Не тот дракон, или Отбор, полный неожиданностей. Оксана Октябрьская

Оглавление

• АННОТАЦИЯ
• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18

АННОТАЦИЯ

Вот так спешишь на работу, никого не трогаешь, а к тебе пристаёт чокнутая тётка… Раз! И ты уже в другом мире, с вантузом наперевес. И надо бороться за руку, сердце и прочие органы князя-дракона, а иначе… Что ждёт попаданку, проигравшую отбор невест, никто не говорит. Так что придётся мне самой во всём разобраться, так сказать, во избежание неприятных неожиданностей…

ГЛАВА 1

1.1

   Что за ёшкин кот?!

   Я открыла глаза и чуть не поперхнулась воздухом на вдохе, а мои брови изумлённо подпрыгнули.

   Вот только что переходила дорогу по светофору, и вдруг стою в незнакомом зале с портретами на стенах, при этом средний палец правой руки почему-то чешется и покалывает.

   Глянула на зудящую конечность и взвизгнула от неожиданности! На первой фаланге появлялась, становясь всё ярче, татушка. Розочка, примерно сантиметрового диаметра. Но даже это поразило меня не так сильно, как тот факт, что в одной руке я держала катушку скотча, в другой упаковку вязальных спиц, а к груди крепко прижимала вантуз!

   За спиной раздалось раздражённое покашливание, я крутанулась и наткнулась на ошарашенные взгляды. За длинным столом в обитых бирюзовым бархатом креслах сидели пятеро мужчин в… Камзолах? Это что ещё за маскарад?

   ― Похоже, «подарок от королевы» прибыл, – тяжело вздохнул молодой красавец во главе стола, цокнул языком и отвернулся к окну, за которым, к слову, всё цвело. А ведь когда я вышла из дома, кругом была апрельская питерская серость.

   Трое из мужиков тоже скрои́ли недовольные лица и демонстративно принялись рассматривать кто стены, кто руки, но один седовласый дядька всё же встал и подошёл ко мне, хотя и на его лице читалась глубочайшая досада.

   ― Простите, – пробормотала я и попыталась улыбнуться, – не знаю, как я тут очутилась, но мешать не хотела. Если бы вы подсказали, где выход…

    Седой заглянул мне в глаза и брезгливо поморщился.

   ― Нет у тебя выхода, человечка. И у нас его тоже нет.

   Я растерялась, увидев у старика странные, чуть удлинённые зрачки, и не сразу сообразила, что именно он сказал, а этот хам уже повернулся к любителю смотреть в окно.

   ― Так и есть, Ваша Светлость, девица от королевы. Вот и нам счастье привалило.

   ― Человечка? – наконец очнулась я. – Сами вы человечек! Где я, и что, вообще, происходит?

   ― Я дракон! Не забывайся! – прикрикнул на меня седой, но его перебил тот, который Светлость.

   ― Её Величество могла бы и подготовить девушку. Отбор пора начинать, а бедняга даже не понимает, где находится.

   ― У вас тут какая-то историческая реконструкция, что ли? – мозг пытался найти объяснение происходящему, но безуспешно. – Знаете, я такими вещами не увлекаюсь, и на работу опаздываю, так что покажите, где выход... Пожалуйста, – последнее добавила, чтобы смягчить взвинченный тон. С каждой минутой нервное напряжение росло, и веко уже подёргивалось.

   Я, вообще, девушка сдержанная, воспитанная и привыкла с людьми говорить вежливо, хотя сегодня меня одна идиотка таки вызверила... Ох! А ведь она же тоже была с такими зрачками, ещё и глаза горели, как у кошки ночью! Эта ненормальная сказала, что отправит меня в какой-то там Урам, Аур, Мур-мур... А ещё утверждала, что она королева! Что за чертовщина творится?

   Мужчины продолжали меня разглядывать, и на их лицах читался весьма широкий спектр эмоций, по большей части негативных. Не знаю, где я, но мне все рады.

   ― Послушайте, нечего на меня так смотреть! – выпрямилась во весь свой рост в полтора метра в прыжке и тоже облила незнакомцев холодом. – Я к вам в гости не напрашивалась, вообще не понимаю, как тут очутилась. Терпеть не могу эти нелепые игры в прошлое! Детский сад какой-то. Взрослые люди, а занимаетесь ерундой. Работать бы лучше шли.

   ― Собственно, мы и работали, до вашего появления. Вы угодили на княжеский совет, – молодая Светлость снова вздохнул. Одышка сердечная у него, что ли, или невралгия замучила красавчика?

   ― Ну так покажите мне выход, и я не буду вам мешать. Советуйтесь дальше, сколько влезет. Повторяю, мне на работу нужно и скорее.

   С ужасом подумала, что уже дико опаздываю, и клиентка меня проклинает. У неё свадьба через пару часов, а ногти не готовы! Как буду извиняться и оправдываться? Позвонить бы хоть… Чёрт! Я же телефон выронила и разбила из-за той ненормальной «королевы», чтоб ей пусто было!

   Седовласый хотел вернуться на место, но я схватила его за рукав, чуть не выронив спицы. Да откуда это всё у меня вообще?!

   ― Дайте, пожалуйста, телефон. На минутку буквально. Я заплачу́, кончено! Мне людей нужно предупредить, что сильно задерживаюсь.

   ― Девица, ты в мире именуемом Лаладар, в королевстве А́рум! – вскипел этот псих и дёрнул рукой, вырывая рукав из моих пальцев. – И никуда тебе больше не надо, ясно? Забудь прежнюю жизнь и всё, что там было.

   Мужик оглядел меня с нескрываемой неприязнью и вздохнул. Смотри-ка на них, прямо общество имени Тяжкого вздоха. Понятно, у этой толпы заигравшихся переростков правды не добиться, надо выбираться самой.

   ― Ваша Светлость, думаю, мне следует заняться... гостьей. Отсев вот-вот начнётся.

   ― Спасибо, Пи́нрис, – кивнул молодой, – но для начала нам стоит попросить деву представиться. Не хочу, чтобы королева подумала, будто в Арма́ри выполняют её указы абы как. Надо принять иномирянку? Примем. Ну?

   Он многозначительно посмотрел на меня.

   ― Для начала, было бы хорошо не говорить так, словно меня тут нет. И первым должен представляться мужчина.

   Тёмные брови Светлости удивленно выгнулись, по залу пронёсся осуждающий шёпот, но... Брюнет встал из-за стола, одернул чёрный, расшитый серебром камзол, и чуть поклонился. Его довольно длинные, блестящие волосы упали на лицо. Резковатые черты заострились от теней ещё больше. Красив, не в моём вкусе, но всё же...

   ― Э́йдан Арма́р Бирюзовый, князь Арма́ри. Именно за мою руку и сердце вам предстоит бороться на отборе невест. Конечно, если подтвердите своё право в нём участвовать, – увидев, как отвисла моя челюсть, Светлость сохранил невозмутимое выражение лица, однако глаза мужчины заискрились смехом.

   Ладно, подыграю, может, скорее выберусь отсюда. В россказни про королеву и другой мир я не поверила конечно, хотя объяснить происходящее никак не могла и старалась не думать об этом.

   ― Ваша очередь, иномирная гостья, – поторопил «князь».

   ― Инга Ясно́ва, мастер ногтевого сервиса.

   ― Будем считать, что нам обоим было приятно познакомиться, – Бирюзовая Светлость, чьё имя тут же вылетело из моей головы, кивнул мне, сел обратно в кресло и повернулся к седому. – Можете забирать её, Пи́нрис.

   Князюшка взял со стола бумаги и принялся негромко объяснять что-то сидящему рядом. Я расслышала несколько слов про надои, поголовье и продажи…

   1.2

   Седой ухватился двумя пальцами за мой рукав и потащил к выходу, недовольно бурча:

   ― Сейчас благородные девы, среди которых тебе, несомненно, не место, собираются на предварительное испытание. Посмотрим, что скажет о тебе Вода правды. Если пройдёшь, получишь право участвовать в отборе, тогда выделю тебе комнату, одежду выдам, и всё, что там тебе надо.

   ― А если не пройду? – хихикнула я, представляя, как этот тип выдаёт мне смирительную рубашку.

   ― Тогда вышвырну с позором из замка, а там… Не знаю я, что с тобой будет. Королева пусть разбирается. Может, велит казнить, может, бросит на произвол судьбы, или отправит в человеческую страну…В Лаладаре и такие есть. Но не думаю, что в Аруме нужна лишняя человечка, своего сброда хватает. Впрочем, я лишь распорядитель отбора, вылетишь, и твоя судьба мне не интересна.

   ― Знаете что, Пи́пис, вы…

   ― Пи́нрис! – заорал он. – Пинрис! Глупое ты создание! Запомни уже, моё имя господин Вернон Пинрис, распорядитель и организатор всех мероприятий в княжеском замке.

   Я отшатнулась от покрасневшего, пышущего злобой мужика, и слегка подняла руки, пытаясь его успокоить.

   ― Ну, ладно. Прошу прощения. Просто память на имена плохая, – пожала плечами, подумав, что всё же это психушка.

   Вон, тут тебе и князь, и распорядитель-дракон, и королева. В общем, надо вести себя осмотрительно, и тихонько выбираться. Ещё бы понять, как я тут очутилась… Может, меня машина на светофоре сбила. А что? Всякое бывает. В больнице мест не оказалось, вот меня сюда и доставили, а я головой ударилась при ДТП, поэтому ничего не помню. Эта версия показалась достаточно правдоподобной, хотя… Окружающий интерьер вызывал подозрения. Не слышала я о такой шикарной лечебнице в городе. Опять же, вантуз, спицы и скотч наводили на непростые размышления. А татушка? Глюки?

   Я посмотрела на свой палец и потёрла руку о штанину. Роза была на месте, а Пиприс заметил мой интерес.

   ― На руке у тебя магическая печать. Она позволяет понимать наш язык, говорить на нём, читать и писать. А ещё, на случай, если ты всё же сумеешь отхватить себе в мужья дракона, да помогут Боги этому ненормальному, она продлит твою жизнь до пятисот лет. Драконы живут долго, и человечка, которая в шестьдесят сморщится, а к восьмидесяти помрёт, никому не нужна.

   Благо, я шла чуть позади мужика, поэтому страшные рожи, которые корчила ему в спину, передразнивая, остались незамеченными.

   В холле с каменными стенами, резными колоннами и огромными стрельчатыми окнами, распорядитель остановился и опять вздохнул, на этот раз во вздохе слышалась покорность судьбе.

   ― Слушай внимательно, человечка, дам уж тебе добрый совет. Никто не рад твоему присутствию здесь, а драконицы и так нервничают, каждая мечтает победить. Так что веди себя тихо и не ищи проблем. Тут всякое может случиться, женщины бывают коварны и безжалостны… И не нарушай правил, иначе, с отбора тебя вышвырну уже я, а не соперницы. Князю ты, конечно, не пара, но, может, кому и приглянешься, если невинна и достаточно умна, чтобы помалкивать и не быть слишком разборчивой. Позовут замуж, выходи за любого, не искушай судьбу.

   Я слушала это всё, сцепив зубы, уговаривая себя молчать, не поддаваться на провокации нездорового человека, но тут он распахнул двери. Яркий солнечный свет ударил в глаза, слух резанул гул множества нервных голосов, а когда зрение вернулось, я оказалась в огромном саду с беседками и цветущими кустами.

   На лавках, расставленных под навесами из лёгкой ткани, в беседках, на садовых скамьях сидело множество ярко разодетых, взвинченных девиц. Часть красоток прохаживалась между клумбами, кто-то переговаривался, некоторые уже спорили и обменивались колкостями… Настоящий серпентарий. Впрочем, после работы в салоне красоты меня всё это не могло напугать.

   Зато кое-что удивило до икоты!

   Весь горизонт закрывали высоченные горы, некоторые вершины покрывал снег. И вот, на фоне чистого неба и этого великолепия пролетела пара… Драконов? На одной из ближних гор была большая, ровная площадка, существа по очереди приземлились там, исчезли, и теперь по тропинке спускались две девицы в платьях с оборками и пышными юбками. А до этого на дорожке никого не было...

   Сложив свои «ценности» на ступеньку, я принялась ощупывать голову. Странно, цела, боли нет. А глюки есть.

   Распорядитель, который до этого с мрачным видом стоял на ступенях и рассматривал девиц, наконец, взял слово. Прошептав что-то, он обратился к девушкам, и голос его звучал настолько громко, словно мужчина говорил в микрофон.

   ― Уважаемые прекрасные гостьи, я, Вернон Пинрис, распорядитель отбора невест, от имени Его Светлости князя Эйдана Армара Бирюзового, приветствую вас в родовом замке правителей княжества Армари. Его Светлость благодарит вас за оказанную честь, и высоко ценит желание принять участие в отборе, объявленном нашей мудрейшей королевой Софией Арумской. Дабы не злоупотреблять вашей добротой и временем, мы начнём предварительное испытание, как это и было указано в объявлении на воротах замка, ровно в четыре часа дня. То есть, прямо сейчас. Я буду приглашать по одной претендентке, и после, получившие право остаться на отборе, ещё немного погуляют в саду, успокоят нервы, побалуют себя лимонадом и пирожными, а выбывшие будут покидать пределы замка.

   ― В чём суть испытания? – подала голос высокая блондинка в алом платье с опасно глубоким декольте.

   Наклоняться ей точно не стоит, подумала я и усмехнулась. Девицы выглядели очень по-разному. Кто-то сделал ставку на невинность и скромность, кто-то, как и блондинка, на сексуальность, некоторые сверкали драгоценностями, демонстрируя богатство, но у всех в глазах был азарт охотниц. Глядя на девиц, я поняла, что больше не сомневаюсь в реальности происходящего. Это точно не психбольница, а найти человек восемьдесят красивых девиц, чтобы устроить реконструкцию, и при этом заставить их вот так убедительно играть «стремление выйти за князя»… Невозможно. Слишком настоящие эмоции в глазах и на лицах, да и в нарядах красотки себя чувствуют уверенно и свободно, значит, привыкли, носят всю жизнь.

   Вот это я попала… Как такое может быть вообще? Лаладар, Арум, Армари, князь… Пальцы сами собой потянулись к руке и больно ущипнули кожу, аж слёзы на глаза навернулись, но, увы. Нельзя проснуться, когда не спишь.

   От ужаса и потрясения стало дурно, я схватила скотч, спицы и вантуз, надеясь найти опору хотя бы в этих знакомых предметах. Этого всего не может быть! Просто не может быть!.. А оно есть.

   Между тем, Пипкус уже увёл за собой первую девушку. Ту самую блондинку. Отлично… Я умудрилась прослушать, что же там нас всех ждёт.

ГЛАВА 2

2.1

   Время тянулось медленно, я так захотела пить, что решилась подойти к длинному столу, уставленному угощением, и взять бокал лимонада. На вкус вполне прилично… Взяла пирожное. Тоже ничего, на эклер похоже. Ладно, в плане еды, жить можно.

   Девицы смотрели на меня высокомерно, отворачивались, стоило взглядам встретиться, шушукались, разглядывая одежду, но заговорить не пытались, зато я могла тихонько изучать этих охотниц за князьями. Удивительно, столько гордыни и спеси, а гоняться за мужиком, да ещё проходить какие-то испытания, это всё не мешает. Может, у них тут совсем с женихами туго? Типа, на десять девчонок приходится один? А князей-то среди этих редких представителей сильного пола и того меньше, вот девки и устроили ажиотаж.

   В любом случае, я за Светлость бороться не собиралась. Но, пока не выясню, что ждёт меня после отбора, лучше всё же остаться в замке. Как ни крути, а это крыша над головой, одежда, еда, безопасность. Жизнь давно научила не делать резких телодвижений, от эмоций одни проблемы, головой думать надо…

   Из замка выскочила разъярённая черноволосая девица с пылающими щеками и толкнула на ступени следующую претендентку, собственную копию, но чуть моложе. Через несколько минут, когда и эта красотка вышла с мокрыми глазами, выяснилось, что я не зря уловила сходство.

   ― Наплевать! Тоже мне, завидный жених! Летим, сестрёнка, нечего делать в этом краю козопасов, – черноволосая скорчила рожу дверям замка, за которыми скрылся распорядитель с очередной жертвой, схватила за руку родственницу, и потащила в направлении той самой площадки на скале.

   ― Это унизительно! – всхлипывала младшая девушка. – Проверяли нас, как преступников!

   ― Забудь и шевелись! Отборы начинаются завтра, ещё успеем в другое княжество слетать, это же только предварительный тур был, да и то, лишь в этом захолустном Армари.

   Как интересно, я открыто посмеивалась, глядя на девиц. Если и княжество не такое, и князь поганый, чего ж на отбор-то припёрлись? Или если бы замуж удалось выскочить, так всё сразу оказалось бы прекрасно? Почему-то стало обидно за Бирюзовую Светлость. Он, вроде, неплохой даже, без особого гонора, и симпатичный.

   Дверь снова открылась, и в сад выпорхнула невысокая девушка в скромном, но отлично сидящем на стройной фигурке платье. Ярко-рыжие волосы свободно танцевали на ветру, как язычки пламени, а миловидное личико светилось неподдельной радостью. Похоже, пока она единственная прошла на отбор. Мои наблюдения прервал насмешливый голос:

   ― Смотрите-ка, кажется, ущербная прошла их дурацкое испытание! Может, тут только таких и привечают?

   Блондинка, та самая, с грудью навыкат, всё ещё отиралась в саду, очевидно, решила узнать, кто пройдёт на отбор. Девица с презрением смотрела на рыжулю, а та стушевалась, побледнела и зажалась, словно хотела провалиться сквозь землю.

   Я не поняла, в чём там дело с ущербностью, зато узнала этот взгляд. Меня часто травили в школе, то за скобки на зубах, то за мать, которая встречалась, а потом вышла замуж и родила ребёнка от моего учителя физики. Я видела такой же взгляд в зеркале школьного туалета!

   Девчушка молчала, пыталась уйти от обидчицы, а та шла следом и вещала что-то про проклятье и огненных альбиносов. Другие, кто стоял радом и слышал это, с нездоровым любопытством пялились на рыжика, шушукались и хихикали. Ну, всё, гарпии, конец вам!

   ― Эй, – рявкнула я на блондинку, преграждая путь, – платье подтяни, груди выпали! Князя тут нет, а остальные ход конём не оценят.

   Белобрысая была на голову выше меня, но злость кипела, придавала сил и требовала выхода. Рыжик, единственная среди этой разряженной толпы, выглядела настоящей и безобидной, и кто-то должен поддержать её. Я знала, как больно и мерзко, когда все против и никто не поддержит.

   ― Грязная человечка! – выплюнула мне в лицо любительница оголяться. – Как ты посмела рот раскрыть, когда тебя не спрашивали? Твоё дело ночные горшки чистить! Кто, вообще, пустил эту шваль на отбор? – белобрысая обвела вопросительным взглядом пёструю толпу, и девицы согласно закивали.

   Пфф… Я даже не оскорбилась, в салоне чего только не наслушаешься от любимых коллег и клиентов, так что моя тонкая и ранимая натура давно обросла бронёй.

   ― Вообще-то, я мытая человечка. Только утром душ принимала, с лавандовым мылом, между прочим, – рассмеялась я, не отводя глаз. – И моё дело ногти стричь. С горшками сама разбирайся, вот маникюр могу сделать. Хочешь? С удовольствием обрежу тебе ногти по самую шею. А на отбор меня прислала ваша королева. Уверена, что готова поспорить с правительницей по поводу её решений? Смелее! Ура и вперёд! Ну?

   ― Ты, ничтожная тварь…

   Увы, дальше ей договорить не дали, а было даже интересно узнать про себя ещё что-то новое. Свежий взгляд, так сказать.

   ― Что тут за склока? – бравый Пикис сурово посмотрел на меня, понял, что я как-то не сильно его испугалась, и повернулся к блондинке. – Госпожа Эва, вы должны были уже покинуть замок. Понимаю расстройство, но…

   ― Расстройство? Да было бы с чего! Даром мне ваше облезлое княжество не нужно. Пасите сами ваших коз, – при этом она кивнула на меня, развернулась и пошла прочь.

   ― Правильно, коров в другом месте доят, – не осталась в долгу я, указав на полуголые прелести противницы.

   Девицы вокруг захихикали теперь уже над блондинкой, и только рыжая стояла в сторонке и смотрела на меня со смесью восхищения, стыда и страха.

   ― Ты… – прохрипела драконица, и повернулась к распорядителю. – Вы позволите этой грязи меня оскорблять?!

   ― Это девушка от Её Величества, – уклончиво ответил мужчина, – и вам лучше уйти, госпожа Эва…

   Он схватил меня за локоть и поволок к дверям, приговаривая сквозь зубы:

   ― Идёмте, иномирная гостья, – тут зубы слегка поскрежетали, – ваша очередь подошла, – челюсти клацнули.

   Как только за нами закрылась дверь, мужик навис надо мной, сжал кулаки и принялся громко сопеть, сверля меня взглядом, но, видимо, слов, приличествующих ситуации, не находил.

   ― Выдохните. Нельзя так нервничать, удар хватит, – авторитетно посоветовала я.

   Судя по утробному рычанию, удар, и правда, мог хватить. Меня. Поэтому отступила на шаг и опустила глаза долу, хотела ещё ножкой пошаркать, но решила, что перебор… Нет, обычно я вполне нормально себя веду, но в этой ситуации, которую мой мозг наотрез отказывался воспринимать, помочь могли только юмор и сарказм. И, возможно, друг мой вантуз… Иначе я просто чокнусь.

   ― Я сказал вести себя тихо. Ты язык наш плохо понимаешь?

   ― А вы не орите! – остатки спокойствия испарились. – Эта гадина бесстыжая на другую девчонку нападала, оскорбляла так, что та чуть не плакала. И никто не вступился!

   ― Так ты не за себя с ней сцепилась? – Пиктус с недоверием уставился на меня.

   ― За себя и за того парня! – я отвернулась, и пошла в знакомый коридор. – Ну, где там ваше испытание? В какой воде топить будете, чтобы правду сказала?

   Мужик схватил меня за плечо и развернул, указав на дверь в другой стороне холла.

   ― Прибьют тебя, дуру. А мы перед королевой будем отчитываться, почему гостью не уберегли… – тяжёлый вздох распорядителя даже меня пробрал до печёнок. Нервная работёнка, кругом толпа неадекватных девиц, а он один в этом ядовитом цветнике.

   2.2

   Комната оказалась небольшой, похожей на кабинет.

   В центре резной стол, с одной стороны сидит высокая, худая, но округлая в нужных местах дама за пятьдесят. Тёмные волосы собраны в высокую причёску, чёрное платье сплошь покрыто кружевами и рюшами, в ушах тяжеленные на вид серьги с камнями, типа рубинов, пальцы унизаны перстнями, на шее в три ряда бусы из чёрного жемчуга. Богато, ничего не скажешь.

   При моём появлении женщина вздрогнула, схватилась сперва за горло, потом за деревянный лаковый веер, и принялась обмахиваться, постанывая и закатывая глаза.

   ― Ваша Светлость, – распорядитель встал сбоку от нервной особы и чуть склонился к ней, – это посланница королевы нашей. Иномирянка Инга.

   Пикшис сделал мне страшные глаза, ожидая чего-то, но я не поняла, что требуется сделать. Теперь уже закатил глаза он.

   ― Что на ней надето? – прогундела дамочка, закатив глаза. – Это же позор и скандал! Её Величество не могла прислать приличную девушку?

   ― Очевидно, в её мире такая мода, Ваша Светлость. Люди, вообще, странные.

   ― Человечка?! – едва не прорыдала тётка, а у меня задёргался глаз.

   Мало того, что количество светлостей на квадратный метр зашкаливает, так ещё все подряд нос воротят, будто я помоями воняю!

   ― Человек. Ясно вам? – слова вырвались сами собой, и глаза мадамы чуть из орбит не вывалились.

   ― Не дерзи! – прикрикнул на меня распорядитель. – Это мать нашего князя. Вдовствующая княгиня Лиллана.

   Ого! Вот уж кому-то свекровь достанется! Если у меня и могли быть сомнения по поводу «побороться за бирюзовую светлость», то эта встреча их окончательно развеяла.

   Пиндус схватил меня за руку и толкнул на стул напротив жеманной бабёнки. Только тут я заметила на столе хрустальную чашу, литра на два примерно, и в ней блестела прозрачная жидкость. И как они из меня правду добывать будут? Окунать туда лицом и держать? От этих чего угодно ждать можно… Но пить эту дрянь я не стану. Неизвестно, чем болели те, кто пил из этого тазика до меня.

   ― Княгиня задаст тебе вопрос, – распорядитель вернулся за кресло дамочки, – опустишь руку в воду и ответишь.

   ― Да? А откуда я знаю, что там вода? Может, вы кислоты налили?

   ― Вода! – простонал он и сокрушённо покачал головой. – До тебя же все целыми выходили отсюда. Вода налита! – он сам опустил руку в чашу, вынул и прошептал что-то, кожа сразу высохла. Ещё одно доказательство того, что всё это не сон. – Так вот, если скажешь правду, вода станет бирюзовой и засветится, соврёшь, превратится в мутную грязь. Будет два вопроса, чтобы остаться на отборе, надо ответить честно на оба.

   ― А если…

   ― Молчать! – взвизгнула княгиня, и я подпрыгнула на стуле. – Отвечай немедленно! Ты девственна?

   Опа. Ну, ничего себе вторжение в частную жизнь! Я хотела высказать своё мнение по поводу их опросника, но глянула на Пикуса, замершего с выражением полнейшего отчаяния на лице, и жалко стало беднягу. Погубит меня доброта, мне это хозяйка салона всегда говорила.

   Быстро, чтобы не передумать, сунула руку в чашу и проскрипела:

   ― Да.

   На моих глазах вода стала голубеть, набирать цвет и заискрилась бирюзовым светом.

   ― Ух, ты! Красота! – поздно сообразила, что сказала это вслух.

   ― Да, правда всегда прекрасна, – менторским тоном протянула княгиня.

   ― Ну, знаете ли… Это спорное утверждение.

   Я вытащила руку из чаши, и распорядитель что-то прошептал снова. По коже будто ветерок пробежал, высушивая капли.

   ― Второй вопрос, – дама не захотела продолжить дискуссию, всем видом показывая, как её всё достало. – Почему ты хочешь замуж за князя Эйдана?

   Серьёзно? И что она ожидает услышать в ответ? Ах, да. Правду… Ладно. Я снова опустила руку в воду и выдала, как на духу:

   ― А я и не хочу за него замуж.

   Распорядитель хлопнул себя ладонью по лбу и прикрыл глаза, княгиня хватала ртом воздух от возмущения, но над столом снова разлилось бирюзовое сияние. А что? Правда же всегда прекрасна!

   ― Прошла, – то ли выдохнул, то ли простонал Пинтус.

   Он подскочил ко мне, схватил за локоть и поволок к дверям, даже руку не высушил. Никакого сервиса!

   ― Как она может не хотеть замуж за князя? За дракона! За моего прекрасного мальчика! Неблагодарная человечка! Чудовище бездушное, неспособное оценить великой чести…

   Причитания княгини неслись нам вслед, и с каждым предложением дамочка всё больше впадала в истерику, проникаясь собственными страданиями.

   Меня вытолкнули в сад, спасибо, что пинка не дали, хотя по лицу распорядителя я видела, что эта мысль его посетила, и не раз.

   ― Испарись, чтобы до конца испытания тебя не видел, – прошипел седовласый и проворчал, маня за собой очередную девицу: – Так расстроила Её Светлость! Дурная, чёрствая девка!

   Нет, нормально? Меня обзывают весь день, притащили на какой-то отбор невест, лезут в душу с наглыми вопросами, и я же чёрствая. Хоть бы кто спросил, каково мне в их расчудесном мире!

   ― Как вы? Прошли? – раздался за спиной тихий, мелодичный голосок.

   Я ошарашенно обернулась и увидела рыжулю. На душе стало чуть легче. Хоть один нормальный человек нашёлся в этом гадюшнике.

   2.3

   Девушка протянула мне бумажный кулёчек с ажурным краем, внутри оказались шоколадные конфеты.

   ― Берите, это с миндальной начинкой, я их обожаю. И сейчас так нервничаю, что целую коробку бы съела…

   ― А я наоборот, если психую, совсем есть не могу, – усмехнулась в ответ, но конфету взяла, чисто из вежливости.

   ― Так вы прошли на отбор? – рыжик смотрела на меня с надеждой. Ясно, поддержки не хватает девчонке.

   ― Пимпус сказал, что прошла.

   ― Кто? – не поняла девушка.

   ― Ну, Пимпус. Распорядитель... Перепутала имя, да? У меня и так память на имена плохая, а тут столько навалилось, кругом всё чужое, непривычное... – стало опять грустно. Как же домой-то хочется! У нас скоро сирени зацветут, красотища будет. Питер, вообще, город сирени.

   ― Не представляю, каково вам. Попасть в чужой мир, наверное, очень страшно, – посочувствовала мне девушка. – А распорядителя зовут Пинрис. Вроде, он даже не деспот. Нам повезло. Читала я про прежние отборы, вот где был кошмар! Я, кстати, Руфина… Огненная, – это слово девушка сказала очень смущённо. С чего это интересно? – Можно просто Ру.

   ― Отлично, постараюсь запомнить! – усмехнулась я. – Меня зовут Инга. И… уверены, что общение со мной вам не повредит? Тут людей недолюбливают, мягко говоря.

   ― Ну, не все… – девушка, видно, хотела приукрасить правду, но вздохнула и опустила глаза. – Хотя многие. Большинство, если честно, – она виновато улыбнулась и тряхнула рыжими локонами, оживившись. – Однако у меня в семье такого нет. Я из Сапфиора, княжества на берегу моря, в роду есть целительский дар, и мы лечим всех. А как можно лечить, когда испытываешь неприязнь?

   ― Ого! Здорово! И как соседи к этому относятся?

   Руфина тяжело вздохнула и пожала плечами, пряча глаза.

   ― Всяко… Кто-то беззлобно подтрунивает, а некоторые…

   ― Если они типа той белобрысой стервы, не стоит обращать внимания! – я подумала, что эту помощь всем без исключения и имела в виду грудастая. Если это ущербность, то все бы такими были!

   ― Вы такая смелая! Спасибо, что заступились, хотя мне очень неловко, что вам из-за меня досталось, – рыжик отважилась взять мою руку и чуть пожала, заглянув в глаза с детским восхищением.

   Да, тепличный цветочек, сложно тебе в жизни будет. Тут точно надо замуж скорее, и чтобы муж на руках носил и пылинки сдувал. Вроде, Бирюзовая Светлость мужчина приличный, неагрессивный, неплохой кандидат в женихи. Помочь что ли, девчушке?

   ― Вовсе я не смелая. Просто большой опыт в общении с дрянями. Со временем учишься пропускать их слова мимо ушей и отвечать так, чтобы больше не лезли. Они сами трусливые, если получат отпор, уже не сунутся, а вот тушеваться нельзя. Раздавят. Так что вот вам жизненный урок от человечки: когда нападают, есть только три варианта ответа. Равнодушие, насмешка, и ответное безжалостное нападение. И бить надо грязно, по самому больному месту.

   ― Я привыкла обращаться со всеми мягко…

   ― Так и я всегда стараюсь обойтись без агрессии. Просто некоторые не понимают по-хорошему, а защищать себя надо. Знаете, надеюсь, князь выберет вас, и тогда защита жены будет уже его обязанностью, – подмигнула я, и Ру остановилась, не донеся конфету до приоткрытого ротика.

   ― А разве ты сама не хочешь выйти за него? – девушка неосознанно перешла на «ты», и смотрела так, словно я вдруг стала драконом.

   ― Нет конечно! Мне домой надо, – глянула на свои богатства и поудобнее перехватила вантуз. – Но в замке постараюсь задержаться. Нужно выяснить, как вернуться в свой мир, и на крайний случай, понять, что со мной будет после отбора или если вылечу с него. А Пирнис молчит…

   ― Пинрис, – машинально поправила меня Руфинка, осмысливая мои откровения. – Но князь, он же такой…

   Девушка вздохнула, а я осознала правду. Ру влюблена в Бирюзового! Ёлки палки, а вдруг он её не выберет? Это же трагедия будет у рыжика. Нет, точно надо пнуть Светлость в нужном направлении.

   ― Ты не знаешь, как в мой мир попасть? – спросила без особой надежды. Неловкая пауза затянулась, мы обе пока не были готовы к откровениям. Ру больше про князя ни слова не сказала, а я не хотела лезть в душу.

   ― Нет, – расстроенно вздохнула девушка. – Но у нас же будет свободное время между испытаниями! Наверняка сможем покопаться в библиотеке. Я слышала, как князь с моим братом говорили о книгах. Эйдан… – Ру запнулась и покраснела. – То есть Его Светлость, говорил, что в замке Армаров отличное собрание книг и старинных свитков. Ну и я напишу брату, спрошу, вдруг он об этом знает, а не знает, так пусть поищет. Ты за меня заступилась, теперь моя очередь помочь. И потом, ему ведь тоже пришлют иномирянку на отбор…

   ― Ого! У вас тоже отбор? Это как?

   ― Ну, вообще, эта традиция уже почти умерла. И вдруг, наша королева София решила её возродить. Недавно прислала указ, что всем неженатым князьям и княжичам велено жениться, невесту найти путём отбора, и по традиции, каждому пришлют на отбор по девушке из другого мира. В общем, ты не одна к нам попала. И наверняка многие иномирянка отборы не пройдут. Только не обижайся, но драконы…

   ― Не мечтают о жёнах-человечках, да? – усмехнулась я.

   ― А драконицы из шкуры выпрыгнут, но не пропустят человеческих дев вперёд. В общем, готовься. Будет трудно. Но я помогу тебе продержаться как можно дольше, – Ру опустила глаза и сорвала лист с какого-то куста. – Мне тоже очень страшно. Ты права, я не привыкла себя защищать, потому что обижать было некому. Брат и родители всегда оберегали меня. Потом мама умерла, отец отправился странствовать, а Илюзин, так брата зовут, сосредоточился на моей опеке, заботе о княжестве и лечении недужных. Он столько делает для наших лечебниц! – Руфина говорила о брате с большим уважением и нежностью, но вдруг озабоченно свела брови. – Только бы ему досталась хорошая жена! Кто-то добрый и милый, чтобы они сумели обрести любовь. Ужасно, когда брак без любви…

   ― И не поспоришь, – я, наконец, немного успокоилась, и стала с бо́льшим вниманием присматриваться к саду. – Ой! Это же мята, да? А тут монарда!

   ― Ты разбираешься в наших травах? – удивилась рыжуля.

   ― Да нет же, это наши травы! В моём мире такие тоже есть! И конфеты с миндалём… Похоже, в Аруме растительный мир очень похож на земной, как и кулинария.

   Не знаю почему, но я так обрадовалась! До этого всё казалось чужим, непонятным, а тут стало легче.

   До нас донёсся приглушённый голос распорядителя, оказалось, мы отошли уже довольно далеко от замка.

   ― Скорее, нельзя опаздывать! – Ру схватила меня за руку и помчалась со всех ног.

   Шустро бегает, я аж запыхалась, да ещё в куртке на синтепоне. Вот что там опять стряслось у этого Пириса?

   2.4

   Из толпы девиц осталось двенадцать человек, включая нас. Особенно выделялась красивая, высокая девушка с формами. Одета элегантно, светлые, медового оттенка волосы, уложены в высокую причёску, украшений в меру. В общем, образец элегантности и уверенности в себе. Если в других ощущалась нервозность, то тут было невозмутимое, даже высокомерное спокойствие. Я напряглась. С чего это она такая самоуверенная? Знает что-то, чего не знаем мы? Стоит присмотреться к девке. Нечего на нашу Светлость претендовать!

   ― Благородные девы, вы прошли испытание правдой, и я, от лица князя Армара поздравляю вас с этим! Его Светлость чрезвычайно польщён, что столь честные, чистые и прекрасные создания будут участвовать в отборе невест, и желает всем вам удачи. Пусть победит лучшая из лучших!

   Божечки-дракошечки, сколько пафоса, подумала я, и именно в этот момент седой на меня и посмотрел. Всё по закону подлости. Видимо, Пинсис прочёл на моём лице эту мысль и нервно дёрнул щекой, взгляд мужика потяжелел. Как же здорово я умею наживать друзей!

   ― Сейчас настало время для того, чтобы посеять семена будущего. В прямом смысле, – больше распорядитель на меня не смотрел, наверное, решил беречь свои нервы, а может, боялся сорваться. – Каждой из вас будет выдан сосуд с почвой, пропитанной магией. Потом вы выберете себе семечко и посадите его. Бутыли, закупоренные мною, будут стоять в ваших комнатах до последнего дня отбора. Открывать их, трогать семечки или воздействовать магией строго запрещено. Нарушительниц мы увидим сразу! В последний день отбора финалистки представят князю выращенное растение. Магия покажет вашу сущность, ваши чувства к нашему правителю, а возможно, и вашу судьбу.

   ― А что должно вырасти? Что это за семена? – растерянно хлопала ресницами девушка, стоявшая напротив распорядителя.

   ― Растение-сюрприз. Вы не сможете влиять на него магией, но при посадке оно впитает отпечаток вашей души.

   ― А для тупеньких объясните, пожалуйста, конкретнее, – вмешалась я. – Почву магически обрабатываете вы, семечко тоже ваше, открывать бутылку я не могу, да и магии у меня нет, чтобы влиять на процесс роста. Ну, и будет, допустим, крапива. Что это обо мне скажет? А если вообще ничего не прорастёт?

   ― В вашем случае, иномирная гостья, – сквозь зубы ответил распорядитель, – всё возможно, конечно. Но почва питательная, семена волшебные, что-то да вырастет. А крапива очень точно выразила бы ваш характер, а то и колючка какая-нибудь ядовитая…

   Девицы захихикали, кроме Ру и медовой красотки, та рассматривала цветущие клумбы, словно меня и не было.

   ― Спасибо, – сладко улыбнулась в ответ. – Вы, конечно же, имели в виду, что крапива обладает целебными свойствами и очень полезна и ценна, прямо как посланница королевы.

   ― Конечно же, – проскрежетал седовласый с таким выражением лица, будто я ему на любимый мозоль прыгнула.

   Вышли двое слуг. Один нёс поднос с разнообразными небольшими бутылями из толстого стекла, а второй развязывал льняной мешочек, расшитый витиеватым узором из трав и цветов.

   ― Каждая выбирает себе сосуд, вытаскивает одно семечко, опускает его, чуть встряхивает бутыль и подходит ко мне.

   Слуги пошли вдоль шеренги девиц, мы с Руфиной стояли последними. Я заметила, что невесты, украдкой поглядывая на распорядителя, шепчут что-то в кулачок с зажатым семечком или когда бросают зёрнышко в бутыль. А Плинтус при этом делает вид, что ничего не замечает. Ага… отпечаток души, значит. Ну, и как мне отпечатывать? Магии-то нет.

   Когда подошла наша очередь, Руфина взяла бутыль и вытащила продолговатое, блестящее семечко размером с яблочное. Девушка тоже заметила, как мухлюют соперницы, но её слова меня удивили.

   “Я люблю тебя, Эйдан Армар” – прошептала она без всякой магии, и так тихо, что я скорее прочла по губам, чем услышала. И столько надежды было написано на личике Ру, что мне захотелось придушить князюшку. Он же к ним прилетал! Слепой, что ли, или дурак? Такая девочка красивая, нежная, а он отбор устраивает. Ну, мужики... где тот хвалёный разум?

   Мне бутылку выбирать не пришлось, она осталась последняя, а вот семечки ещё были. Я пошуршала ими, опустив руку в мешочек, и одно застряло между пальцев. Ну, раз само в руки просится…

   Вытащила, посмотрела, но зёрнышко было такое же, как у Руфины. Бросила его в бутыль, проговорив прямо в горлышко: “Расти, моё маленькое, ты сможешь!” Встряхнула несколько раз, пока почва, обычная на вид, не покрыла семечко, и выдохнула. Как-то волнительно стало.

   Дальше мы все подходили к распорядителю, он закрывал бутылки пробками, бормотал какие-то слова, пробки вспыхивали голубым сиянием, и сосуд возвращался к владелице.

   ― Страшно представить, что ты вырастишь, – проворчал Пинус или… А! Пинрис! Наконец-то, запомнила.

   ― Все претензии к королеве, – на радостях я широко улыбнулась, и прямо почувствовала, как глаза сверкнули победным огнём.

   Мужик тоже это заметил, отшатнулся, с опаской глядя на меня, махнул рукой и ушёл, пригласив всех следовать за ним.

   Нас привели на один этаж и предложили выбирать комнаты. Девицы, ясное дело, устроили свару, а я, заметив небольшой закоулок с двумя дверьми, дернула распорядителя за рукав:

   ― А туда можно? Подальше от этих бешенных обезьян.

   ― Это, скорее, тебя надо подальше от приличных дев держать, – скривился седой.

   ― Да-да, это же не ваши приличные орут, визжат и ругаются за комнату. Сейчас ещё и драка начнётся…

   Стоило это сказать, одна из девиц вцепилась в рукав другой, отталкивая от двери, обиженная в ответ заехала ей по руке, и градус накалился.

   ― А я вам говорила, – заявила тем самым тоном всезнайки, который ненавидят все, ещё и хмыкнула.

   ― Марш в комнату, – распорядитель, злобно раздувая ноздри, подтолкнул меня в вожделенный закуток.

   ― А я займу вторую комнату в коридорчике, хорошо? – тоненький голосок Ру раздался у меня за спиной.

   ― Если так пожелаете, госпожа Руфина. Хотя я бы предложил вам комнату получше. Вы сестра князя Сапфиора и…

   ― Мне как раз эта подойдёт. Спасибо, – девушка твёрдо направилась к двери, которая находилась напротив моей, но чуть дальше вглубь коридора.

   Закоулок нам достался уютный. При входе два постамента в виде невысоких, тонких колонн, украшенных живыми букетами в вазах, в торце узкое окошко с цветными стёклами. Солнечный свет играет на стенах и полу разноцветными пятнышками. Мило и спокойно.

   Не успела я открыть дверь, как распорядитель снова очутился рядом.

   ― Иномирянка, тебе сейчас принесут сундуки с одеждой и прочими женскими штучками. А вы, – тут он поклонился и сделал голос куда мягче, – княжна Сапфиорская, пройдите, пожалуйста, со мной, князь Армар просил с вами переговорить.

   ― Ого! – я чуть толкнула Ру плечом и многозначительно поиграла бровями. Неужели Светлость прозрел и одумался?

   Руфина, бледная от волнения, стиснула руки перед грудью, и пошла за Пинрисом.

ГЛАВА 3

3.1

   Я смотрела на одежду, принесённую слугами, и вздыхала. Нет, платья были симпатичные, не такие шикарные, как у других, но в том же стиле. Широкие юбки в пол, кружева, оборки, вышивка. Вырезы приличные, без стриптиза. А вот бельё... Труселя-парашюты с рюшками, корсеты, тонкие нижние сорочки... Шик. Хоть плач от этой красоты!

   Ещё мне выдали гребень, заколки и шпильки, мыло и какие-то баночки. Ладно, что это такое, Ру объяснит.

   Соседки довольно долго не было, и я начала волноваться. Чтобы как-то себя занять, вытащила из вороха довольно помятых платьев самое похожее на глаженое. Переоделась, решив пока не трогать корсет и остальную пикантную красоту, и услышала, как хлопнула дверь Руфины.

   Нет, после приятного разговора и хороших новостей так дверью не хлопают. Что-то случилось! Пошла к соседке, выяснять, что ещё у нас плохого.

   Руфи открыла почти сразу, а я столбом застыла в дверях. Рыжик рыдала взахлёб.

   ― Что стряслось? Кто тебя обидел? – пришлось встряхнуть приятельницу за плечи, чтобы она хоть немного взяла себя в руки.

   ― Князь он... – всхлип и горькие рыдания, – он не хочет, чтобы я была здесь! – наконец выдала девушка, а у меня окончательно отвисла челюсть. Светлость совсем разум потерял, или какая местная муха его покусала?

   ― Это он тебе сказал? Вот прямо так и заявил?

   ― Нет, но это понятно! – поток слёз стал ещё обильнее.

   ― Ру, объясни, что случилось! Кто и что тебе сказал?

   Мне с трудом верилось, что Бирюзовый мог так себя повести. Должно быть, это ошибка, или может, есть какая-то веская причина, мало ли.

   ― Пинрис сказал, что князь получил письмо от моего брата. Илюзин просил за мной присмотреть, проследить, чтобы меня не обижали другие участницы, и если проиграю отбор, не отправлять домой одну. Представляешь?! Какой позор! Словно я девочка маленькая! Ох, и выскажу братцу по этому поводу! В общем, Пинрис спросил, не передумала ли я участвовать. Мол, если это был сиюминутный порыв, тогда князь Армар готов помочь мне вернуться в Сапфиор, – снова зарыдала Ру. – Вот! Он не хочет, чтобы я была тут! Я ему не нравлюсь! Под видом заботы Эйдан пытается отослать меня домой!

   Я озадаченно почесала нос. Это все влюбленные такие неадекватные, да? Вот нет любимого мужчины, и как спокойно живётся!

   ― Руфи, а тебе не кажется, что ты спешишь с выводами? Если распорядитель сказал тебе именно так, я не вижу тут ничего страшного, обидного или удивительного. Ты что, сбежала из дома? Иначе с чего твоему брату писать Эйдану?

   Девушка покраснела и кивнула.

   ― Понимаешь, отборы по всей стране, а брат не очень-то спешил отправить меня сюда. Он считает, что я слишком молода! Да и вообще, имя Эйдана в списке возможных кандидатов для меня не значилось... А потом он будет женат, а я...

   ― А ты влюблена в него, – закончила за неё.

   Ру покраснела до состояния спелой клубники и опустила голову.

   ― Слушай, но Эйдан-то делал тебе какие-то ммм... авансы? – вспомнилось слово из старых книг. – Он как-то показывал, что ты ему нравишься?

   Девушка снова заплакала и отрицательно мотнула головой.

   ― Он меня видел лишь мельком четыре года назад. Я была для него ребёнком.

   ― Вы виделись один раз? Даже не разговаривали? Руфина...

   У меня ля запало от этой новости! Нет, я понимаю, что в кино бывает любовь с первого взгляда, но для реальности уж как-то слишком наивно и романтично. Ру заметила мой скепсис и обиделась.

   ― И пусть я всем вам кажусь глупой! – решительно вскинулась она, и в глазах появился такой огонь, что сомнения мои исчезли. Тут всё серьёзно, и эта беззащитная девчушка будет бороться за своего князя.

   ― Ох… Ладно, давай рассуждать логически. У князя и твоего брата дела совместные, да? – Руфи кивнула. – А ты сбежала сюда на отбор, так? Ну, и по-твоему, что должен был сделать твой брат? Это он ещё очень деликатно поступил! Мог бы сам приехать...

   ― Прилететь, – поправила меня рыжуля.

   ― Не суть. Илюзин мог силой увезти тебя домой, мог поставить в неловкое положение перед Эйданом и всем серпентарием, а он всего лишь написал письмо с просьбой, проявить заботу. Это нормально и логично. А князь? Что ему было делать после этого письма? Зачем ему проблемы с партнёром? Вот он и решил удостовериться, что ты не пожалела о своём порыве. Он же не прогоняет тебя, а лишь даёт возможность уйти, если ты передумала. Мало ли, вдруг ты пожалела уже, что прилетела, а как выкрутиться не знаешь.

   ― Думаешь, это всё не значит, что он хочет меня спровадить?

   ― Ты его хоть видела здесь?

   ― Нет, – грустно вздохнула девушка. – А очень хочется... Я так по нему скучала!

   ― Ру, четыре года прошло. Девушки быстро меняются, когда взрослеют. Вероятно, он даже и не узнает тебя, а скорее всего вообще не был в курсе, что ты тут. С чего ему плохо к тебе относиться? Почему ты решила, что не нравишься ему? У него и шанса не было с тобой познакомиться. Ты для него малышка-сестрёнка его делового партнёра, понимаешь? Сейчас ты точно не можешь вызывать в нём неприязни. Эйдан просто тебя не знает! А вот относительно радужных надежд на будущую взаимную любовь, тебе стоит быть осторожнее. Ты, конечно, очень красивая и милая, но… Любовь непредсказуема. Кто знает, как всё сложится. Я просто не хочу, чтобы тебе было больно.

   ― Если он женится на другой, мне всё равно будет больно, не важно, надеюсь я или нет. Но ты рассуждаешь очень здраво и взросло. Сколько тебе лет, старушенция занудливая? – Ру хихикнула, но потоки слёз прекратились.

   ― Двадцать три! Поживёшь с моё, девонька… – усмехнулась я в ответ, подражая старческому голосу, но сразу посерьёзнела. Отбор вполне мог закончиться драмой и разбитым сердцем для моей новой подруги. – Знаешь, ведь дело не в возрасте. Со стороны смотреть проще, у меня же мысли любовью не затуманены. А была бы я влюблена, тоже бы глупости в голову лезли. Ты что Пинрису-то ответила?

   ― О, ты запомнила его имя! – Руфинка показала мне язык, дразнясь. – Я сказала, что если Его Светлость пожелает, могу улететь домой... Но распорядитель стал извиняться, говорил, что князь этого вовсе не хочет, что он польщён моим решением принять участие в его отборе... В общем, юлил он.

   Девушка снова насупилась, а я закатила глаза.

   ― Не юлил, а пытался донести суть. Никто тебя не гонит, просто они волнуются, и всё. Так что вытирай слёзы, и пойдём ко мне. Там вещи принесли, я не понимаю, что за банки-склянки.

   Только тут Ру заметила, что я переоделась.

   ― Ой, ты прекрасно выглядишь! – она внимательно осмотрела моё голубое платье с белым кружевом. – Этот цвет тебе очень идёт. Кстати, Пинрис сказал, что через час мы должны быть на ужине. Так что стоит поторопиться.

   В следующие несколько минут Ру отбраковала несколько платьев из моего сундука, заявив, что это мода позапрошлого года, остальное мы повесили в шкаф, и девушка подергала за шнурок, вызывая прислугу.

   ― Их надо погладить, чтобы ты в любой момент могла переодеться. В баночках у тебя шампунь, бальзам для волос, крем для лица и рук. А тут, – она достала маленький флакончик, – помада. Я сама не очень люблю краску, но многие девушки пользуются. А вот духов тебе не прислали. Это надо исправить.

   Она сбегала к себе и притащила небольшой сундучок.

   ― Выбирай, – Руфи откинула крышку, и там оказались несколько очень декоративных флакончиков. – Я люблю парфюмерию, всегда предпочитаю иметь выбор.

   Вот тут мы были похожи точно, я тоже любила духи. Поблагодарив подругу, выбрала себе нежный, горьковатый аромат с нотками луговых трав.

   ― Вот, теперь причешемся, и пойдём ужинать, – Ру улыбнулась, усадила меня в кресло перед зеркалом и занялась моими волосами. Скрутила передние пряди в жгуты и заколола заколкой на затылке, прицепив туда же розу из шёлка.

   Когда пришла служанка, дверь открыла я, и девица недовольно поморщилась. Она оказалась тоже из драконов.

   ― Чего тебе, человечка? Думаешь, мне больше заняться нечем, к тебе бегать?

   ― А если рассказать князю, как ты с его гостьей и посланницей королевы разговариваешь? Думаешь, у тебя всё ещё будет работа после этого? – Ру вышла из-за моей спины и строго глянула на девицу. – Приведи платья гостьи в должный вид, я сама проверю, и впредь буду следить, как ты поручения выполняешь. Поняла?

   Служанка стушевалась, сделала книксен и убежала с моими нарядами. Ого, вот вам и беззащитная крошка Ру! Между тем, моя соседка заскочила к себе, навести красоту, и скоро мы пошли ужинать.

***

Столовая оказалась огромным залом с большим столом в виде буквы Т. Драконицы уже расселись, распорядитель тоже восседал в торце длинного стола, а мы пришли последними. Я заметила, как встревоженно Пинрис глянул па Руфину. Ясно, скандала боятся, всё же княжну обидели.

   Принесли еду. Запечённые овощи, мясо, рыбу, сыр и виноградный сок.

   ― А почему князя нет? – шепнула я приятельнице. – Странно, он же не знает, кто выиграет отбор, разве не хочет познакомиться с претендентками?

   ― Ну, думаю, он не сильно рад всему этому. Мой брат тоже был в ярости, когда пришёл указ. Неприятно же, что королева вмешалась в личную жизнь.

   ― И всё равно это странно. Я бы чисто из любопытства пришла.

   Ру не успела ответить. Пинрис взял слово, постучав по краешку бокала ножом.

   ― Благородные девы, сейчас я хочу пожелать вам приятного аппетита, и огласить правила нашего отбора.

   Девицы зашумели, и распорядитель снова постучал, призывая к тишине.

   ― Всего будет пять испытаний, одно вы уже знаете, это ваш цветок. Об остальных буду рассказывать вам по мере их приближения. Однако все они касаются специфики княжества Армари. Жена нашего князя должна знать владения супруга, понимать, чем живёт и дышит эта земля и её народ. Конечно, в каждом испытании у вас будет возможность продемонстрировать жениху свои душевные качества и характер. Князю Армару не интересна ваша магия или богатство, он хочет найти в жене если не любовь, то верную соратницу и хозяйку родового замка. По крайней мере, для начала. А там уж как Боги решат...

   ― А вдруг он в кого-то влюбится? – нервно хихикнула кукольного вида шатенка, густо украшенная розанами и кружевами.

   ― Это было бы прекрасно, госпожа Миа, но нам стоит относиться к ситуации более прагматично. Не хотелось бы видеть слёзы разочарования и разбитые надежды, – Пинрис сочувственно глянул на Руфину, и мне это не понравилось. Он её будто со счетов списал. Что за ерунда?!

   Тем временем наш "шеф" продолжил:

   ― Итак, завтра первое испытание. Оно простое и красивое, но советую вам вспомнить травы, которые вы знаете. Теперь об общих правилах. Они предельно чёткие и строгие. Кто проиграл, выбывает и покидает замок. Участница, опоздавшая на испытание, выбывает. Так же запрещаются любые враждебные выпады в сторону соперниц. Уличённая в злом умысле будет отстранена от участия. Если кто-то заболеет и пропустит испытание, тоже покидает отбор. Ещё вам категорически запрещено использовать магию на соревнованиях! Впрочем, кое у кого и магии-то нет.

   Пинрис неодобрительно зыркнул на меня. Ну, прямо хоть вставай, разводи руками и проси прощения за собственное несовершенство. Ага, разбежалась!

   ― Несправедливо, что нам нельзя использовать магию из-за какой-то человечки, – загундела брюнетистая красотка с томными чёрными глазами. Остальные согласно загудели.

   ― Как я сказал, госпожа Сарита, ваш магический потенциал нам не интересен. Так что дело вовсе не в иномирянке.

   Это меня защитили сейчас, что ли? Интересно, что там на улице? Небо на землю не рухнуло?

   ― А Его Светлость к нам присоединится сегодня? – спросила та самая медовая блондинка. Судя по виду девицы, она на это очень рассчитывала. Вон, какую причёску накрутила! Как торт с косичками и розами!

   ― Нет, госпожа Марсия, – с неуловимым почтением ответил распорядитель, и мне это не понравилось, – князь Эйдан сегодня не сможет насладиться обществом столь прекрасных дев, но на каждом испытании он, разумеется, будет присутствовать.

   Принесли десерт. Пирожные, конфеты и сушёные фрукты, но Пинрис ограничился чаем. Вот! А любил бы сладкое, не был бы такой кислятиной! Я не доверяю тем, кто сладкое не любит. Очень подозрительные люди!

   Мы закончили ужин, девицы пытались разузнать про испытание, но Пинрис молчал, временами даже загадочно улыбался, и повторял, что волноваться не о чем. И чем чаще он это говорил, тем сильнее напрягались мои нервы.

   ― Господин Пинрис, а мы можем пользоваться княжеской библиотекой, пока находимся тут? – Ру не забыла своего обещания помочь мне. И хорошо, что она сама спросила, мне бы точно отказали под благовидным предлогом.

   ― Разумеется, княжна, – улыбнулся распорядитель, но тут же недоверчиво скосился на меня, – сады и первый этаж замка в вашем полном распоряжении, когда нет испытаний. Однако после ужина вы все должны быть на своём этаже. Завтрак, обед и ужин строго по времени, в комнату вам могут принести только воду, чай и фрукты. Не пропускайте трапез.

   ― А до завтрака нам разрешено гулять? – уточнила я.

   ― Да, – хмуро вздохнул Пинрис. Дав понять, что его бы воля, и меня бы заперли в тёмном подвале, а ключ выкинули.

   ― А какие-то увеселения будут? – красотка с кудрявыми, как пружинки, светлыми волосами, кокетливо улыбнулась распорядителю.

   ― Отбор это не увеселение, уважаемая Лолла. Тут решаются судьбы, – с этими словами распорядитель отставил кружку с блюдцем, и сказал, что ужин пора заканчивать.

   ― Проклятье! – прошипела я. – Так хотелось уже сегодня начать поиски.

    Ру тронула мою руку:

   ― Не переживай, мы всё успеем. И действительно, день был нервный, вставать рано, надо отдохнуть.

   ― А как вы тут встаёте без часов?

   ― Почему без? Есть у нас сигнальные часы. Ты просто их не заметила. На тумбе у твоей кровати стоит латунная шкатулка, в ней часики и спрятаны, я научу тебя, как сигнал поставить. И с этих пор, Инга, будь очень осторожна. Смотри, что ешь, что надеваешь, куда садишься! Я читала про отборы. Это рассадник интриг, клеветы, подлостей и каверз.

   ― Спасибо, утешила, – усмехнулась я. – Ничего не скажешь, красивая традиция...

   Интересно, что нас завтра ждёт? А главное, как много трав из моего мира растёт тут?.. Иначе будет сложно вспомнить то, чего не знаю.

   3.2

   Мы разошлись по комнатам, но перед этим Ру показала мне, как поставить будильник, и познакомила с местным оазисом санитарии. Туалет и ванна оказались вполне приличные, с водопроводом даже.

   Я приняла ванну, опробовала местную косметику, надеясь, что не покроюсь какой-нибудь сыпью, и юркнула в постель. Вроде и устала, и день был очень тяжёлый, нервный, а сон не шёл. Всякие там «на новом месте приснись жених невесте» просто не имели шанса сработать.

   Да уж… Вспомнила, как пару месяцев назад, на свой день рождения, загадала себе счастливую любовь, и такого жениха, чтобы по сути своей был настоящий принц. Ну, красивенный-здоровенный-благородный, и с мозгами. Сбылась мечта, ничего не скажешь… А ведь королева меня спрашивала же! Хочу ли замуж за принца? Я тогда ещё отмахнулась, подумала, что тётка какую-то фигню мне впарить хочет, типа, купи этот крем, и самый лучший мужик, настоящий принц, твой.

   Кто бы сказал мне тем утром, что побегу на работу, подменить внезапно заболевшую коллегу, а окажусь чёрт знает где… Честное слово, осталась бы дома. Пусть бы в салоне сами с клиентками разбирались! Проявила сознательность на свою голову… Не надо мне такой сбычи мечт, не настолько я и одинока.

   Глянула на «богатства» из родного мира, лежавшие на пуфике. Вантуз, скотч и спицы. Круто, да я невеста с приданым! Жениху несказанно повезёт. Вот у них вантузов-то, поди, нет, можно сказать, диковинка в хозяйстве семейном будет.

   И надо же было брякнуть, что согласна отправиться на отбор, если при мне будут вантуз, катушка узкого скотча и вязальные спицы… Стало интересно, и я выскользнула из постели, взяла упаковку спиц и прочитала надпись. Носочные, пластиковые, эргономичные, номер три. Всё как заказала! Королева меня услышала, требование выполнила, и вот я тут.

   Хорошо ещё, что мне пришёл на ум список покупок, которые хотела сделать после работы, а не простыня, подготовленная для похода за продуктами. А то явилась бы пред ясные очи Бирюзовой Светлости с колбасой, яйцами, молочкой, хлебом и куриным трупиком. Здрассьте! Вы тут голодаете? Тогда мы идём к вам!

   С таких мыслей моя ночь началась, а дальше больше. Я не могла успокоиться, и всё думала о завтрашнем испытании. Девицы не пугали, но ведь для меня тут всё чужое, и без «помощи» соперниц есть море возможностей вылететь с отбора. И что потом? Ну, королева, зараза такая! Могла бы и инструкции дать, объяснить всё нормально. Хотя…

   Стала бы я слушать? Нет. И нечего теперь жаловаться. С другой стороны, можно ли было представить такой поворот судьбы? Тоже нет. А психов кругом полно, каждого слушать, у самой невидимые друзья появятся.

   В общем, на один извечный вопрос ответили. Кто виноват? Королева. Остаётся понять, что делать…

   К утру я всё же задремала, и во сне снова оказалась на знакомом пешеходном переходе у дома. Телефон разбит, в душе клокочет ярость, на работе меня уже ждут, а мир вдруг становится очень ярким, ослепляет сиянием так, что, мои веки на миг сжимаются и…

   Я вскочила на кровати с криком. Перед глазами всё ещё стоял огромный тёмно-бирюзовый дракон, выдыхающий пламя прямо мне в лицо.

***

Поняв, что уснуть больше не смогу, снова сходила в ванную и навела красоту. Выбрала нежное светло-жёлтое платье с рукавами из тончайшей сеточки, кружевами и бусинами, корсет надеть так и не решилась.

   Уже рассвело, до завтрака была пара часов, а после него сразу начнётся испытание. Я прихватила куртку и отправилась в сад, по пути замечая ориентиры, чтобы не заблудиться на обратной дороге.

   Утро выдалось очень тёплое, солнечное и тихое. Птички поют, вокруг никого, красота!

   Княжеские сады мне понравились. Много укромных уголков, беседок, фонтанчиков, и море цветов, наполнявших чистейший воздух изумительными ароматами! Я и дома любила раннее утро, а тут мой внутренний жаворонок голосил от удовольствия.

   Однако вышла-то я не прогулки ради. Надо хоть как-то подготовиться, посмотреть, что тут растёт.

   Я бродила по саду, какие-то растения узнавала, другие нет, но с облегчением поняла, что десятка три точно могу назвать.

   В одном месте, особенно романтичном, полном ярких тюльпанов и цветущих слив, я так замечталась, что не заметила, как свернула на неприметную тропку. Тут сад был более диким, даже таинственным. Дорожка вывела меня к изящной арке с лепниной, возле которой вились цветущие побеги растения, отдалённо напоминавшего наши плетистые розы. Я залюбовалась цветами, закрыла глаза, вдыхая чудесный аромат. Сказка да и только!

   Непонятный звук, похожий на лязг металла, раздавшийся позади, заставил меня вздрогнуть и обернуться и… Я заорала на весь сад! Как говорится, спасибо, что не матом.

   Прямо передо мной стоял... бронетанк! Или броневик, или терминатор средневекового разлива, но точно не человек!

   Высоченный, с плечищами такой ширины, что я могла бы усесться, и ещё бы место осталось... На боку меч, на голове шлем, и тело, закованное в доспехи бирюзового цвета, с разводами, как в лужах от бензина бывают. Весь этот металлолом покрывали узоры из латуни, ну, судя по цвету, а за бронированной спиной чудища струился тяжёлый малиновый плащ с вышивками. Красота, слов нет! Пробрало до печёнок!

   Я ошалела от габаритов и нетривиального наряда мужика, и не сразу поняла, что он тоже рассматривает меня. Серые, ледяные глаза изучали, вглядывались внимательно и подозрительно, но эмоции бронетанка совершенно не поддавались прочтению. На суровом, словно высеченном из камня лице мужчины не отражалось ничего. Может, у этой машины для убийств нет эмоций? Сейчас как даст мне по черепушке гламурным железным кулаком, и кранты. Отпрыгалась невеста.

   Ой, а может, это Пинрис послал его по мою душеньку? А что, нет человечки, целее нервы… Я с опаской принялась отступать назад. Чуть что, сигаю в кусты и удираю, вопя на весь сад, этот броненосец вряд ли силён в беге по зарослям.

   ― Почему ты закричала, девушка? – тишину разрезал низкий командный голос.

   Опа! Оно разговаривает! Оно живое! Я не сдержалась и хихикнула. Представила, как мы смотримся со стороны. Я, с приоткрытым от удивления и ужаса ртом, такая воздушно-романтичная и женственная, и он, нависший надо мной всей своей железной тушей... Бронированный слон и моська в кофточке со стразами и бантиками.

   Всё! Меня понесло. Испуг и потрясение переросли в истеричный смех, я хваталась за живот, щёки трещали, а остановиться не получалось. На лице мужика появился-таки проблеск эмоций. Что-то похожее на шок. Это растерянное выражение настолько не вязалось с доспехами и мощной фигурой, что мой смех перешёл почти в рыдания.

   Ой... Кажется, я обидела бронеслоника! Незнакомец поджал жёсткие, прямые губы, резко развернулся, и пошагал по дорожке, задевая плечами ветви кустов. До меня долетело раздражённое бормотание, но чётко я расслышала только одно слово: ненормальная...

   Ага, сам ты ненормальный! Это не я гуляю в тёплое утро по романтичному саду, изображая свалку цветных металлов.

   Раздался пронзительный звон. Часы, которые я прихватила с собой, возвестили, что пора возвращаться, скоро завтрак, а потом... Пойду смотреть, как толпа ушлых охотниц ловит на живца одного непуганого князя. Как бы к нему Руфинку подтолкнуть?..

ГЛАВА 4

4.1

   На завтрак мы все пришли красивые и взвинченные, а у меня после утренней встречи ещё и щёки болели от смеха. И откуда это чудище взялось в саду, да ещё в такую рань? Впрочем, мне и без терминатора проблем хватало.

   За столом Ру налегала на пирожные, а я гоняла пустой чай и тихонько психовала. Один лишь Пинрис выглядел очень довольным. Ну да, глумится, поди, в душе над нашими страданиями, а потом ещё кого-то и вон выставит. Развлекается мужик по полной!

   Словно подтверждая мои слова, распорядитель поднялся и улыбнулся, как лев, увидевший беззащитных оленят.

   ― Прекрасные девы, настал час первого испытания. Надеюсь, вы готовы…

   Да-да, все готовы, особенно я! Но как раз меня никто и не спрашивал. Нас повели в сад, где уже стоял длинный стол, застеленный скатертью, и огромный гонг.

   ― Уважаемые участницы, – Пинрис вышел вперёд и встал напротив нас, сбившихся в кучку, – сегодняшнее испытание очень простое. Любая хозяйка дома должна уметь заварить чай. Армари славится своими травяными сборами, в том числе целебными. Поэтому я предлагаю каждой из вас собрать чайный букет для нашего князя. Проявите себя и покажите свою домовитость и знания. У вас час времени. И помните, каждая набирает букет сама, а чтобы вы не помогали друг другу, я попрошу слуг повязать вам на запястье зачарованные ленты. Обманщиц мы сразу узнаем, – на этом моменте Пинрис строго зыркнул на меня. Нет, а почему всегда я крайняя? – После удара магического гонга, который слышно во всех уголках сада, – продолжил распорядитель, – я жду вас здесь с букетами. Не задерживайтесь, пожалуйста. Удачи, девы!

   ― А князь? Вы говорили, что он будет на испытании, – обиженно надула губки одна из девиц, а Ру напряглась. Конечно, вот кто точно хочет увидеть жениха. Четыре года ждала девчонка!

   ― Его Светлость обязательно присоединится к нам, когда настанет время судейства.

   Распорядитель кивнул слугам, и направился в беседку, куда заявилась мамаша Светлости с парой служанок. Дама развалилась на подушках, буквально через силу отправила в рот конфету и снисходительно взяла бокал лимонаду. Всем своим видом вдовушка показывала, какое тяжкое бремя она несёт, находясь на отборе, а увидав меня, даже схватилась за сердце.

   Сволочь я всё-таки, довела бедную женщину... С другой стороны, она могла бы быть мне и благодарна! На её сына-то я не претендую в отличие от остальных! Вот никакой логики у некоторых!

   В общем, нас выстроили в шеренгу, и слуги проворно повязали каждой на правую руку шёлковую ленту бирюзового цвета.

   В самом конце очереди оказалась высокая, сбитая, но фигуристая блондинка. Такая кровь с молоком, крупная, но по-своему красивая. Она нетерпеливо притопывала ногой, то и дело недобро поглядывая на слуг и на меня. Тёмро-синий бархатный наряд девушки очень выделялся строгостью и лаконичностью. Скромный вырез, никаких кружев и воланов, только металлический пояс с крупной пряжкой в виде осьминога, массивные серебряные серьги с каплями-жемчужинами, да пара колец.

   В пёстром и воздушном строе участниц великанша выглядела инородно, и явно понимала это. Она то поправляла волосы, заплетённые в причудливые косы, то одергивала рукава платья, то властно подгоняла слуг грудным голосом.

   ― Не переживайте, княжна Хэльга, – Пинрис тоже заметил растущее раздражение девицы, – все успеют собрать букеты.

   ― Княжна? – я ошарашенно переводила взгляд с изящной рыжули на блондинку и обратно, сравнивая двух дочерей княжеских родов. Ну и контраст…

   В этот момент девица прошагала вперёд мимо нас, схватила слугу за шиворот и потребовала себе ленту.

   ― Я сестра князя Олафнира Северного! Я не буду ждать, да ещё стоять в очереди после вонючей человечки! – она махнула рукой, и меня чуть порывом ветра не унесло.

   Слуга испуганно глянул на распорядителя, и тот устало кивнул, мол, шут с ней, завязывай. Кокетливый бантик на ручище княжны выглядел нелепо, но блондинка довольно улыбнулась, и от этого хищного оскала даже мне поплохело. Стало вдруг так жалко Бирюзовую Светлость! Это ж вдруг такое в жёны достанется? Оно же задавит… авторитетом.

   ― Если она победит, я сама заварю Эйдану ядовитый чай. Это будет гуманнее, – мрачно проворчала Руфи, а я захихикала. Нежное кремовое платье и воздушная причёска девушки никак не вязались с кровожадным выражением милого личика.

   Наконец, и мы получили ленты и направились в сады. Ру пожелала мне удачи, сетуя, что не успела показать местные травы, и пошла по другой тропинке, а то мало ли, как работает эта хитрая лента!

   Я вспомнила, где видела мяту, потом нашла мелиссу и эстрагон. Отлично! Задание выполнила, чай будет вкусный. И тут наткнулась на знакомый кустик. Смородина! Сорвала листочек и сразу ощутила изумительный запах. Чёрная, она очень хороша в чае! Отломила пару молодых веточек и довольная пошла к замку. Ну, теперь я точно готова!

   Гонг оглушил раскатом как раз, когда я обогнула фонтанчик и направилась к столу. Руфина уже была там, и перед ней лежали аккуратно рассортированные травки. Я встала рядом, скромно положила свою добычу, и твердила сама себе, что справилась хорошо. Пробуя мой чай, ни один князь не пострадает.

   Ру мельком глянула на мой букет и одобрительно улыбнулась, кажется, она подумала примерно так же. Её Эйдану я не наврежу. Зато Пинрис не поленился, оторвался от томной княгини, подошёл, и подозрительно рассматривал мои травки.

   ― Не маловато ли на чай?

   ― В самый раз! – уверенно отрапортовала я и широко улыбнулась. Пусть побесится немного, а то что-то он слишком самодовольный.

   Остальные участницы медленно подтягивались. Богатырша пришла одной из последних, подошла к Руфи, оттащила за рукав кудрявую девушку-блондинку, кажется Лоллу, и встала на её место.

   ― Княжеские дочери должны держаться вместе. И вообще, нам могли бы и кресла принести.

   Руфи покраснела, как помидор, но ответить не успела. Нам явилось солнце!

   4.2

   Его Бирюзовая Светлость был свеж, бодр и элегантен. Впрочем, почти чёрные волосы, чёрный камзол и брюки… Это скорее Тёмность, а не Светлость, ну да ладно, что есть, с тем и работаем. Я услышала, как Руфинка порывисто втянула воздух. Одного взгляда на неё хватило, чтобы испугаться. Девушка побледнела, вцепилась в край стола и, кажется, готова была лишиться чувств.

   ― Рухнешь в обморок, – шепнула я рыжику, – и отбор проиграешь, а тут вон какая княжнища рядом. Пожалей своего князя, спасать надо мужика.

   Ру прыснула со смеху, но тут же покраснела до корней волос и опустила глаза. Зато князь посмотрел прямо на неё, и не мельком, а хорошо так посмотрел. Заметил наконец-то! Я невольно подумала, что стоит податься в свахи, как домой вернусь. Вон как здорово у меня выходит! Первый же день, и уже очко в нашу пользу.

   ― Доброе утро, благородные девы! Счастлив видеть вас в своём замке. Вы оказали мне честь, решив участвовать в этом отборе невест!

   Светлость чуть склонил голову, но в глазах я отчётливо видела смешинки. Вот ведь хитрован. Счастлив он, ага! Потешается над дурёхами, но как убедительно говорит! Со всех стороны охи-вздохи летят. Хотя, что он врёт, что невестушки искренностью не блещут, ну, кроме одной.

   Эйдан обвёл взглядом взволнованных, кокетливо хлопающих ресницами девиц, снова на миг задержался на Ру и посмотрел на меня. Как я пытаюсь сдержать смех, не заметил бы только слепой в темноте, и уголок княжеского рта тоже чуть дёрнулся. А у нас с Бирюзовым неплохое взаимопонимание! Это хорошо. Когда вылечу с отбора, может, Светлость поспособствует моему возвращению домой? Ну, по-приятельски.

   Я внимательно следила за мужчиной, пока Руфина боялась глаза поднять, и князь снова бросил на рыжулю заинтересованный взгляд. Супер! Дело движется!

   ― Ну, девы, – в игру вступил Пинрис, – давайте посмотрим, что же вы приготовили для жениха.

   При этих словах Эйдан нервно дёрнул бровью. Бедолага… Это он чай, наверное, не любит. Издевательство какое. Интересно, а местные законы предусматривают наказание за жестокое обращение с князьями? А что, звери-то редкие... Капелька ехидства немного успокоила мои нервы. Хотя, несмотря на браваду, меня мелко колотило от волнения.

   Ру встала почти у края стола, так что я оказалась второй в очереди на осмотр добычи. Ладно, буду считать, что это как на экзамене, если не знаешь ничего, иди первой и улыбайся шире.

   Девушка справа от меня жеманно заламывала ручки, томно вздыхала и поглядывала на князя почти призывно. Платье с глубоким декольте как бы подтверждало серьёзность этих призывов.

   ― Итак, госпожа Розамунда из Акароса, расскажите нам, пожалуйста, какие травы вы выбрали для чая Его Светлости и почему? – Пинрис поощрил девушку улыбкой.

   ― Ох, я так волнуюсь… Даже не знаю, что сказать, – наигранно захихикала красотка. – Ну, это точно полезный чайный сбор, он принесёт пользу здоровью. Здесь радва, мелисса, цветы ганоры, вишнёвый лист. Это всё очень полезно, я точно знаю.

   Было ясно, что больше она ничем не разродится, поэтому распорядитель глянул на князя, и тот кивнул Розамунде.

   ― Благодарю вас, ответ принят.

   Ответ? Это был мой ответ! Поганка украла мою чайную презентацию! И что теперь мне говорить, когда классное и весомое слово «полезный» уже прозвучало в трёх вариантах?

   Наш седой предводитель тоже кивнул девице и шагнул ко мне.

   ― Ну, что же приготовила иномирная гостья Инга? Как я вижу, какие-то травы вы знаете, что странно. Или просто собирали наугад? Это было бы очень опасно, так можно и убить человека, – Пинрис нарочно пытался меня смутить, но, видя, что я не реагирую, задался новым вопросом. – А может, вам помогли? Покажите-ка ленту, – потребовал он вдруг таким тоном, что мне стало противно.

   Вот так же охранники в магазинах требуют показать сумку, когда выходишь, и антикражные ворота пищат.

   Девицы зашушукались, поддерживая распорядителя. Кое-кто злорадно хихикал.

   ― Да, люди же могут только мухлевать, правда? – остатки позитива испарились. Я не просила к себе галантного отношения, но вот так-то зачем?

   ― Не забывайся, – еле слышно процедил Пинрис и, схватив меня за руку, сдвинул кружевной манжет.

   Дальше он развязал ленту и внимательнейшим образом осмотрел кожу под ней. Даже князь с досадой поджал губы, а меня прямо трясло от ярости. Как же унизительно!

   ― Лупу возьмите, – сладко пропела я.

   ― Что? – распорядитель на секунду оторвался от созерцания.

   ― Лупу, говорю, надо! – прокричала я чуть наклонившись через стол, словно говорила с глухим.

   Мужчины отшатнулись.

   ― Зачем мне лупа, и почему вы орёте? – взорвался Пинрис.

   ― Думаю, наша гостья намекает, что проверка затянулась, – вмешался князь и строго глянул на седого сморчка. – Довольно. Давайте послушаем ответ.

   ― Конечно, Ваша Светлость, – распорядитель состроил оскорблённую рожу и возвестил: – Следов обмана не обнаружено. Рассказывайте о своём сборе, – при этом он переглянулся с княгиней, и я поняла, откуда гнилью пахнуло.

   Отвечать не хотелось вообще. Было жгучее желание послать всё к чертям собачьим, но Руфи в знак поддержки тихонько тронула мою руку, лежавшую на столе.

   ― Мой сбор точно никого не отравит, – выдавила я и умолкла.

   Пинрис презрительно скривился.

   ― Если это всё, что вы можете сказать, то вероятно, такой ответ нас не устроит и…

   ― Это не всё! – нежный голосок Руфины перебил распорядителя. – Она просто переволновалась, сейчас Инга вам ответит.

   Князь удивлённо глянул на рыжулю и чуть улыбнулся. Ну, нет худа без добра. Моя девочка набирает очки! Тем временем Ру прямо стиснула мою руку, мол, не дури.

   А действительно! Не доставлю я вам, Пинрис, удовольствия, вышвырнуть меня с отбора.

   ― Переволновалась, да. Обычно меня в махинациях не обвиняют, да ещё прилюдно, и без последующих извинений, – я в упор смотрела на распорядителя, и понимала, что на лице у меня написана жажда крови. – Листья смородины, – я сунула в нос седому нежный побег, – укрепляют здоровье и полезны для сердца.

   Ру чуть дернула меня за подол, призывая сбавить агрессию, но это не сработало. Я долго могу сдерживаться, но если взорвалась, всё. Несите огнетушитель.

   ― Мята перечная, – очередная ветка ткнулась в нос Пинриса, мужик еле успел увернуться, – успокаивает, а у Его Светлости жизнь нервная, как я погляжу, беречь себя надо. Ещё тут у меня мелисса, которая улучшает пищеварение и эстрагон…

   Я схватила самую длинную веточку, но на этот раз распорядитель шустро отскочил назад и кашлянул, поправляя галстук.

   ― Эта травка помогает сохранить молодость, а ещё поддерживает мужскую потенцию, что важно. Наследника-то пока нет, и молодая жена вот-вот появится.

   На этом месте уже князь чуть закашлялся, девицы, насколько мне их было видно, покраснели, а княгиня рухнула на свои подушки в полуобмороке.

   ― В общем, – резюмировала я, – от моего чая Его Светлость будет здоров всесторонне. О, самое важное забыла! Эстрагон ещё отлично помогает от глистов! Сами знаете, лето, немытые овощи-фрукты и прочее…

   Пинрис пошёл красными пятнами, а красивое лицо князя как-то подозрительно дёрнулось несколько раз. То ли он смех сдерживает, то ли тик напал. Нет, тут точно без мяты никак, нервы-то с этим отбором ни к чёрту.

   Над шеренгой дев прошелестели едва ли не стоны, нежные создания явно подумывали массово лишиться чувств. Зато распорядитель быстро принял мой ответ, лишних вопросов не возникло. Я выдохнула.

   Настала очередь Руфинки, и тут ошалели абсолютно все! Мало того, что такого количества трав не было больше ни у кого, она ещё выдала строгие пропорции для чайного сбора, подробно описала, как лучше его заварить, и какой эффект будет от применения! Вот это я понимаю, хозяйка и будущая заботливая жена!

   Тёмная Светлость сердце и прочие потроха не предложил, но протянул девушке руку, и галантно приложился к её чуть дрожащей ручке.

   ― Изумительный сбор, княжна Руфина. Уже предвкушаю, как мне понравится этот чай.

   ― Очень надеюсь, – смутилась рыжуля, но руку отнять не спешила, а князь не торопился её отпустить.

   ― Я не ожидал вас увидеть, но очень рад встрече. Как вам у нас нравится?

   ― Спасибо, Ваша Светлость. Армари очень красивое княжество, и замок прекрасный, а сады просто великолепные, мне тут всё по душе.

   ― Не скучаете по морю? Илюзин говорил, вы его обожаете.

   Ру удивлённо вскинула глаза. Ох, не о море и брате она в этот момент думала…

   ― Обожаю, правда. Но Сапфиор отсюда не далеко.

   Умница, девочка! Вот как надо намёки делать, а не груди из декольте вываливать.

   ― Не далеко... – князь ещё на пару секунд задержал задумчивый взгляд на её лице, но потом будто опомнился, и отпустил руку девушки. – Простите за вчерашнее недоразумение, – тихо проговорил он, очевидно имея в виду письмо.

   ― Всё хорошо, – Руфи глянула ему в глаза и тепло улыбнулась.

   По шеренге дев прошло волнение, я кожей чувствовала недовольство серпентария, но ощущала и радость, волнами расходившуюся от Руфинки. Нет, Эйдан будет дураком, если не женится на ней!

   Князь улыбнулся в ответ, чуть поклонился, и Пинрис, топтавшийся с недовольным лицом, потащил его дальше, к нашей крупной соседке.

   ― Что я вам рассказывать должна? – возмутилась северянка в ответ на просьбу распорядителя. – Это травы для чая. Всё. Зовите слуг, пусть заваривают и потчуют князя. Глупое какое-то испытание. Княжеская жена должна не травки собирать, а дом в железных руках держать, следить, чтобы прислуга не воровала и не ленилась… Ну? Кто чай заварит?

   ― Князь Эйдан непременно попробует ваш чай, княжна. Но может, вы хоть назовёте травы, которые принесли, – сдержанно улыбнулся Пинрис.

   Девица с недовольным видом назвала пару трав, и взяла третью.

   ― Это ловирка, а тут... – она потянулась за четвертой веточкой, но Ру перехватила её руку, и отобрала травку.

   ― Это не ловирка, а сатус. Видите, нижняя сторона листочков пушистая, а не гладкая. Это ядовитое растение!

   ― Ты это в чём меня обвиняешь? – взревела Хэльга, и нависла над рыжиком. – Я травы знаю!

   ― Любой может ошибиться, – попыталась урезонить Ру, но блондинка шагнула к ней, заставив вжаться в стол.

   ― Я не ошибаюсь! – взревела блондинка, схватила за грудки Пинриса и притянула к себе: – Она врёт, чтобы соперницу убрать.

   ― Не вру, – твёрдо стояла на своём Руфи, снизу вверх глядя на северянку, – эту траву нельзя в чай. Она ядовитая, смертельно опасная! Сатус похож на ловирку, ошибиться легко, и я вас ни в чём не обвиняю. Но не позволю это заварить. Вы отравите князя Эйдана!

   Ого, сколько решимости, сколько огня! Я поняла, как Ру отважилась прилететь на отбор. Под нежной внешностью скрывается океан смелости.

   Светлость подошёл к столу, взял предмет спора и рассмотрел поближе.

   ― Боюсь, что княжна Руфина права. Это действительно сатус. Мы выращиваем его для целебной растирки, которая отлично помогает при простуде, но чай из этой травы не готовят.

   ― Да вы просто спелись с этой рыжей! – завопила Хэльга. Вот это я понимаю, вера в свою правоту!

   ― Княжна Игринорская, – Пинрис отступил подальше от великанши и прокашлялся, одёргивая камзол, – мы благодарим вас за участие, но вы не прошли испытание. Отбор для вас окончен. Разумеется, мы будем рады, если вы отобедаете с нами. Если вам нужно сопровождение для полёта домой, это так же можно устроить и…

   ― Себе подачки оставьте! – Хельга изорвала на мелкие кусочки свои травки и швырнула на землю, а потом заявила, глянув на князя: – Я хотела жить в спокойном, цивилизованном княжестве, а вы, оказывается, не жену, а служанку ищете. Чтобы травки собирала, да чаи заваривала. Может мы и варвары, но у нас княгиня руки не марает, она повелевает! Так что даром не нужен мне ваш отбор. Лучше полечу в Редакрард. У тамошнего князя в отборе мои подруги участвуют, хоть развлекусь.

   ― Жаль, что мы вас так разочаровали, княжна Хэльга, но надеюсь, ваши чаяния сбудутся, – князь был спокоен и вежлив. Умеет держать лицо, молодец! – Всего наилучшего. Ещё раз благодарю за оказанную честь.

   Хэльга ушла, не попрощавшись, а Светлость повернулся к оставшимся девушкам и улыбнулся.

   ― Милые дамы, прошу прощения за этот небольшой сумбур. И раз уж благодаря княжне Сапфиорской я избежал смерти и пока поживу, – тут он поклонился и улыбнулся Руфине, – мне нужно выбрать невесту. Давайте продолжим.

ГЛАВА 5

5.1

   После ухода Хэльги ничего примечательного не случилось, никто из девиц больше не вылетел, а князь выбрал пять сборов на дегустацию. Слуги забрали травы, выслушали рекомендации по завариванию, но Руфинке принесли бумагу и попросили записать инструкцию полностью. Запомнить это было нереально.

   Настало время обеда, и мы с рыжиком планировали щедро вознаградить себя сладостями за утреннюю нервотрёпку.

   ― Ему понравилось, Инга! Он будет пить мой чай! – и по дороге в столовую, и за столом Руфи буквально сияла. – И ты слышала, что он сказал? Они с братом говорили обо мне! Я чуть с ума не сошла! Надо написать Илюзину, узнать, о чём речь шла. Эйдан сам мною интересовался, или разговор зашёл случайно? Ну, братец! Мог бы и рассказать...

   ― Может, он заметил твои чувства и не хотел подогревать их? Думаю, брат тебя оберегает.

   ― Наверное... Инга, у Эйдана такая приятная рука! – рыжуля мечтательно улыбнулась. – Тёплая, сухая и нежная. В смысле, не как женская, а от неё исходит нежность. И какой он красивый! Даже красивее, чем я помнила, – тараторила Ру, неспособная думать о чём-то другом.

   Н-да. Я хоть и подсчитывала, сколько раз князь на неё посмотрел, но решила этим не делиться. Светлость, конечно, выделил Руфину, но вдруг дело в письме её брата? Может, это лишь галантность и забота, не более? Не хотелось мне излишне обнадёживать подругу. Не то чтобы я не верила в её победу, но в жизни всякое бывает. Если Илюзин действовал из таких же соображений, то был прав. Ошибиться в чувствах другого очень легко.

   ― Ой, а ведь он и твой сбор выбрал! – встрепенулась Руфи, отрывая меня от размышлений.

   ― Ага, – усмехнулась я, – наверное, как самый безобидный. Кстати, спасибо, что не дала наломать дров. Я чуть не послала Пинриса в зад... Прости, – спохватилась, заметив, как Руфи вспыхнула, – в общем, ты меня спасла. И князя тоже. Ты героиня дня!

   ― Если мы не поможем друг другу, кто нам поможет? – подруга пожала плечами, отказываясь от лавров, и положила себе порцию овощей. – Вообще, Пинрис повёл себя мерзко. Эйдан это тоже заметил и был сердит.

   ― Да, и он остановил этого гада. Знаешь, мне кажется, Светлость хороший человек. И он не ведёт себя как заноза в жо... Прости.

   ― Он самый лучший! – восторженно улыбнулась Ру, не заметив моего промаха. – Я это сразу поняла, как увидела.

   ― По красоте поняла, да? – я чуть толкнула подругу локтем и та, поймав мой смеющийся взгляд, тоже хихикнула.

   ― Именно так!

   ― Я одного не понимаю… Вот хорошо, что ты заметила ядовитую траву, а если бы нет? Вдруг князь бы выпил этот чай и того… умер.

   Руфи хлопнула меня по руке и рассердилась.

   ― Не говори так! Это страшно. И потом, я думаю, князь видел, что за траву притащила эта дура. Он очень внимательно смотрел на столы. Наверняка, и на кухне слуги всё перепроверят ещё раз. Может даже магией.

   ― Слушай, вот это меня удивляет. Я думала, прислуживают только люди, а тут драконы…

   ― Арум страна драконов, но благосостояние у всех разное, так что... А людей тут очень мало.

   ― И они на самых жутких работах, да?

   Ру кивнула и отвела глаза.

   ― А как люди сюда попали? Почему драконы их тогда не выселят, если так плохо относятся?

   ― Ну, в людских королевствах не благополучно, и всегда так было. Люди не хотят туда ехать. Да и не у всех такая уж плохая жизнь. И драконы тоже относятся по-разному. Ты же сама видишь. По крайней мере, у нас нет войны…

   ― А в людских королевствах есть?

   ― Постоянно. Они вечно что-то не поделят. И на нас нападают, пытаются прорваться в Арум через ущелье в Хрустальных горах. Недалеко отсюда, кстати. Пока драконья армия их сдерживает, но за горами не только люди. Там и эльфы, и орки, и маги. Если они все когда-то сумеют договориться, нашей жизни может прийти конец. Драконы живут долго, но мы не бессмертные, даже самых сильных можно убить.

   Пинрис постучал ножом по бокалу, как обычно, и прервал наш печальный разговор. Распорядитель, демонстративно меня не замечавший после испытания, обвёл всех взглядом и улыбнулся.

   ― Прекрасные девы, ещё раз поздравляю вас с первым успехом. Но думаю, вам любопытно будет узнать, чей же сбор понравился Его Светлости больше всего. Поэтому, сегодня вечером князь присоединится к нам за ужином и расскажет об этом. Будет небольшой праздник с угощением, музыкой и танцами. Конечно, потанцевать с Его Светлостью удастся не всем. Слишком много красавиц на одного партнёра, но кому-то повезёт.

   Седовласый бросил эту сахарную косточку и насмешливо наблюдал за поднявшейся суматохой.

   ― Не пойму, что он за человек, – пробормотала я. – В какой-то момент кажется, что неплохой, а иногда... Убила бы.

   ― Зато ты утёрла ему нос, – подмигнула Ру. – Помнишь его лицо, когда Эйдан сказал, что попробует твой сбор? Месть свершилась!

   Руфина пребывала в отличном настроении. Ещё бы! Скоро она увидит своего Бирюзового. А я... Конечно, отлично, что прошла испытание, но к возвращению домой меня это не приблизило.

   ― Знаешь, я пойду в библиотеку. Раз нам можно туда только до ужина, не хочу тратить время.

   ― Тебе совсем у нас не нравится, – вздохнула Ру, глянув на мою кислую физиономию. – Инга, а если нет способа вернуться? Может, стоит присмотреться к нашему миру?

   ― Это трудно, учитывая, что мы заперты в замке. Но в любом случае, мне тут не место. Нет, и замок, и сады прекрасные, но...

   ― У тебя остался дома любимый? – осенило Руфину, и мне пришлось признаться в постыдном отсутствии личной жизни.

   ― Нет. Когда отец бросил нас, мама нашла нового мужа, но мне в их семье места не было. Я кое-как дождалась окончания школы и училища, и сбежала. Много работала, чтобы купить собственное жильё, мыкалась по съёмным комнатам. Было не до любви. Конечно в старших классах я встречалась с парнем, но ему от меня требовалась лишь помощь с учёбой. Как оказалось. На выпускном вечере этот урод целовался с моей подругой. Это больно, так ошибиться в человеке и его отношении... А недавно у меня случился ещё один поклонник. Он к нам в салон красоты свою бабушку приводил на стрижку. Мне это казалось таким милым. Думала, надо же, и симпатичный, и заботливый. Мы встретились пару раз, всё было неплохо, но... На третьем свидании выяснилось, что ему интересна не я, а моя жилплощадь и заработок. Он всё выспрашивал и выспрашивал… Больше мы не встречались.

   ― Да уж, романтика… – вздохнула Ру.

   ― Как видишь, с любовью у меня плохо.

   ― Инга, если в вашем мире такие отвратительные мужчины, почему ты хочешь вернуться? Почему даже не пытаешься заполучить Эйдана и ту жизнь, которую он может дать? Ведь большинство девушек тут вовсе не ради любви… А князь Армари тебе нравится, и ты считаешь его неплохим человеком, – в голосе Ру появилась какая-то неуверенность, а меня обуяла досада. Ну только не ревность, а!

   ― Во-первых, дома никто не смотрит на меня, как на мерзкого слизняка, а во-вторых, там всё родное, знакомое. А князь… Знаешь, так бывает. Смотришь на человека, понимаешь, что он и красив, и хорош, а сердце не трепещет. Понимаешь? И ещё, я боюсь. Вдруг Пинрис прав, и меня казнят или вышвырнут на улицу на произвол судьбы, когда вылечу с отбора?

   ― На улице ты точно не окажешься, – Ру даже обиделась, – неужели думаешь, я это допущу? Да и казнь маловероятна. Тебя притащили сюда силой, заставили участвовать в отборе, и ты же ещё виновата? Нет у нас таких жутких законов.

   ― Тогда почему Пинрис так сказал? Почему вы все не знаете, что со мной будет?

   ― Потому что отборы давно не проводились. Люди забыли…

   Мы дошли до библиотеки, следуя объяснениям слуги, вошли и охнули.

   Несколько стеллажей. Не под потолок, но всё же. Нам с Руфинкой стремянка точно понадобится. А главное, как найти нужное?

   ― Был бы здесь брат... – вздохнула Ру. – Он много всего знает.

   ― Ну, раз его нет, и помочь нам некому, предлагаю начать с законов, всего, что касается отборов и путешествий между мирами. Я беру один стеллаж и ищу, ты следующий. Если хочешь, конечно, – я чувствовала себя неловко из-за того, что навязалась Руфи со своими проблемами и нытьём. – А то, может, иди, наведи красоту перед ужином?

   ― Я плохо выгляжу? Ой... Бледная, да? Это всё от утреннего волнения! – Ру всполошилась и принялась щипать себя за щёки и покусывать губы, добавляя красок.

   ― Успокойся, всё прекрасно! – я закатила глаза и усмехнулась. – Просто у нас девчонки перед встречей с парнем прихорашиваются. И обычно, это занимает много времени.

   ― А, понятно, – Руфинка выдохнула с облегчением, но поправила на всякий случай ещё и волосы. – Знаешь, нам обеим надо переодеться перед ужином, так что времени мало. Давай-ка начнём.

   Мы проработали несколько часов, но ничего не нашли. Библиотека была забита травниками, книгами о скотоводстве, о магии, о путешествиях и природе Арума, были и какие-то художественные книги… Что угодно, кроме нужного!

   ― Нам пора, – Руфи отряхнула пыль с ладоней, не скрывая нетерпения, но заметила мой тяжкий вздох. – Не расстраивайся, Инга! Мы продолжим поиск.

   ― А если ты права, и нет способа вернуться?

   Мой позитив трещал по швам. Не знаю, с чего я решила, что ответы найдутся быстро, но теперь затея казалась пустой тратой времени.

   ― Даже если и так, в Аруме тоже люди живут. Всё не так страшно. Нет, ну, то есть страшно, конечно. Но...

   ― Ты знаешь, как они здесь живут, – перебила я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Стало так жалко себя! Почему со мной вечно случаются пакости?

   Между тем библиотечные часы пробили половину седьмого.

   ― Ру, ты иди, а то не успеешь принарядиться, – у меня не было желания тащиться на ужин, улыбаться, и делать вид, что моя жизнь не летит в долбаную пропасть.

   ― Но и тебе надо переодеться. Мы вернёмся сюда завтра и…

   ― Я ещё задержусь, – перебила подругу и пошла вдоль стеллажей. – Думаю, всем абсолютно наплевать, как будет выглядеть человечка.

   Руфи поняла, что мне надо побыть одной, вздохнула и ушла, сказав только, что зайдет за мной в пятнадцать минут восьмого.

   Я порылась на полках ещё немного, но больше из чистого упрямства. На самом деле не могла даже просто сосредоточиться. По несколько раз перечитывала названия, и всё равно не улавливала сути. В голове крутилось одно: а вдруг не получится вернуться?

   Выйдя из библиотеки, я заметила в конце длинного, довольно тёмного коридора князя. Ру говорила, что там его кабинет, где они с Пинрисом разговаривали о письме.

   Мужчина шёл уверенно, и я бы сказала, напористо. Интересно, что это тёмная Светлость так спешит? Хотя, он был не в чёрном на этот раз. Тоже приоделся для ужина. Не знаю почему, но я остановилась, глядя на удаляющуюся спину. Нет, что у Эйдана отличная фигура, подтянутая и мужественная, я, конечно, сразу заметила, но... Какие плечи! И как это от меня ускользнуло? Наверное, всё дело в правильном пиджаке, то есть, камзоле. Н-да, не будь тут Руфи, можно было бы и побороться за сердце князя, даже несмотря на его мамашу. Какие плечи, а!..

***

― Хорошо, что ты всё же переоделась, – мы с Руфинкой не торопясь шли к малому залу для приёмов, и девушка то и дело оглядывала себя и что-то поправляла. – Нельзя позволять обстоятельствам сломить себя.

   ― Просто не хотелось, чтобы ты за меня краснела, – хмыкнула я. – И успокойся уже. Отлично выглядишь!

   ― Я так волнуюсь…

   ― Ну, всё понятно. Рыбак рыбака видит издалека. Ты комок нервов, и я такая же, вот мы друг к дружке и притянулись. Вдвоём-то психовать куда веселее! С огоньком, с искоркой!

   Мы переглянулись, дружно хмыкнув, повернули за угол и… Врезались в толпу конкуренток. Зал был закрыт, часы пробили половину девятого, в Пинриса не было.

   ― Всё, – я наклонилась к подруге, – кормёжка отменяется. Корм не завезли.

   Ру хихикнула, но кое у кого оказались большие уши.

   ― Это у тебя, человечка, корм! – прошипела высокая брюнетка, выражением лица напоминавшая офигевшую индюшку. И видимо, редкий подвид индюшки, ушастый.

   ― Ну, едим-то мы с одного стола, – усмехнулась я.

   ― Что оскорбительно и недопустимо, – скривилась девица. – Твоё место с прислугой. В лучшем случае.

   ― Если ты оскорблена, Катарина, – Ру встала между нами, – то всегда можешь улететь домой, в родной Сантар. Морских коньков выращивать. А вот Инге повезло меньше. Её желания, оказаться тут, никто не спрашивал, и домой она вернуться не может.

   Вместо ответа девица поджала губы и отошла. Да, с княжной не поговоришь, как с человечкой…

   ― Добрый вечер, прекрасные гостьи, – голос Светлости заставил всех разом повернуться.

   Девицы, без присмотра Пинриса, осмелели и кинулись к вожделенному жениху. Руфи отступила, чтобы кобылы её не снесли, а когда и я попыталась отойти, брюнетка зло усмехнулась, толкнула меня и подставила ножку…

   5.2

   Я вскрикнула! Полёт, удар и встряска! Чуть мозги через ноздри не вытекли… Лишь несколько сантиметров не хватило, чтобы нос врезался в пол, как гвоздь в доску. Мне было дурно, но что плечами и грудью я лежу на крепкой мужской руке, сообразить удалось. Кто-то поймал меня!

   Пошевелилась, хотя в голове ещё звенело. Надо же так плашмя полететь, проклятые юбки и корсет! Я в этом всём чувствовала себя жутко неуклюжей. Хотя, правды ради, стоит признать, что уклюжесть не моё второе имя.

   Уверенная мужская рука обхватила мою талию. Бац! И я уже стою, пошатываясь, посреди притихшей толпы. При Светлом князе девицы вели себя примерно, некоторые даже отчаянно изображали сострадание, хотя мне в любом случае было не до них. Перед глазами всё плыло, сердце никак не успокаивалось, но я, как сумела, навела резкость, посмотрела на спасителя и...

   ― Бронеслоник? – я обалдело хлопала ресницами, однако сомнений не было. В элегантном сером камзоле передо мной стоял утренний любитель металла.

   ― Кто?..

   Знакомые серые глаза, смотревшие настороженно, даже с тревогой, стали на миг растерянными, а потом холодными, как сталь в мороз.

   Мужчина отпустил меня и отступил на шаг. Ох, я узнала эти плечи! Не по княжеской спине в коридоре мои слюнки-то текли!

   ― У девицы шок, – плечистый повернулся к князю. – Бредит. От испуга, вероятно.

   Ко мне пробилась Руфи и обняла за талию, встревоженно заглянув в лицо.

   ― Как ты? Тебе стало плохо или кто-то толкнул?

   ― Нормально, кажется... Да, толкнули, вроде. Суматоха была...

   Не хотелось выглядеть ябедой, но и выставлять себя неуклюжей кошёлкой было обидно. Я точно знала, что упала не сама, и кто виноват в этом, знала.

   ― Если ты сама на ногах не стоишь, так нечего придумывать оправдания! – ушастая индюшка откровенно насмехалась. – Или докажи, что тебя толкнули, или не выдумывай, – девица в один момент сменила «лицо» с надменного на почтительное и повернулась к князю. – Ваша Светлость, пожалуйста, – она присела в реверансе, успев нацепить маску оскорблённой добродетели, – заступитесь за нас. Иномирянка обвиняет в рукоприкладстве и злом умысле дев из благородных семейств Арума. Это чудовищная несправедливость. Неужели вы заставите нас терпеть такое от человечки?

   Индюшка даже слезу пустила, показывая, что ранена в самое сердце. Вот я крыса, а! Ни стыда, ни совести! Довела девку до слёз…

   Эйдан стиснул зубы, соображая, как выпутаться из щекотливой ситуации. Надо было и успокоить негодующих девиц, и не обидеть посланницу королевы. Вот где этот Пинрис, когда он нужен? Я глянула на князя, и стало жалко мужика. Только вошёл, ничего не сделал, как в том кино…

   Ох, погубит меня доброта. Ладно, князюшка, не буду скандалить, спасу тебя ради Руфинки. И попробуй на ней не женись потом!

   ― Ваша Светлость, – на реверанс не решилась, но поклон изобразила, – я никого не обвиняю. Хочу лишь сказать, что почувствовала толчок, а потом за что-то запнулась. Это могло выйти и случайно.

   ― Ну, конечно, теперь она отнекивается. Но мы все слышали обвинение! – серпентарий солидарно закивал в такт слов индюшки-предводительницы. – А господин Пинрис говорил, что девица, злоумышляющая против другой участницы, будет выдворена с отбора. Человечка оговорила нас. Это злой умысел.

   Ишь, как вывернула, стерва! Но на моё счастье князь уже собрался с мыслями и улыбнулся драконицам.

   ― Милые дамы, не забывайте, я тоже слышал слова иномирянки. Не вижу в них никакого умысла, тем более, после того, как она объяснилась. Инга едва не упала, и пребывает в состоянии потрясения. Хорошо ещё, что обошлось без травм, – Эйдан посмотрел на меня с теплотой, понял, значит, что за ним должок. – Поэтому давайте забудем о случившемся и проведём приятный вечер. Я хочу представить вам моего кузена Горриана Армара Бирюзового, командира бирюзового Крыла. Он прилетел этим утром из ущелья, и в любой момент может вернуться на службу. Так давайте устроим нашему герою такой вечер, чтобы он хоть на время забыл о тяготах военной жизни и битвах.

   Плечистый чуть поклонился, на каменном лице ни один мускул не дрогнул, зато девицы затрепетали ресницами и расцвели плотоядными улыбками. Ммм… Свежее мяско подвезли! Если с князем не выгорит, так и кузен сойдёт.

   ― Спасибо, что спасли меня, – я была искренне благодарна великану, который даже без своего металлолома на полголовы возвышался над князем, хотя тот тоже был за метр восемьдесят ростом.

   Ледяные глаза едва скользнули по моему лицу. Легкий кивок, ни единого слова, и кузен Светлости просто отвернулся и ушёл в зал.

   Благодарности во мне резко поубавилось.

   В зал мы с Руфи вошли последними, места заняли где-то в конце длинного стола. Князь восседал в центре, справа от него сидел кузен, стул слева пустовал. Где же Пинрис?

   ― Что такое командир Крыла? – не хотелось признаваться, но холодность мужика меня задела. Надо разузнать, что он за птица и откуда столько высокомерия.

   ― В каждом княжестве есть своё войско или Крыло. Большая часть солдат находится в ущелье вместе с командиром, оставшиеся охраняют границы княжества.

   ― Военный, значит… – пробормотала я, – старый солдат, не знающий слов любви…

   ― Что? – не поняла Руфи.

   ― Не обращай внимания, мысли вслух. Голова ещё кружится.

   Это было почти правдой, голова, казалось, тонну стала весить. Надеюсь, Светлость не решит со мной сплясать? Впрочем, я и дома с танцами не дружила, так что, если дороги ему ноги, пусть даже не пытается. Я могу разве что цыганочку с выходом из кладовки изобразить, и то, если по пути в юбках не запутаюсь, а уж всякие там вальсы-шмальсы не про меня.

   Ужин прошёл нудно. Драконицы что-то обсуждали с князем, даже те, кто сидел далековато, старались вставить свои пять копеек, а Руфи молчала и смотрела в тарелку.

   ― Прости, – я тронула девушку за руку. – Это моя вина. Если бы ты со мной не нянчилась, сидела бы сейчас с Эйданом.

   ― Глупости. Чтобы сидеть с ним рядом, мне пришлось бы работать локтями и расшвыривать остальных. Видела, какая давка была в дверях? Я пока самоуважение не потеряла. Если он сам не разглядит меня, кидаться на шею не стану.

   Руфи явно дулась на князя. Конечно! Он рядом стоял, когда в зал пошли, предложил бы ей руку, и они бы сидели недалеко друг от друга. А он просто повернулся и ушёл. Нормально?

   ― Дорогие гостьи, – Светлость заговорил чуть громче, чтобы все слышали, – как вы помните, я отобрал утром несколько чайных сборов на дегустацию. Так вот, имею вам сообщить, что попробовал их, и они все хороши по-своему. Однако моим фаворитом стала чайная композиция, предложенная княжной Сапфиорской. Этот чай безусловно станет моим любимым. Княжна Руфина, – Эйдан отсалютовал бокалом, – за вас! Благодарю за подаренное удовольствие.

   Щёки Руфинки моментально вспыхнули, глаза засияли, и девушка ослепительно улыбнулась, поблагодарив князя за добрые слова. И снова взгляд мужчины задержался на рыжуле чуть дольше, чем требовали приличия. Эйдан сумел реабилитироваться в наших глазах. Он не безнадёжен.

   Я случайно глянула на кузена Бронеслоника. Горриан Армар Бирюзовый… Имя такое же напыщенное, громоздкое и зубодробительное, как он сам. Но странно, что я его запомнила.

   Стоило мне посмотреть, как великан зыркнул на меня, будто серебряным рублём одарил промеж глаз. Недовольно поджал губы и отвернулся. С другими девицами он тоже не был обаяшкой, но хоть не смотрел вот так. Стало обидно, и я сама на себя мысленно наорала. Чокнулась, что ли? Какое тебе дело до этого солдафона? Шла бы эта банка консервная подальше и гремела погромче.

   И тут пришли музыканты и начались танцы. Два мужика, толпа девок… Жди неприятностей.

   5.3

   Местные танцы оказались похожи на вальс. Но даже мне, не понимающей в этом, было очевидно, что пары движутся немного не так, замирают в фигурах, делают остановки. Я как-то видела полонез по телевизору, и, глядя на князя и его кузена, танцующих с драконицами, подумала, что танец похож на смесь вальса и полонеза.

   Князь пригласил на первый танец ту самую индейку, на второй какую-то блондинку, потом медовую красотку, и я не могла понять, какого чёрта этот болван творит. На четвёртом танце мне захотелось придушить безмозглую Светлость. Ру сидела, неестественно прямая, кусала губы, и я видела, что она еле сдерживает слёзы.

   Я хотела её поддержать, но понимала, что не могу. Врать, будто это ерунда? А если нет? Мало ли, какие девицы нравятся князю! Чувствуя, как обида за подругу нарастает, и беснуясь от беспомощности, я сосредоточилась на танцах.

   К моему удивлению, княжеский кузен танцевал прекрасно. Двигался легко и грациозно, уверенно ведя партнёршу. Как такой горе мышц это удаётся? Высокий, подтянутый, мужественный и элегантный, Горриан Армар притягивал взгляды многих девиц. Строгое, невозмутимое лицо, красивое очень мужской красотой, густые тёмные волосы, короткие, но не слишком, и взгляд, проникающий в душу…

   Я вспомнила умные глаза цвета дыма. Наверное, когда мужчина влюбится, от его взгляда сразу дрогнет сердце избранницы, потому что в этих глазах такая глубина, что утонуть можно, и очень хочется узнать, что там, на дне омутов. Я поняла, что каждый раз, когда наши взгляды встречались, безуспешно пыталась разгадать какую-то тайну, понять, кто же этот человек...

   Мелодия закончилась, мужчины проводили партнёрш к их местам, и пошли за новыми девицами. Князь выбрал себе шатенку, стоявшую у стола с пирожными, сделал к ней шаг, протянул руку, но между ними вклинилась блондинка, та, которой достался второй танец. Вышло так, что вроде, Эйдан снова пригласил её.

   По залу прошелестело дружное «ах!», и повисло напряжённое молчание. Все замерли в ожидании реакции князя. Спустя пару секунд Светлость сдержанно улыбнулся девушке, взял за руку и снова повёл танцевать. К зрителям вернулось нормальное дыхание, а несчастная шатенка, которую в буквальном смысле задвинули в угол, бросилась в коридор, зажимая ладонью рот. Даже мне стало жалко её.

   После этого танца, Эйдан обратился к нам:

   ― Милые дамы, поскольку кавалеров всего двое, я прошу простить нас и пожалеть, – он подмигнул всем сразу, как уже делал в саду, и усмехнулся. – Боюсь, ни я, ни кузен не имеем достаточно бального опыта, чтобы выдержать долго. Однако надеюсь, что некоторые из вас знают танец Юной Весны и порадуют нас. Это любимый танец всех мужчин княжества Армари. Ведь он позволяет любоваться женским изяществом и грацией.

   Князь подал знак музыкантам, и зал наполнила мелодичная, нежная музыка. Не слишком медленная, но радостная, похожая на звон ручейка в весенний день. Мне на ум пришли кельтские мотивы.

   В центр зала вышли несколько дракониц, и выстроились парами друг за дружкой. В первой паре стояла медовая и индюшка-предводительница-серпентария.

   ― Ру, ты что, не знаешь танец? – я с удивлением поняла, что подруга не собирается танцевать.

   ― Знаю, выучила специально, когда искала сведения об Армари и княжеской семье, – холодно ответила рыжуля, но с места не двинулась.

   ― Ну? Сходи! Покажи этим клушам, как танцуют!

   ― И не подумаю. Я не животное в бродячем цирке, чтобы развлекать публику.

   Мне оставалось только вздохнуть. Очевидно, Руфи очень обиделась на Эйдана, и будет упрямиться ему в пику. С другой стороны, действительно. На танец пригласил? Нет. Вот и нечего его взор услаждать. Перетопчется.

   Девушки начали танец, снова напоминавший какую-то смесь. Тут тебе и полонез, и хоровод, и ручеёк, который в садиках танцуют детки. Драконицы двигались прекрасно. Ну, наверное, когда ты многотонный ящер, и умеешь управляться с хвостом-лапами-крыльями, то уж танцевать-то не велика премудрость.

   Я наблюдала и за мужчинами. Эйдан несколько раз глянул на Руфи, ещё когда девицы только готовились начать, и разочарованно вздохнул, поняв, что рыжик танцевать не собирается. Так тебе и надо, танцор диско!

   Глянула на кузена Бронеслоника. Горриан скользил взглядом по всем девушкам в зале, но всё так же без эмоций… Произнесла мысленно имя и запнулась, сердце как-то странно затрепетало. Это ещё что за дела? Аритмия, что ли? Или ещё какая тахикардия?.. Я тряхнула головой, отгоняя дурацкие мысли, но взгляд помимо воли вновь нашёл плечистую фигуру. Мужчина опять будто почувствовал это и резко повернулся ко мне. Наши глаза встретились, словно и не разделял нас широкий зал, и мне стало нечем дышать. Что-то мелькнуло в серых омутах, но сразу исчезло, уступив место привычному льду. Я так и не поняла, что это было.

   Девицы закончили танец, князь с братцем похлопали танцовщицам, и Эйдан объявил, что вечер окончен. Завтра нас ждёт второе испытание и надо отдохнуть, а что именно нам предстоит, господин Пинрис расскажет утром.

   Разочарованные вздохи и шепотки понеслись над головами, но девушки потянулись к выходу, вслед за Светлостью и бронесветлостью.

   В коридоре нас нашёл Пинрис, и до меня долетел разговор распорядителя и князя.

   ― Как всё прошло, Ваша Светлость? Простите, что оставил вас в такой момент.

   ― Ничего, одного партнёра в танцах не хватало, но мы справились. Горриан вовремя прилетел, – усмехнулся Эйдан, и посерьёзнел. – Как советник Лаунус?

   ― Плох. Ваша матушка весь вечер отпаивала его успокоительными настоями и чаем. Сами понимаете, такое жуткое известие. Единственная дочь сбежала на отбор к северному варвару. Если там такая сестрица Хэльга, то что же за братец?! Какой из него муж и зять? Зря я считал Эбигеил разумной девушкой…

   ― Это я зря прилетела сюда, лучше бы тоже выбрала варвара! – процедила сквозь слёзы Ру, и убежала вперёд, холодно бросив Эйдану пожелание доброй ночи.

   В конце коридора мужчины, попрощавшись, свернули в сторону кабинета и библиотеки, а мы пошли дальше. Что-то дёрнуло меня оглянуться. Горриан стоял у поворота и смотрел прямо на меня. В полумраке и неверном свете свечей разобрать выражение его лица, конечно, не удалось, но от взгляда мерцающих глаз по телу разлился жар. Пара ударов сердца, и мужчина скрылся за углом, а показалось, мы смотрели друг на друга вечность.

   5.4

   Эйдан и Горриан

   ― Ну, что ты обо всём этом думаешь? – правитель Армари уселся в кресло у камина, протянул кузену бокал ягодной настойки и откинулся на спинку.

   Сумасшедший был день. Как же он устал! Родной дом превратился в постоялый двор, носа из кабинета не высунуть, передвигаться приходится короткими перебежками, чтобы не нарваться на девиц. Хорошо ещё, Пинрис велел гостьям сидеть на отведённом этаже после ужина. Можно вздохнуть свободно.

   ― Думаю, как хорошо, что твой отец опередил моего на пять минут при рождении, и князь ты, а не я.

   Братья переглянулись и дружно хмыкнули. Их отцы были двойняшками, так что в кузенах легко улавливались общие фамильные черты. Тёмные волосы, глаза серые, хотя, у большинства армарцев они голубые, резковатые черты лица, высокий рост. Хотя Гор, был на пять лет старше, выше и мощнее. Постоянные тренировки и бои очень развили его тело, и от природы крупное.

   ― Спасибо, что прилетел, – князь благодарно глянул на родича. – Понимаю, в ущелье полно забот, но этот отбор… Неужели королева думает, мы сами не справились бы с поиском невест?

   ― Сам знаешь, в последнее время в Аруме бродили странные настроения. Стычки между князьями стали происходить чаще. Может, в этом причина? Во дворце решили отвлечь народ? Сначала отборы, потом свадьбы, а там молодые жёны, дети. Будет не до разногласий и разборок.

   Горриан пристально посмотрел на кузена, и, пряча улыбку в уголках рта, заметил:

   ― Но, кажется, ты не особо страдаешь, а? Толпа красоток в замке… Мои парни бы за такое многое отдали.

   ― Так может, заберёшь эту толпу? – хохотнул Эйдан. – А лучше сам женишься на ком-то? Выбор на любой вкус, даже человечка есть. Неплохая, на удивление, и симпатичная даже.

   ― Сомневаюсь, что эти девицы променяют князя на моих солдат, так что придётся тебе самому разбираться с этой проблемой. Да и я жениться пока не собираюсь, а уж если надумаю, то точно не путём отбора. Идиотская традиция. Ладно бы ещё «невесты» реально были влюблены, а тут враньё одно. Уж про человечку даже говорить не стану. Её Величество, видно, умом повредилась. Пусть была бы иномирянка, как велит традиция, но почему из этого ничтожного народа? Чем больше я на них смотрю, тем больше презираю. Раз за разом они прут в наши земли, убивают и калечат солдат вместо того, чтобы навести порядок в своих королевствах. И в глазах у каждого только жадность, жажда крови и злоба.

   ― Ты и всегда весёлостью не отличался, но что-то совсем мрачен стал. Что происходит, брат? – Эйдан с тревогой всматривался в лицо и друга, и родственника.

   Командир Крыла вздохнул, пальцы стиснули подлокотник кресла, мужчина на миг прикрыл глаза, успокаиваясь.

   ― Знамение было, и разведка доносит только дурные вести. Грядёт что-то... Мы все в боевой готовности, нервы, что твои струны. Ожидание выматывает, хуже самих сражений. Давно слухи ходят, что на нас может напасть объединённая армия людей, эльфов, и прочих… – Горриан умолк, глядя в пламя камина, а когда заговорил, голос звучал глухо. – Это никогда не закончится, Эйдан. Иногда я боюсь, что сдамся и брошу всё, не смогу больше смотреть, как умирают мои воины. Думаю об их родителях, невестах, жёнах, детях… Человечка поблагодарила меня искренне, это трудно было не заметить, а я… Перед глазами встало лицо солдата, умершего у меня на руках в последней схватке. Он был совсем молодым драконом, вся жизнь впереди…

   ― Гор, но ведь девушка из другого мира, – тихо ответил князь. – Кто знает, как там они живут. И в любом случае, она не виновата в наших проблемах.

   ― Уверен, они иначе жить и не могут. Не важно в каком мире, – мужчина сжал губы, крылья носа задрожали от сдерживаемого раздражения.

   ― В таком случае, я тебя удивлю. Но вчера моя маман была в состоянии тяжёлого душевного потрясения. Во время испытания Водой правды человечка заявила, что замуж за меня не хочет. А Пинрис сказал, что княжна Руфина спрашивала про библиотеку, и, учитывая как девушки сдружились, Вернон полагает, что они намерены поискать, как попаданке вернуться домой.

   ― И ты ей веришь? Человечке?

   ― Вода правды не даст соврать, сам знаешь. И потом, как я заметил, эта девушка на редкость прямолинейна и откровенно высказывает свои мысли. Пинрис тоже об этом говорил.

   ― Да во тьму её, – отмахнулся кузен и скривился, как уксуса выпил. – Надеюсь, ты не собираешься жениться на ней, даже если она умудрится выиграть отбор?

   Эйдану показалось, что брат как-то напряжённо ждал его ответа.

   ― Не думаю, что она выиграет. Видел же, что драконицы устроили. Сегодня ты успел её подхватить, а в другой раз? Я согласен с тобой, что это всё враньё и показуха. Радоваться бы, что куча красивых девок за меня борется, а вот как-то тоскливо… Из всех только Руфина нормальная, искренняя. Удивительно… Я столько раз бывал в Сапфиоре, а с ней виделся лишь раз. Она тогда была совсем девочкой, я почти и не запомнил её. Странно, что Илюзин отпустил малышку ко мне. Он так опекает сестрёнку, что можно было ожидать совсем другого кандидата в женихи. На морском побережье есть князья побогаче.

   ― Коль рыженькая тебе приглянулась, чего не прекратишь этот фарс? Выбери её, и дело сделано.

   ― Если бы раньше встретились… – Эйдан вздохнул. – А теперь надо довести это всё до конца. Сказано же в указе, чтобы выбрали невест путём непредвзятого отбора. Прекращу всё сейчас, и эти визгуньи разнесут новости по стране. Тебе охота с королевским домом ссориться? Мне нет. В княжестве мир и покой, люди довольны, пусть так и остаётся.

   ― Так девчонка тебе нравится или нет? – Гор серьёзно посмотрел на брата.

   ― Она очень милая. Тёплая и нежная, как весеннее солнце, но… Тут ещё другая проблема.

   ― Ты про Марсию? – кузен понимающе кивнул. – Я говорил, что можешь попасть в неприятности с дочкой графа.

   ― Что в головах у этих девиц? Мы прогулялись несколько раз, пару раз потанцевали на приёмах, и всё! Да, я прилетал в её дом часто, но навещал отцовского друга… – князь устало откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза.

   ― А она, похоже, решила, что это лишь предлог.

   ― Похоже. Пока танцевали, я сказал, что удивлён её присутствием. Так она ответила, что раз нам не дали времени на нормальные ухаживания, нарушили все планы этим отбором, то ей не оставалось ничего иного. Как же она могла отдать меня на растерзание этим летающим коровам? Нормально? Оказывается, у нас были планы. Где был я, когда они строились?

   Эйдан вскочил с кресла и заходил по комнате, пытаясь успокоиться. Мысли о графской дочери испортили настроение.

   ― Ты навещал отцовского друга, – хохотнул кузен и схлопотал кулаком в плечо.

   ― Давай, остри! Я на тебя натравлю сегодняшнюю обиженку. Скажу, что ты, во-первых, богаче меня, а во-вторых, что она тебе очень приглянулась. Будешь потом от неё в своём ущелье прятаться.

   ― Это ты про ту кошмарную брюнетку? Да уж, не дайте Боги такую жёнушку завести! Это же она толкнула человечку, да?

   ― Скорее всего.

   ― Так почему ты не вышвырнул её с отбора? Было бы одной меньше.

   ― Потому что свидетелей не нашлось. Слово драконицы против слова человечки. Мог получиться скандал. Хорошо ещё, что Инга не стала настаивать… Мне кажется, она вполне адекватная. И они с Руфиной удивительно поладили. Защищают одна другую. Пинрис рассказал, как Инга вступилась за княжну вчера.

   ― Ты так её расхваливаешь, словно сватаешь, – мрачно хмыкнул Гор. – Лучше скажи, почему ты свою рыженькую на танец не пригласил?

   ― Хотел, – честно признался Эйдан, – но пришлось сдержаться.

   ― Прости, несчастный брат, – хохотнул Горриан, – но и завтра тебе придётся справляться самому. Мне надо слетать в Драконий предел. Вчера в ущелье пришла партия новобранцев, хочу посмотреть, как они справляются. Ясно, что подручный приглядит за всем, я ему доверяю, но отвечать за людей мне. Так что…

   ― Когда вернёшься?

   ― К вечеру, может, чуть раньше.

   ― Ну, это не страшно. Завтра девицы будут заняты весь день. И, Гор… Я прошу тебя приглядеть за обеими девчонками.

   ― Могу понять, если речь идёт о княжне, – кузен подозрительно смотрел на Эйдана. – Но человечка? С ней-то зачем нянчиться?

   ― Потому что без неё Руфине будет трудно. И ещё… Я спрашивал Пинриса и мать, никто не знает, что станет с девушкой, если она вылетит с отбора. Её прислали ко мне, понимаешь? Я несу ответственность, и не хочу, чтобы иномирянка пострадала. Она не рвалась сюда, и это всё несправедливо.

   ― Раз ты так хочешь, ладно. Пригляжу. Хотя, не уверен, что человечка обрадуется, если узнает. Мы встретились этим утром в парке, когда я только прилетел. Она заорала как ненормальная, а потом рассмеялась мне в лицо без всякой причины. Чокнутая девица…

   ― Ты себя в доспехах давно видел? – расхохотался Эйдан. – Я бы сам заорал, встретив тебя в парке, где никого народу.

   ― Знаешь, страх бы я ещё понял, хотя и пальцем её не тронул, только из-за куста на дорожку вышел. Но что она смеялась-то? Психованная.

   ― Так у неё и спроси.

   Вместо ответа Горриан встал, в одно движение навис над креслом брата и занёс кулак, словно для удара. Жёсткое лицо стало яростным, и только глаза смеялись. Эйдан поднял руки, типа, сдаётся.

   ― Только не бей. Испортишь мне витрину, потом все невесты разбегутся. А князю наследник нужен. Видишь, аж королева об этом беспокоится!

   ― Ага, разбегутся. Мечтай! Этих веником не прогнать будет, – хмыкнул кузен. – А побегут, так хватай рыжую или человечку, если она так тебе по нраву, и тащи жениться.

   ― Только не говори, что не видишь красоты иномирянки. Брат, я ведь не слепой. На остальных ты едва глянул, а на неё, нет-нет, да посматривал. И в коридоре задержался, наверное, не на стены поглядеть…

   ― Я предпочитаю высоких брюнеток, а не такую мелкоту, – отмахнулся Гор.

ГЛАВА 6

6.1

   Ночь прошла неспокойно. Я волновалась за Руфи, ещё не шёл из головы этот кузен, чтоб ему на ежа морского сесть, и главное, я не нашла ни малейшего намёка на то, как вернуться домой.

   Утром Ру не зашла ко мне, и это было дурным знаком. Я решила сама постучаться к ней, прежде, чем отправиться на завтрак, не верилось, что она ушла одна.

   ― Доброе утро, – улыбнулась, как только рыжик открыла, но по красным глазам стало ясно, что совсем оно у неё не доброе.

   Девушка отошла, пропуская меня в комнату, и я заметила упакованные вещи.

   ― Далеко собралась? – кивнула на багаж и пристально глянула на подругу.

   ― Домой. Хватит позориться. Мало того, что сама за ним побежала, предложила себя в невесты, так ещё и дурацкие конкурсы прохожу, а он внимания даже не обращает! Я княжна Сапфиора! Не дура, не уродина! Почему всё так?

   Руфи рухнула на кровать, снова рыдая, а я подошла и погладила по вздрагивающим плечам. Было очень обидно за неё, но жалость делу не поможет. Строгость подойдёт больше.

   ― Именно потому, что ты не дура, ты сейчас же встанешь, умоешься, причешешься, воспользуешься своей драконьей супер косметикой и духами, и пойдёшь на завтрак. С гордо поднятой головой. Поняла? – я сказала это медленно, чётко отделяя слова, и потянула подругу за руку, вынуждая сесть.

   ― Зачем? – обиженно всхлипнула Ру. – Даже ты не веришь, что я могу победить. Брат не верит тоже. Все понимают, что я не нужна Эйдану, и вчера он это продемонстрировал. Одна я верила в нелепые мечты.

   ― Чушь. Я верю, что ты можешь победить. Но, Руфи, в отношениях не всё зависит от одного человека. Поэтому я и просила тебя быть осторожнее в своих надеждах. Однако я точно знаю, что если сейчас ты улетишь, всю жизнь будешь думать, как бы оно могло обернуться, реши ты остаться до конца. И ты будешь жалеть, что не рискнула это узнать. Даже если князь выберет не тебя, ты будешь уверена, что сделала всё ради своей любви. Утешение слабое, но лучше оно, чем терзаться сожалениями и самоедством. Ты прилетела сюда, потому что Эйдан вот-вот женится, так сражайся до конца! Дай вам обоим шанс. Пройди свою часть пути, а он пусть решит сам. И если дурак, и выберет не тебя, пусть всю жизнь и мучается с какой-нибудь жабой в чешуе.

   Руфинка всхлипнула и размазала слёзы, теребя край покрывала.

   ― Думаешь?..

   ― Уверена. Хотя полностью согласна с тобой в том, что отбор унизительная штука. Но ведь выбора у Эйдана нет, так? – девушка шмыгнула носом и отрицательно качнула головой. – Ну? Ты просто отдашь его этим змеищам? Если сбежишь, он и при всём желании тебя не выберет.

   ― Но он… Вчера… – Ру часто заморгала, прогоняя слёзы.

   ― Да, вёл себя по-гадски. Но кто знает, что за музыка играет у него в голове? Вставай. Опоздаем на завтрак, и потом голодать до обеда, а я дико есть хочу.

   ― Только ради тебя, – проворчала Руфи, но было видно, что мои слова нашли отклик в её душе.

   Так иногда бывает, собираешься сделать что-то, но сердце прямо ноет, не хочет этого, а потом кто-то убеждает тебя отказаться от ненавистной идеи. И сразу такое умиротворение наступает…

   В общем, в столовую Руфи вошла уверенная и спокойная.

***

На этот раз Пинрис не стал дожидаться конца завтрака.

   ― Прелестные участницы, сегодня день второго испытания. Это задание тоже будет простым, уверен, вы все с ним справитесь. Оно покажет, во-первых, насколько хорошо вы знаете княжество, женой правителя которого хотите стать, во-вторых, продемонстрирует вашу изобретательность и фантазию. Итак… От вас требуется приготовить подарок для нашего князя. Есть несколько условий. Первое: подарок должен быть создан из того, что даёт земля Армари. Второе: у вас сутки на подготовку. Завтра, после завтрака каждая преподнесёт свой дар жениху. Проиграть тут сложно, как видите, однако я желаю вам удачи.

   На этом распорядитель допил свой чай и откланялся, сказав, что всё необходимое для выполнения задания мы можем получить у слуг.

   ― Отлично… – моё настроение совершенно испортилось. – А если я понятия не имею, что даёт эта их земля? А, нет, знаю. Она даёт коз. Супер. Надо продать что-то из моих вещей, и купить князю козу Маньку. Желательно злобную и задиристую. Пусть под зад его шпыняет рогами. А вообще, гулять, так гулять. Вторую козу для его кузена куплю. И даже не козу, а козла. По принципу «подобное к подобному».

   ― Инга! – воскликнула Ру, но всё же хихикнула. – Господин Горриан тебя спас вчера…

   ― Да. А потом смотрел так, будто сто раз об этом пожалел. Типа, надо же, как-то глупо вышло. Что это я за ерунду сделал, не подумавши?

   Руфи рассмеялась, схватила меня за руку и потянула в сады.

   ― Слушай. Армари славится своими травами. Здесь производят чаи, целебные и косметические сборы. Правда, сборы они не продают, а только для себя делают, а вот травы и чаи готовые продают в другие княжества. Мы, например, много тут закупаем для лечебниц. Потом козы, да. Армарские пуховые водятся только тут. Белоснежные, длинноухие, очень симпатичные и ласковые. Боюсь, твоя идея с козой-агрессором обречена на провал, прости, – Ру снова хихикнула.

   ― Вот вечно так! А ведь была хорошая мысль! – мы рассмеялись.

   Вокруг всё благоухало, дышало свежестью весны, и радовало глаз нежностью красок. Настроение немного исправилось.

   ― В общем, пух этих коз очень высоко ценится за лёгкость и прочность. Нить тоненькая, невесомая, а вещи долго носятся, не теряя вида. И очень тёплые. В Армари делают и саму пряжу, и всяческие шали и прочее. Ещё тут есть обычные горные козы. Их разводят ради молока и мяса. Армарские козьи сыры с пряными травами известны всему Аруму. А ещё в горах растёт редкий вид миндаля, из его косточек получается изумительное масло. Целебное, заживляющее любые раны на коже. Оно даже застарелые шрамы сглаживает почти полностью. Так-то вот.

   ― Да ты, я смотрю, подготовилась.

   ― Ну, надо же знать, чем живут соседи, – пожала плечами Руфи.

   ― Особенно симпатичные и холостые.

   ― Особенно они, – она чуть толкнула меня плечом и я едва не улетела на клумбу. – Инга!

   Девушка поймала меня за руки, не дав свалиться в куст пионов, и поставила на дорожку.

   ― Запомню, что даже к маленькой драконице лучше сзади не подходить, а то стукнет с перепугу и прибьёт.

   ― Прости…

   ― Ладно, ни одна человечка не пострадала… Но что делать будем? С козами не вышло, и как быть?

   ― Ну, у меня уже есть идея. Попрошу сухие травы, ткань, кружева и нитку с иголкой. Сошью Эйдану ароматную подушечку для сна. Такую, знаешь, которую рядом с собой кладут, чтобы вдыхать запах и успокаивать нервы.

   ― Точно, а то у него скоро глаз задёргается, – хмыкнула я, но Ру осталась серьёзной.

   ― Жизнь князя не сахар. Большая ответственность, много стрессов, я это по брату вижу. Эйдану не помешает успокоительное средство. Даже если не выберет меня, пусть вспоминает по-доброму…

   ― А-ну, цыц! Что за пораженческие настроения? У меня, вон, ни единой идеи нет, и то бодрюсь. В травах не разбираюсь, с дойкой коз и производством сыра тоже не задалось, хотя…

   Я застыла посреди дороги и расплылась в довольной улыбке. Ру с нетерпеливым любопытством смотрела на меня и, не выдержав, дёрнула за рукав:

   ― Ну? Что ты придумала?

   ― А тут зимой холодно бывает? Тёплые вещи носят?

   ― Бывает, это же горы. Зима короткая, но в замках, как правило, не жарко совсем.

   Ах ты, вантуз, друг мой вантуз! И скотч, и спицы с ним вместе!

   ― Мне нужна эта пряжа. Носки твоему Эйдану подарю.

   ― Ты умеешь вязать?

   ― Умею. И ваша королева изволила снабдить меня в этом путешествии спицами носочными. Так, вот только размер… Пошли искать князя.

   Я схватила обалдевшую Руфинку за руку и потащила за собой, но драконица же сильнее.

   ― Уймись, Инга! – она быстро остудила мой энтузиазм, заставив остановиться. – Ты что, подойдёшь к Эйдану и спросишь размер ноги? Спятила?

   ― А что такого? Это государственная тайна?

   ― Это неприлично! Такое только близкие могут спросить.

   ― И как мне носки вязать?

   Ру немного подумала и улыбнулась.

   ― Личный слуга князя. Он такие вещи знает. Но нам не скажет… – я уже хотела психануть, а подруга подмигнула, – поэтому нужен Пинрис. Они обязаны предоставить всё, что тебе надо для прохождения испытания. Только… разве ты успеешь так быстро связать?

   ― Легко!

   Мы понеслись искать распорядителя. В следующие полчаса я узнала о себе много нового и интересного, расширила словарный запас местными ругательствами, поняла, что дурно влияю на благородных дев, однако… После того, как благородная дева, окончательно испорченная общением со мной, пригрозила пожаловаться брату и Его Светлости, нам выдали всё необходимое, включая секретнейшую информацию о размере ноги правителя.

   Скоро мы уже сидели в моей комнате на балкончике и рукодельничали, а Пинрис, вероятно, делал специфические питательные маски для лица.

   Во всяком случае, на прощанье он высказался в том смысле, что лучше угодит лицом в драконий помёт, чем станет общаться со мной. Ну, ладно… Мало ли, у кого какие предпочтения.

   6.2

   Мы так увлеклись рукоделием и разговорами, что пропустили обед, поэтому пришлось попросить служанку принести чай и фрукты. Так себе еда, если честно.

   После перекуса Ру решила добавить вышивку на своё творение, так что ещё часа на три работы ей хватило. Потом она набила подушечку смесью ароматных трав, и зашила край.

   Я посмотрела на плоды трудов своих, и активнее зашевелила руками. Дело спорилось, однако хотелось хоть несколько часов поспать ночью.

   К ужину один носок красовался в специальной рукодельной корзинке, которую вытребовала для меня Ру, у второго я довязала резинку. Даже с эргономичными спицами пальцы и запястья очень устали, в глазах рябило от напряжения, а спина была сплошным очагом дискомфорта. Когда я встала и потянулась, позвоночник ответил печальным хрустом, как бы намекая, что остеохондроз не дремлет, а старость не за горами. В общем, перерыв был просто необходим.

   За ужином ничего интересного не случилось, а может, мы просто не заметили, потому что с жадностью накинулись на еду.

   ― Успеешь доделать? Ты выглядишь усталой, – Ру потянулась за очередным пирожным.

   ― Думаю, да. Вся ночь впереди, хотя при свечах, конечно, будет трудно.

   ― Я попрошу служанку принести больше свечей, – тут же кивнула девушка. – Ты сильно на меня обидишься, если пойду спать? Прошлую ночь глаз не сомкнула, всё думала про…

   ― Вообще не обижусь, – перебила я. – Даже сама выпровожу! Тебе надо выглядеть свежей и бодрой. Кому нужна полудохлая невеста? А я только часам к трём закончу. Когда уже отдыхать?

   ― Утром освежающую маску тебе сделаем. Там запах, будто в лепестки роз окунаешься.

   ― Тебе бы рекламные тексты писать, – рассмеялась я, – только мне-то для кого прихорашиваться? Просили подарок? Сделаю, а уж если напугаю кого-то своим видом, так я не виновата, что нервы у них слабые. Пусть чай мятный пьют.

   ― Ну а вдруг именно завтра ты встретишь дракона своей мечты? – поддела меня рыжуля.

   ― О, я представляю себе эту встречу! Роскошный мужчина, прямо чешуйчатый идеал во плоти, увидит меня, застынет с замирающим сердцем, а потом… Кинется прочь, вопя, что страшная человечка его преследует, практически покушается на добродетель и грозится взять в мужья. Это же ужас какой, а?! Как-то ты не любишь местных драконов, раз такое им желаешь.

   ― Инга! – рассмеялась Ру. – Что за мысли? Ну а вдруг, это будет любовь? Или даже истинность?

   ― Так, с этого момента подробнее. Что ещё за истинность такая и чем она лично мне грозит?

   ― Она грозит любовью, над которой не властна даже смерть, союзом душ, настоящим счастьем… Когда встречают истинную пару, то остальные люди словно исчезают, всё теряет смысл, кроме этого человека. Ты видишь, любишь, желаешь, – Руфи покраснела, – только его одного. В нём сосредотачивается весь мир для тебя. Истинные могут чувствовать эмоции друг друга, иногда даже улавливать мысли, и хранят верность всю жизнь.

   Девушка мечтательно вздохнула, улыбнулась и глянула на меня сияющими глазами.

   ― Это настоящий дар Богов, Инга. Все драконы мечтают встретить истинную пару, но везёт лишь единицам. Раньше в горах был Кристальный храм, туда приходили драконы, отламывали магический кристалл, и он переносил их к истинной паре, потом храм почему-то разрушился...

   ― И как понять, что встретил пару? Как оно происходит?

   ― Ну, иногда узнавание случается за секунду, оба просто понимают это, и всё. А иногда надо провести целые сутки рядом, чтобы истинность проявилась.

   ― Хитро, однако. Думаешь, Эйдан твоя истинная пара?

   ― Не знаю, – погрустнела Руфи. – Сразу у нас не вышло, но пока надежда есть. Хотя… Мне это не важно. Не хочу я никакого истинного, если это не Эйдан.

   ― А если это всё же не он, и ты встретишь пару, когда вы уже будете женаты?

   ― Или он встретит, да? – девушка вздохнула ещё печальнее. – Может, потому королева и решила устроить отбор? В наши дни мало кто стремится создать семью. До последнего ждут истинных, и женятся, только когда уже необходимо потомство. Ведь если в паре один встретит истинного, то второму придётся смириться, отпустить супруга. Пол беды, если брак был по расчёту, но ведь случается, что и по любви… Хотя редко.

   ― Что-то не кажется мне эта истинность таким уж даром. Как коробка с сюрпризом, которую открываешь, и тебе в лицо летят брызги несмываемой краски.

   ― Ну, раньше таких проблем не было же…

   ― Не удивительно, что понадобились отборы по всей стране. Я бы на месте князей тоже не спешила жениться, раз в любой момент может случиться фееричная задн… закавыка.

   ― Глупо бояться, истинные пары слишком редки. Может, эта магия затухает? Ничто же не вечно.

   ― В общем, хорошо, что я не дракон, и никакой истинности у меня не возникнет.

   ― Почему же? Когда это происходит, то сразу с двумя людьми. И твоя человеческая кровь не помеха истинности.

   Девушка встала, собираясь идти к себе, а я запаслась на ночь орешками, яблоком, конфетами и бутербродом с копчёным мясом, на случай крайнего оголодания, и пошла следом.

   В общем, из рассказа Ру я поняла, что истинность эта, та ещё дрянь. Поэтому надо больше сидеть в комнате, по замку передвигаться, прячась в тенях, а по саду ползать по кустам. Чтобы ни один гадский истинный не подловил. А то, вот так идёшь спокойненько, мысли хорошие думаешь, а тут, бац! Истинный из-за угла вылетает, как извращенец в плаще на голое тело. Хопа! Попалась, птичка! И уже потом не отделаться…

   Мы с Руфи попрощались, и она обещала проследить утром, чтобы моя полуживая тушка направится прямиком на церемонию всучения подарков князюшке.

   Как я и полагала, даже при множестве свечей, вязать было трудно, так что закончила я лишь к пяти утра. Положила подарок в симпатичную коробочку и спрятала среди своей одежды из родного мира. Мало ли что? А уж копаться в вещах человечки вряд ли кто будет.

   Сходила в ванную, надела гламурную ночнушку, всю в кружевах и рюшках. Хотя, на груди вот рюшек было маловато, мои прелести нагло просвечивали сквозь кружево. В таком эротичном прикиде перед мужиками лучше не появляться. Обвинят в совращение, если не в домогательстве.

   Я причесалась, и уже хотела рухнуть в кровать, как в дверь тихонько поскреблись.

   Это ещё кто? В пять утра, в тиши спящего замка, услыхать, как кто-то, или не дай бог, что-то, скребётся в твою дверь, это не для слабонервных! По спине пробежал холодок, пушок на руках встал дыбом, и я поняла, что от страха даже закричать не могу.

   Шкрябанье повторилось, и мне захотелось вопить от ужаса. Да кто же услышит? Руфи? А если она выбежит в коридор, а там монстр? Ну кто ещё может шляться по темноте в такое время?

   В дверь что-то слабо стукнуло, и я расслышала странный звук…

   6.3

   Стон? Я прислушалась внимательнее, даже ухо к двери приложила. Единичный стук, очень тихий, и снова стон, затухающий, будто у того, кто за дверью силы на исходе. Точно погубит меня доброта… Ой, голова моя дурная…

   Матеря себя последними словами, взяла свечу с тумбочки и осторожно приоткрыла дверь, готовая, чуть что, огреть пришельца подсвечником.

   Сначала опешила, в коридоре было пусто, и лишь когда стон повторился, я опустила глаза и выругалась в голос. На полу, чуть не доходя моей двери, лицом к стене лежала девушка, одна её рука была вытянута над головой, скрюченные пальцы скребли мой порог там, где только что находилась закрытая створка. Абзац! Полный!

   Подбежав, я с трудом узнала в несчастной ту самую блондинку, которая вынудила князя на повторный танец. Кожа драконицы была неестественно белой, все видимые участки покрывали красные волдыри с синеватым контуром, по телу девушки пробегала крупная дрожь, напоминавшая судороги.

   Я кинулась в комнату, трижды дёрнула за шнурок колокольчика, потом заколотила в дверь Руфинки, в конце концов, она мой единственный знакомый целитель.

   ― Что такое? – Ру приоткрыла дверь и недоумённо хлопала глазами.

   Не объясняя ничего, я выволокла подругу в коридор и показала суть проблемы. Девушка мигом проснулась.

   ― Звони слугам!

   ― Уже! Они, дрыхнут, наверное.

   Руфи кинулась в свою комнату и позвонила несколько раз, вернулась и скомандовала:

   ― Плохо дело, с этим ядом мне не справиться, беги, зови на помощь, я, насколько смогу, задержу распространение отравы. Скорее, каждая минута на счету!

   В отличие от меня Руфина успела накинуть халат, но тут уж было не до скромности. Прямо в сорочке я кинулась к лестнице. Раз слуги не идут, значит, где-то дрыхнут, и я понятия не имела, где их искать. Этот этаж отведён участницам отбора, а значит, мне надо бежать наверх. Должны же быть где-то проклятые спальни, где кто-то местный спит!

   Лестницы были довольно крутые, а кожаные шлёпки не самая удобная обувь для бега, тем более, что свеча осталась у Руфи. В полумраке я спотыкалась, раз даже очень больно приложилась коленом о край ступеньки, и когда оказалась на этаже, толкнула первую попавшуюся дверь.

   Яркий свет ослепил, я зажмурилась и выкрикнула:

   ― Помогите! Девушка умирает! Нужен лекарь!

   Раздалось сдавленное ругательство, я кое-как разлепила веки, намереваясь наорать на нерасторопного идиота, не понимающего серьёзности ситуации, и зависла с открытым ртом. Глаз мелко задёргался.

   Кузен князя стоял посреди хорошо освещённой спальни, из одежды на нём были только брюки, и те частично расстёгнутые. В свете свечей тени на рельефном торсе сделались глубже, а освещённые участки матово мерцали гладкой, смугловатой кожей, усиливая контраст. Казалось, мужчина сплошь состоял из мускулов. Поджарый, мощный, похожий на идеальную античную статую из Эрмитажа. Вот только у статуй нет тёмной поросли на груди и дорожки волос, убегающей по жёсткому, плоскому животу за край брюк…

   Я с трудом втянула воздух, и поняла, что ошарашенно пялюсь на дракона. Правда, и он не отставал. Взгляд скользил по мне тягуче, остановился на просвечивающем кружеве на груди, и сверкающие глаза потемнели, густые брови сдвинулись, образовав складку на лбу.

   Меня бросило в жар, грудь вдруг стала тяжелее, во рту пересохло, и пришлось уцепиться за дверной косяк, чтобы не упасть ненароком, когда я в каком-то необъяснимом страхе отступила назад.

   Горриан выругался опять, стиснул челюсти так, что их углы заострились, схватил рубашку и бросил мне в руки.

   ― Прикройся, человечка! Не туда пришла, чтобы весело провести ночь. Меня твои услуги не интересуют.

   Вас когда-нибудь окатывало с ног до головы водой из самой грязной, вонючей лужи, когда мимо проносилась машина? Вот примерно то же почувствовала и я. Швырнула рубаху в лицо владельцу, и процедила:

   ― Пока вы тут льстите себе, внизу умирает одна из участниц. Я забежала в первую попавшуюся комнату, надеясь найти кого-то из обитателей замка. Если не пошевелитесь, и не найдёте лекаря, утром будут похороны, а не отбор невест. Мне бежать дальше? Или сделаете что-то?

   Я тряслась от бессильной ярости и унижения, и ненавидела этого самовлюблённого кобеля. Меня трудно задеть, но ему удалось. Не покидало чувство, что он плюнул в меня, и по лицу медленно стекают мерзкие слюни.

   Выскочив из комнаты, я кинулась к другой двери, но козлина нагнал, схватил за руку и потащил вниз.

   ― Девушка, значит, умирает? А ну, покажи! – прорычал он, словно не поверил моим словам.

   Мы бегом слетели по ступеням, я едва не упала, а он рывком поставил на ноги, не заботясь о том, что причиняет боль. Лишь в коридоре, увидев Руфи, склонившуюся над несчастной блондинкой, братец Эйдана отцепился от меня. Мужлан исторг очередные местные матюги и куда-то умчался.

   ― Как она? – я побоялась подойти к сосредоточенной подруге. Руфина явно что-то делала, хотя внешне казалось, она просто держит девчонку за руку.

   ― Очень плохо, – отозвалась Ру.

   В коридоре послышался топот нескольких ног, и я шмыгнула в комнату за халатом. Хватило уже общения с одним козлом чешуйчатым. Когда вышла, Руфи стояла, прислонившись к стене плечом, а над блондинкой склонился какой-то мужчина, бормотал, водил руками над телом и хмурился. Рядом застыли слуги и княжеский братец, а из-за угла как раз выходили Эйдан и Пинрис.

   Козлина, а у меня не было никакого желания называть бронетанка по имени, что-то объяснил брату, и тот подошёл к нам.

   ― Как это случилось? – он посмотрел поочерёдно на меня и на Руфи.

   Я рассказал свою часть истории, она свою. Оказалось, Ру удалось кое-что узнать у блондинки в момент краткого прояснения сознания.

   ― Таяна сказала, что кожа зачесалась, когда она принимала пенную ванну. Судя по волдырям, это яд из листьев анакары. Без противоядия девушка вот-вот умрёт. Ожоги уже посинели по краям.

   Лекарь, плотный, косматый мужчина в распахнутом халате, надетом поверх длинной ночной рубахи, что-то приказал слуге и подошёл к нам.

   ― Ваша Светлость, дела плохи. Отравление анакарой. Противоядие у меня есть, как только слуга его принесёт, дам, но время упущено, я не поручусь за жизнь вашей гостьи. Летальный исход весьма вероятен, и тогда будет разбирательство. Надо понять, как яд попал на кожу.

   ― Средство для ванны, – предположила Руфи, забрала свечу у одного из слуг, попросила у лекаря что-то острое и кинулась в комнату пострадавшей. Князь и я понеслись следом.

   Руфина быстро нашла флакон, открыла, и пробормотала:

   ― Нужна кровь…

   Подруга уже собралась проткнуть себе палец, но князь отнял у неё медицинский ланцет, уколол себя, и выдавил каплю крови в бутылочку. Стекло флакона было прозрачным, а вот само средство белым с кремовым оттенком, но прямо на глазах жидкость стала грязно синей.

   Эйдан побледнел, стремительно вышел в коридор и велел слугам будить всех участниц.

   ― Пинрис, – окликнул он распорядителя, – готовьте Воду правды. В замке преступление.

   6.4

   Через полчаса заспанные девицы, недовольные всем на свете, собрались в небольшом зале. Слуги расставили стулья, в центре на симпатичный резной столик на одной ножке поставили знакомую нам всем чашу с водой.

   ― Уважаемые гостьи, – Эйдан встал у столика и окинул нас мрачным взглядом, – мне жаль, что пришлось потревожить ваш сон, однако в стенах моего замка преступление. Пока что речь идёт о покушении на убийство, но если несчастная жертва умрёт, мы будет говорить уже об убийстве.

   По залу пронеслось шушуканье, сдавленные голоса то тут, то там переходили во взволнованные возгласы. Князь поднял руку, требуя тишины.

   ― Одна из участниц, госпожа Таяна О́ткарн, уроженка нашего княжества, была отравлена. В её средство для ванны подмешали порошок листьев анакары. Думаю, вы все слышали об этом ужасном яде, действующем через кожу. Жертве удалось разбудить нашу иномирную гостью, а та не растерялась и позвала на помощь. Однако состояние госпожи Откарн очень тяжёлое. В ближайшее время станет ясно, выживет ли девушка.

   ― Ваша Светлость, – деланно кротко проворковала индюшка Катарина, – а может быть, человечка лишь сделала вид, что её разбудили? Может, это она и отравила бедную Таяну? Очень странно, что несчастная девушка прошла весь коридор, не достучалась ни к кому из нас, и попала в закоулок, где живёт «иномирная гостья», – последние слова она выделила ядовито и презрительно, а у меня всё внутри сжалось. Им ничего не стоит свалить вину на меня, казнить, и дело с концом.

   ― И где, по-вашему, девушка из другого мира могла достать редкий и очень дорогостоящий яд? – князь холодно воззрился на индюшку и выгнул брови, ожидая ответа, а та молчала, судорожно соображая, что сказать. – На мой взгляд, гораздо более вероятно, что пострадавшая пыталась дойти до спальни княжны Сапфиорской, чей родовой целительский дар известен всем, – Светлость строго глянул на девицу, намеревавшуюся сказать ещё что-то. – Давайте воздержимся от безосновательных обвинений. И поскольку свидетелей нет, а записки с подписью преступник не соизволил оставить, я вынужден вновь применить Воду правды. И чтобы никто не был в обиде, предлагаю нам всем пройти через это. Если преступник среди нас, зачарованная вода поведает нам правду. Дальше с ним или с ней будет разбираться суд, а если жертва умрёт, то я сообщу в королевский дворец о случившемся. Судьбу преступника и всего отбора будет решать Её Величество.

   Князь кивнул Пинрису, и тот спросил:

   ― Эйдан, повелитель Армари, это вы подсыпали яд госпоже Таяне?

   ― Нет, – Светлость опустил руку в чашу, и зал озарился ярким бирюзовым сиянием после его ответа.

   Затем была очередь Пинриса, лекаря, козлины-братца, нескольких слуг, а потом князь вызвал меня.

   ― Иномирянка Инга Яснова, это вы подсыпали яд госпоже Таяне Откарн?

   ― Нет, – пожала плечами я, опустив руку в хрустальный тазик.

   Бирюзовый свет вспыхнул, Пинрис высушил мою руку, а Эйдан чуть склонился ко мне и прошептал:

   ― Простите. Зато от вас сразу отстанут.

   Я кивнула, поняв, что, в общем-то, это было правильно.

   Руфи, Марсия, Миа, Катарина и Лолла, прошли допрос. Настала очередь шатенки, чьего имени я не помнила. Симпатичная, немного худоватая драконица с испуганно распахнутыми глазами, казалось, готова была пуститься наутёк и смотрела на чашу, как на ожившее чудовище.

   ― Госпожа Ка́йлин Ри́мон, – обратился к ней князь, – это вы…

   ― Нет! – взвизгнула девица, не дослушав вопрос, и толкнула столик.

   Чаша упала, но не разбилась, лишь вода расплескалась. Пинрис взмахнул рукой, сосуд взлетел на место и сам собой наполнился водой, а жидкость на полу моментально высохла. Повисло молчание. Все понимали, что девушка не по неосторожности устроила погром.

   ― Прошу вас выслушать вопрос, опустить руку в воду и дать ответ, – сдержанно проговорил князь, а девица дрожала листочком на ветру и всхлипывала.

   ― Я её не травила! Не убивала! Я не хотела… – шатенка плюхнулась на пол и разрыдалась. На лице застыл почти животный ужас. – Она меня оскорбила, я хотела только вынудить её уйти с отбора. Хотела отомстить. Господин Пинрис говорил, что в случае болезни участница выбывает. Я не знала, сколько порошка нужно, чтобы вызвать сыпь и зуд. Я… не виновата! Это случайно вышло…

   ― Это вы подсыпали порошок анакары в средство для ванн? – перебил её князь, и девица захныкала и кивнула.

   ― Но как вы проникли в комнату госпожи Таяны? Двери обработаны магией, они не впустят никого, кроме хозяйки, – вмешался Пинрис, а я намотала на ус полезную информацию.

   ― Мы с Таяной были подругами с детства, вместе прилетели на отбор… – девушка снова зарыдала, шмыгая носом и судорожно всхлипывая. – В общем, я постучала к ней, якобы, чтобы помириться. Она пустила, мы поговорили, поели конфет, а потом я прошла в ванную, вымыть руки, и… Я не знала дозы, понимаете?! Читала только, что анакара в малых количествах вызывает зуд и сыпь на пару дней. Я капельку сыпанула, думала, что это безопасно, я не хотела ей такого зла… Но она первая начала!

   И я вспомнила, что именно эту девушку Таяна задвинула за спину на вечере танцев. Отличная подружайка, да и вторая не лучше, отомстила с размахом.

   ― А для чего вы, вообще, привезли на отбор этот порошок? – князь едва сдерживал злость, и говорил тихо.

   ― Не привозила, – взвыла драконица. – Вчера в город выходила, купила в аптеке.

   ― Кому-то ещё подсыпали эту дрянь? Отвечайте! – рявкнул распорядитель, у которого нервы уже сдали. Он рывком поднял девицу на ноги, подвёл к чаше и сам окунул в воду её руку. – Говорите!

   ― Нет! Никому больше! Я и порошок в ванну смысла!

   Бирюзовый свет успокоил всех. А то как-то очень хотелось вышвырнуть все баночки-скляночки, а лучше вообще сбежать из замка подальше.

   В зал вернулся лекарь, вышедший сразу после своего ответа, и перекинулся парой фраз с князем.

   ― Наши молитвы услышаны, – Эйдан обратился к присутствующим, – госпожа Откарн пришла в себя. Противоядие подействовало, теперь её исцеление лишь вопрос времени. Однако она, к сожалению, не сможет продолжить своё участие в отборе. Ваша цель достигнута, госпожа Римон.

   Он холодно посмотрел на девицу, задумался на несколько минут и подвёл итог:

   ― Поскольку злоумышленница так же является жительницей Армари, я не стану утруждать судей этим делом. Кайлин Римон, за проступок, который едва не повлёк смерть несчастной девушки, я приговариваю вас к домашнему аресту сроком на три года. И потребую, чтобы ваш отец строго проследил за исполнением этого. Так же я назначу сумму компенсации, которую ваша семья выплатит роду Откарн. Издержки на лечение жертвы так же оплатит ваш отец. И, разумеется, я не могу просить присутствующих, держать случившееся в тайне. Очень скоро люди узнают о том, что вы натворили. Боюсь, танец со мной не стоит тех неприятностей, которые вы себе создали, но что сделано, то сделано. Благодарите Богов, что ваша жертва выжила. Всё могло обернуться куда страшнее. Вы должны покинуть замок ещё до завтрака. Пинрис, – князь повернулся к распорядителю, – проследите за этим, и отправьте отцу госпожи Римон письмо с объяснениями дела, приговором и распоряжениями о выплатах. Так же организуйте отправку домой госпожи Откарн. Если её родным нужна какая-либо помощь в связи с болезнью девушки, я хочу об этом знать.

   Рыдающую Кайлин кузен князя увёл из зала, подхватив под руку. Его Светлость вздохнул, и я впервые подумала, что Ру права. Жизнь правителя не сахар.

   ― Уважаемые гостьи, я ещё раз прошу прощения за то, что утро вышло таким беспокойным. Думаю, нам стоит перенести завтрак на пару часов попозже, и немного отдохнуть. Всё остальное останется без изменений. До встречи на подведении итогов второго испытания.

   Эйдан вышел, но перед этим остановился около нас с Руфи.

   ― Княжна Руфина, уважаемая иномирянка, – он по очереди поклонился нам обеим, – я благодарю вас за храбрость и отзывчивость. Страшно подумать, что могло случиться, не окажись вы обе настолько необычными девушками.

   ― Главное, что всё хорошо закончилось, – пожала плечами я, а Ру толкнула меня в бок и сделала страшные глаза.

   ― Благодарю за добрые слова, Ваша Светлость. Мы рады, что смогли быть полезными, – рыжуля сделала изящный реверанс, и снова зыкрнула на меня.

   ― А… Ну, в смысле, да, я тоже благодарю… за слова… – мой реверанс был похож на то, что корова стояла себе спокойно, и тут у неё нога подвернулась.

   В глазах князя впервые с момента его появления в коридоре мелькнули смешинки. Ладно, пусть посмеивается. Смех продлевает жизнь.

   Светлость ушёл, и выглядел очень расстроенным, но перед этим он бросил долгий и задумчивый взгляд на Руфи. Этот мужчина-загадка однажды меня достанет, и я вытрясу из него правду. Без всякой воды. Неужели так трудно чётко обозначить свои чувства, если они есть?

   Мы направились к выходу, и в дверях столкнулись с козлобратцем. За всеми тревогами я почти забыла о нашей «томно-эротичной встрече», хотя ощущение налипшей грязи осталось. И вот этот муд… в смысле, мужик мрачно воззрился на меня, и чуть ли не сквозь зубы выдавил:

   ― Иномирная гостья, я хотел извиниться за недоразумение и…

   ― Судя по выражению лица и тону, – перебила я, – вы хотите не извиниться, а придушить меня, но это не важно. Мне плевать и на ваши извинения, и на ваше ценнейшее мнение о моей персоне.

   Я обогнула здоровенную тушу, застывшую с отвисшей челюстью, схватила за руку ошарашенную Руфинку и понеслась к себе на этаж. В душе бушевала ярость, а под её вихрями пульсировала огромным нарывом обида. Отвратительно было признаться себе, но его мнение меня очень задело. Оставалось надеяться, что видеть этого бронекозлика я буду редко, и больше не придётся вообще с ним разговаривать.

ГЛАВА 7

7.1

   Эйдан и Горриан

   Горриан ураганом ворвался в библиотеку. Дверь открыл и закрыл рывком, схватил первую попавшуюся книгу, пошуршал страницами и сунул томик на место. Потом схватил со стола пресс-папье и принялся мерить шагами зал, крутя добычу в руках.

   Эйдан, стоявший у окна, спиной к комнате, развернулся и удивлённо наблюдал за братом. Гор всегда был образцом выдержки и самообладания, странно, что происшествие так на него повлияло. Конечно, нежная дева, это не боевой дракон, но уж Гор на смерть насмотрелся, привычный. Что же такое? Однако пытаться выспросить что-то у родственника было совершенно бесполезно. Пока кузен сам заговорит, слова из него не вытянешь.

   Правитель Армари устало вздохнул. Проклятый отбор бесил и присутствием посторонних в замке, и совершенно не нужной ответственность за толпу неадекватных девиц, от которых не знаешь, чего ждать. Только в двух гостьях князь был уверен. Княжна слишком разумная, добрая и хорошо воспитанная, а иномирянке всё это даром не надо, не станет она пускаться в авантюры. Если бы только королева не лезла в чужие дела! Всё могло быть иначе…

   Он ведь собирался навестить Илюзина! Мать извела всех своими нервами и жалобами, сладу с ней нет после отцовской смерти, и Эйдан надеялся, что князь-целитель даст ему какой-то дельный совет. А там бы, может, они встретились с Руфиной, и кто знает, как бы дело обернулось...

   Ему было проще, чем брату, который предпочитал высоких брюнеток. Эйдан не привязывался к определённому типажу, но доброту, разумность, искренность и ответственность в женщинах, да и вообще, в людях, замечал и высоко ценил. А Огонёчек, как звал сестру Сапфиорский князь, воплощала в себе все эти качества, и к тому же выросла настоящей красавицей.

   В их единственную встречу несколько лет назад Руфина была почти ребёнком, но сейчас... Бездонные глаза, нежные улыбка и голос, шёлковая кожа, и главное, такое тепло от девушки исходит, что душа успокаивается и наполняется светом.

   Эйдан вспомнил, как княжна выглядела в халате с распущенными волосами, полыхающими огнём при свете свечей. Даже в той ужасной ситуации он заметить, какая Руфина домашняя, женственная… А ведь смелая