Купить

Секреты высшей стратегии в командировке. Каталина Канн

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Как одного из лучших преподавателей высшей стратегии и дипломатии, меня отправили в командировку в Арракианскую военную академию. В первую же неделю между мной и начальником службы безопасности возникли серьëзные разногласия. Он не скрывает презрения к людям, особенно женщинам, а мне хочется доказать ему, что он не прав.

   

ГЛАВА 1

Алевтина

   Моё яростное фырканье эхом отразилось от стен пустынного коридора, и каждый вздох, несомненно, подчёркивал муки гнева, терзающего мою душу. Гнев, как яркая искра, разгорался внутри с каждым шагом.

   В отличие от того первого дня, когда я переступила порог Арракианской Академии, сейчас коридоры опустели. Неслышно было шагов кадетов, и громких разговоров. Первый семестр завершился, и многие кадеты покинули стены Академии, вернувшись в свои кланы на каникулы.

   В тишине ощущалась лёгкая грусть, словно сама Академия выдыхала, осознавая, что очередной этап закончился, оставляя лишь ожидание того, что грядущие дни принесут.

   Чувство грусти вдруг захлестнуло меня, и сжала пальцы в кулаки с такой силой, что ногти болезненно впились в ладони. Многое изменилось с тех пор, как я впервые переступила порог Арракианской военной академии, но одно осталось неизменным: я не собиралась позволять самоуверенным арракианцам унижать меня, полагая, что они выше только потому, что я человек.

   Каждый поворот коридора приближал меня к кабинету главы безопасности Академии. С каждым шагом моя решимость становилась всё крепче. Этот арракианец с презрением относился к нашей расе, но в этот момент меня не волновало его мнение обо мне. Ярость, как жгучий огонь, придавала уверенность каждому моему шагу.

   Подойдя к двери кабинета, я не колебалась ни секунды, стукнула по панели сканеры и, как только дверь начала отъезжать в сторону, шагнула внутрь, встречаясь взглядом с виновником моего настроения.

   Коммандер Джонатан деловито восседал за письменным столом. Прямая спина, широкие, мускулистые плечи, коротко остриженные серебристые волосы и аккуратно подстриженная бородка, прямой нос и пронзительные голубые глаза.

   Арракианец слегка приподнял голову и с непроницаемым выражением лица посмотрел на меня, снова уткунывшись в планшет на столе, словно меня здесь и не было.

   Ну, уже нет!

   Подойдя к его столу, я оперлась руками о поверхность и сделала глубокий вдох, прежде чем разразиться речью. Воздух между нами повис от напряжения, но это не волновало мужчину. Он деловито откинулся на спинку кресла, не сводя с меня пронзительного взгляда голубых глаз, словно перед ним была букашка, которая поспела отвлечь его жужанием.

   — Коммандер, вы не хотите рассказать мне, почему в подземельях всё ещё бролят ваши доисторические монстры?

   — А разве я должен объяснять каждое свое действие преподавателю по высшей стратегии? — его голос звучал спокойно, что только разозлило меня ещё больше.

   — Не хотите ли вы сказать, что не обязаны давать людям никаких объяснений?

   — Ваш биологический вид не имеет значения. Я не позволю инструкторам диктовать правила безопасности в Академии.

   — Правила безопасности? Это то, что вы называете содержанием инопланетных монстров в том же здании, где учатся кадеты? Так вы назвали то, что произошло на испытаниях? — мой голос зазвенел от злости и я оборвала себя, поняв, что теряю самообладание. Сделав глубокий вдох, уже более спокойным голосом добавила: — Ваша работа - защищать кадетов, а не подвергать их большей опасности.

   — В Академии никогда не нянчились с кадетами. Наши воины должны быть самыми выносливыми. Если люди хотят стать нашими союзниками, они должны соответствовать тем же стандартам и преодолевать те же опасности.

   Я стиснула зубы, ненавидя то, что он прав. Если кадеты с Земли показали себя способными во время испытаний, так почему же факт нахождения монстров в подземельях, так взбесил меня?

   — Разве мы уже не соответствуем тем же стандартам? Ни один человек не умер и не изгнан из вашей Академии? — спокойнее добавила я, беря себя в руки.

   — Это правда, — коммандер Джонатан слегка наклонил голову, пристально изучая моё лицо, словно впервые видел.

   — Именно факт, что мы не слабее арракианцев вас так бесит? — всё же съязвила я, не отводя взгляда. Еще чего! Я никогда не сдаюсь.

   — Вы не знаете, что у меня на уме, майор, — коммандер Джонатан резко встал на ноги и упёрся ладонями о стол, чуть склонившсь ко мне.

   Я вздрогнула от тона его голоса. До того, как вошла в его кабинет, могла бы поклясться, что он презирал всех людей, и больше всего - меня. Но сейчас в его глазах ясно читался гнев и разочарование. Во мне? В людях?

   Моё сердце бешено колотилось в груди, подгоняемое смесью возбуждения и страха. Почему он с первого дня знакомства одновременно возбуждает и пугает меня?

   Кабинет арракианца внезапно стал маленьким, как будто напряжение между нами заполнило всё пространство.

   — Я не утверждаю, что знаю вас. Но монстры в подземелье — доказательство того, что вы ничуть не изменились со дня нашего знакомства.

   На его виске запульсировала жилка, словно мои разозлили его, и он прошипел:

   — Сожалею о том, что произошло на испытаниях, но не обязан перед вами извиняться. Я загладил свою вину перед адмиралом. Если он верит мне…

   — Это не я нуждаюсь в ваших извинениях, а кадеты, которые погибли, пытаясь проявить себя в вашем идиотском лабиринте, — не смогла сдержать невесёлый смешок, сорвавшийся с моих губ. — Ваши кадеты, коммандер Джонатан.

   Мужчина прерывисто вздохнул, так плотно сжав челюсть, что я слышала, как заскрипели его зубы. Да уж, кажется, выдержка сурового арракианца вот-вот и треснет по швам.

   — Все земные женщины такие, как ты? — слишком резко спросил он, сверля меня взглядом расчетливых голобых глаз, таких же холодных, как океан у порога Академии.

   Смена темы застала меня врасплох и, сверкнув глазами, резко спросила:

   — А в чем проблема, коммандер?

   — Вы заявились в мой кабинет без приглашения и теперь бросаете вызов арракианцу вдвое крупнее вас, майор Дуглас, — его голос понизился до зловещего гула. — Вы не боитесь меня?

   Сердце пропустило удар, когда по спине пробежал холодок страха. Теперь, когда он так выразился, мне стало немного жутко, но не собиралась позволить себя запугивать. Я не достигла бы того, чего добилась в армии, позволяя вот таким бугаям запугивать меня.

   Возможно, врываться в кабинет главы службы безопасности было не самым умным поступком, но я не собиралась отступать. Медленно сжала руки в кулаки и склонилась ближе к разозлённому мужчине.

   — Неужели я похожа на испуганную лань?

   — Нет, но… — его взгляд переместился на мои губы, и арракианец быстро вдохнул, прежде чем снова посмотреть мне в глаза: — Но, возможно, вам стоит бояться меня.

   Что-то в выражении лица коммандера Джонатана заставило сильно захотеть убежать подальше, но, наплевав на инстинкты, прошептала, и не думая опускать взгляд:

   — Коммандер, вам бы этого очень хотелось, да?

   На миг между нами повисла напряженная тишина и никто из нас не пошевелился. Да что там, мне казалось, не дышали, застыв, не сводя друг с друга взгляда.

   — Я распоряжусь, чтобы монстров перевезли обратно на их планеты, майор Дуглас, в самое ближайшее время, — арракианец резко отпрянул, словно стола было мало, чтобы соблюсти расстояние между нами. — Что-нибудь ещё, чем вы недовольны и желаете лично поведать мне об этом?

   Я была так потрясена его решение, что не сразу смогла ответить на язвительный выпад, продолжая изумлённо смотреть на главу службы безопасности.

   — Нет, на сегодня всё, — покачала головой и добавила: — Но если я что-то вспомню, то вернусь, не переживайте, вы обязательно первым услышите мои опасения.

   — Да чтоб вас! — мужчина сверкнул глазами, явно теряя терпение.

   Я же мило улыбнулась и развернулась на каблуках, поспешил к двери. И почему не чувствовала себя победительницей? Арракианец согласился вывезти смертоносных монстров, как я и требовала. Тогда почему у меня было ощущение, что я разбудила настоящего зверя?

   

ГЛАВА 2

Коммандер Джонатан

   Я громко стукнул по столу, всё ещё слыша стук ботинок по обсидиановому полу, в аккомпанемент биению моего сердца.

   Эта женщина приводила меня в бешенство!

   Как бы мне ни хотелось проучить её за то, что она осмелилась указывать мне, что делать, я не мог не восхищаться её мужеством.

   Алевтина рискнула вызвать мой гнев и не выказала ни капли страха. Звёзды побери, она сделала наоборот!

   Я вспомнил, как в глазах женщины светился вызов, а то, как последний вопрос, заданный с придыханием до сих пор эхом, звучал в голове и вызывал жар в теле. Мне хотелось её поцеловать, почувствовать гнев на полных губах… но, скорее всего, я бы лишился языка, чем получил поцелуй.

   Именно в этот миг заискрил свет входящего вызова от коммуникатора. Я недовольно фыркнул, но, невзирая на раздражение, активировал вызов, терпеливо ожидая, когда голограмма адмирала Даллана, наконец, обретёт свои чёткие очертания.

   Мысли снова вернулись к Алевтине. Я вспомнил, как впервые увидел её в главном зале Академии. Её уверенная походка и прямая спина привлекли моё внимание. Она так сильно отличалась от арракианских женщин во многих отношениях, что, вероятно, и вызвало во мне такое сильное сопротивление. Её присутствие служило сигналом перемен в жизни моей планеты и изменение древних традиций.

   И женщина была права насчёт меня. Я презирал саму идею о присутствии людей в Академии.

   Когда был кадетом, здесь обучались и преподавали только мужчины, которые готовы стать сильными воинами. Академия не для слабаков… хотя Алевтина не слабачка, её мужества и силы воли хватило, чтобы бросить мне вызов. Немногие кадеты и инструктора могли противостоять мне.

   — Коммандер Джонатан? — голограмма адмирала заинтересованно смотрела на меня, явно задав вопрос уже несколько раз. — Вы готовы обсудить новые меры безопасности Академии?

   — Да, сэр! — я встал напротив адмирала и сцепил руки за спиной, готовясь озвучить свой доклад. Несмотря на произошедшее с лабиринтом и моей оплошности, он оставил меня на посту, дав ещё один шанс. И этот шанс я не собирался упускать. — Щиты вокруг Академии укреплены, патрули выставлены по сменяющемуся графику, а по периметру вокруг установлены новые датчики.

   — Найдены ли какие-нибудь признаки вмешательства совета высшего командования? Я понимаю, что большинство из них сейчас участвуют в судебных разбирательствах по поводу смерти кадетов в лабиринте, но это у них связи и длинные руки.

   — Нет, сэр! Но если они попробуют, то сильно пожалеют об этом. Наши охранные системы надёжны, а наше оборонительное оружие - самое совершенное во всём флоте Аррака. Я потратил недели на тестирование и оптимизацию вместе с главным инженером Друксом.

   — Отличная работа, коммандер Джонатан.

   Я покраснел от комплимента, всегда гордясь тем, что окончил инженерный факультет Академии, несмотря на то, что стал коммендером отряда “Инферно” и был не слабее самого тренированного Клинка.

   — Позвольте обратиться, адмирал, — я давно не решался начать этот разговор и кажется, сейчас было подходящее время. — Мы не говорили напрямую об испытании в лабиринте, за исключением того, что меня допрашивали в вашем присутствии. Я хочу быть уверен, что вы по-прежнему доверяете мне.

   Улыбка адмирала исчезла, и выражение лица стало серьёзным.

   — Я удовлетворён вашей работой, коммандер Джонатан. Вы предприняли все попытки остановить события, когда обнаружили истинные намерения ваших начальников и масштабы саботажа. И верю, что вы бы остановили их, если бы вас не заключили в подземелье. Мы все совершаем ошибки, даже закалённые в боях воины “Инферно”, не стоит винить себя.

   У меня перехватило горло от его слов и только смог коротко кивнуть ему, вспоминая разочарование от того, что меня бросили в подземелье Академии, прежде чем смог что-либо предпринять. Как же я ненавидел невозможность что-то предприниять. В следующий раз я собирался быть более осторожным. Хотя нет. Следующего раза просто не будет.

   — Вы достаточно много сделали для Академии, коммандер Джонатан. Я надеюсь, вы также осознали ошибочность своего мнения о людях и пересмотрите свои взгляды в ближайшее время, — голос генерала Даллана звучал властно с намёком на то, что это подлежит обсуждению.

   — Да, сэр. Я проявлю гибкость по отношению к нашим коллегам с Земли, — стукнул себя кулаком в грудь, а в голове пронёсся образ Алевтины, склонившей ко мне и пылающей негодованием.

   Адмирал задержал на мне взгляд ещё на несколько мгновений, и между нами повисла тяжёлая тишина, прежде чем он снова заговорил:

   — Тогда я полностью доверяю вам в том, что касается защиты наших кадетов, коммандер Джонатан. Пришлите мне список новых сайбер-кодов и доклад о наших новых тренировочных программ.

   — Да, адмирал, — ответил, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Я уже работаю над обновлениями доступов. Сегодня же подготовлю все необходимые документы и пришлю вам на ознакомление.

   Адмирал ударил себя кулаком в грудь, что я воспринял как знак уважения, поскольку он старше меня по званию и не был обязан это делать. Я отсалютовал в ответ, наблюдая, как голограмма исчезает в воздухе, оставляя меня одного.

   Я прошёл обратно за свой стол и плюхнулся в кресло, решив приступить к делу, как снова зазвонил коммуникатор, с сообщением от Рейса: “Семестр закончился. Как насчёт игры в карты сегодня вечером?”

   

ГЛАВА 3

Алевтина

   Вокруг возвышались пыльные стеллажи, забитые книгами в кожаных переплётах, которые хранились веками в Академии. Деревянный стол передо мной завален пожелтевшими бумагами, развёрнутыми пергаментами и картами.

   — Я удивляюсь, почему ты не захотела вернуться на Землю между семестрами. Ладно, меня там ничего не держит, — со вздохом произнесла Дарина, усевшаяся в кресле и с ненавистью посматривающая на карты подземелий. — Или это потому что ты ненавидишь совершать гиперпрыжки,Аля?

   — Может, а может, и нет, — отмахнулась от подруги, делая вид, что погружаюсь в изчение карты. — Как я могу упустить шанс изведать все тайные уголки Академии в отсутствие кадетов?! — затем поморщилась и пробурчала себе под нос: — И прыжки тоже.

   Я всеми фибрами души ненавидела гиперпрыжки и то никчёмное состояние, в котором тело оказывалось после них. Для Дарины же они не предоставляли проблемы, пилоты привычные к этому, а вот для преподавателя высшей стратегии это досадная неприятность.

   — Я услышала, — победно заявила Дарина и, постучав пальцами по столу, весело спросила: — Может, нам стоит воспользоваться тем, что Академия опустела, как возможностью устроить переворот?

   — Хочу напомнить тебе, моя импульсивная подруга, что мы не единственные, кто остался в Академии, — произнесла я, вспоминая утреннюю ссору с коммандером.

   — Кажется, не одна я импульсивная… — протянула Дарина и, подмигнув мне, подалась вперед и прошептала: — Ты ворвалась в кабинет главы безопасности и…

   — Достаточно, прошу тебя! Я всего лишь потребовала, чтобы он избавился от всех монстров в подземельях, — руки сжались в кулаки при воспоминании о нашей жаркой перепалке. — Я могла немного выйти из себя...и повысить голос…

   — Ага, так что вся Академия с упоением слушала вашу ссору. Ты же знаешь, что тут даже у стен есть уши. Зато ты теперь герой! Выстояла против арракианского терминатора.

   — Возможно, мне не следовало выходить из себя, — выдохнула я, покачав головой. — Но он такой… такой… высокомерный! Один его взгляд бесит меня!

   — Раньше ты говорила, что он в твоём вкусе, — подмигнула подруга и в её глазах заплясали смешинки. — Хотя он пугает меня, если честно. Есть в нем что-то такое устрашающее.

   — Пожалуйста, Дарина… коммандер может и красив, но его отношение к нам просто невыносимо, — призналась я, чувствуя, как к щекам снова приливает румянец при мысли о том, что я мечтала об отношениях с ним вначале. — Он хочет выкурить нас из Академии. Как я могу смотреть на это сквозь пальцы?

   — Вы точно не собираетесь смотреть сквозь пальцы и уже доказали это, Алевтина.

   Громоподобный знакомый голос, раздавшийся позади заставил меня вздрогнуть и прикрыть рот.

   Я умоляюще посмотрела на Дарину, пока та не кивнула, давая понять, что глава безопасности Академии всё прекрасно слышал, стоя за моей спиной.

   Мне не оствалось ничего другого, как повернуться к нему, смело встречаясь с голубыми, гневно сверкающими глазами арракианца. Чёрт, ну, какой же он… противный!

   — Коммандер Джонатан, а вас стучать не учили? — строго спросила я, осматривая его серьёзное лицо, остановившись на шраме на щеке. Некоторым женщинам не нравились шрамы, но я находила их очаровательными, как и возраст мужчины. Он явно старше меня лет на десять, хотя выглядит довольно молодо, особенно подтянутое, мускулистое тело. О, и куда меня понесло?!

   — Вас просто было трудно не услышать из коридора, — пророкотал арракианец, так что его голос отразился от каменных стен, усиливая эффект.

   — Конечно, а вы просто не могли пройти мимо, так?! И совсем непреднамеренно вошли сюда, нарушив наше уединение, — усмехнулась я.

   Пристальный взгляд коммандера на мгновение встретился с моим и в нём промелькнуло что-то нечитаемое, но в то же время сильное, затягивающее, неукротимое.

   Почему этот суровый воин каждый раз заставлял меня усомниться в своиз словах, и почему какая-то тёмная часть меня хотела, прижаться к нему и поцеловать?

   

ГЛАВА 4

Джонатан

   Я стоял на пороге библиотеки, скрестив руки на груди, и хмуро смотрел на Алевтину, так и желая прикусить её язвительный язычок прямо здесь и сейчас. Но вместо этого застыл позади нее.

   — Можете уделить мне минутку вашего времени? — спросил я жёстче, чем хотел бы.

   — Если вам угодно, коммандер, — голос Алевтины звучал холодно, как пронизывающие ветра на пиках Чёрных гор.

   Она кивнула Дарине и величественно поднялась с кресла, остановившись передо мной, скрестив руки на груди, являя собой воплощение силы, с которой нельзя не считаться и которой я восхищался.

   Как только капитан Старова выскользнула из библиотеки, женщина двинулась в бой.

   — Почему возникла необходимость в приватном разговоре, коммандер? Мы уже сказали друг другу всё, что хотели и даже больше.

   — Я пришел, чтобы сказать вам, что мы должны работать вместе. В команде, — спокойно произнёс, понимая, что у Алевтины есть все причины не доверять мне и мои слова звучат глупо. Но, я обещал адмиралу, что налажу отношения с нашими коллегами, а значит в первую очередь с майором Дугласом.

   — Согласна. Но, даже если вы и согласились перевезти монстров, это не отменяет ваших прошлых слов... или поступков. Я прекрасно понимаю, как вы относитесь к людям, коммандер Джонатан, — высказалась Алевтина, задрав подбородок и вызывающе посмотрев на меня.

   — А почему вы не допускаете, майор Дуглас, что я изменил своё мнение?

   — С утра? — усмехнулась она, зло сузив глаза, словно хотела вывести меня на чистый песок. — Вы слишком быстро меняете свои мнения, коммандер. Должна ли я опасаться, что завтра, если вы проснётесь от кошмара, то снова нас возненавидите?

   — Хотите, чтобы я доказал вам нейтральность? — на удивление спокойно произнёс я, хотя внутри всё закипало от смеси гнева и восхищения.

   Алевтина сделала глубокий вдох, словно взвешивая вес своих слов.

   — Сегодня почти весь преподавательский состав встречается в столовой, чтобы сыграть в карты. Я собираюсь пойти, — она склонила голову набок, оценивая меня со смесью любопытства и вызова и дерзко предложила: — Сыграете против меня, коммандер?

   Перчатка брошена. Я не смог подавить ухмылку, которая расползалась на губах.

   — Я принимаю ваш вызов, — ответил без колебаний. Карты были любимым развлечением на борту каждого корабля “Инферно” и способом сохранить разум воина острым и готовым к бою. Кроме того, я оттачивал свои навыки. — Только давайте сделаем нашу игру более занимательной… — предложил я, уже предвкушая развлечение. — Мы играем в арракианский вид игры. В конце концов, мы в Академии на Арраке и мне стоит проявить дружелюбие и показать вам, как играют у нас. Что скажете, майор?

   В глазах Алевтины промелькнула неуверенность, но затем её быстро сменила решимость и огонь, который мог исходить только от того, кто отказывался отступать.

   — Договорились, коммандер, но вам лучше приберечь козырь в рукаве, чтобы обыграть меня, — Алевтина подошла ближе ко мне и ткнув пальчиком в мою грудь, строго произнесла: — И, Джонатан, не думайте, что сможете доказать свою лояльность, позволив мне выиграть.

   — Поверьте мне, Алевтина, я и не мечтал об этом, — спокойно ответил ей, ухмыльнувшись. — Даю слова воина, что буду играть со всей силой и опытом, поэтому будь готова.

   — Всегда готова, — прошептала она и, отступив в сторону, прошла мимо меня и исчезла за дверью.

   А я стоял и смотрел в то место, где пару секунду назад стояла Алевтина. Пульс участился от предвкушения предстоящей игры, которая станет отличным шансом показать земной женщине, что больше, чем закоренелый арракианец, которого интересуют только битвы и кровь. Но, как я и обещал, не собирался позволять ей выиграть. На карту было поставлено нечто большее, чем просто кредиты или гордость. И знал, чего хочу добиться, когда выиграю.

   

ГЛАВА 5

Алевтина






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

69,00 руб Купить