Душа обмену и возврату не подлежит. Елена Боброва

Оглавление

• АННОТАЦИЯ
• ГЛАВА 1. Душевный обмен или что здесь происходит?
• ГЛАВА 2. В яблочко!
• ГЛАВА 3. Академия магии Несанета
• ГЛАВА 4. Город Несанет
• ГЛАВА 5. Сложно поверить
• ГЛАВА 6. Первые знакомства в новом мире
• ГЛАВА 7. Кто кого переупрямит?
• ГЛАВА 8. Найти бы выход
• ГЛАВА 9. Луч тщеславия
• ГЛАВА 10. Свидание с разведчиком
• ГЛАВА 11. Обучение чародейки
• ГЛАВА 12. Подготовка к концерту
• ГЛАВА 13. Останься!
• ГЛАВА 14. Творческий вечер
• ГЛАВА 15. Ничего не получилось
• ГЛАВА 16. Прогулка за город
• ГЛАВА 17. Мне пора
• ГЛАВА 18. Портал в никуда
• ГЛАВА 19. Договоримся?
• ГЛАВА 20. Возвращение домой
• ГЛАВА 21. Обучение заклинательству
• ГЛАВА 22. Змеиное шипение
• ГЛАВА 23. На каникулы в гости
• ГЛАВА 24. В семейном кругу
• ГЛАВА 25. Небесный праздник
• ГЛАВА 26. Заклинательская практика
• ГЛАВА 27. Королевская свадьба
• ГЛАВА 28. Неожиданная беда
• ГЛАВА 29. Ложные обвинения
• ГЛАВА 30. Взять предателя!
• ГЛАВА 31. Борьба за самое главное
• ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ

Однажды, проводя небольшой отпуск в Париже, Милана покупает старинный медальон, с которого и начинаются все ее неприятности. Это же надо было попасть в другое тело, в другой мир без права вернуться. Еще и стать подопечной ректора магической академии.

ГЛАВА 1. Душевный обмен или что здесь происходит?

Милана Левина

   Только через пару дней добралась до сумок, чтобы разобрать их. Разложила вещи по местам, что-то закинула в стирку, вытряхнула из походной сумочки мелочевку. Все это делала, разговаривая с отцом по телефону. Он живет во Владимире, там я родилась, училась, выросла, потеряла маму и смысл жизни, пробовала записывать первые видео, вновь обретя этот самый смысл, а потом переехала в столицу. Отец переезжать отказался, мы с ним отдалились, виня друг друга в маминой гибели.

   После очередного разговора тяжесть на душе перекатилась с места на место, словно большой неподъемный валун. Вздохнула, услышав сухое прощание, и тряхнула сумку еще разок. Последним поверх кучи всякой всячины выпал тот самый пра много пра бабушкин медальон в тканевом мешочке из города моей мечты. Грустно улыбнулась: как я хочу обратно в Париж или куда-нибудь еще, развеяться. Надела на себя частичку счастливых воспоминаний и, закончив с вещами, легла спать.

   Сон не заставил себя ждать, странный, волнующий: я в виде бестелесного духа лечу куда-то сквозь слои пространства. Меня несет пушинкой вперед и вперед, полет вполне приятный, давно не летала во сне, но уж очень необычным и реалистичным кажется сон.

   В итоге оказалась в комнате, обставленной, как в историческом кино или музее, судя по всему время перед рассветом. На большой кровати животом вниз лежит обнаженная девушка, ее поцелуями по спинке пытается разбудить потрясающий мужчина, от вида которого у меня пересохло в горле, подобных красавцев я никогда не видела: он был практически обнажен, только самое главное стыдливо прикрывала легкая белоснежная простыня; его смуглая кожа светилась в акварельных рассветных лучах, под ней лениво перекатывались рельефные мускулы; лицо искусителя и темные волосы до плеч завершали идеальную картину.

   Легкое движение поблизости заставило оторвать взгляд от живописной картины. Повернула голову и увидела бестелесный дух девушки, краем сознания отмечая нашу схожесть. Она с ужасом переводила взгляд с кровати на меня и обратно, в этот миг ее дернула назад неведомая сила, а меня потянуло в другую сторону. Еще миг и я открыла глаза, почувствовав на своей спине нежные прикосновения теплых губ, от которых по телу стройными рядами промаршировали мурашки. Глубокий вдох, и я осознаю, что это вовсе не сон.

   А как хорошо все начиналось …

   Отпуск! Как много в этом слове, пусть даже длится он всего несколько дней. В субботу у меня стрим, и пропустить его не имею право, но сегодня четверг. День без социальных сетей, телефона, посторонних людей, пустой болтовни, забот и хлопот.

   Я и Париж!

   Вылетела ночью, как только закончила работать, ближе к двенадцати. Менеджер Георгий, а попросту Гоша не хотел меня отпускать, но я подняла бунт. Понимаю, что без помощников не достигла бы того уровня, что у меня сейчас, шутка ли почти пять миллионов подписчиков на канале. Но я не обязана все время сидеть на одном месте. Эх, как было чудесно прошлым летом на Бали, там и стримы проходили, как зажигательная дискотека, я пела на всю округу, правда, под мою музыку танцевали лишь ящерицы, огромные насекомые и бродячий кот, но можно было оторваться, не то, что в московской квартире, которую я скоро поменяю на дом. Достаточно накопила, зарабатывая с каждым эфиром все больше.

   Но, что я все про деньги. Я же в Париже. Брысь все ненужные мысли, буду идти и ни о чем не думать. Мне предлагали нанять гида, чтобы посмотреть все достопримечательности, но я приехала не за этим. Хочу гулять по набережной Сены, щуриться, глядя на игривые блики на воде и улыбаться. Потом посижу на шезлонге в саду Тюильри, поедая аппетитный сэндвич крок-мадам и запивая его божественным ароматным кофе. Ну не мечта ли?

   К вечеру непременно пойдет дождь, и я спрячусь в одном из переполненных ресторанчиков, где чудом мне достанется столик в уголке. Внутри будет людно, шумно. Ужиная французы обсуждают все на свете, собираясь большими компаниями, и гогочут громче стаи чаек. Наблюдая за ними со стороны, чувствовала легкие уколы зависти. У меня в Москве такой компании нет. Пара подруг, но и с теми вижусь в лучшем случае по праздникам. А все работа. Она стала моей жизнью.

   Со стороны кажется, ну что там блогер, они целыми днями валяют дурака, и при этом зарабатывают миллионы. Верно лишь второе утверждение. И то, если очень сильно постараться, иначе от миллионов увидишь одни дырки в нулях. Вот и тружусь, как папа Карло. С боем вырываясь в такие вот небольшие путешествия.

   Обожаю Барселону и Токио, но Париж – моя любовь. Особенно люблю барахолки. Не могу пройти мимо. Я могу часами ходить и рассматривать антикварные вещи. Зачем ходить по музеям, когда вот она – настоящая история, которую можно потрогать, забрать себе за определенную сумму или просто послушать затейливые рассказы продавцов о том, кому принадлежала та или иная вещица. Складывалось ощущение, что они приходят сюда не продать что-либо, а дать интересное представление. Честно говоря, я была готова некоторым из них аплодировать.

   Вот и сейчас, сухопарый, невысокий мужчина с длинным носом с горбинкой и множеством мимических морщинок витиевато на потрясающем художественном французском втирал мне о пра-пра… там было много пра… бабуле, которая пришла в наш мир из какого-то другого, да тут и осталась. А этот кулон с рыжеватой капелькой больше похожей на обычный непрозрачный янтарь или вовсе на пластик, передавался в их семье, как реликвия.

   – Мадмуазель, тут еще и памятная надпись на обратной стороне, – развернула медальон и точно написано по-французски, но не совсем грамотно и криво: Âme échange est non-remboursable (франц. Душа обменивается и не возвращается, если переводить дословно). Абракадабра какая-то. Но мне очень понравился увлекательный рассказ мужчины, улыбнувшись, достала пятьсот евро.

   – Прошу, – протянула деньги мужчине.

   Тот стал отмахиваться, говоря, что медальон столько не стоит, но я напомнила, что это реликвия, и он тут же сдулся. Взял деньги, будто даже недовольно, словно не заслужил их, но я считала, что его представление достойно и большей оплаты.

   Сунула покупку в сумочку и отправилась гулять дальше. Завтра лететь домой рано утром, а там снова энергичные выматывающие стримы, поклонники, поджидающие у подъезда, которые пугают меня до чертиков, и пустая московская квартира. Улыбки, шире, чем у чеширского кота и работа-работа. Но это будет завтра, а сегодня улочки лучшего города на Земле пахнут сыростью после дождя, напоминая беззаботное детство, шум вокруг создает ощущение, что ты в «домике» и ты идешь-идешь, и готов идти так всю свою жизнь. И никого тебе больше не надо.

   Но вот случайно натыкаешься на влюбленную парочку, которая самозабвенно целуется прямо на мосту, не обращая внимание на многочисленных прохожих, и становится грустно. Хотела бы я подобным образом стоять с кем-то, кто мне очень нравится? Да нет, не знаю. Вряд ли кто-то сможет запасть в душу настолько, чтобы я забыла, где нахожусь. Такое бывает лишь в книгах о любви и в Париже, а моя реальная жизнь далека и от одного, и от другого.

   Встала еще затемно, чтобы вовремя успеть на самолет. Будильник выдернул меня из волшебного сна, из которого я запомнила лишь неповторимые серо-голубые глаза и чувственные губы, которые без конца повторяли мне: Je t'aime (франц. Я люблю тебя).

   Ненавижу будильники! Бесцеремонно врываются в твою жизнь, диктуя свои условия. В спешке собралась и успела-таки на самолет. А потом закрутилось все, как обычно.

   Все эти мысли и воспоминания пронеслись в моей голове именно в тот момент, когда поняла, что меня действительно целует посторонний мужчина, а я лежу голая непонятно где! Как я тут оказалась, черт возьми?!

   Резко подскочила, практически не замечая, как ударилась обо что-то спиной, услышала сдавленный «ох» и отбежала от кровати. Потом охнула сама, ощущая прохладу на обнаженной коже, схватила простынь и потянула на себя, срывая с него, зажмурилась и попыталась завернуться в отвоеванную ткань. Она упала, но я по-прежнему держала глаза закрытыми, значит, не считается, меня никто не видел.

   – Милена, что на тебя нашло? – от этого обращения я распахнула глаза и тут же пожалела, его обнаженный вид смутил еще больше.

   – Я не Милена, меня зовут Милана, – голос прозвучал совершенно чужим, очевидно от волнения. – И кто вы? Очередной сумасшедший поклонник? Это похищение?! – до меня дошло, что это должно быть так и есть. Сколько раз меня уже подкарауливали у дома и признавались в неземной любви, пришлось даже охранника нанять. Обратная сторона популярности оказалась вовсе неприглядной. Но я-то была вечером дома! Никуда не выходила. Как это все получилось? Меня похитили из квартиры? Ничего не помню, лишь странный сон.

   – Милана? – удивился мужчина и тихо добавил. – Странно, я думал иначе, впрочем, не важно.

   – Верните меня обратно, немедленно! Так и быть, я подумаю, подавать на вас в суд или нет.

   – Ты хочешь к себе? Но мы же хотели этот день провести вместе, сегодня выходной, – он говорил это мягким, вкрадчивым голосом, от которого мои ноги стали ватными.

   Он протянул ко мне руки, поднялся и шагнул вперед, вовсе не стесняясь своего голого вида. Я очень старательно смотрела в его глаза, чтобы ни в коем случае не смотреть вниз. И это было сложно, его взгляд был искушающим, игривым, волнующим. Он смотрел на меня с усмешкой, забавляясь моей реакцией.

   – Я ничего вам не обещала! Вы явно напридумывали лишнего, верните меня домой немедленно! – голос мой сорвался при переходе из шепота в крик.

   – Ты можешь идти в свою комнату хоть сейчас, – мужчина оставил свои попытки меня вразумить и холодно поднял бровь. – Но советую одеться, в академии гуляют сквозняки.

   – Мы на территории академии? – смутилась я, что-то новенькое. Теперь похитители не тащат жертву в заброшенный дачный поселок или куда-то еще, где нет людей, а решают привести ее в учебное заведение? Очень странный похититель. Но вроде не буйный, может удастся договориться. – А что за академия? – раз уж он отвечает на мои вопросы, решила уточнить, чтобы сориентироваться на всякий случай.

   – Академия магии Несанета, – приплыли.

   Я скептически глянула на мужика, уже как-то смирившись и пообвыкнув к его естественному виду, но все равно продолжая смотреть строго ему в лицо.

   – Так что, будешь одеваться, Милена?

   – Повторяю, меня зовут Милана, если не можете запомнить, зовите Мила, – топнула ногой, почему-то больше обидевшись, чем разозлившись. Поклонник, называется, имя путает. – И вам бы тоже не помешало одеться.

   – О, это я всегда успею, обожаю воздушные ванны, – этот Аполлон недобитый еще и потягушки сделал. За что мне такие испытания, да еще с утра пораньше? – Ладно, смущенная моя, я оденусь, но что-то ночью ты не была против моего вида.

   Кошмар! Какой ночью? Что этот гад делал со мной ночью? И что мне подлили, если я этого не помню? Мое лицо исказила гримаса отчаяния, и мужчина закатил глаза. Потом молча кинул мне платье, под стать стилю комнаты.

   – Это не мое! – возмутилась, но под скептическим взглядом серо-голубых глаз мужчины, который все-таки стал натягивать брюки, смутилась и начала одеваться через голову, стараясь удержать простынь ногами. В итоге она свалилась, но я успела натянуть платье на все стратегические места, краем сознания отметив, что ткань чужого наряда ласкает кожу, очень мягкий материал. Белье бы не помешало, но и на том спасибо.

   – Готова? – кивнула, обувая легкие туфли, тоже безумно мягкие. – Тогда пойдем, провожу тебя в общежитие.

    – Куда?

ГЛАВА 2. В яблочко!

– Как куда? В твою комнату.

   – Вы сейчас проводите меня до такси и оплатите дорогу! – прошипела я, окончательно потеряв терпение.

   – И куда ты поедешь в таком виде? – он подошел ко мне, и я, как завороженная, смотрела на него, пока он заправлял спадающую прядь волос мне за ухо.

   – Я поеду домой, – мой голос прозвучал умоляюще, но при этом взгляд мой был прикован к его губам с легкой игривой усмешкой.

   – Графиня Бекен будет рада видеть свою дочь в подобном виде. Неужели уже соскучилась по матери? Каникулы закончились совсем недавно, – мне в похитители достался отличный актер, нести абсолютную чушь с таким уверенным видом нужно еще суметь.

   – У меня нет матери, – мне было не до его глупых приколов. Очевидно, этот похититель ничего обо мне не знает, если смеет шутить подобным образом. Захотелось врезать по самоуверенной роже, но я сдерживалась. Кто знает, насколько хватит его терпения.

   Этот наглый тип по-прежнему стоял очень близко ко мне и, снова вглядевшись в мое лицо, он отчего-то нахмурился:

   – Постой-ка. Как говоришь тебя зовут?

   – Милана Левина.

   – И в каком мире ты живешь? – прищурившись задал он глупейший вопрос.

   – В реальном, – и больше не в силах выдерживать его жаркую, сбивающую с толку близость, отошла к окну.

   – Как зовут твой мир? – настойчиво повторил он, а я, выглянув в окно, увидела обычный академический двор, похожий на тот, что был у нас в Педагогическом институте во Владимире. Пока я не стала блогером, получала профессию учителя по музыке, параллельно участвуя во всевозможных конкурсах, мечтая о сцене, но потом жизнь резко изменилась, и я бросила обучение. Все бросила, не в состоянии больше выступать.

   Я всмотрелась в немногочисленных студентов, которые вяло передвигались по двору, учитывая ранее утро, их можно понять. На них были странные длинные плащи разных оттенков. Ужас! Определенно, это какая-то секта, а этот у них главный. Но зачем им я? Боюсь предположить.

   – Отвечай! – мужик развернул меня к себе, окончательно потеряв терпение.

   – Не знаю в каком таком мире живете вы, а я лично живу на планете Земля! – ответила, поняв, что не отцепится, пока не получит прямой ответ.

   – Понятно, – он сделал мимолетное движение и коснулся моей шеи. Меня моментально охватила тяжелая сладкая нега, веки опустились и дальше лишь темнота и покой.

   Риджал Аламир Уолан

   И как это вышло? Когда чужая душа заняла тело Милены Бекен, соблазнительной, раскрепощенной чародейки третьего курса? И где душа девушки? В теле попаданки?

   От множества вопросов в голове словно что-то натянулось. Что могло стать толчком к обмену? Я потер виски и еще раз взглянул на девушку, лежащую на моей постели. Внимательно посмотрел, и мой взгляд остановился на кулоне, свисающем с ее шеи. Ничем не примечательный защитный артефакт. Подарил его, потому что не было времени что-то покупать. Эта прелесть заявилась ко мне среди ночи, впрочем, это не было неожиданностью, я давно на нее засматривался, а она скромно обстреливала меня глазками.

   Девушка из хорошей семьи, очень красивая, нежная и утонченная, с отличным обволакивающим голосом могла бы стать мне невестой, но не судьба. Она и сама это понимала, потому не давил, а ждал, взяв крепость в осаду. Капитуляция не заставила себя ждать. Пришлось в спешке подыскивать подарок из того, что завалялось в запасах. Благодаря Марку, моему лучшему другу-волшебнику, у меня полно самых разных артефактов. Этот казался простеньким, но изысканным. Подарок красиво смотрелся на ее груди, особенно, когда я снял с нее платье.

   Ночка выдалась отличной, из Милены вышла хорошая любовница: податливая, страстная, игривая, временами настойчивая. Идеальная. А теперь в ее теле чужая душа.

   И что прикажете с этим делать? Не помешает посоветоваться с отцом.

   Профессор Кеншин по своему обыкновению был уже в аудитории, проснувшись на заре или вовсе не ложась спать, и поджидал чародеев-первокурсников, чтобы как следует помучить их историей искусств. Тут его и застал.

   – Приветствую, отец, – подошел и приобнял его. После моего чудесного возвращения наши с отцом отношения стали еще лучше, доверительнее. Поэтому не стал юлить, а перешел сразу к главному: – У меня проблема.

   – Какая, сын? – отец затянулся утренней сигаретой, придушивая меня неповторимо отвратительным запахом. Я закашлялся и открыл окно.

   – Эта дрянь тебя прикончит, – сказал ему, пытаясь отдышаться.

   – Какая именно? – отец хитро на меня глянул, намек понят. Он осуждает мое увлечение женщинами, как и я его увлечение табаком.

   – Я серьезно!

   – Говори, сын, я очень внимательно тебя слушаю.

   – Девушка, с которой, ну не важно, она сейчас у меня в комнате, с ней беда.

   – Не понял, – уточнил профессор Кеншин.

   – В нее вселилась чужая душа, похоже, они поменялись.

   – Вот как, – отец не казался удивленным.

   – Что делать-то? Ты там в своей истории подобных случаев не припомнишь?

   – Случаев попаданства в нашем мире не счесть, магия – не шутки, а некоторые об этом забывают. Но, что ты переполошился? Зарегистрируй ее и все дела. Правда, тебе придется стать ее попечителем, но разве это проблема? Вот Саша отлично справился со своей подопечной.

   – Графиня Бекен меня прикопает!

   – Это да, она может. Но ты ведь не специально?

   – Конечно, нет! Очевидно, сработал артефакт. Я подарил ей один из тех, что мне давал Марк, мне казалось, он защитный, самый обыкновенный, но, судя по всему, не совсем.

   – Вот и посоветуйся с Марком, он все об этом знает, тем более, если это был его артефакт. И в следующий раз будь внимательнее, сын, – спокойное равнодушие родителя передалось и мне. И правда, что такого произошло? Очередная попаданка. Глупышка, которой можно управлять, благо тело Милены при ней, так что проблем нет.

   Насчет регистрации нужно подумать, возможно, не стоит торопиться. Скажу ей, что никому нельзя признаваться, что она из чужого мира. Объясню ей, что это сулит беду. А пока суть да дело, приручу девчонку, будет послушной куклой в моих руках. Усмехнулся, оценив перспективу.

   Но к Марку все-таки зашел, он как раз собирался в лабораторию.

   – Не может быть, – удивился друг, – защитный артефакт и дал подобный эффект? Да ну.

   – Не веришь? Пойдем, посмотришь.

   Когда мы зашли в спальню, Мила лежала в той же позе. Марк подошел к спящей девушке и снял с нее кулон с оранжевой капелькой на тонкой потемневшей от времени цепочке.

   – Смотри! Тут надпись, – воскликнул друг. – На древнем языке.

   – Не было там надписи, – я подскочил к Марку и глянул на то, что он показывал.

   – Точно? – кивнул в подтверждение. – Очень странно. Проявилась что ли.

   – И что теперь? Души возможно поменять обратно?

   – Не могу знать. Надо изучить этот вопрос и сам артефакт. Заберу его на время, как что выясню, сообщу.

   – Хорошо, – я выдохнул, возвращая самообладание. – Но с ней что делать? Не буду же ее вечно держать в отключке.

   – И не надо, ты введи попаданку в курс дела, успокой, ну как ты умеешь.

   – Ей на занятия надо.

   – Пфф, ты ректор, дай освобождение, пока она придет в себя и освоится, а там глядишь, ей понравится. Может и меняться не захочет.

   – А душа Милены?

   – Мда, о ней я как-то не подумал. Постараюсь узнать, как все исправить.

   – Буду очень признателен, друг, – потрепал Марка по плечу. Тот понимающе кивнул и отправился в лабораторию.

   Надеюсь, он скоро выяснит, что делать с этой потеряшкой. Присел возле девушки на корточки. Не было печали, теперь еще и с девчонкой возиться. Как объяснить-то, что она попала в другой мир так, чтобы поверила? И надо же, землянка, прямо, как Раси – жена моего двоюродного брата. Жаль, они сейчас в Виджете, невестка смогла бы объяснить, что к чему. На редкость разумная девушка, с интересной магией. Повезло Саше. В голове не укладывается, конечно, что он женился на своей попаданке. Я такой глупости точно не совершу. Хватит с меня невесты из другой страны, из другого мира мне не надо.

   Посмотрел на нежное личико девушки, бархатистая кожа манила прикоснуться. Трогал бы и трогал. Провел пальцами по упругой щеке, ненароком зацепил губы, которые целовал ночью. Мне понравилось. Пожалуй, стоит повторить, как только новенькая привыкнет к обстановке.

   И как я сразу не заметил разницу. У обеих глаза зеленые, но у Милены отдавали в изумрудный, а у этой кошечки в оливково-травяной. Это будет интересно. Знакомое тело и незнакомая душа. Что… Мила, поиграем?

   И я коснулся тонкой шеи, пробуждая красавицу.

   Милана Левина

   С трудом подняла тяжелые веки и вздохнула. Мне снова снились серо-голубые глаза и шепчущие о любви волнующие губы. Кажется, я продолжаю спать, глаза снова передо мной, но смотрят теперь не с любовью, а с насмешкой, выжидая моей реакции. Красивый этот маньяк, взгляда не отвести.

   – Что? – не выдержала и спросила.

   – Ничего, – мужчина вскинул брови, – надеялся, что вернулась Милена.

   И я окончательно очнулась.

   Резко села, отчего перед глазами закружились черные мушки.

   – Тише-тише, не бойся, – мужчина вытянул руки вперед в успокаивающем жесте. – Я тебя не обижу.

   – Это вы меня вырубили? – спросила, удивляясь собственному спокойствию.

   – Нет, – соврал маньяк, не моргнув и глазом, – ты в обморок упала.

   Конечно-конечно, в жизни ни разу не падала, а тут вдруг упала. Очевидно, от переизбытка вранья.

   Он едва коснулся моей руки, поняв, что не дергаюсь, поднялся к предплечью. Не стала пока отталкивать его, побрыкаться всегда успею. Мне было интересно послушать, о чем он будет говорить дальше. Страха почему-то не чувствовала, но ситуация, конечно, патовая.

   – Зачем вы меня сюда притащили? Думаете получить выкуп? Тогда свяжитесь с моим менеджером, он не откажет. Вы понимаете, что удерживать другого человека незаконно?

   – А я не удерживаю, но тебе понадобится моя помощь, – слишком участливо, как самый настоящий маньяк, проговорил мужчина.

   – Вызовите мне такси – это все, что потребуется, – старалась говорить холодно, ровным голосом.

   – И куда ты поедешь?

   – Домой! – подскочила, стряхивая его руку, подмечая удивление мужчины. Он словно не ожидал, что я сброшу его участливую конечность.

   – Послушай! Твоя душа вселилась в чужое тело, помимо того, это тело существует не в том мире, что и твое, – я закатила глаза. Ничего не поняла.

   – Что вы несете?

   – Ты попала и в другое тело, и в другой мир, – настойчиво повторил мужчина.

   Да уж попала, так попала. В яблочко! Маньяк мне тоже попался с выдумкой.

   – Постой, я сейчас, – и ушел в соседнюю комнату, оставив смежную дверь открытой.

   Послышался шум, будто кто-то копается в куче хлама: что-то шуршало, позвякивало, стучало, падая. В итоге маньяк объявился довольный поисками:

   – Вот, смотри, – и протянул мне зеркало на высокой ножке с изящной кружевной рамкой.

   – Красивое, – согласилась я. Где-то слышала, что с маньяками надо во всем соглашаться.

   – На себя смотри, – рыкнул он, похоже, тактика соглашаться во всем с ним не работает. Неправильный маньяк.

   Все равно послушно уставилась в зеркало и стала рассматривать свое отражение. Растрепанная, немного замученная, но ничего особенного, все в пределах нормы. Подошла поближе к окну, стала напротив света и всмотрелась. Зеркало казалось мутноватым, поверхность не абсолютно зеркальная, а слегка матовая.

   Заметила на щеке темно-коричневое пятнышко, потерла. Не стирается. Облизнула палец, снова потерла. Повернула зеркало, подумав, что возможно это внутри него дефект, но нет, чистое. Похоже, что у меня на щеке появилась родинка, раньше ее здесь не было.

   – Что-то замечаешь? – пока я себя рассматривала, маньяк, как ему и положено, тоже пристально вглядывался в мое лицо.

   – Ничего особенного, – протянула зеркало обратно, он тяжело вздохнул и сказал:

   – Оставь себе, и пойдем, пройдемся по академии.

ГЛАВА 3. Академия магии Несанета

Я послушно положила зеркало в объемный карман, который обнаружила в складках платья, все еще выдерживая тактику спокойного поведения с психом, но мое терпение кончалось.

   Мы вышли из комнаты, похожей на студию, в которой была и гостиная, и спальня, и что-то похожее на мини-бар. Напитки были не в бутылках с этикетками, а в графинчиках различных форм и размеров, содержимое поражало разнообразием оттенков.

   Коридор, как и комната, выглядели винтажными. Вот же заморочились товарищи-психи. Сначала мы шли вдвоем, но по мере продвижения вперед стали появляться люди. Самые обыкновенные люди, разве что одетые в исторические костюмы столетней давности, хорошо, что не в кринолины. Я подумала, что, если этот главный маньяк хотел поиграть в другой мир, то можно было бы сильней заморочиться, кожу что ли всем перекрасить. Хотя на такое количество народа краски понадобится не один тазик.

   Нам встречалось все больше молодых парней и девушек, люди постарше особо не попадались. Правильно, молодым легче задурить мозги.

   Поражало то, что все очень почтительно обращались к главному маньяку. Кланялись, заискивающе, а многие девушки еще и кокетливо улыбались. Моя приподнятая от удивления бровь была в самом высоком ее возможном местоположении, грозя и вовсе скрыться в волосах.

   А как изменился он, накинув вышитый пиджак перед выходом из комнаты и зачесав пятернями волосы назад. Стал в самом деле походить на лорда-аристократа. Взгляд похолодел на пару тонов, цвет глаз стал темно-серым. Я наблюдала за этим превращением с огромным любопытством и даже трепетом, в изумлении приоткрыв рот. Настоящее перевоплощение.

   Здороваясь, люди называли его либо ректор, либо господин Уолан. И я задалась вопросом, как его зовут, но спросить не решалась, окончательно потерявшись и застеснявшись. У них тут, похоже, целая сеть.

   Мы вышли во двор, практически на его центр.

   – Полюбуйся, Академия магии Несанета, – широким жестом маньяк обвел все вокруг.

   – Тут очень красиво, – послушно повторила я, осознав окончательно, что точно попала. Не знаю насчет другого мира или чужого тела, которое ощущается совершенно обыкновенно, но попадос точно полный.

   Как отсюда сбежать? Лишь эта мысль стучала в голове, пока маньяк распинался насчет учебного, жилого корпуса, прохода между ними, репетиционными залами, залами для тренировок, трапезной, проходной… О! Проходная. Я тут же обратила внимание, что она открыта. И, не задумываясь, рванула к ней, подхватив объемную юбку чужого платья терракотового оттенка.

   – Куда! – расстроился маньяк, но я не обернулась, даже, чтобы помахать ручкой.

   Заветная дверь была впереди, все ближе и ближе, но жесткий перехват поперек талии почти у цели меня подкосил.

   – Господин ректор, вам помочь? – послышалось неподалеку. – Девушка что-то натворила?

   – Все нормально, Жюль, она просто очень хочет домой, – маньяк пытался смять меня в кучу, прижав руки к корпусу, но я решила, что пришло-таки время хорошенько побрыкаться.

   – Странная, только же начало семестра. Все обычно сюда рвутся, а не отсюда, – продолжал удивляться пожилой охранник. – Девонька, будут каникулы, съездишь домой, что ты устраиваешь? Некрасиво ведь воспитанным девицам так себя вести.

   Перестала брыкаться, но не потому, что некрасиво, а потому что бесполезно.

   – Пойдем, завтраком накормлю в трапезной. Заодно покажу кто, где, – сказал маньяк с абсолютным спокойствием, будто минуту назад не пеленал меня с большим усердием.

   – С каких это пор ректоры ходят по столовкам? – решила поймать его на несостыковке.

   – Я не ханжа, – браво! Так небрежно эту фразу может обронить лишь король.

   – Ну, конечно, для маньяка быть ханжой – это перебор, – пробурчала я.

   И все-таки он ханжа, зайдя в столовую или как он пафосно называл ее трапезную, он задержался на входе, будто давая всем присутствующим хорошенько себя рассмотреть. Слегка поклонился нескольким людям, в основном мужчинам постарше. И повел меня дальше, придерживая под спину. Тепло его ладони ощущалось даже сквозь довольно плотную ткань платья. И это ощущение, как ни странно, расслабляло, успокаивало.

   – Смотри, – говорил маньяк, – это лекари, – указал на первый от входа длинный стол.

   Я глянула на сидящих за ним и подивилась, как хорошо они исполняют свою роль: выглядят добродушными и милыми, как самый лучшие на свете Айболиты. Одежда их отличалась однотонностью и простым кроем. Ничего кричащего, спокойные, природные тона. Некоторые были в мантиях изумрудного оттенка.

   – Там волшебники, – маньяк указал на очень странных молодых людей, среди них было всего несколько девушек. Они выглядели, как сумасшедшие ученые, не сидели и ели, как остальные, а сгрудились в кучу и что-то бурно обсуждали, потом затихли, чего-то дожидаясь, и буквально через мгновение я услышала громкий хлопок посреди этой толпы. И они снова загалдели, прямо как французы в ресторане, так же непонятно и оживленно.

   – А что они делают? – любопытно же.

   – Видимо испытывают новый артефакт, – пожал плечами маньяк.

   – Ааа, ну тогда все понятно. А мрачные типы кто? – указала на стол, где все сидели в черных или на крайний случай бордовых и темно-фиолетовых закрытых шмотках.

   – Демонологи, – даже не сомневалась, что это поклонники вуду и прочие черти.

   Мой взгляд перескочил на стол с качками, ух крепкие, все как на подбор. Маньяк проследил за моим восхищенным взглядом. Я постаралась исправить выражение лица, сделав его невинно-заинтересованным, как бы спрашивая: «А эти крепыши ваша охрана?»

   – Это разведчики, они исследуют другие миры, – это само собой, понятное дело.

   Ммм, а там еще красавчики, но точно злюки.

   – А те, чем занимаются? – кажется, я вошла во вкус и увлеклась игрой в угадайку.

   – Заклинатели? Да так, ничем особенным, людям помогают и по мелочи, – маньяк точно что-то скрывает, эти заклинатели однозначно не по мелочи, а очень даже по-крупному.

   От созерцания загадочных, привлекательных заклинателей меня отвлек громкий показательный смех. В очередной раз перевела взгляд, и тут красавчики, пусть и в вперемешку с красавицами. Яркие, свободные в движениях, с открытыми широкими улыбками, потрясающими, интересными чертами лица. Ух, у меня глаза разбежались. И девушки за этим столом сплошь красотки, нарядные, ухоженные, с игривыми улыбками на ярких губах.

   – Это артисты? – меня осенило догадкой.

   – Отчасти, чародеи – маги искусства. Милена, в которую ты вселилась, чудесно пела и училась на этом факультете.

   – Правда? – не смогла сдержать сарказма в голосе. – Какое совпадение, я тоже пою.

   – Значит, проблем с твоим обучением возникнуть не должно.

   – Да что вы говорите? Отличная новость! – согласилась я, все в пределах нормы поведения с маньяками, а он все равно сжал челюсть и заиграл желваками. Странный.

   Потом и вовсе подхватил меня под руку и потащил к небольшому столу, где сидел единственный довольно взрослый мужчина, в лице которого я увидела способного мне помочь.

   – Рид, рад, что вы решили присоединиться ко мне за завтраком! – обрадовался мужчина.

   Ммм, маньяка зовут Рид, буду знать. У них тут очевидно не принято представляться.

   – Профессор, познакомьтесь, это Мила, – маньяк небрежно махнул рукой в мою сторону и даже стул не пододвинул. И где его светские манеры?

   Я со взаимным интересом рассматривала седого растрепанного мужчину. Ощущение, что в нем есть испанская кровь и морские приключения за плечами. Его лицо казалось обветренным, а глаза хоть и выцвели с возрастом смотрели с живым любопытством. А еще я отметила удивительное сходство мужчин. Наверняка родственники.

   – Мила, как вы? – участливо спросил профессор.

   – Если вы не имеете ввиду, что меня тут держат насильно, то нормально.

   – Что вы, здесь никто никого не держит. Вас тем более, но куда же вы направитесь одна в незнакомом мире?

   – Мне нужно домой, у меня завтра эфир, понимаете, подписчики будут расстроены.

   – Кто? – в наш разговор вмешался маньяк.

   – Мои поклонники, – уточнила, окатив Рида презрительным взглядом.

   – И много их у тебя?

   – Почти пять миллионов, – профессор присвистнул, но тут же осекся под злым взглядом маньяка, который слегка поперхнулся, но удержал лицо. А что, он думал только у него должны быть поклонницы? Я сразу заметила, как практически все присутствующие девушки тайком бросают на него заинтересованные взгляды.

   – Жаль расстраивать толпу твоих поклонников, но вернуться ты не сможешь, – снова заладил маньяк, нацепив непроницаемую равнодушную маску, но это мы еще посмотрим!

   Отвечать не стала, а обратила внимание на стоящие на столе блюда. Вот здесь они точно заморочились, еда выглядела очень необычно, чем-то смахивая на молекулярную кухню, но только в отношении непонятности ингредиентов, размеры порций были вполне приличные.

   – Угощайтесь, – щедро предложил профессор.

   – Ммм, вкусно, – я положила себе немного каши сиреневого оттенка с небольшими сочными кусочками фиолетового цвета. Отпила то ли сок, то ли компот синего цвета, тоже понравилось. Необычный вкус, хотя и что-то напоминает.

   – Поверьте, дорогая, попасть в другой мир – это нормально. Со всяким может случится. Ваш случай, безусловно, редкий, но не единственный, – неожиданно проговорил профессор.

   Это, конечно, утешает. Жаль лишь, что этот милый доброжелательный человек сумасшедший.

   – Профессор, понимаете, меня абсолютно устраивает мой мир.

   – Зовите меня профессор Кеншин, – кажется, он пропустил мои слова мимо ушей.

   – Хорошо, – вздохнула. Зря понадеялась найти в его лице союзника, тут все на одной волне.

   Мужчины завели свой разговор, то и дело поглядывая на меня, а я осторожно продегустировала еще что-то похожее на йогурт ярко-желтого цвета с мелкими красными зернышками. Вкусно.

   Интересно было послушать, как они на полном серьезе обсуждают мое обучение в этом сомнительном учреждении. Когда завтрак был окончен, маньяк поднялся и взглядом дал понять, что мы снова куда-то собираемся.

   – Я провожу тебя в комнату Милены, – спорить не стала, понимая, что в его присутствии побег однозначно не удастся, значит, нужно от него избавится.

   – Хорошо, – на мое согласие маньяк ответил удивленно поднятой бровью.

   Когда мы попрощались с профессором Кеншином, он придержал Рида и тихо ему проговорил:

   – Придется ее зарегистрировать, такую девушку не скроешь, – маньяк недовольно скривился и промолчал.

   Мы снова плутали по коридорам, а я пыталась запомнить путь. Получалось не очень.

   – Что же преподает профессор Кеншин? – не выдержала молчания и задала первый пришедший в голову вопрос.

   – Отец преподает историю искусств и общую историю, – так и знала, точно родственники. Семейный подряд.

   – Проходи, – маньяк коснулся ручки двери, к которой мы очевидно и направлялись, внутри тихонько щелкнуло, и он пропустил меня вперед. – Комната рассчитана на двух человек, с тобой живет, кажется, Антония Лауд, – кажется ему, даже не знает с кем живет его любовница, видимо совсем ее жизнью не интересуется.

   Комната выглядела очень живописно: серо-голубые под цвет глаз маньяка мягкие панели на стенах, да, уже стоит задуматься; у окна две аккуратно застеленные кровати со светлыми покрывалами; непрактичный зеркальный столик между ними на трех тоненьких расставленных ножках, пара стульев с мягкими сиденьями и спинками; слева небольшой секретер с витражным светильником на выступающей части с ящичками; наполовину расписанный цветами в пастельных тонах потолок и мягкий пушистый ковер; у стены напротив секретера небольшой светлый шкаф. Между ним и дверью в углу шикарное винтажное пианино. Красота!

   – Что ж, располагайся, отдыхай, душевая в конце коридора. Я зайду позже, – бросил маньяк и испарился.

   Пришло время для побега, тем более этот странный тип комнату не запер. Он думал, я буду сидеть и ждать его? Наивный.

ГЛАВА 4. Город Несанет

Проверила, и правда, комнату не запер. Молодец какой! Неопытный какой-то маньяк мне попался, но, если судить по масштабу этого сомнительного учреждения, то его доверчивость удивляет.

   Выглянула в коридор. Никого. Двинулась дальше, постоянно ожидая подвоха. Но нет. Единственным препятствием побегу сейчас было ощущение, что я заблудилась. Вскоре все же нашла лестницу вниз и, стараясь очень быстро и радостно не бежать, спустилась.

   Вышла во двор и бодрым шагом направилась к проходной, в полной уверенности, что уж там меня точно задержат. К моей огромной радости, охранник сменился. Мужчина мазнул по мне безразличным взглядом и сообщил дежурным голосом: «Вернуться рекомендовано до отбоя». Я согласно покивала и прошмыгнула за калитку. И тут же растеряно замерла.

   Мимо меня проехал трамвай необычного вида, а следом очень странный, словно игрушечный автомобиль, больше походивший на пародию машин начала прошлого столетия, но на вид совсем новый, с блестящими деталями, сверкающими на солнце.

   Что-то мне это все не нравится.

   Двинулась дальше, перебежала дорогу, из-за чего меня обсигналили клаксонами. Отправилась по улице, оглядываясь и не веря своим глазам. Этот город не был похож ни на один существующий на Земле, хотя, понятное дело, везде я не была, но все равно я не узнавала этот стиль. В Европе, конечно, сохранилось не мало исторической застройки, но в любом случае то тут, то там попадались современные зеркальные небоскребы или стили накладывались один на другой. Здесь же стиль был выдержан во всем. Я уже молчу про одежду на людях. Многие женщины шли в шляпках и с зонтиками. И правда, солнце здесь палило нещадно. Подняла глаза к небу, прикрывшись ладошкой и пошатнулась. Солнце абсолютно белое и больше нашего, а небо сиреневого оттенка. Меня что, отравили? Почему надо мной другое небо?!

   – Госпожа, вам нехорошо? – обратился ко мне пожилой мужчина.

   – Нет-нет, все хорошо, – шарахнулась в сторону.

   Побрела дальше, меня накрыла паника, я не могла поверить, что все это происходит со мной. Неужели маньяк говорил правду? Пусть учреждение фальшивое, даже город может быть искусственным, но небо? Как они могли подделать небо? У меня было одно логичное объяснение: меня чем-то накачали, и это все глюки, но чувствовала себя сносно, разве что сильно хотелось пить и немного кружилась голова.

   Заприметила парк по пути и свернула к нему, нашла лавочку в тени и села, пытаясь справиться со слабостью. Что происходит? Что со мной будет? Закрыла лицо руками.

   Посидела так в спасительной темноте пару минут, а потом почувствовала прикосновение теплых пальцев к ладоням. Убрала руки и открыла глаза. Как и ожидалось, маньяк быстро меня отыскал, наверняка на мне жучок или маяк, или что там у них бывает, чтобы держать жертву на коротком поводке.

   – Что вам от меня нужно? – задала вопрос хриплым от жажды и расшатанных нервов голосом.

   – Мне ничего, а вот тебе нужна помощь, – в его голосе звучало сочувствие.

   – Верните меня домой, – попросила, чувствуя, как к горлу подкатывает тугой слезный комок.

   – Я бы с радостью, но пока не знаю, как, – спокойно ответил Рид. – Поверь мне, все произошедшее случайно, дело не в тебе и не во мне, просто так получилось.

   – Ну почему же случайно, мне всегда везло на такие вот случайности, везучая я.

   – Воспринимай это, как приключение, как отпуск, хотя, конечно, учиться придется. Тебе лучше пока занять место Милены, чтобы никто и ничего не узнал, вдруг, получится поменять вас обратно. Тогда все вернется на свои места, и никто, ничего не заметит.

   – Как же не заметит, я же ничего о вашем мире не знаю.

   – Спишем на удар головой и частичную потерю памяти. Твое тело все равно что-то помнит. Физическая память в любом случае осталась. И я буду помогать тебе.

   – Да уж, потеряла память прямо, как в мыльном сериальчике, которые обожала моя бабуля.

   – Поверь, так будет проще.

   – Кому? Вам? – уточнила с усмешкой, просчитав маньяка.

   – Тебе, Мила, тебе, – настойчиво проговорил он. На безоблачное небо его голубых глаз снова набежала серая туча. Злится маньяк, а злить их ой как не рекомендуется.

   – Хорошо, – согласилась я, уже неспособная к сопротивлению. Но это пока. Вот вдохну-выдохну и устрою этому красавчику полный армагеддец!

   Мы еще недолго посидели на лавочке. Я поглядывала по сторонам. Надо же, парк выглядел вполне обычно, разве что немного старомодно. Сложно поверить, что я в другом мире, но, похоже, придется.

   Может, действительно, стоит воспринимать это все, как отдых? Я же давно мечтала сменить обстановку. Но не так же кардинально! Я хотела переехать в другой город, на крайний случай в другую страну, но не в другой мир! Это уже слишком для меня.

   Пока я напряженно размышляла, стараясь справиться со взрывом в моей бедной голове, маньяк уселся рядом и под видом проявления сочувствия сначала гладил мою руку, его действия отметила машинально, потом приобнял, а, когда подцепил мой подбородок и попытался поцеловать, я очнулась.

   – Что вы делаете? – прошипела ему в губы.

   – Целую тебя, – спокойно отозвался мужчина.

   – Зачем? – поинтересовалась я.

   – А ты против? – он ответил вопросом на вопрос и удивленно поднял брови.

   – Да, – возмутилась насколько это было возможно в таком неудобном положении: я почти касалась его губ своими, а его пальцы жестко фиксировали мой подбородок.

   Дернула головой, чтобы освободиться от захвата.

   – Почему? – продолжал удивляться этот несносный упрямый маньяк.

   – Просто не понимаю, почему я должна целоваться с незнакомым для меня человеком, – и вообще человеком ли?

   – Раньше тебе очень нравились мои поцелуи.

   – Раньше это была не я! – устала уже возмущаться, но с ним невозможно нормально разговаривать.

   – Но тело-то осталось тем же, – крыл он железным аргументом.

   – Если слушать лишь свое тело, можно только спать, есть и размножаться. Я предпочитаю слушать свой разум, – сверху лег мой аргумент.

   – Ммм, неплохая идея, – невозмутимо согласился маньяк и, кажется, он имел ввиду не мои слова про разум.

   – Слушайте, давайте прекратим этот пустой разговор и вернемся обратно, – предложила я.

   – Пока не стоит, раз уж мы выбрались в город, давай немного пройдемся? – Рид внес встречное предложение, на которое я лишь кивнула. Прогулки – мое любимое занятие, никогда не откажусь.

   Мы сделали небольшой кружок по парку и вышли из него. Я призналась, что хочу пить, Рид предложил зайти в кафе и заказать ледяной кофейный напиток. У них есть кофе? Живем!

   В кофейне мне понравилось, во всем чувствовался шарм: в интерьере, меню, в поведении официантов, в чудесной похожей на джаз музыке. Напиток отлично освежал, дарил бодрость. Вот только изучающий взгляд маньяка раздражал. Он словно играл в игру «найди десять отличий» между мной и той девушкой. Интересно, что он заметил?

   Риджал Аламир Уолан

   Не успел развернуть первое письмо из груды, лежащей на рабочем столе, как почувствовал, что моя подопечная удаляется. Все-таки не зря говорят про связь попаданцев и их попечителей. Теперь я почувствовал ее. Будто натянутая нить. Потом почувствовал ее растерянность, страх, отчаяние. Закатил глаза, вот же напасть. Сбежала, дурочка.

   Встал и отправился спасать беглянку от нее самой.

   Нашел быстро, она сидела на лавочке в ближайшем от академии парке, закрыв лицо тонкими ладошками с изящными пальчиками. Хрупкая, беззащитная, одинокая. Захотелось прижать ее к себе и утешить.

   Одно хорошо: к ней стало приходить осознание, что это на самом деле не ее мир. Уже легче, сложно было объяснять очевидное.

    Совсем забыл, что она не Милена, та обожала сама меня целовать. Жаль, что поменялась именно она, не успел наиграться. Тело у нее отличное, характер податливый, но не слабый. Идеальное сочетание, а теперь это шипящее создание, но все равно очень милое.

   Отправились в кофейню, Мила пожаловалась на жажду, а я решил, что сегодня у меня будет выходной, и мы прогуляемся по городу. Рабочее настроение ушло безвозвратно, самое время для небольшой экскурсии по Несанету.

   Пока мы сидели в кофейне, рассматривал девушку, теперь подмечая явную разницу с Миленой: жесты, мимика, выражение лица, манера держаться, речь, – все изменилось. Да уж, родителям ее показывать не стоит, они сразу поймут, что это не их дочь. Благо семестр только начался и есть время решить проблему.

   – Больше не сбегай, – проговорил, когда мы вышли на улицу. – Мне больше делать нечего, как бегать за тобой?

   – Я вас к пробежке не принуждала. И как вы меня нашли? – тут же ощетинилась маленькая злючка.

   – Мы связаны, даже без регистрации я твой попечитель и отвечаю за тебя в нашем мире.

   – Это навсегда? – она уставилась на меня с ужасом.

   – Нет вроде, когда надобность в опеке исчезает, связь истончается, сходит на нет.

   – Но вы же обещали вернуть меня домой! – возмутилась Мила.

   – Я обещал сделать для этого все возможное. В данный момент лучший артефактор исследует твой амулет, ведь именно он ключ к вашему обмену.

   Девушка вдруг побледнела, споткнулась, хорошо, что успел подхватить ее.

   – Что еще? – вырвалось у меня.

   – На кулоне была надпись! – и как у нее получается одними глазами выражать свои эмоции, в них сейчас плескался неподдельный ужас.

   – Какая? – уточнил, немного напрягшись.

   – Что-то про душу и невозможность обмена.

   – Понятно, – только и сказал я, стараясь не пугать Милу еще больше, но, кажется, это был билет в один конец. – Давай дождемся вердикта Марка, а там уже будем думать, как поступать дальше.

   – Думайте! Надеюсь, в этот раз у вас это получится! – маленькая мускерра еще и ядом плюется, что ж ожидаемо. О Земле я знаю не понаслышке, там девушки слишком своенравные. Все привыкли делать по-своему. Эта же типичная землянка.

   – И нашла же тебя сама Жизнь, – воздел глаза к небу, посылая скромный укор богине.

   – Таких как я не ищут, на таких нарываются, – горько усмехнулась Мила. Я поддержал усмешку, соглашаясь с девушкой. Нарвался – это еще мягко сказано.

   Милана Левина

   У меня голова закипала от многочисленных мыслей. Столько вопросов, начиная с мелочей, таких, как гигиена, заканчивая смыслом происходящего.

   – Почему я понимаю ваш язык? – задала вопрос Риду.

   – Очевидно, этот навык принадлежит телу, а воспоминания душе. Я же говорил, тебе будет не сложно привыкнуть к миру и академии.

   – Но я не хочу привыкать! – выдернула руку, которую снова умудрились захватить в плен. Маньяк хоть и не настоящий, но ведет себя все равно странно, то и дело норовя меня полапать.

   – Мало ли, что ты хочешь. Не все желания сбываются, – он криво усмехнулся, будто сейчас говорил о себе, а не обо мне.

ГЛАВА 5. Сложно поверить

Мы еще долго гуляли по городу, Рид рассказывал о Несанете, а я все больше убеждалась в том, что это другой мир, особенно на закате, когда небо стало практически фиолетовым.

   Поймала себя на мысли: «Красиво у них тут и очень интересно». Я словно попала в прошлое, которое оживало перед глазами, но при этом окрашивалось чем-то новым, необычным, удивительным. Заметила, что в стиле города сочетаются технические детали и богатые украшения на фасадах зданий. Красивый, просторный центр города, широкие мощеные плоским камнем улицы и бульвары, здания, похожие на те, что строили еще в начале двадцатого века в крупных земных городах. Выяснила, что тут есть телефоны, но до сих пор проводные. Здесь новости узнавали из утренних газет, использовали телеграф, ездили на трамваях, и все было пропитано магией, а не электричеством, как у нас. Все на магии и работало. Поверить было чрезвычайно сложно.

   – И что, взмахнул рукой и сотворил, что захотел?

   – Вовсе нет, магу нужно многому учиться, – с улыбкой превосходства на холеном лице отвечал Рид.

   – Заклинания учить?

   – Не совсем, – фыркнул на меня маньяк.

   – Тогда я не понимаю.

   – Когда в подростковом возрасте в маге просыпается сила, он чувствует тягу к какому-то направлению ее развития. Попросту сказать, ему интересна та или иная область применения магии.

   – И как же он ее применяет? Машет руками или палочкой?

   – Ничем он не машет, – кажется, маньяк обиделся. – А осваивает различные техники и технологии управления силой мысли.

   – Чего? – уточнила я.

   – Учится мысленно направлять силу, чтобы она работала в определенном ключе, – беру свои слова обратно, Рид – не маньяк, он зануда. Самое то для ректора.

   Какое-то время мы шли молча, я пыталась прислушиваться к своему телу и отыскать ту самую силу, о которой он говорил. Все равно не понимаю, зачем магия певице? Или, допустим художнику, а лекарю? У них что лечат прикосновением руки? Совершенно в такое не верилось.

   – А как у вас подключаются к интернету? – в голову пришла мысль уточнить этот важный момент. Смартфонов я ни у кого не заметила.

   – К чему? – не понравился мне этот вопрос.

   – Всемирной сети или паутине, источнику всей информации. Его используют для общения, связи, получения данных, – Рид продолжал на меня смотреть без тени понимания.

   – Информацию у нас узнают из книг, общаются зачастую при личной встрече, а для связи наши артефакторы лет двадцать назад наладили телефонную связь, есть еще телеграф, я же говорил.

   – В этом мире нет интернета? – упавшим голосом задала риторический вопрос. Ужас, что за древняя древность. Зато есть магия. Самые натуральные средние века!

   – Надеюсь инквизиции у вас нет? – снова спросила первое, что пришло на ум.

   – А это еще что? – Рид закатил глаза, очевидно, я достала его своими вопросами.

   – Магов за магию не казнят? – мужчина даже приостановился. – Ладно, поняла, – поспешила предупредить его гневное высказывание по поводу моих представлений о магических мирах.

   – Обладать силой в нашем мире – почетно, в академию магии Несанета попадают лишь самые лучшие.

   Представляю в чем Милена была самой лучшей.

   – Как тебе в Несанете? – спросил Рид, когда мы шли обратно. На меня снизошло благодушие, как обычно бывало после длительной прогулки, поэтому ответила правду, без лишнего сарказма:

   – Понравилось, для меня здесь многое непривычно, но в целом здорово.

   – Значит, будем выбираться в город почаще, – улыбнулся Рид, ох и улыбка у него: демоны-искусители обзавидуются.

   Сначала поморгала, пытаясь оторвать взгляд от его лица, а потом нахмурилась:

   – Получается, я без вас и в город выйти не могу? Как собачка на привязи буду?

   – Ну почему же на привязи, просто будешь сообщать мне куда и с кем идешь, а я буду давать разрешение, если соглашусь, конечно.

   – Вот еще! Я совершеннолетняя и не нуждаюсь в контроле, – у меня снова помимо воли проскользнули шипящие гневные нотки. У этого маньяка потрясающая способность выводить меня из себя.

   Рид глубоко вздохнул и ответил:

   – Я уже говорил, это временная мера, пока ты не привыкнешь к миру.

   – А я говорила, что не намерена к нему привыкать.

   – Не шипи, мускерра, это бесполезно, – кажется, меня только что обозвали, окончательно испортив настроение.

   Когда мы подошли к академии, я поразилась тому, какое это большое и потрясающе красивое здание. Немного готическое, но уютное. Стемнело и теперь то тут, то там в здании зажигали огни, самое обыкновенное электричество, только сотворенное магически. Круто, конечно: ни тебе проводов, ни вреда экологии, это, безусловно, плюс магического мира. Подумав это, помотала головой. Магия – это все сказки, но похоже я именно в сказку и попала. Надеюсь, не будет, как в поговорке, что в сказке чем дальше, тем страшнее…

   Вечером во дворе академии было полно народу, молодые люди и девушки сновали туда-сюда или сидели на многочисленных лавочках, болтая и смеясь. Их смех стихал, стоило нам приблизиться. Рид снова из собеседника превратился в ректора. Лицо приобрело каменное выражение, но он то и дело скользил взглядом по симпатичным девушкам. Да уж, он тут словно садовник среди цветочков и, кажется, вовсе не прочь собрать огромный гербарий. Поежилась от осознания, что мое нынешнее тело было в его власти. Но теперь ему обломится. Впредь лишь деловые отношения и ничего личного. Уж я его обаянию противостоять смогу без особых проблем. Мне никогда не нравились любвеобильные красавчики, от них не дождешься верности и настоящей любви, о которых я всегда мечтала.

   Меня проводили до общежития, дальше пообещала добраться сама.

   Зайдя в комнату, снова никого не обнаружила, будто и нет у меня соседки. Хотя, возможно, она на репетиции или гуляет.

   Села на кровать и глянула на зеркало, которое оставила на столике. Надо бы вернуть его маньяку. Пора, конечно, привыкать так не называть Рида, а то еще болтану лишнего, а он, кажется, не любит грубого обращения к своей великолепной, неотразимой, незабываемо прекрасной персоне.

   Взглянула в зеркало. В тускловатом свете из окна еле различая свои черты, точнее вовсе и не свои, если так подумать. Все равно не верится. Я в другом мире, в другом теле, сижу на чужой кровати, в чужой одежде. И во всем этом лишь душа осталась моей. Можно сказать, сохранила самое ценное. И впредь нужно ее сохранить.

   Зеркало в моей руке вдруг засветилось, и послышался ворчливый голос:

   – Что, новая хозяйка, надо?

   – Ой! – это все, что я могла сказать, хорошо, что с перепугу не бросила говорящую стекляшку.

   – Вот тебе и ой, хозяюшка. Связать тебя с кем, спрашиваю.

   – О, да ты смартфон? А маньяк говорил, что нет таких.

   – За умного, конечно, спасибо, но почему я должен звонить? Чай не колокол.

   – Но ты же обеспечиваешь связь, значит звонишь?

   – Могу, конечно, и позвонить, если очень надо, но обычно я просто разговариваю.

   – Ааа… – раздумывала, как бы эту вещицу применить. И кому я тут буду звонить? Риду? Да вроде пока еще не соскучилась.

   – Хозяйка, очень прошу: не бегай больше со мной в кармане. Я успел раз пять с жизнью попрощаться, – попросило зеркало, пока я тормозила.

   – Прости, неожиданно все, не подумала.

   – У вас, у молодых это в порядке вещей. Так кому звонить?

   – Если бы я и хотела с кем-то поговорить, так это с Миленой. Она может такого натворить, будучи мной, что у меня все подписчики разбегутся.

   – Вас связать с Миленой Бекен? – какое догадливое зеркало, поумнее всяких там смартфонов. Подумала и сказала это зеркальцу, у него очень мило порозовела рамочка, прелесть какая.

   – А ты можешь? Она же в другом мире!

   – Да, не вижу проблемы. Во мне заложена магия разведчика, а не только волшебника.

   – Обалдеть, а что за магия разведчика? – маньяк, то есть Рид говорил что-то про разведчиков в трапезной, но я плохо запомнила, ведь считала его слова выдумкой.

   – Строительство порталов, перемещения по мирам или между ними, поиск нужных людей, передача сообщений на дальние расстояния, все, что связано с пространством. Они умеют им управлять, – а вот это уже очень интересно! Значит с помощью магии тут строят порталы, в том числе и в другие миры?! Завтра же потребую от ма… ректора разъяснения по этому поводу. Может, нас с Миленой можно поменять обратно телами, раз уж души застряли.

   Хотелось бежать к нему сейчас же, но решила потерпеть. На ночь глядя идти к нему не лучшая идея, а то поймет неправильно.

   – Звони, – кивнула зеркалу, и приготовилась к серьезному разговору.

   Зеркальная поверхность пошла нарастающей рябью, но в итоге снова выровнялась и затихла.

   – В чем дело? – спросила я.

   – Абонент недоступен, – мне кажется, или я услышала сарказм в этой фразе.

   – И что это значит?

   – У Милены рядом нет зеркала.

   – Понятно, – вздохнула.

   – Но мы можем оставить сообщение, – обрадовал меня умничка-артефакт. – Она увидит его, как только глянет на свое отражение в любой блестящей поверхности.

   – Отлично!

   Надиктовала зеркалу сообщение для Милены, попытавшись объяснить в общих чертах, что случилось и что ей дальше делать. Очень надеюсь, что она девушка сообразительная.

   Риджал Аламир Уолан

   Вечером, несмотря на позднее время, нашел Марка в мастерской. Он вечно пропадал там, словно и нет в жизни ничего другого. Множество раз повторял ему: тебе нужно заняться чем-то, кроме работы, а лучше кем-то, но получал в ответ лишь злобный взгляд старого гремлина и предпочитал сменить тему.

   – Приветствую, выяснил что-нибудь насчет артефакта?

   – И да, и нет. Это оказался очень древний амулет, который мог поменять души в родственных телах. Не представляю кому и зачем он был нужен, но стоило постараться, чтобы обеспечить подобное совпадение, – задумчиво проговорил Марк.

   – Не верю я в совпадения, – друг кивнул, соглашаясь.

   – Хочешь сказать, она шпионка?

   – Вполне возможно, – сказал это и задумался, что совпадение, конечно, невероятное, но сколько таких невероятностей заложено в судьбе. – Надо за ней проследить, чтобы не натворила глупостей.

   Подошел к открытому окну и приметил милую птичку, которая деловито крутилась на ветке ближайшего дерева. Поймал ее взгляд и приманил к себе. Она послушно села на палец. Сознание, конечно, примитивное, но для передатчика в самый раз.

   – Если ты опасаешься ее слежки, так почему бы не попробовать поменять их телами, а не душами?

   – А души обратно уже не поменять?

   – Думаю, это опасно. Судя по всему, артефакт срабатывает единожды с одной парой душ и тел.

   – Не будем рисковать. Пусть именно Милана останется здесь.

   – Что ты опять задумал?

   – Как всегда, лишь небольшую шалость, дружище. Но с сомнительными артефактами я завязал.

   – А с девушками?

   – О нет, это выше моих сил! – Марк хмыкнул, не разделяя мои увлечения, но, как по мне, общение с прекрасными живыми созданиями получше копания в железяках.

ГЛАВА 6. Первые знакомства в новом мире

Милана Левина

   Не давая себе долго задумываться о своем непростом положении и посчитав, что буду решать проблемы по мере поступления, отправилась искать душевые. Сейчас мне хотелось привести себя в человеческий вид после долгого, тяжелого и самого необычного дня в моей жизни.

   Отправилась на разведку в душевую. Мой скепсис быстро развеялся, а ведь я не понаслышке знала об общажных условиях. Сама в таких не жила, но подружка рассказывала. Так что ожидала увидеть плесень и грибок на влажных стенах, а еще бегающих мокриц и тараканов, но нашла практически спа-салон. Тут помимо просторных, оборудованных душевых с чистыми ароматными полотенцами, кучей всяких пахучих бутылочек, была еще небольшая паровая и даже бассейн. Все очень чистое и удобное, с сенсорными датчиками, которые, очевидно, работали на магии.

   Навстречу мне вышли три девчонки. Они улыбнулись и поздоровались. Я кивнула в ответ и улыбнулась, хорошо, что они ни о чем не спрашивали. Чувствую, проколюсь при первом же разговоре со знакомыми Милены. И почему мань… ректор, будь он неладен, решил, что надо скрывать обмен. Видимо прикрывает свою крепкую пятую точку, чтобы не получить вагон проблем с родными девушки. Еще бы, взял и отправил их чадо невесть куда. Гоша, конечно, Милену в беде не бросит, надеюсь, они там справятся, а я скоро вернусь.

   Интересно, что они там сейчас делают? Думая о своем мире, неспешно приняла душ, ммм, какие запахи от этих бутылочек, натуральные, нежные, приятные, необычные, никакой тебе химии. Одно сплошное волшебство. А кожа какая нежная. Странно, тело вроде бы не мое, но чувствую его совершенно привычно. От того и не верится. Хорошо, хоть в мужика не вселилась, вот это был бы акробатический номер!

   Отправилась обратно в комнату в удивительно хорошем настроении. Странно, вроде как должна переживать, случилось ведь что-то невероятное, непонятное и, возможно, опасное. Но почему-то хотелось петь, пританцовывая и прихлопывая, что я и делала по дороге в комнату. На душе было легко и тепло. И чему, спрашивается, моя душа так радуется?

   Остановилась на пороге, когда увидела симпатичную темноволосую голубоглазую девушку, которая писала за столом.

   – О, пропажа явилась, – сказала девушка, не поднимая головы, – что, господин ректор уже отпустил? – говорила она это совершенно спокойным тоном, без зависти или сарказма, я бы расслышала, всегда обладала хорошим слухом.

   – Привет, – сказала, подумав, что говорю на языке, которого никогда не слышала раньше, но воспринимаю его родным. Чудеса.

   – Слышала ректор тебя от занятий освободил, неужели замыслил романтическую поездку, как с Таминой? Или просто дал тебе отдых после бешенного марафона? – настроение мое поползло вниз.

   – Тебе важно знать? – огрызнулась на девушку, подумав, что надо как-то вызнать ее имя, потому что в закромах чужой памяти почему-то всплыло привычное в той жизни имя Тоня.

   После моих слов соседка все же оторвалась от своих записей и прищурившись посмотрела на меня. Долго так смотрела, внимательно.

   – Что случилось? Он обидел тебя?

   – Нет, – прозвучало неуверенно.

   Соседка встала и подошла ко мне, я опустила глаза, не выдержав ее испытывающего взгляда. Мне казалось, что сейчас подмена и раскроется. Похоже девушки дружили.

   – Давай присядем, – соседка потянула меня присесть на кровать и снова заглянула в мое лицо.

   – Ты знаешь, если захочешь рассказать что угодно, я пойму и помогу, – я подняла глаза и посмотрела в слегка раскосые голубые глаза и просто ждала, пока она заметит разницу. Ведь именно по глазам Рид понял, что я не Милена.

   Но, очевидно, света от светильника на письменном столе было недостаточно, и девушка не разглядела разницу в оттенках глаз. Она так же выжидательно смотрела на меня. Вздохнула, принимая, возможно, опрометчивое решение, но что мне остается делать? Маньяку хорошо, он уже и думать про меня забыл, а я должна его прикрывать и выкручиваться без помощи? Фигушки! Мне нужна информация, понимание, как себя вести, что делать. Я могу проколоться на элементарных вещах и спросить некого. Бегать к нему не собираюсь, вообще, от таких, как этот бабник предпочитаю держаться подальше. А вот соседка вызывала доверие, уверена, она захочет помочь.

   – Я не Милена, – проговорила и ожидала от нее смеха или укора в плохой шутке, но ответ девушки удивил:

   – Значит, не показалось, тогда кто ты?

   Вкратце рассказала соседке почему моя душа сейчас в этом теле, что вины моей тут нет, что это абсурдная случайность. Пока рассказывала самой не верилось в то, что говорю, но Тоня, а ее на самом деле так и звали, точнее Антония, но все сокращали до привычного мне имени, кивала во время рассказа, особо не удивляясь.

   – Допрыгался наш ректор, если узнает мать Милены, то придушит его голыми руками. Да и тебе может достаться. Одна надежда, что Марк найдет способ поменять вас обратно. Он очень сильный волшебник. У него лучшие в Несанете артефакты.

   – Он преподает здесь?

   – Да, один из профессоров у волшебников, самый дотошный, но и самый любимый.

   – Кстати, об артефактах, у меня есть волшебное зеркальце, – я взяла в руки свой необычный, но очень умный смартфон и помахала им перед Тониным лицом. – Этот умничка может передавать сообщения и звонить в другие миры! Я оставила Милене сообщение, надеюсь, она скоро свяжется со мной.

   – Хорошая новость, я волнуюсь за Милену, – обрадовалась Тоня.

   – Понимаю, но, надеюсь, мой друг и помощник Гоша и ей поможет.

   – А что родные? – вопрос соседки заставил меня замолчать. – Прости, – Тоня верно поняла мое молчание.

   – Ничего, папа живет далеко, мы редко общаемся, а мама… мамочки уже нет, – я судорожно вздохнула, горло сдавило в привычном спазме.

   – А знаешь, – нарочито бодрым тоном проговорила Антония, – у нас же есть, в смысле у нас с Миленой… собственный эксперт по душам, может Люмис придумает, как вернуть вас обратно. Пойдем к ней?

   – Прямо сейчас? Ночью? – я взглянула на окно, за которым темнота подкрашивалась сиреневым цветом небольшой овальной луны, непохожей на нашу.

   – Конечно, это ее время, она всегда говорит, что ночью слышит духов лучше.

   – Она медиум? – постаралась сдержать сарказм, напомнив себе, что в этом мире есть магия, значит, и медиумы могут быть не шарлатанами, а самыми настоящими.

   – Демонолог, – ааа, точно, Рид говорил об этом направлении обучения. Только я совсем не поняла, чем они занимаются.

   – Она общается с духами? И что, этому тоже учат?

   – Учат, конечно. Духи создания капризные, своевольные, сложно идут на контакт. Демонологи могут читать чужие души, некоторые особо талантливые могут видеть прошлое и будущее, а Люмис лучшая на своем потоке. Пойдем, – Тоня встала и потянула меня за собой.

   Мы в быстром темпе пробежались по коридорам, поднялись на пару этажей выше, и Тоня постучала в дверь, похожую на нашу. Мы услышали: «Войдите», и заскочили внутрь. Судя по скорости нашего передвижения, бродить по ночам в общежитии не в порядке вещей. Хотя комендант в холле показался душкой.

    В комнате царил полумрак, подсвеченный лишь несколькими потрескивающими свечами. Комната выглядела иначе, чем наша. Стены были задрапированы темно-бордовыми занавесями, на кроватях темные покрывала, даже окно было прикрыто тканью, не пуская в комнату неяркий лунный свет.

   Особенное внимание, конечно, привлекал стол посреди комнаты, а за ним сидела длинноволосая девушка и смотрела в хрустальный шар, светящийся от белого цвета к желтому и оранжевому, подсвечивая ее склоненное лицо. Выглядело, можно смело сказать, впечатляюще.

   – Проходите, я вас давно жду, – тихим, проникновенным голосом сказала девушка. От ее тона по спине испуганно пробежались мурашки.

   – Привет, Люми, ты в курсе, что случилось? – совершенно не тушуясь, спросила Тоня.

   – Да, – спокойно ответила загадочная девушка.

   – И что же делать? – спросила Антония.

   – Души обратно не поменять, – подумав сказала Люмис.

   – Может, нас поменяют порталами? В смысле телами раз уж души поменялись безвозвратно, – это уже я не выдержала и высказала свое предположение.

   – Тела менять опасно, души ваши привязались не только к телам, но и к мирам, – еще спустя несколько мгновений ответила Люмис, руша мои последние надежды.

   – Но должен же быть какой-то выход! – всплеснула руками, чуть не сбив шар со стола и заслужив этим тяжелый взгляд демонологши.

   – Выхода пока не вижу, значит, он не нужен, – да уж, глубокомысленно, но не верю я в ее слова. Обмен телами, телепортация, если уж она тут точно есть, казались мне самым простым выходом. Погуляла и хватит. Пора возвращаться, пусть в другом теле, но оно точно такое же, как и мое, не вижу никакой проблемы. – Он теперь тебя никуда не отпустит, – неожиданно добавила девушка.

   – Кто? Ректор? – искренне возмутилась я. – Да пусть только попробует!

   – Он не виноват, сам можно сказать пострадавший, – задорно улыбнулась Люмис, сбросив маску загадочности. Я закатила глаза. – Хм, интересно, похоже он стал катализатором обмена. Если бы не его близость, амулеты бы не сработали.

   – Да он-то тут причем? Разве это не случайность? – подключилась Тоня, с живым интересом слушающая наш разговор.

   – Антония, с каких пор ты веришь в случайности? – Люмис подняла бровь и выразительно посмотрела на подругу.

   – Но тогда не пойму, получается судьбы девушек связаны с судьбой Рида?

   – Судьба одной из девушек.

   – Ты хочешь сказать моя? – я опять не смогла скрыть возмущения в голосе.

   – Именно так, – припечатала Люмис.

   – Ни за что! Этот мужчина мне не нравится, он для меня посторонний, и наши судьбы никогда не пересекутся, они совершенно, абсолютно параллельные!

   – Хватит, – рявкнула Люмис настолько неожиданно, что я замолчала. – Никто не говорит, что ваши судьбы связаны в романтическом плане, но ему нужна твоя помощь, а тебе его. Это все, что я могу сказать.

   Я шумно выдохнула. И правда, что так завелась? Просто все, что касается Рида выбешивает меня до крайности. В моей жизни не было еще такого человека, разве что Гоша, но и тот не дотягивает до этого уровня.

   – Ладно, утро вечера мудренее, – сказала Тоня. Надо же, мир другой, а поговорки те же. – Думаю, так и есть. Вы не случайно поменялись, сама Жизнь вмешалась. Дальше, думаю, разберемся, что к чему. Не бойся, Мила, мы с Люмис будем рядом, поможем тебе. А ректор, ну что ж, он тоже должен тебе помогать, закон о попаданстве никто не отменял. Как никак он твой попечитель.

   – Но он не хочет, чтобы кто-то знал про обмен.

   – Никто и не должен знать, это важно, – добавила Люмис.

   – Простите, конечно, девочки, но я хочу обратно.

   – Уверена? Что тебя там ждет, и кто? – слова Люмис попали в цель. Я вдруг задумалась. И правда, кому я там нужна? Разве что подписчикам… но как же мои привычки, образ жизни, достижения? Для чего я столько работала? Нет, я попаду обратно и все будет, как раньше. И пусть серо-голубые глаза мне только снятся, а наяву в них смотрят другие.

ГЛАВА 7. Кто кого переупрямит?

Ночью спала удивительно хорошо, сладко. Давно так не высыпалась, редко соблюдая режим. Чаще ложилась под утро, а тут вовремя. Проснулась счастливая под трели маленькой птички, похожей на земную синичку. Она кружилась на ветке прямо возле окна и заливалась художественным свистом, почти как мой будильник дома.

   Надо же, меня ждет новый день в новом мире.

   Птичка не улетела даже, когда я распахнула окно, вглядываясь в чистое, прекрасное и такое необычное небо. Она замолчала и вертелась, стараясь как следует меня рассмотреть. Подумала, что малышка голодна и надо ее накормить. Посмотрела на столик позади себя и обрадовалась, увидев на ней вазочку с печеньем. Отломила от одного кусочек и раскрошила на ладошку.

   Протянула руку и поразилась тому, как доверчиво подлетела пташка и села на ладонь. Она быстро склевывала крошки, и мне стало щекотно. Я засмеялась и разбудила соседку.

   – Чего смеешься? – спросила Тоня.

   – Вот, – я слегка развернулась, чтобы та увидела птичку.

   – О, тит, милая пташка, у нее замечательный голос, – Тоня подошла поближе, – но у этой глаза какие-то странные. Обычно они черные, а у этой отливают серо-голубым, – я присмотрелась, хм, уж больно знакомый цвет. Шпионим значит, ну-ну.

   – Я назову тебя Лапка, – погладила пташку, понимая теперь почему та меня не боится. Она под заклинанием или как это у них тут называется. – Передай своему хозяину, что он лопух, – и взмахнула рукой, прогоняя очаровательную шпионку.

   – Понятно, – покивала головой Тоня, – подослал следить за тобой фамильяра, значит, волнуется за тебя.

   – Скорее волнуется, чтобы я не наболтала лишнего и ничего не натворила.

   Тоня пожала плечами и зябко обхватила себя руками.

   – Закрывай окошко, прохладно уже по утрам, все ж не лето.

   – Ой прости. В вашем мире потрясающий воздух, после Москвы не могу надышаться.

   – Москва – это твой мир? – спросила Тоня.

   – Почти, – пока мы собирались, рассказывала о Земле, осознав, что уже скучаю.

   – Не пойму, кто же такие подписчики? Это твои зрители?

   – Да, но видят они не меня саму, а запись. Я не могу петь перед зрителями.

   – Почему? – удивилась Тоня.

   – Не хочу об этом, – мрачная туча набежала на мое безоблачное настроение.

   – Хорошо. Пойдем на завтрак, а потом на занятия? Хотя ректор и освободил тебя на недельку, да-да, вышел официальный приказ, я сама видела… все видели, – выражение лица соседки менялось от заинтересованного до скептического. Похоже, этот приказ наделал ненужного шума и ко мне ожидается повышенное внимание.

   – Пойдем, – вздохнула, морально готовясь к общению с жителями Хилала.

   До трапезной мы дошли быстро, спустившись всего на пару этажей и пройдя по коридору. Старательно запоминала путь, улыбаясь встречающимся мне людям. Ничего особенного в них не замечала. Люди, как люди. Но они все разглядывали меня, особо не скрывая интереса. Кто просил Рида подписывать приказ о моем освобождении? Позаботился, нечего сказать.

   Зайдя в трапезную, осмотрелась, выискивая ректора. Мне нужно с ним поговорить. Я все еще не оставила идею телепортироваться обратно домой. Пусть Люмис и говорила, что это опасно, но я хочу домой! Рид, думаю, не откажется избавится от меня, скинув ненужный груз ответственности. Если не найду его тут, придется идти к нему в кабинет. В его комнаты точно не пойду. Еще свежи воспоминания теплых губ на почти моей спине.

   Ректора в трапезной не было, что не удивительно. В прошлый раз он проводил экскурсию для меня. Думаю, обычно он завтракает, обедает и ужинает у себя, и каждый раз новым блюдом. Мотнула головой, вытряхивая неуместные мысли. Какая мне разница, с кем он проводит время. Это точно не мое дело!

   Все-таки в хилалцах было что-то особенное, во всяком случае в магах, которые учились в этой академии. Что парни, что девушки очень красивые, я бы сказала породистые. В школе искусств у нас были одни девчонки, а тут столько симпатичных, харизматичных парней, еще и обладающих магической силой.

    Сходили к раздаче, хорошо, что мне подсказывала Тоня, без подсказки было сложно определить, что есть что. Еда тут была не привычная, отличалась по цвету, но по вкусу мне понравилась, на вчерашнем позднем завтраке я многое попробовала, но мало что запомнила. Кстати, профессор Кеншин был уже здесь. Он мило помахал мне рукой, снова привлекая всеобщее внимание к моей скромной персоне. Что сын, что отец видимо не в курсе о субординации. Я вот не прочь ее соблюдать. Хотя бы в стенах академии, раз уж мы тут каждый при своей роли.

    Мы с Тоней сели за стол чародеев, рядом сидящие поздоровались без особого энтузиазма, особенно девушки. Некоторые из них бросали на меня откровенно злобные взгляды.

   – Да, зависть, оказывается, заразная вещь, – прокомментировала Тоня их поведение.

   – Надо поговорить с Ридом, чтобы он пресек эти слухи, а лучше бы просто вернул меня домой и делал дальше, что хочет.

   – А он и так всегда делает, что хочет. Ему никто не указ, ну разве что бабушка, – меланхолично отозвалась Люмис, которая появилась рядом с нами и, распихав нас с Тоней, села за стол.

   – Бабушка? – удивилась я.

   – Да, вдовствующая королева. Она очень строгая, – вот это да, получается, ректор у нас королевских кровей. Это бесспорное комбо. То-то он важничает, а я еще думала, почему такой молодой и уже руководитель целой академии. Теперь понятно.

   – Получается, ректор – принц? – уточнила я.

   – Нет, герцог. Он племянник короля, не сын.

   – Ааа, – протянула я. Значит, не принц, ну и хорошо, а то можно было бы уже пугаться, что я попала в сказку. В сказке он был бы принцем.

   После завтрака девчонки отправились на занятия, а я все же взяла курс на кабинет ректора. Мои хранительницы проводили меня к приемной, где сидела сухопарая невысокая симпатичная женщина. Она что-то писала. Бросив на меня короткий взгляд, продолжила свое занятие.

   – Доброго дня, – вежливо поздоровалась, – простите, мне бы к ректору.

   – Вы записаны? – ровным голосом спросила она.

   – Да, – ответила, не задумываясь. Учитывая все произошедшее, у меня к нему вип пропуск.

   Женщина снова на меня посмотрела, слегка сощурилась, а потом кивнула на дверь, пропуская.

   Тихо постучала и после услышанного: «Войдите», просочилась внутрь.

   Риджал Аламир Уолан

   Ночью спал не удивление плохо. Лег поздно, потом долго крутился, не переставая думать о случившемся. Угораздило же меня вляпаться в обмен душ, как будто мне и без этого проблем не хватало. Саша еще подпортил настроение сообщением из Виджеты. Там нашли новые склады с боевыми сферами.

   Складывается ощущение, что наши страны тугими кольцами обвил огромный боа и постепенно душит. Кора слепа, если не видит, кто рядом с ней, а я все больше убеждаюсь, что именно Фердинанд жаждет возродить империю. Как это доказать бабушке и сестре? Они готовы носить этого слизняка на руках, настолько он их очаровал. Дядя тоже хорош, притворяется слепым, глухим и порою немым, лишь бы не спорить с очарованными женщинами, а я спорить уже устал. Нужны доказательства, но этот прохвост ускользает с хитрой улыбочкой.

   Перед мысленным взором опять возникла Мила, но не Милена. Да, она была хороша, но не более того, а вот Мила. Было в ней что-то, что заставляло снова и снова обращать на нее свой взгляд. И при этом сердце начинало щемить, то ли от жалости, то ли от тоски. Была в ее оливковых глазах какая-то тайна, которую хотелось разгадать, познать, желательно на осязаемом уровне.

   Когда утром вернулась моя птица-шпионка, мягко говоря, удивился. Как она ее вернула? Птица была под заклинанием и должна была разбудить девчонку, следить за ней, а в итоге наелась крошек и передала мне, что я… ах ты хулиганка! Ну хорошо, вызов принят.

   Из задумчивости меня вырвал тихий, но настойчивый стук в дверь кабинета. Сказал, чтобы входили, и не удивился, когда увидел Милу. Она нерешительно остановилась на пороге и похоже ждала от меня первых слов.

   – Что случилось? – начал разговор без расшаркиваний и приветствий.

   – Отправьте меня домой порталом, – потребовала девчонка, сжав кулачки. Сегодня она была уже в другом, боевом настроении.

   Молча рассматривал ее, удивляясь, что соскучился за ночь. Думаю, если бы она провела эту ночь со мной, спалось бы гораздо лучше.

   – Ну! – она подошла ближе.

   – Во-первых, сбавь тон, ты находишься в кабинете ректора, – девчонка обиженно поджала губы, – а во-вторых я не собираюсь никуда тебя отправлять. Ни порталом, ни каким-либо другим способом.

   – Это еще почему? – Мила не сдавалась. Она смело без кокетства смотрела мне в глаза, а я откровенно любовался. Горящие глазки добавляли девушке очарования. Перевел взгляд на губы, которые доводилось целовать. Хм, интересно, смена души повлияла на темперамент? Нужно будет проверить, когда злючка потеряет бдительность.

   – Опасно, – не стал вдаваться в подробности.

   – Мне все равно, я хочу домой! Поменяйте нас с той девушкой телами, раз уж так получилось и души не вернуть. Мы похожи, проблем не возникнет.

   – Тебе жить надоело? – спросил, начиная заводиться. Мысль о том, чтобы поменять девушек обратно отчего-то дико злила.

   – А вам какая разница?

   – То, что будет с тобой мне безразлично, но Милена не должна пострадать из-за твоего эгоизма.

   – Пусть она остается со мной на Земле, буду ей там во всем помогать. Но почему мне нужно торчать тут, еще и делать вид, что я – это она. С какой стати?

   – Потому что так надо! – схватил ее за плечи и слегка встряхнул, окончательно разозлившись.

   Мила попыталась вырваться, ее глаза сверкнули.

   – Если в ближайшее время вы не найдете способ вернуть меня домой, я… я… я буду жаловаться вашей бабушке! – эти слова меня рассмешили. Ей подружки-осведомители и про мою семью уже напели. Забавно.

   Не удержался и рассмеялся в голос, а Мила вырвалась из моих рук и убежала. Беги-беги, все равно никуда от меня не денешься, маленькая злючка.

ГЛАВА 8. Найти бы выход

Милана Левина

   Хлопнула дверью в комнату и зло плюхнулась на кровать. По дороге в кабинет к Риду уже размечталась, что он сразу отправит меня домой, когда я подам ему прекрасную идею. А он и не собирался. Я готова была идти на уступки, а он уперся, как баран. Что же делать? Как попасть домой? Потерла лицо руками и вздрогнула от того, что зеркало, мирно лежавшее на столе, вдруг зазвонило, как церковный колокол. Похоже у кого-то здесь хорошее чувство юмора.

   Схватила свой шумный смартфон, и он тут же замолчал, являя передо мной мое же отражение.

   – Привет! – помахала я с той стороны зеркальной поверхности.

   – Привет, – отозвалась, окончательно поверив в происходящее. До этого момента, несмотря ни на что мне не верилось, что в моем теле другая душа. Казалось, нет никакой Милены, а я просто сошла с ума.

   – Ты там как? – Милена задала мне вопрос. Ее голос звучал обеспокоено, но при этом не казалось, что она слишком переживает из-за обмена. Она выглядела довольной, одетая в мою любимую клетчатую красно-черную рубашку поверх белого топика. Ниже было не видно, но уверена, она и в моих любимых джинсах.

   – Нормально, – я вздохнула.

   – Что Рид говорит? Ты же с ним?

   – Нет! В смысле я не с ним, а про обмен он говорит, что обратно мы поменяться не можем.

   – Я так и думала, – радостно ответила Милена. – Гоша говорит, что не надо меняться. Во всяком случае пока.

   – Ты ему рассказала? И он поверил? – крайне удивилась я. Всегда прагматичный и принципиальный менеджер Георгий не казался способным поверить в переселение душ и в другие миры.

   – Почему бы и нет, – собеседница пожала плечами. – Мы уже и эфир провели, не переживай, в твоей, точнее уже в моей голове остались ваши мелодии. Я улыбалась, шутила, все, что ты обычно делала. Гоша показывал мне прошлые твои видео.

   – И никто ничего не заметил? – продолжала удивляться, стало немного обидно, что подписчикам было все равно, кто перед ними. И что Милена очень быстро освоилась, а я до сих пор поверить не могу.

   – Никто, конечно, я хорошо справляюсь, – Милена улыбнулась, а мне захотелось ее придушить. – Знаешь, я не хочу меняться, прости. Ты можешь быть мною, если хочешь. Или зарегистрироваться, как попаданка.

   – Я домой хочу.

   – Ну что ты заладила, как маленькая. Неужели ты никогда не мечтала вырваться из привычного мира, побывать в совершенно другом? Встретить кого-то, – меня все больше удивляли слова Милены, она серьезно не хочет домой?

   – Хорошо, побудь в моей шкуре недельку и созвонимся, – я сдалась. Надоело все. Пусть Милена поработает, а у меня будет отпуск. Учебный. Хотя, ректор же освободил меня от учебы своим милостивым приказом, значит, могу и отдохнуть. Смогу изучить обстановку и узнать, как раздобыть портал в свой мир. Как я понимаю, мне нужен толковый разведчик.

   Была не была, все равно пока выхода нет, значит, поживу тут. Милена успокоила насчет канала, пусть она побудет на моем месте, поживет в моем темпе, и посмотрим через сколько дней она запросится обратно. А я обязательно найду способ вернуться.

   Чтобы лучше думалось, прилегла поспать. Не спала днем с детства. Это, оказывается, очень приятно. Птичка-шпионка в итоге снова меня разбудила. Ее было слышно и через закрытое окно.

   – Ну что такое? – проворчала, распахивая окно. – Иди сюда, – протянула руку, пташка моментально перелетела ко мне. – И что хочет от меня твой хозяин? – спросила и вгляделась в глаза-бусинки с красивым серо-голубым отливом.

   У меня в голове вдруг прозвучала фраза: «Своенравная девчонка, ты должна меня слушаться».

   – Это ты мне? – спросила, но тут же поняла, что говорила не птичка, это слова маньяка. Значит, я была права, шпионит. Подкинуть ему что ли пищу для размышлений, сделать гадость или лучше успокоить, отвести глаза, чтобы не узнал мои настоящие планы. – Улетай, мне некогда болтать, я собираюсь на занятия, – махнула рукой, подкидывая приставушку.

   В ответ на мои слова птичка, как мне показалось, вопросительно чирикнула.

   – Да-да на занятия. Буду учиться на вашу эту чародейку. Так что нечего тут чирикать.

   «А ты меньше дрыхни», – снова послышались чужие слова, ах вот как. Это что значит? Солнце высоко, рабам пора работать? Быстро он передумал насчет моего отдыха. Ладно, сидя в комнате я все равно ничего не узнаю, схожу лучше на разведку.

   – Вот лучше бы дали мне какие-то карты, чтобы я в академии не заблудилась, расписание и все необходимое для учебы, у Милены этого не нашла, – настойчиво уставилась в глаза птичке и в моей голове послышался удивленный хмык. Вот тебе и хмык. Если маньяк думает, что будет меня контролировать, не тут-то было. Все будет по-моему!

   Птичка вспорхнула и улетела. Странно, получается, я смогла перебороть его заклинание? Или он просто согласился со мной? Посмотрим. Пожала плечами и решила переодеть измятое платье. Удобно было, что грязные вещи можно отнести в корзину в душевой, а получить обратно доставкой в комнату. И никаких общажных ужасов, наоборот, тут все было пропитано теплым уютом, творческой энергией, магией в конце концов. Замечательная атмосфера. Не хотела в этом признаваться даже самой себе, но в академии мне очень нравилось. И ректор тут такой… внимательный, зараза.

   – Что, скучаешь? – в комнату заскочили Тоня и Люмис.

   – Есть немного, давно не занималась ничего неделаньем, – согласилась с девчонками.

   – Тогда пойдем на репетицию, – весело предложила Тоня. – Профессор Меземери будет нервничать, если ты не придешь.

   – Боюсь, он будет нервничать, если я приду вместо Милены. Я же ничего не умею!

   – Как же? И петь не умеешь?

   – Петь умею и с клавишными дружу, но магия эта ваша, как она вообще пригождается в пении? Голос меняете или может быть ноты лучше читаете?

   – Ну да, и еще многое другое, – покивала Тоня, – давай скажем ему, что у тебя горло болит.

   – Ага, а лекари ваши на что?

   – Ммм, ну скажи настроения нет.

   – А других нормальных идей не имеется?

   – Сама тогда думай, – обиделась Тоня.

   – Скажи ему, что душа твоя не на месте, – предложила Люмис, а я закатила глаза. – Правда порой самый лучший аргумент, – меланхолично добавила она.

   – У тебя в любом случае есть приказ ректора, можешь ничего не объяснять. Посидишь на репетиции, посмотришь, вспомнишь. А потом спросишь, что не понятно, объясню, – подытожила Тоня, и я кивнула.

   – Хорошо, разберемся на месте, а обедать пойдем? – мне нужно было в трапезную на разведку, присмотреть себе подходящего разведчика-спасителя. Учитывая, что мне нужен портал очень далеко, искать придется самого лучшего, определенно опытного старшекурсника.

   – Конечно, физподготовка пробуждает аппетит, мы за тобой поэтому и зашли, чтобы ты не заблудилась. Что сказал ректор?

   – Что менять нас не будет, баран винторогий, – буркнула себе под нос, вспомнив наш разговор и убеждаясь в своем решении искать помощь у создателей порталов.

   – Почему? – удивилась Тоня.

   – Сказал опасно.

   – Ну вообще да, с перемещением душ не шутят, – закивала соседка.

   – Ректор прав, ты не попадешь домой, пока вы не поможете друг другу. Ты должна радоваться, что Жизнь дала тебе отличный шанс вернуть свет в душу, – Люмис говорила все это спокойным, безэмоциональным, я бы сказала потусторонним тоном. Похоже ей нравилось наводить тень на плетень.

   – Хорошо, уговорили, погощу в вашем мире, – поняла, что спорить бесполезно, раз уж и девчонки на стороне маньяка, то они не захотят помогать мне с поиском подходящего портальщика. Что ж, придется, как обычно все взять на себя. Благо внешность при мне и, думаю, очаровать нужного парня труда не составит. Главное, чтобы ректор не мешал.

   В трапезной осматривалась внимательнее, особенно приглядывалась к крепышам разведчикам. А там было на что посмотреть, все накаченные, рослые, статные, как на подбор. Еще и стиль у них был очень интересный, разнообразный.

   – Ммм, уже на наших мальчиков заглядываешься? – с улыбкой спросила Тоня. – Разведчики парни сложные, но очень привлекательные.

   – И не такие задаваки, как остальные, но ты лучше к демонологам присмотрись, они шикарные, – добавила Люмис, кивнув в сторону своего факультета.

   – Мне всегда крепкие парни нравились, а демонологам не помешало бы подкачаться, – проговорила я, а Люмис надулась:

   – Зато они думают о высшем, чувствуют тонкую материю, а разведчики думают только о наживе и приключениях, – отличные новости, нажива… значит, их услуги можно купить.

   – Ничего не знаю, самые лучшие парни учатся на чародеев. Они и привлекательные, и интересные, и многое умеют, – Тоня смешно подвигала бровями с большим намеком.

   Мы прыснули, а, отсмеявшись, принялись за обед и некоторое время молчали. Я все посматривала на разведчиков, оглядываясь назад, парочку подходящих заприметила и даже состроила одному из них глазки.

   Когда в очередной раз повернулась, то уткнулась взглядом в преграду в виде угрожающе спокойного взгляда серо-голубых глаз. На этот раз ректор не улыбался и не умничал, лишь молча протянул мне сверток, перевязанный ленточкой, и так же молча удалился. Но сначала внимательно глянул в ту сторону, в которую до этого упорно пялилась я.

   Вслед ему со всех сторон послышались легкие и не очень девичьи охи-вздохи. И что они все в нем нашли? То, что мужчина бесподобно красив, даже не спорю, статус у него тоже не хилый, но то, что он меняет девушек, как перчатки, меня лично дико напрягает. Странно, что вздыхающим девушках все равно.

   Когда мы выходили из трапезной, за нами увязался тот самый разведчик, которому я строила глазки. Он молча шел следом.

   – Чего тебе? – Тоня не выдержала и повернулась к парню.

   – От тебя ничего, – огрызнулся парень. Вблизи он был еще красивее: мощные плечи и шея, накаченные грудные мышцы, которые открывала просторная кофта.

   – В смысле? – деланно удивилась я. – Ничего.

   – Хочешь сказать, мне привиделось, и ты на меня не смотрела? – ничуть не растерявшись хмыкнул старшекурсник.

   – Не знаю, что тебе там привиделось, но мы торопимся, – вмешалась Тоня и потянула меня дальше.

   – Вечером увидимся? – парень не отставал. Ух какой настойчивый, надеюсь он и в работе такой же.

   – Сегодня у нас репетиция допоздна, – снова вместо меня ответила Тоня.

   – Завтра? – вставила словечко, пока соседка окончательно не отбрила моего полезного ухажера.

   – Буду ждать вечером в холле, – довольно улыбнулся парень и, наконец, отпочковался. Тоня зло на меня посмотрела:

   – Тебе одного бабника не хватает, так ты решила еще одного в коллекцию добавить?

   – Во-первых, у меня нет никакой коллекции, ее в наследство от Милены я принимать не намерена, а во-вторых, что может быть плохого в свидании с симпатичным парнем? Я девушка свободная, – ворчание Тони не могло испортить мне настроения, мой план может осуществиться очень скоро, если, конечно, этот разведчик умеет строить порталы в другие миры, а уж уговорить его я сумею. Крайним аргументом будут деньги. Как я понимаю, Милена из богатой семьи и проблем с оплатой не возникнет.

ГЛАВА 9. Луч тщеславия

Мы с Тоней зашли в просторный актовый зал, на сцене уже вовсю шла репетиция. Пела девушка, красиво, сильно и без микрофона, при этом голос звучал с моим любимым эффектом звука в подъезде. Хм, видимо сцена правильно устроена. Но тут вышла другая чародейка и запела совершенно обычно. Значит, дело не в сцене?

   – Дорогая, вы забыли наложить заклинание эха, – сказал пожилой, седоватый мужчина в очках, сидящий в первом ряду. Его было тоже прекрасно слышно без всякой аппаратуры. – И кто-нибудь, сядьте за инструмент, пока не подошли музыканты. Одетта не выдерживает ритма, нужно ей помочь.

   – Это профессор Меземери, – прошептала мне на ухо Антония, с таким же успехом она могла бы прокричать, мелодия и голос на сцене звучали в полную силу. Но каково было мое удивление, когда профессор тут же повернулся в нашу сторону, с точностью определив, кто болтает в зале.

   – А, неужели, сама Милена Бекен почтила нас своим присутствием, – сказал профессор. – И что же послужило причиной вашего освобождения от занятий? У нас творческий вечер на носу, а вы решили отлынивать?

   – Простите, у меня сложная жизненная ситуация, нужно время, чтобы прийти в себя, – постаралась ответить спокойно, не поддаваясь на провокацию в тоне профессора.

   – Тогда проходите, садитесь, – профессор смягчил тон и снова повернулся к сцене.

   – Милена всегда была его любимицей. Он к ней вечно придирается больше, чем с остальными, – час от часу не легче. – Но ты не уступай. Милена никогда ему в спорах не проигрывала.

   Я кивнула, и мы прошли ближе к сцене. Тоня усадила меня подальше от профессора, который продолжал делать замечания чародейкам с отличным исполнением. Придирчивый какой. Мелодии, которые исполнялись на сцене, были мне не знакомы, но при этом я могла бы все их воспроизвести. У меня всегда была хорошая музыкальная память, на стримах люди просили исполнить самые разнообразные песни, от эстрады до рока. Мне было по вкусу разнообразие репертуара. Теперь он пополнится композициями нового мира. Кто еще может этим похвастаться. В голове с легкостью всплывали все исполняемые на сцене мелодии, очень красивые и ритмичные, помимо воли начала постукивать ногой и подпевать.

   Я соскучилась по пению. Раньше и дня не проходило без записи или подготовки к эфиру.

   Профессор сидел на одном со мной уровне и хитро поглядывал на меня, заметив мое оживление, а я безмятежно улыбалась в ответ. Потом и вовсе увлеклась свертком, который принес мне Рид. Надо же, пташка передала ему мою просьбу, а, может, он слышал ее лично через ту связь, которую установил с Лапкой. Удобно, ничего не скажешь. Теперь я понимаю, почему в этом мире не настолько развита техника, отвечающая за связь. С магией это ни к чему, особенно, как я понимаю, заклинателям, коим Рид и является. Нужно будет разузнать, что еще может его сила.

   В свертке я нашла карту академии размером с ладошку, судя по всему, очередной артефакт. Карта выглядела как игра-лабиринт с сияющим шариком внутри. Ничего себе, это же самый настоящий навигатор, а шарик очевидно настроен на меня. Обалдеть. Еще в свертке была с виду обыкновенная тетрадь с ручкой, но, когда я попробовала написать пару строк, на ручку и давить особо не пришлось, она словно сама фиксировала мои мысли. Выдрала пробный листочек, а на его месте оказался новый. Отличная тетрадь. Еще тут были слегка потрепанные учебники по азам чародейства, общей истории и истории музыки. Почитаю на досуге, освежу чужие воспоминания.

   На сцену вышла следующая девушка, она начала петь, но голос ее задрожал и оборвался.

   – Хелика, вы луч тщеславия применили или снова позабыли? – спокойно уточнил профессор.

   – Ой, – девушка смущенно прижала руки к щекам.

   – Попробуйте еще раз, – милостиво разрешил профессор Меземери.

   Девушка сосредоточилась, посмотрела вверх, потом вперед и над ней будто зажегся прожектор. Луч подсвечивал ее золотистую макушку. Голос зазвучал снова, спокойно, ровно, в точности, как того требовала композиция.

   Это как? Я сидела, пораженно глядя на исполнительницу, и не могла поверить. Есть магия, помогающая справиться с волнением на сцене?! И это правда помогает? Порылась в воспоминаниях Милены, но ничего толком не нашла. Скорее всего, ей просто не требовалось это заклинание, а мне оно жизненно необходимо! Раньше я обожала сцену, но после маминой гибели не могла выступать. Голос не слушался, горло схватывало спазмом и ничего не помогало. Сколько психологов я обошла, сколько попыток было, но все тщетно.

   – Ты чего? – услышала шепот Тони. Надо же, не заметила, как она села рядом.

   – М? – я повернулась к ней, все еще пребывая в тех своих мыслях и воспоминаниях о прошлой жизни. – А, да просто вспомнила. Ты научишь меня лучу тщеславия?

   – Конечно, это очень простое заклинание. Его учат на первом курсе.

   – В памяти Милены такого нет, вообще заклинаний мало и все как-то обрывочно, – пожаловалась Тоне.

   – Это понятно, – усмехнулась соседка, – учиться наша Милена никогда не любила, никакой усидчивости. Лишь напор и уверенность в себе. Но ты не переживай, учебник я смотрю у тебя уже есть, и при том самый редкий и лучший, и артефакты необычные, ни у кого такой карты не видела. Балует тебя наш ректор. У вас точно ничего не было?

   – У нас точно, – насупилась я, сражаясь с теплой волной, которая неожиданно разлилась внутри. Мне не хотелось признаваться, но было приятно, что Рид, оказывается, подарил мне что-то редкое. Силой воли остановила это непрошенное цунами и выдохнула. Он втянул меня во все это, и теперь откупается. Вот и все. И не надо выдумывать несуществующие романтические причины его поведения.

   Мы еще недолго просидели в зале. Тоня спела какую-то арию. Мощно и красиво, это было ожидаемо, в ее речи проскакивали громогласные тягучие ноты, так и думала, что у нее классический вокал. Мне и самой хотелось попробовать спеть в новом теле, но желательно наедине с собой. Во мне зародилась надежда выступить вновь на сцене, эта идея захватила мое сознание. Я думала об этом весь вечер и ложась спать мечтательно улыбалась.

   Кажется, жизнь налаживается. Даже задумалась, что нужно повременить с возвращением. Это я всегда успею, а вот от сковывающего ужаса перед зрителями никто и ничто на Земле мне помочь не могло. Но с разведчиком встретиться надо. Запасной план еще никому не повредил. И свидание с симпатичным парнем, чтобы клин вышибить клином. А то в голову часто стали прокрадываться мысли о маньяке, особенно, после того, как Лапка прочирикала что-то ласковое за окошком, а в голове прозвучало мягкое пожелание сладких снов.

   И новый день начался с пронзительной трели маленького тита. Пташка заливалась веселой мелодией, сидя на открытой форточке, а сквозь ее тонкий мелодичный голосок прорывался другой, бархатный, щекотный и до зубного скрежета бодрый. И что ему не спится, ночью выспался что ли? Не поверю.

   – Тебя хозяин опять не кормил? – сонно сказала я и потянула к столику, взяла из вазочки небольшой крекер и сжала его в кулаке, раскрошив. Лапка тут же подлетела и начала шустро завтракать, а я снова задремала. Птичка какое-то время меня не беспокоила, а потом вдруг поскакала по руке вверх до плеча и легонько клюнула в щеку.

   – Вставай, лежебока! – послышалось в голове.

   – У меня выходной, – буркнула тоже мысленно и отвернулась к стеночке.

   – С чего это? Учебная неделя в разгаре, – птичка уже прыгала у меня на голове.

   – Сами же приказали, господин ректор.

   – Уже отменил приказ, марш на занятия, – приказные слова не вязались с его веселым тоном.

   – Не пойду, – укрылась с головой.

   Тит взял и улетел, а я высунулась из-под одеяла и глянула на Тоню. Она сидела на кровати и хихикала.

   – Что, – спросила, не удержавшись.

   – Это очень мило, он желает тебе сладких снов, будит по утрам.

   – Он меня просто контролирует, – я не разделяла веселое настроение соседки.

   – Возможно, – Тоня подскочила, накинула легкий халатик и побежала умываться.

   Последовала ее примеру. Одеваться мне не требовалось, спала я в приличной пижаме, которую нашла у Милены в самом дальнем углу верхней полки шкафчика. Внизу у нее лежали одни фривольные полупрозрачные ночнушки. Она явно одевала их на свидание к ректору. Я такое носить не собираюсь.

   Открыла дверь, зевая, и тут же захлопнула рот, уткнувшись взглядом в одетого с иголочки ректора. Надо же, пожаловал собственной персоной. Решил выступить образцом для подражания? Так это он зря, не проймет.

   – Вы явились меня будить? – спросила, стараясь незаметно пригладить волосы.

   – Возможно, – уклончиво ответил Рид, внимательно осматривая меня и вгоняя в краску.

   – Опоздали, я уже встала, – пожала плечами.

   – Вижу. Поторопись, – он пропустил меня вперед, но при этом дал слишком мало места для прохода. Пришлось протискиваться между ним и дверным проемом под пристальным взглядом серо-голубых глаз. Он смотрел на меня, будто я его завтрак.

   – Куда мне торопиться?

   – Я уже говорил, тебе пора учиться.

   – Вы придумали, как меня вернуть? – проигнорировала его слова.

   – Нет, – ответил он и улыбнулся, ноги предательски ослабели, как у котика на ночной дороге, ослепленного яркими фарами. – Забудь о возвращении.

   – Забыть? – спросила, повысив тон. – Но вы обещали!

   – Ничего я не обещал, ты останешься здесь, в академии, пока не закончишь курс.

   – А потом?

   – А потом решим, – ответил маньяк и торжественно удалился.

   Вот скотина! Из принципа вернусь домой! Как бы мне здесь не нравилось. И помощи его больше не попрошу, вообще слова ему не скажу. Но сначала научусь преодолевать страх сцены.

ГЛАВА 10. Свидание с разведчиком

Риджал Аламир Уолан

   – Девчонка наглеет не по дням, а по часам. Мало того, что не слушается, так еще и требования выдвигает. Видите ли, спать ей мешаю, – ходил из угла в угол и высказывал вслух свои претензии. Марк делал вид, что внимательно слушает, но на самом деле увлеченно ковырялся в очередном артефакте.

   Я на друга не обижался, сам же попросил сделать для Милы карту. Учебники подобрал из преподавательского сектора в библиотеке. Сказали – это самые удобные для новичков. Пусть учится и остается под моим присмотром.

   – Устала, наверно, что ты к ней пристал. Она же умненькая оказалась, твой просчет никому не выдала, ведет себя адекватно, что тебе еще нужно?

   – Как же, не выдала. Подружкам растрепалась.

   – Ну вот, отлично, подруг завела. Глядишь, быстро освоится, и ты сможешь отойти от опеки, – Марк бесил меня своим непрошибаемым спокойствием.

   – Она вряд ли откажется от идеи вернуться домой, – меня прошибло догадкой, – девчонка слишком легко согласилась продолжать учебу, точно что-то задумала!

   – Да что она сможет придумать? – Марк заинтересованно глянул в мою сторону.

   – Эта может, дух землянки чувствуется за версту, она же упрямая, как имбонголо.

   – Оставь ее в покое, – снова заладил Марк.

   – С какой стати? Она моя подопечная, я за нее отвечаю.

   – Но она не твоя собственность.

   – Моя! – забрал у Марка готовую карту и артефакт-тетрадку и направился в трапезную. Наверняка подруги утащили эту соню на обед.

   Зайдя в огромное ароматное помещение, глянул на стол чародеев. Как и ожидалось, девчонка была тут. Она даже нацепила мантию чародейки, но и это не могло скрыть приятных глазу изгибов. Шел не спеша, рассматривая свою подопечную. Никогда бы не подумал, что душа может повлиять на образ. Внешне она совсем не изменилась, но при этом стала абсолютно другой. Милена нравилась мне, но не более того, чисто физическое притяжение, сильное, приятное. Небольшое обыденное приключение.

   Мила же привлекала мой взгляд без каких-либо усилий с ее стороны. Сидя среди большого скопления народа, она сияла, как самая яркая звезда. Подойдя ближе, заметил, как она бросает взгляды на стол разведчиков. Проследил за направлением ее взгляда. Она смотрела на старшекурсника. Недопустимо!

   Подошел к девчонке, но она и ухом не повела. Заметила меня лишь, когда в очередной раз повернулась в сторону парня. Мне хотелось многое сказать этой вертихвостке, но удержался. Не желаю устраивать представление на глазах у всех. Отдал ей сверток, развернулся и вышел из трапезной.

   К вечеру не удержался и вновь призвал тита-фамильяра. Мила не закрыла форточку, погода стояла теплая, осень еще не полностью вступила в свои права. Девчонка уже лежала в своей кроватке, укрытая по шею, и болтала с соседкой. Пожелал ей спокойной ночи и пожалел, что она сейчас засыпает где-то там, а не под моим боком.

   Под утро резко подскочил на кровати. Мне приснился кошмар, где Мила падает в огромную яму, а я не успеваю ее поймать. Эта малышка прочно засела в моей голове и не дает мне покоя даже ночью. Позвал тита, который ночевал в открытой клетке в моей комнате и направил к ней. Долго наблюдал за спящей девушкой. Сердце успокоилось, не сказал бы, что забилось ровно, но стало легче. Наблюдая за спящей девушкой, умылся, оделся, успел прочитать пару писем, на одно из них ответил, а она все не просыпается. Заскучал и заставил тита запеть. Мила проснулась не сразу, но проснувшись накормила пташку, а я как-то об этом не подумал. Пока птичка клевала крошки, терпеливо ждал, сделал пару звонков.

   Ненадолго отвлекся, и девчонка снова заснула. Пушистые реснички подрагивали, наверно, что-то снится, но сколько можно спать? Направил тита по ее руке, фамильяр будил ее, как мог. Мои слова она тоже великолепно слышала, удивительно легко получается устанавливать связь с ней с помощью проводника.

   В итоге девчонка согнала тита и оборвала связь. Как она это делает? Она же не заклинатель. Взбесился и пошел лично поднимать ее с кровати, хотя хотелось скорее уложить ее, чем поднять.

   Подошел к двери, которая тут же распахнулась, являя передо мной растрепанную зевающую Милу. Милена не позволяла себе являться передо мной в таком виде, и спала она не в полосатом безобразии, а в красивых полупрозрачных штучках, которые больше показывали, чем скрывали. Конечно, встречались мы в основном вечером, а не утром… Но девчонка и в таком виде была хороша.

   Вежливо напомнил, что ей пора возвращаться к обучению, но в очередной раз получил наглый отпор. Складывается ощущение, что ей просто нравится со мной спорить. Снова заговорила о возвращении домой, но не бывать этому. Она должна забыть эту глупую идею. Теперь Хилал ее дом, здесь, рядом со мной!

   Милана Левина

   Ходила злая все утро, спасибо ректору. У него что дел нет, кроме как за мной следить? Не может помочь вернуться, тогда пусть не мешает, а то раскомандовался. Еще Тоня подначивает, строит из себя сводницу. И вообще, они с Люмис слишком быстро смирились с потерей подруги и принялись за меня, видимо, не столь близко и дружили с Миленой. Зря они, я тут задерживаться не намерена. Хотя, безусловно приятно, что девчонки меня поддержали, хорошие они.

   В трапезной весело переглядывалась с тем разведчиком, с которым вечером нам предстояло продуктивное, надеюсь, свидание. Конечно, можно было бы попросить его открыть портал в этот же вечер, но спешить не буду. Мне нужно понять, как чародеи борются со страхом сцены. В общих чертах представление уже имела, проштудировав учебники на эту тему и хорошенько попытав Антонию, но одно дело теория, а другое практика.

   Сходила на свою первую чародейскую пару. В этот раз преподавала молоденькая девушка. Думаю, это первый год работы профессора Эмилии Эдхард. Вела она теорию вокала. Интересно было послушать о работе над вокальными произведениями различных жанров. Я даже немного разобралась в теме, благо в голове было множество чужих воспоминаний, но в основном разрозненных и неупорядоченных. Согласна с Тоней: Милена над обучением не заморачивалась. Придется восполнять пробелы.

   Оказалось, Эмилия будет помогать нам в организации творческого вечера, при этом профессор Меземери продолжит заниматься подготовкой номеров.

   Мне понравилось, как проходят занятия в академии: без напрягов, в творческой обстановке. Даже пожалела, что я уже на третьем курсе. И о чем это я? Мне надо домой. Интересно, чем там занимается Милена? Ни одного сообщения от нее, мое волшебное зеркальце продолжало молчать. Я держалась, не звонила ей. Она должна прочувствовать какого это – быть на моем месте и уступить его. Рано или поздно я вернусь, надеюсь, что не к разбитому корыту.

   Вечером провела ревизию гардероба и убедилась, что мне нужны обновки. Открытое и в обтяжку – совсем не мое. Конечно, я могу принарядиться в подобное, например, к эфиру, но не на постоянку же. Я люблю комфортные, свободные неброские вещи, а у Милены все с точностью наоборот.

   Тоня сказала, что в Хилале в ходу расчетные артефакты и у Милены есть средства, зачисленные от родителей. Значит, в ближайшие дни идем с соседкой на шопинг, заодно и город посмотрим. Конечно, с Ридом мы уже прогуливались по Несанету, но я почти ничего не запомнила. Слишком много интересного. Красивый город, чем-то напомнил мне Прагу, но в более прогрессивном и технологичном стиле.

   Интересно, куда мы пойдем с разведчиком? Я разузнала его имя: Артур Цвейг. Спускаясь по лестнице в холл общежития сразу заметила своего кавалера. Он и правда очень хорош, приоделся, причесался, улыбается. Подошла поближе и положила руку на предложенный локоть.

   – Добрый вечер, Мила, ты как всегда неотразима, – мне сделали комплимент, но он не льстил мне, такой всегда была именно Милена, а не я. Еще раз пообещала себе обновить гардероб под себя, конечно, с учетом моды в Несанете, и попросила Артура называть меня Милой.

    Мы двинулись на выход из академии, вышли за ворота и неспешным шагом направились вдоль кованой ограды.

   – Куда мы идем? – спросила Артура.

   – Погода хорошая, предлагаю прогуляться, а, как устанем, зайдем в кафе или ресторанчик по пути. Сегодня будний день, с местами, думаю, проблем не будет.

   – Отличный план, – улыбнулась парню. Симпатичный он, да еще и не вредный, особенно на фоне некоторых.

   Мы шли вперед, брели не торопясь, и я постаралась незаметно выведать у парня то, что мне интересно. Говорила, что обожаю путешествовать, между прочим, это сущая правда. Сказала, что мечтаю побывать в других мирах, например, на Земле. Тоже почти не соврала. У меня даже возникла идея научиться чему-то у Артура, но он лишь посмеялся надо мной. Сказал, что для открытия порталов я слишком тонкая и нежная, явно подразумевая, что я хилая и никчемная. Заспорила. В итоге Артур объяснил мне, как видеть слои пространства, подключая магию. Мы оба были в шоке, когда у меня вдруг получилось пробить самый ближний слой и выйти в паре метров от него.

   – Как ты смогла? – спросил ошеломленный парень.

   – Ты недооцениваешь силу упрямства, она порой не уступает силе физической. И ты очень способный учитель, я с лету поняла принцип, – лестью попыталась успокоить парня, хотя и саму потряхивало от избытка адреналина.

   – А еще попробуй! – и я попробовала, но в этот раз мне действительно не хватило сил одолеть пространство, не осилила больше ни одного слоя, хотя стала их четко видеть. Точно в подзорную трубу смотришь, постоянно приближая увиденное, при этом пробиваешь, словно бьешься лбом об стенку.

    – Я же говорил, – успокоился парень, а я мысленно хмыкнула. И этот хмык мне кого-то напомнил. Интересно, ректор уже спалил, что меня нет в академии, или очень занят своими личными делами? Эта мысль подпортила мне настроение.

   – Так что, Артур, устроишь мне свидание на Земле как-нибудь? – уточнила с хитрой улыбочкой.

   – Почему бы и нет, но надо раздобыть координаты, – парень улыбнулся в ответ, а я внутренне возликовала, стараясь внешне не подавать виду. Продолжала мило улыбаться. – И что мне за это будет? – уточнил начинающий шантажист.

   – По возвращению все, что угодно, – самозабвенно пообещала я. А что, мне не жалко. Милена пусть и расплачивается.

   Дальше зашла речь о заклинателях. Я ненароком сравнила прямую, целенаправленную силу разведчиков с обтекаемой и непонятной ментальной силой заклинателей. Но Артур, несмотря на его самомнение, признался, что заклинатели одни из самых успешных, востребованных и разносторонних магов. Они, оказывается, могут работать с сознанием и подсознанием. Конечно, всех магов учат ментальной защите, да и заклинатели ограничены в своем воздействии законом о применении магии, но все равно они многое могут. Область применения их силы охватывает все сферы жизни, от воспитателей и учителей, до службы королевского контроля.

   Теперь понятно, как он присылал ко мне Лапку, интересное умение. Это же можно любого подчинить, главное, понимать, что за это можно угодить за решетку.

   Дальше невзначай заговорила о попаданстве и попечительстве. Об этом Артур мало что мог сказать, лишь в общих чертах. Но самое главное я поняла, Рид не имеет право меня ограничивать, решать за меня и тем более заклинать. Закон о попаданстве на самом деле оберегает таких, как я. Рид должен помогать мне, а еще должен зарегистрировать, но с этим, так и быть, повременим.

   Мы говорили и говорили с Артуром. Он оказался полезным и очень приятным собеседником, галантно усадил меня на стул в кафе, угощал, шутил, не наглел. Мне понравилось проводить с ним время. Но мне все казалось, что мой затылок под прицелом очень злых серо-голубых глаз. Несколько раз оборачивалась, позади никого подозрительного не заметила.

   Когда мы вернулись в академию, уже стемнело. Медленно подошли к общаге. Артур повернулся ко мне с явным намерением поцеловать, я была вовсе не против. Но вот тит, подлетевший к нам и севший парню прямо на макушку, стал клевать разведчика. А в моей голове зазвучал злой, раскаленный до бешенства голос ректора:

   – Ты где была? Что ты творишь? Опять пыталась сбежать? – шипел на меня Рид, и я тоже разозлилась. Кинулась сгонять Лапку с Артура, внутренне приговаривая:

   – Найдите себе другой объект для контроля, Ромео Отеллович! Я не обязана перед вами отчитываться!

   – Еще как обязана, я запрещаю выходить за пределы академии без меня! Ты думаешь мне больше делать нечего, кроме как следить за тобой? У меня уйма дел.

   – Вот и займитесь вашей уймой, а меня оставьте в покое! – я представила будто закрываю заслонку горящей жаркой печи, но внутри своей головы. И голос Рида оборвался.

   Лапка что-то еще гневно прочирикала, а я развернулась и ушла. Уже на пороге своей комнаты поняла, что забыла попрощаться с Артуром. Надеюсь, он не обидится. Нужно будет с ним поговорить. И с ректором тоже. Он меня достал!

ГЛАВА 11. Обучение чародейки

Риджал Аламир Уолан

   – Да что она о себе возомнила! Уже и парня себе нашла, зараза мелкая. Я ее под замок посажу!

   – Не имеешь право, – отозвался Марк.

   – Я твоим мнением не интересовался, – зло глянул на друга.

   – Да, но ты орешь мне на ухо. Остынь, Рид. Впервые вижу, чтобы ты бесился из-за девчонки. Сам же говорил, что девушек много, чтобы слишком ими увлекаться. Займись чем-нибудь или кем-нибудь другим, и тебя отпустит.

   – Мало ли, что я говорил. У меня раньше не было подопечных иномирянок.

   – Это что-то меняет?

   – Нет, но я несу за нее ответственность.

   – Ты уже говорил, – меланхолично сказал Марк. – Пусть делает, что хочет.

   – Ты прав, что-то я увлекся.

   – Неужели? – друг по-своему понял мои слова. Я махнул рукой и ушел к себе.

   Долго смотрел, как тит прыгает в клетке, деловито обустраивая новое жилище. Птице на удивление понравилось ночевать здесь. Хотел было отпустить пташку на волю, но она не захотела улетать. Может, и с Милой нужно действовать в подобном ключе? Отпустить, и она сама решит остаться? Кивнул своим мыслям и спокойно лег спать.

   Милана Левина

   Вертелась с боку на бок всю ночь. Сначала думала, что причина в злости на Рида. Он испортил мое свидание, но потом нехотя призналась себе, что не могу заснуть без пожелания на ночь. Лапка не прилетала, не было теплых слов о сладких снах, вот и снов не