Оглавление
АННОТАЦИЯ
Космос для смелых, поэтому самая сильная и сплочённая команда, прошедшая все испытания на земле, отправилась в космическую экспедицию, исполнять сложную задачу. Дальняя дорога до планеты Сиорра могла закончиться, очень плохо, как для команды, так и для земли. И как же без любви.
ГЛАВА 1
Команда в составе: майор Коски Иро и майор Хейк Аймо, а также два бионических робота: БИ-21, именуемый Моно (мужской пол), и БИ-18, именуемая Нура (женский пол), прошли тяжелые испытания на земле по сплочению и взаимопомощи, и получили право отправиться в долгую экспедицию на планету Сиорра. После отдыха и восстановления все было подготовлено к полету, и оставались последние часы до старта. Тяжело прощаться с землей, родными и осознавать, что дорога будет долгая и не лишена риска. Это была первая экспедиция на такое дальнее расстояние, и никто не мог просчитать всех предстоящих рисков.
У команды было задание благополучно долететь и установить базу. Опыт у майора Коски уже был. Она единственная из команды, кто участвовал в установке рабочих блоков на планете Этая. База на этой планете была заражена вирусом, и от нее пришлось отказаться. Все опасные опыты, связанные с биологией, проводились далеко от земли, чтобы не заразить ее, и сделать прорыв в усовершенствовании человека, способного жить и летать на далекие безжизненные планеты. Уже был один положительный результат, но это единичный и глубоко засекреченный опыт, о котором знали единицы. Поэтому ученым и военным нужна другая планета, новые базы, и выбор пал на ближайшую к земле планету Сиорра, пригодную к жизни и безопасную для человека. Командование решило установить рабочие блоки именно там. Отправленные спутники и исследовательские аппараты показали наличие воды на этой планете на небольшой глубине, а это было самое главное условие.
Командир майор Коски торопилась покинуть землю, чтобы больше не видеть своего отца, полковника космического управления, который был ее непосредственным начальником. Ложь и коррупция опустили его авторитет в глазах дочери. Помимо этого, она мечтала участвовать в космической экспедиции и стать первой, ступившей на планету Сиорра. Иро словно прилетела оттуда, и ее тянуло обратно домой.
Ее загадочная отметка на лице и волосах не давала ей покоя. У нее на виске красовалось родимое пятно в виде звезды, а продолжением его была седая прядь в черных волосах, словно летящая комета в ночном небе, оставляющая след. Иро родилась в тот день и в тот час, когда на землю упала комета. Придуманная родителями сказка о ее рождении заставила поверить, что она неземное существо. Поэтому она с легким сердцем покидала землю и стремилась в темный, безжизненный космос, где нет лжи, предательства и обмана.
Их команда прошла испытания на земле, показав возможность людей и роботов сплоченно работать и вместе преодолевать любые трудности. Бионический робот Моно был под подозрением как ненадежный, но во время испытаний он показал себя с лучшей стороны, и Иро имела неосторожность увлечься им как мужчиной. Биоробот Нура, наоборот, была исполнительна и проявляла интерес к человеку, майору Хейку Аймо. А самое главное, из всех этих сплетений чувств, майор Хейк Аймо любил майора Коски Иро, но, к сожалению, она не отвечала ему взаимностью. Вот такая противоречивая команда с запутанными отношениями собралась лететь в космос.
Перед тем как всем собраться в управлении и отправиться на корабль, Иро ходила по полю и собирала полевые цветы, вдыхая запахи земли. Да, она не скоро вновь увидит эту красоту! Это единственное, что ей будет не хватать в холодном космосе и на безжизненной планете. Женщина оставалась женщиной, даже если она командир корабля.
— Прощаешься? — спросил Аймо, направляясь в управление.
— Просто хочется запомнить, как пахнет земля, трава, цветы, даже вода.
— На корабле же есть освежители с разными запахами.
— Это все химия.
— На, погадай! — Аймо сорвал и с особым чувством протянул Иро большую полевую ромашку.
— На что?
— На что хочешь погадать, например: долетим, не долетим; вернемся, не вернемся; или традиционно, любит, не любит?
— Долетим и вернемся, — ответила Иро как отрезала, и никаких сомнений на этот счет у нее не было.
— А как насчет любит, не любит?
— Меня это интересует меньше всего.
— А жаль, — Аймо хотел поцеловать ее, но жесткий взгляд остановил его несмелую попытку. — Не боишься лететь?
— Нет. Я же летала.
— По сравнению с Этаей, этот путь в три раза длиннее.
— Ничего, в состоянии анабиоза длина пути одинаковая. Уснул, проснулся.
— Я хотел у тебя спросить насчет команды. Ты всем доверяешь? — даже после испытаний у Аймо были сомнения насчет робота Би-21.
— Ты же сам видел. С ним все в порядке. Полковник постарался, перепрограммировал его. Сомнений на его счет у меня не осталось.
— Да, твой отец ради тебя даже робота настроил на твою защиту. Надеюсь, Би-21 не будет защищать тебя от меня, — Аймо сделал вторую попытку и хотел обнять ее, но Иро не позволила это сделать. Сейчас было не до сантиментов. — Давай зайдем к нему, попрощаемся.
Одно упоминание об отце испортило настроение. Она не только разговаривать и видеть его, но и слышать о нем не хотела.
— Я уже с ним попрощалась. Пойду поплаваю в бассейне. Еще не скоро предоставится нам такая возможность.
Срывая веточку полыни, Иро вдыхала горький запах, направляясь в сторону бассейна. Она очень любила воду, и в свободное время могла часами плавать, хорошо зная, что значит долго не иметь возможности вот так окунуться с головой всем телом, и ценила такие моменты. Многолетние экспедиции в космос надолго лишали ее этого удовольствия.
Оставаясь один в поле с ромашкой в руке, Аймо решил погадать на любовь и, отрывая последний лепесток, улыбнулся, провожая Иро взглядом.
— Никуда не денешься, влюбишься… — прошептал он.
Взяв курс в сторону здания управления, Аймо направился к полковнику. Между ними были добрые отношения, и улететь, не попрощавшись, он не мог. Благодаря ему Аймо и Иро записали в одну команду. Полковник знал о симпатии майора Хейка к его дочери, и как бы она ни протестовала против этого, решение было принято. Нелегкие испытания на земле помогли им сблизиться, и теперь они вместе, дружной командой отправляются в дальнюю экспедицию.
— Разрешите войти? – спросил Аймо, открывая дверь в кабинет и только потом постучав.
– Заходи! Хорошо, что ты зашел. – Полковник присмотрелся к майору Хейку, чтобы понять, рассказала ли его дочь об их разногласиях и о неприятной ситуации, которую никто не должен был знать. – Летите?
– Да, летим, – на лице Аймо была доброжелательная улыбка.
Значит, Иро не посмела открыть их секрет, о котором она узнала по возвращении на базу управления после марш-броска. Это были не только испытания для нее как для командира, но и как для дочери. Второе испытание она не прошла, как и ее отец.
– Я надеюсь на тебя. Ты там присмотри за Иро и помоги ей в трудную минуту. Она слишком впечатлительная и из всего делает проблему. Везде ищет врагов.
– Вы насчет биоробота БИ-21? Так я тоже сомневался в нем.
– После его проверки убедился, что зря сомневался? Робот в полном соответствии.
– Надеюсь, что все будет хорошо.
– Ну, давай, счастливого пути! Я провожу вас до центра управления, – полковник протянул Аймо руку и крепко пожал.
Что было в голове полковника, непонятно, но его пожелания не были искренними, и казалось, что он просто хочет быстрее выпроводить майора.
Да, надо идти. По сравнению с Иро, Аймо так далеко не летал и не впадал надолго в анабиоз. Он проходил испытания, но это были короткие временные отрезки, чтобы проверить реакцию организма на кардинальное изменение в теле. Это было довольно неприятно, но терпимо. Главное, чтобы аппараты не испортились и не отключились, хотя у них было автономное питание, но в жизни все бывает.
Перед посадкой на корабль они собрались всем составом, и майор Коски, осматривая каждого члена команды, решила узнать их состояние.
– У всех все в порядке? Никаких отклонений нет? Аймо, как ты?
– Все в норме!
– Нура, как ты?
– Робот БИ-18 к полету готов!
– Зачем так официально? Не забывайте, все между нами по-прежнему. Среди нас нет роботов и людей, мы одна команда. Моно, как у тебя?
– Никаких изменений, – БИ-21 уже доказал свое полное соответствие, но вопросы к нему еще оставались.
– Надеюсь, я могу на вас положиться, и наш полет пройдет спокойно, без приключений и эксцессов?
Иро мечтала об этом полете и дождалась. Когда произошла посадка на корабль, все заняли места согласно регламенту. Полковник на мониторах смотрел на членов команды, отсчитывая секунды и давая старт. Иро закрыла глаза, чтобы не видеть отца, и просто слушала команды: обратный отсчет, старт, отрыв от земли, и они летят. Корабль быстро покидал Землю, унося команду на околоземную орбиту, где они без проблем пристыковали к себе выведенные дополнительные модули и отправились в дальний путь к планете Сиорра. Они смотрели, как голубая планета под названием Земля быстро уменьшается, превращаясь в маленькую точку, пока совсем не исчезла в темноте космоса.
Глава 2
Перед тем как впасть в анабиоз, Аймо хотел понять, что случилось между Иро и ее отцом. Он хорошо знал, какой она бывает эмоциональной, когда покидает Землю: ее улыбки, воздушные поцелуйчики, сентиментальные прощания и признания в любви отцу. В этот раз ничего этого не было. Ее закрытые глаза и нежелание говорить последнее слово были лучшее тому доказательство.
Перед тем как мы уснем, ты можешь мне объяснить, что между вами с отцом произошло? Как я понимаю, именно поэтому ты не захотела со мной пойти к полковнику попрощаться.
Перед тем как уснуть, они проверяли все параметры состояния здоровья. Неприятный вопрос взбудоражил Иро, и давление скакнуло вверх, показывая ее волнение.
— Будешь много знать, будешь плохо спать, — иронично ответила Иро с грустной улыбкой.
— Что, все так серьезно? — продолжал допытываться Аймо. — Мне-то можешь сказать?
— Пока нет.
— Неужели ты злишься на отца из-за меня? Ты просила убрать меня из команды, а он отказал тебе? Из-за этого, что ли? Ты так меня ненавидишь? — удивился Аймо.
Чувствуя, что ее не оставят в покое, Иро решила прекратить этот ненужный разговор.
— Я тебе отвечу только на один вопрос, и мы этой темы больше не касаемся. Хорошо? — Аймо, соглашаясь на условия Иро, удовлетворенно махнул головой. — Наш конфликт с отцом не касается тебя. Все, точка.
— Что ж, это хорошо! Его не отвергли, значит, есть надежда сблизиться. Аймо устроил такой ответ. Столько лет он добивался ее любви, и вот они вместе на одном корабле. Теперь все зависит только от него.
— Раз это не касается меня, то может, отойдем в анабиоз вместе в одной камере? — Аймо прижался грудью к спине Иро и хотел обнять ее, но получил по рукам. — Хорошо, спать будем порознь, но зато в одном отсеке. Если проснешься раньше, не забудь меня разбудить. Я все это время буду думать о тебе.
— Надеюсь, ты будешь это делать тихо и не разбудишь меня раньше времени.
Подготавливаясь ко сну, Иро и Аймо проверили все приборы, закладывая точные данные кратчайшего маршрута, направляя корабль в сторону Сиорры, и дали указание роботам. Когда они уснут, за все будут отвечать роботы БИ-21 и БИ-18.
— Моно, ты остаешься за главного. Если что-то случится серьезное, отключай режим сна. Если будет все стабильно и никаких непредвиденных обстоятельств, разбуди нас, когда корабль будет в этом районе, не позже. — Моно смотрел на Иро нежным взглядом, и было ощущение, что он не слышит ее. Его расположение к ней и сексуальные отношения на земле могли все испортить. Поэтому Иро решила, что все чувства и сексуальные желания надо выключить в себе, как у робота. Она хорошо умела управлять собой и своим либидо. — Мон, ты меня слышал?
— Да, командир, все сделаю! Разбужу в экстренном случае, — ответил БИ-21.
— Эй, Моно, сначала меня разбуди, а там посмотрим, стоит ли будить командира, — Аймо не понравилось, что Моно включает взгляд сентиментальности.
— Мы надеемся на вас! — сказала Иро и посмотрела на БИ-18. — Нура, следи за приборами нашего сна. Я на тебя надеюсь.
Робот БИ-18 была немногословна, она не слушала командира, а смотрела на Аймо, как он прижимается к Иро и пытается обнять ее. Может, все изменится, когда люди уснут, и роботы останутся наедине и сделают вывод в своих предпочтениях.
Укладывая людей в капсулы, Моно подключил к их телам систему охлаждения, закрыл прозрачные крышки и включил режим анабиоза. Процесс был не быстрый, и он стоял и смотрел на красивую женщину, от которой у него перегорали "лампочки" и прикипали контакты. Иро медленно отключалась.
— Уснули? — спросила Нура.
— Да, уснули. Все параметры в норме, — ответил Моно, устанавливая режим, температуру и время. — Через сколько мы будем в указанном месте?
— Всё зависит от обстоятельств.
—А точнее?
— А точнее, возьми расстояние, скорость – получишь время, — раздражённо ответила Нура.
— А проще нельзя сказать? - возмутился Моно.
— Я смотрю, ты думать перестаёшь, когда смотришь на неё. Школьное уравнение решить не можешь.
Упрёк был по существу. Моно не мог соображать, когда его микросхемы нагревались, глядя на Иро, а программы зависали. Полковник Коски настоял, чтобы перепрограммировали робота БИ-21, когда у него произошёл сбой. Все настаивали на списании, так как он проявил агрессию и уничтожил двух дорогостоящих роботов, при этом пострадал человек. В программе роботов была заложена защита людей, и если случался сбой, таких роботов списывали на запчасти. Это как в природе: если хищник попробовал человеческой крови, его пристреливали. С роботами то же самое. Память, как ни отчищай, всё равно может выдать старую информацию. Но полковник не стал настаивать на уничтожении робота, он отдал его на перепрошивку, а после рискнул отправить в команду своей дочери. Зачем так рисковать? Может, это был не риск, а расчёт?
Капитан команды Коски, Иро, поверила в его исправление и спокойно отошла ко сну. В данный момент этот робот отвечал за жизнь людей. Все режимы в капсулах были настроены и подключены для сохранения людей. Выработка кислорода на корабле была отключена, и они летели в направлении планеты Сиорра.
ГЛАВА 3
Преодолевая космическое пространство на огромной скорости, корабль прибыл в назначенный район. На горизонте показалась планета Сиорра. Рассматривая её воочию, а не по описаниям и заверениям учёных, на первый взгляд, это была противоположность всем указанным расчётам. Робот БИ-21 включил выработку кислорода на корабле, отключил людей от режима сна, и через час крышки капсул автоматически открылись. Вдыхая полной грудью кислород, Иро услышала первый громкий вдох Аймо. Значит, с ним всё в порядке. Открывая глаза, первое, что она увидела перед собой, – это был робот БИ-21, словно она и не спала.
— Как у нас дела? — спросила она и, с трудом поднимая голову, села.
После долгого сна тяжело сразу вот так выпорхнуть из капсулы и приступить к работе. Надо, чтобы разогретая кровь разошлась по венам, включая в работу все внутренние органы и каждую клеточку в теле. Её бледная, почти белая кожа стала оживать и приобретать естественный розоватый оттенок. Лишённые воздуха лёгкие стали расправляться, постепенно наполняясь жизненно необходимым газом. Иро почувствовала лёгкое головокружение от поступления кислорода в её организм. С трудом поднимаясь, Иро услышала тяжёлый кашель Аймо, неудачно сделавшего вдох.
— Не спеши, дыши медленно, делай короткие вздохи. Дай лёгким раскрыться, — сказала она и улыбнулась. — Вот что значит – нет опыта выхода из анабиоза.
Что может быть лучше, чем когда любимая женщина после пробуждения встречает тебя улыбкой?
— Привет! — сказал Аймо и стал медленно вздыхать, следуя совету.
— Привет! Всем привет! — Иро посмотрела на роботов, и сразу начались вопросы. — Как у нас дела? Это экстренное пробуждение или запланированное?
— Всё идёт по плану. Мы долетели до заданной точки. На горизонте планета Сиорра, — отрапортовал Моно.
— Отлично! — обрадовалась Иро, но радость длилась недолго.
— Но есть нюансы, — продолжил докладывать Моно.
— Так, начинается, — напряглась Иро и с трудом, с помощью Моно, выбралась из своей капсулы и, держась за него, потихоньку подошла к пульту управления. — Что не так? Рассказывай, а то мой мозг ещё не полностью включился.
— Тебе лучше самой на это посмотреть.
Всё внимание было сконцентрировано на экране переднего обзора. Иро протёрла глаза, думая, что это остаточное явление после анабиоза, и внимательно посмотрела. Не отставал и Аймо. Выбираясь из капсулы собственными силами, он едва не упал от резких движений и на ватных ногах, цепляясь за всё подряд, последовал за всеми.
На экранах была огромная планета Сиорра. Неужели спектральный анализ, показания радиоизлучения, фотографии космических аппаратов оказались фикцией? То ли планета не та, то ли произошли ошибки в расчётах и показаниях. По всем данным, это пустынная холодная планета. Вода есть, но только в твёрдом состоянии под недрами, на глубине двухсот метров. Температура – от минус ста до нуля в зависимости от времени года. Летом – ноль, когда планета приближается к своей звезде, и до минус ста градусов, когда отдаляется. Модули, которые они собирались установить на ней, способны генерировать в себе свет от остывающей звезды и делать жизнь внутри пригодной для человека: тепло, свет. Кислород на планете планировалось добывать из воздуха, который состоит из углекислого газа, и отделять атомы кислорода. Все эти данные никак не стыковались с тем, что они видели перед собой.
Перед ними, во весь экран, была неописуемой красоты изумрудная планета. Что это? Оптический обман, иллюзия, не обнаруженные ранее кислотные облака или все-таки обитаемая планета? Чтобы узнать точно, надо было рискнуть и спуститься в разведывательной капсуле, чтобы увидеть все воочию. Конечно, это рискованно, но другой, ближайшей планеты для посадки корабля с рабочими модулями у них не было.
– Что скажете? – спросила Иро, глядя на членов своей команды. – Ваши предположения и предложения.
– Я могу спуститься на планету, осмотреться и прислать данные, – Моно был готов выполнить любой приказ своего командира.
Можно было поступить и так, но командиру хотелось самой посмотреть, как планета могла обмануть умные приборы и расчеты ученых. Неужели это планета-хамелеон, способная преображаться, или она умеет скрывать свою сущность? Очень интересно! Надо непременно самой посмотреть, как планета это делает. Чтобы отбросить все сомнения, Иро посмотрела на приборы и карту звездного неба. Все верно, это планета Сиорра, и никаких сомнений быть не может.
– А может быть, у Сиорры есть двойник? Они периодически меняются местами, и каждый раз, когда с Земли пытаются исследовать ее, то натыкаются на двойника. Другого объяснения у меня нет.
– Как ты себе это представляешь? – спросил Аймо. – Не заметить вторую планету просто невозможно.
– Кто его знает, что возможно, а что нет. Преломление света, затмение, уход со своих координат. Мы не все знаем о космосе и о том, какие метаморфозы возможны в этом необъятном пространстве. Бильярд, наконец. Одна планета вытесняет другую, занимая ее место, – вытирая проступивший пот со лба от волнения, Иро почувствовала сухость во рту. – Хорошо! Сейчас я немного приду в себя, и мы вдвоем...
– Нет, ты должна остаться, – встрял Аймо. – Это опасно, а команда и корабль не могут остаться без капитана.
– Ничего с нами не случится. Мы сначала облетим планету, исследуем атмосферу и, если не обнаружим ничего опасного, совершим посадку в той точке, которую выбрало наше космическое командование для установления рабочих модулей. Я чувствую, что мы совершим открытие.
Спорить с командиром было бесполезно: если Иро что-то задумала, то с ней лучше согласиться и помогать. Аймо пришлось смириться с ее решением и ждать их благополучного возвращения. Но есть риск, а жертвовать любимой он не хотел.
– Может, мы сначала доложим об этом на Землю? – продолжал настаивать Аймо. – Пусть проверят и повторят спектральный анализ планеты. Их исследования нам помогут. Может, мы сбились с маршрута, и это не Сиорра.
– Зачем нам Земля? Сколько времени пройдет, а планета вот, перед нами. Осталось облететь и приземлиться, – у Иро горели глаза.
Она хотела сама потрогать, посмотреть, понюхать, если это будет возможно.
– Мы всего лишь выполняем задание нашего командования. Мы обязаны доложить обо всех изменениях. Вот пусть Земля и принимает решение. – Мы здесь рядом. Зачем спрашивать мнение тех, кто находится отсюда в нескольких парсеках? Мы сделаем все наоборот: сами исследуем, проанализируем, возьмем пробы, а результаты отправим на Землю.
– Вот, упрямая!
После восстановления организма под ложечкой засосало. Иро и Аймо не роботы, и им нужно было перекусить. Надо было заставить работать желудок и получить энергию от витаминов после долгого времени консервации тела. Отправляясь в блок питания, Аймо очень переживал за Иро и не хотел оставлять ее наедине с роботом БИ-21. На его счет еще оставались сомнения даже после проверки. Аймо чувствовал от него опасность.
– Будь, пожалуйста, внимательна к Моно. Не факт, что это не его проделки. Может, пока мы пребывали в анабиозе, он перепрограммировал и карту звездного неба, и отправил нас в другую сторону. А мы тут гадаем, что за сенсация, – шептал Аймо.
– Для этого нужны причины. Иро видела Моно в деле на Земле, и после сложных испытаний у нее не осталось ни вопросов, ни сомнений, что робот БИ-21 в полном порядке и на него можно положиться. Да, у него были проблемы, был сбой, проявил агрессию, но был исправлен и перепрограммирован.
– Может, у Моно опять сбой произошел. Ну, не могли на Земле не увидеть атмосферу Сиорры.
— Зачем ему это делать?
— Кто его знает, что у этой куклы в голове. На Земле был всемирный сбой компьютерной техники. Мир находился на грани коллапса несколько часов, не было энергии. Транспорт остановился, заводы... А у тебя нет сомнений насчет него.
— Хорошо, я буду осторожна. А насчет Сиорры... Чего гадать? Мы с Моно спустимся, там все и проверим: и робота, и атмосферу, и планету. Ты смотрел, что показывают приборы?
— Смотрел.
— Есть кислотная среда?
— Нет. Но это не факт. Не забывай о роботе. Мы спали и ничего не видели. Кто его знает, какой он внес вирус в программу опознавания и определения? – Аймо старался говорить шепотом, хотя они сидели вдвоем в блоке питания.
Он не был уверен, что их не прослушивают. За время сна можно было сделать все что угодно, поэтому осторожность не помешает. Было такое ощущение, что они находились втроем на корабле, забывая о роботе БИ-18. Ее словно не было, потому что она молчала, как всегда, и просто подчинялась, выполняя приказы. Такую беспрекословную исполнительность Иро ценила, и этому роботу никогда не приходилось повторять дважды.
— Вы с Нурой остаетесь вдвоем, и если что-то с нами случится, не пускайте нас обратно на корабль. Только в этом случае ты доложишь на Землю, пусть они принимают решение, что с нами делать.
— Хорошо, что касается Сиорры, я сделаю, как ты сказала. А вот что касается БИ-21, давай сделаем так: ни в коем случае не отключай камеру и придумай кодовое слово, чтобы после того как ты произнесешь его, я знал, что тебе угрожает Моно.
— Какое слово?
— Любовь, – предложил Аймо, и было понятно, о чем он думает.
— И как ты это себе представляешь? У нас тут с Моно все в порядке, полная любовь. Так, что ли? – улыбнулась Иро.
— Тогда сама придумай слово.
— Как тебе "окей"? Его можно вставить везде и всегда.
— Хорошо, окей, так окей, – одобрил Аймо.
После перекуса и раскладки всех проблем по "полкам" Иро и Моно облачились в скафандры, вооружились лазерным оружием и заняли места в посадочном аппарате. Осталось закрыть герметичный вход и нажать на старт, но Аймо держал Иро за руку и не хотел отпускать. Он боялся, что с ней что-нибудь случится, и плохие предчувствия одолевали его.
— Не переживай, все будет окей. Если что случится, корабль на тебе, – сказала Иро, хлопая его по руке грубой перчаткой скафандра, и тут же произнесла команду: – Закрыть люки, приготовиться к старту!
Эту устремленную женщину никто не способен остановить. Тяжело вздыхая, Аймо вышел и закрыл дверь в шлюзовой отсек, открывая выход в космос, и, стоя у иллюминатора, наблюдал, как аппарат покидает корабль и берет курс в сторону Сиорры. Кто его знает, чем обернется для людей эта неизведанная изумрудная красота?
Занимая места перед мониторами, Аймо и Нура смотрели, как исследовательский экипажный аппарат быстро удаляется от корабля, направляясь к планете Сиорра, постепенно превращаясь в маленькую точку, исчезая из вида в изумрудной атмосфере.
— Мы спорим, пытаемся понять, что происходит, и разгадать загадку, а ты молчишь, – сказал Аймо, глядя на робота БИ-18. – Может, ты знаешь больше, чем мы, и поэтому молчишь?
— Я бы тебе сказала, – Нура не выражала никаких эмоций, и трудно было понять, что у нее внутри. – А вот насчет командира я бы хотела предупредить: зря ты отпустил их вдвоем с Моно.
Такое предупреждение взволновало Аймо, и он понял свою ошибку, что до отправки Иро не допросил Нуру о происходящем на корабле, пока они пребывали в анабиозе.
— Что произошло между вами?
— Между нами ничего. Моно пытался испортить твою капсулу для сна, и если бы я вовремя не увидела, то ты бы больше никогда не проснулся.
— Почему ты мне об этом сразу не сказала? – резко спросил Аймо, и его желваки заходили от злости. – Ты понимаешь, что может случиться?
— Моно мне сказал, что чинил твою капсулу, так как пошла произвольная оттайка. Может, так и было, но я сомневаюсь.
Такие сведения озадачили Аймо, и он не знал, что делать. Предупредить об опасности уже не получится.
Капсула с астронавтами приблизилась к планете, чтобы взять анализ атмосферы, и результат очень удивил. Они спустились ниже, исчезая за изумрудными облаками.
— Иро, что там у вас? Докладывай! Не молчи! – сказал Аймо, переживая, что они не отчитались об исследовании и пошли на снижение.
— Все нормально! – радостно доложила Иро. – Аймо, ты не поверишь, но в атмосфере есть кислород! В процентном соотношении немного меньше, чем на Земле, но он есть! Это сенсация! Спускаемся ниже, идем на сближение. Ого! Это больше, чем мы ожидали! Здесь есть жизнь! Растительность! Здесь есть растительность, странная по форме, красно-фиолетового цвета, но растительность! Вода! Открытая вода, в жидком... нет, по-моему, в гелевом состоянии! Мы пролетели над ней, и она ведет себя как кисель. Потрясающе! – эмоционально кричала Иро, разглядывая неожиданную красоту.
— Как же такое не смогли опознать на Земле? – недоумевал Аймо.
— Может, эта планета — один живой организм? Дышит, одним словом. Вдох: оживает, зацветает, выделяет кислород, а потом выдох: все исчезает, и планета на время замирает. Мы как раз прилетели в период жизни и расцвета. Только знать бы, сколько длится этот период.
— Такого не бывает, — Аймо пытался остудить пыл Иро, чтобы она мыслила трезво как командир, а не как женщина, экспансивно реагирующая на цветочки.
— Кто его знает, что бывает. Мы идем на сближение.
Осматривая поверхность планеты в поисках подходящего места для посадки, Иро была в неописуемом восторге. Огромная растительность поднималась на глазах. Ветви, словно живые, медленно, но уловимо для глаза, поднимались все выше и выше. Пролетая над небольшим озером, они увидели, как по нему прошла легкая, густая волна, провожая их полет. Иро очень хотелось выбежать и все потрогать, чтобы убедиться, что это не сон, но во всем нужна осторожность. Эмоции в таком деле могут оказаться опасными. Иро все понимала, но, как женщина, она реагировала на все эмоционально.
— Я была права! Поверхность красная! Значит, это она, Сиорра!
— Будь осторожна! — Аймо хотел успокоить своего командира, чтобы она сбавила градус эмоций и с холодной головой обследовала все вокруг, как профессиональный астронавт. — Раз растительность быстро растет, значит, и живые существа могут быть, и они могут быть не только травоядные.
— Да, ты прав! Я отключаю эмоции и приступаю к исследованию.
Найдя подходящее пустое пространство, капсула мягко села на поверхность, словно на перину, и ее немного качнуло, как на волнах. Как будто они сели на воду, и стало как-то не по себе.
— Что это было? — спросил Аймо, видя неустойчивость изображения.
— Что это было, Моно? — синхронно с Аймо испуганно спросила Иро. — Нас эта планета не засосет вместе с аппаратом?
— Сейчас проверю. Если что, улетай.
— Без тебя я не полечу. — Иро не хотела терять никого из своей команды.
— Или мы прямо сейчас улетим и не будем рисковать, или я спускаюсь, а если почувствую опасность и у меня не будет возможности вернуться, то ты летишь обратно на корабль. Поняла? — жестко задал вопрос Моно, словно он капитан.
— Поняла, — ответила Иро.
— Что там? — не успокаивался Аймо.
— Сами не знаем. Сейчас Моно выйдет и посмотрит.
Осторожно открывая дверь аппарата, Моно ступил на поверхность. Было довольно странное ощущение, словно не чувствуешь жесткость под ногами.
— Поверхность неустойчивая, мягкая, — сказал Моно. — Нет, нет, подожди, вроде бы твердая, но... она затвердела подо мной, — он словно хотел понять, что творится под ним, и постучал ногой по твердой поверхности. — Такое ощущение, что планета считывает и подстраивается под меня, под мой вес.
Интересная структура. Иро хотела сама испытать контакт с планетой и посмотреть, как на нее отреагирует загадочная Сиорра. Осторожно опуская ноги, она почувствовала себя как серфингистка, покачиваясь на волнах. Прошло пару секунд, и под ней поверхность затвердела.