Недоразумение на боевом факультете. Свет во тьме. Книга 2. Лана Ларсон

Оглавление

• АННОТАЦИЯ
• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18
• ГЛАВА 19
• ГЛАВА 20
• ГЛАВА 21
• ГЛАВА 22
• ГЛАВА 23
• ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ

Поступление в Академию дало все, о чем я не смела даже мечтать: равновесие в силе дара, друзей, любовь. Но именно здесь я оказалась втянута в игру сильнейших магов, которым нужен мой дар, а стены Академии и Лерт единственные, кто удерживает их от активных действий. Впереди праздники, летняя практика и долгожданные каникулы. Кажется, что может пойти не так? Оказывается, очень многое...

ГЛАВА 1

Анника

   Вы когда-нибудь видели живые помещения?

   Нет?

   А нам, адептам Великой Академии Изумруд, довелось каждый день сталкиваться с этим. Наша академия живая, и у нее иногда, а если точнее — довольно часто, случаются перепады настроения.

   Когда она добрая и веселая, то не препятствует и даже помогает вовремя успеть на пару в дальнюю аудиторию. Или сокращает путь, буквально перенося адепта к нужным дверям, минуя большую часть дороги. Нечасто, конечно, но за время учебы каждый адепт испытывает на себе эту магию.

   А еще с ней лучше не ссориться.

   Иначе месть этой живой и даже думающей академии будет долгой, муторной и никак не забавной.

   И я как раз умудрилась испортить с ней отношения. Совершенно случайно, не со зла, я ведь только защищалась и случайно обвалила половину стены в крыле темных. Я даже извинилась перед ней, но эта… хм, живая засранка и слушать ничего не желает.

   Теперь она мстит и усложняет мне и без того несладкую жизнь. Путает коридоры, меняет аудитории прямо перед носом, может перекинуть меня в начало коридора, который я только что прошла, чтобы я снова и снова его проходила.

   У-ух, вредина.

   Например, вчера я спокойно шла в своем крыле, а оказалась вдруг у менталистов. Повернула за угол — меня перебросило к некромантам, которые совсем не рады пришлым в своем крыле.

   Утешало то, что сейчас начались каникулы и нет занятий, иначе схлопотала бы я уже с десяток отработок за опоздания.

   После событий на Изумрудном балу Лерт усилил мою защиту. И теперь, помимо его милой темно-огненной собачки, на мне красовался витиеватый, невероятно легкий и очень красивый браслет, выполненный из рения. Того же металла, в который был вставлен мой накопитель, розовый алмаз, «выданный» академией при поступлении.

   Тонкий, легкий, но очень прочный металл, чем-то напоминающий серебро или платину. Браслет выглядел изящно, и не сразу догадаешься, что это сильнейший артефакт, нацеленный на отталкивание магов с плохими намерениями. Не в прямом смысле, конечно. Он словно отводил взгляд, немного туманил разум, и человек уже забывал, что плохого хотел сделать, и уходил.

   По крайней мере, Лерт объяснил именно так.

   Еще этот браслет был из его мира, семейная реликвия, которую альвалоры рода Дестмар дарили своим айвири. То есть избранным женщинам. Преподнеся подарок, Лерт первым делом сказал, что браслет меня ни к чему не обязывает, если я его приму, но в глазах я заметила надежду.

   Надо будет его вывести на откровенный разговор и узнать, кто такие айвири и какую роль они играют в мире Лерта. Пока мне были озвучены лишь общие фразы, не более, так что все оставалось туманным. Может, получится это провернуть сегодня, когда Лерт вернется от ректора.

   Я тяжело вздохнула, глянула на часы и бездумно перелистнула страницу толстого фолианта о… кажется, о теории построения заклинаний в древние века. Сейчас я сидела в общефакультетской библиотеке и считала минуты до появления Лерта. А он уже запаздывал, и я невольно начинала нервничать. Сама библиотека была поистине огромной. Посередине был широкий и длинный проход, который украшали кадки с растениями (не всегда дружелюбными) и мягкие небольшие диваны. По обеим сторонам от прохода длинной вереницей стояли стеллажи с книгами, которым, казалось, нет конца и края. Как и коридору библиотеки. Рядом с каждым стеллажом была винтовая лестница, уводящая на следующий этаж с книгами. Всего их было четыре, а завершал всю эту красоту расписанный под звездное небо потолок.

   Ходили слухи, что у библиотеки нет начала и конца и, уйдя в какую-либо из сторон, ты рискуешь попасть в параллельную реальность. Или в прошлое.

   Но это все байки адептов.

   Я надеюсь.

   Но дело в том, что библиотека была частью академии и, соответственно, тоже имела особое чувство юмора. А еще каждому адепту с помощью хранителя — магистра Фрэнца Торварда — она делала своеобразное тату, которое открывало допуск в закрытые секции библиотеки. Тату «выдавались» по возрастанию. Самым простым был заяц, затем шли лиса, волк, василиск, мантикора, саламандра, и венчал все это безобразие дракон. Если у тебя на запястье красовался зайчик, то путь тебе в общие секции, а если дракон, то можно пройти даже в закрытую и запрещенную секцию.

   Догадаетесь, кто красовался у меня на руке?

   Конечно, мелкий и ушастый зверек, скачущий с руки на стеллаж и обратно, давая при этом допуск к литературе. Обычно библиотека и зверек помогали найти нужный стеллаж и книгу, а сегодня они вдвоем решили надо мной подшутить, постоянно отсылая в разные места. Сегодня я могла войти в пролет между стеллажами на первом этаже, а выйти на третьем и совершенно в другом крыле.

   Так что, поплутав полчаса, я схватила первый попавшийся фолиант и села за стол, от греха подальше. Хватит мне приключений. И Хоуп с Шерраном были со мной полностью согласны.

   После событий на Изумрудном балу Шерран не отходил от меня ни на шаг, всегда оставаясь рядом, но на теневой стороне. Я его не видела, но ощущала постоянно. Как и Хоуп, которая сейчас сидела на верхней полке книжного стеллажа и тихо чирикала, поглядывая из стороны в сторону. Просто она побаивалась Шеррана, а он сам не пытался наладить контакт.

   В этот момент часы пробили половину шестого. Лерт опаздывал уже на полчаса…

   Эйлерт

   Я спокойно вышел из кабинета ректора, прикрыв за собой дверь. Это совершенно не вязалось с желанием что-нибудь сломать или разбить, но держать эмоции под контролем было необходимо. Магистр Дарро только и ждет, когда я выйду из себя и сорвусь. Не дождется.

   За дверью остались ректор, несколько магистров и целый список неотвеченных вопросов. Третий день они не могут понять, кто стоит за нападением на Нику. Третий день они водят меня за нос, говоря, что в академии нет виновных, что тьма уходит корнями куда-то дальше, скорее всего, в иной мир. Третий день они просят меня оставаться спокойным и говорят, что во всем разберутся.

   Но я уверен, что они и так уже знают виновного. Знают, только не хотят говорить. Почему? Черт их знает.

   — Почему вы не можете еще раз проверить Роану на воздействие тьмой?

   — Я уже проверил, — спокойно отвечал магистр Дарро с холодной усмешкой. — С адепткой Сиггрид все в порядке. Было небольшое внушение, как у адептов Оррана и Пенсона, но теперь оно снято.

   — Кто поставил это внушение?

   — Эйлерт, — усмехнулся магистр. — Неужели ты думаешь, что если бы я это знал, то не сказал бы? Тут действовал маг высшего уровня, а не простой адепт. Кто? Не имею понятия. Больше мне добавить нечего.

   Иными словами, он непрозрачно намекнул, чтобы я не лез не в свое дело. И мой вопрос, кто мог это сделать в стенах академии, тоже остался без ответа.

   Дэргана и водника Пенсона поместили в лекарское крыло и никого к ним не пускали, кроме магистров. Они-то и сообщили, что оба парня были под воздействием темной магии высшего уровня и сейчас ничего не помнят. Только кто их околдовал, не знают. Роана попала под проверку с моей подачи и, как оказалось, тоже была под внушением. Мне она твердила, что ничего не замышляла, тоже ничего не помнит и вообще не знала, что на Нику готовилось нападение. А была ли причастна к этому самому нападению, так и осталось загадкой. Верить ей или нет — не знаю. Хочу верить, ведь мы с ней общаемся с детства, но…

   В свете последних событий возникает слишком много «но».

   Сейчас я уже подходил к библиотеке, чтобы присоединиться к Нике. Хотел ее проводить перед тем, как пойти к ректору, но магистр Дарро, как всегда появившийся из ниоткуда посреди коридора, спутал планы, и до библиотеки девушке пришлось добираться одной. С каждым днем я все сильнее чувствовал ее эмоции и сейчас прекрасно ощущал их. Пока она дошла до места назначения, несколько раз испугалась, разозлилась и даже отчаялась. А все из-за козней живой академии, которая после обрушения Никой части стены начала ей пакостить, путая в коридорах и перебрасывая в разные части замка.

   Хорошо, что Шерран сейчас был рядом и помог ей выйти к нужной двери.

   В библиотеке было тихо, как обычно бывает во времена каникул. Большая часть адептов разъезжается по своим мирам, и в академии остаются в основном первачки, которые больше хотят отдыхать и устраивать вечеринки, чем сидеть в библиотеке.

   Ника нашлась почти сразу. Я просто настроился на ее ауру и выстроил теневую тропу, выйдя из нее недалеко от нужного стола, где и сидела девушка. Можно было подкрасться сзади, но пугать не хотелось. В свете последних событий, наоборот, хотел отгородить ее ото всех неприятностей. Жаль только, не получается. Нику, как и всех причастных к последним событиям, чуть ли не каждый день таскали к ректору для выяснения новых подробностей. Но как я понял после сегодняшнего разговора, ничего нового мы уже не узнаем. Так что ректор отправил всех отдыхать и больше к этому вопросу не возвращаться. Самое интересное, что магистр Дарро полностью его в этом поддержал. Посмотрел странно, словно знал больше, чем хотел рассказать, и отправил на все четыре стороны.

   Ну что ж, магистр Демиан Дарро, я не знаю, какую игру вы затеяли и на чьей стороне играете, но я обо всем узнаю.

   Даю слово.

   Анника

   — Как все прошло? — взволнованно спросила, когда Лерт опустился на стул и устало провел руками по лицу. Боже, выглядел паршиво, если не сказать больше.

   — Сносно. Ректор сказал, что вопрос исчерпан.

   — Как исчерпан? Он рассказал, кто воздействовал на адептов? — удивилась я, но Лерт отрицательно качнул головой. — Тогда почему закрыл вопрос? Ведь этот «кто-то» наверняка должен быть в академии! Адепты не покидали ее пределы до каникул и…

   — Покидали, — спокойно возразил он. — Начиная со второго курса адептам можно спокойно выходить в город. Именно там и могли использовать темную магию.

   — И ты в это веришь?

   — Я уже не знаю, во что верить, — устало выдохнул он. — Это слова ректора и Дарро. Они как попугаи заладили одно и то же, что в академии этого сделать не могли и, скорее всего, темный маг находился в городе, выискивая подходящих адептов.

   Нахмурилась. Странный ответ, который мне вот совсем не нравился.

   — И как они поняли, кого именно нужно отлавливать? Как поняли, что именно Дэрган меня невзлюбил? Был ведь еще Варден, если помнишь, но его-то не тронули.

   — Как не помнить, — сухо усмехнулся парень, и на мгновение его глаза блеснули серебром. — У Ларса слишком большое самомнение, но сам по себе он неплохой парень. Скорее всего, негатива к тебе он никогда не испытывал, поэтому его и не тронули. Мог и не подчиниться тьме или подчиниться неправильно. Да, такое тоже бывает, — предугадал он мой вопрос, — довольно редко, но бывает. Он мог, например, помнить, кто наложил заклятие, или при нападении выложить все подчистую. А Дэрган, похоже, на самом деле тебя недолюбливал, раз его смогли околдовать.

   — Но кому это надо? — спросила тихо. — Кому я помешала? Первокурсница, которую особо никто не знает, без какого-либо сильного дара и…

   — Не совсем так, — перебил меня Лерт. — У тебя сильная магия. Редкая. И я думаю, что тот, кто использовал темное воздействие на ребят, пришел с Арсалога. Дэрган упоминал пророчество из моего мира. Никому, кроме альвалоров и дарверов, о нем неизвестно. И, скорее всего, первым делом воздействовали на кого-то одного, на темного. А уже он в свою очередь делал внушение остальным.

   Я напряглась и закусила губу. Мы уже не раз обсуждали эту тему, но точного ответа пока так и не нашли.

   — Сюда могли прислать одного сильного дарвера для осуществления замысла, — тем временем продолжил он. — Только они обладают темной магией. А учитывая, что тут учусь я и…

   — Роана. — Он осекся, но я продолжила. Пусть она его подруга с детства, но сейчас только она могла провернуть такое дело. — Ее могли принудить околдовать остальных участников нападения. Но было ли это принуждением?

   — Я очень на это надеюсь, — глухо отозвался он. Эта тема всегда заканчивалась одинаково: Лерт не хотел верить в причастность Роаны, и, пока не было доказательств, я не настаивала на обратном. Хотя не очень-то верила, что девушка не пошла на такой шаг добровольно.

   — Но кому нужно меня устранять? — перевела я тему. — Кому я так помешала? Я ведь даже не знала об этом пророчестве, пока не поступила сюда. И наверняка бы и не узнала, если бы мне так настойчиво о нем не стали рассказывать и не пытались устранить. Училась бы себе спокойно, никого не трогала, а теперь образовалась проблема на проблеме.

   — Я знаю, — прошептал Лерт, беря меня за руку и перебираясь ближе. — Мы обязательно во всем разберемся, обещаю.

   Я улыбнулась и уткнулась ему в плечо, вдыхая аромат ледяной свежести, ставший таким родным. Лерт переместил меня к себе на колени, обнимая и словно защищая от всего мира. Я верила Лерту, верила, что он не позволит никому меня обидеть, он сам об этом часто говорил, а Шерран на задворках сознания глухо рычал, соглашаясь. Даже странно, пса я пока больше не видела, но слышала и ощущала постоянно.

   Защита — это хорошо, но хотелось разобраться во всем самой.

   И я обязательно разберусь, чего бы мне это ни стоило.

   Мы просидели так долго, совершенно позабыв о времени и ужине, который благополучно пропустили. Перебрали несколько версий случившегося, подумали, кто может быть виновным, и просто помолчали. С Лертом было очень уютно молчать, зарываясь пальчиками в шелковые волосы. Ощущать тихое, размеренное дыхание, слушать, как стучит сердце, просто чувствовать его рядом. Правда, стулья тут были не сказать чтобы удобные, пришлось несколько раз менять положение. Так что Лерт в итоге снова посмеивался.

   — Вот зря ты отказалась идти ко мне в комнату, — усмехнулся он, устраивая меня поудобнее. — Там диван хороший есть, и можно было там даже поужинать, минуя столовую.

   — Как-нибудь в другой раз, — прошептала, вставая и потягиваясь, словно после долгого сна. — Надо идти, а то скоро библиотека закроется.

    Сейчас на мне было простое трикотажное малиновое платье до колен, присланное мамой из дома. Я его оправила, надела мантию и заметила, что Лерт с легкой улыбкой внимательно наблюдает за моими манипуляциями.

   — Что? — спросила, оглядывая себя.

   — Ничего. Просто любуюсь. — Он встал следом и поцеловал, заставив колени подогнуться. Он еще и по спине поглаживал, и в волосы рукой зарылся, посылая табун ликующих мурашек все ниже и ниже. Как хорошо, что сейчас библиотека была пуста и ни от кого не нужно прятаться.

   — Ну что, пойдем? — спросил он через некоторое время, самым наглым образом вытаскивая из сладкой неги. Я даже не сразу сообразила, что он говорит, а он в свою очередь тихо посмеялся, чмокнул меня в нос и поставил тяжеленный фолиант на место. Хм, я его с трудом до стола дотащила, а Лерт чуть ли не одной рукой взял.

   Я снова поправила съехавшую мантию, пригладила волосы и оглянулась в поисках Хоуп. После последних событий моя мелочь перестала куда-либо улетать, боялась оставаться одна. Но сейчас ее нигде не было.

   — Ника? — Лерт подал мне руку, приглашая пойти на выход, но я качнула головой.

   — Хоуп нигде нет. Сейчас найду ее и пойдем.

   Парень знал, что моя совушка сейчас была постоянно рядом, так что не возражал и тоже присоединился к поискам. Мы обошли несколько ближайших стеллажей, поднялись на следующий этаж, осмотрели все там, звали ее постоянно, но Хоуп нигде не было.

   — Может, она улетела? — спросил Лерт, когда у меня уже нервы на пределе были. — Она же любит гулять сама по себе. Скорее всего, и сейчас куда-то отправилась.

   — Мы договаривались, что обо всех своих передвижениях она будет мне говорить, — возразила упрямо. — Либо она где-то здесь и притаилась, либо…

   Я замолчала, прикусив губу. Думать о плохом не хотелось, но в голову, как назло, лезли мысли одна другой хуже. Кому могла помешать мелкая неправильная сова?

   — Сейчас найдем. Шерран, найди Хоуп.

   Лерт прикрыл глаза, и через пару секунд на краю сознания послышался тихий рык, а следом появилась тонкая теневая дорожка, ведущая вглубь коридора. Идя по ней, мы поняли, что Хоуп каким-то образом пробралась в запретную секцию.

   — Как она туда попала? — недоуменно спросила я, всматриваясь в массивную резную дверь, отделяющую эту секцию от основного помещения. Мне туда вход был запрещен, только адепты с тату в виде дракона могли туда заходить. Ну и магистры, разумеется.

   — Не знаю, но сейчас найду.

   Лерт приложил руку к двери, и та послушно отворилась, пропуская парня внутрь темного помещения. А затем плавно захлопнулась прямо перед моим носом.

   Пф, не очень-то и хотелось идти туда. Если б не моя пронырливая мелочь, то я бы в эту секцию и носа не сунула, а так пришлось стоять перед дверью, как бедный родственник, и заламывать руки в ожидании.

   Наконец дверь начала приоткрываться, и оттуда с диким чириканьем вылетела Хоуп, зажимая в лапках довольно массивный медальон, чуть ли не с нее размером. Вылетела и, не рассчитав траекторию, чуть не врезалась в ближайший книжный стеллаж, в итоге усевшись на стопку книг.

   — Хоуп, что это у тебя? — Я подошла ближе, оглядывая запыхавшуюся совушку и круглый, массивный медальон с фиолетовым камнем. — Где ты его взяла? Это же чужое!

   Хоуп испуганно чирикнула, крепче перехватила добычу, словно ее сейчас станут отнимать, и попыталась взлететь. Но, видимо, она выдохлась, да и кулон даже по виду был не легким, так что взлететь у мелочи получалось с трудом. Поэтому я успела добежать и схватиться за кулон, чтобы вернуть его на место.

   — Ника, не трогай! — послышался из-за двери голос Лерта, но было поздно, кулон уже был у меня в руке.

   В это же мгновение он глухо загудел и затрещал, словно раскалывался. В глаза ударил яркий фиолетовый свет, а следом меня начало затягивать… в кулон. В воронку, образовавшуюся в его середине. Быстро и неотвратимо.

   Ой-ой, это что?

   Я хотела разжать руку, но не получалось. Я словно приклеилась к нему. А затем почувствовала, что проваливаюсь в пропасть, затаскивая за собой и кулон, и верещащую Хоуп, у которой тоже не получалось отцепиться от добычи.

   — Лерт!

   Я закричала и почувствовала, что Лерт успел ухватить меня за руку, вместе с нами падая в провал.

ГЛАВА 2

Я не знаю, сколько прошло времени с момента падения: час или пара минут. Мы попали в такое место, где, судя по всему, время текло иначе, чем в привычном нам мире.

   Мы попали в серый, странный тоннель с необычными магическими потоками, которые неслись быстрее нас и исчезали в пространстве. Он не был похож на порталы или переходы в иные миры, скорее походил на загадочный лабиринт в невесомости с разноцветной магией, которая и создавала проходы и арки. Сверху, снизу, по бокам — все новые и новые коридоры были повсюду, зазывая свернуть именно в них. Но мы плыли прямо.

   То тут, то там возникали картинки. Миражи, которые показывали совершенно разные места и события. Незнакомые лица, незнакомые города, незнакомые миры… все это смешивалось и не укладывалось в сознании.

   — Что это? — спросила тихо.

   — Я не знаю, — так же тихо ответил Лерт.

   Я все еще сжимала в руке круглый кулон и Хоуп, вцепившуюся уже не в цепочку, а в меня, ошарашенно смотревшую на место, куда нас занесло. Лерт удерживал меня за талию обеими руками, словно боясь потерять. Хотя чего таить, я сама жутко боялась «потеряться».

   Голограммы сменяли друг друга, показывая все новые незнакомые лица, события, места. Магия крутилась и смешивалась, образовывая новые потоки и направления. А мы словно замерли, боясь пошевелиться или что-либо предпринять.

   Сколько мы так «летали», неизвестно, но в один момент кулон в моей руке снова затрещал, загудел и засветился таким же ярким фиолетовым светом, как при попадании сюда. А затем нас снова быстро и необратимо стало затягивать в воронку, прочь из странного места. Лерт прижал меня к себе сильнее, а я в свою очередь прижала к себе Хоуп, чтобы нас не разбросало в разные стороны. Просто нас закружило, как на карусели, а через пару мгновений куда-то выбросило. В какое-то полутемное помещение с твердым и холодным полом.

   — Ауч, — простонала, потирая ушибленный локоть. Основной массой я упала на Лерта, но тот лишь сдавленно выдохнул, так и не разжав объятий. — Прости.

   — Все в порядке. Ты как? Не ушиблась?

   — Локтем, но это пустяки. Хоуп, ты как?

   Я осмотрела питомицу, которая выглядела так, словно вереницу привидений увидела. На вид с ней все было в порядке, ушибов не нашлось, перья все на месте, только сердечко стучало раза в два быстрее. Но как только она заметила повышенное внимание к своей персоне, так сразу картинно закатила глаза, приложила крылышко к голове и лишилась чувств. Артистка. Натворила дел, отправила нас не пойми куда, а сама…

   Кстати, где мы?

   Оторвавшись от питомицы, мы огляделись и… совершенно ничего не поняли. Мы были в библиотеке. В том же самом месте, откуда исчезли. Рядом с тем же столом с магической лампой, с теми же стеллажами и дверью в закрытую секцию, из-за которой вылетела Хоуп с медальоном. За окном было так же темно, библиотека закрывалась, а магические звезды на зачарованном небе светили ярче.

   — Это что же, мы никуда не переместились? — спросила у Лерта, который, хмурясь, оглядывал помещение.

   — Получается, что да.

   Странно. Нет, конечно, хорошо, что нас не закинуло куда-нибудь в другой мир или в лапы чокнутого мага, но что же это тогда за медальон? И где мы только что были? Не могло же нам все это привидеться, всем сразу?

   — Хоуп, твое счастье, что из-за твоей клептомании нас не закинуло куда-нибудь в другое измерение, — грозно шикнула я на питомицу, которая все еще очень старательно изображала глубокий обморок. — Свои вещи некуда складывать, так ты чужие прикарманить пытаешься. Все, будешь наказана, никаких обновок до конца учебного года.

   Мелочь перестала театрально закатывать глаза, встрепенулась, обиженно чирикнула и слетела с руки на ближайшую полку. Даже отвернулась, чтобы у меня не осталось сомнений в том, что она обиделась.

   Ничего. Ей даже полезно пообижаться. Может, в другой раз подумает, прежде чем брать чужое.

   На всякий случай мы проверили помещение, в котором оказались, на наличие странностей. Вдруг это какая-нибудь параллельная реальность? Мы осмотрели стеллажи, книги, Лерт зашел в запретную секцию, но все было точно таким же, как и раньше.

   Теперь медальон не светился, не гудел и не трещал. Мне показалось, что камень вообще потух, словно его лишили магии. Сейчас это был самый обычный медальон. Красивый, скорее всего, древний, но совершенно непримечательный в плане магии. Пустой. Я предложила положить его на место, но Лерт не согласился, решив, что вещь нужно как следует изучить.

   — Это артефакт, — сказал он, рассматривая его. — Но какие у него свойства, я не знаю. Лучше показать его магистру Саксу, декану артефакторов, думаю, он быстрее нас поймет его назначение.

   Решив заняться этим с утра, мы вышли из библиотеки и направились в жилые помещения. Точнее, Лерт в крыло темных, а я в казармы. В это время суток, да еще и с учетом каникул, в коридорах было пусто, и на пути практически никто не попался, за исключением пары водников, пытающихся заморозить воду в системе водопровода.

   Вот им делать нечего.

   У входа в крыло боевиков мы попрощались… очень долго прощались. И качественно. Настолько, что Хоуп надоело делать вид, что она ничего не видит. Она вклинилась между нами, вычирикивая, что сейчас точно не место и не время. А мы просто обнимались. Ну хорошо, не просто, но это же не повод прерывать нас на самом интересном месте?

   Мстит, вредина мелкая.

   — Спокойной ночи, родная, — прошептал Лерт в мои губы. — Будь осторожна и не забудь позвать Шеррана.

   — Буду. Позову, — улыбнулась я в ответ, легонько поцеловала и, не оглядываясь, пошла к своей комнате. Потому что если обернусь, то просто так уйти уже не получится.

   В коридоре было темно, магические лампы освещали плохо, но дверь в свою комнату я нашла без труда. В казарме тоже уже все спали, хотя обычно Заву с ребятами засиживаются допоздна. И часто не одни. Может, уже разошлись?

   Скинув с себя мантию, я села на свою кровать и… тут же подпрыгнула. На кровати кто-то был, и этот кто-то сейчас тоже вскочил, зажигая магическое освещение.

   — Ты кто? — выдохнули с неизвестным мне парнем одновременно, удивленно смотря друг на друга. От нашей возни всполошились и остальные соседи, которые… тоже были мне незнакомы.

   — Эй, ты заблудилась? — потирая глаза, спросил здоровенный качок со стрижкой под ноль. — У нас вроде баб… девушки не живут.

   — Д-да, похоже заблудилась, — пролепетала, удивленно осматривая помещение и парней.

   Комната вроде та же: две двухъярусные кровати и одна односпальная — моя. Была. Чуть покосившаяся дверь в ванную, шкаф, окно — все было такое же, как в моей казарме, но моих вещей нигде не было. Как и вещей Заву и ребят. Просто у Заву были очень приметные красные штаны с рубашкой, которые он любил вывешивать на видное место, а тут только академическая форма в количестве пяти экземпляров.

   — Новенькая? Че-т я тебя не припомню, — протянул другой — огненно-рыжий парень, слезая с кровати и смотря на мою мантию.

   — Да, то есть нет. Я ее одолжила. На время. чтоб не замерзнуть. А то вечером в академии так холодно.

   — А-а, — протянул он. — Так, может, тебя проводить? Ты с какого факультета?

   — Я? Не надо провожать, спасибо, я и сама дойду, — сказала, мило улыбнувшись и потихоньку пробираясь к выходу. Хоуп была со мной солидарна — уже сидела на ручке и огромными глазищами смотрела на пустой стол, где обычно располагались ее вещички.

   — Ну как знаешь, — усмехнулся качок, — А то оставайся, мы подвинемся, места хватит.

   От удивления я даже икнула и ускорилась по направлению к двери. Мило улыбалась, заверяла, что дорогу найду сама и снова не заблужусь, а затем пулей выскочила за дверь и прикрыла ее для надежности. Даже еще раз на номер посмотрела, вдруг ошиблась? Нет, все верно, пятнадцатая комната. Моя. По идее. Переглянулась с притихшей и такой же ошалелой Хоуп и практически бегом направилась из боевого крыла.

   Понятия не имею, что тут происходит и куда подевались мои соседи, но мне срочно нужно найти Лерта. Надеюсь, я смогу его догнать или пробраться как-то в крыло темных.

   Как только вышла из крыла боевиков, налетела на Лерта, который возник словно из ниоткуда, выйдя из теневой тропы. Руки сомкнулись на моей талии, а сам он на мгновение прижался сильнее.

   — Лерт, там это… Там другие ребята в моей казарме.

   — Знаю, — ответил хмуро и повел меня по коридору.

   — Знаешь? Откуда? Кто это? Что происходит?

   — Мы не дома, — тихо ответил он, не сбавляя шага.

   — Как не дома? — ошарашенно ответила и огляделась. — А где?

   — Это я и пытаюсь понять.

   Честно? Я ничего не поняла. Мы шли по академии ВАИ, по знакомым коридорам, и все вроде бы было так же, как и всегда. Но что-то точно было не так. Что-то неуловимое. Хоуп тоже притихла, боясь издать малейший звук, что сейчас только радовало. В полной тишине мы добрались до Фомы. Точнее, академического Информатория. Лерт, не сбавляя шага, подошел к арке темного факультета и пробудил ее легким касанием.

   — Какой сейчас год?

   — Три тысячи четыреста второй год от основания ВАИ, — ответил механический голос.

   И что дальше? Я понятия не имею, какой сейчас должен быть год от основания ВАИ. Лерт словно прочел мои мысли и снова спросил:

   — Какой сейчас год по земному летоисчислению?

   — Тысяча девятьсот девяносто третий год.

   Я замерла, боясь поверить в услышанное.

   Мы попали на тридцать лет назад?

ГЛАВА 3

В коридорах академии было темно и пусто, но мы все равно приглушили шаги заклинанием. Куда сейчас пойти? Где спрятаться? Мы до сих пор не до конца понимали, как именно здесь оказались, но нарваться на адептов или кого-то из магистров не хотелось. А если точнее — нельзя. Если мы на самом деле в прошлом, то тут нас никто не знает, а значит, начнутся вопросы, к которым мы пока были не готовы. А если нет, то нужно понять, где мы очутились.

   В общем, надо все хорошо обдумать.

   Любая из аудиторий не подходила даже для временного ночлега, на большинство из них были наложены охранные заклинания, чтобы ушлые адепты не воровали ценные рукописи, артефакты или ингредиенты. А остальные всегда открыты, и зайти могут все желающие. Даже ночью. Короче, было решено идти в башню тектоников, которая всегда пустовала.

   Шли молча и быстро, не рискнув воспользоваться теневыми тропами.

   — Мы не знаем, кто сейчас декан темного факультета и насколько он силен, — шепнул он, заворачивая в очередной коридор. — Вполне возможно, что он отслеживает такие передвижения. Нужно проверять, но не сейчас.

   И я была полностью согласна.

   Беспокоило еще то, что Шерран не отзывался на наш зов. Огненный пес был привязан и к Лерту, и ко мне, но сейчас я его не чувствовала. Совсем. И это волновало.

    Проход, коридор, еще один проход, лестница, и вот перед нами крыло тектоников, которое обычно всегда закрыто широкими двустворчатыми дверьми, но сейчас таковых не было. Был проход, точно такой же, как и на все остальные факультеты. Крыло было чистым, с магическим освещением и, похоже, что жилым.

   Получается, если это прошлое, то в эти годы маги земли в академии были?

   — Если и были, то вряд ли их много, — шепнул Лерт и сделал шаг в коридор, утягивая меня следом. — Попробуем определить, где обитаемые комнаты, а где пустые. Займем одну из них и… Да-да, не смотри на меня так, Ника. Я тебя одну не оставлю, даже не проси. Тем более в комнатах по несколько кроватей, так что спать будем раздельно, не переживай.

   Да я и не переживала. Наверное. Сейчас вообще мысли о совместном сне волновали меня меньше всего. Главное — понять, где мы, черт возьми, очутились!

   В крыле тектоников было тихо. Наверное, даже тише, чем в других. Возможно, Лерт прав, и тут на самом деле не так много адептов.

   Насколько я знаю, заполнять крыло начинают с первых этажей, так что логичнее предположить, что верхние будут свободны. Туда-то мы и направились по многочисленным лестницам.

   Один этаж, пролет, второй, третий…

   — Эй, вы что тут делаете? — донесся до меня смутно знакомый голос.

   Резко развернувшись вместе с Лертом, мы увидели рослого крепкого парня в мантии коричневого цвета. Мантии мага земли. Он стоял у выхода с третьего этажа, засунув руки в карманы, и чуть насмешливо смотрел на нас.

   Я же с ужасом понимала, кого вижу перед собой.

   Нет, не может этого быть. Это невозможно, правда?

   Интересно, в этом мире могут быть двойники?

   Но нет, зрение меня не подводило, и чем дольше я смотрела на парня перед собой, тем больше понимала, что вляпалась по самое не хочу.

   Передо мной стоял мой отец. Будущий. Которому сейчас было не больше двадцати пяти лет.

   «А мы тут плюшками балуемся», — был первый порыв ответить, но я себя одернула и улыбнулась. Попыталась. Но, похоже, вышло не очень.

   Папа… хотя более уместно будет называть его по имени, по крайней мере, в этом времени, продолжал нас рассматривать с легким интересом.

   — Мы… — начала я и запнулась, судорожно соображая, что ему ответить. Па, то есть Ральф, приподнял одну бровь, явно ожидая продолжения.

   — Мы хотели побыть вдвоем, — продолжил за меня Лерт. — Полгода не виделись. Надеюсь, ты не против, что мы займем одну из пустующих комнат? На ночь.

   Я мысленно застонала и подавила желание пихнуть своего парня локтем. Мне же папа голову оторвет. Потом, уже в нашем времени. Если мы туда вернемся. Память у папы отменная, и что-то мне подсказывает, что эту встречу он точно запомнит.

   Но буду надеяться, что нет.

   Я отчего-то думала, что па… тьфу ты, Ральф сейчас начнет читать нотацию о запрете отношений в академии, как он обычно читал эти самые нотации мне. В будущем. Но он удивил: усмехнулся, еще раз оглядел с ног до головы и кивнул.

   — Я не против. Вы только самые нижние этажи не занимайте и два верхних. Идите в середину, там обычно никого не бывает.

   Я опешила. И это мой отец? Так легко согласившийся, что двое молодых людей собираются уединиться? Да уж, похоже, я плохо знаю своего будущего папу. Точнее, я плохо знаю, каким он был до того, как стал отцом.

   — Принято к сведению, спасибо, — кивнул Лерт, взял меня под локоть и собирался обогнуть парня по дуге, но тот преградил нам путь.

   — А вы вообще откуда? Что-то я вас не припомню.

   Осмотрел нас с головы до ног, подметил цвет мантий и остановился на Хоуп, которая притихла и не знала, что ей вообще делать. Эх, жаль, что разговаривать мысленно я с ней не могу, так бы сказала, чтобы она помалкивала и не чирикала. Сова, неспособная ухать, точно запомнится на всю жизнь.

   — Ты же с темного? Какой курс? — спросил он у Лерта, а затем повернулся ко мне. — А тебя на боевом что-то не припомню.

   — А мы… — начала было я, перебирая в голове тысячу и один вариант возможного вранья.

   — Я аспирант, — перебил меня Лерт. — Прибыл вчера вечером. Еще не успел со всеми познакомиться. Так что неудивительно, что ты меня не знаешь.

   — Странно, — протянул па… парень. Черт, главное — вслух его папой не назвать. — Профессор Харнар не говорил, что у него будут помощники. Ну ладно, может, я чего и не знаю. А ты? — обратился он ко мне. — Я тебя на боевом точно не видел раньше.

   — А я… я… эм, я только перевелась. Да, проучилась полгода на травниках и вдруг поняла, что копошиться в земле — это не мое. А вот боевой — мое. То есть мой факультет. Взрывать все люблю. И тренировки. И вообще я о боевой магии с детства мечтаю. Пульсары запускать, щиты ставить, по полигону бегать несколько кругов подряд и вставать ни свет ни заря, ага. Чем раньше — тем лучше, — выпалила все и замерла. Даже дыхание задержала, ожидая реакции. Поверит или нет?

   Лерт тоже замолчал, и я всеми фибрами ощущала на себе его взгляд.

   Ну а что я могу еще соврать? И тем более это правда. Почти вся.

   Ральф хмыкнул и снова оглядел меня с головы до ног.

   — Ты перевелась на боевой? Ты?

   И снова этот пренебрежительный тон. Все же это действительно мой отец. Никогда не принимал девушек всерьез. Вплоть до знакомства с мамой.

   — И ты хочешь сказать, что магистр Сарн Рилу позволил тебе перевестись к нему?

   — А почему нет? — спокойно и даже немного обиженно отозвалась я. Вот даже тут папа не изменяет себе. Считает, что хрупким девушкам не место на боевом факультете. На факультете мужчин, как он всегда любил повторять. — Или ты считаешь, что боевая магия не для девушек?

   — Не только я. Ты же знаешь магистра Рилу, у него ни одна девушка дольше месяца не задерживается на потоке. Хотя, — протянул он задумчиво, — ты же первогодка, можешь и не знать всех тонкостей. Ну ничего, через месяц вернешься к своим травкам. Магистр Рилу сам военный и бойцов выпускает таких же сильных и беспринципных. И как ты только додумалась…

   — Слушай, — спокойно отозвался Лерт. — Может, она и вернется к травникам, но это ее дело, понятно? Не стоит лезть, куда не просят.

   Я снова прикусила губу и поборола жгучее желание застонать. Ох, печенкой чую, что это наше появление в прошлом не пройдет бесследно. В особенности для меня. И папы. Тем не менее Ральф замолчал, усмехнулся и отступил, пропуская, чем мы решили тут же воспользоваться.

   — Эй, а как вас зовут-то хоть? — донеслось вслед.

   — Фирра, — мигом отозвалась я, пока Лерт не вмешался. Нельзя называться настоящими именами. — А это Эрт. Спокойной ночи.

   И пока папа не завалил нас еще какими-нибудь вопросами, поспешила увести себя и Лерта подальше. Наш выбор пал на четвертый этаж и почти самую дальнюю комнату. Подальше от лестницы. Она была небольшая, как и все комнаты адептов, выполнена в коричневых тонах магов земли, с двумя комнатами на две и три кровати, общей гостиной и ванной. Все как у всех. Пусть крыло почти пустовало, и в этой комнате давно никто не жил, но тут не было ощущения запущенности. Было пусто, но чисто, словно сама академия не позволяла помещению приходить в упадок.

   Лерт запечатал дверь заклинанием, пока я прошмыгнула в гостиную и села на диван, стараясь уложить в голове все, что с нами произошло. И даже не заметила, как Лерт оказался рядом, вздрогнув от его прикосновения.

   — Ника…

   — Мы в прошлом, — прошептала я. — Мы действительно в прошлом. Самом настоящем.

   — Ничего, мы выберемся. Главное, что артефакт, пусть и незаряженный, у нас есть, и мы обязательно найдем способ вернуться. — Он притянул меня к себе и заключил в кольцо рук, поцеловав в макушку, и задумчиво продолжил: — В этом времени здесь должен учиться Эрагиин. Именно он сделал предсказание моему отцу и правителю о моем рождении и древнем пророчестве. Может, мы тоже сможем что-то узнать.

   — Тут учиться не только Эрагиин, — проговорила тихо и посмотрела на Лерта. — Тут учится мой отец. И мы его только что видели.

ГЛАВА 4

Лерт воспринял эту новость на удивление нормально. Почти. Замер на мгновение с нечитаемым выражением лица, выругался сквозь зубы, тихо, но смачно так, многословно, прикрыв мои ушки перед этим, а затем заверил, что больше Ральфу, то есть моему будущему отцу, и слова не скажет. И вообще постарается на глаза не попадаться. Как и я.

   По крайней мере, мы постараемся.

   В комнатах, которые мы заняли, было довольно прохладно. Все же нежилые помещения нормально не отапливались, а потому мне пришлось потренироваться в призыве огня без стилуса, чтобы разжечь камин. Тренировка прошла… нормально. Почти. Ну то есть я ничего не взорвала, не разнесла комнату, но вместо обычного огня, который призывала на занятиях у магистра Вильгросса, призвала черный. Причем ничего для этого не делала. Совсем. Смешивать огонь с тьмой я ведь еще не умела.

   Перепугалась страшно, просто до этого момента черный огонь у меня получался редко, всего пару раз и то совсем маленький, а тут полыхнул до потолка. Хорошо, Лерт владеет водой. Тоже черной, смешанной с тьмой, но со своей задачей потушить пламя она справилась на ура. Так что комната не пострадала. Почти. Обгоревшие обои не считаются!

   После всех этих злок… приключений мы проверили коридор, что на наш шум никто не сбежался, снова поставили охранное заклинание на дверь, устроились на диване у камина и молчали.

   Даже странно.

   Я думала, что останься мы одни, то мы сразу начнем обдумывать дальнейшие действия, пытаться понять, как вернуться в свое время или просто будем говорить без умолку, пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку. Но этого не произошло. То ли мы были слишком уставшие, то ли просто понимали, что прямо сейчас ничего не сможем сделать. Так что сидели, а точнее Лерт сидел, а я лежала, устроив голову у него на коленях, и смотрели на язычки пламени.

   Лерт одной рукой перебирал мои волосы, а в другой вертел потухший медальон. Я же гладила Хоуп и прокручивала в голове последние события.

   Мы в прошлом. На самом деле в прошлом.

   Во времени молодости моего отца.

   Оказывается, он на самом деле учился в академии, хотя никогда не говорил об этом. Ни мне, ни даже маме. Что же могло тут произойти, что он больше не хотел о ней вспоминать? Ведь сегодня он выглядел хорошо и довольным жизнью. Значит, это «что-то» произошло позже, и дело тут не в пропаже его друга на вступительных экзаменах? Может быть. И может, мне удастся понять, что послужило причиной его категоричного желания не пускать меня в академию. Хотя одна догадка у меня уже есть — то, что мы переместились в прошлое, было на самом деле, и папа меня запомнил, а затем узнал в «той странной девушке» свою дочь. Может, таким способом он хотел меня обезопасить? Не дать свершиться этим событиям?

   А может, было что-то еще.

   В любом случае это только мои догадки, и мне можно хотя бы попытаться понять причину, но для этого придется пересечься с «папой» еще хотя бы раз. И самое главное, ничего не изменить в прошлом, чтобы не изменилось будущее. Еще бы знать, что именно нельзя менять…

   Короче, я сама запуталась в своих мыслях.

   Я думала, что всю ночь не смогу сомкнуть глаз, но даже не заметила, как уснула. Видимо, события последних дней давали о себе знать, и организм просто отключился, даже несмотря на голодный желудок и нервное напряжение. Проснулась уже утром. В кровати. Заботливо укрытая одеялом. И на этот раз не раздетая, что меня несомненно порадовало. Сонно потянулась и даже не сразу поняла, где нахожусь. А когда вспомнила события прошлого вечера, то подскочила как ошпаренная и огляделась. Хоуп нашлась на столе, спящей посередине большой подушки и тоже укрытой покрывальцем, а вот соседняя кровать оказалась пуста и даже не расправлена. Интересно, Лерт не спал или предпочел другую комнату?

   Я тихо встала, стараясь не разбудить попискивающую во сне питомицу, и вышла в соседнюю комнату. Затем осмотрела гостиную, заглянула в ванную, в коридор даже выглянула, но Лерта нигде не было. Совсем. Ни его самого, ни записки, ни какого-либо намека, где его можно найти.

   Нормально.

   Мы оказались черт знает где, понятия не имеем, как отсюда выбраться, а он ушел и ничего не сказал! Я прошла обратно в комнату и заметила, что вместе с Лертом пропал и кулон, который перенес нас в это время. По крайней мере, ни в одной комнате его тоже не было.

   Ой, а может, кулон активировался и перенес Лерта еще в какое-то время, а я осталась тут совсем одна?

   Осознав это, я даже остановилась, судорожно соображая, что делать дальше. Бежать? Куда? Рассказать кому-то? А вдруг это нарушит ход событий и что-то изменит в будущем? Но если не расскажу, то не смогу отсюда выбраться. А если расскажу, то…

   Ай, ладно, не до раздумий. Определенно нужно рассказать все ректору. Да-да, кто бы сейчас ни был во главе академии, он обязательно подскажет, что делать. И Лерта найдет. И перенесет нас в свое время. Надеюсь.

   Все, решено, иду к ректору.

   Я быстро забежала в комнату, накинула мантию, схватила сонную и ничего не соображающую Хоуп и хотела уже бежать на поиски, но в дверях меня перехватил и заключил в объятия Лерт, неожиданно вышедший из теневой тропы.

   — Ника, ты куда?

   — Лерт, — облегченно выдохнула я и крепко обняла парня. — Где ты был? Я так испугалась. Я думала, ты исчез, что тебя кулон снова куда-то перенес.

   — Нет, родная, — усмехнулся он и обнял в ответ, — Кулон пустой, там нет магии. Я всего лишь принес завтрак.

   Только сейчас я почувствовала запах свежей выпечки и поняла, что жутко голодная. Кажется, я не ела целую вечность, как и Хоуп, которая сначала обиженно на меня чирикнула за слишком бодрое утро, а затем почуяла свои любимые печеньки и буквально занырнула в пакет со сдобой, начав в нем копошиться.

   Мы с Лертом только усмехнулись такому рвению и переложили еду в тарелку для удобства. Мой парень откуда-то достал пару стаканов с горячим кофе, на который я накинулась, как на живительный напиток. Хотя, по сути, так оно и было. На вопрос, откуда Лерт взял еду, он лишь улыбнулся и сообщил, что в любом времени факультетов тут много, так что пропажу пары порций завтрака или обеда никто не заметит. О том, что нам не стоит наведываться в общие столовые, мы были солидарны. Все же пусть народу в академии много, но двоих незнакомцев могут заприметить, и начнутся неуместные вопросы. Нельзя так рисковать.

   А вот уже после завтрака мы решили обсудить, что нам делать дальше.

   — Шерран так и не откликается, — мрачно сообщил Лерт. Я тоже не чувствовала своего защитника, к которому успела привыкнуть и поэтому так же волновалась. — Это может означать две вещи: либо артефакт не переносит тех, кто находится в другом измерении, либо…

   А вот о втором «либо» даже думать не хотелось. Это могло означать, что с Шерром что-то случилось при переходе или он мог где-то застрять. Либо остался в будущем, на что мы очень надеялись. Но сейчас мы все равно не сможем узнать, что с ним случилось, поэтому не стали накручивать себя зря. Сейчас было важнее понять, как вернуться в свое время, а там уже искать Шеррана.

   — Раз уж мы перенеслись сюда из общей академической библиотеки, то стоит начать с нее, — сказал Лерт, рассматривая кулон с фиолетовым камнем. — Хоуп покажет место, где она нашла артефакт, и, может, там обнаружится что-то, что нам поможет.

   Пернатая виновато чирикнула и опустила голову, всем своим видом показывая, что ей очень-очень жаль, что все так получилось. Да уж, а нам-то как жаль! Особенно того, что нельзя отмотать время на вчерашний день и вообще не ходить в библиотеку.

   Словно у нас и без перемещения во времени забот не было.

   В итоге мы облазили запретную секцию и ближайшие к ней окрестности вдоль и поперек. Вернее, Лерт вместе с Хоуп облазил запретную секцию, а я осматривала стеллажи поблизости, так как зайти вместе с ними не могла. Тату не подходило. Именно для этой секции нужен был василиск, а с моим скачущим зайцем пройти было невозможно. А вот Лерт с драконом на руке прошел как к себе домой.

   Эх, обидно и досадно.

   Но, к слову, там тоже не было того, что мы искали. На месте, где Хоуп нашла медальон, должна была стоять книга, но в этом времени там было пусто. Какая именно книга, совушка сказать не могла. Лишь крылышками обрисовала большой, увесистый такой фолиант с фиолетовым корешком и в золотой оправе, если мы правильно поняли ее чириканье.

   Я попросила ее облететь хотя бы ближние стеллажи. Вдруг фолиант просто переставили на другое место или забыли на столе, но сама понимала, что это было маловероятно. Хоуп посмотрела на меня, как на… в общем, огромными глазами посмотрела, а затем перевела взгляд на бесконечное пространство библиотеки и покрутила у виска. Да уж, обыскать ее всю без посторонней помощи просто невозможно. Можно обратиться к хранителю, ведь он знает все книги, но мы оставили общение с ним на крайний случай.

   А еще библиотека была устроена таким образом, что вынести из запретных секций какую-либо литературу было невозможно. Ее можно читать только в том секторе, где ей отведено место. Так что куда подевалась здоровенная книга, для нас оставалось загадкой.

   — Мы обязательно отсюда выберемся, — говорил Лерт. — Если не сможем сами, то пойдем к ректору. В этом времени главный тут Маркус Доррен, я это уже узнал, так что он сможет нам помочь, если мы не сумеем справиться сами. Главное, чтоб в нашем времени нам от него не прилетело. Хотя это будет меньшая из бед.

   Согласна. Лучше несколько наказаний отработать, зато в своем родном времени. Но пока мы решили лишний раз никому на глаза не показываться. Даже ректору. На всякий случай. По этой же причине снова не пошли в столовую, и Лерт воспользовался теневой тропой, чтобы принести поесть. Как он на самой кухне умудряется не попасться на глаза вездесущим поварам, он не рассказывал, но пока его никто не замечал и не ловил. Еще радовало то, что этот… как его там, магистр Харнар, который в этом времени магистр темного факультета, не отслеживал передвижение теневыми тропами, а значит, ходить ими можно без опасения.

   Конечно, можно было воспользоваться умением академии открывать проходы в разные части замка, но… учитывая ее переменчивое настроение, рисковать мы не стали. Еще переместит прямо к какому-нибудь магистру под нос, и убегай от него.

   В библиотеке мы просидели до вечера.

   Раз не удалось найти фолиант, рядом с которым Хоуп нашла медальон, мы решили искать любую информацию о временных парадоксах и путешествиях во времени. Хоть что-то. И, как назло, такой информации и было катастрофически мало. То есть практически ноль. Без палочки. В паре книг упоминалось, что перемещения во времени возможны с определенной подготовкой, ритуалом, артефактом и должными умениями, но никакой конкретики не было. Ни где искать эти артефакты (хотя он как раз у нас был), ни какой ритуал проводить, ни какие должны быть умения. Ничего. Сухие факты. А дальше ищите, где хотите.

   Мы только мрачно оглядели библиотеку и вздохнули. Если тут и есть нужная литература, то мы ее до конца жизни не найдем.

   — Завтра будем искать по-другому, — сказал Лерт, когда мы, уставшие и понурые, направлялись к башне тектоников. — К хранителю не пойдем, но магией библиотеки воспользуемся. Да, это энергозатратно, но пользы принесет намного больше, чем бездумный просмотр всего подряд. По запретным секциям с твоим зайчиком у тебя ходить не получится, так что сможешь отдохнуть в комнате, пока я…

   — Совсем сдурел? — оборвала его на полуслове. — Во-первых, я не останусь в комнате одна, когда с тобой практически нет связи. Во-вторых, мы будем искать любую информацию вместе. А в-третьих…

   — А в-третьих, я уже понял, что без тебя никуда уйти не получится, — усмехнулся он, приложив палец к моим губам. — Хорошо. Я просто хотел, чтобы ты отдохнула.

   — Я иду с тобой, и точка!

   Еще чего удумал, отдыхать он меня решил оставить, ага. В чужом времени и совсем одну. Не дождется. Если понадобится, я и заклинанием себя к нему привяжу, чтоб не потеряться. И кстати, Хоуп была со мной полностью согласна.

   На следующий день мы снова растворились между стеллажами. Ну то есть я ходила в обычных, общедоступных секциях, а Лерт исчезал в запретных или специализированных, пользуясь умением своего помощника дракончика в виде татуировки помогать с поиском нужной литературы. Занятие это было на самом деле довольно энергозатратное и небыстрое. Хотя не скрою, таким способом поиск пошел намного быстрее.

   Почему мы не обратились к нему раньше?

   Просто, когда в дело вступает такой вот помощник, то об этом тут же узнает хранитель библиотеки Фрэнц Торвард. Мне точно неясно, знает ли он, кто именно воспользовался той или иной «подсказкой» библиотеки, но… рисковали мы знатно. Хранителю была не одна сотня лет, и иногда казалось, что он знает все, что творится в этом огромном помещении. Кто спрятался за поворотом, кто какую книгу достал, и даже кто о чем говорит. А еще он очень любил появляться из ниоткуда — и прямо перед тобой.

   Когда Лерт растворялся за очередным проходом в специальную секцию, я начинала нервно расхаживать вдоль стеллажей. Если в своем времени я не боялась такого вот внезапного появления хранителя передо мной, то тут вздрагивала от каждого шороха. У него же память отменная! Если он меня или Лерта заметит сейчас, то в будущем появится тонна вопросов. Может появиться. Но пока нам везло.

   Один раз я все же наткнулась на адептов, которые… нет, не грызли тут гранит науки, а самозабвенно целовались. Судя по мантиям — это были воздушник и травница. Убежала я быстро, так что заметить меня они не успели.

   Хоуп, что удивительно, все время сидела на одном из верхних стеллажей и молчала. Молчала! Что в нашем времени за ней практически не наблюдалось. Я даже несколько раз спросила у нее, все ли в порядке и как она себя чувствует, но та лишь отмахивалась, перелетала на соседний стеллаж и снова затихала. Только вечером в комнате она немного приходила в себя и снова напоминала мою прежнюю неугомонную совушку. Эх, видимо, переборщила я с наказом не чирикать и вообще не привлекать к себе внимания на людях. Вот она и не привлекала. Даже мое.

   Устав бродить по бесконечным лабиринтам библиотечного хранилища, я опустилась на ближайший стул и… натолкнулась взглядом на ректора Маркуса Доррена. Точно такого же, как и в моем времени, только немного моложе. Он стоял в том же пролете, что и я, и с деланным интересом рассматривал корешки книг, словно что-то искал. От неожиданности и страха сердце подскочило к горлу, а я осторожно, без лишнего шума, встала из-за стола и, делая вид, что тоже ищу какую-то литературу, стала пробираться за угол.

   Подальше от ректора и проблем.

   — Адептка, не могли бы вы мне помочь? — донеслось в спину, когда я уже была практически у цели. Я так и замерла с занесенной над какой-то книгой рукой и с ужасом осознала, что ректор идет прямо ко мне.

   Мама дорогая, только этого мне не хватало.

   Быстренько оглянулась в надежде, что, может, тут есть еще какая-нибудь адептка, к которой ректор мог обратиться, но нет, в коридоре мы были одни.

   Ой-ей, похоже, проблемы мне обеспечены. Насколько я знаю, ректор знает всех адептов в лицо, так что если он сейчас поймет, что никогда меня не видел — мне конец.

   Я как можно ниже опустила голову, позволяя волосам спокойно ниспадать по обеим сторонам от лица. Может, так не поймет, кто именно перед ним стоит? Перепутает с кем-нибудь?

   — Адептка, доброго дня вам, — добродушно поздоровался ректор, подойдя почти вплотную с какой-то книгой. Большой такой, увесистой, с фиолетовым корешком и золотой оправой. Так сильно смахивающей на книгу, которую мы искали. Вот глядя на нее, я и встрепенулась, и испугалась еще сильнее. Неужели он знает, откуда я? — Я тут ищу одну книгу по магномике волновых потоков, вам она случайно не встречалась?

   — Н-нет, магистр, не встречалась, — выдавила из себя и даже немного отвернулась в надежде, что скупого ответа будет достаточно и он уйдет.

   Ага, наивная. Похоже, что в этом времени ректор был не прочь просто поболтать с адептами.

   Он начал мне рассказывать о той самой науке магномике, книгу о которой искал. Что она очень интересная, познавательная и уникальная. И что каждому адепту на досуге, а в особенности на каникулах, когда нет основных и дополнительных занятий, хорошо было бы ознакомиться с ней.

   — А вот она, — встрепенулся на полуслове ректор и потянулся куда-то над моей головой, выуживая на свет очередной увесистый том в коричневом переплете. Не глядя, вручил мне книгу, которую держал в руках, и с интересом погрузился в чтение найденного сокровища. — Вот, поглядите, адептка, какие тут магические приемы описаны. Вы же не проходили такие? Ах, да, первый курс, если я не ошибаюсь? Боевой факультет, перевелись от травников пару дней назад?

   Чего? Ой, мама дорогая, откуда он мою легенду знает?

   Я от неожиданности подняла голову и столкнулась с чуть насмешливым взглядом.

   — Я ведь правильно все сказал, не так ли, адептка Фирра?

   Он еще и имя мое выдуманное знает? Откуда?

   Вместо ответа я судорожно сглотнула и кивнула.

   — Вот и хорошо, — усмехнулся он. — На боевом вам самое место, с вашей-то магией. Как со взрывами, налаживается? Вот и славно. Учитесь, тренируйтесь и никого не слушайте. Магистр… боевых искусств наверняка будет вами доволен. А пока прошу меня извинить и позвольте откланяться. Хочу досконально изучить найденную книгу.

   Ректор усмехнулся, чуть поклонился, развернулся и как ни в чем не бывало пошел к выходу, оставив меня стоять с врученной книгой и полным ошеломлением на лице.

   — Ах да, книгу сможете поставить на место? — Он развернулся и кивком указал на фолиант у меня в руках. — Она стоит в секции с особо редкими экземплярами.

   — Д-да, смогу, но… господин ректор, книги невозможно вынести за пределы секции. Как вы…

   — Иногда, если очень нужно, то можно, — с улыбкой перебил меня Маркус Доррен и подмигнул. — Всего хорошего.

   И вот что это могло означать?

   Я добрела до ближайшего стула и тяжело опустилась на него, переваривая в голове все, что только что произошло. Я не поняла, ректор что, знает, откуда я? Или он от кого-то слышал мою легенду? Но от кого? Я ведь рассказывала ее только…

   — Потерялась? — раздалось над ухом. От неожиданности я вздрогнула и резко развернулась, уже зная, кого увижу. Ну так и есть — передо мной, а точнее, надо мной нависал ухмыляющийся папа, который в этом времени просто Ральф. — Ты чего из библиотеки не вылезаешь? Вчера тут сидела, сегодня тоже. На боевом больше сила нужна, чем теория, а ее из книг не наберешься. Лучше б на полигон сгоняла, потренировалась, а то на первом занятии тебя уделают свои же сокурсники.

   Я пару минут соображала, о чем он, а затем проследила за тем, с какой иронией и усмешкой Ральф смотрит на книгу в моих руках.

   — А? А, ну да, я и хотела на полигон, просто… мы ищем одну книгу. С Эртом. Он в секцию с саламандрой ушел… или с драконом? Неважно. А у меня допуска туда нет, вот я и жду его тут. А это, — я указала на тяжелый фолиант, — это мне ректор только что дал, попросил поставить не место.

   — Ну да, ну да, — усмехнулся тот, присел на соседний стул, сложил мощные руки на груди и с интересом стал меня рассматривать.

   У меня было жгучее желание, во-первых, спросить, не он ли рассказал ректору о моем мнимом переводе, но сама же себя одернула. Если бы я на самом деле переводилась с факультета на факультет, то ректор узнал бы об этом первым. Ведь без его ведома такие переводы невозможны. Так что мой вопрос звучал бы ну очень странно.

   А во-вторых… хотелось стереть эту насмешливую улыбку со знакомого лица. Отец никогда не считал девушек способными к боевым направлениям. Ни в моем будущем, ни сейчас.

   Сам он всегда был в хорошей физической форме и сейчас не постеснялся ее продемонстрировать — снял мантию и остался сидеть в одной белой обтягивающей майке. Засранец. После окончания учебы он какое-то время пробыл на границе, защищая неизвестный мне мир от порождений тьмы. Так что не удивлюсь, что сейчас он тоже не только «в земле копается», как любят говорить про магов-тектоников, но и посещает факультативы на боевом факультете.

   Но даже это не повод не верить в девушек. В меня. Очень захотелось показать ему, на что я способна, но оставался вопрос, как это повлияет на будущее. Я вообще по-хорошему не должна с ним видеться и говорить.

   — А что плохого в том, что я люблю читать? — все же спросила я, демонстративно открыла книгу на первой попавшейся странице и углубилась в чтение. Постаралась туда углубиться, ага. Только под изучающим и насмешливым взглядом это сделать было ой как непросто. — Между прочим, даже боевикам не помешает немного знаний. Сила — это, конечно, хорошо и очень важно, но если не будешь разбираться в теории, то и в практике можно не разобраться и натворить бед.

   — Неужели? — Парень хмыкнул и подался вперед. — Так, может, давай проверим, кто из нас прав? На полигоне? Ты начитанная, но без должной подготовки попытаешься пройти полосу препятствий… ну, скажем для второго курса. Так и быть, более сложную полосу тебе пройти при всем желании не получится. А я в свою очередь пройду полосу пятого курса. Потом мы посмотрим, кто справился лучше, идет?

   Я несколько раз поморгала, пытаясь понять смысл. Но так и не поняла.

   — А для чего нам соревноваться? Я же только перевелась, а ты пятикурсник. Ты в любом случае справишься быстрее и лучше.

   — Так я ж не предлагаю тебе на полосу для пятого курса идти, — усмехнулся он. — И на спарринг. Ты наверняка еще ни с кем не соревновалась.

   На этом я усмехнулась, вспомнив первый день в академии со стычкой с Варденом, спарринги магистра Тродо и последнее нападение Дэргана, из-за которого, пусть косвенно, но мы и оказались здесь. Ах да, еще и многочисленные тренировки с Лертом, на которых меня гоняли похлеще, чем на полигоне.

   — Так что я не буду сильно тебя гонять, но мне просто интересно посмотреть, на что ты способна. Ты же перевелась на боевой, значит, уверена в своих силах. Ну так и покажи, если не трусишь.

   Вот ведь… словно знает, на что давить.

   Никогда не любила, когда меня брали на слабо или обвиняли в трусости. Кем-кем, а трусихой я никогда не была. Вот и сейчас вскинула голову и протянула руку для рукопожатия.

   — Идет. Когда и на каком полигоне? — Благо в этом времени все полигоны оставались на своих местах. По крайней мере, надеюсь на это.

   Ральф усмехнулся и пожал ладонь, вложив, по всей видимости, если не всю, то половину силы точно, так как рукопожатие получилось крепким. Правда, после спаррингов и «дружеских» рукопожатий своих одногруппников оно не произвело на меня должного впечатления. Плавали, знаем. И не такое видели. Так что на лице у меня не дрогнул ни один мускул, и даже расцвела улыбка, которая позабавила Ральфа.

   Не знаешь ты, папочка, что тренировки-то у меня уже были. И на любой вкус.

   — Северная сторона, сразу за монстрятней. Знаешь же, где это?

   О да, знаю и еще как. Именно недалеко от того полигона и произошла последняя стычка с Дэргом.

   — Знаю. Не заблужусь.

   — Смотри, а то могу проводить. Все равно там встретимся.

   — Проводишь. Обязательно, — донесся до меня голос Лерта. Я резко обернулась и хотела подбежать, но папа, а точнее Ральф, не выпускал мою руку, так и продолжив держать в своей. В любой другой ситуации я бы смутилась или даже разозлилась, а тут было только одно желание — усмехнуться. Он ведь мой папа! Правда, пока об этом не знает. Так что никакого смущения не испытывала. Да и Лерт усмехнулся, глядя на наши руки.

   Уф, хоть все понимает и не ревнует, и на этом спасибо.

   — Мне завтра нужно будет уйти в город, — продолжил он, подходя ближе и спокойно садясь на свободный стул. — Так что оставляю Ни… Фирру на тебя, Ральф. Отвечаешь за нее головой.

   — Зачем тебе в город? — Встрепенулась и все же выдернула руку.

   — Нужно кое-что проверить. Одну догадку.

   — А я…

   — А ты останешься и потренируешься как раз. С Ральфом. Тебе полезны тренировки, а то с нашими… делами ты их совсем забросила.

   Вот ведь… полезны мне тренировки, как же. Ему тоже полезны!

   — А я не один буду. Не боишься оставлять свою девушку с толпой парней? — довольно протянул Ральф, следя за реакцией Лерта. А я вздрогнула. Вот только лишних глаз нам не хватало. Ладно папа, он уже давно нас увидел, но чем больше людей знают о нас, тем больше проблем мы себе наживаем. Хотя… уже нажили. Ректор обо мне знает, и вопросы будут в любом случае. И вот спрашивается, как он узнал мою легенду и то, что у меня взрывы вместо нормальной магии?

   — Ничего, — усмехнулся Лерт. — Вас может быть сколько угодно, но за Фирру отвечаешь ты, и спрашивать буду с тебя. Запомни это.

   Лерт говорил расслабленно и с улыбкой, но я знала, что за этим спокойствием скрывается ураган эмоций. И почему он так легко и спокойно согласился меня оставить с ним? С ними…

   — Ничего с твоей девочкой не случится. Мы в обиду слабый пол не дадим, — усмехнулся Ральф, а я скрипнула зубами. Слабый пол… а он, блин, сильный потолок, получается? — Но ты не боишься, что ее уведут?

   Чего? Кто уведет? Куда уведет?

   — Не боюсь, — спокойно ответил Лерт, посмотрев на меня. — В своей девушке я полностью уверен.

   У меня от этой незатейливой фразы даже дыхание перехватило.

   Своей девушке…

   Верит…

   — Ну в ней ты можешь быть уверен, твое право. А в остальных? Там будет по меньшей мере десять боевиков выпускного курса, и все без постоянных девушек. Не боишься?

   Ой, мама-а… ну вот, спрашивается, зачем нам на тренировке еще с десяток парней, а? Мне с ними вообще видеться нельзя. Категорически. А он…

   — Нет, — совершенно спокойно ответил Лерт. — Я ей доверяю.

   — А остальным? — усмехнулся Ральф и чуть подался вперед. — Ты еще не знаешь наших парней, уведут, и глазом моргнуть не успеешь. Они все сильные, накачанные, умелые ребята, побывавшие во многих передрягах. Как и я. И девушки вешаются на нас, как на новогоднюю елку.

   Чего-чего? Это на что сейчас намек был?

   Ральф снова усмехнулся и подмигнул, словно и правда собирался меня уводить у Лерта. А мне вопреки всему захотелось хлопнуть себя по лицу.

   — Ты не сможешь ее у меня увести. Только не ты.

   — Спорим?

   — На желание. Бессрочное, — спокойно ответил мой ангел и на удивленно вскинутые брови продолжил: — Если я выиграю, ты исполнишь любое мое желание в любом времени. Даже через тридцать лет. Согласен?

   — Зачем тебе желание через такой срок?

   — Возможно, затем, что сейчас мне нечего желать. И ты его исполнишь.

   — Как и ты мое, — не отставал Ральф. — Согласен.

   Я настолько была поражена, что даже не возмутилась на то, что, по сути, они меня сейчас делят. Мой будущий папа и мой настоящий парень.

   Абсурднее ситуации не придумаешь.

   Они даже магическую клятву принесли — пожали друг другу руки, и их оплела тонкая серебряная нить, тут же впитавшись в кожу. Это означало, что проигравший обязан будет исполнить любое желание.

   Хоуп на верхней полке что-то тихо чирикнула и хлопнула себя крылышком по лбу. Тоже солидарна со мной, красавица моя маленькая. Правда, когда Ральф повернулся на этот звук, поспешила спрятаться за книгами. Не хочет, чтобы папа ее запомнил. И правильно.

   В итоге они договорились, что Ральф зайдет за мной после завтрака и мы вместе пойдем на полигон, забрав по пути еще с десяток адептов боевого факультета. То, что зайти нужно будет не к боевикам, а к тектоникам Ральфа уже не смущало, он только уточнил номер комнаты и пожелал «спокойной ночи». Да-да, именно так, в кавычках.

   Ну и был таков.

   — И что это было? — грозно прошептала, когда в огромной библиотеке мы остались одни. — Ты зачем на все это согласился? А если что-то пойдет не так? Или если декан боевиков придет на полигон? Я же не переводилась ни на какой факультет в этом времени! Хватает и того, что ректор об этом подлоге каким-то образом узнал.

   — О ректоре не беспокойся, — ответил Лерт и притянул меня ближе. — Я так подразумеваю, что он об этом должен был знать.

   — Как это? Почему?

   — Не знаю. Интуиция. Пока только интуиция. А что касается декана, то его сейчас нет в академии. Я узнал, что магистр Рилу отбыл на границу Ильсарры, помогать с прорывами темных сил. Там же сейчас находится и декан темных, и стихийники. Так что тут нам с тобой повезло.

   Да уж, хоть в этом.

   — А зачем тебе в город? Ты что-то нашел?

   — Почти, — ответил уклончиво. — Информации о временных парадоксах и перемещениях в академии практически нет. И это несмотря на то, что когда-то давно тут был целый факультет времени.

   — Чего-чего? — спросила удивленно. — Какой еще факультет времени?

   — Тот, где адептов обучали этим временем управлять, — усмехнулся Лерт, но тут же стал серьезным. — Его нет уже несколько веков, и похоже, что вместе с факультетом исчезли и все упоминания о нем. Вся литература, все заметки и прочее. Остались только небольшие отсылки, по ним я и ориентировался. Мне нужно проверить одну теорию и найти… того, кто еще знал об этом факультете.

   — Как знал? Кто знал? Ты хочешь сказать, что в городе есть путешественник во времени?

   — Вполне возможно, — кивнул он. — И я хочу отыскать если не его, то хотя бы информацию об этом человеке. Один. Тебя в город академия не выпустит. Да и мне будет спокойнее, когда ты под присмотром.

   — Под присмотром, — насупилась я. — Не боишься, что ко мне приставать начнут эти самые наблюдатели?

   — Не боюсь, — усмехнулся парень и поцеловал в носик. — Я тебе верю — это первое. Со своим отцом ты заигрывать точно не будешь — это второе. И третье, — он заправил мне прядь за ухо и провел по щеке, — ты моя айвири. Моя единственная, предназначенная самим мирозданием. Я не могу тебе не доверять.

   Ой, как я могу после таких слов даже думать по-другому? Никак.

   — Тем более я больше чем уверен, что ты скорее этих парней на лопатки положишь, чем позволишь флиртовать с тобой, — добавил он, а я усмехнулась. Мы не так долго вместе, а он уже так хорошо меня знает.

   — Ты прав. Тебе не о чем беспокоиться. Кроме тебя мне никто не нужен.

   Я потянулась за поцелуем, которого ждала с самого утра, но была безжалостно прервана чириканьем Хоуп. От неожиданности мы вздрогнули и обернулись к ней. Она сидела, точнее скакала по книге, которую выдал мне ректор, бурно жестикулировала и чирикала, показывая крылышками на корешок.

   — Что? — начала я, а Лерт подошел к книге ближе, рассматривая ее.

   — Это та книга, рядом с которой ты нашла медальон? — спросил он и получил в ответ целую тираду чириканья и взволнованного кивания головой.

   Это правда она? Та самая книга? Не может этого быть…

   Сердце забилось часто-часто только от осознания того, что именно тут, в этой самой книге может быть ключ к нашему возвращению домой.

   Я присела рядом и уже хотела открыть фолиант, как над головой раздался мелодичный звон, напоминающий, что в ночное время в библиотеке находиться нельзя и она закрывается.

   — Ну нет, только не сейчас, — взволнованно сказала я и посмотрела на хмурого и сосредоточенного Лерта. — Может, можно книгу забрать с собой, а? Ректору это как-то удалось. И даже вынести за пределы секции.

   — Не стоит рисковать. Если попытаемся ее вынести, а академия не позволит, тогда она может закинуть ее в любое место, чтобы мы не смогли найти фолиант. Так что разумнее будет оставить книгу здесь, а завтра прийти и спокойно изучить.

   — Оставить здесь? Ты шутишь? А если ее кто-нибудь найдет или переложит? Мы ее столько искали…

   — Я спрячу так, что, кроме нас, ее никто не отыщет, не переживай, — улыбнулся Лерт, встал и забрал из моих рук наше спасение. Надеюсь, что спасение. А затем скрылся в секции с особо редкими фолиантами, куда мне и надо было отнести фолиант.

   Я взволнованно проследила за парнем и прикусила губу. Только бы все получилось. Только бы в этой книге на самом деле было что-то, что поможет нам вернуться домой. Как зарядить артефакт, как активировать. И что это будет не просто обычная книга, рядом с которой медальон оказался случайно.

   Вот только проблема заключалась еще в том, что в секцию с василиском допуска у меня не было, но Лерт пообещал, что сможет вынести фолиант за ее пределы.

   Уф, очень на это надеюсь.

***

В комнате мы решили не зажигать магический свет, ограничившись светом камина, который лился из гостиной. Не стали рушить то хрупкое чувство спокойствия, которое образовалось, едва мы переступили порог. Было странно, ведь как только мы попали в это время — о спокойствии мы забыли. Постоянно пребывали в напряжении, а я еще и в страхе.

   Перемещение во времени.

   Разве я могла подумать, что это возможно? Даже в наших мирах, полных самой разнообразной магии, о скачках во времени никогда не говорили. Просто потому, что это считалось невозможным. Но мы здесь и пока не представляем, как выбраться обратно.

   — Тебе нужно отдохнуть, — вывел меня из задумчивости Лерт, легко прикоснувшись к волосам.

   — Да, наверное…

   Я была какой-то рассеянной или, скорее, потерянной. Я правда уже не знала, что мне делать дальше и как себя вести. Мы не должны ни с кем разговаривать в этом времени, никому попадаться на глаза, а вышло так, что о нас знает уже очень много народу. Знает ректор, знает мой папа… как это отразится на нас, когда мы вернемся? Если вернемся…

   — Ник?

   Я подняла глаза на Лерта и заметила беспокойство. Сзади него осторожно выглядывала Хоуп.

   — Как мы отсюда выберемся?

   — Не переживай, завтра мы обязательно посмотрим эту книгу, я схожу в город — проверю одну теорию, и мы обязательно что-нибудь придумаем.

   — А если не получится? А если мы застрянем тут или сильно изменим историю? А если вообще не родимся?

   Я поняла, что из глаз начали течь слезы. Я очень давно не плакала, всегда старалась оставаться сильной, несмотря на все неурядицы. Шла по жизни с улыбкой и никогда не вешала нос, но сейчас сдалась. Это странно для меня, ведь в своем времени у меня было столько потрясений, столько странностей и моментов отчаяния, но сейчас я правда практически не видела выхода. Лерт осторожно стер влажные дорожки, поцеловал и крепко прижал к себе.

   — Все будет хорошо, маленькая моя, — шептал он в макушку. — Мы не изменим историю настолько сильно, не переживай. Мой отец уже выпустился из академии…

   — А мой? — всхлипнула я. — Он же здесь. И я не должна была его видеть и тем более разговаривать.

   — Пусть так, — спокойно ответил парень. — Ничего страшного. Это не должно повлиять на историю. Он же познакомился с твоей мамой много позже, так? Значит, на их встречу твое появление никак не повлияет, не переживай.

   — Надеюсь…

   Мы стояли так довольно долго посреди комнаты. Лерт гладил меня по волосам, бережно обнимал и шептал что-то ласковое и ободряющее. То, что мне нужно было слышать сейчас. И я была ему очень благодарна. В итоге, настоявшись, наревевшись и успокоившись, я пошла в душ, смыть наконец с себя напряжение сегодняшнего дня, а Лерт отправился в очередную столовую принести поздний ужин. Мне тоже очень хотелось научиться наконец ходить теневыми тропами, да и возобновить тренировки по смешиванию огня с темной магией, но сейчас мы решили не рисковать.

   В душе я окончательно успокоилась. Отправила вещи в специальный сундук-артефакт, который служил в академии чем-то вроде небольшой стиральной машинки и… поняла, что выйти-то мне не в чем. Я же не в своем времени, и одежды сменной у меня с собой тоже нет, как и белья.

   Вот же…

   Банных халатов в ванной тоже не наблюдалось, так что мне не оставалось ничего, кроме как обернуться полотенцем и выйти, чтобы тут же столкнуться лицом к лицу с Лертом. Я практически носом уткнулась ему в грудь и замерла, боясь пошевелиться. Почему — и сама не знаю…

   Лерт уже скинул мантию и остался в одной рубашке, чуть расстегнутой на пару пуговиц. Мой взор упал как раз на этот небольшой вырез с виднеющимся кусочком мощной груди, и я так и не смогла заставить себя отвернуться. А Лерт… не шевелился. Был очень напряжен и продолжал стоять вплотную, так что я очень хорошо ощущала на коже его дыхание.

   Близко… очень близко. И волнительно.

   Я осторожно подняла на него глаза и утонула в том коктейле чувств и эмоций, которые увидела в них. В ярких, светящихся ярким лунным светом глазах было что-то невероятное — желание, нежность, страсть… любовь. Она меня попросту затопила, и я тонула в ней все глубже и глубже.

   Любовь…

   Лерт, не сводя с меня напряженного взгляда, начал медленно расстегивать рубашку. Пуговица за пуговицей, все ниже и ниже. Я не смела, боялась опустить взгляд, чтобы проследить за движениями. Боялась того, что могло произойти дальше. Боялась, что сама хочу этого.

   Судорожно выдохнула и облизнула вмиг пересохшие губы. Это движение не осталось незамеченным. Лерт шумно выдохнул, прикрыл глаза, снял наконец с себя рубашку и накинул мне на плечи, попутно освобождая меня от полотенца. Отбросил его в сторону и так же медленно, напряженно стал застегивать пуговицы на мне, действуя скорее на ощупь, чем опираясь на зрение.

   — Лерт…

   Парень снова шумно выдохнул, взял мое лицо в руки и прижался лбом к моему.

   — Ника, пожалуйста, не искушай меня, — зашептал он мне в губы. — ты даже не представляешь, насколько сложно мне находиться с тобой рядом и держать себя в руках. Особенно сейчас, так долго находясь в одном помещении с тобой. Невероятно сложно, тем более ты моя айвири. Моя единственная на всю жизнь. Так что прошу, не искушай, не надо. Сейчас еще не время.

   — Х-хорошо, не буду, — сглотнула я и рискнула поднять взгляд. — Постараюсь не искушать, но…

   — Не надо никаких «но», — усмехнулся он и крепко, как-то даже отчаянно поцеловал в лоб, нарочно избегая губ. — Первая совместная ночь у альвалоров со своей истинной должна быть после создания союза, после ритуала. Это… укрепит нашу связь. И это все обязательно будет. Позже. Когда мы окажемся в нашем времени, нашем мире и пройдем обряд единения.

   — То есть… свадьбу?

   — Свадьбу, — улыбнулся он так искренне, что у меня бабочки запорхали в животе.

   Свадьбу…

   Лерт снова поцеловал — легко и невесомо, оглаживая мои плечи и посылая целый табун счастливых мурашек по спине.

   — Это все будет, не переживай. Если… ты не откажешь.

   — Не откажу… — прошептала в ответ и увидела еще одну улыбку.

   — Я очень рад. И я надеюсь, что в будущем ты свое решение не изменишь. А сейчас, моя любимая айвири, лучше не искушать судьбу, пойти перекусить и лечь спать. Тем более завтра у нас будет насыщенный день.

   И это он говорит после такого признания? Лерт еще раз нежно меня поцеловал и потянул в комнату, где на столе уже стояли тарелки с поздним ужином, одну из которых уже успела опустошить донельзя довольная Хоуп.

   Да уж, вот кого ничем не проймешь.

   А сейчас на самом деле нужно отдохнуть и не думать об обнаженном торсе моего ангела. Не думать, говорю. Тем более мне нужна свежая голова, ведь завтра меня будет ждать странная, но довольно занятная тренировка с папой. Первая в моей жизни.

ГЛАВА 5

У многих молодых магов бывают тренировки со своими родителями. Это нормально. Барт вон чуть ли не с пеленок обучался магии, я это точно знаю. Тренировался с папой, посещал магическую школу, потом поступил в академию. Жил так, как и любой нормальный молодой маг в Дарлинии.

   Только вот у меня нормальных и полноценных тренировок с отцом никогда не было, и сейчас, сидя в своей… ну то есть в позаимствованной комнате башни тектоников в ожидании Ральфа я вся извелась от ожидания и волнения.

   Я видела, на что способен папа. В будущем. На их совместные тренировки с Бартом я всегда смотрела с грустью и легкой завистью, надеясь, что когда-нибудь и у меня появится возможность посоревноваться с папой хоть в чем-то. Ага, ну вот она появилась. Но сейчас я бы все отдала, чтобы этой тренировки не случилось.

   Об этом я и сообщила Лерту перед тем, как он ушел теневыми тропами в город.

   — Не переживай, — улыбнулся он и легонько поцеловал в нос. — Ты сама мне говорила, что твой отец никогда не обидит девушку, так что сегодня не произойдет ничего плохого. И он не даст тебя в обиду.

   Вот после такого заявления я усмехнулась. Еще кто кого в обиду не даст.

   Мы на самом деле вчера вечером довольно долго говорили обо всем случившемся и о моем отце в том числе. Какой он в нашем будущем, похож ли на себя молодого, и похожа ли на него я. Когда я стала рьяно доказывать, что на папу ни грамма не похожа, ведь он упрямый, твердолобый и переубедить его очень сложно, Лерт посмеялся и сообщил, что в этом я как раз чуть ли не точная копия папы.

   Угу. И я тут же стала его в этом разубеждать, не менее рьяно доказывая, что я не такая и что очень похожа на маму. Внешностью. И характером тоже, ага.

   Вместо ответа Лерт только рассмеялся.

   После моего спора по поводу характера мы переключились на книгу, которую дал мне ректор. И на то, что он видел меня, знает мою легенду, знает вымышленное имя…

   — Откуда? — взволнованно спрашивала я. — Ну вот откуда он мог узнать все это? И книга. Мы ее еще, конечно, не открывали, и вполне возможно, что это совершенно обычная книга, никак не связанная с кулоном и нашим перемещением сюда, но… Хоуп же ее опознала.

   Совушка на это заявление закивала и согласно чирикнула.

   — Вот! Неужели ректор мог все это знать? Или скажешь, что это стечение обстоятельств?

   — Вряд ли, — задумчиво сказал Лерт, придвигая меня ближе и накрывая теплым пледом. — Маркус Доррен никогда ничего не делает просто так. И обмануть его совсем непросто. Мне иногда кажется, что его вторая магическая способность — менталистика. Уж очень часто он знает то, что не должен. Или… он знал, что мы попадем в это время.

   Мы так и не поняли, кто мог сказать ректору обо мне или каким образом он узнал о нас. Также мы не знали, знает ли ректор о Лерте, который в этом времени ходит под именем Эрт. И если знает, то почему до сих пор не пришел с вопросом, кто мы и как сюда попали? Почему отдал книгу, которую мы ищем? Откуда знает о моей взрывной магии? И вообще, с каждым днем вопросов становится все больше, а вот ответов не прибавляется.

   Утром Лерт принес мне завтрак, поцеловал на прощание и теневой тропой отправился в город. Зачем именно так, мне толком и не сказал. Обмолвился только, что должен отыскать путешественника во времени и узнать, в этом ли времени он сейчас находится.

   Короче, запутал меня еще больше и был таков.

   Честно говоря, я очень надеялась, что папа забудет обо мне в этот день и ни на какую тренировку мы не пойдем. И даже расслабиться успела, так как время близилось к обеду, а ко мне так никто не пришел. Ага, рано расслабилась, именно перед обедом в дверь внезапно постучали, заставив подпрыгнуть на месте. И именно в этот момент я напрочь забыла, что ко мне должен зайти Ральф.

   Я даже пошевелиться боялась, чтобы ненароком не издать какой-нибудь звук. И Хоуп показала, чтобы вела себя тихо. Может, тот, кто пришел, подумает, что тут никого нет и уйдет, а?

   — Эй, Фирра, ты там? Открывай! У нас тренировка, — раздался из-за двери знакомый голос, и я с облегчением выдохнула. Правда, рано. Открыв дверь, обнаружила, что, помимо Ральфа, там стоят еще двое абсолютно незнакомых парней. В мантиях боевиков.

   Ой-ей, зачем они тут, а?

   Эти двое незнакомцев сейчас усмехались и с интересом рассматривали меня с головы до ног. Оценивали, засранцы такие. Ростом они были даже чуть выше папы, такие же накачанные, с мощным разворотом плеч. Настоящие боевики. Так что я на их фоне выглядела хрупкой и какой-то уж совсем маленькой. Тем более в платье.

   — И вот она собралась на боевой факультет? — усмехнулся один из них — блондин с волосами, завязанными в хвост. — Малышка, а ты уверена, что сможешь с нами тягаться?

   — Точно, — протянул второй, ухмыльнувшись. — Тебя саму защищать надо. От негодяев всяких. И мы с удовольствием тебе в этом поможем. А ты…

   — Замолчали. Оба, — рявкнул на них Ральф. Было удивительно, но парни на самом деле притихли. — А ты что, не готова еще?

   Я нахмурилась и только сейчас поняла, что боевой формы-то у меня с собой нет. Не захватила я ее, когда во времени скакала. Как и зимней одежды, а ведь на улице вся территория завалена снегом. Выйду в одном платье и простужусь мигом. И вот опять в этом оказалась виновата мелкая нахалка, как и в первый раз переместила меня в новое место без сменной одежды. Я покосилась на притихшую Хоуп и обернулась на парней, раздумывая, как могу выкрутиться из ситуации.

   — А мне… не выдали ее еще, да. Перевести на факультет — перевели, а вот форму выдать забыли. Только мантию и урвала перед каникулами.

   Сказала и замерла. Понятия не имею, кто у них тут завхоз боевого факультета и как он выдает вещи. В моем времени у Конны фиг чего выпросишь. А про гоблина с огненного факультета вообще молчу.

   — Да, стареет наш Бирс, ничего уже не помнит, — усмехнулся блондин. — И сейчас умотал в город, к семье. Нет его в академии и выпросить форму для тебя не получится. Так что придется тебе бегать так… — на этих словах он красноречиво посмотрел на мой наряд сверху вниз.

   Не поняла, мне сейчас предлагают пройти полосу препятствий в платье?

   — Выпросить не сможем, — вмешался второй, — но на склад проберемся. В первый раз, что ли? В самом деле, не в платье же ей бегать. Ну, пошли, малышка, будем тебя одевать и побегаем наперегонки. Правда, уже не с нами.

   — Не с вами? А с кем?

   Парни подмигнули и, больше не говоря ни слова, развернулись и зашагали по пустому коридору, о чем-то переговариваясь. Ральф тоже усмехнулся, не стал отвечать на вопрос и жестом пригласил пойти с ними. Я хотела оставить Хоуп в комнате, но она вылетела из нее раньше, чем я успела закрыть дверь и теперь, нахохлившись, сидела на фонаре с магическими светлячками, настороженно провожая нас взглядом.

   — Она с нами полетит? — удивленно спросил Ральф.

   — Наверное, да. Не любит она меня одну оставлять, вдруг что случится, а она не в курсе.

   Ральф только усмехнулся и, больше не обращая на пернатую мелочь внимания, пошел за боевиками. У меня же внутри крепло нехорошее предчувствие. С кем мне придется бегать?

   Ребята не обманули. Завхоза боевого факультета на самом деле не было в академии. Подсобное помещение было закрыто, но ребята, видимо, лазили туда не в первый раз, так что через несколько минут после кражи с магическим взломом они торжественно вручили мне новый комплект зимней боевой формы. Для девушки. Только на несколько размеров больше меня.

   — Эм…

   Пока я осматривала огромный для меня комплект одежды, парни откровенно посмеивались в стороне.

   — Ну а чего ты хотела? На нашем факультете маленьким девочкам не место, так что и форма на вас не рассчитана. Бери что дают.

   — Хватит паясничать, — жестко оборвал их Ральф. — Забыли, какими пришли сюда на первом курсе?

   Как ни странно, ребята притихли, но посмеиваться не перестали.

   — А ты переоденься и позови, бытовую магию я неплохо знаю, так что подогнать костюм по фигуре будет несложно.

   Да, точно, папа на самом деле хорошо владел бытовой магией и не брезговал помогать маме, но я даже не думала, что он обучился ей тут, в академии.

   Переодевшись в необъятный костюм, я позвала Ральфа и, придерживая форму где только можно, в ожидании уставилась на него. Он усмехнулся, придирчиво осмотрел и принялся водить руками, нашептывая нехитрые заклинания. Можно это было сделать и самой, но укорачивать или ушивать одежду на себе, да еще и без зеркала, невероятно сложно. Еще укоротишь штаны до бридж, а куртку до топика. А если учесть, что с магией у меня и так проблемы…

   В общем, лучше не рисковать.

   Ральф крутил меня во все стороны, подгонял, ушивал, уменьшал необъятные вещи и, в конце концов, довольно улыбнулся:

   — Вот теперь ты хоть на человека похожа.

   Зеркала рядом не было, но я могла ощутить, что комплект сел на меня как влитой. Так что я поспешила искренне поблагодарить папу. То есть Ральфа. Никак не привыкну, что в этом времени он еще не мой отец.

   — Да не за что. Советую тебе тоже изучить бытовые заклинания, в жизни всегда пригодятся. А лучше идти на факультет бытовиков, если на боевом долго не задержишься.

   Ну вот, опять он за свое.

   — Задержусь. — Вскинула голову в ответ. — И надолго.

   — Посмотрим, — усмехнулся он. — Ну что, пойдем на полигон. Посмотрим, правильно ли ты сделала, что перевелась сюда.

   Уф, я тоже на это надеюсь.

   На полигоне меня ждал сюрприз. Очень неприятный. Оказывается, ребята рассказали о том, что к ним на первый курс перевелась девушка, и те самые первокурсники с боевого в полном составе поспешили присоединиться к нам, чтобы посмотреть на меня и оценить… что? Силы? Способности? Меня, в общем.

   — А они тут зачем? — сдавленно зашипела Ральфу, когда увидела на заснеженном полигоне с полосой препятствий для первачков весь первый курс боевого факультета. И еще несколько ребят с других.

   Блин, тут даже травники были, от которых, по легенде, я сбежала. А если они поймут, что меня на их факультете никогда не было?

   — Ты против зрителей? — усмехнулся он. — Смею огорчить, тренировки боевиков всегда собирают толпы зевак. Так что ты либо привыкаешь, либо переходишь на более спокойный факультет.

   — Привыкну, — прошипела в ответ. Ну не могла же я ему сказать, что я не зрителей боюсь, а что меня могут вычислить. Можно, конечно, уйти, но… поздно, на меня уже все обратили внимание и с любопытством посматривали. Даже интересно, как бы отреагировал Лерт, если бы увидел, сколько тут народу? Отпустил бы сюда? Вряд ли. Однако отступать уже поздно — это будет сродни поражению, так что я стиснула зубы, завязала волосы в пучок и решительно двинулась на дистанцию, где уже поджидали несколько довольно крепких парней. Будем решать проблемы по мере их поступления. Хотя проблем с каждым днем только прибавляется.

   — И это с тобой нам соревноваться надо? — протянул один из них, осматривая меня с головы до ног. — Да мы ж тебя на старте еще сделаем.

   — Точно, — усмехнулся другой. — Ты вообще зачем к нам перевелась, малышка? Сидела бы, травки перебирала, их рост ускоряла.

   Ага, мне тут же вспомнились мои домашние эксперименты по ускорению роста растений. Когда вместо красивой герани вырастала венерина мухоловка и жадно скалилась на прохожих.

   Вот бы тут обрадовались такому…

   — А я ее что-то у нас не помню, — сказал подошедший парень в мантии травников. — Ты точно у нас училась?

   Ой-ей, мама дорогая, вот сейчас все и вскроется. Я медленно обернулась к парню с самым невозмутимым видом.

   — Точно, — не моргнув глазом, соврала я. — Просто нос свой везде не совала, вот меня и не запомнили.

   Ага, а еще мантию-невидимку надевала каждый день, чтоб наверняка не отсвечивать. Я замерла, ожидая ответа, и на всякий случай приготовилась бежать. Правда, не имею понятия куда, но приготовилась. Однако парень усмехнулся.

   — Вполне возможно. Травники вообще не особо разговорчивые в этом году, так что, может, ты и права. С первым курсом я особо не общался.

   Фу-ух, похоже, пронесло. Главное, чтобы больше никому не взбрело в голову проверять правдивость этой истории. Особенно первому курсу. Вон их тут сколько собралось, даже смотреть в их сторону страшно.

   Опять влипла, блин.

   Но очень надеюсь, что и в этот раз мне удастся выкрутиться.

   Эйлерт

   То же время в городе Тильдер

   Время. Настолько простое и настолько странное, и непостижимое на самом деле. Мог ли я еще несколько дней назад подумать, что попаду в прошлое вместе с Никой? В другой мир — вполне возможно, но в прошлое, да еще и то время, когда были сделаны главные предсказания моего мира — определенно нет.

   А ведь я еле успел вслед за ней. Еще секунда замешательства — и моя девочка могла оказаться тут совсем одна. Даже боюсь представить, что было бы в этом случае. Ее пернатая нахалка не в счет, тем более что сюда попали мы из-за нее. Нужно будет провести с ней воспитательную беседу, чтобы больше не брала в лапы чужое. Потом, когда в свое время вернемся.

   Вчера же в библиотеке наткнулся на интересную запись. На страницу, вырванную из какой-то древней книги:

   «Ничто не течет так быстро, как время, и ничто не может быть медленнее его. Если ты запутался — только время расставит все по своим местам».

   Казалось бы, ничего особенного, просто чьи-то мысли, но именно эту фразу иногда повторяет мой отец. Совпадение? Возможно. Но я уже давно не верю в простые совпадения.

   «В мире ничто не случается по воле случая», — другая любимая фраза отца, и сейчас я был с ним солидарен. Именно поэтому я и вышел в город. Но причиной послужило еще одно — найденная папка с исписанными листами бумаги… разных эпох. Они были исписаны одними и тем же чернилами, одним и тем же почерком, но на пергаментах разного времени. А еще на каждом из них стояла подпись — М. К. Я не все смог прочесть, там были странные символы, руны, магические формулы, записи с описанием быта или путешествия.

   На первый взгляд странное и совершенно нелогичное сочетание, но оно натолкнуло меня на мысль о путешественнике во времени. Он каким-то образом оказался в академии в наше с Никой время, оставив там свой артефакт. И я очень надеюсь, что он окажется где-то поблизости и сейчас. Пару листов я прихватил с собой, а остальные спрятал так, что без подсказки их найти не удастся. Может, так и получится найти его, если моя догадка окажется верна.

   Я проходил по главной улице города, осматривая витрины и заглядывая в окна таверн.

   Не каждому магу под силу чувствовать колебания магии, различать ее, улавливать малейшие нити, именно поэтому я и не взял Нику с собой. Она бы только устала, замерзла и не понимала, почему я то прохожу сразу несколько домов или улиц, то останавливаюсь перед входом на полчаса.

   Так… магия ветра, бытовая, хм, приворот даже есть… Нет, не то. В этом заведении нет нужного мне человека. Следующие три дома тоже не порадовали меня необходимой информацией, и я уже хотел свернуть на другую улицу, но меня привлекли магические потоки, доносившиеся из очередной неприметной таверны. Магия была темной, но необычной. Очень тонкой, едва ощутимой и странной. Она колебалась и не давала себя «поймать», ощутить и понять, что она такое. Именно она и заставила меня зайти внутрь.

   Таверна ничем не отличалась от всех остальных: большая, светлая, с развешанными повсюду пучками пряных трав, ароматными запахами свежей выпечки и мясной похлебки. Все столики были заняты, поэтому я направился прямиком к прилавку, за которым стоял полноватый повар в переднике и громогласно отчитывал двух молоденьких поварят. Что они натворили — не знаю, но вмешиваться в разговор, как и прислушиваться к нему, не стал. Наоборот, дождался, когда мальчишки с понурыми головами прошмыгнут на кухню и мужчина останется один.

   Почему я решил подойти именно к нему? Не знаю. Интуиция. А еще из-за прилавка немного ярче ощущались эти странные потоки магии.

   — Доброго дня, — спокойно поздоровался и чуть оперся о столешницу.

   — Доброго, доброго, молодой человек, — дружелюбно отозвался он. — Занято у нас все, как видишь. Приходи чуть позже, накормлю с удовольствием, а пока даже усадить некуда.

   — Благодарю. С удовольствием позже у вас отобедаю, но сейчас я пришел не за этим. — Следуя за своей интуицией, я вынул один изъятый из папки листок с инициалами и положил перед мужчиной. — Вам знакомо это?

   Повар взял лист в руки и нахмурился, исподлобья посмотрев на меня.

   — Это просто лист с чьими-то записками. Почему он должен быть мне знаком? Такие каракули каждый второй после кружки гномьего самогона и эльфийской медовухи накатает. Почем мне знать, чье это.

   Он придвинул лист ко мне и отвернулся. Бумагу я убирать не стал. Как и уходить. Так и остался стоять на месте, внимательно следя за мужчиной. Он нервничал. Может, внешне это было незаметно, но моя тьма прекрасно уловила его состояние. Значит, он точно что-то знает. Когда же мужчина обернулся, то нахмурился еще больше.

   — Ну чего стоишь? Сказано ж тебе — не знаю я этих каракулей. Не видел никогда. Помочь ничем не могу.

   — Может, вы и не сможете, — спокойно ответил. — Но передайте ему, что мне нужно с ним встретиться.

   — Да говорю ж, что не знаю я…

   — У меня остались его остальные записи, — перебил мужчину. — Как и еще одна вещь, которую… скажем так, он наверняка ищет. Интересная вещь, нужная в… его путешествиях.

   Говоря загадками, специально следил за реакцией повара и все больше убеждался, что оказался прав. Повар старался выглядеть спокойным, но он точно понимал, о ком и о чем я говорю.

   — Может, вы его и не знаете, — продолжил, убирая листок обратно. — Может, я ошибся. Но если вы увидите человека с похожими листками, скажите ему, что… мне нужна его помощь. И что я буду ждать его в академии Изумруд.

   Мужчина ничего не ответил, продолжая напряженно всматриваться в мое лицо. Я кивнул и развернулся по направлению к выходу. Пока не стемнело, нужно пройтись по городу. Вполне возможно, найдется еще какая-то зацепка.

   — Он появляется у меня редко, — раздался грубый голос повара, заставив меня обернуться. — В основном зайдет, расскажет пару невообразимых историй о своих путешествиях и снова испарится. Но такие листки показывал, да. Со странными закорючками, письменами и обязательно подписанные.

   — Вы знаете, где он сейчас?

   — Нет. Его не было уже много месяцев, и появится ли он снова, не имею ни малейшего понятия. Но я передам ему твои слова, если увижу.

   — Вы не знаете, где он может быть сейчас? И как его имя?

   — Мариус. Остального не знаю.

   По его тону понял, что выяснить что-то еще не получится. Так что я поблагодарил повара и вышел на свежий воздух с новыми вопросами в голове.

   Редко появляется в городе.

   Рассказывает о своих путешествиях.

   Исчезает.

   Неужели тут на самом деле есть путешественник во времени, и моя теория оказалась верной? Что ж, об этом может рассказать только само время и ожидание. И если к окончанию каникул этот путешественник не объявится сам, то придется идти к ректору, чего делать не хотелось.

   Как ни крути, а помощь Маркуса Доррена не всегда можно расценить именно как помощь. У него очень… специфическое чувство юмора. Так что если он и поможет, то мы с Никой можем потом об этом сильно пожалеть.

   Я побродил еще по городу, но больше не обнаружил ничего, даже отдаленно похожего на магию в той таверне. Вспомнил, что в библиотеке не чувствовал эту магию вообще. Может ли это означать, что некий Мариус очень давно не появлялся в этом времени и как раз скоро будет тут?

   Посмотрим.

   А пока нужно возвращаться. Нельзя оставлять Нику одну надолго. С ее-то везением...

   Анника

   Я не стала спрашивать, почему со мной решили бежать первокурсники, а не пятый курс, как обещал Ральф. Видимо, не верили, что я могу их одолеть. А зря. Но доказывать или что-то менять я не собиралась, просто встала на дистанцию и приготовилась ее проходить. Может, у меня, и оставались некоторые проблемы с магией, но полосу я уже могла пройти чуть ли не с завязанными глазами. Тем более эту — для первачков. Хорошо, что за тридцать лет она никак не изменилась.

   — Внимание, — громко сказал Ральф. — Мы немного расширили и усложнили трассу, так что там вас будут ждать сюрпризы, которые пройдут не все.

   Это что, намек в мою сторону? Интересно, о каких сюрпризах идет речь?

   — Выигрывает тот, кто первым дойдет до финиша. Или доползет, тут уж как повезет. Ну что, готовы? Тогда начали.

   Не стала смотреть, как будут стартовать другие, просто побежала вперед, полностью сосредоточившись на цели. Вместе со мной стартовали по меньшей мере десять человек, кто захотел размяться. И все парни. Девушек на первом курсе этого потока попросту не было.

   Шатающийся мост был первым, его размножили по числу участников. Пройти его не составило труда, тем более мне, с моим весом. Сложнее оказалось накачанным парням, они замедлились, а один даже не удержался на перекладине и рухнул вниз.

   Минус один.

   Далее были стены по типу скалодрома. Помню такие, да. Пройти их несложно, если ты ловкий и натренированный. Магия тут не нужна. Вообще на первом курсе полоса препятствий в большей степени была заточена на силу и ловкость. Только иногда на нее добавлялись магические ловушки, с которыми у меня и возникали сложности. Но надеюсь, тут их не будет.

   Трибуны верещали, что-то выкрикивали, скандировали, но я не обращала на них внимания.

   Дальше начиналась магия. Воздушные потоки, которые намеревались сбить с дистанции, водные воронки, куда невероятно легко угодить и очень трудно выбраться. Зыбучие пески, по которым необходимо не пробежать — пролететь, чтобы не увязнуть. И в довершение — огненные кольца, через которые нужно было нырять рыбкой. А после этого начиналась дорога ангела. Именно так прозвали жуткое испытание, где перекладина под твоими ногами и на огромной высоте время от времени становится невидимой. Хочешь ее пройти? Тогда доверься чувствам. Именно так говорил магистр Тродо, и сейчас я следовала его совету.

   Вся дистанция была заточена на то, что пройти ее сможет не самый сильный, а самый ловкий.

   «Твоя сила в хрупкости, — говорил Тродо. — Ты маленькая, и противник никогда не будет ждать от тебя высоких результатов. Используй это».

   И я использовала.

   Дорогу ангела прошла с закрытыми глазами и чисто на выдохе. И уже на финишной прямой, где необходимо было пробежать по парящим камням, я заметила, что до них добрались только трое: двое щуплых, не очень рослых парней и я.

   — У тебя не выйдет выиграть, — прокричал один из них и ускорился. — Я первый буду.

   Ага, размечтался.

   Я отвернулась от ребят и буквально пролетела по камням, добравшись до финиша первой с разницей в пару секунд с этим самым парнем.

   — Эй, так нечестно, — сказал он. — Ты словно знала, как проходить полосу.

   — Конечно, знала, — улыбнулась в ответ. — Не просто же так я перешла на боевой. Я ее проходила. И не раз.

   — А я думал, ты просто так перешла к нам, — отозвался второй, завалившись на землю и тяжело дыша. — Без подготовки.

   На это я только усмехнулась. Надо быть круглым идиотом, чтобы переходить на боевой без подготовки или хотя бы тренировок, а идиоткой я не была. По крайней мере не в плане тренировок. К нам тут же подбежали остальные адепты, кто стал свидетелем забега. Незнакомые парни и девушки поздравляли, удивлялись и переговаривались. До меня то и дело доходили фразы о том, училась ли я на факультете травников и вообще откуда взялась, но никто толком ничего сказать не смог. Это и радовало, и напрягало. Долго водить всех за нос у меня не получится, нужно искать путь в свое время, пока не стало слишком поздно.

   — Ну что, поздравляю, Фирра. — Я обернулась и заметила папу. Точнее, Ральфа. — Не ожидал, что ты сможешь пройти даже эту полосу.

   — Ага. С виду хрупкая, а на самом деле ничего такая. Продержишься на боевом, — усмехнулся уже знакомый мне пятикурсник. А я же не знала, радоваться мне победе или нет. Особенно одобрительному взгляду папы.

   В будущем он никогда на меня так не смотрел.

   После чествования победителей и бурного обсуждения проигравших все дружно решили не ходить на обед и направились в башню тектоников, оккупировав сразу несколько комнат на последнем этаже. Кто-то особо ушлый и пронырливый набрал с собой еды из столовых, и сейчас комнаты общежития стали напоминать филиал этих самых столовых. Все жевали, переговаривались, смеялись и радовались жизни. А у меня кусок в горло не лез, ведь Лерта до сих пор не было, хотя ушел он довольно рано, а время уже двигалось к вечеру. И вообще я была какой-то рассеянной, что-то отвечала ребятам, улыбалась, старалась поддержать разговор, но мыслями была далеко отсюда. В конце концов, просто ушла, никому ничего не сказав.

   В коридоре было темно и тихо. На двери были наложены специальные заглушающие чары, поэтому никаких звуков из комнаты не доносилось.

   Куда пойти? В комнату или в библиотеку? Нам все еще нужно прочесть книгу, которую мне передал ректор. Только как я буду это делать одна, без Лерта? Он ведь до сих пор не вернулся, а я не знаю, где он. И от этого места себе не нахожу. И ведь даже Хоуп, которая старалась никому не попасться на глаза, но всегда находилась где-то рядом, я не могла отправить на его поиски.

   А если и она пропадет? Я же не перенесу этого.

   — Чего грустим?

   Я обернулась на голос Ральфа и постаралась улыбнуться. Сейчас, в полутьме, он очень сильно напоминал мне моего папу. Того, которого я знала всегда. Того, кто хоть и скуп на эмоции, но всегда был лучшей опорой в жизни.

   — Эрта до сих пор нет. Я переживаю, — ответила и присела на подоконник, стараясь унять волнение. Ральф не спеша подошел и сел напротив, задумчиво смотря на меня.

   — Придет, куда он денется.

   — Надеюсь.

   С ним было хорошо и уютно молчать. Просто сидеть и чувствовать его присутствие рядом. Только сейчас я поняла, что невероятно соскучилась по родным. По маме, которая всегда утешала, подбадривала и была самой любящей и доброй. По Барту с его вечными подколками. По папе… почему-то особенно по папе. Мы редко разговаривали по душам, но сейчас я особенно остро ощутила нехватку его заботы. Особенно когда он так близко, а я не могу его обнять и даже сказать, что очень сильно скучаю.

   — Эй, ты чего плачешь?

   — Плачу? — недоуменно переспросила и дотронулась до щеки. И правда плачу. Даже не заметила этого. Быстро стерла слезы и улыбнулась. — Да так, соскучилась по родным.

   — Понимаю, — тихо отозвался он. — Первачкам особенно тяжело дается год учебы, вы ж даже на каникулы домой не уезжаете.

   — А ты почему не уехал?

   На этих словах он помрачнел. Да, папа не особо любил ездить в гости к своей семье, я сама бывала у дедушки с бабушкой всего несколько раз и то давно, в детстве. Бабушка у меня не особо доброжелательный человек, но все же родной. А дедушка… Ральф очень похож на него, такой же скупой на эмоции и непробиваемый.

   — Меня не ждут дома.

   — Как это? — выдохнула удивленно.

   — Просто не ждут. Точнее, я не спешу домой.

   А вот это уже интересно. Я, конечно, знала, что у папы были немного натянутые отношения с семьей, но чтоб настолько...

   — Почему?

   — Давай не будем об этом. Отношения с семьей — это не то, о чем я бы сейчас хотел поговорить.

   — Ладно, — сдалась я. Может, в этом времени у него какой-то разлад с родителями. — А можешь рассказать, нравится ли тебе тут учиться?

   Ральф усмехнулся, но кивнул.

   — Ты же тектоник, — продолжила осторожно. — Но очень хорошо ориентируешься на полигоне и в бытовой магии. Посещаешь факультативы?

   — По-моему, тут каждый знает, что единственный адепт с магией земли занимается всем, кроме самой магии земли, — усмехнулся он.

   — Ну… — Я запнулась. — Я просто не слежу за другими курсами. И факультетами. Вот и не запомнила. Тем более я первокурсница, так что могу и не знать всего.

   Не скрою, с моей стороны было довольно опасно выяснять то, что, по сути, должна знать вся академия, но я не могла не спросить. Может, его нежелание отпускать меня в академию идет отсюда?

   — Это странно, — ответил он, внимательно наблюдая. — Мы тренируемся на полигонах каждый день, и да, я посещаю основные занятия боевого факультета, практически учусь тут. Странно, что ты этого не знала.

   Ну что я могу ответить? Ничего. Так что просто пожала плечами.

   — Возвращаясь к твоему вопросу — мне нравится тут учиться. В академии можно посещать практически любые предметы, не относящиеся к основной магии. Можно перевестись на другой факультет, если открылся спящий дар. Тут не так много ограничений и вообще здорово.

   Ну да, мне тоже нравится в академии, и сейчас по Ральфу видно, что учеба ему приносит радость. Тогда я совсем не понимаю такую категоричность в отношении меня.

   — Но это только внешняя картинка, — продолжил он серьезно. — На самом деле тут очень много… скажем так, подводных камней.

   — Что ты имеешь в виду? — спросила осторожно.

   Ральф ответил не сразу, словно обдумывая, что именно сказать.

   — Я не хочу тебя пугать, но раз уж ты сюда поступила, то уже столкнулась с первым испытанием на вступительных экзаменах, не так ли? Сложное было? — спросил и, дождавшись моего неопределенного кивка, продолжил: — И это только первое испытание. Тут не так гладко, как может показаться на первый взгляд. На вступительных экзаменах могут пропасть люди, и никто их не будет искать. На границе периодически случаются прорывы, куда могут отправить несколько курсов боевиков для подмоги, а из монстрятни часто вырываются на свободу особо опасные существа.

   Странно, неужели тут совсем не следят за монстрами?

   — Ну и что, — начала осторожно и чуть пожала плечами. — Я больше чем уверена, что во многих академиях есть подобные ситуации.

   Ральф усмехнулся и сел поудобнее.

   — Ты из какого мира?

   Ой, а вот это уже плохо. Я не могу сказать, что прибыла из Дарлинии — это может плохо сказаться на чем-нибудь. Так, какие там миры есть неподалеку и со схожими параметрами? О, точно, есть один.

   — Из Вериалии, — ответила, вспоминая, что мама рассказывала об этом мире. Она училась там в академии.

   — Слышал о нем. И ты хочешь сказать, что там в академии пропадают адепты? Проходят экзамены, пытаясь спасти свою жизнь, или учатся обороняться от монстров?

   Я отрицательно качнула головой. По словам мамы, это был небольшой и очень уютный мир с магическими школами, академией и самыми обычными местами. Без монстров и темной магии.

   — Вот видишь, — продолжил Ральф. — Там все просто и спокойно, не то, что здесь. Темная магия и некромантия, стихийники, неспособные обуздать свою силу. Ты же сама знаешь, сколько тут травм получают адепты на обычных тренировках и спаррингах, так что я вообще не понимаю твоего желания перейти на боевой. Менталисты, пытающиеся постоянно залезть к тебе в голову, провидцы со своими…

   Он запнулся и отвернулся, а я вдруг вспомнила о том, что именно во время учебы некий провидец из мира Лерта сделал предсказание и моему отцу.

   — Тебе что-то рассказал Эрагиин?

   Вместо ответа Ральф кивнул. Видимо, тут все знали этого провидца, и мое знание имени его не удивило.

   — Может, поделишься?

   Я не надеялась на ответ. Думала, что он свернет тему и вообще не захочет об этом разговаривать, но ответил. Очень тихо.

   — Он… сделал предсказание не только мне. Точнее, оно касается не меня, а… моего будущего ребенка.

   — А… что именно? — спросила после пары минут напряженного молчания.

   — Он сказал, что мой ребенок родится сильным. Очень сильным, со смешанной магией, которая будет крушить все вокруг, превращая воду в кровь и оставляя после себя лишь пепел. Она будет вырываться из-под контроля, ей невозможно будет управлять, и в конечном итоге она принесет много бед и разрушений.

   Ого. Вот это… предсказание. Хотя если вдуматься, то так оно и есть. Моя магия опасная, взрывная и постоянно все разрушает. А вода, обращенная в кровь… так это, скорее всего, мои зелья, которые принимают совершенно иной состав, стоит лишь мне к ним прикоснуться.

   — Так, может, это неплохо? — сказала осторожно. — Может, нужно будет только обучить ребенка правильному обращению с магией.

   — Это еще не все предсказание, — мрачно продолжил Ральф. — Эрагиин сказал, что этот ребенок, когда его сила войдет в полную мощь, станет причиной уничтожения целого мира.

   Целого мира…

   Я стану причиной уничтожения целого мира.

   Мы замолчали. После такого признания я растеряла все свои мысли и совершенно не знала, что можно сказать, что подумать… что делать. Ведь это предсказание было про меня. Про мою силу. И я потихоньку стала обретать над ней контроль, научилась более-менее управлять ей, смешивать с тьмой. И это получается, что…

   — Он сказал, что сила моего ребенка сможет полностью раскрыться здесь, в академии Изумруд, когда он или она прибудет сюда на учебу, — продолжил Ральф, вырывая меня из мрачных мыслей. — И я сделаю все, чтобы мои дети не попали в эту академию.

   Вот теперь, как бы мне ни было больно, я хорошо понимала желание отца отгородить меня от магии. От любого ее проявления. Именно поэтому он и нацеплял чуть ли не с рождения целую кучу ограничителей и запрещал колдовать. А я… я сама целенаправленно шла к исполнению пророчества. Только непонятно, о каком мире идет речь.

   — Не знаю, — ответил Ральф после моего вопроса. — Этого Эрагиин не сообщил. Он вообще после предсказания ко мне не подходил и сейчас тоже редко выходит из своей комнаты. Даже занятия редко посещает.

   — А он еще тут учится?

   — Заканчивает и вроде как хочет остаться аспирантом. В своем мире его не принимают и не ждут.

   Да уж, это я помнила еще по рассказам ректора. Хм, может, стоит наведаться к этому Эрагиину?

   — Ну, хватит о грустном, — сказал Ральф. — Пусть этот сумасшедший и напророчил мне невесть что, я все же надеюсь, что с моими детьми будет все в порядке, тем более в ближайшее время обзаводиться семьей я не планирую. И вообще эта тема не та, о чем я бы хотел сейчас поговорить.

   — А о чем хотел?

   — О тебе, — усмехнулся он. — Ты интересная, необычная и… кажешься мне смутно знакомой. Словно я тебя уже где-то видел.

   — Ну правильно, — нервно усмехнулась. — Я же учусь в этой академии. Конечно, ты меня видел.

   Однако Ральф покачал головой.

   — Нет, тут другое. Я словно знаю тебя давно, как… сестру, что ли. Это странно звучит, но я даже флиртовать с тобой не хочу, хотя ты красивая девчонка и многим парням понравилась.

   — Хорошо, что не хочешь, — улыбнулась в ответ. — Ты тоже для меня словно родной человек. Близкий.

   — Рад, что это взаимно. А могу я тебе задать вопрос?

   — Давай.

   — Вы давно с Эртом вместе?

   — А… зачем тебе? — спросила осторожно.

   — Просто ребята спрашивали, есть ли у них шансы, — усмехнулся он, а я облегченно выдохнула.

   Так, что мы там придумали? Вернее, Лерт придумал. Что мы полгода не виделись? Значит, вместе мы уже…

   — Больше года, — донесся до меня голос Лерта, что заставило сердце сделать кульбит, а я сама мигом соскочила с подоконника и оказалась в объятиях своего ангела.

   — Ты вернулся. Боги, как я волновалась.

   — Все хорошо, девочка моя. Я здесь.

   Я мигом забыла, что на нас смотрят, забыла, где мы находимся. И даже не заметила, в какой момент сама потянулась за поцелуем, которого ждала так долго и в котором так нуждалась.

   — Эй, я все еще тут, не мешаю? — насмешливо спросил Ральф, после чего я тут же попыталась отскочить от Лерта, словно мне сделал замечание папа. Мой настоящий папа. Из будущего. Только Лерт это, по всей видимости, понял и не отпустил, продолжая удерживать в объятиях.

   — Не мешаешь, — спокойно отозвался он и вместе со мной подошел к окну, присев на подоконник и усаживая меня к себе на колени. Демонстративно так. Еще и за талию приобнял, видимо, для надежности. Ральф на это только усмехнулся.

   — А где познакомились, если не секрет?

   — Не секрет — в горах. Я вытащил Фирру из завала.

   Я перевела удивленный взгляд на Лерта, но ничего говорить не стала. По сути, именно так все и было. А место и время… пусть оно останется тайной. Ральф задавал наводящие вопросы, словно старался выведать все о нашей жизни. Только я не понимала зачем. Простое любопытство, или он что-то подозревает? Нет, вряд ли подозревает. Улыбается все время, смотрит на нас так, словно отец оценивает потенциального жениха своей дочери. У меня даже мурашки побежали.

   — Эх, ладно, ангелочки, с вами хорошо, но дома, а точнее в своей комнате, лучше. Там не будет этой гудящей толпы, — вставая, проговорил Ральф и покосился на две комнаты, в которых продолжали веселиться адепты.

   С одной стороны, мне очень не хотелось отпускать папу. Я так по нему скучала, и сейчас общение… пусть не совсем с папой, а с его более молодой версией доставляло мне невероятное удовольствие.

   Лерт кивнул, соглашаясь, что тоже хорошо бы отдохнуть. А нам еще нужно обговорить дальнейшие действия, пройти в библиотеку, найти книгу, прочитать ее, узнать, как Лерт сходил в город, что нового узнал… В общем, дел по самое горло. Я тоже быстренько вскочила на ноги и поправила форму, которую так и не вернула.

   — Эй, вы куда пропали? — в этот момент одна из дверей распахнулась, и оттуда вывалились трое боевиков, уже изрядно осоловевших и веселых. — Мы вас заждались уже.

   — Точно. А ты, Ральф, что уже девчонку кадришь? Быстрый ты. А говорил, что не будешь, что нам шанс оставишь.

   Какой еще шанс?

   — Не кадрю, — усмехнулся он. — Просто разговаривал. У Фирры вон жених имеется, закадрить не получится.

   Лерт как раз встал со мной рядом и даже чуть загородил от изрядно подвыпивших адептов. Те, правда, сдаваться не собирались.

   — Ну-у, — с сомнением протянул один. — Жениха и подвинуть можно. Если нужно.

   — Попробуй, — усмехнулся Ральф. — Думаю, потом сам пожалеешь о своем решении.

   Этот боевичок хотел еще что-то сказать, даже вперед вышел и с ухмылкой вскинул голову, но взглянул на Лерта, и улыбка как-то очень быстро сошла на нет. А еще он сглотнул и попятился. Хм, чего это он увидел? Я взглянула на Лерта, но ничего странного или страшного не увидела. Парень как парень, мой, любимый. Правда, когда посмотрела на оставшихся ребят, то заметила, как они пятятся назад.

   — Да мы пошутили. Не претендуем мы на твою девушку.

   — Невесту.

   — Ага, на нее. Так что ты это… не кипятись, ладно?

   Сказали и быстро скрылись за дверью, плотно закрыв ее за собой.

   — Ловко ты их, — усмехнулся Ральф, разворачиваясь. А я поняла, что совсем ничего не поняла.

   — Лерт, а что ты сделал? Почему они так быстро ушли?

   — А ты не почувствовала? — удивился Ральф. — Он же воздействовал на них темной магией. Тут холод собачий стал и страшно аж до зубного скрежета.

   — Да? — Я растерянно оглянулась. — А я ничего такого не почувствовала.

   — Это потому, что ты моя айвири, — улыбнулся Лерт, притягивая меня ближе. — На тебя не распространяется моя магия.

   — Да? А ты мне этого не говорил.

   — Ты еще многого не знаешь, но я обязательно тебе расскажу обо всех тонкостях моего мира. Чуть позже. А пока нам и правда пора отдохнуть. День был долгий и насыщенный.

   Мы попрощались с Ральфом и прошли теневыми тропами прямо в комнату, где уже довольно долго нас ожидала Хоуп. Как только мы появились, совушка сначала испугано чирикнула, затем вздохнула, а следом начала ругаться, что такие мы нехорошие, загнали ее в комнату, оставили одну и что нас так долго не было. Каюсь, я действительно отправила ее в комнату сразу после забега. Просто посчитала, что находиться среди толпы студентов будет не самым правильным вариантом, так что просидела тут она довольно долго.

   — Ну прости, врединка. — Я взяла обиженную совушку в руки и чмокнула в макушку. — Ты же сама видишь, что тут нельзя открыто разгуливать по академии, мало ли что может произойти. А если ты пропадешь, как же я без тебя буду, а?

   Хоуп подулась-подулась и поняла, что я права. Чирикнула еще что-то напоследок и тоже обняла своими маленькими крылышками. Эх, люблю я свою мелочь.

   — А я принес тебе вкусняшек, — сказал Лерт, доставая из кармана мантии пакетик с любимым печеньем Хоуп. Врединка как его увидела, так и забыла сразу все обиды, занырнула в пакетик с головой, только хвост с лапками торчали, и от удовольствия попискивала.

   — Лерт, ты что-нибудь узнал в городе? — Было интересно и умильно наблюдать за питомицей, но у нас все еще оставались нерешенные дела.

   — Кое-что узнал, но пока не знаю, поможет ли нам эта информация.

   Было очень любопытно, что Лерт узнал, но вначале я рассказала про то, что услышала от Ральфа по поводу предсказаний.

   — Причина гибели целого мира, — задумчиво сказал он. — Не знаю, что насчет мира, но причиной моей гибели ты уже стала.

   — Дурак, — беззлобно сказала я. — Я же серьезно, а ты…

   — Все будет хорошо, Ника. Это только предсказание. Насколько я знаю, провидцы всех миров могут делать сотни предсказаний, а сбудется из них только малая часть. Так что не стоит бояться этого заранее.

   Да уж, хотела бы я на это надеяться.

   После мы вернулись к более насущной теме. Лерт рассказал мне про некоего Мариуса, который может оказаться путешественником во времени. Рассказал про записки, трактир и реакцию повара на них. Информации было очень мало. Да что там, это были только домыслы, ничем не подкрепленные, но это было хоть что-то.

   — И как мы найдем этого Мариуса?

   — Я сказал повару, что буду ждать его в академии. Если тут находится его сумка с записками, значит, этот Мариус может сюда попасть.

   — А повар не сказал, когда он может прийти?

   — Нет. Он только сказал, что Мариус редко сюда приходит и что с ним нет связи.

   — Но, Лерт, до начала учебы осталось несколько дней, — взволнованно ответила. — Что, если мы не успеем вернуться? Мы же не сможем учиться тут, где нас не должно быть. Как мы будем жить в этом времени?

   — Не переживай родная. — Он придвинул меня чуть ближе и поцеловал. — Мы найдем способ вернуться. Дадим этому Мариусу еще два дня, как раз до последнего дня каникул, а потом пойдем к ректору.

   А вот этого совсем не хотелось, но, похоже, что выбора у нас нет.

   — Завтра еще посмотрим книгу, может, там будет описан способ зарядки артефакта, и мы сможем обойтись без посторонней помощи, так что не переживай. — Он чуть помолчал и продолжил задумчиво: — А еще мне нужно встретиться с Эрагиином.

   — Зачем?

   — Хочу узнать о своей матери.

   — Лерт… ты думаешь, он что-то расскажет? — спросила неуверенно. — Он же провидец и, скорее всего, не видел твою маму на самом деле.

   — Я все равно хочу спросить. Но не переживай, если Эрагиин ничего не расскажет, значит, я ничего и не потеряю.

   Это да, но меня больше беспокоило то, что Лерт может что-то узнать о своей матери. И это знание не пойдет ему на пользу.

ГЛАВА 6

Утро оказалось не добрым. Совсем.

   Не успела я проснуться, как Лерт развел бурную деятельность: буквально сгреб меня с кровати, сонную одел в платье, захватил наши вещи и, с такой же сонной и ничего не понимающей Хоуп, ушел на теневую сторону. А вынырнул уже на территории академии. На улице. Рядом с оранжереей. Вместе со мной в одном платье и пусть зимней, но не очень теплой мантии.

   После такого морозного «доброго утра» сон как рукой сняло.

   — Что случилось? — спросила, кутаясь в мантию

   — Магистры проверяют крыло, — выдохнул он. — Видимо, кто-то доложил о вчерашней посиделке. Они проверяют все комнаты.

   — То есть мы не сможем вернуться назад?

   — Пока не знаю. Будет видно к вечеру.

   Я зябко поежилась, выдохнула облачко пара и почувствовала, как Лерт прижал к себе, крепко обнимая, а от его рук пошло тепло. Мягкое, обволакивающее, которое моментально согрело. Я благодарно улыбнулась и уткнулась в грудь парня, вдыхая родной аромат.

   Теперь возвращаться в академию было еще опаснее. Если нарвемся на кого-то из магистров — значит точно нарвемся на неприятности. Они уж точно знают всех адептов в лицо. Ну или почти всех. И что-то мне подсказывает, что ректор не оповестил всех о двух новых студентах, пусть даже меня и назвал вымышленным именем. Но вообще говорил как-то странно, словно… даже не знаю, как это назвать. Словно и знает меня, и не знает одновременно.

   Короче, мы пока решили никому на глаза не попадаться. На всякий случай. Ни ректору, ни магистрам, ни ученикам. Лерт принес пару булочек, снова воспользовавшись теневыми тропами, но сказал, что перемещение по ним уже стали отслеживать. Сейчас ему удалось замести следы, но ходить ими было теперь опасно. Поэтому до библиотеки мы решили дойти обычным путем, ножками. Втайне от всех.

   — Я хочу дойти до крыла предсказателей, — шепнул он, когда мы уже почти дошли до информатория.

   — Зачем? Эрагиина увидеть? Ты понимаешь, что в их крыле мы можем себя раскрыть? Пророки вычислят нас моментально.

   — Я должен к нему попасть, — качнул головой Лерт. — Я бы оставил тебя в комнате и сходил один, но сейчас оставлять тебя одну будет более опасно, чем идти вместе.

   — Ты хочешь узнать информацию, которую тебе не нужно знать, — сказала тихо. — Может, имя твоей мамы от тебя скрывали не просто так.

   Лерт сжал губы и посмотрел в сторону. Он понимал это не хуже меня.

   — Может, ты и права, — наконец ответил он. — Но дома мне об этом никогда не скажут, так что я должен хотя бы попробовать.

   Я не хотела идти к прорицателям. Совсем не хотела. Все еще считала поход к ним плохой идеей, но Лерт хотел туда пойти, а я не собиралась отпускать его одного. Поэтому мы все же двинулись в сторону нужного нам крыла, обходя идущих навстречу адептов и магистров чуть ли не за версту.

   Коридоры, пролеты, бесконечные лестницы — все это мы проходили осторожно и стараясь ни на кого не наткнуться, но, когда завернули в очередной коридор, буквально врезались в парня, адепта факультета провидцев. Довольно высокого, с длинными белыми волосами, симпатичным лицом и неестественно яркими голубыми глазами. Он был задумчив и, казалось, ничего и никого перед собой не замечал. Он даже на нас посмотрел так, словно нас тут не было. В первую секунду я испугалась, а Лерт, наоборот, замер и, не отрываясь, смотрел на адепта. Тот обогнул по дуге и намеревался продолжить путь, но Лерт развернулся следом.

   — Эрагиин?

   Парень замер и медленно развернулся к нам.

   — Меня уже давно никто не называет этим именем, — певуче и с легкой улыбкой ответил он. — В основном сокращают до Эр. Чем могу помочь двум путникам?

   Парень был… странный. Словно не от мира сего. Он вроде смотрел на нас, но в то же время сквозь нас. Правильно говорят, что провидцы, бывает, одним своим видом жути нагоняют. Похлеще темных. В своем времени я с ними особо не контактировала, но встречи с Эрагиином мне хватит на все пять лет учебы.

   — Я хотел спросить… — начал Лерт, но вдруг Эрагиин схватил наши руки, а его глаза заволокло белой пеленой.

   — Тьма наступит очень скоро, — шепотом начал говорить он, смотря в одну точку. Так, что у меня мурашки побежали по всему телу. — Она поглотит сердца, затуманит разум, и это станет причиной разрушения мира.

   Вот, снова он про разрушение мира.

   — Тьма скрывается там, где ее никто не найдет. Там, где этого никто не ожидает. Тьма уже поглотила свет, и это стало началом конца. Нужно отыскать свет во тьме, соединить их и возродить из пепла.

   Боги, о чем он?

   — Вы должны…

   За углом что-то упало, и послышались сдавленные ругательства. Это вывело всех нас из странного оцепенения. Провидец вдруг очнулся, не успев закончить последнюю фразу. Его глаза приобрели нормальный вид, а сам он озадаченно улыбнулся.

   — Ах, я что-то вам сказал, да?

   Эм… он что, не помнит свое же предсказание?

   — Сказал, — выдохнул Лерт, убирая руку. — Ничего особенного, не переживай.

   — Это хорошо, — улыбнулся он. — А то я обычно скажу что-то плохое, и со мной перестают общаться. Вы же не перестанете?

   — Не перестанем, — тихо ответил за всех Лерт. — Скажи, ты помнишь какие-то предсказания, которые давал ранее? Касающиеся своего мира.

   — Что-то помню, но не так много. А зачем вам? Вы разве из нашего мира? У нас сейчас только две расы есть, и ты точно ни к одной не принадлежишь. Разве что к майлорам, но первый ребенок смешанной расы должен скоро родиться. Первый за много сотен лет.

   Скоро родиться… Получается, примерно в это время в мире Лерта происходят судьбоносные события. Я сглотнула и перевела взгляд на парня. Лерт был напряжен. Сильно. И не сводил взгляда с этого Эрагиина. Я видела, вернее, чувствовала, что он очень хочет спросить его о матери, но не решается. И правильно. Может, не стоит торопить события и знать то, чего нам знать не нужно. Я осторожно взяла его за руку и сжала, как бы говоря этим, что я в любом случае буду рядом.

   Лерт чуть вздрогнул и сжал ее в ответ.

   — Я не могу сказать тебе то, что ты хочешь услышать, — вновь начал разговор провидец. — Я не знаю, что ты хочешь спросить, но я знаю, что эту информацию тебе знать нельзя. Сейчас. Ты узнаешь ее сам, когда придет время.

   С этими словами он развернулся и спокойно пошел дальше по коридору. Странный этот провидец. Делает предсказания, а сам их не помнит. И тут же следом говорит такие вещи, о которых точно что-то знает, но сейчас не скажет. Одни загадки и недоговорки.

   — Эй, все будет хорошо, — сказала тихо и подошла к Лерту. — Я понимаю, ты хотел узнать о своей маме, но… может, и правда есть вещи, о которых лучше не знать. Я вот узнала, что именно предрекли мне и… лучше бы этого никогда не слышала.

   — Может, ты и права, — кивнул Лерт. — Может, я на самом деле только тороплю события. Ладно, разберемся с этим позже, сейчас нужно понять, как нам вернуться домой.

   До библиотеки мы добрались… с приключениями. У входа стояли старшекурсники с темного факультета и некромантии. Вроде просто стояли, о чем-то переговаривались, но складывалось впечатление, словно они кого-то поджидают. Лерт накрыл нас защитным куполом, который скрыл нас и наши ауры, и мы притаились за поворотом. Пользоваться теневыми тропами было опасно, темные сразу смогут их уловить, так что мы решили ждать. Долго и упорно. А эти ребята, как назло, тоже не спешили уходить, постоянно выглядывая в коридор и кого-то высматривая. Так что стоять нам пришлось долго. До обеда. Я сама ужасно проголодалась, а Хоуп на плече обиженно и тихо чирикала.

   Лерт, услышав ворчание совы и моего живота, выудил из кармана пирожок и печенье, которые отдал нам. У него там что, склад в карманах? Вроде ж все на завтрак достал. Тем не менее мы обе были ему благодарны.

   Через целую вечность ребята наконец ушли, а мы смогли пройти в библиотеку. Хранителя магистра Торварда на месте не оказалось. Видимо, тоже пошел на обед, так что мы беспрепятственно прошли к нужной секции.

   Лерт скрылся за дверью, куда меня академия не пропускала, и вернулся через несколько минут уже с нужным фолиантом. Мы отошли чуть дальше, а точнее на третий этаж и подальше от входа, устроились за столом и углубились в чтение. Хоуп перелетела повыше на полку и опасливо косилась на книгу. Помнит, что произошло в прошлый раз, может, теперь перестанет хватать все подряд.

   Книга оказалась необычной. В том смысле, что я практически ничего в ней не понимала. Мало того, что написана она была на незнакомом языке, так еще и на каждой второй странице встречались формулы, расчеты, чертежи и зарисовки. Она больше напоминала не древний трактат, а записки ученого. Хм, а может, это они и есть.

   Лерт, в отличие от меня, похоже, понимал написанное.

   — Это древнеэртонский язык, — пояснил он. — Мертвый. На нем в современном мире уже давно никто не разговаривает. Это наводит на мысли, что этой книге не одна сотня лет. И возникает вопрос, как она попала в академию.

   — А ты откуда его знаешь?

   — Меня с детства обучали многим языкам и культурам разных миров, так как очень много ценных свитков и манускриптов написаны на древних языках, и тех, кто их понимает, осталось очень мало. А учитывая, что я отношусь к…

   Лерт замолчал на полуслове и быстро глянул в мою сторону.

   — Относишься к кому? — настороженно спросила.

   — К альвалорам, — уклончиво отозвался он. — У нас принято получать хорошее образование. Вот смотри, тут написано, что…

   Перевел тему, это сразу было видно. Не хочет рассказывать о своей семье. Нет, Лерт рассказывал о брате и отце, но только общую информацию. А я на самом деле так толком и не знаю, как он живет, где и с кем. Что же ты скрываешь от меня, Лерт?

   Но как бы мне ни было интересно, я не стала развивать эту тему. Сейчас не время и не место. Тем более нам нужно доверять друг другу, так что как только он посчитает нужным — сам мне обо всем расскажет.

   Лерт перевернул очередную страницу, и перед нами предстал чертеж кулона, который перенес нас в это время.

   — Это он, — воскликнула я.

   — Именно. Тут написано, из чего он состоит и для чего нужен.

   Лерт достал из кармана кулон и сверил с чертежом. Он. Или очень на него похожий. Парень стал вчитываться в описание, а я сверяла чертеж с оригиналом. Долго и упорно, сопоставляя каждую черточку с иероглифом, пока Лерт изучал пояснения. Как оказалось, этот древний язык довольно сложно читать, а с учетом того, что многие вещи тут были зашифрованы, времени уходило в разы больше. А еще нам приходилось иногда меня места отсидки, так как были слышны чьи-то шаги.

   — Есть что-то полезное? — после нескольких часов напряженного молчания решила все же спросить.

   — Очень мало. Многие важные детали автор шифровал, в том числе и то, как заряжается артефакт. И на разгадку у меня может уйти не один день.

   У меня перехватило дыхание.

   Не один день…

   — Лерт, у нас нет столько времени, — сказала тихо. — Видимо, придется идти к ректору.

   — Не переживай, у нас есть еще завтрашний день. И кое-что я расшифровал.

   Эх, надеюсь. Хотя у меня складывается ощущение, что без посторонней помощи нам не обойтись. Как бы нам ни хотелось продолжить изучение книги, но покинуть библиотеку пришлось. Хранитель, магистр Торвард, да и сама академия не позволит остаться тут на ночь. Сразу вычислит и в буквальном смысле выставит за дверь. Да и книгу заберет, так как это чтиво явно не для адептов. Так что пришлось спрятать фолиант и уходить так же тихо и незаметно.

   У башни тектоников стояли магистры. Много, и все были нам незнакомы. Кажется, в академии всерьез решили бороться с вечерними и ночными посиделками.

   — Похоже, в этот раз у нас не получится пройти в башню, — шепнул Лерт.

   — И что делать? — взволнованно переспросила. — Занимать какую-то аудиторию?

   На самом деле идея спать на полу или на парте меня совсем не прельщала, но сейчас я не видела иного выхода. Не на улицу же идти.

   — Нет, мы не пойдем в аудиторию.

   — А куда?

   — Идем, — шепнул Лерт и, взяв меня за руку, повел к выходу из академии.

   Он что, действительно решил ночевать на улице? Серьезно? Мы же замерзнем, что я ему и сообщила. В ответ Лерт только сказал, чтобы я не волновалась и доверилась ему. И я доверилась. Лерт и правда вывел нас на улицу, где крупными хлопьями шел снег, заметая и без того не особо расчищенные дорожки. Я поплотнее закуталась в мантию и прижала к себе вмиг озябшую совушку, которая так же, как и я, не понимала, куда мы направляемся. Лерт дошел почти до границы академии и притянул меня ближе.

   — Держись крепче, — шепнул он, и мы тут же оказались в непроглядной, абсолютной тьме теневой стороны. У меня от неожиданности на миг даже дыхание перехватило. Пусть я ходила ими уже не в первый раз, но каждый раз для меня до сих пор как первый. Я даже в плечи парня вцепилась сильнее.

   — Все хорошо, дыши глубже, — усмехнулся он, и я почувствовала, как он легко и бережно гладит меня по спине и волосам.

   — Спасибо, Лерт, — улыбнулась в ответ. — Все хорошо. Но куда мы? Ты же говорил, что в академии теперь опасно ходить теневыми тропами.

   — Все верно. Их отслеживают.

   — Но куда мы тогда идем? Ты думаешь, что с улицы нас не отследят? Башню все равно просматривают.

   — Мы идем не в башню, — ответил он, а я замерла. Не в башню? А куда же? Прежде чем я успела задать этот вопрос, Лерт сделал шаг назад, и мы ухнули вниз, словно упали в колодец. Голова моментально закружилась, а к горлу подступила тошнота.

   Да уж, чувствую, я никогда не привыкну к подобным перемещениям.

   И, похоже, Хоуп была со мной полностью согласна, так как вцепилась обеими лапками в мантию и испуганно чирикала. Она, в отличие от меня, к теневым тропам еще не привыкла. После пары минут «падения» мы вышли… не в академии. Тут был снег, а мы стояли с краю широкой улицы рядом с невысокими кирпичными домиками, откуда шел манящий аромат еды. Желудок громко заурчал, подсказывая, что пара пирожков в день — это не еда, а так, издевательство. Я же растерянно оглянулась.

   — Лерт, а где мы?

   — В Тильдере. Городе рядом с академией.

   — В Тильдере? Но первокурсникам ведь нельзя покидать территорию. Это и опасно, и не получится.

   — У нас же получилось, — улыбнулся он. — Тем более теневыми тропами можно спокойно провести человека куда угодно. А теперь пойдем, нужно поесть и снять комнату для ночлега.

   Снять комнату? Это, конечно, здорово, но откуда у нас деньги? Что-то не припомню, чтобы мы захватили с собой кошелек, когда перемещались во времени.

   — Может, ты не захватила, — усмехнулся он на мой вопрос. — Но он тебе и не понадобится, я заплачу за все. Пойдем.

   — Подожди, я же… не зря же первокурсников не выпускают из академии, — прошептала я. — Моя магия. Она может выйти из-под контроля. Я не очень хорошо ей владею и…

   — Я рядом, — перебил меня Лерт. — Мы сейчас зайдем, устроимся на ночлег, поужинаем и ляжем спать. Не думаю, что за несколько часов твоя магия взбунтуется. Тем более Контроль эмоций у тебя сдан, а это значит, что и с магией проблем не будет. Так что идем.

   Я хотела поспорить. Опасение насчет своих взрывов все еще было. Ведь в стенах академии есть защита от большинства неконтролируемых всплесков магии, которые, впрочем, тоже не всегда помогали, а за ее пределами магию уже ничего не сдерживает. Но я подумала, что Лерт прав, несколько часов я могу контролировать магию и не влипнуть в неприятности. Тем более на улице, не переставая, валил снег, а я сама уже порядком замерзла, как и Хоуп, которая только-только отошла от перемещения. Так что я кивнула и зашла в предложенный трактир. Внутри очень вкусно пахло чем-то мясным и свежей сдобой. Может, на улице у меня еще были какие-то аргументы против, то в таверне они все отошли на второй план.

   Лерт не стал располагаться за столиками, хотя свободных было немало. Он сразу сообщил, что нам нужна комната. Одна. На двоих. На двоих адептов академии, ага. Полноватая тетушка скептически нас оглядела, нахмурила брови, но Лерт наклонился, что-то ей шепнул, и дамочка вмиг расплылась в улыбке, выдала нам ключи и заверила, что ужин подаст прямо в комнату.

   Честно говоря, я была настолько вымотана событиями последней недели, что даже не стала выяснять причину такой резкой смены настроения. Просто прошла в отведенную комнату, просто поела, просто завалилась спать. Хотя нет, просто завалиться у меня не получилось.

   Кровать в комнате была одна. Хорошо, пусть большая, довольно вместительная, но одна! И если к тому, что мы с Лертом спали в одной комнате, но на разных кроватях я уже привыкла, то к одной кровати на двоих была не готова.

   Я сделала небольшой шаг вперед, намереваясь тихо пройти в комнату, но тут противно заскрипела половица. Лерт обернулся и улыбнулся, проведя взглядом по мне, с влажными волосами, в необъятном халате и переминающейся с ноги на ногу. Может, мне показалось, но глаза у него на миг блеснули чистым серебром.

   — Ника… — От чуть хриплого голоса вниз по спине поскакали мурашки. — Ложись спать. Не переживай, я устроюсь в кресле. А тебе необходимо выспаться, ты и так вымоталась в последнее время.

   — В кресле? — растерянно повторила я и обернулась на предмет мебели. Не то чтобы оно было удобным, скорее, оно вообще не располагало ко сну. Никак. Никаким образом. А вот кровать… там три меня спокойно поместится. — Лерт, ты ложись ко мне… то есть на кровать… вернее, рядом. Я это… приставать не буду. Вернее, буду. Точнее, спать буду. Крепко. А на кресле неудобно, ты не выспишься. И спина будет болеть. И голова. И…

   Боги, что я несу?

   Лерт бесшумно засмеялся и медленно начал подходить ко мне. Шаг за шагом, все ближе и ближе, пока я несла ахинею. Когда же он подошел вплотную и провел пальцами по моей щеке, я остановилась на полуслове.

   — Ника. Девочка моя маленькая, ты меня с ума сводишь, — прошептал он рядом с ушком, обдавая висок горячим дыханием. — Своим взглядом, своими словами… такими наивными и притягательными одновременно. Ты даже не представляешь, насколько тяжело мне держать себя в руках рядом с тобой. Я дал тебе… и себе обещание, что не трону тебя до обряда единения, но ты меня каждый раз подталкиваешь нарушить это обещание. Тем более сейчас, когда ты снова так близко.

   От хриплых и таких волнующих слов внутри начался самый настоящий пожар, а я нервно сглотнула.

   Нарушить…

   — Но я не хочу этого делать, — продолжил он. — Как бы ни хотелось. Так что ложись отдыхать, Ника. Я посплю в кресле.

   — Лерт, я… я не смогу уснуть, если ты будешь спать в кресле, — тихо воспротивилась я. Не из принципа, просто… просто хотела, чтобы он был рядом. — Тут два одеяла. Да и кровать большая. Мы можем лечь по разные стороны и вообще не прикасаться друг к другу. Я не хочу, чтобы ты ютился в неудобном кресле. Пожалуйста.

   Лерт посмотрел на меня так, что дыхание на миг перехватило. Горячо. Страстно. Жадно. Прижался лбом к моему на мгновение, прошептал: «Что же ты со мной делаешь...» — и коснулся губами виска. Я бы очень хотела ощутить его поцелуй на губах, но он словно прочел мои мысли и усмехнулся.

   — Не стоит. Если я прикоснусь к тебе сейчас так, как хочу, то… ночью мы спать точно не будем.

   Ой, мама.

   Не то чтобы я была сильно против, но… лучше я его послушаюсь. Лерт оторвался от меня неохотно, снова велел ложиться, а сам наложил защитные чары на комнату. На всякий случай. Немного притушил огонь в камине и направился к кровати. Я уже лежала с краю, чуть ли не до подбородка натянув одеяло, и только почувствовала, как матрас прогнулся под его весом. А затем он легонько провел рукой вдоль моей спины, посылая табун мурашек, и шепнул:

   — Спокойной ночи, Ника.

   — Спокойной, Лерт.

   Я хотела обернуться. Прижаться к нему, ощутить вкус его губ, почувствовать ласку и… остановила себя на этой мысли. Лерт сказал, что лучше подождать до обряда. Так что будем ждать. Как бы ни хотелось сейчас наплевать на все законы и прижаться к своему мужчине. Ему ведь тоже тяжело. Наверное, намного тяжелее, чем мне. Так что я полежала с этими мыслями и даже не заметила, как провалилась в сон.

ГЛАВА 7

Я проснулась от наглого лучика солнца, который щекотал мне нос. Я шмыгнула, почесала его, но луч нагло переместился уже на глаза. Так что пришлось просыпаться. Солнышко тут же скрылось за набежавшей тучкой, но зато я увидела Лерта. На которого я без зазрения совести закинула ногу и руку, а еще голову на плече устроила. Удобно так. Для меня. Осторожно подняла голову и поняла, что Лерт не спит. Заложил одну руку за голову, а другой приобнимал меня. А сам смотрел и улыбался.

   — Доброе утро, — прохрипела сонно и попыталась отпрянуть, но не тут-то было, меня еще сильнее прижали к себе.

   — Доброе утро, моя айвири.

   — Прости, я не хотела на тебя забираться. Ложиться. Я очень мешала спать, да?

   — Все хорошо, — беззвучно рассмеялся парень. — Мне приятно, что ты так спала.

   Да уж, сомневаюсь, конечно, но спорить не стала. Как и вырываться. Просто устроила голову поудобнее и прикрыла глаза, давая себе еще пару минут просто понежиться. Только пару минут. Просто вместе с пробуждением проснулись и тревоги.

   — Что мы сегодня будем делать? — спросила тихо. — Нам нужно в академию. Завтра начинается учеба, и если мы не попадем домой, то будет плохо. Нас хватятся в нашем времени, а здесь мы попросту не сможем учиться. Это не наше время.

   — Знаю, — ответил Лерт. — Сейчас мы позавтракаем, соберемся и пойдем в академию. Для начала еще раз посмотрим книгу, я почти расшифровал описание зарядки артефакта. А если к обеду ничего не получится — пойдем к ректору.

   Последние слова он сказал без особого желания, но другого выхода не было. Этот, как его там, Мариус так и не объявился. В городе, да и во всей Ильсарре нет знатоков путешествий во времени, так что это была необходимость. Я провела ладонью по груди парня. Просто так, почти невесомо, но тут же почувствовала, как мышцы под моими руками напряглись. Ой, кажется, я зря это затеяла.

   — Ника, не стоит…

   Лерт не договорил. Не успел. В этот же момент со стороны стола раздался странный хлопок и жуткий грохот, словно ломали мебель. Мы резко подскочили с кровати и посмотрели в сторону непонятного шума. Хоуп тоже проснулась, заверещала и, путаясь в покрывале, перелетела ко мне, юркнув за спину. На руках Лерта заискрилась темная магия, складываясь в боевой пульсар, пока перед нами в обломках стола, на который свалился, вставал и отряхивался человек. Кучерявый и в довольно необычной одежде, увешанной часами и какими-то артефактами.

   — Ух, простите, простите, чуть промахнулся, — запыхавшись, говорил он. Встал окончательно, поправил длинный кожаный плащ и повернулся к нам с лучезарной улыбкой. — Доброго утра, господа и дамы. Простите за вторжение, но я торопился как только мог. Ух и заставили же вы мне побегать в ваших поисках.

   — А вы кто? — вырвалось у меня, пока я судорожно закутывалась в одеяло и наблюдала за увеличивающимся шаром Лерта.

   — Я? Ах да, прошу прощения, вы же меня еще не знаете. Позвольте представиться — Мариус Карвино, путешественник во времени.

***

Этот Мариус оказался странным, но до жути жизнерадостным. Он мгновенно развел бурную деятельность, даже не дав толком нам прийти в себя и переодеться. Точнее нет, он все же заметил, что я практически в одном одеяле стою, завернутая наподобие куколки шелкопряда, кашлянул и торопливо отвернулся к столу, который восстановил одним взмахом руки и стал на нем что-то раскладывать. Я, пользуясь этим, схватила одежду, глянула на хмурого Лерта, все еще державшего в руках пульсар и юркнула в купальню, привести себя в порядок.

   — Вы не представляете, как же долго я вас искал, — тараторил он, когда я вышла обратно. — Ох и заставили вы меня побегать по мирам и эпохам. И ведь записки никакой не оставили. Или зацепки какой. Испарились, и все.

   — А что, по-вашему, перед перемещением мы должны были еще и послания строчить? — хмуро осведомился Лерт. Он тоже успел одеться и привести себя в порядок. Даже завтрак заказал, к которому уже приступила моя совушка, опасливо поглядывая на путешественника.

   — А что, могли бы и настрочить, — беззлобно усмехнулся он и продолжил раскладывать на столе странные вещи.

   Тут были щипцы, разнообразные часы, колбочки, ручки, коробочки, всевозможные артефакты, кристаллы, камни и, в довершение всего этого, из своего саквояжа Мариус вынул наш фолиант. И как он там только уместился? Вынул и положил на стол.

   — А как вы поняли, что…

   — Что? — переспросил он. — Что кто-то переместился во времени? Да очень просто. Пришел я, значит, в академию за своим артефактом, а его и нету. Только след временной тянется в прошлое. Так и понял. Эх вы, куда ж вас понесло-то, а? — вновь усмехнулся он, перелистывая страницы и даже не смотря на нас. — Вот зачем, спрашивается, чужое брать? Ну нашли медальон, ну красивый, необычный, но хватать-то зачем? Не твое — не трогай, сейчас бы дома сидели, чай пили, а не мотались в прошлом. Что, интересно тут было, а?

   — Мы не брали медальон, — вставил Лерт, внимательно следивший за манипуляциями путешественника. — Его сова нашла, а мы за ней потянулись.

   Хоуп даже жевать перестала, виновато чирикнула, посмотрела на меня своими огромными печальными глазками и тяжко вздохнула. А у меня сердце сжалось от ее виноватого вида. Я поспешила взять на руки свою пернатую спутницу и заверить, что никто ни в чем ее не обвиняет. И что я в любом случае буду ее любить. Хоуп чирикнула, потерлась о мою щеку, но к еде так и не притронулась снова.

   Мариус на это только усмехнулся.

   — Сова, говорите? А что, все может быть. Сова или нет — не имеет значения. Раз уж вы сюда попали, значит, этому суждено было случиться. В этом мире ничего не происходит просто так, имейте это в виду. Раз она нашла медальон, значит, так было нужно. Тебе или тебе, неважно. Но раз вы сюда попали, значит, тут должна была быть для вас какая-то важная информация. Узнали что-то важное?

   Мы с Лертом неуверенно кивнули. По сути — да, узнали. Я о своем предназначении, о том, почему папа не хотел развивать мою магию и отправлять сюда учиться. Мы с Лертом — о крушении мира… Правда, последнее предсказание не услышали полностью, но суть хотя бы узнали.

   Только жаль, Лерт не узнал ничего о своей маме.

   — Ну вот, раз узнали, значит, ваше путешествие было частью истории.

   — Что значит частью истории? — не поняла я и даже от завтрака оторвалась, пока этот путешественник располагал кристаллы в определенном порядке, так, чтобы от них начал исходить фиолетовый свет.

   — То и значит. Вы мне артефакт окна времени дайте, а то вас назад не смогу вернуть.

   Лерт, по всей видимости, хотел поспорить, но все же достал из кармана роковую вещь и передал Мариусу. Тот положил артефакт между кристаллами, и их свет стал перетекать в него, наполняя энергией. Сам же путешественник довольно хмыкнул и начал сооружать какой-то другой механизм, напоминающий колесо обозрения. Только лежачее.

   — Так, на чем я остановился? Ах да, часть истории. Видите ли, дорогие мои, ничто в истории не происходит просто так. Любое событие, если оно произошло, должно было произойти. Понятно? Не очень? Ну, короче, выходит так, что вы должны были сюда попасть, в это самое время на этот самый срок. Увидеть нужных людей, возможно, пообщаться с ними. Общались же с кем-то? Да? Ну вот, значит, это должно было быть. Так что не переживайте, ошибки быть не должно, артефакт настроен таким образом, что не перенесет ненужных людей в неправильное время. Правда, я об этом вашем перемещении не знал. Или забыл? Неважно. Надо будет смотаться в будущее и понять, что я упустил.

   Я смотрела на его манипуляции, слушала объяснения и понимала, что почти ничего не понимала. Должны были попасть сюда? Должны были встретиться с папой?

   — Но погодите, — встряла я, вспомнив одну нестыковку. — Меня ректор видел. В этом времени. И назвал вымышленным именем. Да и вообще говорил немного странно, словно… знал меня.

   После уточняющего вопроса я подробно рассказала о встрече с ректором в библиотеке. И про встречу с папой мы рассказали, и про соревнование, и про провидца. Короче, пересказали практически все свои приключения.

   — Ага, понятно. Так это элементарно! Значит, я скоро смотаюсь к вашему ректору и сообщу, что видел некую… как ты себя там назвала? Фирра? Так вот, видел некую Фирру в библиотеке, которой позарез нужна эта книга. И сообщу, чтобы он обязательно ее тебе передал. Как смогу убедить? А вот не скажу, у меня свои методы. Да не переживай ты так, у меня все схвачено — И подмигнул.

   Тут я поняла, что окончательно потеряла связь с реальностью.

   Куда смотается? В будущее? Или в прошлое? Кому что расскажет? Боги, голова уже пухнет от всего этого.

   — А как быть с тем, что нас видела добрая часть адептов академии? — поинтересовался Лерт. — Они ведь нас запомнят. И отец Ники тоже. Будут спрашивать, куда мы подевались.

   — Да не переживайте вы, — отмахнулся Мариус. — Вы думаете, я просто так по мирам и разным эпохам мотаюсь? Везде свечусь, со всеми общаюсь, а потом исчезаю? Ну хотя да, так я обычно и делаю, но перед уходом в другое время я подчищаю память всем, кого видел.

   — Стираете помять о себе?

   — Бывает, стираю, — пояснил он. — Бывает, оставляю смутные образы, если они мне нужны. По-разному. В зависимости от обстоятельств. А вам что нужно, чтоб вас забыли или чтоб помнили?

   Я даже растерялась. С одной стороны, нам нужно было стереть все следы нашего пребывания в этом времени, а с другой… мне так хотелось, чтобы папа обо мне помнил. Хоть что-то.

   — Скажите, а нельзя… ну… заставить забыть человека на время, а потом… чтобы он меня вспомнил?

   Лерт обернулся на меня, прекрасно понимая, о чем я сейчас думаю. А ведь он еще и спор у папы выиграл сроком на тридцать лет.

   — Можно, — беззаботно отозвался Мариус и закрутил очередной винтик. — Вы только сообщите, кому и что оставить в памяти. И на какое время, самое главное.

   Нормально.

   — А можно стереть воспоминания о пророчестве? — осторожно решила спросить.

   — Пророчество? Хм, а в вашем времени о нем многие знают? Да? Тогда не советую. Стереть можно, но вот будущее может сильно измениться. Если не боитесь, то…

   — Не нужно, — быстренько ответила. Не стоит шутить с такими вещами. А с пророчеством мы как-нибудь справимся. — Скажите, а вы… откуда знаете про путешествия? То есть как поняли, что можно вот так путешествовать по эпохам?

   — А, это, — усмехнулся Мариус. — Так я ж на факультете времени учился в вашей академии, ага. Давно это было. Хотя с какой стороны посмотреть, для вас давно, а для меня всего-то лет пятнадцать прошло с момента окончания учебы.

   Факультет времени? Где-то я уже про него слышала.

   — А вы не врете?

   От такого вопроса мужчина даже крутить винтики перестал, удивленно вскинув на меня взгляд.

   — А как еще, по-твоему, я могу скакать из века в век? Ах да, совсем забываю, что в вашем времени этого факультета уже не существует. В вашем времени вообще довольно многое изменилось, раньше интереснее и понятнее все было. Ну да ладно, не вдавайтесь в подробности, вам эта информация не особо-то нужна. Так, ангелочки, я собрал нужный для подпитки механизм. Артефакту необходимо заряжаться еще несколько часов, исчерпал он свой резерв, восстанавливать долго. Но вы не переживайте, к вечеру будете уже дома.

   Боже, дома. У меня даже дыхание перехватило от этого слова. Неужели уже сегодня вечером все закончится? И я очень надеюсь, что благополучно.

   — Мариус, скажите, а в нашем будущем ничего не изменится от нашего вмешательства в прошлое? — спросила взволнованно. Путешественник на минуту задумался, что-то прикидывая в уме.

   — Так, ваши родители же познакомились не тут? Это хорошо. Вы же тут ничего не сломали, никого не убили, нет? Вообще прекрасно. Значит, на историю это не повлияет. А память я всем после вашего ухода подчищу, не переживайте. Оставлю только то, что нужно, и на нужный срок. А, придумал, вам же нужно, чтобы твой отец вспомнил события этой недели только через тридцать лет? И тебя, — он указал на Лерта, — в будущем он еще не видел? Вот и отлично. Значит, воспоминания к нему вернутся в тот момент, когда он тебя увидит. Пойдет так? Вот и отлично. А теперь, мальчики и девочки, мне нужно отдохнуть хоть немного.

   Он перебрался в кресло, в котором совсем недавно собирался спать Лерт, вытянул ноги и, закрыв глаза, затихающим голосом продолжил:

   — Умаялся я с вашими поисками, три ночи почти не спал. Вы бы только знали, в скольких эпохах я побывал, сколько миров посетил. Хорошо, догадался за подпиткой для артефактов сюда смотаться, а то так бы и не нашел вас вовремя. И куковать бы вам тут еще очень долго…

   Уснул. Вот так, на полуслове и в совершенно неудобной позе уснул. На столе остался артефакт окна времени, раскрытая книга и еще какой-то механизм. И этот путешественник так спокойно это все оставил, а сам уснул.

   Вот это степень доверия.

   Или пофигизма.

   Мы с Лертом тихо перебрались на кровать, обнялись и замолчали. Сейчас не хотелось даже разговаривать, все уже давно обсудили. Сейчас мы взволнованно ожидали, когда артефакт зарядится, Мариус выспится и отправит нас обратно в свое время.

   В свое время. Даже не верится.

   С Лертом мы все же поговорили. Продумывали варианты оправданий, где пропадали все это время. Нас ведь наверняка хватились в академии. Заву, например, или магистры. Занятия на каникулах хоть и были отменены, но тренировки для первачков оставались. Так что мое отсутствие, скорее всего, заметили.

   Сошлись на том, что Лерт пригласил меня погостить в свой мир. Как он сказал, письма туда доходят довольно долго. По крайней мере, по официальным каналам. А вот по своим личным каналам связи с домом он успеет сообщить отцу, чтобы тот смог подтвердить наше отсутствие в академии и сказать, что мы якобы были в Арсалоге. Мире моего ангела.

   Хотела бы я на самом деле там побывать.

   — Обязательно побываешь, — усмехнулся Лерт, перебирая мои волосы. — Когда мы прибудем домой, я в любом случае буду связываться с моим миром, чтобы мне помогали с расследованием покушения на тебя. Отец не останется в стороне, тем более что он уже знает о нашей истинной связи.

   — Как — знает? — встрепенулась я. — Когда ты успел рассказать?

   — Не так давно. Не переживай, родная, все будет хорошо. Об этом знает только отец, а он никому не расскажет раньше времени. Ему я доверяю так же, как себе. Особенно учитывая, кто моя мама.

   Странно, но меня преследовало непонятное ощущение, что в мире Лерта не очень обрадуются тому, что его избранная оказалась простым человеком. Поэтому заверение, что о нас еще никому (почти) неизвестно немного успокоило. И я даже умудрилась задремать, убаюканная ласковым поглаживанием по волосам, мерным потрескиванием дров в камине и тихим чириканьем моей совушки.

   Проснулась я от громкого хлопка в ладоши.

   — Так, мальчики и девочки, все отдохнули? Выспались? Нет? Ну и ладно, дома отоспитесь. А сейчас подъем, и готовимся к путешествию во времени.

   Мариус был донельзя громкий, жизнерадостный и выспавшийся. И уже вовсю нависал над столом.

   — Так, окно времени зарядилось — это прекрасно. Заряда хватит еще на пару путей и даже на более дальние расстояния. Вообще отлично. Смогу смотаться и в прошлое, и в будущее, чтобы узнать, что там с вашим пророчеством произошло. Но вам этого все равно знать не нужно. Заранее. Сами все узнаете в свое время, и я ничего не расскажу, так и знайте.

   — Кстати, я хотел узнать, как так получилось, что в нашем времени остался этот ваш артефакт? — поинтересовался Лерт, не став развивать тему пророчества.

   — Ах это. Да все просто. Я оставляю артефакты в разное время и в разных местах на случай форс-мажорных обстоятельств. Каких? Просто я люблю прыгать из века в век и часто не рассчитываю уровень заряда артефакта, а так знаю, что меня везде поджидают такие вот дополнительные «окна», с помощью которых я смогу отправиться в свое время и подзарядиться. Обычно они не переносят никого, даже если их находят, а вот с вами… Короче, похоже, вы и правда должны были сюда попасть. Так, ну хватит болтовни, вставайте сюда, будем отправлять вас домой.

   Дважды просить не пришлось.

   Мы встали с Лертом и Хоуп в обозначенное место, захватили мантии и взялись за руки, чтобы ненароком не разделиться.

   Волнительно. Очень. От переживаний у меня даже ладошки вспотели. А вдруг что-то пойдет не так, и нас снова занесет не в то место? Мариус взял кулон и положил его в импровизированное колесо, которое недавно смастерил. Как только это произошло, артефакт засветился ярким фиолетовым светом.

   — А зачем это? — спросил Лерт недоуменно. — Сюда мы попали без этой штуки.

   — Ну правильно, и приволокли кулон сюда. А сейчас мне надо, чтобы вы отправились куда надо, а кулон остался со мной. Так что этот механизм обеспечит вам прыжок во времени, а кулон оставит здесь.

   — Погодите, — отозвалась я. — Но ведь сюда мы перебрались из библиотеки и попали в то же место, из которого перенеслись. Значит, и в свое время мы попадем… в эту комнату?

   — Ну да. А что, проблемы будут? Да доберетесь до вашей академии, не переживайте. Ты же темный? Значит, теневыми тропами ходить умеешь. Так, не отвлекайте меня, а то не в ваше время вас заброшу.

   А вот это подействовало. Мы мигом замолчали и наблюдали, как Мариус включил механизм и кулон снова протяжно загудел, разгораясь ярче. Совсем как в прошлый раз.

   — Ну что, удачи, ангелочки, — подмигнул путешественник, и в этот же момент нас затянуло в воронку тоннеля.

   Мы снова попали в серый, странный тоннель с необычными магическими потоками, которые неслись быстрее нас и исчезали в пространстве. Лабиринт в невесомости с разноцветной магией, которая и создавала проходы и арки. Повсюду были коридоры с разветвлениями в разные эпохи, теперь мы это точно знали, но мы плыли прямо, в наше время.

   Мы вглядывались в картинки, в знакомые и незнакомые места, и волновались. Надеялись, что Мариус не промахнулся. Через какое-то время нас снова закружило, утягивая в воронку, и выкинуло на пол той же комнаты. Только ни Мариуса, ни кристаллов тут не оказалось. Только постояльцы — грузный дядечка и такая же тетечка, которые только просыпались.

   — Вы кто такие? — взвизгнула она, тыча в нас пальцем.

   Ой, только скандала нам не хватало.

   Лерт среагировал быстро, утянул нас с Хоуп на теневую сторону, а вынырнул уже в академии. Прямо в зале с Фомами. И чуть не столкнулся с Максом, что-то спрашивающем у Фомы боевого факультета.

   — О, Ника, Лерт, а вы где были все каникулы? — спросил он, оборачиваясь.

   — Мы? — спросила растерянно. — Гуляли. Далеко.

   — И, видимо, долго, — усмехнулся Макс. — Ладно, не спрашиваю, как ты выбралась за границу академии, наверняка Лерт помог. Я еще своего братца-первака за самоволку не отчитал, тоже пропадал где-то. Вместе с Заву, между прочим, и… А впрочем, сама у этого недодракона спросишь, где их носило. Бывайте, пойду надирать зад одному прыткому первокуру.

   Мы проводили взглядом Макса и облегченно выдохнули.

   Вернулись.

   На самом деле вернулись в свое время.

   Боги, неужели это приключение закончилось.

   Лерт хотел проводить меня до казармы, но я заверила, что уж в нашем времени этого делать не стоит.

   В моей казарме было… тихо. И пусто. Но это была она, это я точно знала. Хоуп счастливо чирикнула и перелетела к своим любимым вещам, зарывшись в шляпки, шарфики и плащики с головой. Ну точно мы в своем времени, у кого еще может быть питомица с гардеробом, превышающем гардероб хозяйки? Не успела я сделать пару шагов в комнату, как дверь сзади с грохотом распахнулась, явив мне четырех всклокоченных, немного побитых и перемазанных губной помадой соседей во главе с Заву.

   — О, феечка, привет, — полупьяно усмехнулся он и пару раз хлопнул глазами. — Ты нас не потеряла? Мы это… того… погуляли в каникулы немного.

   — Совсем немного, — поддакнул Алвис, у которого несколько перьев застряло в густой шевелюре.

   — Точно, — поддакнул Вестейн и рухнул на свою кровать. На его пятой точке красовался след от мужского ботинка.

   — Эм, ты, это, не обращай на нас внимания феечка, — хохотнул Заву, потирая затылок. — И пока ничего не спрашивай, ладно? Я тебе потом расскажу, где мы были… ту часть, которую тебе можно знать. А то остальное не для твоих нежных ушек. Ох, феечка, ты даже не представляешь, где нас носило…

   Я радостно хохотнула и обняла своего друга. Это он как раз не представляет, где нас носило. И пусть не представляет дальше.

   Но, похоже, не только у нас были каникулы с огоньком.

ГЛАВА 8

На следующий день поистине сумасшедших каникул начались трудовые будни. То есть обычные, ничем не примечательные занятия.

   Нашего отсутствия в академии, как ни странно, никто (или почти никто) не заметил. Как оказалось, тут каждый второй первачок каким-то образом умудрился нарушить правила и все-таки ее покинуть. Вон, Заву тому прекрасный пример.

   Этот недодракон с парнями умудрились выскользнуть в город и зависнуть там на добрую неделю, перебираясь из таверны в таверну. Что именно они там делали, этот красночешуйчатый нахал мне так и не рассказал.

   — Не-е, феечка. Для таких рассказов ты еще маленькая. Дорасти сначала нужно, а уж потом слушать про похождения взрослых мальчиков.

   Угу, тоже мне, взрослый мальчик нашелся.

   Наши с Лертом похождения я тоже решила ему не озвучивать. Обойдется. Да и лишних расспросов не будет.

   Первым делом, как только мы поняли, что на самом деле оказались в своем времени, я написала письмо домой. Простое, ничем не примечательное, чтобы просто убедиться, что там все в порядке и никто не исчез. Барт, в смысле. А то вдруг мы каким-то образом повлияли на это самое будущее, и в нашей семье теперь будет только один ребенок. То есть я. А еще мне было… страшно. За папу. Точнее, за его воспоминания. Вдруг он запомнил нас с Лертом и сейчас накатает гневное послание.

   Но нет, ответ пришел довольно быстро: мама написала, что знают о моих успехах, все очень скучают, ждут на каникулы домой. А Барт даже приготовил какой-то сюрприз.

   Спасибо, вот только сюрпризов от Барта мне и не хватало. Хотя последний его подарок оказался очень даже полезным — резинка-артефакт, способная становиться огромной цепью. Хорошо, что здесь нет повода ее использовать. Да и браслет, увеличивающий силу, пригодится. Только тоже жаль, что на занятия мне его запрещено надевать.

   Эх, такие артефакты и без дела лежат.

   Еще так получилось, что в первый же день я наткнулась в коридоре на ректора. Случайно. Вечером. Одна. Я очень не хотела попадаться ему на глаза. Мало ли этот путешественник во времени не стер ему память там, где нужно. И сейчас я хорошенечко огребу. Встала как вкопанная, готовясь к хорошей такой промывке мозгов, но… он сухо поздоровался и прошел мимо. Вообще, выглядел не лучшим образом: хмурый, серьезный и задумчивый. А я так и осталась стоять посреди коридора, ошарашенно смотря ему вслед.

   Неужели и правда не помнит?

   Но я очень быстро перестала о нем думать, так как начались занятия. На каникулы нам на самом деле были заданы допы, которые я благополучно пропустила, и теперь приходилось отрабатывать прогулы в поте лица. Вместе с Заву. И еще доброй половиной первого курса.

   И где, интересно, все пропадали?

   Кстати, Шерран отыскался довольно быстро, и с ним все оказалось в порядке. Лерт пояснил, что, видимо, окно времени не могло перемещать существ с теневой стороны, так что верный друг моего ангела всю неделю скучал в монстрятне. Лерт пообещал познакомить меня с Шерраном поближе, чему я и обрадовалась, и испугалась одновременно. После пары «встреч» с этой милой собачкой, размером с алабая и огненными рунами на теле, я немного боялась с ним видеться по-настоящему. Но, с другой стороны, очень хотела. Так что ждала удобного момента наведаться в монстрятню.

   Лерт вообще теперь практически не отходил от меня ни на шаг, постоянно был неподалеку. Даже на тренировки умудрялся заходить, хотя у самого в эти же часы были занятия. Тут даже однокурсники посмеиваться стали, что я под надзором. Однако Лерт объяснял это тем, что просто чаще хочет быть рядом. Ведь переехать в его комнату я до сих пор отказывалась, а ему жуть как не нравилось, что я, его айвири, живу с четырьмя парнями в одной казарме. Он злился, настаивал, но я пока не сдавалась. Хотела быть как все первокурсники боевого факультета. Хотя он заверил, что если объявим всем, что я его айвири, то меня могут переселить в отдельную комнату, но я стояла на своем.

   Лерт был обходительным, вежливым, заботливым, но… мне не хватало простых человеческих свиданий. О которых мечтает каждая первая девушка. Ну, может, и не каждая первая, но каждая вторая точно. Но с Лертом мы виделись в основном на совместных тренировках и оставались в комнате после них ненадолго.

   Мне же хотелось большего.

   А сегодня, в День всех влюбленных, в академии на удивление было радостно и весело. Кто-то из старшекурсников наколдовал иллюзии сердечек, магическим вихрем разлетающихся по коридорам, и очаровательных голубков с посланиями в клювах. Вроде ничего особенного, но так и хотелось улыбнуться от уха до уха, глядя на все это.

   Неудивительно, почему ректор с утра чернее грозовой тучи.

   Еще и повара словно сговорились: подали на завтрак, помимо основных блюд, еще и розовые булочки с сердечками. И розовый настой каких-то ягод. Мне пробовать романтичную сдобу не особо хотелось, а вот Заву уплетал за обе щеки. Слопал, наверное, штук десять. И как только вместились? Хоуп тоже не отставала и поглощала все, до чего могла дотянуться. Словно я ее вообще не кормлю.

   Затем, прямо перед очередным занятием, ректор собрал всю академию в огромном зале. Никто не знал зачем, но уж точно не поздравить с Днем влюбленных. Ведь все знают, что он ярый противник отношений в академии.

   Однако он действительно поздравил. В своей манере.

   — Адепты, для начала я хочу поздравить вас с окончанием каникул.

   — Ага, каникулы закончились, праздная жизнь тоже… Эх, жизнь моя жестянка… — канючил Заву, стоявший рядом, повиснув на моем плече. Сонный, всклокоченный, постоянно зевающий и тщетно старающийся продрать глаза.

   — Что ты ночью делал? — усмехнулась в ответ. — Спать надо было. В своей кровати.

   — Так я и спал, феечка, — почти искренне удивился он. — В кровати. Но не в своей. Но спал, честное драконье.

   — Ага, спал он, как же. И сколько часов?

   Хотелось спросить, с кем и в какой позе, но я промолчала.

   Дракон завис и с почти умным видом уставился куда-то вдаль, явно стараясь подсчитать количество потраченных часов на сон. Даже пальцы загибать начал, но бросил это дело через пару минут и умоляюще посмотрел на меня.

   — Феечка, брось издеваться, а? Мне сейчас точно не до подсчетов. Ты же хорошая, веселая, добрая…

   — Ага, иногда бываю.

   — Во-о-от, — довольно протянул парень. — Я же говорю, хорошая, добрая и понимающая. Вот пойми, что мне сейчас очень хер… плохо. И мне очень не хочется вспоминать детали прошлой ночи.

   — Так я же не прошу вспоминать детали. Всего лишь сказать, сколько ты спал.

   — Ну, Ника-а-а… — захныкал Заву и уткнулся ко мне в плечо.

   Я издевалась. Совсем немножечко. Просто проучить этого ловеласа хотела хотя бы капельку. Ишь, повадился сбегать по ночам и шляться до утра непонятно где и непонятно с кем. Хотя нет, с кем — еще более-менее понятно. Да и где тоже…

   Ай, ладно, пусть шляется. Сама иногда с Лертом задерживаюсь. На тренировках. На тренировках! И только на них, ага.

   Я снова постаралась переключиться на ректора. Он стоял на возвышении, а позади него столпились магистры. Лерта в зале я не видела. Наверное, зашел с другой стороны, воспользовавшись многочисленными входами. Как бы я хотела сейчас оказаться рядом с ним…

   — Сегодня день всех влюбленных, и я хотел бы напомнить, адепты, что нарушать правила академии запрещено, — доносилось до нас с трибуны. — Выбрасывайте поцелуйчики из головы! Застану адептов — накажу. Так, что до самого выпуска не забудете. Адептку и магистра — выгоню из академии! Поцелуи в пустых аудиториях запрещены, среди библиотечных стеллажей запрещены, в укромных уголках коридоров тоже. За несоблюдение правил академии последуют наказания вплоть до отчисления.

   — Зануда какой, — вздохнул рядом Макс с пятого курса боевого. — И чего ему неймется? Сам же прекрасно знает, что эти правила нарушаются каждым вторым адептом.

   — И каждым третьим преподом, — хохотнул стоявший рядом с ним Никитка, его младший брат. — Видел я тут недавно парочку. Интересную. Препод по ментальной магии и…

   — А ну цыц, — шикнул на него Макс. — Тоже мне, сплетник нашелся. Свою девочку заведи и целуйся, а за взрослыми дядями подглядывать нехорошо.

   Никитка усмехнулся и покосился на меня.

   — Эй, Ник, если бы была свободна, стала бы встречаться со мной, а?

   Я от этого заявления чуть в осадок не упала. Еще и Заву сверху навалился, пытаясь устоять на ногах.

   — Не-е, приятель, — усмехнулся он. — Она бы тогда со мной встречаться стала. Верно, феечка?

   — Ага, как же, — встрял в разговор Макс. — Если бы Ника была свободна, то у вас двоих не было бы шансов… против меня.

   — Пф-ф…

   — Ага… — фыркнули эти двое, чем повергли меня в шок.

   — Эй, мальчики, а ничего такого, что я рядом стою, а?

   Эти самые мальчики все разом посмотрели на меня с таким видом, словно только что увидели. И глаза у всех такие невинные-невинные. Ну прямо котики пушистые.

   — Ой, а ты нас слышала, феечка?

   — Ты нас не слушай, это мы так…

   — Ага, мечтаем.

   Мечтатели, блин. Я тяжело вздохнула и перевела взгляд на трибуну, почему-то задержавшись на магистре Ансгаре Рангвальде. Он стоял хмурый, сосредоточенный, словно пребывал далеко в своих мыслях. Такой интересный мужчина и никого к себе не подпускает. А ведь столько адепток всех факультетов вокруг него вьются, и многие довольно симпатичные, умные. Спокойно можно было бы себе девушку найти, тем более за два года, что он тут работает. Он ведь молодой совсем, сколько, интересно, ему лет? Может, у него что-то произошло в прошлом?

   — Эй, Ника, так ты стала бы… — снова завел пластинку Никитка, но в этот момент зал ощутимо тряхнуло, словно началось землетрясение. На пару секунд, не больше, но этого хватило, чтобы особо впечатлительные завизжали на весь зал. Все загомонили и стали засыпать друг друга вопросами, а затем… стало происходить что-то странное. Со мной. Голова совсем немного закружилась, рядом раздались вздохи и возгласы, а я… я в этот момент смотрела на магистра Рангвальда и вдруг подумала, что это самый красивый, самый сильный и самый притягательный мужчина на всем белом свете.

   Мама дорогая, я что, влюбилась?

ГЛАВА 9

Ой нет. Нет-нет-нет. Никаких влюбленностей.

   Я же Лерта люблю, откуда у меня подобные мысли? Тряхнула головой, отгоняя наваждение, которое так же быстро слетело, как и появилось, и осмотрелась, мгновенно впав в ступор. Просто очень много адептов сейчас… целовались.

   — Ника-а-а… какая ты красивая-я-я… — донеслось до меня справа. Резко развернула голову и натолкнулась взглядом на Никитку, который с осоловевшим взглядом сейчас шел на меня.

   Чего это он?

   — Фе-е-е-ечка, я знал, что ты классная, но чтоб настолько…

   С другой стороны меня приобнял Заву, который оказался ближе всех и так и не убрал с моего плеча руку. Теперь эта рука благополучно опустилась ниже. На талию. А взгляд такой странный, словно невменяемый.

   — Ребят, вы чего, а?

   — Ника-а-а, ты самая краси-и-ивая, самая до-о-обрая, самая ла-а-асковая. А я тебя люблю-ю-ю, — протянул Заву и сложил губы трубочкой в ожидании… чего? Поцелуя? Ага, размечтался.

   С другой стороны на меня надвигался Никитка, а вот Макс ушел к какой-то девочке с факультета травников, тоже смотря на нее, как на любовь всей своей жизни.

   Эм, что тут происходит?

   — Никуся-я-я, — пропел Заву. Не успела я среагировать, как этот… нет, не дракон, а мартовский кот стремительно наклонился и, вот уж чего не ожидала, впился в мои губы поцелуем.

   От неожиданности я даже замерла на мгновение, но затем почувствовала, как этого чешуйчатого кто-то за шкирку оттащил от меня. Не успела я порадоваться свободе, как его место порывался занять Никитка, но Заву преградил ему дорогу.

   — Не трогай мою девушку!

   Кого не трогать?

   — Эй, с каких это пор она стала твоей девушкой? Я с ней встречаться буду! Я ее люблю!

   — Не больше, чем я.

   — Ах, так…

   Не успела я и глазом моргнуть, как эти двое сцепились друг с другом, мигом позабыв обо мне. А я смотрела вокруг и поняла, что происходит тут черт-те что.

   Рядом с нами одна парочка — светлая лекарка с темным некромантом — стали страстно целоваться, не обращая ни на кого внимания. Дэрган… да-да, тот самый наг, который многим житья не давал, вдруг остановился перед молоденькой ведьмочкой с таким видом, словно захотел накинуться и как минимум сожрать. Или зацеловать? В общем, я бы не хотела оказаться на ее месте. Какого-то бедолагу в лекарской мантии с заломанными назад руками уводили подальше от магистра Бремосси. И вообще что-то все словно сошли с ума: набрасывались друг на друга с поцелуями и воплями «любовь моя».

   Примерно в это же время со всех сторон послышались окрики магистров и ректора:

   — В пол! Всем — глаза в пол! Ни на кого не смотреть, взгляд не поднимать! Всем быстро разойтись по своим комнатам! Занятия на сегодня отменены!

   — Это что, всеобщее помешательство? — сказала скорее для себя, но мне ответили. Совсем рядом. Какой-то парень с темного факультета.

   — Скорее, любовный приворот. И чертовски сильный.

   Голос был мне незнаком, но смотреть на парня я не стала. От греха подальше. Вместо этого с опаской наблюдала за дерущимися парнями, которые, к счастью, обо мне забыли. Хотя бы на время.

   — Всем разойтись по своим комнатам, — грянуло с ректорского балкона.

   — Растаскивайте же их! Только в глаза не вздумайте смотреть, — донеслось до меня справа. Там декан лекарского факультета магистр Бремосси уже успела развить бурную деятельность, разгоняя адептов по разным углам. — Это наведенный приворот, спасать уже нужно… В лазарет! Совсем невменяемых, кто дошел до поцелуев, растащить…

   С другой стороны, магистр темного факультета стряхивал с руки сразу двух адепток, которые повисли на нем, как на турнике, и смотрели со слепым обожанием. То же самое делал магистр Рангвальд и, по всей видимости, не понимал, что сделать раньше: стряхивать адепток с себя или растаскивать невменяемые парочки.

   И это только из тех, кто попался мне на глаза.

   Кто-то за кем-то гонялся, кто-то не мог друг от друга отлепиться. В общем, творился настоящий хаос.

    — Ника, я иду к тебе, любовь моя!

   Как оказалось, Заву успел отбиться от Никитки и стремительно направлялся ко мне с влюбленными глазами и глуповатым выражением лица. Вокруг него разве что сердечки не летали.

   Вот я влипла.

   Попятилась от влюбленного парня, но тот оказался очень прытким и стремительным. Не знала, что драконы умеют так быстро передвигаться. Не успела я моргнуть и глазом, как этот красночешуйчатый болван уже несся на меня, словно ураган, сметающий все на своем пути.

   Взвизгнув от неожиданности, я отскочила в сторону, пропуская летящего на всех парусах Заву. Тот пролетел мимо и врезался в темного, но не остановился, а встал, нашел меня влюбленным взглядом и с воплями: «Никусик!» снова направился в мою сторону. Хотя направился — не совсем точное слово, скорее, понесся словно локомотив, сшибая всех на своем пути.

   Ой-ей, похоже, надо делать ноги.

   Не став дожидаться влюбленного урагана по имени Заву, я постаралась вклиниться в поток адептов, пробирающихся к выходу и не поднимающих головы. Заву кричал где-то сзади, чтобы я его обязательно подождала, но от этого заявления я только ускорилась. Правда, в коридоре пришлось остановиться. И нет не потому, что адептов много и кое-кто еще поднимал взгляды, влюбляясь в совершенно незнакомых людей, а потому, что…

   Куда мне идти? В казарму? Где меня тут же нагонит съехавший с катушек недодракон? И Никитка заодно. Я хотела подойти с этим вопросом к магистру Рангвальду, но увидела, что вот именно сейчас ему явно будет не до меня. Просто за ним небольшой такой стайкой пираний бежали девушки с разных факультетов и выкрикивали что-то о неземной любви, пока он сам, сковав одного бедолагу магией, выводил его из коридора по направлению к лекарям.

   Так, значит, пока нужно где-нибудь затаиться, чтобы не нарваться на…

   — Ника-а-а!

   На Заву.

   Я оглянулась и смачно выругалась в адрес этого влюбленного на всю голову дракона, а затем рванула прочь по коридору, особо не разбирая дороги. Куда бежать — понятия не имею, главное — от него подальше. На выкрики позади себя уже не обращала внимания и чуть не завизжала от неожиданности, когда меня кто-то резко схватил за руку и затащил в аудиторию, зажимая рот рукой и запечатывая дверь.

   Мама дорогая, я попала.

   — Спокойно, Ника, это я, — шепнул на ушко Лерт, а уже потом отпустил руку.

   — Лерт! — Я повисла на шее своего парня и с облегчением выдохнула: — Как же я рада тебя видеть. Что тут происходит?

   — Приворот. Никто не знает, что именно применили, но, похоже, быстро от этой гадости не избавиться.

   — Приворот, — прошептала я. Теперь понятно это минутное увлечение магистром Рангвальдом. И теперь понятно неадекватное поведение Заву с Никиткой.

   — В момент землетрясения ты на кого-нибудь смотрела?

   — Я?

   Подняла взгляд и заметила, что Лерт смотрел внимательно и даже тревожно. Нет, внешне этого было совсем не видно, он все так же оставался спокойным, чуть хмурым и собранным, но своего ангела я уже знала очень хорошо. Он волновался.

   — Смотрела, — не стала отпираться и опустила взгляд. — На магистра Рангвальда. Он мне вдруг показался таким притягательным, красивым и… всего на минуту, даже меньше! Потом все прошло, и меня к нему теперь не тянет. Совсем-совсем. Правда! И…

   — Успокойся, Ника, все хорошо. — Лерт приложил палец к моим губам. — Не нужно оправдываться, я тебе верю.

   — Правда?

   — Конечно, — улыбнулся он и легко поцеловал.

   Во-от, теперь мне точно полегчало. И все проблемы показались такими далекими, неважными. Хотя нет, все-таки важными. И даже очень.

   — Лерт, ректор с магистрами сказали расходиться по своим комнатам, но ведь я живу в казарме. А там Заву. А он, похоже, в меня того… влюбился. Точнее, под приворот попал. И Никитка тоже, а он в соседней казарме обитает. Как мне быть? Я не хочу к ним. Совсем не хочу!

   — Знаю. Я успел услышать, что девушек с боевого, первокурсниц и всех, кто входит в боевую пятерку, временно переселяют в крыло тектоников. В разные комнаты. Благо их там хватает. Но…

   — Что «но»?

   Лерт перевел на меня хмурый взгляд.

   — Но защита там не такая сильная, как у других факультетов. Пробить ее будет довольно просто, как и проникнуть в нужную комнату.

   Ой, мама. Вот только Заву посреди ночи мне не хватало.

   — И что делать?

   — Магистры сказали пока просто помочь девушкам занять комнаты, потом уже будут ставить защиту. — Снова посмотрел хмуро, внимательно и даже губы сжал в тонкую линию. — Но ты в этом крыле не останешься.

   — Как это? А где?..

   — Ты там не останешься, так как переедешь в мою комнату. Там безопаснее. Тем более на темных приворот не действует, мы все сдаем Контроль эмоций. Ты тоже его сдавала, поэтому приворот на тебя и не подействовал в полной степени.

   Ах, вот в чем дело. Это хорошо, что не подействовал. Я бы точно не хотела потерять голову от человека, которого совсем не люблю или не знаю.

   — Правда ввиду того, что у тебя темная магия не развита должным образом, может остаться небольшая влюбленность.

   — Навязанная же, ненастоящая!

   — Конечно, — мягко улыбнулся Лерт и невесомо провел по щеке. — Не переживай, все образуется, и я верю тебе. А сейчас можешь побыть немного в аудитории? Я выйду и посмотрю, где там этот влюбленный дракон, чтобы он на тебя не набросился.

   Одна? В пустой аудитории? Я обвела взглядом помещение и неуверенно кивнула. Надеюсь, за время его отсутствия ничего страшного не случится.

   Лерт еще раз поцеловал, на этот раз долго, волнующе, сладко, и вышел за дверь, сказав, что скоро придет. Я заняла одну из парт подальше от входа и принялась ждать, попутно прокручивая все, что произошло.

   Как так получилось, что смогли заколдовать практически всю академию? Это же какой мощи должно быть заклинание. Или что они там сделали? За своими размышлениями даже не заметила, как дверь в аудиторию тихонько отворилась. Я вскочила, готовая подбежать к своему ангелу, но там оказался совсем не Лерт…

   — М-магистр Рангвальд, а вы что тут делаете? — запинаясь, спросила у мужчины, который прокрался в аудиторию, словно вор, и быстро захлопнул дверь.

   Магистр, который, похоже, изначально меня не заметил, вздрогнул и с опаской взглянул на меня.

   — Адептка Роуин? А вы… что тут забыли?

   — А я это… прячусь. От влюбленных адептов.

   — Вот и я прячусь, — выдохнул он устало, провел руками по лицу и сел на ближайший стул. Затем понял, что я на него смотрю, а я действительно не сводила с него взгляда, и пояснил: — Пара минут передышки. Вымотали меня эти… влюбленные девушки. Никого нормально даже до лекарей не довести, облепляют со всех сторон.

   — Сочувствую, — сказала искренне и присела, рассматривая мужчину чуть дольше, чем нужно. А ведь он на самом деле красивый. Очень. Темные волосы лежат в легком беспорядке, пронзительные синие глаза в обрамлении густых ресниц так и притягивают взгляд, а губы…

   Ой, что-то меня снова не туда понесло.

   Магистр поднял на меня взгляд и нахмурился.

   — Анника, а ты на кого смотрела в момент землетрясения?

   — Я? — прикусила губу и вздохнула. — На вас. Но вы не волнуйтесь, я это… не влюбилась, правда-правда. Может, в первую секунду что-то и почувствовала, но потом все прошло. Честно. Я это… того… Эйлерта люблю, да! И Контроль эмоций я сдала, точнее зачет мне поставили, ага. Так что я себя контролирую, вы не волнуйтесь! И кидаться точно не буду.

   Кажется, магистр не поверил, продолжая смотреть с недоверием, а потом махнул рукой.

   — Ай, уже все равно. Одной больше, одной меньше.

   Он снова провел руками по лицу и прислушался. Кажется, в коридоре бегали несколько девушек и возбужденно общались, выискивая, куда пошел тот или иной магистр. Среди прочих проскакивал и Рангвальд. Да уж, похоже, что преподавателям не повезло больше остальных. И Ансгар, сидевший передо мной, не то чтобы этому сильно радовался.

   Я уже было хотела спросить, почему он так сильно противится отношениям, но вовремя прикусила язык. Не стоит лезть не в свое дело. Тем более я не знаю причины такого поведения, вдруг у него неразделенная любовь была. Или вообще предательство. А я тут со своими вопросами полезу. А может, это все из-за шрама? Но ведь он не уродует мужчину, а даже совсем наоборот. Правда, спрашивать все равно считаю неуместным. Но магистр, внимательно следивший за мной, видимо, заметил мозговой штурм и усмехнулся.

   — Вижу, что в голове у тебя много вопросов крутится. Спрашивай, не стесняйся.

   — Я не…

   — Не переживай. Я уже давно привык к пристальному вниманию, — хмыкнул он. — Что в моем мире, что в этом. Девушки всегда падки на тайны, загадки и…

   — И красивых мужчин, — продолжила тихо, а магистр невесело усмехнулся.

   — Именно так. Но я не могу дать им то, что они так жаждут.

   — Почему? — искренне удивилась я. — Разве вы против любви?

   Магистр поднял на меня взгляд, и я даже вздрогнула от того, сколько боли было в его глазах.

   — Я уже обжигался, так что повторять свои ошибки не хочу.

   Ого. Вопросов и интереса это не убавило, но желание лезть в чужую душу притупило. Однако магистр тихо продолжил, словно говорил не мне, а себе свои воспоминания.

   — У меня была невеста. Драконица. Чистокровная. Очень красивая. Мы хотели пожениться после того, как я закончу нести службу на границе. Но когда я вернулся, уже покалеченный, она в тот же день расторгла помолвку.

   У меня от этих слов холодок прошел по телу.

   — Расторгнуть из-за шрамов? Но это же… бред! Как шрамы могут повлиять на челов… на дракона? Вы наверняка остались таким же, каким и были.

   Магистр невесело усмехнулся.

   — Она хотела красивой жизни. Балы, приемы, красивого и богатого мужа, а я… уже на эту роль не подходил.

   У меня поднялась волна гнева. Вот даже Контроль эмоций не помогал. Я понятия не имела, кто та девушка, не так хорошо знала магистра, чтобы принимать это близко к сердцу, но…

   — Вы не заслужили этого, — сказала тихо. — Кто угодно, но только не вы. Уверена, что она еще тысячу раз пожалела о своем решении.

   — Возможно. Мне уже все равно.

   — Магистр, но… ваши шрамы, их же не видно.

   — Иллюзия, — пояснил он. — После того, как я согласился работать в академии, я не выхожу на люди без наложенной иллюзии. Дабы не пугать особо впечатлительных девушек.

   «И не страдать самому…»

   Я посмотрела на магистра совершенно другими глазами. Теперь понятно, почему он против каких-либо отношений. Уже обжигался. А повторная рана будет еще больнее.

   — Может, это и к лучшему, — сказала тихо. — Может, та девушка была вас недостойна, а достойная еще не встретилась. И я уверена, что ей будет абсолютно все равно, что у вас есть шрамы.

   Ансгар усмехнулся и кивнул.

   — Может, ты и права. Только время покажет.

   Какое-то время мы сидели в тишине. Шум за стеной то стихал, то нарастал вновь. И когда стало совсем тихо, магистр встал.

   — Кажется, пора выходить, передышка закончилась. Пойдем, тебе нужно вернуться… ах, казармы. Туда тебе точно нельзя возвращаться.

   — Да уж. Заву… он это… кажется, под приворот попал и, это… в меня влюбился.

   Магистр вздохнул и снова устало потер лицо.

   — Ладно, сейчас что-нибудь придумаем. Посиди пока здесь, а я…

   Договорить фразу он не успел. Просто за окном послышался оглушительный рев, заглушивший все остальные звуки. А через секунду стену с окнами буквально вынесло несущимся на всех парусах… то есть на крыльях красным драконом с глуповатым выражением морды. Нас с магистром, вместе с остатками стены, отбросило к двери и чуть привалило обломками.

   Ну Заву. Вечно у него все через хвост идет.

   Дракон обвел комнату взглядом, победно рыкнул, словно нашел ценное сокровище, и, посмотрев на меня огромными влюбленными глазами, медленно стал надвигаться.

   Ой, мама. Вот только влюбленного на всю голову дракона мне и не хватало.

ГЛАВА 10

— Заву?

   Дракон счастливо фыркнул, довольный, что его узнали, и, свесив язык из пасти, словно собачка, перебирая лапами, побежал в мою сторону. Еще и сметая стулья с партами на своем пути. Он намеревался… схватить?

   Ой, не надо меня хватать! Я постаралась выбраться из завала и отпрянуть от ненормального дракона подальше.

   — Заву, фу! Нельзя! Плохой дракон, очень плохой!

   Драко-Заву резко остановился, тормознув всеми лапами, и с недоуменным лицо… хм, мордой уставился на меня. Еще и вопросительно рыкнул.

   — Да, плохой, — повторила, отползая подальше. — Нельзя меня хватать. И обращаться в дракона в академии тоже нельзя. Ты давай, не безобразничай. И это… оборачивайся обратно.

   — Заву, успокойся, — послышался голос магистра Рангвальда. Он уже успел выбраться из завала и с вытянутыми руками медленно направлялся в сторону недодракона. — Ника здесь. Она в порядке, рядом с тобой. Так что не волнуйся. Тебе сейчас нужно обернуться обратно в человека и пойти вместе со мной.

   Заву вопросительно глянул на него и снова рыкнул. Еще и хвостом вилять начал, разрушая оставшиеся парты. Ну прямо песик домашний, ей-богу. За любимой игрушкой прибежал. Только этой игрушкой по какой-то нелепой случайности оказалась я.

   — А Ника пойдет с нами, — между тем продолжал магистр. — И будет с тобой рядом. Так что оборачивайся. Посмотри, как ты себя ведешь? Ника тебя уже испугалась.

   Я, конечно, не боялась этого наглого ящера, но, уловив намек магистра, быстро и как можно более убедительно кивнула. Испуганно.

   Заву снова вопросительно рыкнул и вроде как собирался последовать совету, так как даже мордой виновато качнул, но тут в проеме показался… кто? Правильно, второй на голову влюбленный прид… парень.

   — Ника! Вот ты где, любимая.

   — Никита… — простонала глухо и уже раздумывала, под какой обломок заползти от этих двух… на всю голову влюбленных.

   Вот теперь Заву взревел грозно. И очень громко.

   Ой, мама…

   — Ника, уходи, — крикнул магистр, но Заву оказался не то проворнее, не то хитрее, не то напористей. Не успела я даже шагу по направлению к двери сделать, как этот наглый чешуйчатый рванул вперед, сметая остатки парт вместе с магистром, схватил меня лапами и развернулся в сторону окна. То есть стены, где совсем недавно было окно. Сейчас оно тоже тут есть. Панорамное.

   — Заву, поставь меня на место! — Попыталась брыкаться и достучаться до этого безмозглого ящера, но куда уж там. Он очень шустро для огромного монстра подбежал к разрушенной стене и под мой истошный визг вылетел наружу, кувырнувшись пару раз.

   А я визжала.

   Долго и со вкусом, ага.

   Главное — горло не надорвать, чтобы потом наорать на этого кретина.

   Это, блин, не то же самое, что кататься на аттракционах! Не то же самое, что летать на руках у Лерта. И в том, и в другом случае есть опора, защита и надежность. Есть стойкое осознание, что тебе не дадут упасть и точно не уронят.

   Тут этого осознания не было вообще!

   Этот… не-ет, не дракон, а настоящий баран, каким-то непонятным образом умеющий обращаться в величественного зверя, порывался взлететь все выше и выше, к слабо переливающейся защите, оставляя академию далеко позади. Вот ему точно подошел бы оборот в барана. Или осла. Или вообще козлика, рогатого и упрямого, но точно не в дракона! И он совершенно не обращал внимания на мой истошный визг!

   Он не дракон! Он дракозел!

   — Заву-у-у, а ну быстро поставь меня на место!

   Заву, а вернее, дракоЗавур, что-то рявкнул, но вот ни фига не послушался. А когда стиснул в своих лапищах так, что косточки хрустеть начали, то поняла, что спускаться он явно не собирается.

   — Заву-у, — прохрипела сдавленно, — ты меня сейчас задушишь.

   Во, хоть это какой-то эффект возымело. Он чуть ослабил хватку, снова что-то рявкнул, как мне показалось — извиняющееся, но спускать так и не планировал. Наоборот, взмывал все выше и выше. А ведь тут холодно! И ветер в лицо! И купол приближался.

   Тот, который не пропускает первокурсников, ага.

   — Заву-у-у…

   Этот козлик, вместо того чтобы развернуться, наоборот, ускорился, еще и язык высунул. От усердия, видимо. Я снова взвизгнула, зажмурилась и приготовилась к самому худшему. К тому, что Заву сейчас свалится вниз огромной тушкой. Вместе со мной. Купол по идее не должен нас выпустить, и неважно, в человеческом обличье мы идем или драконьем.

   Вот сейчас мы как врежемся в него, как отскочим и…

   Но от нервной трясучки меня отвлек странный рев, словно дракон был чем-то озадачен. Что, интересно, теперь приключилось? Неужели проскочили? Приоткрыла глаза и осмотрелась. Мы снова были у той же самой разрушенной аудитории, из которой и вылетели. В ней, помимо магистра Рангвальда, уже находились и другие преподаватели, приготовившиеся схватить разбушевавшегося дракона.

   И Лерт, внимательно следивший и пока не предпринимавший никаких действий.

   — Заву, стой! — крикнул Ансгар. — Прекрати пугать всех в округе и отпусти Аннику.

   Ага, вот так сразу он и послушался. Вместо этого Заву снова рявкнул, мотнул огромной мордой, стиснул меня сильнее и снова, отклячив самое толстое место на своей драконьей туше, приготовился к взлету.

   — Оглушай!

   — Нет, нельзя, может уронить адептку.

   — Я поймаю.

   — Не сейчас, но будь на подхвате.