Купить

Бесприданница для архимага. Оксана Октябрьская

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Могущественному и богатому архимагу велено жениться на мне, сироте без приданого и магии, которой в наследство достался лишь странный ящичек. Никто из нас не рад такому решению короля, но спорить нет смысла. А ведь одна невеста этого аристократа уже умерла, едва тронув на свадьбе руку жениха... Что ждёт меня в замке у северных границ королевства, где полно чудовищ, и почти всё время лежит снег? А главное, если я переживу свадьбу, что делать с мужем, у которого ледяное сердце?..

   

ГЛАВА 1

Я стояла у окна, ожидая встречи с братом. И хотя возможно именно в эту минуту решалась моя судьба, мысли витали далеко от собственных бед. Было так странно видеть, как кружатся первые снежинки, в домах зажигаются огоньки, а люди спешат по своим делам, будто ничего не изменилось в мире. Человек умер, а словно простая снежинка растаяла, почти никто и не заметил...

   ― Госпожа, вы тут? Госпожа Клэр, вы слыхали новость? – в комнату ворвалась моя шумная горничная, обожавшая городские сплетни. – Вся столица гудит! Король в ярости! Он приказал Де Брину жениться!

   ― Кому? – я мало интересовалась жизнью двора, и не поняла, о ком речь.

   ― Да вы что? Сэлвину Де Брину, архимагу и своему другу! Этот ледяной красавец столько сердец поразбивал, страшно сказать! Как ни придёт в столицу, так новая дама падает к его длинным ногам. Говорят, королеве это надоело, вроде, на сей раз, он соблазнил её фрейлину... В общем, попался, гордец!

   ― Вряд ли такого человека исправит брак, а вот его несчастную невесту жалко. Достанется бедняжке тот ещё муженёк, – я окинула взглядом свою комнату, и чужие проблемы сразу вылетели из головы. – Что там господин Миллс? Не звал меня к себе?

   ― Нет, госпожа, ваш брат ещё сидит в кабинете со стряпчим.

   И стоило ей это сказать, как слуга сообщил, что братец созрел для разговора.

   В бывшем отцовском кабинете ещё уютно пахло табаком прошлого хозяина. Тут всё напоминало о прошлом, которое теперь ушло навсегда, и красная, постная физиономия братца ясно свидетельствовала об этом. В золотистом свете камина и свечей, в обрамлении распущенных рыжих кудрей, Гэвин выглядел ещё краснее и злее обычного. Мне стул не предложили.

   ― Собирайся, – без всяких предисловий заявил брат таким тоном, словно с провинившейся прислугой говорил. – Через час тебя не должно быть в этом доме. На содержание или приданое можешь не рассчитывать, но я, так и быть, позволю тебе взять любые личные вещи и украшения. Однако с момента, как за тобой закроется дверь моего дома, не желаю больше вспоминать о том, как отец опозорил наш род. Забудь, что у тебя есть брат. Поняла? – прикрикнул он, хотя я и не спорила. – Иди. Выполняй!

   Я молча развернулась, не чувствуя ничего, потому что примерно такого решения и ожидала, и уже взялась за ручку двери, когда отцовский поверенный окликнул меня и поставил на стол неказистый ящичек.

   ― Не забывайте, молодой господин, что по закону ваш отец мог оставить дочери памятный дар. Надо чтить его волю и соблюсти формальности, – стряпчий повернулся ко мне, подобострастие испарилось, сменившись презрением: – Берите, госпожа Клэр, это ваше наследство.

   Пришлось вернуться к столу и взять короб. Шершавое дерево, покрытое лаком, очень старое, щеколда слегка заржавела... Я понятия не имела, что там, однако почему-то не хотела показывать дар этим двум стяжателям.

   ― Не откроете? – высокомерно скривился стряпчий. – Так-то вы цените отцовскую память... Рассчитывали на что-то побогаче, а?

   ― Конечно, рассчитывала. Чего ещё можно ждать от дочки лавочницы? – Гэвин усмехнулся одними губами и процедил: – Иди. У тебя час.

   Что я могла забрать? Без лошади, с несколькими монетками, оставшимися в кошельке после давней прогулки с отцом, к чему мне сундуки и шляпные картонки? Я вздохнула, глянув в окно, за которым усиливался снегопад и уже стемнело. Мне ведь и переночевать негде...

   Мы с причитающей горничной скидали в большую торбу самое необходимое, сверху поставили папин ящик, а в мягкую, расшитую шёлком сумочку я положила все свои «сокровища» – сбережения, украшения и зеркальце. Потом оделась, как могла тепло, закуталась в плащ, подбитый волчьим мехом, и спустилась вниз, придерживая длинные юбки.

   В холле уже ждал недовольный братец, слегка испуганный стряпчий и незнакомый, довольно пожилой мужчина в дорогом костюме, плаще и шляпе с пером.

   ― Планы меняются, сестрица. Ты пойдёшь с этим господином. Понятия не имею, что могла натворить такая бездарная идиотка, как ты, но видимо, что-то серьёзное, раз это заинтересовало тайную канцелярию Его Величества, – брат повернулся к незнакомцу, внимательно изучавшему меня нечитаемым взглядом. – Сразу скажу, что бы она ни сделала, род Миллсов не имеет к этому отношения. Эта девица – позор семьи, и мне бы хотелось никогда больше о ней не слышать.

   ― Идёмте, госпожа Миллс, мне приказано проводить вас в королевский дворец, – вельможа не удостоил вниманием Гэвина, чуть поклонился мне, открыл портал и поманил за собой.

   Выбора не было, и я шагнула в сияющий проход.

   

ГЛАВА 2

Дворец я прежде видела только из городского парка, там была сделана прогулочная площадка, с которой открывался вид на королевскую резиденцию. Изящное голубое здание с колоннами, лепниной и яркими витражами огромных окон казалось продолжением неба на земле. Но внутри было ещё красивее!

   Наборный паркет, расписные потолки, богато украшенная резьбой и позолотой мебель, картины с пейзажами и животными... И никаких свечей! Только зачарованные хрустальные кубики, похожие на куски льда, сияющие ярким белым светом! Они были расставлены повсюду и сверкали гранями...

   Отцовский дом был достаточно богатым, но такого я и представить не могла. Все же королевский преподаватель по фехтованию живёт не так, как сам король.

   С тех пор, как мы вышли из портала, мой провожатый не проронил ни слова, он просто вёл меня куда-то через коридоры и залы, так что оставалось лишь любоваться окружающей роскошью и надеяться, что сегодня не придётся ночевать на улице. Страшно мне не было, что бы ни болтал брат, вины за собой я не знала. А учитывая полное отсутствие магии, даже став лунатиком, навредить могла разве что себе. И всё же зачем меня привели во дворец?

   Ответ пришёл, стоило лишь подумать.

   ― Госпожа Миллс, королевский канцлер вас ждёт, – незнакомец распахнул передо мной высокую, украшенную позолотой дверь.

   Пухлый коротышка, в чьей серой внешности выделялись только перстень с изумрудом и тёмно-зелёный костюм, стоял у окна, и рассматривал меня с самым усталым видом.

   ― Клэр Миллс... Что же, пусть от отца вам не передалась магия, зато материнская красота получила своё повторение. Вы не столь яркая, как матушка, но весьма привлекательны. Тем лучше, – удовлетворённо подвёл итог канцлер. – Моё имя граф Ортс, Его Величество поручил мне решить одну деликатную проблему. Присядем, – он указал на стул, а сам обошёл письменный стол и сел в кресло. – Дело в том, что ваш покойный отец, примите мои соболезнования, кстати, несколько лет назад оказал королю, а тогда ещё принцу, небольшую услугу. В ответ будущий правитель пообещал, что в случае смерти господина преподавателя он позаботится о его дочери от второго брака. Не секрет, что право на отцовское наследство имеют только дети от первой жены, дети от последующих браков полностью зависят от воли своих единокровных братьев или сестёр. Отец знал, что Гэвин не станет заботиться о вас, как это ни печально. Ваш брат так и не примирился с тем, что его мачеха – простая женщина, без магии, без состояния и связей, хозяйка портновской лавки...

   Мне было противно слушать это всё, хотя я не стыдилась матери, и сожалела лишь о том, что она умерла, когда мне было семь лет. Снобизм и высокомерие аристократов, наделённых магией, бесили меня до дрожи, но я понимала, что ничего не смогу изменить, поэтому решила просто молча выслушать.

   ― Да, так вот – толстяк крякнул, придвигаясь ближе к столу, – возвращаясь к обещанию правителя... Король утром узнал о смерти господина Миллса и решил выполнить договор. Эту ночь вы проведёте во дворце, на этаже прислуги вам уже приготовили комнату, а утром встретитесь со своим женихом.

   ― С кем? – тут уж я не выдержала.

   ― Что вас так удивляет? Разве не подобную заботу имел в виду ваш отец? Любой родитель мечтает видеть дочь пристроенной. Да и каковы ваши перспективы? Как я понял, брат уже выставил вас из дома. Родни по материнской линии нет, лавка давно продана, ни средств, ни приданого, ни полезной профессии. Что вы собирались делать, вообще? Если бы не благородство Его Величества, мёрзли бы сейчас на улице, – разгорячился канцлер, осуждая меня и взглядом, и тоном. И конечно, в его словах была горькая правда.

   Из того, что можно продать, у меня имелись только несколько украшений, но совсем не дорогих. Серебро, янтарь, бирюза, речной жемчуг... Отец старался не делать дорогих подарков, чтобы не злить сына ещё больше, а тот ненавидел меня и маму всю жизнь. Считал каждый грош, на нас потраченный, и горевал по утекавшему сквозь пальцы наследству.

   ― За кого мне будет приказано выйти? – сказав это, я с трудом протолкнула ком в горле, чувствуя, как клетка моей жизни захлопнулась и быстро сужается до размеров ящика.

   Кстати, я ведь так и не посмотрела, что оставил мне папа на память...

   ― Завтра, юная леди. Всё завтра. Сегодня вам пора отдохнуть, да и мне тоже.

   ― Скажите хотя бы имя! – взмолилась я. Если там будет кто-то ужасный, лучше сбегу подальше от такой заботы.

   ― Лорд архимаг Де Брин, – процедил канцлер и позвонил в колокольчик, зачарованный так, что его звук слышал лишь вызываемый слуга, тот, о ком подумал маг.

   У меня руки-ноги задрожали. Только не он! Не этот бессовестный повеса с ледяным сердцем! Но оказалось, это ещё не самое страшное.

   ― Милочка, да что же вы так побледнели?! – всполошился вельможа. – Неужели сказок наслушались о проклятье? Слышали историю о невесте Де Брина, умершей на свадьбе от прикосновения к жениху? Глупости всё это!

   ― Проклятье? Умершая невеста?.. – у меня закружилась голова.

   ― Ну, да... Умерла... Но это дело прошлое! Да и свадьба ваша состоится тут, а не в про́клятом северном замке. В общем, хватит истерику устраивать. Вам такая честь оказана, что ноги правителю целовать надо. Девчонка неблагодарная... Идите!

   Появилась служанка, подхватила мою торбу, а граф сам выпроводил меня из кабинета.

   

ГЛАВА 3

Всю ночь я не сомкнула глаз. Вот когда пришлось пожалеть, что не слушала городские сплетни! Теперь даже моя бывшая горничная знала о навязанном женихе больше, чем я. И как бы ни напрягала память, а в голове крутился только сегодняшний разговор, из которого было ясно, что этот архимаг, как говорила наша кухарка «тот ещё потаскун». К этому добавился про́клятый замок и странная смерть первой невесты...

   Я несколько раз хватала свои пожитки и порывалась бежать, но открывала дверь и снова закрывала. Куда идти? Ни подруг, ни родни, ни даже просто хороших знакомых у меня нет, денег нет тоже... Да и дворец ведь охраняется. Кто меня выпустит ночью?

   Ловушка захлопнулась.

   Утром я привела себя в порядок и ждала, даже от завтра отказалась, понимая, что ничего не смогу проглотить.

   За мной пришёл лакей в бархатной ливрее, и последнее, что я отчётливо запомнила, это его тощая спина передо мной. Дорога в памяти не отложилась, так сильно я перенервничала. Очнулась уже в большом пустом зале, где стоял лишь небольшой трон на помосте, устланном коврами.

   На богатом троне сидел худощавый мужчина средних лет, нервный и недовольный. Вокруг стояли разодетые придворные, среди которых я, в сером траурном платье, сразу почувствовала себя убогой.

   ― Госпожа Клэр Миллс, – услышав своё имя, названное зычным голосом, я вздрогнула, а Его Величество сделал знак, подойти ближе.

   Я присела в реверансе, боясь даже смотреть на короля, зато меня без стеснения разглядывали все.

   ― Итак... госпожа Миллс, – проворчал правитель. – Сожалею о смерти вашего родителя. Господин Миллс был достойным человеком.

   Пришлось снова присесть и кивнуть, благодаря за соболезнования.

   ― Канцлер уже оповестил вас о том, каким образом я решил устроить вашу судьбу. Вы довольны? – последнее было сказано так, что если я и хотела возразить, то не посмела. Раз король решил, кто я такая, чтобы спорить?

   ― Благодарю вас, Ваше Величество! – реверанс. – Вы безмерно добры ко мне.

   ― Да, конечно, о таком браке девица, подобная вам, может лишь мечтать, – милостиво согласился король, – но... Считайте это моим знаком уважения вашему отцу. Никто не сможет сказать, что Тибериус Третий не держит слова.

   Придворные, внимательно следившие за разговором, одобрительно загудели, а я снова сделала реверанс, проклиная тот день, когда отец решил попросить короля об услуге.

   И тут в зал вошёл странно посеревший граф Ортс. Он подошёл к королю и что-то тихо зашептал. Его Величество вспыхнул, выпучив глаза, а канцлер побледнел ещё больше.

   ― Что? – монарший вопль отразился гулким эхом от стен, звякнул в стрельчатых окнах. – Как он посмел?

   ― Вы же знаете, Ваше Величество, архимаг Де Брин очень своенравный, и делает только то, что сам захочет, – пробормотал канцлер. – Он сказал, что сейчас у него свои дела. Жениться не отказывается, а вот знакомиться с невестой ему некогда... И вообще... Ему, как бы это сказать... Всё равно, какая она.

   ― Всё равно? – проскрежетал король.

   ― Да. Девушка без магии, имени и приданого его не интересует. Если Вашему Величеству угодно наказать его таким образом, он принимает наказание, и будет относиться к этому браку соответственно, – граф стал совершенно белым и отступил на шаг от трона, словно боялся нападения правителя. – Вот так он сказал...

   У меня пылали щёки. Такое унижение! Жених не соизволил даже на знакомство явиться, потому что ему не интересно. Мужчины в зале поглядывали на меня сочувственно, зато дамы злорадствовали вовсю. Нищенка, дочка лавочницы, так ей и надо, а то слишком высоко взлетела!

   Король вскочил с места и стремительно вышел из зала, хлопнув дверью, придворные, гудя подобно растревоженному осиному гнезду, потянулись следом, обходя меня, как валун посреди дороги. А я смотрела на опустевший трон, и кусала губы до крови, чтобы только не расплакаться.

   ― Не стойте тут, идите к себе! – прикрикнул граф и сделал знак лакею, чтобы увёл меня.

   Потеряв счёт времени, я плакала в подушку, радуясь, что хоть этому никто не помешает. Дома брат орал всякий раз, как видел мои слёзы после папиной смерти. Отец... Если бы ты только знал, чем обернулась для меня твоя забота!

   Моя рука свесилась с кровати и стукнулась обо что-то. На полу стояла торба, а сверху лежал ящичек. Отцовский памятный подарок, который я так и не открыла.

   Вынув короб, я села на край и осторожно сдвинула щеколду. Крышка открылась с грустным скрипом, в ящике оказался свёрток. Мягкая ткань, обвязанная бечёвкой, а внутри что-то твёрдое. На дне ящичка я заметила письмо и сразу узнала почерк отца.

   «Милая, добрая моя девочка, прости своего старика. Я не могу позаботиться о тебе иначе, но надеюсь, что обещания короля и этого небольшого подарка будет достаточно, чтобы ты преодолела трудности. Люблю тебя. Папа» – пара строчек, от которых сердце взорвалось болью. И сразу ушли на дальний план и неприятности, и позор, и мерзавец жених. Только со смертью ничего не поделать, со всем остальным можно справиться.

   Я потянула за конец бечёвки и принялась распаковывать свёрток.

   

ГЛАВА 4

Передо мной лежал странный предмет совершенно непонятного назначения. В ткани оказался небольшой шар, легко помещавшийся у меня в ладони, его пористую серую поверхность покрывали бледно-голубые, похожие на молнии, линии. Шар был прохладным и лёгким, при этом выглядел очень прочным, но ведь для чего-то его обернули мягкой тканью и спрятали в прочный короб... И почему отец надеялся, что эта штука поможет мне в преодолении трудностей? Что это такое?

   Конечно, во дворце полно магов, но почему-то мне хотелось спрятать шар ото всех, беречь его от посторонних глаз, так же, как это было с братом.

   Когда служанка вошла ко мне через некоторое время, отцовский подарок был надёжно припрятан на дне торбы.

   ― Хорошо, что вы зашли, – я постаралась мило улыбнуться. – Скажите, граф Ортс не говорил, можно ли мне покидать дворец? Хочу наведаться в городскую библиотеку.

   ― Нет, госпожа, на этот случай распоряжений не было, – служанка слегка растерялась, а потом озадаченно спросила: – А когда же вы книги-то собрались читать? Свадьба через пару часов. Вам уже и наряд прислали...

   ― Кто? – удивилась я.

   ― Лорд архимаг, конечно, – улыбнулась женщина и открыла дверь шире, пропуская троих слуг.

   Жених прислал мне серое платье со скромным вырезом и пышной юбкой, вроде и траурное, но расшитое чёрным жемчугом и серебром. Роскошное! У меня таких никогда не было, да и ходить в подобном наряде было некуда. Архимаг подумал и о подходящих туфлях, а ещё прислал бусы и серьги из серых жемчужин и серый плащ, подбитый пушистым мехом. Довершал всё это небольшой букетик белых осенних крокусов, самых поздних цветов в наших краях. Нежные растения лежали в коробочке, погруженные в стазис, и на свадьбу мне надо было приколоть букетик к лифу платья, как требовала свадебная традиция.

   Служанка протянула мне записку и вышла, сказав, что приготовит ванну, а потом мною займутся парикмахер и горничная.

   Развернув листок, я прочла слова, написанные мелким, торопливым почерком: «Сударыня, соблаговолите хотя бы выглядеть пристойно на нашей проклятой свадьбе».

   Наряд сразу показался отвратительным, а запах цветов, до того приятный, вызвал тошноту. Это не забота, не попытка загладить вину за утреннюю выходку, а просто желание пустить людям пыль в глаза и держать лицо. А ещё, явное намерение унизить, показать, каким будет его отношение к дочери лавочницы, без магии и приданого.

   Меня разрывало от обиды, но слёз не было. Я уже всё выплакала, и внутри нарастало раздражение и желание бороться и делать всё наперекор.

   Когда пришла парикмахер, зрелая женщина с печальными глазами, спокойная и внимательная, я велела заплести мне косу и уложить сзади в пучок. Я буду выглядеть прилично! Беспокоится женишок, что женится на простолюдинке? Ну так её он и получит у алтаря. Самое страшненькое платье надену!

   ― Госпожа... – вздохнула женщина, когда служанки вышли, – я слыхала о том, что архимага Де Брина король принудил к браку, и лорд, конечно, совсем не рад. Как и вы, судя по всему, что тоже можно понять. Если девушка умна, то ей не застит глаза титул и богатство, она знает, что неравный брак, скорее всего, не принесёт счастья... – парикмахер ласково на меня посмотрела, и снова вздохнула с сочувствием. – Мне понятно ваше желание насолить жениху, подразнить расфуфыренных гостей, но это ничего не даст, поверьте. Я много лет работаю с этими людьми, успела их изучить. Они не поймут ваш протест, станут насмешничать, и лорд архимаг придёт в ярость. А ведь вам с ним жить... Стоит ли начинать семейную жизнь с такого? Кому хуже-то будет?

   ― Они всё равно будут смеяться. Будут судачить, что простолюдинка вырядилась, как аристократка.

   ― Да. Так вот и покажите им, что отличие между вами только в одежде, и при деньгах любая простая девушка легко сойдёт за какую-нибудь графиню. Утрите им нос! Вот это они точно прочувствуют. Если вы будете безупречны, будете вести себя, как высокородная леди, они свои перчатки сгрызут от злости! И потом, ваш жених ценит женскую красоту, а иметь дело с влюблённым мужчиной гораздо проще и приятнее, чем с озлобленным.

   ― Я бы предпочла вообще не иметь с ним никаких дел, – у меня аж зубы скрипнули, так сильно стиснула челюсти.

   ― Вот это вы зря. Я видела лорда архимага несколько раз, и поверьте, он такой мужчина, которого каждая была бы рада в себя влюбить. От этого он, конечно, слегка избалован, но тем интереснее будет приручить такого красивого зверя, – парикмахер подмигнула мне и принялась за причёску.

   Через полтора часа я, в богатом платье и в сопровождении канцлера, вышла из портала прямо у городской ратуши, где заключались все браки. На ступенях собралась толпа ротозеев, а жених, видимо, ждал внутри. Ну, я надеялась, что хоть сюда он явится. Впрочем, и не явится, я буду только рада!

   

ГЛАВА 5

В ратуше тоже было полно разряженного народу, и толпу разделал надвое коридор, созданный двумя рядами начищенных бронзовых столбиков, соединённых цепями. В конце коридора на помосте из нескольких ступеней стоял градоначальник, в чьи обязанности входила и регистрация браков. Рядом с ним застыл высокий, стройный мужчина, одетый по последней моде.

   Тёмные брюки, начищенные сапоги, белая рубашка с воланами на рукавах, серебристые камзол и кафтан, расшитые чёрно-белыми узорами, огромный бриллиант в перстне – всё кричало о богатстве и положении архимага. Я узнала жениха, поскольку парикмахер сказала, что Де Брин беловолосый, а на широченные плечи незнакомца спускался водопад густых, гладких, совершенно белых волос длиной до самых лопаток.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

139,00 руб Купить