Ищи на улице Фей. Книга 1. Галина Герасимова

Оглавление

• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10

ГЛАВА 1

Винтер

   Винтер Крипс очнулся в темном укрытом густым туманом тупике, замерзший и голый, весь заляпанный чужой кровью в лучших традициях фильмов ужасов. Голова гудела так, словно он несколько суток пил не переставая, ноги держали соответственно. Иначе говоря, не держали вовсе – мужчина смог встать на колени, доползти до стены и кое-как подняться, цепляясь за нее. Металлический привкус во рту только усилился.

   Память немилосердно отказывалась возвращать воспоминания, а ощупывание лица и тела ничем не помогло. Клыки не выросли, глаза по-прежнему не видели в темноте, крыльев и хвоста не было в помине. Это было изменение – или его просто вырубили и притащили сюда? Чья тогда это кровь? Трупов в округе он не обнаружил, как и ран на собственном теле.

   Он потер мочку уха, и встроенный под кожу передатчик затрещал, но всё-таки отреагировал, вывесив перед глазами мерцающий голографический экран. Спасибо, что мушка (мушка – многофункциональное устройство широкодиапазонного контроля) не сломалась: если наследник Бионик-групп покажется кому-то в таком виде, будет скандал, а журналистам только дай повод для сплетен. Приукрасят так, что не отмоешься.

   Минуты ожиданий показались бесконечно долгими. Экран то покрывался рябью, то гас, и с трудом определил его местонахождение на карте, а всплывшая некстати навязчивая реклама показала, что мушка все-таки пострадала. За избавление виртуального помощника от рекламы он в свое время отвалил немало денег, и было чертовски обидно, что зря. Живой же помощник не торопился отвечать на вызов, да и с чего бы? Именно сегодня вечером Винтер посоветовал ему хорошенько расслабиться и отдохнуть, впервые за долгий месяц изнурительной работы над проектом.

   Сам Винтер в таких случаях вырубал мушку напрочь и отмокал в джакузи в каком-нибудь люксе Небесного города. Никакой приятной компании: общество себя любимого устраивало больше всего. Одиночество, классическая музыка и бокал Шато Латур – что еще нужно для счастья?

   Мужчина скосил глаза на угол экрана, где высвечивался циферблат, – собственно, не более пары часов назад именно так он и отдыхал. Оставалось понять, как оказался в этой дыре и как отсюда выбраться. Воспитание не позволяло сказать иначе, хотя очень хотелось. Трущобы Грейтауна были отвратительным местом, пристанищем ворья, жуликов, нищих, и, конечно, измененных.

   – Хей-хо, крошка, гони на всех крыльях! Сегодня я надеру тебе зад! – раздался хохочущий бас откуда-то сверху, и свет фар на мгновение выхватил узкий тупик. Мотоцикл с грохотом пронесся по крышам, следом еще один, и Винтер отошел к стене, не желая связываться с местной гопотой. Помощи от них не дождешься, а вот поглумятся вволю.

   – Ну давай, Рик, включай мушку, – выдавил он сквозь стучащие от холода и нервов зубы.

   Заспанное лицо блондина наконец появилось на экране. Судя по фланелевой пижаме и смятой подушке, Рик видел десятый сон, когда зажужжал передатчик.

   – Мистер Крипс, вы знаете, сколько времени? – спросил он, тщетно пытаясь подавить зевоту. Нащупал на прикроватном столике очки, напялил на нос. Наверное, вид у начальника был впечатляющим, раз Рик тотчас сел в кровати, откинув одеяло. – Что случилось? Вас обокрали? Вы ранены?

   – Нет. Да. Не знаю. – Мужчина взъерошил липкие от крови и какой-то дряни волосы и брезгливо отряхнул руку. – У меня проблемы. Координаты скинул, приезжай быстрее.

   Помощник вбил цифры в навигатор и нахмурился.

   – Это Изнанка. Вы что там потеряли?

   – Хотел бы я знать…

   Винтер скрипнул зубами. Куски памяти никак не желали восстанавливаться. Оставалось надеяться, что к утру в городе не найдут разорванные трупы. А возможное изменение – всего лишь плод его воображения.

***

Шана

   – Хо-хо, последние новости с Изнанки: рядом с Пьяной Совой нашли дохлого вервольфа. Расписали так поэтично: «И полетели клочки по закоулочкам». Видео приложено. – Смуглая в меру полная женщина в удобной клетчатой рубашке и джинсовом комбинезоне раздвинула большой и указательный пальцы, увеличивая жуткую картинку, и повернула короткий ролик к начальнице. – Как думаешь, стоящее дело?

   – А кто за него заплатит? Оборотни с трудом сводят концы с концами. – Шана, не отрываясь от чистки радужных крыльев, с равнодушием посмотрела на шерсть и пятна крови на темных камнях, с трудом угадывающихся в стелящемся тумане, и мазнула взглядом по статьям ниже. – Лучше прочитай про намечающийся аукцион.

   – Э, нет. Ты же не собираешься в нем участвовать? – забеспокоилась Тайга, торопливо свернув окошко. – Мы в прошлом месяце едва наскребли за аренду. Лишних денег нет.

   – Деньги лишними не бывают. – По мнению Шаны, ее бессменный казначей, секретарь и по совместительству лучшая подруга слишком строго относилась к нерабочим покупкам. Впрочем, она не собиралась покупать ничего на аукционе. Но к месту, где продавали пыльцу с крыльев феи и чешую русалочьего хвоста, у Шаны был свой интерес. – Я просто посмотрю.

   – Ты и в прошлый раз так говорила. А что в итоге?

   В итоге у них на полке появился так называемый артефакт от сглаза. Бесполезная и уродливая статуэтка карлика с глазами на стебельках. Тайга давно вынесла бы ее на помойку, но останавливала стоимость – за артефакт Шана выложила половину месячной выручки.

   Магическую бесполезность покупки фея признавала, но статуэтка нужна была, чтобы получить приглашение на закрытую часть аукциона, в которую она пыталась пробиться вот уже несколько лет. И в этом году на мушку наконец пришло уведомление: аукцион состоится в конце месяца, в Изнанке. А важных гостей, желающих постичь изменение, ждут после завершения официальной части.

   Верить в магию в век высоких технологий было глупо. Но чем еще, если не ею, объяснить происходящее в мире в последние полвека?

   Изменение прошло волной, наплевав на страны, расы, пол и возраст. День, когда всё началось, торжественно назвали Днём Перелома и занесли в учебники истории. Десятки тысяч людей по всему миру вдруг ощутили, как меняются, превращаясь в волшебных существ: вот вместо обычного клерка за офисным столом сидит напыщенный эльф, на состязаниях по плаванию вместо пловчихи выныривает русалка, а курьер, поросший шерстью, тщетно надеется не свалиться с велосипеда.

   Паника, попытки изолировать измененных, запереть их в лабораториях вылились в хаос и беспорядки на улицах. Те, по кому ударило изменение, быстро смекнули, что надо объединиться, если хочешь выжить. Изменилось около одного процента населения, как позже показала статистика. Слишком мало, чтобы оказать реальное сопротивление, но слишком много, чтобы вырезать всех под корень. Да и не вырезать, ведь на Дне Перелома ничего не закончилось.

   Люди продолжали меняться, и отследить причины не удалось по сей день. Со временем изменения, поначалу вызывающие панику и проклятия, стали обыденностью. Ну, оброс кто-то на улице перьями – так пусть сам и разбирается. И хоть измененных сторонились, но позволяли им быть частью повседневной жизни. Работать, заводить семьи, даже ходить на выборы! Легче всего изменение давалось детям и подросткам: им адаптироваться было проще, и куда меньший процент сходил с ума, увидев нового себя в зеркале.

   Шана так и вовсе обрадовалась: она всегда любила сказки, и выросшие за спиной крылья мешали только поначалу. Правда, сам процесс был малоприятен: когда спину прорывают острые крылья, превращая кожу в клочья, думать позитивно не получается. Изменение настигло ее, когда Шане исполнилось двадцать. Тот поцелуй был далеко не первым, зато от горячих признаний хотелось взлететь – и вот крылья на самом деле рвут кожу, вызывая истерические визги у твоего уже бывшего парня. Тогда Шана думала об одном – не сдохнуть бы от боли. Зато после ни разу не пожалела.

   К счастью, изменение не стоило Шане семьи, друзей или учебы. Мать поохала, конечно, но гораздо больше озаботилась, не будет ли проблем с рождением внуков – впрочем, у измененных с этим проблем не было, разве что дети могли унаследовать крылья матери, а вечно занятому на работе отцу, казалось, и вовсе не было дела, выросли у дочери крылья или нет. Разве что гардероб пришлось обновить, но он привык выделять ей деньги на любые капризы.

   Карманные расходы дочери одного из владельцев банка позволили Шане обзавестись собственной маленькой квартирой в высотке в Изнанке, а после, когда отец предложил устроить ей выгодный брак: да ты не смотри, что у него острые уши, вы ведь оба измененные, – упорхнуть туда без сожаления. И даже тогда ее не бросили без семейной поддержки. С родителями Шана старалась видеться или созваниваться, но финансово не зависела, на жизнь она зарабатывала сама. Благо, маленькое розыскное агентство «Крылья помощи» позволяло держаться на плаву.

   – У нас сегодня планируются посетители? – уточнила Шана у подруги, на что та покачала головой, не потрудившись открыть расписание.

   – Глухо. Может, подадим объявление в газету? А то за последний месяц у нас было всего два дела, из которых одно – поиск пропавшей собаки.

   – Ты видела, как выросли расценки в сети? Мы даже баннер внизу страницы не потянем. Сама сказала, мы на мели.

   – Я сказала, что нет денег на бесполезные траты, – справедливости ради заметила Тайга.

   – И что, считаешь, реклама поможет? Поверь, сарафанное радио работает куда лучше.

   – Что-то не заметно.

   – Прости? – подозрительно уставилась на нее Шана, но пронять подругу не получилось.

   – Пойду пройдусь. Заодно раскидаю листовки по району, – закатила глаза Тайга и, захватив с принтера стопку распечаток, вышла из офиса.

   Шана тоже с удовольствием подышала бы выхлопными газами Изнанки, чем сидеть в маленьком душном кабинете, в котором даже кондиционер как следует не работал – а что из техники нормально работало в присутствии измененных? Правильно, ничего! – но кому-то нужно было оставаться в конторе. Вдруг случайные посетители все-таки заглянут? А им надо было нарабатывать репутацию – агентству исполнилось всего три года, и за это время Шане не попалось ни одного громкого дела. Пропавшие домашние любимцы, потерянные документы и драгоценности, неверные любовницы и любовники, уехавшие в ночи и прихватившие семейные ценности, – Шана бралась за любую работу. Увы, обращаться к измененной решались в основном такие же, как она, люди бывали куда реже, старательно обходя «Крылья помощи» стороной.

   – Ладно, если гора не идет к Магомету, то…

   Шана собрала длинные светлые волосы в неряшливый пучок, чтобы не мешались, крутанулась на стуле, развернула популярный сайт с объявлениями и открыла рубрику «Поиски». Большую часть колонки занимали фотографии домашних животных, и фея параллельно раскрыла карту, отмечая, в каком районе следует начать поиск. Наберет объявлений побольше и пойдет искать, может, повезет на кого-то наткнуться?

   Она почти закончила с картой, когда скрипнула дверь и звякнул висящий над входом колокольчик.

   – Тайга, ты уже вернулась? Погоди, мне тут осталось буквально пять минут.

   Шана развернулась, собираясь предупредить помощницу, что уходит, но вместо подруги на пороге стоял молодой мужчина. Стильно и дорого одетый, хоть весенняя погода позволяла выбрать плащ и полегче. Впрочем, у богачей свои причуды, а этот бренд кожаных плащей предпочитал и ее отец. А заложи она в ломбард часы посетителя, могла бы на полгода забыть об аренде.

   Мужчина оглядывался вокруг с опаской, вдобавок прятал лицо за высоким воротником. Видны были только зеленые глаза, обрамленные длинными и по-девичьи пушистыми ресницами.

   – Добрый день, мисс… Либелле? – уточнил он низким приятным голосом.

   Шана поморщилась от того, как он ее назвал. Либелле! Выискал же.

   – Просто Шана. Вы же знаете, у измененных нет фамилии, – напомнила она, надевая лежащие на столике очки и без стеснения разглядывая незнакомца. Она не скрывала, к какой семье относится, но и не кричала об этом на каждом углу. Да и зачем кому-то узнавать детали об измененной? Разве что этот человек пытался как можно больше узнать о самом агентстве!

   – Простите, это непривычно, Шана, – он словно через силу назвал ее имя и сделал шаг внутрь дома. – Вы владелица этого места?

   – Всё верно.

   – Слышал, вы беретесь добыть любую информацию.

   – Если меня за нее не посадят, – ухмыльнулась фея. Она старалась не нарушать закон без крайней нужды.

   – Поверьте, ничего противозаконного я от вас не потребую. Мне нужно узнать, что мистер Крипс делал вчера ночью, с полуночи до шести утра.

   – Который из Крипсов? – Шана с любопытством подалась вперед. Камера, встроенная в очки, уже закончила сканировать гостя и теперь выдала ей краткую информацию: Винтер Крипс, наследник группы компаний по производству техники и разработки к ней программного обеспечения. Кстати, очки тоже были их модели. Шана поспешно сняла их с носа, но поздно – посетитель всё понял.

   – Представляться, как понимаю, не требуется, – не скандаля, заметил он. – Всё верно, я хочу, чтобы вы узнали про меня.

   – Провалы в памяти? Бурная вечеринка? – деловито уточнила Шана, открывая перед собой экран для записи. Бывало и такое. Однажды к ней пришел парень, которому предъявили обвинение в домогательствах и насилии, а этот божий одуванчик и муху обидеть боялся. Зато имел дурость выпить предложенный на вечеринке коктейль и вырубиться под столом, а перед этим – похвастаться перед «друзьями» финансовым благополучием. Шане пришлось немало потрудиться, чтобы доказать его невиновность – хорошо, что владелец бара был ее старым приятелем и помог восстановить картину произошедшего.

   – Разве не вы должны это выяснить? – парировал гость, не желая делиться проблемой, и фея прищурилось. Он пришел за помощью или проверить, как она работает?

   – Мистер Крипс, я не волшебница. Для расследования мне нужны детали, – мягко объяснила Шана. – Если вы были не один, то имена, с кем и в каких отношениях вы состоите. Возможно, чего от них ждать? Последние яркие воспоминания, где и при каких обстоятельствах вы очнулись?

   – Мне не хотелось бы вдаваться в подробности, – так же спокойно возразил мужчина.

   – Даже если это ускорит расследование?

   – Возможно, его ускорит полная предоплата? – вопросом на вопрос ответил гость, и Шана прикусила губу, гадая про себя, чего ждать дальше. Нет, за дело браться определенно стоило, тут и говорить нечего. Очереди из желающих у дверей не вилось. Но она ненавидела, когда посетитель сам не мог внятно объяснить свою проблему.

   С другой стороны, он был готов заплатить. Винтер Крипс – публичная личность. Наверняка несложно отыскать, где он пропадал последние дни. Шана натянула вежливую улыбку.

   – Что ж, тогда я повторю запрос. Требуется узнать, что вы делали вчера с полуночи до шести утра. Так? Больше никаких дополнений? – Гость качнул головой, и Шана вбила запрос в типовой договор. Прописала тариф, без капли сомнения увеличив базовую ставку в два раза: у кого-кого, а у Бионик-групп деньги водились, и смахнула экран в сторону Крипса.

   – Стандартное время выполнения услуги: три дня, – предупредила она.

   Описание услуги и содержание договора мужчина прочитал вдумчиво, а вот на итоговую сумму даже не взглянул.

   – Меня интересует полная конфиденциальность расследования, – дополнил он.

   – Не волнуйтесь, мы работаем по принципу трех К: качество, конфиденциальность, клиентоориентированность. О результатах узнаете только вы, – пообещала Шана, и посетитель приложил палец к голографическому сканеру, проводя платеж.

   Где-то в Изнанке удивленно вскрикнула Тайга, – с довольным видом подумала про себя Шана, провожая гостя на выход. Выпить кофе мистер Крипс предсказуемо отказался, а фея не настаивала – у нее наконец-то появилась работа, и внутри всё пело от предвкушения нового дела.

***

Винтер

   Автомобиль ждал за углом. Рядом с ним, почти ложась на капот блестящей машинки и изгибаясь в фривольных позах, фотографировались две феи из местных. Завидев Винтера, они заулыбались, призывно застрекотав крыльями, но он прошел мимо с каменным выражением лица. Повезло, что Шана вела себя пристойно. Но в то же время и малость досадно: феи славились своей любвеобильностью, и то, что их представительница не проявила к нему никакого интереса, царапнуло мужскую гордость.

   Хотя интрижка на одну ночь интересовала Винтера в последнюю очередь. Ему хватило вчерашних приключений, пусть он и умудрился появиться на работе вовремя с самым невозмутимым видом. Кровь, в которой он где-то искупался, благополучно отмылась под душем, а сам мужчина отделался парой мелких ссадин да несварением желудка. Хотелось надеяться, что от нервов, а не от того, что кого-то сожрал.

   Винтер постучал по тонированному стеклу, не собираясь больше задерживаться в Изнанке.

   – Открывай.

   Задняя дверь тотчас отъехала в сторону, и Винтер сел в салон. Феи с недовольством прижались к каменной кладке ближайшего дома, позволяя автомобилю развернуться, а Рик, ловко выруливая в узком переулке, посмотрел на начальника через салонное зеркало.

   – Как прошло? Мисс Либелле взялась за задачу?

   – Ее зовут Шана, – невпопад поправил Винтер.

   – Несомненно важное замечание, – с серьезным видом сказал Рик. Насмешничал, но не поймать – будет отнекиваться с самым независимым видом. – Раз вы стали настолько близки, чтобы называть друг друга по имени, смею предположить, что сделка состоялась.

   – Она – измененная. Знаешь же, они отказываются от фамилии. Только имя и порядковый номер. Но договор мы заключили... – Винтер проводил взглядом двух спорящих бородатых гномов, пытающихся приколотить вывеску к очередному пабу. – Слушай, ты уверен, что это лучшее сыскное агентство? Не похоже, что дела там идут хорошо. Ты бы видел их офис! Никакой охраны, даже решеток на окнах, и помещение как кладовка.

   – Насчет лучшего не уверен. Но это единственное агентство, куда точно не сунется ваш кузен, – дипломатично ответил Рик, и пришлось проглотить дальнейшие возражения.

   Тут не поспоришь. Дерек сделает всё, чтобы утащить его на дно. И он был как-то связан со случившимся, иначе с чего бы ему появляться в гостях с самого утра?

   В отель Винтер вернулся с рассветом и на подъехавший к центральному входу лимузин обратил внимание разве что шестым чувством. А вот вылезшего из него напыщенного блондина (крашеного, от рождения цвет волос у Дерека был темно-русый) узнал сразу. Пока тот оправлял пиджак и флиртовал с прислугой в холле, Винтер взлетел по черной лестнице к запасному лифту, не чуя под собой ног. Он едва успел сбросить одолженные у Рика рубашку и брюки и накинуть халат, когда Дерек настойчиво постучал в дверь.

   Конечно, Винтер сделал вид, что только проснулся и бесконечно удивлен его визиту. Предложил подождать в гостиной, пока переоденется. Брошенные на столе очки, синхронизированные с мушкой, передавали, как кузен мечется из угла в угол, что-то выискивая. Но от крови Винтер отмылся еще у Рика, под такой горячей водой, что всерьез опасался ошпариться, так что не только согрелся, но и уничтожил возможные улики.

   – Выглядишь уставшим. Тяжелая ночь? – всё-таки закинул удочку Дерек, когда брат вернулся в гостиную, на ходу застегивая золотые запонки.

   – Тяжелый месяц. Но мы справились, – не стал преуменьшать Крипс-младший.

   Их последним проектом стал умный офис для крупной фармакологической компании, и отлаживать, чтобы всё работало по уму, пришлось многое. К счастью, презентация вышла отличной, и уже к вечеру посыпались заказы на новые проекты.

   Для Винтера, впервые ведущего проект от начала до победного конца, это был успех и еще один шаг к контрольному пакету, потому что дед на радостях пообещал плюс один процент акций к двадцати уже имеющимся. Для Дерека – кузена по материнской линии – это был лишний повод позавидовать.

   Впрочем, Дерек никогда не выказывал ему неприязни явно. На людях и для семьи он оставался заботливым родственником и даже сейчас объяснил визит беспокойством о здоровье брата. После несчастного случая по молодости и глупости, Винтер до сих пор был вынужден каждый день принимать лекарства. Правда, пилюли оставались единственным напоминанием о его слабости.

   – Думаешь, это Дерек устроил? Что за бестолковое похищение!

   – А когда у вашего кузена что-то выходило так, как планировалось? – Рик вырулил из трущоб на трассу, и сразу как-то легче стало дышать. Все-таки Изнанка угнетала. Эти узкие улочки, высотки, темнота… Днем всё небо над Изнанкой заволокло тучами.

   Винтер вдруг поймал себя на мысли, что ему неумолимо хочется вернуться и посмотреть на ночной тупик в дневном свете. Это было что-то подсознательное? Как преступника тянет на место преступления.

   – Ему ведь не надо вас убивать. Хватит крупного скандала, чтобы чаша весов склонилась в пользу мистера Джексона и его семьи. А обвинение в изменении и сокрытии этого – чем не повод?

   – Я не измененный! – вскинулся мужчина.

   – А я и не утверждаю обратного. Но если вашей семье и журналистам станет известно о ночном приключении – а как только узнает Дерек, то сольет информацию сразу везде, где можно, – вам придется это доказывать. Проходить медицинский осмотр, психологическую экспертизу. Опять-таки ненужный для компании скандал. Председатель предпочтет на время разбирательства назначить в руководство кого-то другого, чтобы не бросать тень на безупречную репутацию Бионик-групп… Мистер Крипс, вы меня слушаете?

   – К сожалению. – Винтер прикрыл глаза.

   Рик был прав в своих заключениях, он и сам пришел к похожим выводам. Дед мог простить болезнь внука, тем более в последние годы она почти не проявляла себя. Но он был ярым противником измененных и никогда не допустил бы «чудовище» у руля компании. Винтеру надо было убедиться, что он всё еще человек. Или научиться контролировать себя, чтобы выглядеть им.

   Он оттянул губу, пытаясь разглядеть зубы в зеркало.

   – Перестаньте, если бы у вас выросли клыки, вы бы почувствовали. Измененные испытывают дикую боль во время обращения, – вновь покосился на него Рик. – Что? Я почитал о Переломе, пока ждал вас от мисс феи, – добавил он, оттянув ворот. Кажется, помощник решил заранее подготовиться к тому, что его ждет: вот обрастет начальник шерстью в неподходящий момент, что с этим делать?

   – Кстати, как у вас с аппетитом? В одной статье говорилось, что вкусовые предпочтения тоже меняются. Дриады, например, не могут есть мясо, а вервольфы, наоборот, только им и питаются. Причем полусырым. Может, остановимся на ланч, заодно и проверим? – по мере рассказа в голосе Рика звучало всё больше надежды, и Винтеру стало стыдно. Загонял помощника! Выдернул из кровати посреди ночи, заставил дважды за день съездить в Изнанку, где тот максимум чем мог взбодрить себя – дрянным кофе. Естественно, сейчас Рик не прочь был перекусить.

   Винтер тоже обошелся чашечкой кофе за беседой с Дереком и вкуса не почувствовал, слишком сосредоточенный на разговоре. Хоть кофе в отеле варили отличный: в меру горький, с дымком и запахом кардамона. Он мог бы прожить на этой чашке до вечера, если бы здоровье позволяло. Увы. Винтеру пора было принимать лекарства, а значит, следовало закинуться чем-то посущественнее.

   – Притормози здесь, – попросил Винтер, когда они проезжали мимо забегаловки с быстрым питанием, коих по дороге встречалось превеликое множество.

   Рик послушно остановил машину. Вывеска с пляшущей курицей призывно зазывала отведать жареные крылья и ножки, мигая тремя из пяти несгоревших лампочек. Винтер опустил стекло, несколько раз глубоко вздохнул: о, этот непередаваемый запах масла и картофеля фри, от которых хотелось рвануть с места и уехать! Но вместо этого он вышел из машины. Покосился на застывшего помощника – Рик хмурился, пытаясь сообразить, что задумал начальник.

   – Идем. Ты же хотел перекусить? – позвал его Винтер.

   – Здесь? – на лице помощника отразилось удивление. – Вы же не едите фастфуд!

   – Ты сам сказал, что мои вкусы могли измениться. Не хочу, чтобы в ресторане это подметили.

   Винтер толкнул скрипучую дверь и застыл на пороге. Гомон, крики официантов, что заказ выполнен и его можно забрать, жалобы посетителей, которым что-то не доложили…

   – Мистер Крипс, лучше подождите меня в машине, – попытался смягчить впечатление Рик, но Винтер уже взял себя за руки и подошел к самому дальнему столику, с невозмутимым видом считал мушкой меню, заказывая себе мясной бургер и крылья.

   – Тут неплохой молочный коктейль. – Рик с обреченным видом упал на стул напротив.

   Зря он так переживал. К тому же здесь на них обращали внимания не больше, чем на остальных. В таких местах не рассусоливали: поел и побежал. Если подумать, то отличное место чтобы убедиться в отсутствии новых предпочтений.

   Пока Рик выстаивал очередь за заказом, Винтер осматривался и прислушивался. Изнанка была рядом, и разговоры так или иначе возвращались к ней. Кто-то там работал, другой собирался забрать заказ из кузни – как ни крути, а гномы делали вещи на века, и сидящий неподалеку реконструктор втолковывал другу отличия бердыша от алебарды. Соседи, студенты лет двадцати, бурно обсуждали утреннюю газету, развернув ее посередине стола и то и дело тягая к себе интересные куски. Винтер не обратил бы внимания, не заметь он краем глаза фотографию с маркировкой «18+».

   – Оборотня грохнули, – пробежался по статье один из студентов, «налюбовавшись» на место преступления. – Интересно, это местные разборки или поборники чистоты крови постарались?

   – Дурак, что ли? Ты видел, как его там по кускам раскидало? Ошметки аж до второго этажа долетели. Человек на такое не способен. Эти измененные сами вечно грызутся, а потом ищут виноватых!

   Остаток фразы было не расслышать, потому что парень впился в принесенный бургер. А вот на висящую картинку-голограмму Винтер смотрел во все глаза, мучительно вспоминая, где уже видел этот переулок. Вывеска «Черная кошка» с татуировочным салоном выглядела чертовски знакомой.

   – Опять они пережарили котлету! – возмутился студент.

   Резкий запах мяса и крови ударил в ноздри, и Винтер ощутил странный металлический привкус во рту. В голове зашумело, желудок скрутило, и он едва успел выскочить в уборную. Спасибо, что она здесь была! Выворачивало его несколько минут, пока не вычистило, как показалось, досуха.

   – Вы как там? – поскребся в дверь Рик, естественно, заметивший отсутствие начальника.

   – А сам как думаешь? – Винтер несколько раз прополоскал рот и вышел в зал. Его всё еще мутило, а запахи, казалось, стали острее. Не было никаких сил тут находиться! – Поешь по дороге, – кивнул он Рику на большой пакет с танцующей курицей в его руках и почти сбежал к машине.

***

Шана

   – Повтори, что ты сказала? Нам дал заказ Винтер Крипс? Тот самый Крипс, которого в прошлом году на торжественной ассамблее Бионик-групп объявили наследником? – Тайга едва не расплескала остатки кофе, слишком эмоционально восприняв последние новости. Поставила стаканчик на стол, чтобы не разлить. – Он был здесь? Сидел вот на этом стуле?

   Шана покосилась на потертую обивку упомянутой мебели. Стул видал лучшие времена, и хорошо, что посетители у них чаще всего попадались непривередливые.

   – Честно сказать, Винтер стоял, – призналась она.

   – Ты даже не предложил ему присесть?!

   Подруга схватилась за голову, взлохматив пальцами и без того пышные мелкие кудряшки. Со стороны выглядело так, будто Шана совершила святотатство, и теперь Тайга пытается понять, как с этим жить. Наверное, если бы Шана, как подруга в свое время, отработала несколько лет в Бионик-групп, она тоже испытывала бы священный трепет. Но для феи Крипс был просто удачно зашедшим заказчиком. Выгодным, но не более того.

   – Зато я предложила ему кофе. Но он отказался, – поспешно добавила Шана, когда Тайга ринулась к кофемашине, проверять, что за марку зерен они покупали в последний раз. Увидела, издала сиплый писк. А нечего пищать – сама же сказала купить что подешевле!

   Шана, последние два часа мониторящая сеть по имени их нанимателя, поморщилась и свернула многочисленные развешенные перед ней окошки. Винтер Крипс, что же у тебя случилось? Этот мужчина был скрытным малым. В газетах о нем писали, как о серьезном дельце, гордости деда и достойном похвалы сыне погибшего Харви Берри – известного в узких кругах археолога. Впрочем, никого не удивило, что мать Винтера оставила себе и сыну девичью фамилию. В желтой прессе нашлось и того меньше: Винтер не попадался на драках, не принимал наркотики, зарплату работникам выплачивал вовремя и не имел скандальных связей с девушками. Планировал свадьбу с некой Катрин Брукс, хотя на единственной фотографии с невестой выглядел таким же равнодушно-задумчивым, а не счастливым женихом. На редкость правильный тип, и зацепиться не за что!

   Последние новости касались успешного закрытия какого-то крупного проекта, и Винтер блистал в свете софитов. Надо же, на снимках он выглядел моложе, чем показалось Шане – похоже, она накинула ему года из-за низкого голоса и полуприкрытого лица. Ее ровесник? Явно меньше сорока лет, и лицо выразительное, запоминающееся. Жаль, он постоянно прятал его, когда был здесь.

   Вчера папарацци засняли Винтера заходящим в Королевский Двор в Небесном городе. Знакомое местечко, исключительно для богатеньких. Когда Шана была малышкой и человеком, отец взял ее в этот отель на вечер, посвященный юбилею банка. Помнится, позолоченная мебель и посуда произвели на девочку неизгладимое впечатление (как и разбитая фарфоровая раковина, шрам у большого пальца остался до сих пор).

   Наверное, их стул тоже произвел впечатление на Винтера, – промелькнуло в голове, и Шана, представив, с какой опаской Крипс садился бы в своем дорогом костюме на их неказистую мебель, фыркнула над нелепым сравнением.

   – Тебе всё смеяться, – неодобрительно покосилась на нее Тайга. – Когда вы договорились встретиться?

   – Винтер подойдет в четверг.

   – Значит, к четвергу нам нужен нормальный кофе. И нормальный стул, – села за смету помощница.

   Оставалось только руками развести: выделить часть выручки на новую мебель Шана предлагала с прошлого года.

   – Прекрасно! Напомнить, что ты сказала насчет денег? – всё-таки не удержалась она.

   – Это вложение в будущее, – оторвалась от расчетов Тайга. – Работа с клиентами такого уровня откроет двери не только Изнанки, но и Небесного города. Ты только подумай, к нам пришел сам мистер Крипс! А говорят, они терпеть не могут измененных. С ума сойти. – Она помотала головой, пытаясь прийти в себя, и схватила Шану за руки. – Дорогая, тебе надо очень хорошо отработать это обращение. Помнишь наш главный принцип?

   – Три кота, – буркнула фея.

   – Качество, конфиденциальность, клиентоориентированность, – не повелась на шутку Тайга. – «Крыльям помощи» дали шанс. Не упусти его!

   – Хорошо-хорошо. – Шана аккуратно высвободила руки из железной хватки. Силы Тайге было не занимать. – А теперь отвлекись от шкуры неубитого медведя и подскажи, во сколько тебе уходить?

   Тайга вздохнула и вывела перед собой расписание дочери. Она помнила его наизусть, но дополнительные занятия то отменяли, то переносили, и приходилось постоянно себя перепроверять.

   – Рози сегодня после школы на плаванье. Так что до шести я точно тут.

   – Постараюсь обернуться быстрее. Если не успею, закрой офис на стандартный пароль. – Шана подхватила лежащий на полке мотоциклетный шлем, попутно синхронизировала его с мушкой и хлопнула себя по кармашку, проверяя ключи. – Давненько я не была в Небесном городе. Полетать, что ли?

   – Даже не вздумай! – перепугалась Тайга. – В Небесном городе нельзя применять нечеловеческие способности без соответствующего разрешения. Так что твои полеты под запретом.

   – Всегда подозревала, что они зануды. И этот Винтер зануда, так и знай.

   – Этот зануда платит нам деньги. И если надумаешь летать, хотя бы не попадайся! – Крикнула ей вслед Тайга, и фея, усмехнувшись, нырнула за порог.

***

С тех пор как случился Перелом, Грейтаун разбился по районам. Самый крупный, Рабочий, был забит серыми коробками однотипных зданий, дымящимися заводами, пестрыми, кто во что горазд, автомобилями и клочками зелени на проспектах, уменьшавшимися с каждым годом. Здесь запросто можно было встретить измененных – на них пусть и посматривали косо, но не прогоняли, а в некоторых ратующих за прогресс компаниях измененные работали наравне с людьми.

   С юга Рабочий район переходил в Изнанку, только номинально отделяясь шлагбаумом: пропуска, личности и цель посещения давно перестали проверять. С севера над Рабочим, блистая высотками, возвышался Небесный город. Вот тут понаставили застав. Для обычных людей препятствий в перемещении не было, зато Шану притормозили у въезда, заставили продемонстрировать документы, пройти рамку и загнать мотоцикл на специальный досмотр, после которого от него нещадно воняло антисептиком. Спасибо, на нее саму не нафыркали.

   – Прости, милая, тебе опять пришлось пройти эту ужасную процедуру. Не бойся, в следующий раз я отведу тебя к Малышу Тедди. Тебе ведь нравится у него в гараже? – щебетала фея, выводя мотоцикл из смотровой, поглаживая приборную панель и не обращая внимания на недоуменные переглядывания местных работников. Что они вообще понимали в их отношениях! Её серо-фиолетовой «стрекозке», в отличие от остальных, было всё равно, возит она фею или человека.

   Шана не обижалась на выказываемое ей пренебрежение. Во-первых, это были чужие малознакомые или вовсе неизвестные люди. Почему ее должно беспокоить их мнение? Во-вторых, глупо было мерить человека по наличию или отсутствию крыльев. Да, изменение меняло людей, но куда сильнее оказывало влияние отношение окружающих. Когда от тебя отворачиваются близкие люди, сложно оставаться беззаботной ромашкой.

   Шана, впрочем, и до изменения «ромашкой» не была, а после потеряла разве что первую любовь. И то предпочитала считать, что избавилась от проблем. Парень, который вместо того чтобы помочь скорчившейся от боли возлюбленной, с воплем выбегает из комнаты в одних трусах, не стоит непролитых слёз.

   Мушка уверенно вырисовывала дорогу к Королевскому Двору. В Небесном городе устанавливалось ограничение на скорость, и Шана, привыкшая к куда более быстрой езде, успевала крутить головой. Посмотреть было на что! Кофейни с официантами во фраках и столиками, накрытыми открахмаленными скатертями, музыкальные фонтаны, выбивающие фигурные струи воды, здания, на глазах меняющие форму. Шана даже остановилась у одного из них, пока не поняла, что это просто искусная иллюзия, трехмерная голограмма, виртуозно наложенная на стены.

   Королевский Двор тоже впечатлял. Застекленную высотку в семьдесят этажей обслуживала вышколенная прислуга. И правила здесь были свои: когда Шана попыталась зайти в холл через главный вход, дорогу к дверям ненавязчиво, но твердо перегородил швейцар.

   – Прошу прощения, но вход только по приглашению или по карте гостя, – вежливо предупредил он.

   – Даже на минутку? Мне очень надо. – Шана изобразила смущенное нетерпение, пританцовывая на месте, но швейцар не проникся.

   – Зайдите в здание напротив. Это деловой центр, думаю, вас пропустят, – посоветовал он, и Шане пришлось отступить.

   Что ж, это было ожидаемо. Королевский Двор проходным двором не был и ценился спокойствием для гостей. Тут отдыхали важные персоны, а запустишь всех и каждого, от журналистов отбоя не будет. Или от недоброжелателей.

   Совета, к слову, Шана послушалась, и действительно заглянула в «Облака». Конечно, с распростертыми объятиями ее не встретили. Покосились на крылья, проверили доступ, спросили о цели визита. Тут фея знала, что ответить: объявление о собеседовании крутилось прямо перед входом, и она выпалила как на духу, что ищет работу. С бейджиком соискателя, переданным ей охранником, она могла бродить по всему зданию, не вызывая подозрений, чем Шана и воспользовалась.

   На втором этаже располагалась миленькая уютная кофейня, где можно было помечтать за чашечкой кофе. Глоток эспрессо, правда, стоил как ее дневная зарплата, но фея старалась не думать о тратах.

   Лениво крутя в пальцах кофейную ложечку, она набрала по мушке подругу

   – Тайга, сможешь достать мне список работников Королевского Двора? Да, срочно, конечно. Желательно с расписанием и фото.

   Через четверть часа файл был у нее.

   Слишком взрослая, бабник, тихоня, сама кого угодно заболтает насмерть… Последнюю фотографию с бойкой молодой женщиной в кричащем ярко-желтом свитере Шана сначала пролистнула, а затем вернула, размышляя: ей ведь такая и нужна. Сплетница, обращающая внимание в первую очередь на себя. И имя легко запоминающееся – Мелисса. Была у них учительница биологии, так она всё хихикала, что ее назвали в честь растения. А еще говорят, имя не определяет судьбу!

   Без десяти минут пять, узнав о Мелиссе всё, что можно найти в доступе – спасибо активному ведению Мелиссой соцсетей, Шана расплатилась, с разочарованным видом вернула бейджик охраннику – пусть думает, что собеседование провалилось, и вышла на улицу. Заняла стратегически удобную позицию на резной скамье неподалеку от входа, наблюдая, как из отеля выходит несколько сменщиков, обрадованные возможностью отдохнуть: швейцары, горничные, охранники. Сияющая блондинка вышла одной из последних, и Шана подорвалась со скамьи прямо к ней.

   – Прости, ты Мелисса Дэвис? Ведь Мелисса же! – дотронулась она до руки горничной, и та обернулась, нахмурилась, разглядев крылья за ее спиной.

   – Да, это я. А вы?

   – Не узнаешь? Мы учились в параллельных классах! Я еще вечно сидела на галерке, ну, вся такая в черном и в цепях…

   Фотографию со школьного выпускного Шана тоже нашла в сети и невзрачную девчушку на заднем ряду не выдумала. Такие, как Мелисса, редко обращали внимание на белых ворон (или в данном случае правильнее говорить – черных?), так что Шана почти не рисковала быть пойманной на лжи. Вот и сейчас Мелисса жевала губу и тщетно пыталась вспомнить незнакомку, но впустую.

   – Ага, припоминаю. Виола, да? – имя она сказала наугад, и Шана позволила себе кривую, будто обиженную улыбку.

   – Джудит. Джудит Смит.

   – Точно, Джудит. Ты так изменилась… Прости, – ойкнула девушка, сообразив, что ляпнула, но Шана небрежно пожала плечами.

   – Да что уж тут, привыкла. Я ведь сразу после школы стала такой. – Она подняла крыло и вздохнула, давая собеседнице самой додумать, какой непростой у нее была жизнь. Примерить на себя, проникнуться жалостью. Вымученная улыбка завершила безрадостную картину. – Но я так рада встретить кого-то знакомого! Сто лет не видела никого со школы. Ты здесь работаешь?

   Шана запрокинула голову, с восторгом глядя на небоскреб, и на лице собеседницы появилось то самое довольное выражение, какое бывает у людей, достигших определенных вершин и жаждущих поделиться этим с остальными.

   – Уже несколько лет. С этого года старшая горничная. – Она выпятила грудь с серебристым значком статуса. – А ты?

   – Как раз иду с собеседования. Похоже, провалилась.

   – Ты в Облака, что ли, хотела попасть? – она сразу поняла, о чем речь, мазнув взглядом по соседнему зданию. – Ну ты нашла куда устраиваться! Там все места по блату, – нравоучительно заметила Мелисса.

   – Уже догадалась. Но я надеялась… – Шана махнула рукой, показывая, что всё поняла. – А у тебя как работа? Как в целом устроилась, замуж не вышла? Может, посидим, за жизнь поболтаем, расскажешь о себе?..

   На безымянном пальце горничной было изящное колечко, а Шана успела просмотреть видео с ее личной страницы, где Мелисса хвасталась помолвкой. Тема зацепила за живое, и горничная, решив, что от чашки кофе с нее не убудет, а где потом найдешь такую благодарную слушательницу, потащила Шану в крохотную кофейню. Ей-богу, не нырни Мелисса в ту дверцу, фея прошла мимо и не заметила бы.

   Тут всё было проще: приглушенный свет, глиняные чашки на столах, добротная, но не вычурная мебель. И цены, от которых не падаешь в обморок. Хорошее место для своих.

   – Мясной пирог – просто отпад, – поделилась Мелисса, сев за столик и не потрудившись открыть меню. – Феи едят мясо?

   – Предпочитаю рыбу.

   Не то чтобы Шана не могла съесть кусок хорошей отбивной или стейк, но ощущение было такое, словно жевала бумагу. Пожалуй, это самое дурацкое в ее изменении: вкусовые предпочтения сошли с ума, выставляя ранее неприемлемые продукты, вроде оливок, безумно вкусными, и наоборот. Если бы могла, Шана питалась бы одним сыром, морепродуктами и шоколадом – остальное казалось куда безвкуснее. Зато стало понятно, почему о феях говорили: поклевала как птичка. Попробуй поесть, когда кусок в горло не лезет. Странно, что рыбы это не коснулось, и Шана по возможности разнообразила меню зеленью и морскими деликатесами.

   – Тогда возьми пирог с кетой, он всегда свежий.

   Себе Мелисса заказала мясной пирог и кофе и с дотошной аккуратностью расставила на столе приборы. Профессиональная деформация – тотчас отметила Шана. Пока ждали заказ, Мелисса окончательно расслабилась и разговорилась. Понадобилось просто верно поддерживать тему, задавая наводящие и будто ностальгические вопросы: помнишь, как на выпускном парни отожгли? Слышала, наша знаменитая парочка рассталась? Нет? Значит, врали безбожно. А та серая мышка выросла настоящей красоткой, кто бы подумал!

   С учебы Шана плавно перевела разговор на помолвку, а с нее и на работу, тем более повод нашелся: замуж Мелисса выходила за метрдотеля. Вроде даже по большой любви, если верить сияющим глазам счастливой невесты. По ее словам, большинство гостей жениху в подметки не годились!.. А какие гости? Разные встречались. Вот, например, мистер Брауни терпеть не может ни пылинки в номере, а мистер Крипс…

   Спустя час и две чашки кофе фея знала, на каком этаже останавливается Винтер, кто заходит к нему в гости и когда он в последний раз снимал номер. По всему выходило – вчера, люкс, и никуда съезжать не собирался. Из гостей к Винтеру заходил кузен, но хоть они и улыбались друг другу, между ними всегда звенело от напряжения. Была еще невеста «в отставке», как назвала ее Мелисса, донеся новые слухи. Что-то у них там не срослось. Официально о разрыве помолвки не говорили, но прислуга шушукалась, что в прошлом месяце Винтер выставил ее в коридор посреди ночи.

   У Шаны аж свербело взлететь и посмотреть, что там с люксом, и она ёрзала на стуле, не зная, куда себя деть. Мелисса и в самом деле могла кого угодно заболтать до смерти, но уйти вот так сразу было бы слишком подозрительно. Спас фею телефонный звонок: метрдотель попросил возлюбленную принести ему из дома рубашку – запасной нужного размера не оказалось, а на эту капнули соус, и Мелиссе пришлось поспешно раскланяться и уйти.

   Так торопилась, что даже номерами не обменялись! Оно и к лучшему. О встрече девушка, скорее всего, скоро забудет, что немудрено перед свадьбой. А встретит настоящую Джудит – пройдет мимо.

   – Снова вы? – охранник в Облаках стал еще подозрительнее. Шана виновато улыбнулась, теребя плетеный с деревянными бусинками браслет, новогодний подарок Рози.

   – Можно мне зайти? Кажется, я сережку где-то тут потеряла.

   – Какую из? – справедливо уточнил мужчина. А он был внимателен, в ушах у нее их было целых три.

   – Серебряную, в виде полумесяца. Мама подарила на совершеннолетие. Вторая вот, – глазом не моргнула Шана, показывая мочку. Охранник покачал головой, но посторонился, пропуская. Хотела бы фея натворить дел, напакостила бы в прошлый раз. А так…

   Лифт домчал ее до самого верха. На двери стоял электронный замок, но с этой моделью Шана была знакома, и пароль администратора в ней не менялся, так что на крышу она попала без проблем. Поморщилась от резкого порыва ветра – а тут холоднее, чем внизу! – и плотнее запахнула куртку.

   Деловой центр был ниже Королевского Двора, всего пятьдесят этажей, но и отсюда вид открывался впечатляющий. Огромный город выглядел как игрушечный: мосты, трассы, здания. Крохотные машинки и фигурки людей, снующие по дорогам темными точками. В ясную погоду, как сегодня, всё было прекрасно видно! А вчера, наверное, Грейтаун целиком скрыл туман.

   Шана подошла к краю, вскочила на парапет. До изменения она боялась высоты, а теперь каждый раз старалась забраться чуточку выше. Это была свобода – целый мир перед ней, и лети куда захочешь!

   – Девушка, что вы делаете, это опасно! – окликнул ее хриплый обеспокоенный голос от дверей – кто-то невовремя вышел покурить.

   Шана, больше не медля, шагнула вперед. Секунда свободного падения, и крылья, хрупкие только с виду, привычно раскрылись, подхватывая ее на воздушных потоках. Интересно, незадачливый курильщик побежит к охраннику рассказывать о ее полете? Даже если так, тот предпочтет выругаться на обнаглевших измененных и оставит всё как есть, ведь нигде не написано, что выходить из здания Облаков можно только через дверь.

   Мужская фигура у парапета стремительно отдалялась, и Шана подлетела к Королевскому Двору.

   – Как успехи? – коснулась она мушки.

   – Камеры с пятидесятого этажа и выше отключены, – отрапортовала Тайга, сработав как всегда четко и пунктуально.

   – Отлично.

   Шана взлетела еще выше. Люкс тут был один, с широкими панорамными окнами с видом на Озеро Слёз, и фея облетела номер, запоминая детали. Окна не открывались во избежание неприятных сюрпризов и были ударопрочными, а стеклянная балконная дверь вела на превращенную в зеленый сад террасу с шезлонгом. В самом номере стояла система вентиляции последней модели: не то что человек – мышь не пролезет. Как ни посмотри, а попасть внутрь можно было только через входную дверь. Если ты, конечно, не излишне любопытная фея, которой здесь по всем правилам быть не должно.

   А сам люкс хорош! Две или три ее квартиры, если не больше. Фея опустилась на террасу и приблизилась к окну, разглядывая интерьер: мягкие диванчики, в которые так и хотелось провалиться, барная стойка, кровать невероятных размеров с целым ворохом белых подушек. Тут даже было джакузи, прямиком у окна. Ну да, чего уж стесняться!

   – Сможешь найти записи с камер наблюдения за коридором люкса? Посмотрю, были ли у Крипса гости с вечера, – попросила Шана и уже собиралась взлететь и с комфортом разместиться на крыше в ожидании ответа, когда заметила в люксе движение.

   В номер вернулся Винтер. Рановато. По прикидкам Шаны, рабочий день еще не закончился. Но если вспомнить, что это первые дни после напряженного проекта, можно понять. Вживую, без дурацкого пальто с поднятым воротником, он выглядел лучше, чем на видео. Разве что более усталым: когда ему не приходилось держать лицо, мужчина вел себя естественнее, и, похоже, сейчас был всерьез обеспокоен. И раздражен. Винтер подошел к окну, на ходу снимая пиджак и ослабляя узел на галстуке, а затем и вовсе небрежно бросил его на диван. Потянулся к запонкам…

   Становилось всё интереснее! Шана наблюдала за неспешным разоблачением и не думала улетать. В конце концов, с него не убудет, если она посмотрит, а свежие отметины на теле – например, царапины на спине от пылкой любовницы, – помогут объяснить желание заказчика узнать о прошедшей ночи. А заодно намекнуть, куда рыть, потому что у Шаны заканчивались идеи. И почему нельзя было рассказать о причинах, а не строить тайны на пустом месте?

   Спина у Винтера оказалась хороша на загляденье, но, увы, без намека на активную личную жизнь. Можно было смотреть и дальше, и, честно признаться, именно этим Шана и собиралась заняться, чтобы скоротать время, но тут мушка снова пикнула, возвещая о входящем звонке.

   – Отправила записи с камер тебе на почту, загрузятся через минуту. Ты уже на крыше?

   – Сейчас буду, – шепнула Шана.

   Задница работодателя, как бы отлично она ни выглядела, не была причиной подводить подругу. Но прежде чем фея успела взлететь, Винтер отпустил так и не снятый ремень и резко повернулся к окну.

   – Кто здесь? – угадывалось по движению губ. Он смотрел прямо на нее.

ГЛАВА 2

Винтер

   Сегодняшний день можно было смело относить к самым странным дням за последние несколько лет. Чуднее был только неудачный поход в горы в студенчестве. Там Винтер надышался свежего воздуха, потерял сознание и сорвался со скалы. Ему снились полет в облаках, ветер в лицо и мучительная боль от прорвавших спину крыльев вместе с пьянящей свободой, ради которой и боль потерпеть не страшно. Как объяснил потом дед, крыльями оказались сломанные ребра, а сам парень едва выжил, чудом застряв в расселине между камнями.

   Сейчас он чувствовал себя таким же везунчиком. Винтер был уверен, что его ночное приключение известно всем и каждому, и в офис заходил, мысленно прощаясь с креслом наследника компании. Он даже новостную ленту просматривал каждые четверть часа, ожидая сенсационные заголовки вроде «Наследник Бионик-групп изменился» или «Кровавая тайна Винтера Крипса». Но день проходил как обычно: на столе ждала гора бумаг на подпись, длинноногая секретарша Офелия строила глазки Рику и чирикала по мушке, усиленно делая вид, что работает, а мистер Крипс-старший ближе к вечеру прислал приглашение вместе отужинать. Судя по выбранному ресторану с уютной романтической обстановкой, Винтера ждало знакомство с очередной милой девушкой, которую ему прочили в невесты.

   Спасибо, прошлой хватило. Разрыв помолвки вышел не сказать что болезненный – все-таки Катрин Брукс не была любовью всей его жизни. Но измена неприятно ударила по самолюбию, и заводить новые отношения Винтер не спешил. Он отказался от встречи, сославшись на плохое самочувствие, но отвязаться от председателя было непросто. Крипс-старший появился в его кабинете к концу рабочего дня. Зыркнул на сопровождающего его врача, чтобы тот оставил их, и подъехал к столу.

   – Рик, заканчивай на сегодня, – Винтер тоже выдворил сидящего у противоположной стены помощника. Приказывать его непосредственному сотруднику Крипс-старший не стал, но явно хотел поговорить с внуком наедине.

   Несмотря на достойный возраст – далеко за семьдесят – седину и проблему с ногами, назвать председателя стариком не поворачивался язык. На самом деле Крипс-старший даже ходить мог сам, опираясь на трость. Но, когда нужно было давить на жалость, всегда появлялись инвалидное кресло и этот слабый болезненный вид. Первое время на Винтера действовало безотказно, но постепенно выработался иммунитет.

   – И кто будет ждать нас в ресторане? – спросил он, отложив в сторону еще не подписанный договор.

   Последнюю редакцию он предпочитал проверять сам. Один раз чуть не прозевали, что заказчик изменил сроки, и, если бы не дотошность Винтера, всех ждала бы сверхурочная работа.

   Председатель недовольно поджал губы. Пожалуй, внук был единственным, кто мог разговаривать с ним в таком тоне и не вылететь с работы. С другой стороны, именно такой руководитель и нужен был Бионик-групп: не подхалим, с твердой уверенностью в собственных силах.

   – Фелиция Эванс, племянница моего старого друга, – не стал отпираться он. – С отличием окончила столичный университет по направлению химии, несколько лет проработала на островах, недавно вернулась. Я принял ее в Бионик-групп в исследовательский отдел.

   – Надеюсь, она не подведет твои ожидания, – кивнул Винтер, соглашаясь с решением. Купить диплом в столичном университете было непросто даже за очень большие деньги, так что можно было рассчитывать на хорошего специалиста.

   – Мне показалось, тебе будет интересно с ней пообщаться, – закинул удочку Крипс-старший, проезжая вдоль стола и поглаживая дубовую столешницу. – У нее любопытные задумки, как улучшить бизнес-процессы.

   – Если ты настаиваешь, я готов рассмотреть ее предложение. Пусть подготовит презентацию, и я приглашу мисс Эванс на следующее собрание по развитию, – ровно ответил Винтер.

   – Собрание по развитию? – председатель позволил себе кривую ухмылку, хоть ноздри гневно раздулись. Винтер ходил по тонкому льду. – Отлично. Но дружеского ужина оно не отменяет.

   Он нажал на кнопку на кресле, и перед Винтером появилось голографическое изображение симпатичной подтянутой брюнетки в строгом белом костюме. Короткая стрижка, островной загар, очки в изящной оправе, скромные серьги-гвоздики в ушах…

   Надо же, ему постарались найти полную противоположность вызывающе эффектной Катрин!

   – Я не заставляю тебя завтра же жениться. Всего лишь ни к чему не обязывающая беседа.

   – Спасибо, но откажусь.

   Винтер был против свиданий вслепую, а со знакомыми лучше было не связываться. Потом не знаешь, как отказать, чтобы не обидеть.

   Крипс-старший сощурился и наклонился вперед.

   – Это всё из-за Катрин? – требовательно спросил он, понизив голос.

   Он старался отвлечь внука от сорванной помолвки и, если бы не просьба Винтера не вмешиваться, просто раздавил бы Бруксов, не посмотрев ни на выгодный контракт с их фирмой, ни на давнее знакомство. А уничтожить их было несложно. Процессоры, которые выпускали Бруксы последний год, были заточены под аппаратуру Бионик. Брукс прогорел бы раньше, чем нашел другого покупателя.

   Правда, на какую-то минуту у Винтера промелькнула мысль о мелочной мести. Промелькнула – и пропала. Куда выгоднее было через неверную невесту выбить скидку: Катрин прекрасно осознавала, что натворила, и была готова пойти на уступки. А из своего отца она веревки вила, так что новый контракт получился куда интереснее предыдущего.

   – Катрин тут ни при чем. И напоминаю, свадьба была изначально твоей идеей. Поэтому давай закончим на этом.

   – Нет уж, давай поговорим! – Крипс-старший остановился прямо напротив него. – Меня не устраивает, что из-за одной взбалмошной стервы ты поставил на себе крест. Что она тебе сказала?

   «Ты скучный до зубовного скрежета». Озвучивать Винтер, разумеется, не стал.

   – Давай не будем обсуждать мою личную жизнь на рабочем месте, – настойчиво повторил он.

   – А пока и обсуждать нечего, – многозначительно заметил Крипс-старший. – Но это дело поправимое. Если ты не забыл, через пару месяцев юбилей компании. Я приглашу Эвансов. Надеюсь, к тому времени ты достаточно успокоишься, чтобы составить Фелиции компанию. И не спорь, наследник Бионик-групп обязан присутствовать на таких встречах.

   Дальше разговор не без помощи Винтера свернул на дела компании, и Крипс-старший оставил кабинет в приподнятом настроении: акции росли, заказы поступали, а новые работники проявляли рвение – о чем еще можно было мечтать?..

   Винтер, например, мечтал оказаться ото всех подальше, включая собственного деда, и привести мысли в порядок. У его дома до сих пор дежурили журналисты, надеясь выцепить подробности их размолвки с Катрин, так что Винтер направился прямиком в отель. В Королевском Дворе он, по крайней мере, мог не опасаться чужих любопытных взглядов… Именно так он думал до последнего момента.

   Паранойя, что ли? Расстегивая рубашку, Винтер ощутил, что на него смотрят.

   – Сейчас буду, – женский голос, такой тихий, что впору принять за ветер, донесся до его уха, и Винтер обернулся. Показалось, что шевельнулись ветви кипариса в декоративном саду.

   – Кто здесь? – Он распахнул стеклянные двери и стремительно вышел на балкон. Неужели кто-то проник в номер, пока его не было?

   Нос уловил свежий запах фрезий, которого здесь быть не могло – прислуга отеля никогда не пользовалась духами, но сад оказался пуст. Чужак не прятался за кустами, и в номере тоже никого не оказалось, хотя Винтер перепроверил все углы, чтобы не вышло неприятного сюрприза. Затем нажал кнопку вызова охраны:

   – Проверьте, кто входил в мой номер с восьми утра до шести вечера.

   О дальнейшем должен был позаботиться отель.

   Винтер все-таки добрался до водных процедур, хоть и предпочел быстрый душ дуракавалянию в джакузи. Вчера уже отдохнул: уснул в воде, а проснулся в подворотне. Сегодня он планировал спать в кровати: закрыл двери, входные и балконные, проверил окна. Дождался отчета службы безопасности: днем в люксе прибиралась прислуга, больше никого камеры не заметили. Что ж, выходит, показалось. Обоняние сыграло с ним дурную шутку.

   В люкс постучались.

   – Ваш ужин, сэр.

   Винтер запоздало вспомнил, что заказал «как обычно». В Королевском Дворе готовили изумительный филе-миньон с грибным соусом и насыщенный черничный чизкейк. Пожилой официант ловко расставил на столике блюда, открыл бутылку Шато Латур.

   – Приятного аппетита. – Он вышел так же тихо, как пришел, оставив хозяина номера в одиночестве.

   Если подумать, за день Винтер так нормально и не поел. После неудачного перекуса в забегаловке у Изнанки его мутило от одной мысли о еде. Немного помогал крепкий черный кофе, но есть всё равно не хотелось. И только теперь Винтер почувствовал голод.

   Выглядело филе идеально, а вот запах показался каким-то чудным. Пресным, что ли? Винтер отрезал мяса, прожевал, макнул другой кусочек в грибной соус… Будто картон проглотил. Испорчено? За все ужины в Королевском Дворе этот был наихудшим.

   Винтер отставил тарелку, потянулся было вызвать официанта, чтобы блюдо заменили, и замер. А с мясом ли проблема?

   Первый признак изменения – другой вкус. Привычная еда становится совершенно невыносимой, запахи – чуждыми. Винтер сглотнул и отломил чизкейк. Нет, всё в порядке. Пирог сладкий, как обычно. А вино… Винтер сделал глоток и сразу выплюнул, схватившись за горло и задыхаясь. Одной рукой нащупал стакан воды, выпил махом. Немного отпустило, и он смог дойти до кухни, натыкаясь на все углы, и припал к крану, как умирающий в пустыне к живительной влаге. Горло нещадно саднило, словно вместо вина в бутылку подлили уксус.

   Когда перестало жечь до искр из глаз, Винтер выпрямился и попробовал что-нибудь сказать. Язык ворочался с трудом, поначалу вырывались невразумительные сипы, затем они сложились в слоги и слова, по большей части нецензурные – тут даже его безупречное воспитание не помогло.

   Можно было продолжать обманывать себя и дальше, но Винтер Крипс изменился. И ему предстояло узнать, кем он стал.

***

Шана

   – А я говорила быть осторожнее. Хорошо, что наниматель тебя не заметил. Потеряли бы и заказ, и доверие.

   Тайга поставила перед Шаной свежезаваренный мятный чай, а сама забралась с ногами в кресло. Она успела принять душ, переодеться в домашний халатик, и теперь развесила перед собой экран, чтобы свести баланс за прошлый месяц. По мнению Тайги, «Крылья помощи» уходили в минус, но, когда она начинала считать, откуда-то набегали мелкие заказы, покрывающие траты на аренду и коммуналку.

   – Доверия у него к нам и так нет. Иначе рассказал бы, что искать. Я скоро свихнусь с этим пустым коридором. – Шана потерла глаза, по второму кругу на ускорении просматривая записи с камеры наблюдения. За весь вечер появился официант с подносом, да прислуга отряхнула метелкой светильники в коридоре.

   – Может, расскажешь гипотезы? Одна голова хорошо, а две лучше.

   – Нет у меня никаких гипотез. Я в тупике. – Не отрывая взгляда от экрана, фея закачалась из стороны в сторону, так и норовя свалиться со стула. – Пока всё вычеркиваю. Разгульную вечеринку, например.

   – А что насчет бурного примирения с невестой?

   – Невеста не приходила, если я не пропустила, конечно. Никто не заходил, никто не выходил. Замкнутый круг, какой-то. – Шана простонала, взлохмачивая волосы, и, опомнившись, обернулась на спальню. Рози уже спала, не хватало разбудить ее шумом.

   – Она крепко уснула, не волнуйся, – проследила за ее взглядом Тайга. Девочка вымоталась на тренировке, а после еще домашнее задание делать пришлось. Немудрено уснуть прямо за столом – Тайга помогала ей переодеваться и умываться уже в полудреме.

   Мама с дочкой переехали к Шане в прошлом году, почти сразу после трудоустройства Тайги на работу. До этого они снимали комнату в общежитии, а еще раньше жили в центре Рабочего района в собственном двухэтажном доме.

   Это была приличная показательная семья: супруги работали в Бионик-групп в службе информационной безопасности, Рози посещала многочисленные секции вроде рисования и плаванья и частную школу. Совместные ужины, выходные на природе… Да, разговоров по душам не было, но им вполне хватало разговоров о работе. В какой момент Гейб стал сливать информацию на сторону, Тайга не знала. Зато хорошо помнила, как в хищении обвинили ее, и на очной ставке муж подтвердил лживые обвинения.

   Бывший муж. Его жадность стоила им семьи, дома и работы. Доказать собственную невиновность Тайга смогла, а вот удержаться в Бионик-групп – нет. К тому же судебные издержки, компенсация причиненного компании ущерба… Виновника хищений ждала тюрьма, а Тайгу и Рози – улица и полуголодное существование.

   Когда Шана встретила бывшую айтишницу, та подрабатывала на кассе в низкопробной забегаловке, коих в Изнанке было превеликое множество. Тогда она поймала за руку мошенника, пытавшегося одурачить ее коллегу. В тот раз Тайга была такой крутой!..

   – Не смотри на меня этим взглядом, – поежилась подруга, отгораживаясь от Шаны экраном.

   – Каким?

   – Будто я всё знаю. Я не предсказатель, а аналитик. Если у тебя нет зацепок, то ничем помочь не смогу. Пока мне видится, что прошлую ночь Крипс проспал в отеле. Ему приснился кошмар, он напугался и теперь сам не знает, где правда, а где ложь. Нагнал туману… Устроит тебя такой ответ?

   Она охнула, когда Шана, ослепительно улыбнувшись, яростно закивала и бросилась ее обнимать. Тайга едва успела руки убрать, чтобы не задеть крылья. Правда, задела бы – не страшно, сто раз задевала, но всегда вздрагивала от мысли, что может их порвать. Фея только хихикала на это. Крылья были куда крепче, чем казались на первый взгляд.

   – Да что с тобой такое?!

   – Ты гений, я тебе всегда говорила, – затараторила Шана. – Туман! Вчера ночью был туман. Тайга, мне нужны записи с наружных камер.

   – Думаешь, кто-то пробрался к нему с воздуха? – догадалась подруга.

   – Уверена. – Фея снова вернулась на свой неудобный стул, но в куда более приподнятом настроении.

   Дальше дело пошло быстрее. Камеры с лучшим обзором нашлись на здании Облаков, и Тайга взломала доступ к их системе быстрее, чем Шана выпила чай. Хорошо, что три последних дня сохранялись в истории! Просматривали видео девушки вместе, на перемотке, и, чтобы откровенно не зевать, совершенно неприлично хихикали над рассказом феи о спине мистера Крипса и о том, что ниже. На рассказе о крепких булочках Шана резко оборвала смех.

   – Стоп. Смотри, тень!

   – Где?

   – В правом верхнем углу, там, где балкон. – Шана подалась вперед, вглядываясь в изображение, хотя куда проще было увеличить картинку. – Сможешь сделать четче?

   – Попробую, – пальцы Тайги запорхали над клавиатурой. Дома она работала на старой, физической модели, подключавшейся к виртуальному экрану через мушку. Ей нравилось слышать перестук клавиш.

   Наконец раздался завершающий щелчок, и Тайга довольно потянулась.

   – Ну вот, почти готово. Минутку… – она вывела получившуюся картинку на экран, развернула угол к Шане и замерла, разглядывая, что получилось. Фея тоже несколько секунд молча пялилась на экран.

   – Это то, что я думаю? – наконец выдавила она.

   – Если ты думаешь то, что думаю я, то да, – медленно кивнула Тайга. – И кто из нас произнесет это вслух?

   – Похоже на безумие, да? – растерянно посмотрела на нее Шана. – А теперь скажи, как мы будем объяснять Винтеру Крипсу, что его похитил дракон?

***

Итак, драконы. Благородные ящероподобные создания, извергающие огонь. Шана провела в Изнанке половину жизни, но никогда не видела никого из них. Да и неудивительно. Изменение не так уж сильно меняло человека физически, скорее, модифицировало то, что уже было. Выросшие крылья отобрали у Шаны десяток фунтов. Были те, кто из-за изменения подрастал на пару дюймов или, наоборот, становился ниже и крепче. Но в целом рост и вес менялись не сильно.

   А тут – дракон! Мог ли это быть изменённый? Тогда закономерный вопрос, каким образом он придерживался закона сохранения массы. Или Перелом пошел дальше, вызывая в мир легендарных существ? Даже думать о таком было волнительно!

   Шана повернулась на живот и сложила крылья на спине, глядя за окно на звездное небо. Как же хотелось встретить настоящую магию! Она мечтала о ней с самого детства. С первой прочитанной сказки о волшебниках, хрустальной туфельке, ковре-самолете… Измененные никогда не казались ей отвратительными. Наоборот, феи и гномы, эльфы и дриады – все они будто сошли со страниц ее сказок, и Шана, как завороженная, следила за новостями Перелома. Может, поэтому, когда сама изменилась, не расстроилась, ведь стала на шаг ближе к волшебству. Она хотела попасть в сказку, а сказка пришла к ней сама.

   После ее водили на прием к психологу: стандартная процедура для каждого измененного. Десяток тестов, расспросы о том, как фею приняли близкие, антидепрессанты при необходимости. Спасибо, ей не понадобились. Шана была разочарована сеансом. «Девочка хочет спрятаться от реального мира», – сказала тогда врач ее родителям, не поверив, что можно просто принять изменение как данность. Ей назначили сеанс душеспасительных бесед, от которых клонило в сон. Они были ложью. Всё, чего хотела Шана – доказать, что она не монстр. Что все, кто изменился – обычные, просто другие.

   «Я ненавижу эти крылья. Это они, они сломали меня…»

   Шана резко открыла глаза. Похоже, она задремала, раз ей приснился кошмар. Фея невольно взглянула на руки: чистенькие, а не по локоть в крови. Она по-прежнему спала на своем диванчике у окна, а из комнаты доносилось тихое бормотание Тайги – у подруги была привычка разговаривать во сне.

   Хорошо, что за Шаной такого не наблюдалось. Некоторые тайны лучше было держать при себе.

   Она прокралась на кухню, налила стакан молока. Зубы стукнули о край стакана, когда она попробовала сделать глоток. Только сейчас Шана обратила внимание, что пока наливала, расплескала молоко на футболку, шорты, пол. Рука со стаканом задрожала еще сильнее.

   Ллойс давно ей не снилась, и эти воспоминания выбили из колеи.

   Молоко она выпила из принципа, но больше не легла, сна не было ни в одном глазу. Шана вернулась в гостиную и вновь развернула застывший кадр с камеры, разглядывая в дымке туманистые очертания зверя. Провела пальцами по мощным крыльям, заставив голограмму мерцать.

   – Значит, дракон.

   Лучший способ отвлечься – найти другую проблему, а одна как раз маячила перед глазами. Зачем дракону их наниматель? На прекрасную принцессу мистер Крипс не тянул, вряд ли зверь мог настолько ошибиться. И Шана глубоко сомневалась, что дракона можно науськать на кого-то, как собаку. Да и зачем похищать, если куда проще избавиться прямо в отеле. Один драконий укус, и тут не клочки по закоулочкам – мокрое место останется!

   Интересно, кстати, куда дракон делся потом?

   Шана подключилась к городской сети камер и азартно завозилась с настройками. Тут и взламывать не надо было, записи хранились в общем доступе, главное, подгадать нужное время. Она настолько увлеклась, что голос Тайги над головой заставил подпрыгнуть и едва не свалиться с дивана.

   – Три часа ночи. Ты чего не спишь? – сонно уточнила подруга, вставшая попить водички и заставшая фею сосредоточенно пялящейся в экраны.

   В воздухе висело несколько разномастных окон: от записи с камер до новостной ленты, а по городской карте тянулась пунктирная линия. На диванчике рядом с Шаной лежал початый пакет с кольцами кальмара, откуда фея таскала перекус.

   – Прокладываю маршрут. Смотри, дракон вылетел из отеля, затем повернул налево: тут видна его тень, – соответствующий снимок был приложен к нужной точке на карте. – Потом он шел над трассой до самого банка. Нам очень повезло, что он был в Небесном городе, здесь полно камер на высотках. А вот дальше он выходит в Рабочий, и здесь с камерами проблема. Они все слишком низко. Я нашла только одно упоминание о драконе во вчерашних новостях, да и то в желтой прессе. Мол, в районе Большой Пристройки видели крылатого змея.

   Еще одна точка заняла место на карте, но тревожно пульсировала, выдавая сомнения.

   – Больше пока ничего.

   – Я тебе и так скажу, куда он летит. К Изнанке, – посмотрев на карту, уверенно заявила Тайга.

   Фея проследила направление маршрута. Ну, если протянуть линию, и правда попадет к ним. Но дракон над Изнанкой?..

   – Думаешь, его здесь не заметили бы? – засомневалась Шана. – Судя по размеру, тут ящерица ярдов пять-шесть длиной.

   – Ну вот и загляни к Кровавой Мэри, пусть поделится новостями. Если кто и знает, что происходит в Изнанке, то это он. Всё равно он тебе должен.

   – Тратить выигрыш на подобную мелочь?

   – Аванс от Крипса ушел на аренду, – безжалостно припечатала Тайга.

   Шана наморщила нос. На прошлых выходных Мэри поставил против феи в ночных гонках и продул. Спорили они на услугу, и Шана, всегда с трудом наскребающая деньги за предоставленную информацию, рассчитывала помариновать владельца самого известного в Изнанке бара и по совместительству организатора гонок подольше. Но, видно, не судьба.

   – Не ворчи. Ты просто выиграешь еще один спор. Это же не последние гонки сезона. – Тайга приобняла ее за плечи, и Шана, вспомнив о состязаниях, повеселела.

   – И то верно, – хмыкнула она и погасила мушку, разом выключив все экраны. – Загляну к Мэри утром. А ты кыш спать, пока Рози не проснулась, иначе нам обеим…

   Она очень натурально изобразила испуг, и Тайга, хихикнув, вернулась в спальню к дочери.

***

Бар «Черная дыра» находился в самом центре Изнанки и среди местных жителей носил далеко не столь благозвучное название. Днем бар был закрыт для большинства посетителей – вампиры исключение, им категорически не советовали находиться на солнце. Для остальных двери открывались ближе к вечеру, а к ночи измененных набивалось столько, что порой к барной стойке было не протолкнуться. Люди в Дыре тоже бывали, но любой конфликт между ними и измененными подавлялся в зародыше. Несмотря на дурацкое прозвище, Мэриан – владелец-вампир – очень строго следил за порядком. Может, поэтому Шана и стала завсегдатаем и с удовольствием проводила здесь выходные. Доверительные отношения с хозяином позволили ей получить код от замка на двери, и для нее бар был открыт круглые сутки.

   – Динь-Динь, никак твой бизнес прогорел, и ты решила поработать у меня? – заметил вошедшую в полутемный зал фею Мэри, протирающий граненый кувшин.

   Над ним тускло светила единственная лампочка, а в углу зала, вокруг столика, удобно расположившись на мягких креслах, играли в карты знакомые бледнолицые вампиры. На приглашение присоединиться Шана лишь покачала головой. Вист она любила, но не сегодня.

   – Не дождешься, – ответила она на предложение вампира и уселась на высокий табурет рядом со стойкой.

   С Мэри они были знакомы со школы, когда он был худеньким парнишкой с большущими черными глазами и вздорным характером, а не харизматичным вампиром (характер, впрочем, в лучшую сторону не поменялся). Тогда Мэри мечтал стать шеф-поваром в Небесном городе и посещал вечерние поварские курсы. Его избили до полусмерти, когда он возвращался с одного из таких занятий, а в больнице он очнулся уже измененным. С тех пор он больше не называл Шану по имени, только Динь-Динь, как фею из сказки.

   – Амброзии? – В его руках как по волшебству появилась оплетенная бутылка с безалкогольным вином.

   – Не пью с утра, – отказалась Шана.

   – Тогда томатный сок, – решил за нее собеседник и налил напиток в высокий стакан.

   Со стороны выглядело смешно, но стойка за барменом была забита не бутылками с алкоголем, а обычным соком. Алкоголь тут покупали только люди.

   Проехав по столешнице, стакан остановился вровень с Шаной, и она пригубила сок. Вкусный, но самую малость горчил.

   – Так зачем пришла? Просто потрепаться ты с утра не заходишь. – Мэри оперся о стойку, привычным жестом убирая длинную черную прядь за заостренное ухо.

   – Хочу забрать должок.

   – Уже? – невольно вырвалось у него, и Шана развела руками.

   – Можешь помочь забесплатно, – предложила она с затаенной надеждой. Было бы неплохо поймать приятеля на слове. Но увы.

   – Не дождешься, – опомнившись, вернул ей ответ вампир. – Должок так должок. Помнится, ты пугала, что найдешь мне задачку не по зубам. И в чем проблема?

   Шана покосилась на остальных вампиров. Те были заняты игрой и вряд ли слушали их треп. Да и если услышат, что с того?

   – Знаю, прозвучит странно, но в последнее время никто не рассказывал… о драконе? – спросила она с заминкой, наблюдая за реакцией собеседника.

   Мэри нахмурился и перегнулся через барную стойку, чтобы потрогать ей лоб.

   – Ты все-таки спятила. А я говорил, что увлеченность этими магическими штучками до добра не доведет, – с разнесчастным видом произнес он.

   Фея отшатнулась и скрестила руки на груди.

   – Значит, нет? – педантично уточнила она, проигнорировав оскорбление, и была вознаграждена за точность.

   – Я этого не говорил, – уклончиво ответил вампир. – Поговаривают, что видели ящера в районе «Пьяной Совы». Ну, там, где недавно оборотня грохнули. Честно говоря, я больше склоняюсь к тому, что это реклама конкурента: у них в последнее время посетителей меньше стало, да еще и проверка нагрянула, перетрясла всю бухгалтерию. Вот они и пытаются удержаться на плаву. Мол, смотрите, у нас даже дракон есть!

   – А он есть?

   – Да хрен поймешь, – отмахнулся Мэри. – Несколько человек видели тень в небе, так я тебе тень с помощью бумажки и прожектора за пять минут сварганю. Хоть дракона, хоть пегаса, хоть… как там эту, кошку с крыльями?

   – Мантикору.

   – Вот ее, да. А ты что пришла? Ты до мантикоры не дотягиваешь!

   Мэри отвлекся на любимицу бара, похожую на облако пуха красавицу Аннет, трущуюся о его ноги. Пока он кормил кошку, Шана неспешно допила сок.

   – Сможешь узнать детали про эту тень? – спросила она, когда Мэри спровадил Аннет к клыкастым приятелям. Было что-то умилительное в том, как белая кошка разлеглась на кресле, отодвигая одного из вампиров, пока он не оказался на самом краю.

   – Без проблем. Сообщу по мушке через пару часов, – принял заказ Мэри. – И что, это всё?

   – Всё.

   Шана хотела спросить, не видел ли он Винтера Крипса, но вспомнила правило трех «к» и промолчала.

***

Винтер

   – Так ничего и не написали? – раздавшийся за спиной голос Рика едва не заставил Винтера пролить на себя кофе.

   Он так старательно пялился в монитор, что не видел и не слышал ничего вокруг. А должен бы! С учетом, что сегодня проснулся от жужжания мухи в коридоре.

   – Не подкрадывайся, – проворчал Винтер.

   – И в мыслях не было! Просто вы сидели с таким задумчивым видом, словно чего-то ждали. Ответа от «Крыльев помощи»?

   Убедиться в своей правоте Рик не успел, Винтер свернул открытое окошко сообщений.

   – Вовсе нет, это по работе. – Врать он никогда не умел, и, судя по скептическому взгляду Рика, в этот раз тоже не получилось. Винтер откашлялся. – Что насчет Крыльев, я нисколько не волнуюсь: назначенный срок истекает завтра. Уверен, они ответят, а не сольются с деньгами.

   – Отзывов о них мало, но хорошие. В худшем случае вам просто вернут аванс.

   – Лучше бы нашли информацию, – покосился на помощника Винтер.

   – А может, лучше бы не нашли? – так же спокойно ответил Рик и пояснил: – Сейчас вас никто ни в чем не обвиняет. Если госпожа Шана ничего не откопает, почему бы не посчитать случившееся ночным кошмаром? Ведь больше ничего странного не происходило? – уточнил он, понизив голос.

   Хоть они были в кабинете вдвоем, нельзя недооценивать Офелию. Она обладала удивительной способностью пропускать мимо ушей всё важное, сказанное лично ей, но подслушивать чужие секреты.

   Признаться в изменении вкуса и усиленном в разы слухе Винтер не был готов.

   – Нет.

   – Ну вот и отлично! – с облегчением выдохнул Рик. – Уверен, завтра вы со спокойным сердцем забудете о визите в Изнанку.

   Мушка пиликнула, сообщая о входящем сообщении.

   – Или сегодня, – пробормотал Винтер, увидев имя отправителя.

   Еще минуту назад он в нетерпении ждал ответа, а сейчас с удовольствием отложил бы встречу на день. Когда ничего не находят, тянут до последнего. Шана предлагала встретиться в обед и обсудить его запрос. «Где вам будет удобнее? Я в Рабочем, в нескольких кварталах от Бионик-групп».

   Где удобнее, где удобнее… Винтер побарабанил пальцами по столу. Ну не в офис же ее звать, начнутся ненужные разговоры, что у него делала фея. А самому ехать в Изнанку не было ни малейшего желания.

   – Забронируй к часу отдельную кабинку в «Белой сливе», – сказал он Рику. Так у него оставалось достаточно времени, чтобы добраться до ресторана и не выглядеть, как бросившийся со всех ног мальчишка, которого поманили, и он побежал.

   – Вас отвезти?

   – Сам доберусь.

   Вчера Винтер не рисковал сесть за руль, но второй день подряд без машины выглядел бы подозрительно.

   И всё-таки он приехал раньше, чем рассчитывал. Успел заказать форель, запеченную с овощами. В «Белой сливе» изумительно готовили рыбу. И нет, он не специально читал о предпочтениях фей, просто выдалась свободная минутка, а статья попалась на глаза.

   – К рыбе подойдет белое вино. Позвольте порекомендовать Сансер Жади восьмилетней выдержки, – выслушав заказ, предложил официант.

   Винтер по привычке согласился. Запоздало сообразил, что для измененных алкоголь – яд. Вряд ли Шана обрадуется подобному гостеприимству, да и собственная реакция до сих пор отзывалась болью в горле.

   – И обычной воды, пожалуйста, – окликнул он официанта, и вскоре кувшин и два бокала стояли на столе.

   Дверь открылась ровно в час, и Шана, кивнув Винтеру, с вежливой улыбкой зашла в кабинку. А она не слишком заботилась о том, чтобы произвести на него впечатление: обычный повседневный макияж, вчерашний костюм – он хорошо на ней сидел, с этим было не поспорить, но на этом его достоинства заканчивались. Наверное, Винтер отвык от свиданий, где девушки не выглядели как сошедшие с обложек глянца модели. Правда, это было не свидание, а деловая встреча.

   Шана обернулась, посмотрев куда-то за свою спину, затем снова на Винтера.

   – У меня выросла вторая пара крыльев? Вы так рассматриваете меня, что неловко.

   – Простите, это было грубо с моей стороны, – опомнился он и встал, чтобы отодвинуть ей стул. – Добрый день, Шана. Я позволил себе сделать заказ на собственный вкус.

   – Не стоило. Вы, наверное, не знаете, но у фей свой рацион.

   – Ничего мясного, больше зелени и овощей, – блеснул мужчина знаниями. – Не волнуйтесь, я взял вам рыбу.

   Едва он договорил, как официант принес блюда, открыл бутылку вина.

   – Дальше я сам, – намекнул Винтер, и парня как ветром сдуло.

   – Насчет вина…

   – Не переживайте, на этот счет я тоже читал. – Винтер разлил по бокалам воду, и один из бокалов протянул Шане.

   – Если вы любитель вин, то можете пить, меня это нисколько не смущает. – Фея указала на оставленную официантом бутылку.

   – Но смущает меня. Я не привык пить в одиночку. Ваше здоровье, – подняв второй бокал с водой, отсалютовал он собеседнице.

   Шана пожала плечами и сделала глоток.

   – По вашему вопросу…

   – Предлагаю сначала поесть. С годами убеждаешься, что новости лучше воспринимаются после еды. Иначе аппетита, знаете ли, может и не быть.

   – Как пожелаете, – не стала спорить фея и, следуя примеру Винтера, принялась за еду.

   Удивительно, но Шана отлично знала, как обращаться с приборами. Винтер, конечно, не ждал, что она набросится на еду голыми руками, но ее манеры приятно удивили. Наверное, даже дед, вечно ворчащий на несоблюдение этикета, не нашел бы к чему придраться.

   – Благодарю, это было вкусно, – улыбнулась ему Шана, закончив с едой.

   Винтер поймал себя на мысли, что улыбка ей тоже шла. Не профессиональная натянутая, а вот такая, довольная и искренняя. Но улыбка вышла мимолетной – раз с обедом было покончено, настал черед серьезного разговора.

   Шана щелкнула по мушке, и перед Винтером появился запрос на обмен данными.

   – Здесь результаты расследования и кое-какие материалы. Просьба не обнародовать, откуда получены записи с камер, у «Крыльев помощи» свои секреты, – пояснила она, и Винтер позволил обменяться файлами.

   Не удержался, просмотрел. На видео была его гостиница и несколько незнакомых мест, судя по виду домов – в районе Изнанки.

   – Хорошо, внимательно изучу позже. – Он отключил мушку. – И что же вы нашли?

   Фея медленно выдохнула, сложила пальцы домиком.

   – Мистер Крипс, я прошу учесть, что всё далее сказанное сделано исключительно на основе фактов. Я понимаю, как нелепо это прозвучит, но такова правда.

   – И что же я увижу на этих видео? – с насмешкой приподнял брови Винтер, хоть ему было совсем невесело.

   – Дракона, – со спокойной уверенностью ответила Шана.

***

Шана

   Когда Шана вернулась в офис, Тайга сидела на ее месте, сортируя рабочую почту. Рекламные предложения отправлялись в корзину, предупреждение по повышению цен на аренду пометилось как важное – надо было посчитать, влезут ли они в новые суммы с их бюджетом, или пора искать новый офис. Было и два письма от клиентов, жаждущих встречи, их Тайга поставила в расписание.

   – Как прошло? – отвлеклась она на начальницу.

   Шана неопределённо мотнула головой. Разговор вышел совсем не таким, как она себе представляла. И мистер Крипс тоже не походил на сформированный в голове образ.

   – Он тебе не поверил и назвал мошенницей? Нам теперь ждать неприятностей? Ау, земля вызывает Шану! – помахала руками Тайга.

   – Нет, всё хорошо, – очнулась фея, сообразив, что подруга волнуется и ждет от нее подробностей. – Винтер принял работу. Поблагодарил.

   – Ты уверена, что рассказала Крипсу о драконе? – с сомнением уточнила помощница. Они проговаривали речь несколько раз, но, как ни крути, рассказ все равно звучал дико.

   – Да! И знаешь, что самое странное? – Шана сбросила ботинки и с ногами залезла в старое кресло. – Он выслушал всё с очень серьезным видом. Спросил только, знаю ли я какого-нибудь дракона лично. И когда я сказала, что нет, кивнул, словно что-то про себя решил. Это странно?

   – До жути, – тотчас согласилась Тайга. – Может, он немного того? Ну, знаешь, у богатых свои причуды. – Она покрутила пальцем у виска.

   – Да не заметно. В остальном он вёл себя вполне адекватно. Даже пообедать предложил.

   – Пообедать? – Тайга нахмурилась и окинула Шану пристальным взглядом. – А на свидание не позвал? Просто подумалось, вдруг он из тех придурков, которые считают, что все феи легкодоступны?

   – Не похоже, он вел себя слишком прилично. И нет, не позвал. – Шана потерла ноющие виски.

   На самом деле она с удовольствием встретилась бы с Винтером еще. Ей понравилась непринужденная беседа, которую он вел за обедом: он очень аккуратно спрашивал ее о жизни в Изнанке и даже поделился собственными воспоминаниями, как студентом попал на ночные гонки. Жаль, Винтер был старше ее на несколько лет, и в те годы Шана в гонках еще не участвовала. Могло бы выпасть забавное совпадение.

   – Так, я не поняла, ты сейчас расстроилась, что ли? Раз на свидание не позвал и работу принял, можно праздновать. – Взгляд подруги сделался подозрительнее. – Только не говори, что запала на Крипса. Этот орешек тебе не по зубам.

   – Не неси ерунды, и в мыслях не было, – немного слукавила Шана. Хоть она и гнала прочь мысли о Винтере Крипсе. – Просто этот дракон не дает мне покоя. Куда он делся? Не испарился же, в самом деле!

   – Ну возьми свою «стрекозу» и сделай кружок по району, поспрашивай местных, – не выдержала Тайга. – Всё равно встречу с новыми клиентами я записала на завтра, так что пока ты свободна.

   – А знаешь, я так и сделаю, – вскочила с кресла Шана. – Как думаешь, дракон влезет в гараж? – обернулась она у дверей.

   Тайга закатила глаза и махнула рукой. Лучше ничего не предлагать. А то с подруги и правда станется притащить дракона.

***

Винтер

   Ближайший рейс до островов отправлялся в девять вечера, и Винтер несколько раз порывался забронировать билет, но останавливался в последний момент. Он привык поступать, тщательно всё обдумав и взвесив, но сейчас не хватало времени. Слова Шаны расставили всё по местам. И пусть фея пришла к неверным выводам, не владея полной информацией, Винтер мог дать заключение сам.

   Наследник Бионик-групп – дракон! По-хорошему стоило уезжать как можно быстрее, пока его состояние не стало достоянием общественности. Такая громкая новость грозила подорвать репутацию компании и уничтожить самого Винтера.

   На островах, вдали от вездесущих репортеров и коварных родственников, у него был крохотный шанс, что всё образуется. Живут же с этим другие измененные? Он тоже научится контролировать зверя или, если повезет, найдет способ от него избавиться, и тогда сможет вернуться. Вот только в роли кого? Именно эта мысль не позволяла Винтеру сделать последний шаг. Он отдал компании больше десяти лет, строил планы по развитию, подбирал команду и развивал технологии. В какой-то степени Бионик-групп стала его детищем, неотъемлемой частью жизни. Лишиться в одночасье всего было слишком мучительно! Винтер прекрасно осознавал, что дед ждать не будет и побега не простит, назначит другого преемника. И вряд ли «любимый» кузен захочет уступить ему кресло председателя.

   Может, зря он волнуется? Надо просто подождать, и всё разрешится само собой… Винтер вытащил пилюли и налил в стакан холодной воды, намереваясь запить таблетки.

   «Полиция продолжает расследовать дело о жестоком убийстве измененного в Изнанке. Напоминаем, что обезображенное тело оборотня нашли накануне в одном из тупиков города. Владеющих информацией горожан просят подойти в участок лично или связаться по горящей линии…» – громко раздалось за стеной, врываясь в размышления, и мужчина чуть не расплескал воду.

   Внутри всё скрутило: вспомнилось, как он очнулся весь в крови. До разговора с Шаной он почти убедил себя, что ни в чем не виноват. Но если вместо человека в Изнанке бесновался дракон, тот вполне мог размазать оборотня по стенам. И что тогда? Идти, сдаваться полиции? Извините, я не уверен точно, но могу быть вашим разыскиваемым убийцей?

   – Офелия, уменьши звук и хотя бы сделай вид, что работаешь! А то твоя «работа» слышна даже сквозь звукоизоляцию! – прикрикнул на секретаршу Рик, а рука Винтера сама метнулась к билетам. К черту! В полицию он, конечно, не пойдет. Но он опасен для окружающих, а значит, надо уехать.

   – Руководство отделом временно передам тебе. Подготовь нужные документы к шести, чтобы я успел всё заверить, – одеревеневшим голосом предупредил он помощника, оплачивая покупку.

   – Вы действительно на это решились? – вскинулся Рик и оглянулся на дверь. Выбрался из-за стола, подошел к начальнику, чтобы не кричать через полкабинета. – Да что вам сказала эта Шана? Я думал, вы пошутили насчет самолета…

   – Я похож на того, кто любит шутить? – Винтер стиснул зубы, чтобы не сорваться на Рике. Тот точно был невиновен в его проблемах. – Дело не в Шане, дело во мне.

   – Вы очень нервный в последние дни, и это понятно. Любой будет нервничать в сложившейся ситуации. Но мы ведь выяснили, что с вами всё в порядке, ведь так?

   Винтер сжал пальцы в кулаки до побелевших костяшек, а собеседник продолжил причитать:

   – Зря я вас туда отвез! Наверняка эта фея – очередная аферистка, решившая развести вас на деньги. Вы рассказали ей, что с вами случилось, и теперь она шантажирует вас, так? Вы поэтому хотите улететь?

   – Прекрати. Я изменился, Рик, – хриплым голосом прервал его Винтер, больше не в силах скрывать правду. Хотя бы с кем-то поделиться, разделить эту ношу.

   Помощник резко замолчал. Он знал Винтера со студенчества и за годы сотрудничества и дружбы научился улавливать малейшие изменения в настроении. И злость, смешанная с отчаянием, была тому чужда.

   – Когда вы сказали, что изменились, вы имели в виду?.. – медленно произнес Рик, не сводя взгляда с Винтера.

   Мужчина кивнул, и подчиненный проглотил ругательство. Выдохнул.

   – Вы уверены? И… кем же вы стали? Я к тому, что у вас не выросли уши, не изменился цвет глаз или кожи, вы были сегодня на солнце и…

   – Если я скажу тебе, ты не поверишь, – остановил перечисления Винтер.

   – Сейчас самое время признаться. Мне всё происходящее кажется дурным сном, – покачал головой Рик.

   – Думаю, я – дракон.

   – Ха-ха, отличная шутка! – нервно рассмеялся Рик и, поймав внимательный взгляд начальника, уже без намека на смех закончил: – Но вы не тот человек, который любит шутить. – Он подобрался, посерьезнев. – Как такое возможно?

   – Хотел бы я знать.

   Немного отпустило. Стыдно признаться, но он боялся, что Рик сбежит из кабинета с криками. Не сбежал.

   – Шана в курсе?

   – Она в полной уверенности, что дракон меня похитил, – впервые за время разговора Винтер позволил себе короткую усмешку.

   – Так вы в ее глазах прекрасная принцесса? – Рик тоже нервно хихикнул.

   Винтер и на прекрасного принца-то походил мало: слишком крепкий, без намека на аристократический лоск. Крипс-старший часто сетовал, что внук пошел в отца, обычного увлеченного исследователя-археолога, погибшего в экспедиции через год после свадьбы. Еще спустя шесть лет миссис Крипс, уже тогда доктор наук, вернула девичью фамилию и отправилась путешествовать, оставив сына на попечение деда. Винтер встречался с ней раз в год, на годовщину смерти отца, и отношения оставались прохладными.

   – Что планируете делать дальше?

   – Для начала, как и сказал, уеду. – Когда в голове выстраивался план, было проще верить, что всё под контролем. – Сниму домик на островах, где побезлюднее, попробую разузнать побольше об измененных. Слышал, там даже община есть для новичков.

   – А что будет с Бионик-групп?

   – А что с ней случится? – эхом переспросил Винтер, и в груди заныло еще сильнее. – Дерек встанет на мое место. Тебя, скорее всего, переведут в другой отдел. Не уволят, не переживай, я попрошу председателя, чтобы он об этом позаботился. Конечно, у моего кузена свои планы и задумки, но Бионик-групп – крепкая машина и сможет работать даже под его руководством.

   – Работать и процветать – разные вещи, – тяжело вздохнул Рик. Для него двенадцать лет в компании тоже не были пустым звуком. – Не спешите рубить сплеча. Возьмите отпуск. Вы же за последние два года ни разу не отдыхали? Вот и уезжайте на месяц-другой проветрить голову. Председатель вас любит, уверен, он спустит это на тормозах. А там, глядишь, разберетесь со своим драконом…

   Отпуск? У Винтера даже мысли такой не возникло, наверное, потому что и правда давненько не отдыхал. А сейчас слишком зациклился на проблеме, и если бы не Рик... Все-таки хорошо, что он с ним поделился, теперь ситуация перестала казаться настолько безнадежной.

   – И как убедить председателя, что мне нужно отдохнуть?

   – С этим всё просто. – Помощник наклонился над столом, опершись о дубовый массив ладонями. – Напомните о мисс Брукс, и он сам посадит вас на самолет. Уверен, председатель поймет, как сильно вы страдаете из-за разрыва с невестой.

   – Но я не страдаю.

   – Страдаете. Сильно, – настойчиво повторил Рик. – Звоните председателю, если хотите успеть на рейс.

   Винтер развел руками. Мол, если ты настаиваешь…

   – Офелия, соедини меня с председателем, пожалуйста, – нажал он на кнопку вызова секретаря.

   – Одну минутку, – следом за бархатистым голосом Офелии послышалась мелодичная музыка, долгая минута ожидания, затем сброс звонка. – Прошу прощения, соединиться не удалось, – снова отозвалась секретарь. – Председатель не отвечает. Мне узнать, когда он сможет с вами встретиться?

   – Не нужно, я наберу его сам.

   Мужчина перешел на личный канал связи, но с тем же результатом. Он уже собирался отключиться и подняться до деда на лифте – с того сталось бы объявить день тишины и игнорировать всех и вся, но тут мушка пискнула, уведомляя о входящем звонке.

   – Добрый день! Мистер Крипс, верно? – женский голос был ему незнаком.

   – Всё верно. А вы?..

   – Фелиция Эванс, – представилась незнакомка.

   Их новая сотрудница и протеже деда, припомнил Винтер неудавшееся свидание. Неужели эта Эванс не могла дотерпеть до дня рождения компании? Уж там ему некуда было бы деваться, он был вынужден поухаживать за гостями. Но тогда – не сейчас.

   Винтер собирался достаточно резко осадить ее, напомнив, что не давал своего номера, когда Фелиция заговорила снова:

   – Вы только не волнуйтесь, но председатель в больнице. Мы вместе обедали, говорили насчет возможного сотрудничества Бионик-групп с компанией дяди, когда мистеру Крипсу стало тяжело дышать, и он потерял сознание. Врачи подозревают обморок из-за переутомления, но его оставили на обследование. Сейчас председатель спит, но, думаю, вам лучше приехать и узнать детали. Мне как постороннему человеку подробностей не рассказывают.

   Винтеру потребовалось несколько секунд, чтобы осознать услышанное, и он вскочил с места.

   – В какой больнице вы находитесь? – взволнованно уточнил он.

   – На углу Гриндрес и Редстоун. Отделение экстренной терапии.

   – Я скоро буду.

   Он отключил мушку и, подхватив с вешалки куртку, бросился к выходу.

   – Что случилось?

   – Дед упал в обморок. Перенеси все сегодняшние встречи. Я еду в больницу.

ГЛАВА 3

Винтер

   Когда Винтер был маленьким, дед казался ему непобедимым. Главой не только семьи, а огромной компании, которого все боялись и уважали. Каменным исполином, твердо стоящим на земле, несмотря на всевозможные катаклизмы.

   Но даже скалам свойственно разрушаться, и с годами здоровье подводило председателя всё чаще. Первый серьезный звоночек случился семь лет назад: у деда внезапно отказали ноги. Опухоль в спинном мозге, неоперабельная – вынесла вердикт коллегия врачей, но председатель Бионик-групп стиснул зубы и сказал, что его рано списывают со счетов. Он еще встанет на ноги.

   Силы воли Крипсу-старшему было не занимать. Спустя полгода терапии он действительно пошел, пусть и чередовал костыли и инвалидное кресло. Правда, не спешил принимать обратно дела компании, переложенные на старшего внука. Направлял Винтера, когда требовалось, присматривал, но не более.

   Опухоль не росла, угнездилась в позвоночнике и напоминала о себе редкими приступами, после которых дед по нескольку дней не вставал с постели. С годами оба Крипса научились воспринимать приступы как что-то обыденное. Председатель обходился обезболивающим, а больниц и вовсе избегал – ему вполне хватало личного врача.

   Сейчас Винтер проклинал себя за беспечность, за то, что повелся на диплом врача и образование вместо того, чтобы настоять хотя бы на полугодичном осмотре. На снимке размер опухоли не изменился, но она сдавливала крупные сосуды, и нарушение кровообращения могло привести к серьезным последствиям.

   – Минимум две недели в больнице, постельный режим. Я назначу физиотерапию и массаж, чуть позже подключим тренажеры, – предупредил Винтера заведующий, выдавая заключение. – На это время – никакой работы и стрессов. Знаю, мистер Крипс тот еще упрямец, но вам придется его убедить.

   – Я справлюсь.

   Они с дедом могли часами спорить, кто кого переупрямит, но сейчас от решения зависело благополучие Крипса-старшего.

   – Мне можно его увидеть?

   – Да, конечно, его уже перевели в палату. Попрошу медсестру вас проводить, – кивнул доктор. – Только не будите, вашему дедушке следует хорошенько выспаться. И вам, кстати, тоже. Выглядите неважно. Ничего не беспокоит?

   «Только то, что я в любой момент могу превратиться в дракона. А дракон в кабинет не поместится», – проглотил Винтер и покачал головой.

   Судя по скептическому взгляду, доктор ему не поверил, но настаивать не стал. Строгая медсестра в зеленом халате, от которой остро пахло пустырником, провела Винтера по бесконечно длинному коридору, в котором проще было потеряться, чем запомнить все повороты, и оставила у палаты. Эй, а обратно он как должен идти? Винтер не мог похвастаться фотографической памятью.

   Как и предупреждал заведующий, дед спал. К лежащей поверх одеяла руке была подсоединена капельница, аппаратура выводила на экран сердцебиение и уровень кислорода в крови. Заходить в палату Винтер не стал, чтобы не потревожить. Постоял в дверях, наблюдая за равномерным изменением полосы. Сейчас дед выглядел обычным крепким на вид стариком, и Винтер, как хороший внук, должен был сделать всё для его скорейшего выздоровления.

   Прикрыв дверь с другой стороны, Винтер прикоснулся к мушке и вызвал помощника.

   – Рик, уточни у Марго расписание на завтра. Пока председатель в больнице, я буду выполнять его обязанности.

   – А как же рейс?..

   – Какой рейс? – Винтер осекся. За всей этой беготней он забыл о собственном побеге. Да и как улетать, когда дед в таком состоянии?

   – Отменяй билет. Я остаюсь.

   – Понял, сделаю. – Судя по шуму и голосам на фоне, Рик уже разбирался с какими-то разом навалившимися проблемами. Как всегда: стоило председателю заболеть, и эта новость разносилась мгновенно. Акции неумолимо ползли вниз, журналисты начинали охоту за деталями... Но это хотя бы можно было объяснить. А вот как объяснить в эти дни активный спрос от, казалось бы, ушедших клиентов? Не иначе как законом подлости. – Хотел предупредить: Дерек в курсе и едет в больницу. Будет минут через пятнадцать.

   – Спасибо. Встречу его в холле.

   Не стоило пускать Дерека к председателю. Кузен не способен был постоять тихо, да и здоровье деда волновало его мало, каким бы хорошим внуком он себя ни выставлял. И если раньше Дерек просто боялся председателя, то с недавних пор злился, что наследником объявили не его.

   Чтобы не терять время, Винтер перехватил молодого медбрата и вежливо попросил проводить его к выходу. Дерека еще не было видно, зато у стойки с информацией крутилась знакомая незнакомка. Показанная дедом голограмма не сильно отличалась от оригинала: Фелиция Эванс была среднего роста, крепкая, с задорной прической. Вот только сейчас она не улыбалась, как на снимке, а хмурилась, что-то сосредоточенно выискивая на маленьком экране-наладоннике. Можно было пройти мимо, но это выглядело бы крайне невежливо – в конце концов, именно она сообщила о случившемся.

   – Добрый день, мисс Эванс. Спасибо, что позаботились о председателе. Я – Винтер Крипс. Приятно познакомиться.

   Он протянул ей руку, и Фелиция ответила неуверенным рукопожатием.

   – Вам не нужно меня благодарить. Любой на моем месте поступил бы так же, – без кокетства ответила она. – Как его самочувствие?

   – Будет лучше, когда поспит.

   Винтер подозревал, что, проснувшись, дед тотчас захочет покинуть больницу. На этот счет тоже нужно было отдать распоряжения. По крайней мере, попросить с ним связаться, чтобы он успел приехать и остановить.

   – Наверное, я не имею права спрашивать, но что сказал врач? Это переутомление или что-то серьезное? Здоровье нельзя откладывать на потом. Мой отец… – она осеклась, не договорив, и отвела взгляд. – Простите, я понимаю, что лезу не в свое дело.

   В другой раз Винтер, наверное, молча согласился бы с ней и ничего не сказал, но тут припомнил: несколько лет назад он присутствовал на похоронах мистера Эванса вместо деда. Для самого Винтера это была скорее деловая встреча. Владельца небольшой фармакологической компании он видел мельком, на мероприятиях, куда дед приглашал многочисленных партнеров, и потому соболезнования носили номинальный характер. Дань уважения знакомому семьи и финансовая поддержка от Бионик-групп. Но вот то, что мистер Эванс буквально сгорел на работе, запомнилось хорошо: несколько человек упоминали, как много он работал и упустил момент, чтобы обратиться к врачу. Винтеру отозвалось: у деда в тот момент случилось очередное обострение.

   Так что беспокойство Фелиции о председателе, скорее всего, было искренним, наложилось на воспоминания о собственном отце. Нет ничего хуже, чем знать, что можно было что-то исправить, но уже поздно.

   – Пока рано говорить о чем-то конкретном. Ему придется пробыть в больнице несколько недель, чтобы закончить обследование, – ответил Винтер.

   – Не думаю, что мистер Крипс будет доволен. Он очень… активный для своего возраста, несмотря на болезнь.

   – Не пытайтесь подобрать слова. Он тот еще упрямец, который терпеть не может сидеть на одном месте, – вместо Фелиции сказал Винтер. – Но даже он понимает, когда нужно остановиться и уступить.

   – Никогда бы не подумала, – вырвалось у собеседницы, и эта искренность вызвала невольную улыбку.

   – Неужели мой дед производит такое ужасающее впечатление?

   – Он скорее суровый, чем пугающий, – задумалась Фелиция. – Последние годы я провела на островах и немного отвыкла от таких людей: в нашей лаборатории каждый занимался своим делом, и, бывало, мы сутками ни с кем не общались. Это не то, что ужинать в приятной компании. – И опять ее слова не прозвучали ни упреком, ни намеком. – Спасибо, что рассказали о здоровье председателя, теперь мне немного спокойнее. Я пойду. Оставляю его на ваше попечение.

   – Вам вызвать машину?

   Это было меньшее, что Винтер мог сделать в ответ.

   – Не нужно. Я с дядей. – Она обернулась, выискивая кого-то взглядом.

   От автомата с кофе шел полноватый мужчина средних лет, уже начавший лысеть, но старательно скрывающей это зачёсом. Винтер его знал: Джонатан Эванс был заинтересован в проекте умного офиса и хотел установить что-то подобное в собственной лаборатории. Встреча была назначена на следующей неделе, и Винтер планировал поучаствовать в ней лично.

   Мужчины обменялись рукопожатиями.

   – Было бы лучше встретить вас при других обстоятельствах, мистер Крипс, – посетовал Джонатан доверительным басом. – Но человек предполагает, а жизнь располагает. – Он развел руками. – Надеюсь, председатель ненадолго задержится в этих стенах, и мы сможем отужинать все вместе. Вижу, вы уже познакомились с моей племянницей?

   – Да, дядя, – в голосе Фелиции послышалось предупреждение, и не только Винтеру.

   Джонатан усмехнулся и хлопнул ее по плечу.

   – Не бойтесь, молодые люди, сводничество я оставлю председателю. Мне куда интереснее ваша совместная работа. – Он повернулся к Винтеру. – К сожалению, на островах Фелиция была несколько стеснена в средствах и оборудовании, чтобы досконально развернуть исследования. Я готов помочь финансово, но вот подходящее оборудование есть только в Бионик-групп. Председатель рассказывал вам?

   – В общих чертах.

   Винтер не особенно вникал в речь деда, когда тот пафосно рассказывал о работе мисс Эванс. Вот там точно было сводничество!

   – Как известно, измененные плохо взаимодействуют с техникой. В их присутствии она постоянно сбоит, а то и вовсе перестает работать. Я пытаюсь найти и устранить причину или хотя бы экранировать ее, – вместо дяди пояснила Фелиция. – Председатель сказал, что я могу выдвинуть свое предложение и, если защищу его, надеяться на грант.

   – Я с удовольствием послушаю вашу презентацию, мисс Эванс. А дальше посмотрим, – согласился Винтер.

***

Шана

   Микроволновка сгорела. Шана поставила греться овощное рагу, когда та вдруг заискрила и вырубила электричество на всём этаже. О последнем Шана узнала из возмущенных криков соседей и поспешила выдернуть шнур из розетки, чуть не уронив микроволновку на ногу. Сунула в шкаф. Если зайдут, сделает вид, что понятия не имеет, что и где закоротило. Это была третья микроволновка за последние полгода, и Шана всерьез задумалась, не пора ли перейти на быстрорастворимую лапшу. Чайники жили не в пример дольше.

   – Какое счастье, что мушка не зависит от нашей сети! – искренне выдохнула Тайга, уплетая упомянутую лапшу и на всякий случай сохраняя сделанные расчеты.

   Ходить на обед в ресторан или хотя бы столовую с учетом поднятия арендной платы стало непозволительной роскошью, а готовить никто из них не любил. Хотя вечером всё равно приходилось, ведь Рози надо было кормить здоровой пищей, но обеды у девочки были в школе и куда приличнее, чем могли приготовить подруги.

   – Как думаешь, его можно есть? – Шана потыкала в так и не разморозившуюся до конца капусту, подцепила подвядший кусочек зелени. Может, и хорошо, что оно не разогрелось до конца. Оно и сейчас источало подозрительную тухлинку.

   Рагу отправилось в мусорную корзину, и в тот же момент дверь открылась и заглянула управляющая соседского ателье и по совместительству одна из совладельцев здания, миссис Хамминг. Несмотря на изменение, называть ее по имени ни у кого язык не поворачивался. На голове у нее был необычный шевелящийся тюрбан, под которым в рабочее время она прятала змей. Шана как-то столкнулась с ней вечером: от взгляда на медузу-горгону в камень не обратилась, но зрелище было не для слабонервных.

   – У вас тоже всё вырубило? – миссис Хамминг уставилась на погасшую лампочку, а затем обвела помещение зорким взглядом.

   – Ага, – вместо начальницы ответила Тайга. – Мигнуло, и с концами.

   – Небось опять поганцы с третьего этажа со своим оборудованием экспериментируют. Ну я им задам!..

   Она захлопнула дверь, и по лестнице раздались торопливые шаги.

   – Мне даже немного стыдно, – смутилась Шана: испортила она, а достанется другим.

   – Да брось, ей всё равно не откроют. И насчет электричества она права, нам постоянно сеть обрывают. Я уже раза три ловила скачки напряжения, когда там технику разгоняют.

   Дождавшись, когда шаги утихнут, Тайга вышла в коридор и щелкнула тумблер на распределительном щитке. Свет включился.

   – В этом доме слишком много измененных, чтобы техника работала нормально. Чудо, что электричество вообще есть, – добавила она, снова забравшись в кресло. – Может, с тобой поделиться? – она протянула Шане стаканчик с лапшой.

   – Не придумывай. Дойду до магазина, куплю булочку. Заодно к ужину что-нибудь возьму. – «Что-нибудь» в исполнении феи чаще всего подразумевало сладости. – Я ненадолго.

   – В три подойдет мастер Гарет! – напомнила Тайга, и фея чуть ускорила шаг.

   Ближайший супермаркет располагался за углом, покупателей в этот час было немного, и Шана задержалась у витрины со сладостями. Рози обожала помадки, Тайга предпочитала горький шоколад. Сама Шана любила экзотические вкусы морской соли, чили или имбиря, но кроме нее такой шоколад никто не ел, и приходилось идти на уступки. Да и состояние кошелька не позволяло гулять на широкую ногу.

   Она как раз подсчитывала, хватит ли ей на фунт конфет, когда кто-то подкрался сзади, а глаза закрыли большие ладони.

   – Угадай, кто? – пробасили над ухом.

   – Очень смешно, Бобби, – фыркнула Шана, выворачиваясь из лапищ приятеля.

   Орк тотчас развел руки в стороны, не удерживая: боялся нечаянно навредить. Не то чтобы полицейский не умел рассчитывать свои силы, но феи в его понимании были очень хрупкими. Нижние клыки приятеля слегка выступали вперед – угрожающе для тех, кто не знал, что это выражение дружеского расположения.

   – Я просто проверяю, насколько ты адекватна, узнаешь меня или нет. Птичка на хвосте принесла, что ты искала дракона. Знаешь, я не мешаю тебе искать подружку-фею, хоть это и глупо – искать того, кто не хочет быть найденным. Сколько там лет прошло? Пять?

   – Семь, – буркнула Шана. Ей было все равно, что думает на этот счет Бобби или кто-то другой. Она просто хотела снова увидеть Ллойс. Шана и агентство-то открыла, чтобы удобнее было заниматься поисками.

   – Тем более, уже семь, – кивнул Бобби. – Но с поисками своей подруги ты, по крайней мере, не влезаешь в авантюры. А дракон? Это, знаешь ли, показатель… – он покрутил пальцем у виска.

   – Мэри растрепал? – досадливо цокнула фея. Зря она надеялась, что вампир выполнит просьбу и обо всём забудет.

   – Не ворчи. Он просто предупредил, что у меня может не остаться соперницы в гонках, и я наконец-то заберу кубок. – «Вечно второй» Бобби изобразил, будто уже держит награду в руках и кланяется с ней перед зрителями. – Но, Шана, ты же не веришь, что дракон летал по Изнанке? – уточнил он с беспокойством.

   – Почему? – нахмурилась фея. – Он не может тут летать?

   Не хотелось признаваться, что она вторую ночь подряд пыталась отследить дракона, но безуспешно.

   – Ну… потому что он дракон? – ответил Бобби, как будто это было само собой разумеющееся.

   – Он – дракон, я – фея, ты – орк. В чем проблема?

   – Нет-нет. Я – орк, ты – фея, а он – плод твоего воображения и чьей-то глупой шутки. – Бобби ткнул пальцем ей по лбу. – Драконов не существует. Закон сохранения массы. Так что перестань вылетать по ночам из своего уютного гнездышка и спи спокойно.

   – Ты за мной следил? Снова? – возмутилась Шана, отступив на шаг.

   – Присматривал по дружбе и совершенно бесплатно, – поправил орк и перестал скалиться. – Я серьезен, Шана. Феи нынче в моде, и немало извращенцев хотят посадить вас в клетку. Не летай одна по ночам.

   – Кто-то пропал? – насторожилась она, уловив недосказанность в голосе.

   – Джесси помнишь? – понизил голос Бобби.

   – Ту рыжую малышку, которую ты бросил, а она в отместку татушку на задницу тебе набила, когда ты напился, и потом всем в Черной дыре рассказала?

   – Ага, – с кислой миной кивнул он. Позор в прямом и переносном смысле оказался несмываемым. – Вот ее второй день ищем. Но это между нами. Так что выкинь дракона из головы. Не удивлюсь, если его придумали, чтобы выманивать из дома наивных дурочек, верящих в волшебство.

   – А может, он просто ее сожрал?

   – Да ну тебя! – разозлился Бобби. – Я предупредил. Замечу, что ты в темноте по Изнанке летаешь…

   – Арестуешь?

   – Натравлю на «Крылья помощи» аудитора, – куда более весомо пригрозил он.

***

Нельзя сказать, что Шана испугалась слов Бобби, скорее, сказались последние дни недосыпа, и ночную охоту на дракона она проспала. На следующий вечер приболела Рози, они с Тайгой по очереди дежурили у кровати девочки. Еще через день настал черед еженедельных ночных гонок на мотоциклах. Стало не до дракона.

   Бобби в этот раз в гонках не участвовал – помимо Джесси, пропало еще несколько измененных, и полиция стояла на ушах. За ходом расследования Шана следила по новостям, но не вмешивалась. Конечно, «Крылья помощи» брались за любую работу, но преступления старались обходить стороной. Лучше она поможет мастеру Гарету найти бывшую жену – спустя полвека после развода, старик решил воссоединиться со второй половинкой.

   Ради такого дела Шана выехала в Рабочий: старик был крепким седым гномом с бородой с косичками, будто сошедшим с картинки, разве что секиры в руках не хватало, а вот его жена, по последним данным, оставалась человеком. Тайга нашла ее адрес, но дома миссис Филли не оказалось: как сказала словоохотливая соседка, присматривающая за ее кошками, неделю назад та сломала шейку бедра и оказалась прикованной к постели. Сестра миссис Филли скончалась десять лет назад, детей ни у кого из них не было, а единственной заботой пожилой дамы был небольшой ветеринарный магазин и три кота. Что ж, меньше шансов для отказа. Теперь осталось убедиться, что миссис Филли простила бывшего мужа, и договориться о встрече.

   Медсестра на стойке информации подсказала куда идти, и Шана, удерживая корзину с фруктами, направилась к лифту. Давно она не была в больнице. Да и в последние несколько раз больше навещала, чем лечилась сама. Измененные были достаточно крепкими…

   Уже нажав кнопку вызова, она заметила знакомую фигуру. Мистер Крипс, вышедший в холл, о чем-то спорил с незнакомым блондином, самую малость чем-то на него похожим. Винтер выглядел не в пример хуже, чем в их последнюю встречу: осунувшееся лицо, синяки под глазами, даже движения стали какими-то резкими и дергаными. Мучила бессонница или ему некогда было передохнуть из-за работы? О том, что председатель Бионик-групп в больнице, Шана тоже слышала из новостей.

   – Спать больше надо, – буркнула она себе под нос, и Винтер неожиданно оглянулся, нахмурившись, будто услышал.

   Удивиться совпадению Шана не успела – подъехал лифт, и она зашла внутрь следом за остальными посетителями. Неожиданная встреча почти сразу вылетела из головы: палата миссис Филли располагалась неподалеку от лифта, и посещение с самого начала пошло по незапланированному сценарию.

   – Значит, милочка, вы утверждаете, что Рудольф хочет помириться и прислал эти фрукты в качестве извинения? – худощавая старушка с кислым выражением на лице смотрела на стоящую на столике корзину. На самом деле фрукты Шана купила по собственному почину: пожилым людям полезны витамины, а родители с детства приучили ее, что в больницу не ходят с пустыми руками. А тут и повод нашелся…

   – Всё верно, – осторожно ответила Шана, чувствуя подвох, и не ошиблась.

   Губы пациентки сложились в неприятную гримасу.

   – Что ж, за столько лет он ни капли не изменился. Он даже не помнит, что у меня аллергия на цитрусы!

   Ошибочка вышла. Об аллергии, покупая фрукты, Шана не подумала. Промелькнула подлая мысль, не списать ли собственную некомпетентность на мастера Гарета, но такого вранья фея себе точно не простила бы.

   – Честно говоря, это была моя инициатива, – сказала она со вздохом: мало кому нравится признавать свои ошибки. – Мне хотелось, чтобы мастер Гарет выглядел лучше в ваших глазах.

   – Выходит, он даже не догадался прислать мне фруктов? – с еще большим разочарованием протянула старушка.

   Шана мысленно застонала. Да что ж такое! И с фруктами плохо, а без них еще хуже!

   – Не в этом дело. Мастер Гарет не знает, что вы в больнице, – попыталась она спасти ситуацию.

   – А вы, выходит, знаете? И кто же вы тогда, частный детектив? – окинула ее подозрительным взглядом миссис Филли.

   – Вроде того, – не стала скрывать Шана. – Я из агентства «Крылья помощи», мы занимаемся поисками пропавших. Мастер Гарет попросил помочь вас найти. Он очень надеется на встречу.

   – Ха! Столько лет обо мне не вспоминал, а тут очнулся, – перебила ее пациентка. – На что он там надеется?!.. Уходите и скажите этому старику, что я не собираюсь с ним видеться.

   Миссис Филли отвернулась к окну, показывая, что разговор закончен.

   – Он был очень взволнован, когда говорил о вас. Всего одна встреча. Если вы захотите, можете выставить его из палаты так же, как меня.

   – Нет, – упрямо повторила старушка, не повернув головы.

   – Я оставлю вам визитку. Просто подумайте об этом, Беатрис.

   Использовав ее имя, которое с такой нежностью произносил гном, как последнее оружие, Шана вышла и аккуратно прикрыла за собой дверь.

   Итак, миссис Филли оказалась куда упрямее, чем хотелось бы. Обычно с годами горечь прошлого забывалась, но, видимо, муж крепко обидел ее в свое время. И почему нельзя было рассказать об этом сразу? Шана хоть подготовилась бы к разговору! В последнее время ее заказчики были безрассудно скрытными.

   Шана снова вспомнила о молодом руководителе Бионик-групп и расследовании, приведшем ее к дракону. А ведь Винтер умолчал о похищении. СМИ несколько дней гудели о болезни Крипса-старшего, но Винтер упоминался только в качестве преемника. Похоже, он не любил мелькать в новостных заголовках. Или уже нашел организатора похищения и разобрался без скандала?

   Если подумать, Винтер был одним из немногих, кто поверил в ее рассказ о драконе. Одним из двоих. Даже Тайга нет-нет и сомневалась в том, кого они видели на записи. Шана и сама ловила себя на мысли, что просто хочет, чтобы это был дракон, и подтасовывает факты.

   Почему же Винтер поверил? Потому что не знает о законе сохранения массы? Или у него есть свои причины? Спросить бы… Шана вспомнила его изможденное лицо и, вздохнув, нацепила шлем, садясь на мотоцикл. Одно было ясно, сейчас Винтеру Крипсу не до дракона. И ей, кажется, тоже.

***

Винтер

   Договор перед глазами двоился, и Винтер сделал большой глоток кофе перед тем, как продолжить чтение. Стоило конкурентам узнать о болезни председателя, и проблемы посыпались со всех сторон: демпинг, сбои в поставках, два приостановленных проекта – партнеры соглашались начать работу только после возвращения в компанию Крипса-старшего или официального назначения Винтера на роль председателя. Акции Бионик-групп то взлетали, то падали, и второе – куда чаще. После того как Винтер неформально принял на себя обязанности деда, у него даже времени на нормальный сон не оставалось. Спал три-четыре часа, если повезет, а последние сутки и вовсе работал без сна.

   – Может, вы все-таки отдохнете? – раздался в ухе голос Рика, но Винтер только отмахнулся и отключил звонок.

   Помощник поддерживал его насколько мог, но вечером Винтер все-таки выгнал его домой – зевота Рика оказалась чертовски заразительной. Сам он планировал заночевать в офисе, чтобы не тратить драгоценное время на дорогу. В кабинете был отличный диванчик, на этаже – душ для персонала, а ресторан внизу работал круглые сутки.

   Энергетики дракон воспринял как алкоголь – отплевавшись и чуть не задохнувшись. Но пока, чтобы держаться, хватало кофе. Винтер впервые порадовался, что изменился, потому что человек с таким графиком давно свалился бы без сил. Но пока организм справлялся. Ел, правда, Винтер как не в себя: выяснилось, его внутренний зверь, так пренебрежительно отнесшийся к хорошо прожаренному мясу, оценил стейк с кровью. Рыба тоже вошла в ежедневное меню, и сейчас мужчина с сожалением покосился на оставшийся на тарелке скелетик – он умял золотистого спара целиком.

   Кроме неуемного аппетита, больше дракон ничем его не беспокоил, и Винтер постепенно начал успокаиваться. Пилюли тоже действовали: мужчина боялся, что после изменения ему не подойдут обычные лекарства, и он свалится не хуже деда. Но таблетки помогали, как и раньше.

   Похоже, большинство рассказов об измененных были ложью. Он не горел желанием обернуться в дракона и не замечал за собой излишней кровожадности. Может, пару раз ответил и поступил резче, чем следовало, но Дерек сам нарвался, когда устроил скандал, обвинив кузена в узурпации власти. В итоге Винтер поступил как самый настоящий тиран и спровадил его в удаленный филиал, чтобы не мешал работать. Сам же переехал в кабинет председателя. Дед, к тому моменту уже оправившийся достаточно, чтобы изредка вставать и ходить по палате, хохотал до колик в животе, но приказ отменять не стал. Лишь посоветовал любимому внуку и дальше держать всех в узде.

   Иначе говоря, за неделю никто не заметил, что Винтер Крипс изменился. И это внушало оптимизм.

   Единственное, что продолжало грызть Винтера: чья кровь была в ту ночь на его руках? Он отслеживал новости Изнанки, но убийцу оборотня так и не нашли, и вскоре ажиотаж схлынул. Дальше следствие разбиралось без вмешательства СМИ. Зато спустя несколько дней объявили в розыск фею. Когда Винтер только услышал о пропаже, он почувствовал смутное беспокойство. Но рыжая фея из новостей на знакомую блондинку походила мало, и у Винтера отлегло от сердца.

   Интересно, если попросить Шану найти убийцу оборотня, она согласится?

   Винтер поймал себя на мысли, что снова думает о фее, допил кофе одним глотком и встал, разминая мышцы. Ему точно стоило проветрить голову. Он уже имел не самую приятную беседу с дедом насчет измененных – встреча с Шаной в ресторане не стала для председателя тайной, – и повторять разговор не жаждал.

   «Если хочешь разнообразить свою сексуальную жизнь, найди кого-нибудь из людей. Я понимаю, ты молод, хочешь впечатлений, а феи ненасытны в постели. Но связь наследника Бионик-групп с измененной? Такое просто недопустимо».

   Винтер тряхнул головой, прогоняя из головы нравоучения деда, и, игнорируя лифт, пешком поднялся на крышу. Сегодня опять стоял был туман, как в ночь его изменения, и по спине пробежал неприятный холодок. Что скажет дед, когда узнает о случившемся? Передумает делать его наследником или вовсе постарается забыть о кровном родстве?

   А ведь ничто не предвещало беды. Это был триумф Винтера: успешный крупный проект, открывающий отличные перспективы в будущем. Крипс-младший почти не пил на званом вечере, и без того опьяненный удачей. Лишь оказавшись в номере, позволил себе выдохнуть и расслабиться. Немного вина, теплая вода, смывающая накопившийся за несколько месяцев груз ответственности. Он помнил, как задремал, откинув голову на бортик джакузи. Что же потом?..

   Винтер облокотился на перила, закрыл глаза, всей кожей ощущая прохладу, и сосредоточился на воспоминаниях. Тогда он думал, что еще немного, и он перестанет быть зависимым от председателя. Что он почти готов взлететь. И в тот миг…

   Его догнала боль: резкая, сумасшедшая боль, от которой он ушел под воду. Захлебнулся, не понимая, что происходит. Позвоночник словно разорвало на части. Он лишился одновременно зрения и слуха и почувствовал, как спину раздирает в клочья.

   Воспоминание оказалось настолько живым, что Винтер схватился за грудь, не сразу осознав – боль пришла уже по-настоящему. Даже не боль, а пульсирующее напряжение, разлившееся по всему телу. Светлая кожа взбугрилась, обрастая чешуей, из измененного горла вырвался рык. Нет-нет-нет! Винтер упал на колени и со всей силы ударил по крыше, надеясь, что сможет перехватить контроль, удержать себя от изменения, но острые когти лишь прочертили по камням глубокую борозду. Человеческое сознание погасло, уступая место звериному.

   Стряхнув остатки одежды, дракон взлетел над городом, медленно набирая высоту.

***

Шана

   Шана не верила в судьбу. И в совпадения тоже не верила. Но ни тогда, ни позже она не могла объяснить, что заставило ее задержаться на работе до поздней ночи, а не вернуться вместе с Тайгой домой. Может быть, внимание знакомого кондитера к ее подруге. Парень из соседской пекарни, наслушавшись новостей, зашел за ними вечером и вызвался проводить до самого дома, а Шана не захотела быть третьей лишней. Она давно надеялась, что подруга заведет интрижку. Пусть это будет не любовь на всю жизнь, а несколько ни к чему не обязывающих свиданий. Тайге нужен был кто-то, чтобы забыть бывшего мужа.

   А может, взыграло желание взять реванш у строгой миссис Филли. Когда почтенный гном узнал, как неприветливо встретила Шану его жена, он отказался от заказа. Заплатил за отработанное время и ушел, повесив длинный нос. По-хорошему стоило сдаться и оставить всё как есть, но в фигурах сгорбленного старика и отвернувшейся к окну пациентки было что-то схожее.

   Так или иначе, фея осталась в конторе, закопалась в делах и очнулась от продолжительного жужжания мушки: Тайга уточняла, когда та собирается домой? Ночь на дворе, и не самая ясная.

   Ну да, туман. Шана высунула нос на улицу, где накрапывал дождь, и поморщилась. Терпеть не могла мокнуть – крылья становились совершенно неподъемными и долго сохли. Дома после душа еще ничего, специальный вертикальный фен помогал привести их в порядок. Но лететь под дождем? Брр, вот уж радости!

   Стрекозка, ожидающая фею под навесом, послушно завелась и рванула с места прямо по лужам, поднимая снопы брызг. Морось собиралась на шлеме, мешая и без того плохому обзору. В Изнанке по ночам было темновато.

   Шана остановилась на светофоре, воспользовавшись минутой, чтобы стереть с защитного щитка капли влаги, и замерла, не веря собственным глазам: в зеркале заднего вида промелькнуло наваждение последних дней. Никаких сомнений – это был дракон. Дракон в небе Изнанки!

   Шана вскинула голову, наблюдая за удаляющейся тенью, почти скрывшейся в тумане, и, не колеблясь ни секунды, развернула мотоцикл. Едва не попала под колеса вылетевшего грузовика и, будучи совершенно справедливо обруганной, вывернула на нужную полосу. Лихорадочно огляделась. И куда он направился?

   Несколько минут Шана гнала почти вслепую, едва смотрела за дорогой, куда больше вглядываясь в дождливое небо и надеясь, что не ошиблась с направлением. Наконец она снова увидела тень в облаках, и дальше стало попроще. Дракон летел над дорогой, будто и ему было удобнее ориентироваться по трассе.

   Затем дорога закончилась, но дракон и не подумал останавливаться. Шана, выругавшись, бросила мотоцикл у обочины и взлетела сама. Место было ей хорошо знакомо: городской парк, один из немногих сохранившихся уголков зелени. Вообще-то логично: вряд ли дракон обосновался бы в каком-нибудь небоскребе.

   Плюх! Шана услышала всплеск у пруда и подлетела ближе, благоразумно скрываясь в тени деревьев. Дракон спикировал в пруд, а вырвался из воды уже с рыбешкой в зубах. Заглотил, как медведь, снова нырнул. В туманной дымке он выглядел еще величественнее.

   Дракон! Настоящий дракон! Фея была готова плясать от радости.

   На всякий случай Шана нацепила «умные» очки и поставила мушку на запись, чтобы после пересмотреть внимательно, и раздвинула мокрые ветви дуба. В темноте сложно было понять окрас, дракон казался черным, а единственный фонарь в округе лишь преломлял свет на блестящей чешуе. У него была вытянутая морда и гребень по позвоночнику, костяные наросты на теле и короткие мощные лапы с когтями. Длинный хвост заканчивался остроконечной кисточкой. Крылья – тяжелые, кожистые, со свистом рассекли воздух, когда дракон в очередной раз вынырнул из воды с пойманной рыбешкой и, похоже, наконец наелся.

   Ну давай, лети к своему логову, – нетерпеливо поерзала Шана, морщась от скатывающихся за шиворот капель. Она задевала листья то руками, то крыльями, и порядком вымокла в своей засаде.

   Дракон покрутил головой, повел носом и, лениво взмахнув крыльями, полетел в ее сторону. Шана затаилась, прячась в густой листве, а когда дракон пролетел рядом, и вовсе задержала дыхание. Он был даже больше, чем она думала, и неконтролируемый страх перед ним смешивался с восхищением. Сейчас, когда дракон оказался так близко, что задевал ветви ее убежища, Шана могла рассмотреть даже чешую на гибком теле!

   Дракон повернул голову и посмотрел прямо на нее гипнотизирующим взглядом змеиных глаз. Слабая надежда, что это просто совпадение и зверь ее не видит, сменилась паникой, потому что просто посмотреть дракону оказалось недостаточно, и он попытался просунуть морду сквозь ветви. Раздвоенный язык облизнул нос, на мгновение продемонстрировав пасть с рядом мелких острых зубов… И Шана не выдержала.

   Нельзя было поддаваться панике и убегать нельзя – любой хищник явственно чувствовал страх. Но попробуй усиди, если кое-кому ты на один зуб! Ветви хлестнули по лицу, рукам, крыльям, а фея уже летела прочь, думая только о том, как оторваться от некогда желанного дракона. Да он же заглотит ее за раз! Ну хорошо, немного пожует, но Шане от этого не легче! И придется Бобби разыскивать еще одну пропавшую фею…

   Шана похолодела: а ведь дракон запросто мог сожрать малышку Джесси! И того оборотня, если подумать, тоже мог – вся сеть гудела о том, что его разорвал дикий зверь. Чем не дракон? И почему ей раньше не пришло это в голову?

   Свист за спиной нарастал, и Шана нырнула к деревьям. Она маленькая и маневренная, дракон не сможет лететь так же быстро. Она спрячется под деревьями и успеет ускользнуть. Должна успеть! Вот только когда он летел сверху, было еще страшнее. Шана в полной мере ощутила себя той плавающей в пруду рыбешкой и, казалось, сейчас дракон спикирует, чтобы ее схватить.

   Это случилось у окраины, неподалеку от трассы. Одно из деревьев упало из-за урагана, и Шана потеряла несколько секунд, чтобы его облететь. Какие-то жалкие секунды – но вот уже дракон обогнал ее, и петлять дальше стало некуда.

   – Слушай, не знаю, что у тебя там за диета, но Винтера Крипса ты не съел. Давай будем считать, что я тоже невкусная, и разойдемся миром. – Шана выставила перед собой руки, будто пыталась таким безобидным жестом остановить дракона. От страха у нее стучали зубы и дрожали колени и крылья.

   Дракон, впрочем, нападать не спешил. Наклонил голову, разглядывая ее и тяжело дыша. Передыхал после погони? Его бока до сих пор раздувались, как меха в кузне.

   Все-таки зеленый. Это Шана разглядела, когда голова дракона оказалась настолько близко, что при желании фея могла дернуть его за коротенькие усы. Ох! Он ведь не умеет плеваться огнем? Шана невольно отступила на шаг, уклоняясь от любопытного носа, и с трудом сдержала истерический смех. Она тут на краю гибели, какая разница, сожгут ее заживо или сожрут без соли и перца?

   Без соли и перца. Она повторила это про себя, а рука уже метнулась к поясной сумочке. Перцовый баллончик оказался на месте и почти полный. Шана пускала его в ход всего раз, опробовав на извращенце, решившем зажать ее в туалете бара. «Девушкам из Изнанки без самообороны никуда», – торжественно вручила ей подарок Тайга на прошлый день рождения и, кажется, дала этим шанс дожить до следующего.

   Шанс один на сотню, если не на тысячу, но Шана не хотела быть безмолвной съеденной рыбкой.

   Струя перцовой смеси ударила прямо в драконью морду, и хорошо, что фея затаила дыхание, потому что даже так едва не задохнулась. Дракон же затряс головой и затоптался на месте, совсем по-человечески пытаясь передними лапами тереть глаза. Девушка отошла на несколько шагов, затем бросилась бежать обратно к пруду. Позади ревел и крутился дракон, подхлестывая ускориться. А затем неожиданно затих.

   Обернулась она уже в воздухе, но вместо дракона увидела внизу обнаженную мужскую фигуру. Человек стоял на коленях, закрыв лицо руками, потом упал и больше не двигался. Снова превращаться в дракона он не спешил, и Шана, прождав чертовски долгую минуту, осторожно спустилась и приблизилась.

   Из увиденного вытекало два вывода: во-первых, закон сохранения массы действовал не на всех измененных. Во-вторых, драконом, которого она искала, был Винтер Крипс.

***

В случае непредвиденной ситуации можно или паниковать, или искать выход. Шана относилась к тем, кто проблем не боялся и решал. К тому же в том, что перед ней лежал мужчина, а не дракон, был большой плюс. Человека, в отличие от дракона, можно поднять и дотащить до мотоцикла. А сейчас Шану волновал именно потерявший сознание человек, а не дикий зверь, который затаился, напуганный маленькой феей и ее грозным оружием. Если Винтер Крипс ослепнет, ей с «Крыльями помощи» крышка. Это Шана понимала так же четко, как и то, что ее вины тут нет… Но это их не спасет.

   – Тайга, ответь, ну пожалуйста. – Фея прикусила губу, слушая в мушке беззаботную мелодию ожидания. Дельный совет не помешал бы, а лучше не только совет.

   – Одну минутку, я укладываю Рози, – наконец раздался шепот в мушке. За ними последовал скрип кровати, шелест одеяла. – Спи, милая, спи. Шана придет позже. – Было слышно, как Рози сонно пожелала хороших снов, а затем Тайга вышла в гостиную. – Всё, освободилась. Я тебя слушаю.

   – У меня проблема, – выпалила Шана. Проблема пока не шевелилась, и фея еще не решила, что делать, если Винтер начнет приходить в себя.

   – Что случилось? Ты на трассе? Не пострадала? – напряглась Тайга.

   В последнее время неприятности Шаны были связаны с мотоциклами: сначала она попала в аварию из-за лихого бесправного водителя-недоросля и хорошо, что отделалась парой синяков да ссадин. А неделю спустя поставившие не на ту гонщицу болельщики попытались на кулаках объяснить фее, что выигрывать нехорошо. Тогда вмешался Бобби и разрешил ситуацию, посадив под арест парочку особо рьяных зрителей. Но Тайга всё равно перенервничала, когда ее вызвали в участок.

   – Со мной всё хорошо, – успокоила подругу Шана. – Подключишь видео?

   Она навела мушку на Винтера, транслируя изображение.

   – Ты кого-то убила или нашла труп? – первым делом спросила Тайга, увидев картинку. Присмотрелась. – Погоди, это мистер Крипс?

   – Да.

   – И он живой, – подруга не спрашивала, а утверждала. Отсутствие одежды позволяло заметить, как поднимается и опускается его грудь. – Ты что, Крипса в парке голым встретила? Или… вы хорошо проводили вечер? Настолько хорошо, что он оказался в глубоком обмороке? – уточнила она сдавленным голосом.

   – Нет, конечно! – даже возмутилась Шана. Винтер был хорош, неприлично привлекателен, особенно в таком виде. Но воспоминание, как за ней гонялся дракон, оставило в памяти неизгладимый след, вытесняя любое желание знакомиться ближе.

   – Тогда, выходит, на него напали?

   – Ну, можно и так сказать, – нервно хихикнула фея. – Если честно, это я брызнула ему в глаза из перцового баллончика, – повинилась она.

   – Господи, Шана, зачем?!

   – Я не специально! – когда Тайга кричала, хотелось виновато застрекотать крыльями. – Ну, то есть специально, но не ему. Он хотел меня сожрать! – она окончательно запуталась в словах.

   – Тебя хотел сожрать Винтер Крипс?

   Недоумение в голосе подруги заставило сомневаться в собственной адекватности.

   – Нет, дракон.

   – Так, погоди, успокойся. – Тайга сделала длинный выдох, успокаиваясь сама. – Повтори, пожалуйста, еще раз. Я ничего не поняла. При чем тут дракон, Крипс, и кто хотел тебя съесть?

   Несколько мгновений подруги смотрели друг на друга, вернее, на спроецированные изображения. Шане хотелось кричать, а не вдаваться в детали. Рассказывать не было времени: Винтер мог очнуться в любую минуту, попытаться открыть глаза и пострадать от перца куда сильнее. Но… Фея тряхнула головой, собираясь с мыслями. Наверное, на рассказ о драконе, превратившемся в человека, она тоже затребовала бы доказательства. И это с учетом, что Шана была готова поверить в волшебство, в отличие от Тайги.

   – Винтера никто не похищал. Он с самого начала был драконом, которого мы видели в Королевском Дворе, – гораздо спокойнее пояснила фея. Выждала несколько ударов сердца…

   – Ты детали рассказывай, а я пока выезжаю к вам. Надеюсь, Рози не проснется раньше времени, – проглотила информацию подруга, подхватывая сумочку и ключи от машины. – Вы сейчас где?

   – В Запрудье. Я смогу дотащить его до машины, но нужна какая-нибудь одежда.

   Мужской одежды дома не было, но нашлись свободные шаровары, которые с трудом, но можно было натянуть на мускулистые ноги. И такой же здоровенный халат. Шаровары носила в летнюю жару фея, а вот халат принадлежал Тайге, она любила его со времен беременности.

   – Поняла. Еще молоко возьму, оно хорошо от перца помогает. А ты пока промой ему глаза. Только не протирай, иначе хуже сделаешь.

   Промыть… Легко сказать! Шана нашла впадину в валунах поблизости, где скопилась дождевая вода, подтащила к ней Винтера и хорошенько намочила платок. Приподняла веки. Мушка создавала тусклое освещение, но даже так было понятно, что глаза у мужчины покраснели, а вылитая вода не особо помогала снятию воспаления.

   Пока Тайга искала вещи и выруливала на трассу, Шана, попутно оказывая первую помощь Винтеру, кратко пересказала, как заметила дракона над городом, последовала за ним и чуть не стала легкой закуской.

   – Значит, Винтер Крипс – измененный, – задумчиво протянула Тайга. Нелюбовь Бионик-групп к измененным была притчей во языцех, и то, что наследник компании стал одним из них, виделось справедливой кармой. – Если придет в себя, тресни его по голове. Не хочу приехать, когда он будет тебя дожевывать.

   – Мне кажется, он себя не контролировал.

   – Тогда тем более тресни!

   Приехала подруга за рекордные полчаса. Бить Винтера не пришлось, он так и не очнулся, и Шана стала догадываться, что дело не в перцовой смеси. Дракон предпочел уступить место человеку, а стресс для последнего оказался слишком велик. Бывали ситуации, когда измененные не могли вернуться в нормальное состояние, застревали в теле животного или теряли разум. Похоже, это был их случай.

   – Пожалуй, насчет задницы я соглашусь. Отличные булочки, – фыркнула Тайга, беззастенчиво разглядывая мужчину. Она еще умудрялась шутить! Впрочем, подруга быстро посерьезнела. Присела рядом, приподняла веки одно за другим – промывка глаз помогла, но они всё еще были воспалены. – Сначала разберемся с глазами, потом подумаем над остальным. Там в сумке вещи и бутылка с молоком, достань, пожалуйста, – она кивнула на сброшенный рядом рюкзак.

   Пока фея напяливала на Крипса шаровары, Тайга промыла ему глаза молоком. Было что-то жутковатое в том, как безвольно мужчина позволял крутить его из стороны в сторону. Оставалось надеяться, что он ничего не вспомнит.

   – Ну вот, теперь потащили в машину. В больницу, подозреваю, лучше не заезжать?

   – Его сразу узнают, будет скандал.

   Репутация Винтера волновала Шану в последнюю очередь. Но вряд ли он простит тех, кто ее испортил. Шана и без того рисковала попасть в черный список.

   – Тогда поедем домой. По пути заскочим в аптеку, возьмём всё необходимое. – Тайга попыталась было подхватить мужчину, но фея только отмахнулась: не такой тяжелый, лучше показывай дорогу.

   Припарковалась Тайга удачно. Достаточно далеко от трассы, чтобы их манипуляции с попытками запихнуть Винтера в машину были не столь заметны. А это оказался тот еще квест: пострадавший выглядел ладным и стройным, но широкие плечи мешали. Наконец удалось его усадить. Шане пришлось бросить мотоцикл и сесть рядом на заднее сидение: отправлять Винтера вдвоем с Тайгой было слишком опасно. Вдруг посередине дороги дракон очухается и начнет буянить?

   – Устроились? – Тайга с сочувствием смотрела в зеркало заднего вида, как фея безрезультатно пытается поудобнее сложить крылья. – Потерпи, нам недолго ехать. Погнали!

ГЛАВА 4

Винтер

   Винтер точно помнил, что не пил алкоголя с тех пор, как осознал изменение, но сейчас чувствовал себя как после хорошей попойки. Голова болела нещадно, во рту пересохло, а в глаза будто насыпали песка. С глазами было хуже всего, даже открыть оказалось больно. А когда открыл, картинка осталась нечеткой.

   Незнакомая маленькая, но очень светлая комната с панорамными окнами. Неудобный диван, на котором Винтер помещался с трудом. Мягкое ватное одеяло, в которое он оказался закутан, как куколка. Рядом – кофейный столик с какими-то журналами и голограммой людей в парке аттракционов. Кого именно, он разобрать не мог, никак не получалось нормально сфокусировать взгляд.

   – Вы пришли в себя? – незнакомый голос заставил Винтера подпрыгнуть и сощуриться на его обладательницу. Это была невысокая молодая женщина, смуглая, крепкого телосложения и совершенно неулыбчивая. Хотя последнее он понял по недовольному голосу, лицо по-прежнему оставалось невнятным пятном. – Помните, кто вы?

   – Винтер Крипс, – с трудом выговорил он и услышал вздох облегчения.

   – А что было вчера, не забыли?

   Мужчина напрягся. Не хватало, чтобы эта неизвестная обвинила его в домогательствах. Потом не отмоешься. А хуже всего, что проклятая слабость не позволяла протестовать.

   – Я почти весь день провел в офисе за делами. Извините, можно воды? – он закашлялся, и незнакомка куда-то вышла. Вернулась почти сразу, протягивая ему наполненный до краев стакан.

   Винтер осушил его махом.

   – А вечер помните? – настойчиво уточнила она.

   – И вечер… – Винтер осекся. Воспоминания оборвались, когда он поднялся на крышу. Боль в спине, где крылья разорвали кожу, была фантомной, но ему пришлось выждать несколько секунд прежде, чем он смог говорить. – Кто вы? Почему я так одет?

   Только сейчас он сообразил, что вместо привычного костюма на нем ужасно неудобные пестрые шаровары, а рубашка и вовсе отсутствует.

   – Тайга Кэмпбелл, я работаю с Шаной в «Крыльях помощи». А насчет вашего вопроса: Шана нашла вас вчера в парке без сознания и без одежды. Это было мое решение, привезти вас домой, а не в больницу. Вы не выглядели умирающим, и мне показалось, лишние скандалы вам ни к чему.

   – Всё верно. Спасибо. – Винтер, мысленно начавший подготовку к громкому интервью с журналистами, выдохнул. А эти девушки были куда сообразительнее, чем он думал.

   – Квартира сто третья. Думаю, вам лучше попросить кого-нибудь подъехать. Похоже, свою мушку вы тоже потеряли, я оставлю запасную на столике, – предугадала она его следующий вопрос.

   – Мисс Кэмпбелл…

   – Миссис, – поправила его женщина.

   – Миссис Кэмпбелл, не подскажете, где у вас ванная комната? – он был готов сквозь землю провалиться от смущения!

   – В конце коридора, там есть чистые полотенце и халат. Дверь не закрывается на щеколду, но не волнуйтесь, дома сейчас только я и Шана. – И мы уже видели всё что можно, договорило её многозначительное молчание.

   Но Винтер не настолько опустился, чтобы обвинять в чем-либо предосудительном тех, кто его спас.

   – Вон та дверь ведет на кухню. Приходите, как будете готовы. Шана сделала легкий завтрак, – закончила краткий экскурс Кэмпбелл и вышла, оставив его одного.

   В комнату просочился дивный аромат вафель, кленового сиропа и крепкого свежесваренного кофе. Винтер ожидал, что фея покажется следом, хотя бы выглянет и поздоровается, но ошибся.

   Что ж, для начала стоило разобраться с его нынешним положением. Винтер прислушался к собственному телу: болело всё от макушки до пяток. Но крови ни своей, ни чужой он не заметил – это плюс. Плохо другое: как ни силился, он не мог вспомнить, что творил дракон.

   Новости! Вот что ему было нужно. Новости и Рик, причем желательно в обратном порядке.

   Мушка, которую выделили в гостях, оказалась из самых простеньких, «неделек на обзвоны», как их называли в сервисных центрах. И в кожу впивалась болезненно, а не впитывалась, как большинство новомодных устройств из Бионик-групп. О новостях с ее помощью можно было забыть. Мушка с трудом поймала сеть, еще дольше подключалась к личному кабинету. Впрочем, дальше хватило и одного звонка.

   – Мистер Крипс, наконец-то! Вы всё утро были вне зоны доступа, – выдохнул помощник, ответив быстрее, чем Винтер успел собраться с мыслями. Рик был уже в офисе, заваленный бумагами больше, чем вчера. С тех пор как дед оказался в больнице, все только и делали, что приносили им проекты на рассмотрение, и хорошо, что у Винтера был толковый помощник, способный отделить важные задачи от второстепенных. – Вы только проснулись? У вас плохая связь, с помехами. И… что с вашим лицом?

   – А что с моим лицом? – зеркала поблизости не было, и Винтер на всякий случай его ощупал. Уши, подбородок и нос на месте, рогов вроде не выросло.

   – Глаза красные. И кожа вокруг них… Снова что-то случилось?

   Глаза действительно щипало, и постоянно хотелось их почесать. Куда же он влез, пока был драконом?

   – Случилось, снова. Приезжай, детали при встрече. И захвати с собой костюм и обувь. – Не вдаваясь в подробности, он продиктовал Рику адрес.

   – Тогда перенесу встречи на завтра, – сориентировался помощник, бросив взгляд на календарь. Винтер мог не смотреть, он отлично помнил, что у него был занят каждый час. Как же хотелось согласиться! А лучше дать себе передохнуть хотя бы пару дней. Но…

   – Нет. Просто сдвинь что можно на вторую половину дня. Не хватало, чтобы прошел слух, будто я тоже слег, – с сожалением отказался Винтер.

   – Уверены?

   – Справлюсь. И поторопись. Думаю, я уже злоупотребил гостеприимством.

   Винтер отключился. Потер мочку уха, чтобы снять мушку, и оставил ее на столике. Дали попользоваться – это не подарили. Собственную мушку было жаль, она подбирал ее специально под себя. Делалась на заказ, и дома оставался единственный запасной экземпляр. Дизайнерский костюм тоже был не из дешевых. И часы пропали, подарок от коллег. Хотя последние он вполне мог найти где-нибудь на крыше Бионик-групп.

   Интересно, о чем подумала Шана, найдя его голым посреди парка? Что Винтер Крипс извращенец? Или что он – измененный? Как ни хотелось ему сохранить тайну, Винтер не мог солгать фее, что ему просто нравится ходить на природе в чем мать родила.

   Дойдя по стеночке до ванной комнаты, он едва не отшатнулся от зеркала, настолько страшное на него смотрело чудовище. Всклокоченные волосы, бледное лицо и яркие пятна воспаления вокруг налитых кровью глаз. Странные пятна, как ожог. Мужчина осторожно, кончиками пальцев дотронулся до кожи – ну точно, ожог, и горело так же.

   И как ему объяснять его появление? Дед наверняка спросит. Не может не спросить! И не только он. Скоро собрание акционеров, и, если Винтер заявится туда в таком виде, о любой помощи и поддержке можно забыть. Надо попросить Рика найти грамотного врача и хорошего визажиста – то, что не получится вылечить, придется скрывать макияжем.

   Он умылся, промыл глаза теплой водой. Ванная комната была крошечной, меньше его джакузи, и мужчина то и дело задевал шкафчик или раковину, ощущая себя ужасно неповоротливым. Натянул обратно шаровары, накинул висящий тут же халат – последний жал в плечах, но лучше так, чем бродить полуголым. От одежды ненавязчиво пахло фрезиями и виноградом, и это смущало еще сильнее. Наверное, будь в нем больше самоуверенности, как в балбесе-кузене, он без одежды ощущал бы себя хозяином положения. Шутил бы и флиртовал со спасшими его девушками. Но Винтер не тешил себя иллюзиями. Восточный принц в шароварах? Как бы не так! Кто бы подумал, что наследник Бионик-групп может выглядеть настолько нелепо?

   Он буквально заставил себя пройти на кухню, готовясь вытерпеть плохо скрываемые насмешки феи. Кэмпбелл была человеком – по крайней мере, выглядела таковой, да и назвалась с фамилией, а вот Шана… Отношение Бионик-групп к измененным не добавляло очков привлекательности, и измененные отвечали их компании тем же. Вряд ли Шана упустит шанс тыкнуть его носом, как нашкодившего щенка. Пусть раньше фея была предельно вежлива, её манеры могли распространяться исключительно на партнерские отношения.

   К его удивлению, Шаны не было. У стола хлопотала Кэмпбелл, выкладывая еще горячие вафли на тарелку. Большое окно было распахнуто настежь, явно давая понять, как фея смогла исчезнуть из кухни незамеченной.

   – Так понимаю, Шану я не застал. Жаль. Мне хотелось бы лично поблагодарить её за спасение, – не отрывая взгляда от окна, проговорил Винтер.

   Не то чтобы он хотел позориться перед феей, но раз именно Шана нашла его в парке, она могла пролить свет на случившееся.

   – У нее на одиннадцать назначена встреча с клиентом. Шана сожалеет, что не смогла с вами поговорить, но, сами понимаете, работа, – проследив за его взглядом, пояснила Кэмпбелл. Собралась было задернуть жалюзи, но в последний момент отвела руку. – Присаживайтесь. Сливки к кофе?

   – Не стоит, я пью черный. – Винтер с благодарностью принял поставленную перед ним чашку, сделал глоток. Кофе вышел насыщенный, даже в голове просветлело. А еще он уловил странный звук, на который не сразу обратил внимание. Мерный то ли гул, то ли стрёкот. Взгляд снова метнулся к окну, и Винтер заметил радужное крыло, после чего звук стих.

   Кажется, не так Шана спешила на встречу, или это была просто отговорка, чтобы не показываться ему на глаза. Он недовольно дернул уголком губ, но подлавливать на обмане не стал: в конце концов, фея не обязана тратить на него своё время.

   – Вафли остывают, – напомнила хозяйка, выразительно кашлянув и пододвинув к нему соусник с кленовым сиропом, и Винтер принялся за еду.

   Удивительно, но Кэмпбелл будто забыла о госте, погрузившись в развешенные перед ней графики и таблицы, неуловимо напоминая Рика. Даже манера прикусывать кончик стилуса была той же. Но у Рика был целый финансовый отдел в помощь, а справляться с бухгалтерией в одиночку, наверное, непростая задача. Винтер попытался представить, что Шана тоже корпит над отчетами, и не смог.

   Когда он только пришел в «Бионик-Групп», в его подчинении было семь человек. Небольшая, но крепкая команда. Дед проверял, справится ли Винтер, передалась ли внуку его деловая хватка. Поначалу казалось, что его никто не слушает, всё разваливается, и вообще грядет катастрофа. Затем в какой-то момент переломилось – проект, казавшийся безнадёжным, запустился почти без ошибок, коллеги выдохнули, за год штат увеличился почти в три раза. А сейчас…

   – Сколько людей работает в «Крыльях помощи»? – задал он вслух заинтересовавший вопрос.

   – Вы знакомы со всей командой, – усмехнулась Кэмпбелл. – Не волнуйтесь, о случившемся кроме меня и Шаны никому не известно.

   – Я вовсе не поэтому…

   – Да?..

   Она приподняла брови, но не стала развивать тему, а Винтер догадался, что оправдываться глупо. Кофе он допивал в тишине.

   – Мне жаль, что я доставил вам столько хлопот. Чем я могу отблагодарить? – отставив пустую чашку, вежливо поинтересовался он.

   Кэмпбелл сдвинула очки на кончик носа, потерла переносицу.

   – Лучше всего чеком, – не постеснялась она меркантильного ответа. – Аренда в последнее время выросла в цене, а переезжать с улицы Фей неохота. Как вы знаете, наша контора занимается самыми разными поисками. Давайте считать, что мы нашли вас, мистер Крипс. А так как нашли ночью, то оплата по двойному тарифу.

   Она развернула к нему голографический экран, демонстрируя стоимость услуги, и Винтеру снова пришлось поднапрячься, чтобы прочесть. Честно признаться, сумма, которой он собирался откупиться, была в разы выше запрошенной, и он согласился без раздумий. Тут же провел оплату, отсканировав сетчатку глаза, и с лихвой добавил сверху за оказанную любезность. С проверкой сетчатки, правда, вышла заминка: из-за воспаления никак не проходила идентификация, а от напряжения глаза снова начали болеть.

   Наконец получилось, деньги поступили на счет «Крыльев помощи», и Винтер прикрыл глаза рукой, позволяя им отдохнуть.

   – Спасибо. Это очень… щедро с вашей стороны, – увидев поступившую сумму, выдавила Кэмпбелл.

   Хлопнуло окно, и что-то (вернее кто-то) опустился на пол. Вышло по-детски, но мужчина подсмотрел из-под приоткрытых пальцев. Шана стояла у окна, темная фигура на фоне солнечных лучей, а крылья казались сотканными из золота. В руках она держала флакончик из прозрачного стекла и что-то выслушивала от наклонившейся к ней подруги. Передернула плечами и коротко ответила – больше шевельнула губами, чем произнесла вслух.

   – Что ж, позвоню, перенесу встречу, – буркнула себе под нос Кэмпбелл и вышла из кухни, оставив их наедине.

   Неловкое молчание длилось недолго. Шана приблизилась, бесцеремонно опустила руку Винтеру на плечо.

   – Глаза сильно болят? – в её голосе слышалось беспокойство.

   – Немного. – Он отвел руки. Волшебство от солнечных лучей пропало, и фея снова предстала в обычном виде. Насколько можно было считать таковым ее облик. – С добрым утром, Шана.

   – С добрым утром. – Кажется, она растерялась от его дружелюбия, но быстро взяла себя в руки. – Простите, мистер Крипс. Надо было поздороваться с вами перед уходом.

   – Ничего страшного. Миссис Кэмпбелл объяснила, что вы торопились.

   – Решила, что успею в аптеку. – Она показала ему флакончик. – Эти капли снимут воспаление. Поначалу будет немного жечь, но после станет легче. Присядьте, я закапаю.

   – А как же встреча с клиентом? – не удержался Винтер.

   – В какой-то степени вы тоже наш клиент, разве не так? Садитесь.

   Он хотел было отказаться, но вспомнил о красноглазом чудовище в зеркале и послушно выполнил требование. Фея склонилась на ним, отвела в сторону челку. Винтер впервые видел её так близко: чистая белая кожа без изъянов, за которую надо благодарить изменение, длинные светлые волосы, глаза необычного и теплого сиреневого оттенка. Крохотная родинка у уха…

   Он бы и дальше ее рассматривал, но Шана решительно взяла его за подбородок и заставила задрать голову. Попавшие в глаза капли жгли, и Винтеру пришлось несколько раз сморгнуть, чтобы хоть что-то увидеть.

   – Ну вот, готово. Посидите так минутку, я еще кожу вокруг обработаю, – отступила Шана, закрывая флакон. – Но думаю, лучше обратиться к врачу, чтобы не было последствий.

   Винтер подался вперед и схватил ее за руку.

   – Последствий чего? Что все-таки случилось этой ночью?

   – Тайга не рассказала? Я нашла вас в парке и…

   – Вы меня за идиота держите? – тихо уточнил Винтер. – Вы нашли в парке темной ночью голого мужчину, притащили его домой и пытаетесь убедить, что это нормально? Почему не спросите меня, что я там забыл? Может, я какой-нибудь маньяк. В Изнанке ведь недавно пропала фея! Вы уверены, что я не могу причинить вам вред, но при этом дрожите, стоит прикоснуться!

   Девушка резко отдернула руку, только сейчас заметив, что та действительно дрожала.

   – Кого вы нашли в парке на самом деле? – настойчиво повторил Винтер.

   Фея прикусила губу, глядя на него исподлобья, и это только укрепило подозрения. Она знала. Знала, но старательно делала вид, что ничего не произошло. Потому что боялась? Или просто не хотела лезть не в свое дело?

   Их прервал громкий звонок в дверь.

   – Я открою, – с явным облегчением отпрянула от стола фея.

   – Скорее всего, это Рик, мой помощник. – Винтер тоже встал, испытывая одновременно неловкость и разочарование. Но для себя он решил – разговор не окончен, а просто перенесен на более удачное время.

***

Шана

   Первой к дверям успела Тайга. Открыла, и Шана увидела, как вежливая выработанная годами улыбка слезает с ее лица. Даже успела испугаться, не бывший ли муж подруги заявился в их дом. Но рано. Того ждало еще полгода тюрьмы.

   Мужчина же, вызвавший столь яркие эмоции у соседки, был Шане незнаком. Красивый блондин, он выглядел их ровесником. Деловой костюм подчеркивал стройную фигуру, а очки в тонкой оправе добавляли элегантности. В руках у незнакомца был вместительный чемоданчик, скорее всего, с вещами для Крипса. Гость держал лицо куда лучше: впрочем, он с самого начала не улыбался. Во взгляде, направленном на Тайгу, сквозило недоверие.

   – Рик Оливер?

   – Тайга Кэмпбелл?

   Одновременно спросили они, и сомнения сменились осознанием и какой-то злостью. На миг Шане показалось, что Тайга захлопнет дверь. И, похоже, так показалось не только ей, потому что Рик сделал шаг вперед, оказавшись с женщиной нос к носу.

   – Давно не виделись, Тайга.

   –