочу спать. Так что попрошу полной тишины и порядка. Не храпеть, не выть, не гавкать.
Она отвернулась от зверя и замерла, боясь пошевелиться и делая вид, что спит. Матрас некоторое время попружинил: видимо, зверь укладывался. Кто-то сладко и горячо зевнул прямо в затылок Вике, и она невольно тоже зевнула. А потом вдруг незаметно для себя самой провалилась в сон.
ЧАСТЬ 2. Флудилка 4 подъезда
31 октября
Маргарита
Соседи!!! Нам нужно снова собрать деньги на доводчик на подъездную дверь!
Борис Аркадьевич
Вы их там солите, что ли? Два месяца назад же собирали!
Newvasyukovich
меняет название «Флудилка 4 подъезда» на «Обдираловка 4 подъезда»
Маргарита
Снова сломали!!! Такое чувство, что все с ноги дверь открывают.
Ленчик
Я котегарически отказываюсь! Два раза сдавал. Я раньше в 9-вите итажке жил, так такого не было. Вообщем, я сдавать не буду. Мне незападло и рукой за собой прикрыть.
Toksik2456
9-вите итажка О_о
(гифка с человеком, выкалывающим себе глаза вилкой)
Ленуся
Соседи! Вам жалко, что ли? Там же по чуть-чуть, если с каждой квартиры скинуться.
Маргарита
меняет название «Обдираловка 4 подъезда» на «Флудилка 4 подъезда»
Борис Аркадьевич
Это в «9-вите итажке» по чуть-чуть. А у нас «5-те итажка». В два раз больше надо.
Ленуся
Нельзя без доводчика! Все ленятся, дверь за собой не закрывают! У нас же все господа! Ливрейных слуг ожидают. А дверь открыта по полдня. Воровство! У нас даже коврик, что на лестничной клетке лежал, сперли.
Борис Аркадьевич
Вы сейчас серьезно? Коврик?
Геннадий
Кто коврик спер, тот и старушку кокнул!
Маргарита
Какую еще старушку? Не путайте!!! Мы деньги на доводчик собираем. По сто рублей с квартиры.
Борис Аркадьевич
Уважаемая Маргарита! У вас доводчик алмазный, что ли, будет?
Ленуся
А вчера какой-то торчок между этажами ходил. За стенку держался. Не подъезд, а проходной двор!
Маргарита
Я так понимаю, что скидываться никто не будет?
Newvasyukovich
меняет название «Флудилка 4 подъезда» на «Глас вопиющего 4 подъезда»
Борис Аркадьевич
Сегодня на доводчик. Завтра кто-то на пианино и пруд с лебедями предложит скинуться. Так без штанов останешься.
Маргарита
меняет название «Глас вопиющего 4 подъезда» на «Флудилка 4 подъезда»
Маргарита
Соседи!!!
Newvasyukovich
(гифка кролика, прячущегося в шляпе)
Маргарита
И тишина в чате…
Newvasyukovich
меняет название «Флудилка 4 подъезда» на «Мертвые с косами 4 подъезда»
ГЛАВА 5
Темному снилось, что он нашел свою Истинную. Выглядела она, как шоколадного цвета кокер-спаниель с кудрявыми очаровательными ушками. По сравнению с Темным она была сущей шмакодявкой, но когда поднимала на него свои доверчивые карие глаза, то ему хотелось то ли перепрыгнуть через сосну, схватить луну в зубы и принести ей, то ли совершить налет на местный мясной отдел. А в конце сна Истинная превратилась в девчонку, такую миленькую и аппетитную, что Темный только и успевал что подбирать слюни с паласа. К тому же еще Истинная лежала в шаговой, нет, полушаговой доступности от него.
Темный протянул руку и с нежностью погладил округлую попку, прикрытую мягкой тканью, затем его пальцы беззастенчиво полезли под резинку пижамы и погладили бархатную кожу под одеждой. Истинная только вздохнула, и этот вздох Темный воспринял как предложение действовать смелее. Другая его рука стала осторожно расстегивать пуговицы на груди, норовя как можно скорее пробраться в уютное гнездышко, где его ждали два…
Резкий визг вырвал Темного из полудремы, а затем он ощутил сильный удар в грудь и свалился на пол. С грохотом, который напугал даже крыс в подвале.
- Маньяк! Извращенец! А-а-а!!! – кричал кто-то на одной ноте, не сбавляя тона.
Артем разлепил сонные вежды и уставился на красную от гнева девушку. Она закрывалась по шею одеялом, стащив его с Артема и тем полностью лишив парня последнего фигового листочка.
- Я сейчас полицию вызову! Как вы сюда пробрались! А-а-а!
Ситуация выходила нешуточная. Окончательно пробудившийся от грез Артем увидел перед собой сразу несколько проблем, и каждая была неприятна сама по себе, а вкупе они создавали энергию термоядерной бомбы. Рука сама потянулась к одеялу, поскольку это было самым простым решением первой и самой насущной на данный момент проблемы.
- Насилуют! – продолжила визжать девушка.
- Дура! – прохрипел Артем, дергая на себя одеяло. – Ты что, весь подъезд приглашаешь к участию?
И так круглые от возмущения глаза девушки округлились еще больше, практически выходя за пределы, отпущенные им природой, но Артем воспользовался этим секундный замешательством, резким рывком овладел одеялом, замотал им себя по пояс и рванул к выходу из квартиры, ударяясь о косяки дверей и поскальзываясь на паркете.
Дверь грохнула, звук шагов поднимающегося с нижних этажей человека придал Артему сил, и он в несколько прыжков преодолел два лестничных пролета, влетел к себе в квартиру и закрыл за собой дверь на замок трясущимися руками. После чего сполз по стеночке и уселся прямо на полу, обхватив голову руками.
Провал был не просто эпическим. Его можно было охарактеризовать словом из шести букв, начинающимся на «пэ» и заканчивающимся на дне ада. Позор был такого характера, который благородный человек мог бы искупить, только пустив себе пулю в висок из какого-нибудь исторического оружия.
Тут была маленькая закавыка. Артем не был человеком. Хотя в благородстве он порой себе отказать не мог.
- П…! - озвучил он вслух произошедшее. - Она меня теперь к себе и на пушечный выстрел не подпустит.
Вчерашнее тонуло в дымке умиления и поэтического восторга. Вчера он готов был для своей Истинной на все, включая груминг и поводок. И она, казалось, проявляла явную симпатию. Даже пару раз в забывчивости потрепала Темного по голове своей аппетитно пахнущей ручкой. Конец был, вроде бы, очевиден. Да и зачем было так кричать? Ну стукнула бы в конце концов тапком…
Артем на секунду представил чувства девушки, обнаружившей у себя утром в постели незнакомого голого мужика, и застонал.
- Идиот! Осел! Придурок! – заклеймил он себя.
Посидев в коридоре некоторое время и побичевав себя, парень поднялся, размотал одеяло и решил действовать. Отступать, трусливо поджав хвост, было не в его характере.
Пока Артем принимал душ, брился и завтракал, в его голове постепенно складывался план. Вернее, даже несколько планов, поскольку каждый последующий пункт зависел от действий противника, то есть соседки снизу. Надо сказать, что ее облик оказался для Артема полностью противоположным тому, который когда-то рисовался его воображению. То есть абсолютно противоположным, начиная от внешности и заканчивая характером. Абсолютней и противоположней не придумаешь. Но при этом сомнений не было в том, что эта агрессивная кнопка из квартиры внизу и была его единственной Истинной. Тут нюх его не подводил.
Пока Артем задумчиво готовил себе яичницу, план покорения вредной девчонки складывался постепенно и неумолимо.
Во-первых, у девушки явно были непростые отношения с кулинарией. Вчерашняя карбонара (это если опустить пункт, что блюдо было одним из самых простых в приготовлении) имела в себе целый ряд недостатков: спагетти были переварены, чеснок и бекон пережарены, а соус недостаточно сочным. А при беглом взгляде в мусорное ведро Темный сделал вывод, что питаться его Истинная предпочитала или полуфабрикатами, или консервами. Это надо было решительно исправлять. И Артем засучил рукава.
Поход в магазин занял полчаса. Потом два часа ушло на то, чтобы пожарить все овощи по отдельности. И еще час на то, чтобы все запечь в духовке. И вот: через четыре часа была готова она – совершенно восхитительная, ароматная, сочная и совершенно аутентичная греческая мусака.
Артем вежливо позвонил в дверь. Прислушался. Осторожные шаги, глазок на секунду затмился, а потом хозяйка решила сделать вид, что ее там нет.
- Я извиниться пришел, - веско произнес Артем. – И одеяло вернуть.
Тишина стала еще более тихой. Девушка явно затаилась за дверью.
- Я вас слышу, - чуть с укором сказал Артем. – Как вы там дышите. Не бойтесь!
Дыхание за дверью постаралось сойти на нет, но девушки хватило всего на несколько секунд.
- Мировой рекорд задержки дыхания, - добродушно сообщил Артем, - составляет одиннадцать минут. Вряд ли вы его побьете.
- Убирайтесь к черту! – снизошла наконец до него Истинная. – Одеяло можете своему монстру подарить.
- Я всего лишь хотел загладить свою вину, - терпеливо объяснил Артем. – Я гульнул с друзьями… - тут он умело смешал ложь с правдой, - и был не в себе. Перепутал этажи. А Темный еще меня и внутрь потащил. Я был уверен, что это моя постель. Ну простите, пожалуйста.
- Отныне все обитатели вашей квартиры будут отстреливаться, если приблизятся к моему порогу ближе, чем на пять шагов, - категорично заявила девушка, и Артем услышал звук удаляющихся шагов.
Так, первый бой он проиграл. Но не войну.
Мысль оставить дары в тамбуре за дверью Артем отмел: в последнее время в чате только и рассказывали о том, что в подъезде крали все, что было не прибито гвоздями к кафелю. Чуть ли даже не коврик перед дверью. Нет, этот путь Артем отверг как неперспективный.
- Я не сдаюсь, - усмехнулся Артем и пошел к себе наверх.
К счастью, балкон соседки не был застеклен, как многие другие в подъезде, и этим можно было воспользоваться. Привязанный на веревку пакет с одеялом был аккуратно спущен вниз с запиской: «Пододеяльник стираю. Верну сухим и поглаженным».
Пакет болтался около часа. По мнению Артема этого времени должно было девушке хватить, чтобы чуть притушить пламя своего гнева. Через час хлопнула дверь балкона. Пакет отвязали и унесли молча в дом. Артем потер руки и продолжил.
Коробочка дорогих шоколадных конфет с запиской: «Мне страшно неудобно. Но я очень-очень-очень хочу искупить!» болталась не менее сорока минут, после чего ее неохотно приняли. В ответ было коряво нацарапано: «Ладно. Проехали. Привет Тыгыдыку!»
Лед тронулся! Контейнер с мусакой, заботливо завернутой в полотенце, чтобы не остыть, болтался уже совсем недолго, минут пятнадцать, видимо, уже из чисто педагогических целей и вредности. Взамен нее была прицеплена записка: «Крысиный яд в какой пропорции примешивали?»
Намечалось явно таянье ледников и глобальное потепление.
«Готов сам при вас попробовать, чтобы доказать отсутствие яда. Или даже составить компанию. Я еще салат «Цезарь» принесу. И я знаю, как выловить вампира в подъезде», - торопливо написал Артем.
Ответ на записку он ждал с замиранием сердца. И тот последовал уже через пять минут. Девушка явно умела отделять личное от профессионального.
«Жду! Но кнопка полиции у меня на быстром наборе. А перцовый баллончик всегда под рукой!» - гласило сердитое послание.
«Врет», - усмехнулся Артем, легко прошелся расческой по волосам и резвым коньком поскакал вниз.
ГЛАВА 6
- Номер полиции, - сказала Истинная и показала на свой телефон. Затем молча продемонстрировала баллончик.
«Не врет», - сделал вывод Артем и серьезно покивал.
Потом тщательно и уважительно протер ноги о коврик – обычный, серый, с черными полосками и парой ошметков грязи на нем.
- А у вас тут и правда коврики воруют? – поинтересовалась девушка, откидывая смоляную прядку со лба.
Была она такая трогательная, славная и кареглазая, что Артем простил ей сразу то, что она оказалась не длинноногой блондинкой с голубыми глазами. Напротив, ему захотелось сразу переметнуться в Темного и пару раз лизнуть Истинную в маленький аккуратный носик, который сейчас был гордо вздет. Останавливал лишь ледяной блеск антрацита в глазах девушки и мысль о том, что после этого дверь перед его носом точно захлопнут, и даже никакие вампиры его уже не спасут.
- У меня лежит, - сообщил Артем. – Пока. Но его дальнейшая судьба покрыта для меня завесой тайны.
Он наклонил голову в ожидании. Истинная оглянулась назад, помедлила, поправляя волосы, потом встретилась в зеркале с вопрошающим взглядом Артема и махнула рукой.
- Ладно, проходите, - отступила она в сторону.
Артем разулся и пошел на кухню. Там стал выгружать на стол принесенное: салат «Цезарь» в большой круглой салатнице, пакет апельсинового и томатного соков, баночку оливок, сыр «Бри» в коробочке…
- Я готова уже заподозрить вас в том, что вы хотите меня откормить и отдать на съедение вашему Тыгыдыку, - заметила девушка и повертела в руках коробочку мидий в соусе.
- Его зовут Темный. А меня Артем.
- Хм… Артем. Происходит от Артемий, то есть посвященный Артемиде, жестокой и мстительной богине охоты…
- Что? – чуть опешил Артем. – Какой богине?
- Неважно, - отмахнулась Истинная. – Древнегреческой.
- А-а… Греция. Помпеи там, Олимп, царь Ксеркс. Это я помню. В школе проходили.
Истинная окинула Артема насмешливым взглядом. Дождалась паузы и продолжила:
- Я говорю, что у вас с вашим Тыгыдыком имена одинаковые. Артем, сокращенное Тема. А пса вашего Темный зовут. Охотой не увлекаетесь?
Артем хотел сказать, что охоту он очень даже уважает, особенно летом в лесу. На зайцев. А в городе на Истинных. Но решил пока придержать эту информацию при себе.
- А вас как зовут? – вместо этого поинтересовался он, открывая пакеты сока и по-хозяйски доставая с верхней полки большие тарелки для мусаки.
Истинная настороженно наблюдала своими карими глазами за действиями Артема, но недовольство выразить не спешила. Как и одобрение.
- Вика. Прежде чем мы с вами переломим хлеб и выкурим трубку мира… - веско начала она.
- Я не курю. Совсем. Не выношу запаха табака, - поспешил поднять свои акции в глазах Истинной Артем.
Девушка чуть насмешливо приподняла краешки губ и продолжила:
- … прежде подписания мировой хотела бы полюбопытствовать, откуда вы знаете про вампира.
- Так я услышал, - честно сказал Артем.
- Где? Когда?
Несмотря на мягкость и вкрадчивость тона, Артем смутился. Не мог же он признаться, что слышал это вчера, когда лежал у ног Вики.
- Тут это… акустика в доме очень хорошая. По трубам звуки передаются. Я слышал ваш разговор. С кем-то. То ли вчера, то ли позавчера.
Истинная продолжала его сверлить с подозрением.
- А вы…
- Давай на ты! – предложил Артем.
- Я подумаю.
- И я готов всемерно помогать в ловле опасного преступника в нашем подъезде. В конце концов, я в этом доме живу с рождения, так что не желаю, чтобы мне портили кровь разные тут проходимцы, спящие в гробах.
- А это мысль… - заметила Вика.
- Что помощника лучше меня не найти?
- Нет, что они спят в гробах. Не видели случайно: никто гробы в дом не затаскивал?
- Не-а.
Девушка уселась за стол и взяла в изящные пальчики вилку. Артем налил ей сока в стакан и приподнял свой.
- За встречу! Чокнемся?
- Я уже. Чуть не чокнулась сегодня. Утром, если говорить точно.
Теперь глаза Истинной искрились, а крылья носика раздувались от с трудом удерживаемого смеха.
- Тогда давайте за удачу в нашем начинании!
- Хороший тост! – согласилась Истинная и отпила, поглядывая поверх стакана на Артема.
- Яда нет. Клофелина тоже. Угощайтесь! - радушно предложил Артем и первым захрустел салатом.
Вика, помедлив, последовала его примеру.
- Так вы все-таки готовы принять мою помощь? – уточнил Артем, когда, съев все принесенное, они перешли в гостиную.
Он окинул ностальгическим взглядом кресло, в которое и сейчас уселась девушка. Хотелось встать на колени рядом с ней, положить голову на ее обтянутые джинсами ножки… А еще лучше стянуть эти джинсы с нее зубами и…
- Я еще колеблюсь, - честно призналась девушка. – Мне ясно лишь одно – вы не вампир. В анкете напротив вашего имени я ставлю прочерк. Кстати, вы в какой квартире живете? Какой номер?
Вика развернула листок с планом подъезда, где были пока пустые клетки с номерами. Артем уважительно покосился на него.
- В семьдесят седьмой. Как раз над вами. А как вы пришли к выводу, что я не вампир? – поинтересовался он.
- Очень просто, - сказала Вика, вписывая имя Артема в клеточку с соответствующим номером. - Вы вломились ко мне в квартиру по собственному почину, без приглашения. Тогда как носферату необходимо устное или письменное приглашение.
- А-а… Здорово! Точно!
Вика окинула парня насмешливым взглядом.
- И еще я подстраховалась. В зеркало посмотрела. Вы в нем отражались.
- А-а! Точно. Вик, давай на ты перейдем? Ну в самом деле!
- Я подумаю.
Капризная какая Истинная! Может, ее прямо взять и поцеловать сразу, предложил Темный, но Артем подавил в себе эту крамольную мысль. Рано. Рано!
- Так как поймать вампира? С зеркалом ходить по всему дому?
- Нет! Это сложно. Да и не заставишь всех в него смотреть. Самих за чокнутых примут.
- Это да. Я предлагаю ловить на чеснок. У вампиров же на него страшная аллергия. Пятнами, говорят, сразу синими покрываться начинают.
- И как заставить? В зеркало и то проще уговорить глянуть, - недоуменно развела руками Вика.
- Есть идея!
- Какая?
Артем подал руку Вике, а когда она, чуть нахмурив лобик, с опаской протянула свою, парень дернул девушку на себя, так что она вдруг оказалась в его объятьях.
- Перейдем на ты? – шепнул он, прижимая к себе вкусно пахнущую Истинную. Она смотрела на него, испуганно хлопая своими огромными глазами олененка Бэмби, пару секунд, потом решительно отстранилась.
- Грабли убери! – сказала она, и Артем послушно, но с сожалением выпустил свою добычу. – Так что за идея?
- Идем! – решительно тряхнул челкой Артем и потянул свою Истинную снова на кухню.
ГЛАВА 7
- Я знаю, вы это нарочно!
- Во-первых, ты! А во-вторых, честное слово, не специально!
Вика еще раз угрожающе помахала ножом перед лицом Артема. Потом вздохнула, промокнула глаза платком и принялась дальше резать лук.
Лук был по шкале от одного до десяти стобалльным. Он превосходил по жгучести все, когда-либо резанное Викой. С той небольшой поправкой, что она не так часто отваживалась резать лук. И вообще что-нибудь резать. И, чего уж греха таить, готовить тоже не любила. Нет, ну честное слово, в жизни так много разных интересных дел. А готовка… Три или четыре часа мечешься по кухне как угорелая, чтобы потом это съели за полчаса? А благодарность едока испарилась раньше, чем желудочный сок растворит результат твоего кулинарного подвига?
- Не верю, - продолжала ворчать Вика, шмыгая носом. – Представляю, как ты ходил по району и дотошно спрашивал: «Скажите, этот лук своим запахом убивает на подлете в двадцать метров или только пятнадцать? И только мелких насекомых и птиц? Или тираннозавров и птеродактилей тоже?»
- Давай я один его порежу, - благодушно предложил Артем.
Вика не заставила себя упрашивать и пошла в ванную умываться. Полюбовалась на себя в зеркало. Сначала с одного ракурса. Потом с другого. Опытной рукой взбила кудряшки у виска. Вспомнила, как парень приобнял ее недавно, и порозовела. Утреннее происшествие вообще заставило отвести взгляд от своего отражения. Артем оказался не таким ужасным, каким показался при второй встрече. Да и во время первой Вика успела оценить обтянутые потной майкой бицепсы. Просто тогда насморк вызывал все самые темные стороны ее души. Сейчас же, одетый в футболку, да еще и в фартуке, который он, словно фокусник, извлек из принесенного пакета, выглядел Артем как австралийский пожарный октября. В домашней среде обитания. А значит, потенциально способный к приручению и… Черт! Не о том ты, Вика, думаешь, напомнила себе девушка.
Она вернулась на кухню, где за время ее отсутствия (ой, а казалось, всего минут на пять задержалась) все ингредиенты были уже порезаны и смешаны в кастрюле. Артем ставил будущий соус на огонь.
- Сделаем маленькие тарталетки с овощами и соусом. Даже будь ты вегетарианцем, отказаться причины не найдешь, - повторил он свой план. – Сегодня Хэллоуин. Обойдем соседей, угощая.
- Вообще-то на Хэллоуин наоборот, - резонно заметила Вика. – Это хозяева угощают.
- У нас будет свой, под местным соусом.
- Чесночным, я так полагаю?
- О чесноке предупреждать не будем. Его запах не заметен из-за специй. А если кто-то откажется, то и понятно будет, что рыльце у него в пушку.
- В вампирском. План хороший, - сказала Вика. – По крайней мере, попытаться можно.
Она наблюдала за помешивающим ложкой в кастрюле Артемом. Было в нем что-то первобытное, звериное и, одновременно, домашнее и уютное. С таким парнем хорошо ходить в поход в лес или горы. Наблюдать, как он ловко рубит сильными руками дерево на костер, ловит рыбу из реки и варит уху, а потом ночью спать в одной палатке. Стоп! Да что за наваждение! Опять тянет не в ту степь.
- Давай распределяй соус! – уже совсем по-хозяйски скомандовал ей Артем, и Вика, сама удивляясь своей покладистости, присоединилась к парню.
Через полчаса тарталетки были уложены в корзинку, и молодые люди отправились в антивампирский рейд по подъезду.
Подъезд медленно погружался в вечерние сумерки и был освещен тусклыми лампочками. Было в его атмосфере и вправду что-то хэллоунское, потустороннее. Маленькие тыковки, расставленные на этажах, казались огненными шарами, прикатившимися по ведьминой дорожке из колдовского леса. На пыльный кактус между третьим и четвертым этажами кто-то повесил болтающегося в петле пупса, пририсовав ему фломастером вывалившийся язык.
- Это от чего таким странным запахом тянет? – повел носом Артем.
- Ничего не чувствую, - пожала плечами Вика.
- Кажется, что от тыкв, - втянул воздух Артем.
- Мы нюхать будем или идем? – проворчала журналистка.
- С кого начнем? – тут же послушно спросил Артем, глядя сверху вниз на Вику.
- Логичней начинать с новеньких. Кто недавно появился у вас, - сказала девушка.
- Верно. Ведь если бы вампир тут давно жил, то уж полподъезда бы переморил. Да и выглядят они очень молодо, а поэтому на одном месте больше чем на десять, максимум двадцать лет обычно не задерживаются.
- Из старожилов таких нет? Ну, скажем, бодрых пенсионеров, которые колесо на турнике делают и пробежку ежедневную в парке?
- Не-а. А из новеньких знаю, что сосед у меня появился недавно. Бабулька там померла, сначала квартира пустовала, а сейчас они сдают ее.
- Вот и пойдем к нему!
Молодые люди поднялись на этаж выше. Артем проигнорировал звонок с болтающимся обрывком провода и забарабанил в дверь.
Внутри квартиры раздался звон, как будто кто-то выронил то ли кастрюлю, то ли гантель. Потом дверь осторожно приоткрылась, и оттуда на напарников воровато выглянул белобрысый сутулый парень. Внешность у него была такой блеклой, словно его хорошенько потерли губкой, смывая все краски.
- Я вас слушаю? – осторожно поинтересовался он.
- Мы ваши соседи! – жизнерадостно заявила Вика, но эта новость не отразилась на блеклом лице парня радостью.
- Угощайтесь! Вот! – ткнул Артем корзинкой в парня.
- Что это? – с вполне понятной опаской спросил тот.
- Мы весь подъезд угощаем, - сказал Артем. – В честь Хэллоуина.
- А разве не наоборот? – усомнился парень, с подозрением втягивая воздух от тарталеток.
- В смысле?
- Ну, вы должны колядовать, а я вас угощать.
- Колядки на Рождество! – твердо сказала Вика. – Но если вы настаиваете…
- Да я не особо, - неуверенно сказал парень.
Но Вика уже бодрым голосом пропела:
- Колядуем, колядуем,
Мы не пьем и не бл..дуем.
С Хэллоуином поздравляем!
Счастья, радости желаем!
Чтоб карманы не пустели,
А родные не п…здели.
Чтобы вас не сглазили!
Чтобы с вас не слазили!
- Этого достаточно? – деловито произнесла она и, подпихнув к парню корзинку, приказала: - Угощайтесь!
Белобрысый парень ошарашенно похлопал глазами и машинально взял одну тарталетку. Вика и Артем сверлили его прокурорским взглядом, пока тот торопливо жевал ее, давясь от неловкости.
- Очень вкусно! – сказал он наконец, проглотив последний кусок. – Я вас тоже тогда отдарить должен. Проходите, что ли!
И парень подался назад.
Вика и Артем вошли в коридорчик и начали осматриваться, пока белобрысый порысил в кухню.
Коридор был загроможден вещами, а стены его были сплошь увешаны коврами и ковриками.
- Тут раньше жил безумный ковродел? – поинтересовалась шепотом Вика.
- Понятия не имею, - сказал Артем. – Но у старушки и впрямь порой свистела фляга. Коврики зачетные. Разве что на потолке нет. И пахнет тут… - он снова потянул носом.
- Чем? Надеюсь, не бабулей?
- Нет, хотя похоже. То ли грибами, то ли лесом.
- Поздновато для грибов, - заметила Вика. – Но кто я такая, чтобы указывать людям на их странности. У меня и самой их немало. А у вас, Артем?
- У тебя, во-первых, - сказал вздрогнувший Артем, чуть не выронив корзинку. – А во-вторых…
Но закончить он не успел. В коридор вышел парень и протянул им наполовину отломленную шоколадку.
- Вот! Больше ничего нет, - и он развел руками.
- Спасибо! – вежливо улыбнулась Вика. – Но мы бескорыстно угощаем.
- А я вас, вроде, знаю? – наклонил голову парень.
- Я ваш сосед. За стеной, - и Артем постучал по ковру, закрывающему стену, которая прилегала к его квартире. – Артем!
И он протянул руку.
- Алексей! – представился белобрысый и пожал руку соседу.
- Ну, мы пойдем! – сказала Вика и потащила своего помощника вон из квартиры.
- Мимо! – резюмировал Артем.
Они остановились перед третьей дверью, выходящей на лестничную клетку.
- Судя по звуку, там идет выяснение отношений, - сказала Вика. – Будем вклиниваться?
ГЛАВА 8
Напарники переглянулись, одновременно покачали головой и стали спускаться вниз.
- А кто еще новенький в подъезде? – вслух размышляла Вика. – Надо все же сначала его проверить.
- Тогда пойдем к Маргарите. Она старшая по подъезду. Наверняка в курсе.
Вика зафиксировала у себя в плане, где живет Маргарита, а заодно пометила крестиками свою квартиру, квартиру Артема и его соседа.
- Пока не ставь на мне крест, - улыбнулся Артем так обаятельно, что Вика не могла не ответить улыбкой и добавила полбалла к рейтингу соседа.
Они спустились на второй этаж.
Маргарита, женщина лет пятидесяти, выглядела утомленной. Вокруг нее хороводили два внука - белобрысых малыша, почти неотличимых друг от друга. Тарталетку хозяйка попробовала с большим удовольствием и выпросила еще одну для мужа, «который пошел за хлебом и пропал с концами».
- Новые жильцы? – озадаченно спросила она. – На первом этаже ремонт делают. Так там какие-то то ли таджики, то ли узбеки временно живут. Еще к Елене, что надо мной живет, племянник приехал.
- Племянник?
- Да. Хороший мальчик. На медика учится, кажется. Интерн, что ли. А вам на что?
- Мы, тетя Рита, - охотно объяснил Артем, - хотим на Новый год собрать всех жильцов на празднество во дворе. Вот, прикидываем, кого привлечь к подготовке мероприятия.
Вика приподняла брови, но опровергать слова напарника не стала. По Викиной прикидке, через неделю ее вообще не будет в этом доме, а потом предприимчивый сосед может устраивать во дворе празднование хоть Рагнарека, хоть Дня поглаживания манула против шерсти.
- Ну привлекайте, - хмуро сказала Маргарита. – Если получится. Я к оплате доводчика народ привлечь не могу, а тут целое мероприятие. Кто денег даст?
- Это мы посмотрим, - с оптимизмом, который показался Вике наигранным, сказал Артем.
- Да чего смотреть-то? – с горечью продолжила Маргарита. – Доводчика нет. За собой дверь закрывать ленятся. Все же баре. А Люба с первого этажа жалуется. Холодно, не лето сейчас. Квартиру напротив ремонтируют, так строители целый день шляются туда-сюда. Хозяин квартиры - Ленчик его зовут – хам. Ремонт отгрохал, а на доводчик денег не дает. И этот тоже! – палец Маргариты был возмущенно-презрительно воздет к потолку.
- Вы про кого, теть Рит? – уточнил Артем.
- Про кого, про кого! Да про кооператора, про Бориса! – прежним сварливым тоном сказала старшая по подъезду. - «Пруд с лебедями»! «Пианино»! Нахапал денег в девяностые, а теперь другим указывает, как жить!
Кто первым начал называть Бориса Аркадьевича кооператором, история умалчивает. Он был одним из первых, кто купил квартиру в этом доме и начал делать ремонт. Артем, распрощавшись с Маргаритой, шепотом поведал Вике душещипательную легенду, ходящую среди соседей о жильце шестьдесят девятой квартиры.
Когда-то давно квартиру № 70 занимал бывший сиделец и крайне маргинальная личность. За что сидел мужчина, точно никто не знал. То ли за кражу, то ли за преступления сексуального характера – достоверно это не было известно.
Поэтому никто не удивился, когда соседи сидельца продали свою квартиру, утомившись от круглосуточного «веселья». А на их место въехал Борис Аркадьевич. Соседство алкаша-уголовника его, как ни странно, не смутило.
А дальше стало происходить странное. В отличие от других соседей, которые шарахались от стремного жильца, не желая скидываться на его «горящие трубы», кооператор как будто сразу вник в ситуацию. Стоило сидельцу открыть рот для просьбы, как он получал в подарок одну, а то и несколько бутылок водки с ласковым напутствием: «Опохмелись, дорогой!» Никто в подъезде не понимал подобной мягкотелости, тем более от человека, ковавшего деньги в девяностые годы, среди рэкета, бандитских разборок и полного беззакония.
Сиделец тоже считал кооператора за полного лоха, требовал причитающегося уже почти приказным тоном, а получив свое, затихал на пару дней. Тайна странных поступков Бориса Аркадьевича стала явной через год, когда опасный сосед вдруг откинулся после очередного запоя. Вероятно, это произошло бы с ним в любом случае рано или поздно, но «подарки» соседа сильно ускорили развязку. Наследники же алкаша, а именно какие-то дальние родственники, продали квартиру занедорого самому Борису Аркадьевичу: возиться с убитой квартирой им не хотелось, зато хотелось получить деньги сразу и без проблем. Оказалось даже, что переговоры между родственниками сидельца и кооператором шли уже давно. Отремонтированная квартира № 70 была присоединена к соседней № 69.
- Туда мы не пойдем! – заявила Вика, услышав эту почти макбетовскую историю местного водоликерочного розлива. – Он явно не нужный нам вампир.
- Мне Борис всегда нормальным казался, - подытожил Артем, - но вот такая история за ним тянется.
- Давай проверим того приехавшего