Пальмира Керлис, Марина Комарова
Золушка, лопата и зомби
Глава 1
Проиграла я специально – моргнула первой. Считай, поддалась. Вежливость, чтоб ее! Хотя его взгляд мне нравился, и глаза тоже. Красивые, яркие, шафрановые. В темноте увидишь – вообще впечатлишься вкрай. А какие выразительные брови… Мало кто способен их так изгибать. Судя по выправке, форменному мундиру, суровой физиономии и магическому свечению поверх темных зачесанных волос – важный тип. Смутно припоминалось, будто где-то мы уже встречались. Но где?
Я робко вытерла руки о фартук, гость глянул на эти новые кровавые разводы и нахмурился:
– Девушка, вы нормальная?
Нет, все же он со мной не знаком.
– Господин маг, нормальнее меня во всем королевстве не сыщешь, – уверила я, запоздало изобразив учтивый поклон. – А почему вы спрашиваете?
– Моя падчерица немного не в себе, – сквозь зубы пояснила Бояна и, грузно поднявшись с кушетки, зашипела: – Елизара, сколько раз тебе было велено в таком виде не шастать?
– Извините, – я попятилась из гостиной обратно в коридор, – ухожу.
– Стойте! – настиг меня приказной тон мага. – Чья это кровь?
«Ну не ваша же» – тянуло ответить, но за нарушенные мачехины приказы мне и так светило наказание, а два наказания – гораздо хуже, чем одно. В этом доме полагалось прятать три вещи: нрав, дар и юмор.
– Предназначенной на жаркое курицы, – премило улыбнулась я, ведь не существовало правила, что жертвенную курицу потом нельзя зажарить, – которая отчаянно боролась за свою жизнь. Но с ней все в порядке.
– В порядке?..
– Конечно, она теперь мертвая. – И ее жертва не будет напрасной! – Вы останетесь на ужин?
– Не останется. – Бояна воинственно вздернула оба свои подбородка. – Магистр Димитар, здесь нечего расследовать. Гибель моего супруга – трагический несчастный случай.
– Произошедший при загадочных обстоятельствах.
– Нам не о чем говорить. Дело год как закрыто.
– Тогда чего вы опасаетесь? – ухмыльнулся тот, приподняв уголки тонких, четко очерченных губ, и я вспомнила, где его встречала.
На похоронах отца. Немудрено, что господин следователь меня не узнал. Та заплаканная юная леди в роскошном траурном платье и нынешняя замарашка – на вид два разных человека.
– Не тратьте напрасно мое и свое время, – высказала ему Бояна и зло зыркнула на меня. – Почему ты еще здесь?
– Господин велел стоять…
– Полагаю, родная дочь вашего супруга в курсе событий того рокового дня, – произнес он все с той же незабываемой ухмылкой. – Пусть она ответит на мои вопросы.
– Вы не имеете права ее допрашивать без разрешения опекуна, – осклабилась мачеха, – а я не разрешаю. Свидетель из нее ненадежный, бедняжка после смерти отца тронулась умом.
Ага, настолько, что переселилась на чердак и заделалась прислугой. Таков ее злодейский план. До моего двадцатилетия – выставлять блаженной дурочкой, после – упрятать куда подальше, дабы не делиться наследством. У меня план тоже был, и первым его пунктом значилось протянуть еще год. Сложно качать права, когда у тебя их нет. А если от меня решат избавиться раньше времени – это совсем лишнее. Я пока не изучила до конца батюшкины некромантские талмуды, тайно припрятанные в погребе под сараем.
– Не смею задерживать, – смилостивился надо мной Димитар, – идите.
Я успешно допятилась и укрылась на кухне. Ужинать он действительно не остался, но за общим столом нам бы посидеть и не довелось. Мачехе и двум ее дочерям – моим названым сестрам – я накрывала в столовой, а сама драила на кухне котлы, упоенно представляя, что это их бестолковые головы. Так отскабливать гарь было в удовольствие.
После уборки со стола отдохнуть не дали: требовалось помочь дорогим сестрицам собраться на вечерний бал во дворец. Сначала я затягивала корсет Живке, наслаждаясь приятным звуком хруста ее ребер, затем подкладывала скомканную бумагу в лиф Донке, имитируя отсутствующие у той прелести. У меня подобных проблем не имелось, что побудило обеих зубоскалить больше обычного.
– Красотень, – хрипло выдохнула перед огромным зеркалом Живка и бросила мне через плечо: – Небось, ты бы тоже отправилась с нами на бал?
Конечно, да! Кому не хочется бесплатных кушаний и танцев? Я уж точно не прочь.
– Как жаль, что тебе не в чем пойти, – хихикнула Донка, будто это было единственным поводом разорвать мое приглашение в клочки, и гордо выпятила бумажную грудь. – Поговаривают, там сам принц намерен присмотреть себе невесту.
– Вас не пропустит. – Я заботливо пригладила кружева на ее пышной юбке. – Уверена, вы ему сразу понравитесь! Но… Вас две, он один. Как вы будете его делить?
– По старшинству, – Живка надменно уставилась на младшенькую, – и вряд ли его высочество падок на прелестно выпирающие кости. Эдак от объятий синяки заработать можно.
– Не слышала, чтобы наследник престола предпочитал тискать тех, кто способен сломать ему колени, – хмыкнула та.
– Ах ты… Коза худосочная!
– Хрюня сиськастая!
Воспользовавшись их перепалкой, я бочком выскользнула из гардеробной комнаты, пока меня опять не припахали. Сами себе прически сделают, если волосы друг другу не повыдирают, конечно.
За окном густо стелилась темнота, пора было наведаться в сарай. А затем – туда, где мне могли подсобить с попаданием на бал. Не собираюсь же я, право слово, пропустить королевскую гулянку!
Глава 2
Иногда путь на бал лежит через кладбище.
Лопата с влажным чавканьем вошла в землю. После дождя-то и неудивительно. С утра как зарядил, Донка все вздыхала: «Ах, если так и дальше будет, то не получится поразить всех торжественным выходом из кареты».
Как по мне, ее носик-утесик произведет такое впечатление, что и выход не нужен. Но комментировать не стала, были задачи поважнее. Так вышло, что после смерти батюшки позаботиться о себе могла… исключительно я.
Хочешь свободного времени? Найди помощников на мачехины задания. Хочешь кусок повкуснее? Договорись с лавочницей. Хочешь на бал? Выкопай фею.
Точнее, тетку Гергану, одну из родственниц отца, что обладала сильным даром к некромантии, особняком в столице и настолько возмутительной репутацией, что Бояна всегда хваталась за сердце (это радовало).
Лопата ударилась обо что-то твердое.
Так-так, вечер прекращает быть томным. Мне чудовищно повезло, что похоронили тетку в западной части кладбища, расположенного у старых развалин. Смотритель сюда захаживал редко. Волколаки, караконджулы, упыри – и то чаще.
Я выбралась из ямы и вытерла руки о юбку. Щелкнув пальцами, создала энергетические нити, которые засияли бордовыми искрами. Повисев немного в воздухе, они ловко подхватили гроб и подняли.
Пришлось хорошенько сконцентрироваться, чтобы не покачивался в процессе и плавно опустился в нескольких шагах от меня. Этому фокусу я научилась, когда мачеха велела таскать тяжеленные ведра из колодца. К бытовой магии у меня способности так себе. К некромантии вот отменные. Но это ж не меню – не выберешь.
На гроб Гергане не поскупились. Год назад, вскоре после смерти моего отца, ее отравила соперница, обвинив во всех грехах – от чернокнижия до мужеложства. Правда, как это технически могло происходить, если тетка всегда была женщиной, так и оставалось загадкой. И женщиной ого-го.
Нужные способности я в себе развила, поднять ее будет несложно. Гергана – жуткая стерва. В загробном мире от нее избавиться будут так же рады, как и в этом.
Ритуал я провела без сучка и задоринки. Горящие адским пламенем свечи на надгробии, зеленоватые линии магического плетения, древние слова силы. Тишина вокруг будто укутала теплым пологом. Я настолько увлеклась, что невольно вздрогнула, когда гвозди вылетели из крышки гроба и та со скрипом открылась.
Первой показалась полуистлевшая рука в кружевной черной перчатке. Приподнялась впалая грудь, затянутая в шелк. На шее сверкнула ядовитой зеленью брошка в виде черепа.
– Кто меня звал? – раздалось ее контральто с едва различимой хрипотцой.
– Я, тетушка.
Гергана села. Нащупала в гробу зеркальце (один из ее любовников был столичным зеркальщиком) и распахнула веки. Молча изучила высохшее, покрытое пятнами лицо. Провела пальцами по тому, что осталось от волос. Потрогала пустую глазницу слева.
– Подожди.
Я не поняла, что она сделала, но волосы рассыпались по плечам крупными локонами. Кожа приобрела здоровый оттенок, густые ресницы придали очарования. В зеленых глазах отразилось некромантское пламя. Сочные губы тронула улыбка.
Плечи развернулись, грудь… Оу, тетушка, а это какой размер?
– Дитя мое, помоги мне. – Она протянула руку, и я тут же дала ей опереться.
Гергана посмотрела на меня с интересом. Параллельно с этим ее наряд преобразился, полыхая живой тьмой. Вот это стиль! Это мне нравится.
– Елизара, дочь бедного Радко, – произнесла она. – А ты сильна! Какой дар! Как чисто проведен ритуал! Молодец!
Приятно, юда забери! Когда хвалят, а не шпыняют. Когда отмечают достижения. И не последний человек в этой сфере.
– Я очень благодарна тебе, поэтому готова отплатить. Говори.
– Но я…
Гергана хмыкнула:
– Дитя мое. Людей из могил не поднимают для того, чтобы спросить, который час. Поэтому я с радостью сделаю то, что тебе нужно. Если только это не дворец. У них сквозняки.
– Это дворец.
Тетка изогнула левую бровь, скептически глядя на меня.
– В смысле, там бал, – уточнила я. – Праздничный стол, танцы и связи.
– Половые?
– Деловые. Но…
– Я поняла.
Коротко обрисовав ситуацию, я услышала, как Гергана обматерила Бояну и добавила:
– Эта толстая юда сама напросилась. Сейчас мы из тебя сделаем принцессу. Дай лопату.
Я озадаченно протянула инструмент. Она предлагает прикопать мачеху прямо сейчас? Конечно, практично, но не совсем то, чего я добиваюсь в данный момент.
– Silite na svetlinata i mraka! – нараспев произнесла Гергана и махнула лопатой.
– Твою!.. – выдохнула я, успев присесть.
Волшебной палочки у нее нет, поэтому работает с тем, что есть.
Меня закружил смерч из тьмы, усыпанной осколками сверкающих звезд.
Спустя несколько минут я с восторгом рассматривала роскошный черно-красный наряд. Тесно облегающий лиф с шипами, пышный асимметричный низ. Чудо, а не юбка! Спереди – эдакое экстремальное мини, сзади – шлейф струящегося шелка. На груди и запястьях сверкали рубины.
Гергана приблизилась и поправила диадему на моей голове.
– Шерлы идут тебе как родные.
Шерл – камень ведьм. Что ж… После лопаты меня не удивляет ничто. Даже черные туфли на высоченном каблуке в виде человеческого позвоночника.
– Так, теперь транспорт. – Гергана не по-дамски свистнула.
Земля вздрогнула. Перед нами нетерпеливо били копытом два совершенно монструозного вида коня. В их глазах вспыхивал алый свет.
– Красотка и Черный Принц, – любовно проворковала Гергана. – Прекрасные просто. Мне их проиграл в карты Князь Тьмы.
– Князь Тьмы может проиграть? – поразилась я.
– Ох, дитя мое, сболтнула лишнего. Сделаем вид, что ты ничего не слышала.
Я не возражала. К тому же за лошадьми из лунных лучей и стеблей кладбищенских роз сплелась карета. На месте кучера появился высокий худощавый мужчина во фраке и цилиндре. Его кожа была настолько белой, что возникло подозрение…
– Мой кучер – упырь?
– Конечно, дорогая! Иора – лучший! Отвезет куда угодно, даже на тот свет!
Я хмыкнула и поблагодарила тетушку. Перед отъездом она вдруг добавила:
– Но помни: ровно в двенадцать ты должна вернуться.
– Потому что карета превратится в тыкву?
– Тыква здесь только Бояна.
Я хихикнула:
– Поняла. Но все же почему?
– В двенадцать закрывается паб на Волколачьем перекрестке. Добираться оттуда – врагу не пожелаешь. Поэтому заедете за мной. Ну, дорогая, хорошо тебе повеселиться!
После этих слов карета сорвалась вперед.
Глава 3
Он стоял прямо в центре бального зала. Такой невероятный, что колени слабели и подкашивались. Дыхание перехватывало, последняя адекватность давала сбой. Я от одного взгляда потеряла голову, а уж рядом с ним… Эйфория, счастье, безумие. Бесспорно, все старания были не зря. Это самый прекрасный на свете стол с угощениями!
Запеченная в клюквенном соусе утка, колбаса с паприкой и вялеными помидорами, фаршированные бараниной перцы, куриные рулеты с брынзой и зеленью, медовый слоеный пирог, яблоки в красном вине. Едва я всучила дворецкому наколдованное тетушкой приглашение, как ноги сами понесли меня к столу. Он был воистину огромен, и никто особо за ним не сидел. Празднично разодетые гости уже откушали и рассредоточились по залу – кто танцевать, кто общаться тесными и не очень группками, кто играть в пикет и вист в отдельной зоне. Я-то явилась с опозданием. Благо еды оставалось достаточно, и у меня было целых два часа, чтобы с нею расправиться.
Всем известно: девушка должна есть как птичка. Но чайки, утаскивающие в клювах голубей на разживу, – тоже птички! Так что и мне можно. Голуби меня не интересовали, а вот утка – да. И не только она.
Этикету я обучена, матушка в свое время постаралась. Прочно помню, что главное – не терять изящества осанки, не откусывать больше, чем способна проглотить, и не чавкать. Чего скромничать, я все умею делать красиво: и есть, и драить полы, и поднимать умертвий. Еще ни разу не подняла самсомольца – мертвеца с плотью, но без костей. У меня мертвые – высший класс. Иногда даже жаль, что некому оценить.
Нежное мясо таяло во рту, пряный вкус специй будоражил, переворачивая мои представления об истинном наслаждении. М-м-м, с тарелок так и слышался зазывный шепот: «Возьми нас, еще и еще…»
Лишь сполна насладившись утиной грудкой, колбасой и куском рулета, я как следует осмотрелась. Шикарный зал! Лепнина, позолота, высоченные потолки, хрустальные люстры. Мраморные колонны, окна размером с двери, резные арки выходов на балконы. В общем, одно слово – дворец.
На сцене одухотворенно играли музыканты, заполняя пространство мелодичными звуками, на площадке для танцев кружились люди. Среди них я узнала мачеху и сестриц, тщетно изображающих лебедей. Впрочем, если подстреленных, то, наоборот, выходило успешно. Цепкий взгляд Бояны поочередно выхватывал девушек в зале, не иначе как оценивая конкуренток ее дочерей в борьбе за внимание принца. Пока очередь не дошла до меня и она, не приведи вештица, не раскрыла мое инкогнито, я запила увиденное вином, закусила яблоком вместе с хвостиком и проскользнула бочком из-за стола в противоположный конец зала. К зеркальной стене.
Собственное отражение поразило до глубины души! Ух, ну и макияж Гергана мне колданула… Серые, с серебристым отливом тени, подведенные черными стрелками глаза, длиннющие ресницы и затемненные брови. Губы цвета свежей крови, глиттер на висках, шее и ключицах, диадема на уложенных волнами волосах. Блистаю ярче хрустальной люстры. Вот уж вряд ли мачеха и сестрицы меня признают, привыкли за год лицезреть растрепанную бледную замарашку. Но вблизи перед ними лучше не мельтешить на всякий случай.
Я подошла к длинному карточному столу, накрытому скатертью до пола, и мысленно выругалась. Хорошо, что не вслух, ибо так проклятия могут и подействовать. С краю этого самого стола сидел господин магический следователь. В одеянии, мало отличимом от форменного, разве что без опознавательных знаков ведомства. Надеяться, что он меня не заметил, не приходилось: уже попала под прицел внимательных шафрановых глаз. Его губы, изогнутые в весьма красноречивой улыбке, не оставляли сомнений: взгляда от меня не оторвать, о да.
Партия Димитара подошла к концу, продувший ему лорд потел, щипал бороду и хмурился. Через пару секунд он освободил место, магистр жестом поманил меня к себе. Ну… Не убегать же. Еще не полночь, и я не попробовала медовый пирог. А карты люблю – и гадальные, и не очень.
Я приблизилась и выдала вежливый поклон вкупе с приветствием:
– Добрый вечер…
– Добрый. – Невозмутимости в нем было непомерно, зато любви к прелюдиям – ноль. – Сыграем?
– На что? – деловито поинтересовалась я. – На деньги – не буду.
У меня их и нет. К тому же это неприлично, на балу-то.
– На поцелуй, – усмехнулся он.
– За кого вы меня принимаете? – фыркнула я. – Давайте на раздевание.
– Вы мне нравитесь в этом платье, пусть оно останется на вас, – самоуверенно сказал Димитар. Тянуло ответить: «Вы меня просто без него не видели», но безудержный флирт значился последним пунктом в списке моих сегодняшних развлечений. Мужчины много где есть, чего не скажешь о вкусностях и танцах. – Может, тогда на желание?
– Годится.
Я уселась. Он представился по имени, не уточнив ни статуса, ни рода занятий. Ответной любезности не дождался и сдал карты, ощупывая меня взглядом. Этим все десять минут игры и занимался, хотя было заметно, что ему неймется что-то сказать. То ли молчал из-за посторонних ушей вокруг, то ли решил сосредоточиться на партии, расслабиться-то я ему не давала, стремительно набирая очки. Итог не порадовал. Ничья. Самый скучный вариант, когда никто никого.
– Удача благоволит нам одинаково, – разочарованно цокнула я языком. – Мы оба проиграли.
– Наоборот, – подмигнул Димитар, – оба выиграли.
Значит, каждому полагается по исполненному желанию…
В тот же миг я ощутила настойчивое прикосновение к колену. О, вот так прям сразу?
Глава 4
Горячие пальцы скользнули по моей ноге вниз, к щиколотке, нежно поглаживая. Пожалуй, я бы впечатлилась тем, насколько длинные у магистра руки, и как минимум из интереса согласилась бы на все, но увы. Его ладони легли на стол, а действо под столом не прекратилось. Мгновением позже он поднялся и сдвинул скатерть вбок. Из-под нее вынырнул мой тайный поглаживатель с золотистыми кудрями до плеч, пронзительно-васильковыми глазами и исключительно смазливой физиономией. И чего это принц Андон прятался? Неужели успел познакомиться с Живкой и Донкой?
– Приношу извинения, не хотел вам мешать. – Он отряхнул роскошный мундир, отлично сидящий на его в меру худой фигуре. – Я поспорил, что пролезу под столом, нельзя было уронить королевское достоинство.
Действительно.
– Что до касаний, – его тон был бесконечно далек от раскаивающегося, – это досадная случайность, там темно, перепутал.
Хм. Я бы на месте господина следователя напряглась!
– Ваше высочество, вы не помешали, – отозвался тот с непробиваемым спокойствием, – мы как раз завершили партию.
А ведь да. Я поспешно откланялась и пошла обратно к угощениям, Димитар быстро меня нагнал с вопросом:
– Что насчет желаний?
– Мое таково, – ответила я волнующим полушепотом, – не выясняйте, кто я.
– Хорошо, – понизил он голос. – Не буду, Елизара.
Чтоб его…
– Тогда не говорите никому, что меня узнали.
– Мне нужно встретиться с вами в более приватной обстановке, – очевидно, обозначил Димитар свое желание, – по поводу смерти вашего отца.
– Вы же понимаете, что не сумеете использовать мои слова в качестве показаний?
– Это неважно.
Что ж. Услуга за услугу – какая-никакая, а гарантия. К тому же любопытно, что у него за расследование и при чем здесь мой покойный батюшка.
– Завтра после заката, – томно улыбнулась я, – на кладбище у моего дома.
Он ничуть не смутился, словно ему там регулярно назначали встречи. Наверное, чтобы попытаться прикопать.
На этом от меня соизволили отстать, и я наконец добралась до пирога. И вина, которым ни один пирог не испортишь. Музыкантам на сцене наскучила одухотворенная мелодичность, инструменты зазвучали бодрее. Это я одобряю!
Вино как раз ударило в голову в той нужной степени, когда мозг расслабляется, но движения координирует отлично. Время танцев! Свободное место на площадке перед сценой было, и я протиснулась туда сквозь массу веселящихся гостей. Уходить в отрыв надо с чувством, чтобы потом не жалеть об упущенных возможностях. Бедра ударили в такт музыке, выписывая сложные фигуры, после и остальное подключилось. Плавность и легкость, волосы назад – ну ах, сама от себя была в восторге, что уж о других говорить. Меня обступили танцующие, разделяя пойманный ритм. Чудесная публика! Чудесная еда! Чудесный вечер!..
Мы водили хоровод, курсировали гусеничкой, играли в ручеек и развлекались всеми допустимыми в высшем обществе способами. Я забралась на сцену к музыкантам, где мне дали дунуть в трубу, потом меня подхватил с нее (со сцены, а не с трубы) престарелый лорд и поставил на пол. Силен дедуля! Я вклинилась в очередной хоровод, столкнувшись с Живкой и Донкой, отвесила им комплиментов про шикарные платья. Сестрицы сдержанно поблагодарили, абсолютно точно меня не узнав.
Мелодия резко сменилась на медленную, тягучую, под которую полагалось танцевать парами. Что за облом… Кавалеры принялись разбирать дам, я вознамерилась улизнуть к столу за добавкой. Не тут-то было: дорогу преградили.
– Прекрасная незнакомка, – молвила преграда в лице принца и приглашающе протянула унизанную перстнями руку. – Окажете мне честь?
Уместно ли будет не оказывать? Подобной выходкой привлеку массу внимания… Хотя уже поздно! Пялились все: кто с любопытством, кто с завистью. Перешептывания заглушили музыку, до ушей отчетливо донеслось Боянино: «Это еще кто?» – и чьи-то предположения про заморскую принцессу. Ха.
Нет, ну теперь нельзя так просто взять и не побесить мачеху.
Не дожидаясь моего согласия, Андон сцапал меня загребущими руками и увлек в совместный танец. Боковым зрением я заметила кислые мины сестриц. С одной стороны, приятно, когда у тебя сбываются чужие мечты, с другой – на то они и чужие, что даром не сдались. Мне бы пирога…
– Вы кажетесь мне знакомой, – заявил принц, прижимая меня к себе куда теснее положенного и опуская взор на декольте. – Мы с вами раньше встречались?
– Возможно…
Откуда мне знать, куда он ходит.
До конца танца я дотерпела и, нырнув в толпу, отступила на балкон. Его высочество последовало за мной. Привязался – не отлепишь!
– У меня из головы не выходят ваши туфли… – вздохнул Андон, вальяжно облокотившись о перила. – Откуда они?
– От тетушки.
– Ваша тетушка дизайнер?
– Почти…
С балкона открывался живописный вид на подсвеченный фонарями сад, светились украшенные гирляндами деревья. Вдалеке возвышалась городская башня с огромными часами. Ох, время! Без пятнадцати двенадцать!..
– Простите, мне пора! – выпалила я.
И, не прощаясь, понеслась прочь. Меня ждали два досадных открытия: принц тоже неплохо бегает, а лестница на дворцовом крыльце не предназначена для высоких каблуков. Я едва не споткнулась, туфля слетела с ноги на ступени. Сбежав по инерции вниз, я обернулась. Увидела Андона, успевшего ее поднять и трепетно прижимающего к тяжело вздымающейся груди. М-да, просить вернуть, наверное, не стоит. Того гляди вторую отберет.
Хрен бы с ним…
Сняв оставшуюся туфлю, я босиком припустила с ней к каретам, надеясь все же не опоздать за Герганой.
Глава 5
Влетела я на скорости прямо на место рядом с кучером.
– Погнали! – рявкнула так, что кони чуть не подпрыгнули.
Иора совершенно не удивился и, крикнув: «Пошли, залетные!» – рванул прямо с места.
Определенно, он очень ждал этого момента. Впрочем, неудивительно. Знаете ли, на балу все же не отдыхал, а смотрел на задницы карет и… лошадиные, да. Надо отметить, последние были даже посимпатичнее, чем у некоторых гостей.
– Держитесь покрепче, – предупредил Иора. И вовремя, потому что именно в этот момент мы свернули в лесок и понеслись по всем пригоркам и ямам так, что можно было растерять остатки достоинства и мозги.
– Короткий путь, – пояснил он. – И можем заехать выпить.
Я моргнула:
– Выпить?
– Здесь на окраине есть такие сочные девицы, – закатил он глаза.
Ах да, забыла. Упырь. Выпить у него – понятие своеобразное.
– Сначала за тетушкой, – дала я распоряжение.
Иора спорить не стал, видимо глубоко проникшись