ИСКлючительный детектив. Габриэль Духовская

Оглавление

• ПРОЛОГ
• ЧАСТЬ первая. [Огненная ловушка]
• ЧАСТЬ вторая. [Дикая охота]
• ЧАСТЬ третья. [Чужие вещи]
• ЭПИЛОГ

ПРОЛОГ

   Начальник Императорской Сыскной коллегии отодвинул папки коротким резким жестом. Он, и не открывая их, мог знать каждое слово и даже те слова, которых там не было. Потому что характеристики составляли его люди. Все кандидаты в ИСК отобраны после экзаменов, их биографии проверены, ни один не вызывает сомнений с профессиональной точки зрения. И все же... Лэр Беррис, высший из высших. С отличием закончил главную академию Летиана и УМИН — Университет Магии и Науки, откуда вернулся инженером-схематологом и Направляющим. Меч императора, первый раз заслонивший своего повелителя от врагов в десять лет. Трофей собственной Норрея наглости: нелегко выпросить у императора лэра на такую работу. И теперь мучает вопрос: насколько тот обижен назначением? Фактически требование начальника ИСКа ломает ему жизнь, карьеру и отношения с остальным дворянством. Вместо ожидаемой должности наместника или дипломата — чин младшего сыщика с небольшим окладом. Как к этому отнесется семья юноши, его друзья? Лэр Беррис может устроить серьезные проблемы — противопоставляя свою волю приказам начальства. Может. Лэры — воинская элита империи. Лучшие из лучших бойцов. Недаром только высшие лэры способны противостоять Тарианским воинам-магам и даже черным эмиссарам — если очень повезет. Да еще при лэре Беррисе энок — безумная тварь, одержимая жаждой убийства, которую удерживает только магия и воля Направляющего. Или еще хуже — тварь разумная, одержимая жаждой убийства и мечтающая снять ошейник. Дэнильф лэр Беррис будущий полководец Летиана… Можно ли из боевого пса воспитать ищейку? Не слишком ли на многое он замахнулся — взять в ИСК высшего лэра… С другой стороны, не навязали — что просил, то и получил. Папка легла по левую руку — принят. Понаблюдать лично.

   Следующий из простых: старателен, но не слишком умен — далеко не пойдет. Скорее всего, останется младшим сыщиком. Что ж, и такие люди тоже нужны — с этим и секретарь разберется. Значит, вложить внутрь приглашение на службу и переместить папку направо. Третий образован достаточно, но как человек никуда не годится, будет взятки брать, к ведьме не ходи… А людей не хватает. Можно взять и понаблюдать. В крайнем случае поставить на те дела, где получить нечего, кроме как в морду. Тоже секретарю вместе с приглашением. Четвертый — слабый маг, к работе тянется, сам прошение подал — третье за три дня. Можно принять на должность эксперта, их тоже не хватает. С этим говорить самому. Прошение подписать и переложить налево.

   Вроде бы все, но мысли постоянно возвращаются к первому кандидату. Сможет ли родич самого императора, сын маршала и начальника личной государя тайной стражи подчиниться такому, как он? Простолюдину. Да, Норрей Гор хорошо служил Империи, спас государю жизнь и был произведен в кэри — не военное дворянство. Но… высшей крови нет и нет власти над своими людьми, кроме приказа. Лэр Беррис в качестве сотрудника — это слишком. Даже с повелением императора! Дэнильф подчинится, он лэр. А значит, выполнит, а заупрямится — так можно про присягу напомнить. Но нужна не пешка, не бессловесный раб, исполняющий приказы из-под палки. Нужен человек, искренне заинтересованный в их нелегкой службе. Да к бесам! Есть же самый простой способ решить все проблемы разом!

   Норрей придвинул к себе бумагу, взял перо... Не приказ, нет — письмо. Правду о своих опасениях, о жаловании, о возможных проблемах. И пусть решает сам. Конверт с приглашением на службу остался лежать на столе, неподписанный, без печати, никогда не попавший в руки того, кому предназначен…

ЧАСТЬ первая. Огненная ловушка

   Императорская Сыскная Коллегия делила помещение с городской гвардией и Религиозной Комиссией — организацией безобидной, но очень шумной. В ее обязанности входило следить за ежегодным перемещением существующих культов и появлением новых — им тоже нужны были помещения. Не раз происходящие там дискуссии переходили в драки, к счастью, до убийств не доходящие. Поэтому стража под боком была скорее необходимостью, чем прихотью. Стража тоже не возражала, получая регулярные и, главное, бесплатные благословения от религиозных деятелей.

   Здание, в котором размещался ИСК, представляло правильный четырехугольник с четырьмя же воротами. Снаружи оно было окрашено в желтый солнечный цвет, арочные проемы окон — украшены лепниной. Во время очередного мятежа старый корпус сгорел, и придворный архитектор предпочел отстроить новый в едином стиле — в результате здание смотрелось еще одной частью дворца, уравновешенное с другой стороны площади главным зданием академии, как распахнутые крылья основного ансамбля.

   На первых этажах располагались казармы и конюшни, откуда было легко вызвать дежурный отряд и верхом или телепортом перебросить в нужный квартал города. Рядом с конюшней размещались и боевые маги, приписанные коллегией к ИСКу и гвардии, не самые сильные, но навести-удержать для отряда телепорт, поддержать огнем или водой могли.

   Квадрат внутреннего двора был достаточно большим для любых действий: арка телепорта была отмечена рисунком на камнях и поднималась только в момент активации. Это было сделано ради безопасности — стационарные арки могли быть взломаны или наоборот — разломаны не вовремя, например, в процессе переноса. Или перед ним. Случаи с подменой ведущих камней бывали, и Норрей затребовал себе проекционную модель — без привязки к громоздкой конструкции. В комнате рядом, отделенной от общей казармы, дежурил маг-пространственник. Там же находилась каменная плита с набитыми на ней символами основных арок — дабы не забывали и места не путали.

   Все это лэр Беррис успел выяснить в промежутке между чтением письма будущего начальника и назначенным временем визита. Все равно пришлось бы как-то занять себя: или красиво страдая, чего от него ожидало общество, или развлекаясь разведкой.

   Сказать, что место службы ему не нравилось, Дэнильф лэр Беррис не мог — наоборот, он был почти счастлив, стоя перед дверью, ведущей в здание, где он проведет ближайшие годы. Хотя, конечно, не дворец наместника и даже не посольство. И лучше не попадаться на глаза многочисленной родне, пока ее чувства не остынут. Все-таки родовая честь — штука в высшей степени неудобная.

   Как и все дворяне высшей крови, он был назначен на службу, которая нужна Империи, а его собственные желания тут никакой роли не играли. Ему повезло: назначение и желания совпали. Казалось бы, все хорошо, но… Вот тут-то и возникла проблема: семья едва не подняла бунт, узнав, что он — дальний родич императора, сын верховного маршала — получил назначение в ИСК. Да еще в звании младшего сыщика, как простолюдин. Его будущий начальник, господин Гор был в своем послании вежлив и не скрывал опасений. Честно изложил все минусы службы и ее опасности. И назначил время приема, добавив, что если Дэн не готов, не желает, то может просто не явиться. Он пришел.

   Дэн на секунду задержался возле тяжелой деревянной двери, пальцы сжали медную, начищенную до блеска ручку, замерли, словно запоминая касание. Юноша глубоко вздохнул и решительно потянул дверь на себя. Пусть здесь и служат беднейшие из кэри и простолюдины. Разве его не спросили? Разве не подтвердил он выбор своего Императора добровольно? Приказ и просьбу повелителя. Лэры не выбирают, где служить, они несут службу там, где нужны. Ради процветания и во славу Летиана! Во славу императора Решиваля лэр Майеса.

   Все утро Дэн выбирал подходящий костюм и остановился на обычном платье, в котором обычно ходят горожане незнатные: сапоги, коричневые штаны с коричневым в тон жилетом да белая рубашка. Даже шляпу выбрал с узкими полями, дабы выглядеть победнее. Зачем? Он и сам точно не знал, просто не хотелось подчеркивать происхождение и богатство среди новых сослуживцев простой крови и происхождения. И преуспел. Сидящая в приемной охрана на входящего внимания не обратила, в отличие от клерка, чье назначение было принять первичную жалобу и отправить курьером в нужный отдел — вместе с посетителем.

   Клерк оглядел скромно одетого юношу, скользнул взглядом по скрытым от посетителей записям и приветственно кивнул.

    — Дэнильф лэр Беррис, вы вовремя. — Покосился на взвившуюся при звуках имени на ноги стражу и продолжил: — Господин Норрей Гор ожидает вас в своем кабинете. Третий этаж, направо.

   Дэн взбежал по лестнице, полюбовался на украшающие стену мозаики и свернул в широкий освещенный коридор: днем окна пропускали достаточно света, а для темного времени на стенах закрученными рожками торчали светильники — новейшая разработка Логариума. Дверь в торце коридора была распахнута и сам господин начальник, пользуясь одиночеством, полулежал в кресле. Впрочем, заметив Дэна, он мгновенно выпрямился, приняв официальный вид.

   — Доброе утро, господин лэр Беррис, вы точны. Рад, что приняли мое предложение, — приветствовал он нового сотрудника, — и оделись, словно мастеровой... Хвалю. На первое время сойдет, потом получите стандартную форму.

   — Простите, господин Гор, мне показалось уместным скрыть свой титул и достаток, — попытался оправдаться юноша, но Гор уже поднялся и направился к выходу.

   — Пойдемте, провожу вас к месту службы и представлю будущим коллегам. Если у вас возникнут трудности, прошу сразу сообщить мне.

    — Благодарю, но надеюсь справиться, — ответил Дэн, после легкой заминки склоняя голову. Лэрская гордость в его душе дернулась, напоминая кто и кому должен кланяться. Пришлось ее придавить, со своей стороны напомнив, что этот человек не только равен ему указом императора, но и спас Решивалю жизнь, обороняя его до подхода гвардии от мятежников при помощи тяжелого кованого стула. Так что, положа руку на сердце, Дэн ему еще и обязан, как друг Решиваля.

    — Я должен вас предупредить, мы тут обходимся без церемоний, — Норрей Гор не заметил, или сделал вид, что не заметил паузы, — поэтому я заранее прошу прощения за своих сотрудников, если они будут недостаточно почтительны.

    — Я теперь тоже ваш сотрудник, поэтому готов обходиться без церемоний. — Дэн опять поклонился — ну надо же тренироваться в почтительности перед начальством.

    — И как же вас звать «без церемоний», господин лэр Беррис? — уточнил Гор с легким смешком.

    — Можно просто Дэн, — в тон ему ответил молодой человек, не обращая внимания на судороги и слабые подергивания родовой чести, ошеломленной панибратством с простолюдином. Ну ладно, в УМИН, там почти война, но дома, в мирной обстановке… Дэн поспешно сам себе напомнил, что выбор был сделан добровольно. На веревке никто не тянул. Так что нечего тут колебаться, можно все интересное пропустить!

   Норрей шел крупными шагами и Дэну пришлось поторапливаться, чтобы не только успевать за гигантом, но при этом еще и не терять достоинства. Первое помещение возле начальственного кабинета оказалось не одной комнатой, а целым комплексом комнат, откуда доносились смех, металлический перезвон и музыка.

   — Там у нас отдел сопровождения. Девушки, парни, все красавцы, и принцу не стыдно с такими показаться. Представлять не буду, сам потом познакомишься, дело молодое. Образованы и обучены соответственно профессии, есть и высококровные — кэри, конечно, из беднейших. Не то что ты, ты рыба крупная, почти как морской дракон!

   — Морской дракон — не рыба, а рептилия, — механически поправил Дэн. Прямо перед ним появилась дверь, открылась. Оттуда выглянул человек, сделал большие глаза, увидев Гора, и исчез вместе с дверью.

   — Соседи из магического подразделения. Мы их прихватываем на задержание преступников, ну и просто по надобности, — пояснил Гор равнодушно. — Все пытаются открыть дверь прямо в кабак, а здание-то зачаровано!

   Следующие три двери несли знак колбы. Две Норрей миновал, а перед последней притормозил и деликатно постучался.

    — Отдел нежелательных вызовов и контактов — то есть всякие дикие порталы, врата, разломы и все, что оттуда лезет. И с этим отделом тоже надо быть осторожнее. Без стука лучше не входить, да и вообще никогда не знаешь, кто откроет. Может, сотрудники, может, их родители-инферналы, а может, результат следственного эксперимента. Там у нас одни полукровки, другие не приживаются.

   Открыл мужчина-инфернит в длинной мантии, расписанной магическими знаками и схемами. Часть из них Дэн опознал как защитные, часть оказалась ему незнакома.

    — Гилис Парн, — представился открывший, кланяясь. — Маг-демонолог четвертого уровня, чем обязан?

    — Наш новый сотрудник, Дэнильф лэр Беррис. Прошу любить и жаловать.

   — Отдел демонологии в моем лице будет рад сотрудничеству, — он жестом пригласил внутрь. — Чай, кофе, щербет, глинтвейн? Все готовлю лично!

   Маг отвернулся к столу, где в стеклянной колбе приплясывал огненный бесенок, и Норрей одними губами шепнул «Не вздумай!»

   — Не стоит беспокоиться, — вежливо последовал совету начальства Дэн. — Я с удовольствием зайду после того, как ознакомлюсь со своим новым местом службы.

   — Ну, конечно, заходите, того, что есть у меня, нет нигде! Я обожаю кухарить, постоянно пробую новые блюда, а есть вкусы, которые могут подарить только приправы из инферно! Это незабываемо.

    — Благодарю, буду рад приобщиться, — ответил Дэн, а Норрей Гор поспешно выволок его за локоть из помещения.

   — Не советую пробовать, — пояснил он, когда они отошли достаточно далеко, — есть вещи, которые может выдержать только организм инфернита, эти существа способны выпить и съесть все, что угодно. Гилис в прошлый раз сожрал дозу яда ньяко, которой собирались отравить весь городской гарнизон. И ничего.

   — А зачем он это съел?

   — У него был приступ меланхолии и захотелось чего-то новенького отведать, вдохновляющего. И не вздумайте ему говорить, почему отказываетесь. Это я вне опасности, а вот тебя… вас, лэр Беррис, отравить насмерть не отравит, но недельку в кабинете раздумий проведете. Вот эти двери, видите? С изображением книги… ах, вот куда вывеска с библиотеки переместилась! Молодежь шутит. Тяжело им в таком режиме работать, кого-то из дома забрал, кого-то из гнезда…

   Дэн слегка улыбнулся местному колориту: мимо пронесся оборотень, взъерошенный, с тубусом в зубах и почему-то в синем жилете. Обогнул их посланец, не снижая скорости — по стене и умчался, крутанув хвостом — видимо, изобразил приветствие начальства.

   — Отдел доставки, — представил пустое место Гор. — Выгреб под это дело щенков из нескольких семей. Конечно, были определенные сложности с кормлением и физиологией, особенно в период линьки, но все хлопоты оправдались.

   — Интересно, если им Мели понравится, они будут с ним играть?

   — Сбереги боги! — серьезно ответил господин Гор. — Они и так-то ребята шаловливые, а если начинают гоняться — только и остается фиксировать магией, чтоб не своротили чего. А если еще и твое чудище добавится, то точно здание пострадает, на него магия не действует. — Они спустились на еще один этаж и Норрей продолжил: — А вот там архив и библиотека, вон, где пачка кирпичей на двери нарисована. А должна быть книга… У них сейчас обед, поэтому туда мы позже зайдем. В обед ты туда без крайней необходимости не суйся, совет бывалого человека.

   Дэн кивнул, пытаясь представить себе, что же там за библиотекари такие и кем они обедают, если даже начальник ИСК не рискует к ним в это время заходить.

   — Когда я предложил императору поселить туда пару гаргулий, то не предполагал, что меня поймут буквально, — ответил на невысказанную догадку Гор. — Но Решиваль оказался, как обычно, прав. У них хороший почерк, отличная память, и они сильны. К сожалению, они тоже не без сюрпризов. Один раз было проникновение в архив, последствия устранили, но самого взломщика не нашли. Гаргулии утверждали, что с испугу выбросили его в окно.

    — Гаргулии бесстрашны и всеядны, — вздохнул Дэн, — я учился с ними, и готов поклясться, что столько мяса они не выбросят. А еще вредные, а в морду не дашь, это все равно что статую бить. И уж тем более страха они не испытывают. Эноков уважают, так что, полагаю, мне с ними ничего не грозит.

   — Внизу некролеум, но туда всегда успеешь.

   Шутка явно была дежурной, но Дэн улыбнулся, показывая, что понял.

   Сотрудники отдела «полевых работ», к коим предстояло примкнуть и лэру Беррису, занимали целых три комнаты. Первая была заперта: ее обитатели работали всей командой где-то в городе. В следующей комнате обнаружилось сразу трое сыщиков: митрисы Тасия Минс, Кари Мерис и мэтр Дорбо Дериш — энергичный средних лет мужчина, представивший обеих дам фразой «мой цветник». Дэн, соответственно этикету, ответил на приветствие наклоном головы.

   Тасия Минс вопросительно взглянула на начальника — останется новенький с ними или нет? Норрей качнул головой отрицательно. То, что он представил ее простолюдинкой, ничего не значит. Она лири, а военное дворянство — народ сложный. Не угадаешь, кто и кого обидел сколько-то там лет назад, и лови дуэль! А то не сам, а дед или прадед, а разнимать приходится подрастающее поколение, которого и так немного! Бесы бы побрали все эти законы чести и прочую родовую месть! А еще и финансовая составляющая, которую тоже нельзя убирать с весов. Его сотрудница бедна. До нищеты, заставившей ее искать эту службу. Отец Тасии был картежником. Он спустил все состояние и даже поставил на кон единственную дочь, которая выбралась в окно и в чем была бросилась под защиту государя. Пустили бы ее во дворец или нет — неизвестно, но девушка по дороге едва не попала под экипаж Норрея. Пришлось везти домой, успокаивать, выяснять подробности… и принимать на службу, потому что жить ей было как-то надо и желательно подальше от папаши и его дружков. Кандидат в женихи немного покрутился вокруг, но быстро понял, что начальник ИСКа противник неудобный: в карты не играет, на дуэль не вызывается, а напасть исподтишка — пахнет государственной изменой и веревкой. В результате все остались при своем: лири при должности и жаловании сыщика, ее отец — при долговой тюрьме и удалении из родовой книги, жених — тоже кого-то нашел… Нет, не стоит объединять этих двоих, мало ли что.

   Остается один вариант, если не взбунтуется юный лэр. И свободное место есть, и люди спокойные, правда, происхождением не вышли, но это можно считать еще одним испытанием нового сотрудника.

   В последней комнате, куда они пришли, находились всего два человека: сыщик третьего уровня Масси Тар — высокая худая женщина возрастом около тридцати лет, и Гренк Ораф — сыщик четвертого уровня, высокий, широкоплечий простолюдин с грубыми чертами лица, старше своей напарницы лет на десять, если не больше.

   — Еще здесь иногда появляется Тосес Арк, но он единственный полевой маг-криминалист, и застать его практически невозможно, — указал на один из двух пустых столов Норрей. — Вы, господин лэр Беррис, оглядитесь, надеюсь, эти напарники вас устроят.

   — Благодарю, господин Гор, — Дэн еще раз оглядел комнату: большая, светлая. Четыре стола и возле каждого шкаф с боковыми открытыми полками и вешалкой. Стулья вроде бы удобные… ну а люди? Они опытные сыщики и этого достаточно для того, чтобы у них поучиться. — Я надеюсь, что эти господа не откажут мне в наставлении.

   — Уж точно не откажут! — Норрей сурово посмотрел на сыщиков. Оба были заранее проинструктированы, что за «подарок» преподнесли им судьба и воля императора. Начальник ИСКа надеялся, что они приложат все силы, обучая и приучая лэра к нелегкой работе. И даже если высококровный господин распустит руки, стерпят и не оскорбят его возражениями и непокорностью. Люди опытные, подстроятся. Устранят конфликт, приручат постепенно.

   — Мэтр Гренк — человек незаменимый, делает все, о чем его просят. Даже поставляет еду и напитки из принадлежащего его супруге трактирчика, — продолжал начальник и, решив, что лэр все равно узнает и конфликт лучше сразу получить и разобрать, чем он произойдет в его отсутствии, договорил: — Он бывший раб, но, я надеюсь, это не представляет для вас больших проблем, господин лэр Беррис?

   Дэн растерянно моргнул. Ладно, вольнорожденные, но раб… В Летиане рабов не было. Даже если кого и завозили, их освобождали, только… предрассудки никуда не денешь. К бывшим рабам относились с презрением. Их не брали на военную службу. Не давали начальное образование за счет казны. А тут одного из них предназначают ему, лэру, в наставники… Юноша бросил затравленный взгляд на непроницаемое лицо начальника, пытаясь угадать — это какое-то испытание или провокация.

   — Это очень опытные сотрудники, — надавил голосом Норрей Гор, — разумеется, если у вас возникнут сложности, я переведу вас в другую команду, господин лэр Беррис.

   — Я постараюсь, чтобы не возникли, — Дэн решил, что это все-таки какая-то проверка и он обязан пройти и ее. Хотя последнее время его проверяют слишком уж часто: — Данный кабинет меня устраивает. Только я же не один. Как господа сыщики переживут Мели?

    — Наш новый сотрудник, господин Дэнильф лэр Беррис — Направляющий, добрые мастера, — известил Норрей Гор своих людей. — Надеюсь, вы сможете ужиться не только с ним, но и с его эноком.

    — Энок? Что такое энок? — Масси Тар легкомысленно пожала плечами. — Я десять лет была замужем за поэтом, чем меня можно напугать? Был бы хороший человек!

   — Человек он хороший, — отозвался Дэн, мысленно подзывая Мели. Тот не заставил себя ждать, появившись прямо среди кабинета. Огляделся, принюхиваясь, помахал хвостом, демонстрируя дружелюбие.

    — Ух ты! Собачка!!! А ее можно гладить? — Масси подошла к зверю, не дожидаясь ответа, и обхватила его за шею. — Ой ты маленький! Хочешь что-нибудь?

   «Кто тут собачка? Я?!!! Она больная?! — Мели на всякий случай огляделся, потом сообразил, что упускает возможности. — Скажи что можно, и кормить можно... А знаешь, она ничего так… старовата, но...»

    — Его зовут Мели, он добрый и ласковый, — сказал Дэн, пиная энока в бронированный бок,— только подачки любит.

    — Да кто ж их не любит-то, господин! — отозвался из-за своего стола Гренк. Бывший раб приближаться не спешил, опасаясь больше гнева высокородного господина, чем его жуткого питомца.

   — Первый раз вижу энока! — Масси заглянула зверю в глаза. — А вам, господин лэр Беррис, не тяжело жить с ним в одном доме? Он очень большой и хвостом машет, как собака...

   — Если возникнут сложности, обращайтесь, господин лэр Беррис! — Норрей вышел из комнаты, прислушался. Его не окликнули, молодой человек полностью забыл обо всем, расписывая достоинства энока митрис Тар — она успешно переключила новичка от социальных проблем на близкую ему тему питомца. Но то ли еще будет...

   Убедившись, что дворянин не проявляет недовольства, Гренк тоже покинул свое место и присел у самой пасти чудовища, гладя большую голову: — Попрошайка, значит? Ты вот что, парень, колбасу с чесноком ешь? У меня есть, жена делает! И еще взвар, ты пьешь взвар или пиво?

    — Он пьет все, — Дэн только сейчас осознал, что его начальник странным образом испарился, оставив его с сослуживцами наедине. А значит, все настоящие и будущие проблемы предстоит решать самому. И начинать надо с самой насущной.

    — Господа, не просветите, а тут у вас с обедом как?

   — Есть пара трактирчиков неподалеку, один принадлежит моей жене, оттуда я и приношу для своих. — Гренк отвлекся от изучения энока. Боевые твари были редкостью, к тому же обычно ни они, ни хозяева дружелюбием не отличались, и сыщик не смог упустить случай познакомиться с монстром ближе. — Вы, господин, не гневайтесь. Я от чистого сердца служу, и если чего надо — всегда исполняю приказы. Вот все необходимое для службы вам прикажете принести?

   Дэн кивнул, подтверждая идею — к тому же он понятия не имел, что там для службы надо. Старший сыщик действительно принес «все». Стопку бумаги, перо с чернилами, книги и сборник внутренних правил, а также сумку для выездных работ, в которой обнаружилась целая куча непонятных Дэну предметов. Там были пузырьки, кристаллы, баночки с порошками и кисточки. Отдельно лежали отмычки и ножи с гравировкой ИСКа. Маленький арбалет и короткий меч Дэн сразу забраковал — у него оружие лучше, назначение всего остального было неясно.

   Лэр Беррис еще раз тоскливо оглянулся, не обнаружил путей отступления, кроме позорного бегства, и занялся самопредставлением. Настоящим, а не славного родового имени. Достал из поясного кошеля смесь для бытовых схем, кисть и нанес на перо схему самописи. Тут же опробовал обновленный предмет, написав на сумке свое имя — перо послушно заплясало по ткани, оставляя чернильный след. Сыщики завороженно уставились на дело рук нового товарища.

    — Ух ты, — восхитилась Масси, — у нас так только маги делают, но к ним ходить на поклон приходится, упрашивать.

    — Это несложно, простая, то есть односимвольная магическая схема, не требующая даже оживления компонентов кровью. Я немного усовершенствовал знак, когда учился в УМИНе, много приходилось писать, а я — признанный лентяй! — похвастался юноша и предложил наставнице: — Могу и вам сделать, госпожа Тар. А вы мне подскажете, что делать со всем этим хозяйством! Особенно с сумкой, она просто набита загадками!

    — Конечно, господин лэр Беррис! — присела Масси в реверансе. — Сейчас я расскажу вам все в подробностях! — Она подвинула стул, села рядом с ним и принялась выкладывать из сумки предметы. — А Гренк пока принесет вам поесть, если желаете. Обычно это суп и овощи с мясом. Все просто, но вкусно. Или можете заказать для себя что-то особое…

   — Нет, мне то же, что и всем. Благодарю. — Обеды во время учебы роскошью не отличались, так что без изысков он как-нибудь обойдется.

   — Господин лэр Беррис, но если схема не требует от вас больших усилий, может быть вы снизойдете нанести ее на все наши перья? — Госпожа Тар убедилась, что юноша не возражает, и перед Дэном возникла кучка заточенных перьев. Решив, что это неплохой способ наладить контакт, молодой человек занялся работой: то есть, начертил сперва схему на кисти, а потом — запустил ее писать на предоставленном материале. Не замечая, как переглянулись сыщики, оценивая его реакцию на просьбу. Пока лэр вел себя куда лучше, чем они опасались. Не пытался командовать, выполнял просьбы. От предложенной еды не отказался, что тоже важно. Контакт налажен, а там и дело будет.

   Остаток дня Дэн учился пользоваться содержимым сумки, а сослуживцы — учились пользоваться им самим и отгоняли прочих любопытных. Первыми про новичка пронюхали оборотни и приперлись всей пушистой компанией — поглазеть. Масси, всплеснув руками, бросилась спасать вещи и посуду с недоеденным обедом — характер у гончей молодежи был бурный, а грация и осторожность, как у сандарских яков. К тому же, в животном облике они перенимали манеры у четвероногих собратьев и могли «случайно» опрокинуть тарелку и потом еще и облизать. Стукнув по второму любопытному носу в собственной порции, Дэн в случайности разуверился и спас обед, поставив его на шкаф. Мели встретил гостей настороженно, даже попробовал рыкнуть, пока какая-то шальная девица, заигрывая прыгнула сперва через него, а потом уже и на него, толкнувшись лапами от бока.

   Через минуту по кабинету прокатился клубок, люди только успели вскочить на мебель, а Дэн выкрикнуть команду, отправляя подопечного домой.

   — А этот где? — удивилась волчица, водя носом по полу. Подняла на лэра Берриса полный упрека взгляд и проворчала: — Ну что за люди? Так хорошо играли! Я даже не успела его научить катать носом предметы!

   — На природе! — оценив перевернутые стулья и количество шерсти на полу, сообразил Дэн: — Можно сделать выезд с пикником для сотрудников, там и порезвитесь!

   Волки переглянулись и, едва не снеся дверь с петель, умчались прочь. Понесли мысль начальству. Дэн спрыгнул со стола и вернулся к недоеденному обеду. Визит навел его на определенные мысли, только он не знал, как бы это предложить.

   — Хорошо, успела перья спрятать! — Масси вытащила весь писчий запас из ящика стола, стерла разлитые чернила. — Вы извините, господин лэр Беррис! По одному они нормальные и тихие, но как вместе соберутся… Одно слово, щенки!

   Дэн взял кружку, большую, из обливной темно-коричневой глины, привычно, по-лэрски, восхитился примитивизму исполнения и спросил:

   — Можно ли оставить ее себе? Я готов оплатить.

   — Так мы их оптом возом берем! — настороженно отозвался Гренк пытаясь угадать, что за мысль посетила высокородную голову. — Было бы за что тут платить, господин! Уж примите, не обессудьте!

   — Благодарю, добрый мастер!

   На этот раз схема была сложнее. Дэн достал ингредиенты, растер несколько крупинок порошка со своей кровью и нанес узор «удержания». чтобы даже при падении жидкость оставалась в кружке, не проливаясь на документы. И тут же опробовал результат работы: опрокинул кружку над полом — ягодный чай провис пузырем, но ни капли не сорвалось вниз. Оценив изумление сослуживцев, лэр победно улыбнулся — схема была его личной разработкой. Смеси для схемы оставалось еще слишком много, выкидывать было жаль и, поразмыслив, Дэн нанес тот же узор на чернильницу. Масси как бы невзначай переставила на его стол еще две: свою и напарника. Вдруг получится разжиться таким подарком судьбы бесплатно? Сделав вид, что не заметил хитрость, Дэн нанес схему и на них — уж лучше истратить смесь на будущих товарищей, чем она высохнет и пропадет.

   — Эх, господин, вот она — великая сила магии! — Гренк потер вспотевший лоб. — А дорого такое сподобить? Сказать по чести, добрый господин, в лавках я такого не видел. Только заклинания, а они постоянной зарядки требуют.

   — А в лавках ее и не может быть! Это я сам изобрел, — похвастался Дэн, — после того, как залил доклад, который готовил три дня.

   — Да… видно сразу образованность, — вздохнул Гренк. — Мы с супругой грамоте обучены, но с таким не сталкивались!

   Дэн посмотрел на чернильницы — как говорила его мать, лири Беррис, если начал заход, так и заканчивать надо с прибылью.

   — Если вы не против, мастера сыщики, то я бы мог сделать то же самое и с вашими кружками.

   — Ах, вы сами предложили, господин! Мы и просить не смели! Это же не инструмент, а баловство, можно сказать! — с улыбкой воскликнула Масси, двигая к нему свою чашку, большую, с красивой росписью в виде роз. А Гренк свою — черного цвета, с криво написанным на боку пожеланием удачи.

   — Супруга подарила, — пояснил он, заметив любопытный взгляд юноши.

   Дэн взял в кружку в руки, покрутил, изучая. Очевидно, что женщина писала с трудом, буквы неровные, но она очень старалась, обводя линии по нескольку раз. Наверно, это здорово, иметь такую любящую и старательную жену. Может, и ему повезет? Дэн обмакнул кисть в остатки смеси, нанося схему от проливания и схему сохранения при ударе — пусть подарок поживет подольше. Знаки ярко полыхнули и исчезли, став невидимыми глазу. Теперь, пока не иссякнет их сила, предмет будет сохранен.

   Схемы выдержали первые испытания — кружки наполнили, перевернули и с восторгом тыкали пальцем в натянутую водяную пленку. Гренк сбегал за формой младшего служащего (да где же видано, чтобы лэры сами себя обслуживали, добрый господин!). И Дэн в нее переоделся, поразившись верному глазомеру старшего сыщика — все село по фигуре, не требуя замены.

   Потом Масси осторожно поинтересовалась схемой и уже через час Дэн поймал себя на том, что поет соловьем, рассказывая о создании схем, о том, как сам их придумывал, о том, что данные конкретные схемы — испытания не проходили, лицензии не имеют, так что лучше не рисковать лишний раз — вдруг разрядится?

   И тут из лепнины на стене донесся начальственный голос:

   — Сыщики госпожа Тар и господин лэр Беррис, прошу вас прибыть в «комнату сочувствия» номер три.

   — Это новинка, — похвасталась Масси, вежливо указывая лэру направление, — господину начальнику кто-то рассказал о том, что принимать просителей можно в отдельных совсем небольших комнатках, мол, им там легче быть откровенными. Ты не удивляйся, им подают чай, они расслабляются и иногда говорят лишнее. Или их вранье становится заметным.

   — Вранье я и сам вижу, — ответил Дэн и тут же поправился: — Но эта новинка мне очень интересна.

   Об этих помещениях он был наслышан — защищенные от подслушивания посторонними, а также запоминающие и фиксирующие все детали допроса с последующим воспроизведением по заклинанию. Комнаты «сочувствия» и «выявления истины» обошлись казне в целое состояние, но уже не раз доказали свою полезность, особенно это касалось вопросов государственной безопасности — тут уж точно имеет значение каждый жест и взгляд. А значит, все, что может облегчить дело, дороже любых денег. У кого позаимствовал новинку Норрей Гор, Дэн знал отлично, слухи об этом будоражили умы и языки дворцовых сплетников еще год назад. Почему именно Черный Трон постоянно совершенствует систему дознавания — понятно, но вот чем их не устроили обычные кабинеты и допросные камеры — осталось загадкой для всех.

   — Хотите анекдот, митрис? — вдруг выпалил Дэн, вспомнив ситуацию, коей был свидетелем и которая поставила на уши всю систему безопасности дворца.

   — С удовольствием! — Масси живо обернулась к собеседнику.

   — Собрал наш государь совет. Сидят министры, советники, обсуждают, зачем же Черный Трон проводит очередную реформу чиновничьего аппарата. Вроде бы у них и так все хорошо. Спорят уже до хрипоты, версии выдвигают: в чем дело и главное, как же узнать подробности? И тут темнеет в кабинете стекло, преобразуясь в визуалер и оттуда на них злобно смотрит сам Берган. Чуть не молнии из глаз мечет. Орет:

   — Почему?! Для чего?! Разорались, как вороны пустоголовые! А прямо спросить не додумались?

   Масси хихикнула, представив панику. Им как-то пришлось искать черного эмиссара, и она отлично помнила, что единственный мыслью было «не дай боги, найду...». Нет, работу она выполняла честно, но ей повезло — эмиссар предпочел исчезнуть, не оставив следа.

   Перед дверью госпожа Тар притормозила, повернулась к новичку:

   — Господин лэр Беррис, прошу вас сосредоточиться. Нам предписано выслушивать пострадавших, проявляя внимание и сочувствие! Даже если то, что с ними произошло, выглядит очень смешно.

   — Не волнуйтесь, держать необходимое выражение лица мне не привыкать, — заверил он и вошел следом за сыщице

   На краешке дивана, комкая в руках подол длинной темно-синей с оборками юбки, сидела девушка. Типичная сельская жительница, надевшая ради поездки в город самые красивые вещи, которые у нее были — светлую кофту и чепец с кружевами, из-под которого на спину выбивались длинные волосы. Она старалась держаться, но было видно, что расстроена и напугана, и значит, надо не напугать еще больше. То, что его родовое имя действует на простых людей, как хорошая дубина, Дэн знал отлично. Если он представится полностью, то не услышит ни слова, или услышит не то, что надо… При виде вошедших сыщиков она вскочила, неловко присела в реверансе, опустив лицо, чтобы скрыть покрасневшие от слез глаза.

   — Дэнильф Беррис, к вашим услугам, — склонил он в ответ голову. Без привычного «лэр», имя прозвучало чуждо, непривычно. Дэн погладил браслет Направляющего в надежде успокоить собственное эго. Это не оскорбление, просто так надо, для дела. Вон и наставница одобрительно кивнула. А он привыкнет и к такому, главное, чтобы семья не узнала... — Прошу, госпожа, садитесь, расскажите, что вас к нам привело? Сейчас я распоряжусь подать вам чай с печеньем. Как вас зовут?

   — Лисса Риви, господин. — Девушка опять сделала книксен, послушно села на диван и принялась торопливо рассказывать. Иногда сыщики задавали ей вопросы, чтобы помочь вспомнить и направить повествование в нужное русло.

   Ее рассказ был грустен и прост. Они с братом приехали на ярмарку. Поскольку в ближайших к рынку трактирах свободных комнат не было, то, оставив девушку за столом в одном опрятном, но забитом клиентами трактирчике, брат поехал искать свободную комнату и… не вернулся. Дэн задал еще несколько уточняющих вопросов: да, она сперва обратилась к местной рыночной охране, а они уже проводили сюда. Нет, брат не склонен к выпивке. Деньги? Нет, деньги они разделили пополам, как раз на случай, если кошелек вытащат. Да, обычно с отцом, но он ногу сломал, вот и поехали вдвоем с обозом. Нет, остальных она не видела, разбрелись в поисках мест, большую толпу крестьян мало кто сможет поселить, свободных комнат во время ярмарки мало.

   Вошел Норрей, принес успокаивающий и проясняющий память напиток для просительницы. И скромно сел на краешек стула в самый дальний угол. Девушка опасливо покосилась на крупного мужчину, но рассудила, что он, наверно, слуга, поэтому и держится в отдалении, и решила не обращать внимания. Она опять обернулась к Дэну и Масси.

   — Так вы найдете брата, господа сыщики?

   — Сделаем для этого все возможное, — Дэн слегка поклонился, прижав руку к груди.

   А Масси спросила: — Кстати, у вас нет его вещи какой-нибудь?

   — Есть, вот — платок. — Девушка вытащила из сумки на поясе заношенный до потери цвета головной платок. Правильно, какой крестьянин явится в город без этого предмета гардероба! — Брат новый себе прикупил, да старый выбросить рука не поднялась, думал, в поле может сгодиться… И мне оставил. Это поможет?

   — Очень, благодарю вас, митрис Лисса, — кивнул Дэн, а его начальник поднялся и, взяв платок, пояснил:

   — Я пока отнесу это магу лэру Болору, мэтр Беррис. Когда вы закончите беседу, уже будут результаты.

   — Буду признателен. — Дэн подумал, что легкое ехидство, с которым начальник произнес его имя, могло и померещиться. Ну, а если нет, так он еще придумает, как за это отплатить — у него даже император без ответа не уходил.

   Проводив обнадеженную посетительницу, Дэн собрался следом за начальником, но сообразил, что понятия не имеет куда идти.

   — Так нет у нас специальных магов! — разъяснила его недоумение госпожа Тар. — Есть дежурные маги из казарм — они сопровождают сыщиков на выездах, один криминалист и некромант. Остальные погибли, всем отделом попали в ловушку, мы ничего сделать не смогли. Теперь глава Логариума лично взялся за новый отдел, готовит для них целый этаж с учетом самых новых разработок магии и схемописи! Пока маги из Логариума даже вход закрыли туда, чтобы кто-нибудь случайно не забрел. Так что нам — к лэру Болору, вниз. В некролеум.

   Спускаться в царство смерти оказалось удивительно неприятно. То ли сказывался опыт УМИНа, то ли просто не любил он некромантов. Но Дэну пришлось даже сосредоточиться на мысли, что рядом с ним женщина. Пусть и сыщица, но ведь идет, не боится. А он — воин, лэр… и замедляет шаг! Пришлось сделать вид, что поправляет шнуровку, надавать себе мысленных тумаков и догнать наставницу.

   — Кон хоть и некромант, но очень душевный человек! — сказала Масси, угадав его мысли. — Не бывает злым человек с такой фигурой! Ты его просто не видел! Не может он делать гадости, потому что не убежит!

   Довод показался Дэну замечательным. Как и сам некромант. Навстречу гостям вышел не грозный владыка некролеума, а милый дедушка, как мгновенно про себя назвал этого человека Дэн. Пожилой мужчина плотного телосложения, чью голову украшал венчик седых волос, а лицо — морщины, указывающие на веселый характер и привычку улыбаться. Он и улыбнулся при виде вошедших, словно они были его дорогими внуками.

   — Конаэль лэр Болор, — представился он. Дэн полусознательно попытался вспомнить, на какой ветви обширного родового древа Болоров произрастает сей плод, не преуспел и бросил неблагодарное дело. Явно не основная ветвь, он бы знал, а бастарда могли и не представить свету.

   — Дэнильф лэр Беррис. — Дэн огляделся. Первая часть некролеума — кабинет. Здесь трупов не видно, зато все необходимое для работы с документами, «опытный стол» и главное — уютный уголок для чаепитий. Видно, что некромант уважал и любил это занятие. Возле столика обнаружился и вездесущий господин Гор, который как раз укутывал куском толстой ткани пузатый чайник.

    Дальше двойная дверь, откуда пробивается холод и неприятный запах — лаборатория некролеума: со всеми формулами, схемами и телами в холодильных шкафах. О том, что кто-то из покойных мог пребывать в виде призрака или зомби, думать не хотелось совсем, хотя, скорее всего, так и было.

   — Весьма приятно, — заулыбался некромант. — Чем больше нашего брата в ИСКе, тем меньше предрассудков достанется на долю следующих принявших службу. Проходите, прошу вас! Масси, не смотри так, я все успел! Сейчас попьем чаю с пирожками и я введу вас в курс дела. Правильно, Нор?

   — Совершенно верно, Кони.., — в тон ответил Норрей, собственноручно расставляя чашки перед всеми присутствующими, и насмешливо спросил Дэна: — Мне показалось, или вы где-то потеряли часть имени, господин Беррис?

   — Решил, что так ей будет проще, — отмахнулся Дэн. — И надеюсь, свой первый допрос я провел нормально?

   — Немного давили, лучше, если вопросы вплетаются в беседу словно сами собой, тогда человек их не замечает и рассказывает куда больше. Но это скорее ошибка моя и вашей наставницы, чем ваша — мы не успели научить вас, как надо, сразу бросив в бой.

   — В этом бою, к счастью, за ошибки не платят жизнью, — склонил голову Дэн, признавая правоту начальства. — Так что там с пропавшим, лэр Болор?

   — Он жив. Плохая новость: местонахождение определить не могу, помещение, где держат пленника, отлично экранировано. Есть и хорошая новость: города он не покидал.

   — Как представлю обыск всего города, так мне от этой «хорошей новости» сразу плохо становится, — вздохнула Масси, наполняя чашки чаем, пока некромант бодрым колобком сбегал за пирожными к большому охлаждающему ларю. Дэн специально отвернулся, чтобы случайно не увидеть, что там еще, небрезгливость некромантов была известна. А если не знать, то можно верить, что там находится только еда.

   — Ну что, господа, перекусим и к делу? Что вы собираетесь делать? — уточнил Норрей, явно продолжая обучение новичка, «старички» и без вопросов знали, что от них ждут.

   — Поспрашивать, может, видел его кто? Может, пил с кем? Не мог он далеко уйти от сестры, — ответила Масси. — Я лэра Берриса с собой возьму.

   — Уж лучше тогда мэтр или мастер Беррис, — поправил Дэн, представив, как сыщица его окликает в толпе и все оборачиваются, или, что еще хуже, сплетня о его внешнем виде доходит до тех из родственников, кому он совсем не хотел бы попасть на язык. — Можно просто по имени. Не обижусь, митрис Тар.

   То, что жизнь способна испортить даже самый лучший и тщательно подготовленный план, Дэн убеждался неоднократно. Так произошло и в этот раз: когда они поднялись наверх, то обнаружили, что помощи ожидают еще несколько человек. Тоже прибывших из деревень на ярмарку и, как ни печально, по той же самой причине.

   Массия, как более опытная, взяла на себя сразу двух крестьян — мужчину и женщину, с коими и уединилась в отдельном кабинете. Дэн хотел было «не мешать ей», но начальственный тычок в спину указал на ошибочность выводов и загнал внутрь комнаты. Масси подняла бровь и глазами указала на диван в углу. Он послушно присел, наблюдая за беседой — у супругов пропали сразу трое сыновей… Старики нервничали: женщина всхлипывала, несмотря на предостерегающие взгляды мужа, терла глаза; старик сурово хмурил брови, сжимал в кулаке шапку и пытался придать себе грозный вид.

   — Не нравится мне все это, — сказала Масси, проводив посетителей и обнаружив, что ее невольный гость так и сидит, подперев подбородок кулаком. — Конечно, парни могли и до спиртного дорваться, когда родителей на постоялом дворе оставили, но не похоже. Вот скажи, зачем их красть? Работорговцы закон нарушать не станут, можно ведь и почти легально купить хорошего сильного мужчину, достаточно отъехать от столицы подальше. Старосты деревень охотно «сдают в аренду» молодежь, хотя это и запрещено. В бордель — тоже не тот товар. Маги — да на кой им парни? Для жертв нужны девственницы, а шанс, что крестьянские парни сохранили целомудрие, минимален… Ой, а чего ты так влетел-то? Что-то случилось?

   — Воля господина Гора, — вздохнул Дэн. — Там еще просители, и чует мое сердце — с тем же самым.

   — Отлично! Еще четверо! А сколько не заявило, потому что думают, что их друзья и родичи бухают в кабаке… — Масси устроилась на краю стола, болтая ногой, обутой в коричневый башмачок с невысоким каблуком. — Но все-таки, на кой они сдались-то, эти парни? Дэн… не молчи! Идеи есть? Говорят, новичкам везет.

   — Вранье. Я проверял. Не знаю, крестьянские мужчины только для работы пригодны, — поддакнул парень, неплохо изучивший потребности магов за время обучения в УМИН. — Могли, конечно, спереть и для тайных работ, ну, а потом и прикопать. Случалось такое в истории. Эти как пропали?

   — Оставили родителей у телег и пошли искать гостиницу на ночь.

   — То есть, у всех пропавших все упирается в кабак или гостиницу? Ну, тогда и мы ее поищем, — предложил Дэн, радуясь возможности разделить ответственность со старшей по званию. — Сейчас кликну Мели и пойдем.

   — А Мели зачем? Он слишком приметен и…

   — Не хочу присоединиться к тем парням, — пожал плечами Дэн, — я, конечно, не крестьянин, но физически превзойду их всех вместе взятых. А лэры работают в шахтах не хуже простолюдинов, проверено Черным Троном. К тому же, эноки умеют быть незаметными, хоть и недолго.

   Однако сразу им уйти не удалось. В коридоре они столкнулись с со своим начальником и Советником по Ритуалам Его величества лэром Домиалем.

   — Дэн, Масси — вы куда сейчас? У нас тут небольшое происшествие, — притормозил их господин Гор, незаметно для своего спутника делая «большие и страшные глаза», для вразумления подчиненных и придания им нужного настроения.

   — Это не небольшое, — возмутился лэр Домиаль, — опять на площади возникла эта неприличность, с кентавром!

   — Приключения Озабоченного Кентавра? — уточнил Дэн, а Масси хихикнула и старательно покраснела, видимо, хорошо зная содержимое крайне фривольных баек, автор которых до сих пор оставался неизвестен и неуловим. Несмотря, а может и благодаря заочному приговору в двадцать плетей. — А на какой площади?

   — На главной! Причем именно тогда, когда мимо проходило посольство степей! Такой конфуз! — Советник схватился за голову. Происшедшее он воспринимал, не просто как досадную случайность, а как серьезный удар по карьере и безупречной службе.

   Дэн привычно изобразил «лэрскую морду», а Норрей Гор, сумев по ней что-то понять, за спиной придворного показал увесистый кулак. Невежливо, но весьма доходчиво.

   — Господин лэр Беррис, — распорядился Гор, решив, что дела дворцовые надо поручать тому, кто в них разбирается. За тем и просил лэра — для дворцовых интриг. — Займитесь данным происшествием.

   — О! Так вы — Дэнильф лэр Беррис? — до Домиаля дошло, он окинул взглядом юного лэра, одетого в синий с белым кантом мундир, и его отлаженная и тренированная речь сбилась, пропустив недопустимую для его должности оговорку.

   — Они приняли волю государя, — вежливо ответил Дэн. Ну не рассказывать же, что его назначение вызвало несколько семейных скандалов, в том числе и поднятых из глубокого прошлого. Например, признание прадеда, что он семь лет был пиратом и кому там подчинялся, так страшно не только сказать, но и подумать. Тетушка из обморока плавно перебралась в затяжную мигрень, отец из примирения с волей императора перешел к «опозоришь — убью». А матушка и сестра под шумок вытрясли из него слово показывать или хотя бы рассказывать им все интересное. Разумеется, по большому секрету.

   Советник изобразил почтение и сочувствие к юному лэру, пожертвовавшему многим ради исполнения приказа самодура-императора, но про свою миссию не забыл:

   — Полагаю, вы не откажетесь посетить меня в ближайшем будущем, господин лэр Беррис. Надеюсь, мы вместе быстро решим возникшую проблему.

   — Разумеется. А до того времени, прошу вас предоставить мне доклад для изучения.

   Лэр Домиаль двумя руками протянул ему кожаный чехол для бумаг. На горячем сургуче был отпечатан перстень государя и надпись прямо по чехлу, высочайшее повеление «расследовать и доложить».

   Довольный Гор спихнул придворного лэру Беррису, и напарникам пришлось по второму разу выслушивать животрепещущий рассказ о позорном событии. И стараться выслушивать серьезно, а не ржать во все горло, как тот самый кентавр. Несчастный царедворец, всхлипывая, озвучил страшную повесть о своем падении. Он отвечал за прием, постарался не упускать ни единой детали: делегацию степняков ожидали давно. Дикие красавцы кентавры никак не могли договориться, кому выпадет честь или, как подозревал Дэн, кому не повезет, представлять Степи в Империи. И вот, наконец, Быстроногий Иннор с сыновьями и частью табуна прибыл в столицу. И когда делегация проходила по площади, внезапно над их головой нарисовалась серия изображений, где быстрый, вооруженный лишь гипертрофированным органом кентавр гонял обнаженных девиц с очень выдающимися прелестями. По выражению придворного — делегация просто окаменела.

   — Ах, лэр Беррис, это было ужасно. Они сперва застыли, а потом топали копытами, махали хвостами и потребовали немедленно позвать творца этого безобразия «для беседы». Но обсуждать дело со мной отказались.

   Дэн сочувственно кивнул и придворный продолжил скорбный рассказ.

   — Их с трудом убедили пройти дальше, не обращая внимания на непотребство.

   — И чем все закончилось?

   — Делегацию разместили в приготовленных покоях, а наказание виновнику выросло вдвое. Но проблема в том, что степняки не пожелали спустить шалость с рук и продолжают требовать негодяя, — лэр Домиаль запнулся, потрясенный участием и сочувствием сыщиков: лэр Берис даже утратил свою невозмутимость, скривив чуть дрожащие губы, а его напарница, всхлипывая, уткнулась дворянину в плечо. Дэн гладил ее по голове, утешая.

   — Я прошу вашей помощи в поимке негодяев, господа, — произнес лэр Домиаль торжественно.

   — Не волнуйтесь, господин лэр Домиаль, мы сделаем все возможное, чтобы разрешить эту проблему, — заверил сдавленным голосом Дэн. — А теперь позвольте нам откланяться, дела государства не терпят отлагательства.

   Далеко им уйти не удалось. Дойдя до следующего пустого кабинета Масси схватила Дэна за плечи, впихнула внутрь и, захлопнув дверь, расхохоталась. После секундной паузы лэр Беррис к ней присоединился. Да так, что вынужден был опереться о стену.

   — Ох, судя по твоей высокородно-окаменевшей лэрской морде, извини, благородному лицу, ты знаешь больше, чем говоришь? — выдохнула, наконец, сыщица.

   — Масси, знаю ли я… Знала бы ты, что я знаю! — простонал со смехом Дэн. — Однако, какая же сволочь такое устроила? Ведь для последовательно-воспроизводимого заклинания визуализации столько необходимо… Прежде всего, надо уточнить количество магов для такого представления. У вас тут есть по-настоящему сильный и опытный маг? Потому что Логариума я, честно говоря, побаиваюсь.

   Госпожа Тар от души согласилась с оценкой магической цитадели. Поговаривали, что тот, кто туда войдет, прежним не выйдет. Стоит добавить, что то же утверждали и про УМИН, но туда хотя бы впускают не всех!

   — Лэр Болор подойдет нам, — сказала она. — Он никогда в консультации не отказывает.

   — Значит, надо вернуться и переговорить с лэром Болором. А вечером, после проверки трактиров, зайти к кентаврам, побеседовать. Понимаешь, по реакции степняков мне показалось, что они ошеломлены, изумлены, но не недовольны. Они даже никого не лягнули!

   — А ты их так хорошо знаешь?

   — У нас в загородном доме живет кентавр, точнее кентавресса. Зуоли. Реш ее забрал у торговца редкостями. Ее семья погибла и она не пожелала возвращаться в степи. Реш назвал Зуоли своей приемной дочерью. А так как в зимнем дворце ей людно, а в летнем дворце — одиноко зимой, то поселили ее у нас. Там территория меньше, а людей — средне. На самом деле они не так похожи на людей, как рисуют художники. И куда ближе к животным. Например, в качестве аргумента в споре могут лягнуть или врезать. Степняки куда опаснее орков.

   — Господин лэр Беррис! — вкрадчиво заговорила Масси, молитвенно складывая руки на груди: — Возьмите меня с собой? Я никогда не видела близко ни одного степняка!

   — Это может быть опасно для вас, госпожа, — честно предупредил Дэн. — Кто знает, как они воспримут ваш визит? Они очень падки на женщин, хотя и не сочетаются с нашим видом.

   — Ну, господин лэр Беррис! Дэнильф, я же была замужем за поэтом! Неужели трезвый степняк страшнее пьяного барда?

   — Понятия не имею, меня ни один бард на дерево не загонял, — сдался Дэн. — Только, если что, не разбираемся, а драпаем. Они вспыльчивые, но быстро отходят. Лягнут дерево на котором ты сидишь, и тут же зовут обратно — поболтать и выпить. Для Зуоли мы повесили специальный мешок, выпускать плохое настроение. И приставили слугу — менять его по мере надобности.

   Масси фыркнула. Лэр оказался совсем не таким страшным, как расписывал начальник. Даже наоборот — веселый, компанейский парень. И совсем не такой надутый, как остальные… Интересно почему?

   Они отнесли папку с новым делом в кабинет. Дэн решил пока его не читать, хватит словесного описания. Главное — точно выяснить, чего хочет Иннор, и действовать, исходя из этого.

   — Ну что, опять к Кону? — позвала Масси. — Хорошо, что старик выжил.

   — На него тоже напали?

   — На всех, — вздохнула Масси. — Мы даже ничего и понять-то не успели…

   Ее нехитрый рассказ сумел скрасить дорогу вниз и изрядно озадачить Дэна.

   — Это было не вторжение из инферно, хотя очень похоже на дикий портал оттуда, но эксперты из Логариума, сказали, что это не оно, а что это — они не знают. — Яда в голосе сыщицы хватило бы на десяток магов и еще на учеников осталось. — Просто вдруг полыхнули и рассыпались амулеты, опрокинулись, выпадая двери в лаборатория, всех накрыло приступом дичайшего ужаса, от которого слабеют руки и темнеет в глазах... Несчастных магов обнаружили разрубленными в лужах крови.

   Уцелел только лэр Болор, который, по его собственному признанию, увидев рассыпавшиеся амулеты, поднял всех находящихся в морге мертвецов и повелел им забаррикадировать дверь и окружить его самого плотной стеной, сражаясь с опасностью. Что бы это ни было, оно атаковать не рискнуло. Постояло за дверью и ушло в телепорт.

   — Масси, вы сыщики, а не воины, — заявил Дэн. — Это точно не демон, его мертвецами не напугаешь. Ужасом воздействуют не так много существ… Знаешь, надо дать Мели постоянный доступ в ИСК, чтобы он мог прыгнуть сюда в случае тревоги даже без меня. Такие атаки — по его части.

   — Не опасно? Если оно с магами справилось…

   — Оно побоялось мертвецов, значит, не намного сильнее тренированного человека. И, приспособленный для боя с демонами энок его остановит.

   Старого некроманта застали за вскрытием. Что-то напевая под нос, он извлекал из свежедоставленного трупа внутренности. При виде гостей помахал скальпелем и приказал стоящему у стены зомби накрыть недорезанное тело простыней и укатить в соседнее помещение.

   — Отличные помощники, между прочим, — указал он на мертвого слугу. — Точно выполняют приказы, не устают и главное — не пьют на рабочем месте, в отличие от живых!

   Зомби скрылся в лаборатории и назад не вышел. А лэр Болор наконец сообразил, что посетители явились не на трупы глядеть.

   — С чем пожаловали, господа сыщики? Дэн, у вас такой вид… может, чаю? А потом порадуете старика рассказом! — предложил эксперт, тщательно очищая руки — сперва водой, а потом и заклинанием.

   — Если не затруднит, — склонил голову юноша.

   — Какие могут быть церемонии в таком месте, Дэн? — Некромант взял в руки чайник, погладил его и тут же налил в чашки исходящую паром темную жидкость. — Я по-быстрому, сам, не пугайтесь. Предпочитаю натуральный нагрев, но… подозреваю у вас не так много времени. Так что случилось? Что вызвало такие усмешки на ваших лицах?

   — Дипломатический скандал! Студенты-маги показали неприличные картинки на главной площади, когда туда прибыла делегация степей. Приключения «Озабоченного кентавра». Тут и раскрывать-то нечего. Хотя для вида придется побеседовать кое с кем.

   — А какую часть? — живо заинтересовался эксперт.

   — Полагаю с эльфами, она самая выразительная!

   — Как же, наслышан. Потрясающе! Надеюсь, авторов не поймают? А то им грозит, как минимум, публичная порка.

   — И я надеюсь, — энергично согласился Дэн. — Интересно, что они еще придумают. Мы в св...

   — Думаешь, не один человек? — заинтересовалась Масси, не заметив оговорки.

   — Не менее трех, — отвлек на себя внимание некромант. — Причем один — пространственник, несколько иллюзионистов, алхимик с доступом к серьезной лаборатории. И еще ингредиенты... Вот вы бы, лэр Беррис, откуда взяли семена кулачника или листья загребы серой?

   — В Логариуме?

   — Там все ингредиенты наперечет. Не вариант.

   — Тогда... — Дэн на мгновение задумался. — Уговорил бы кого-нибудь из друзей в дипкорпусе или договорился с купцами.

   — Купцы три шкуры сдерут, — азартно возразил лэр Болор. — Дипкорпус можно, но сырье скоропортящееся. Долго не хранится, еще вариант?

   — Большая часть растений везут из степи, то есть, проще всего заказать их напрямую у кентавров.

   — И у вас есть на них выход?

   — Тоже мне проблема! Я не только какой-то зеркальник, но и самого кентавра могу добыть, вместе с... — Юноша запнулся, покраснел, а сыщик Тар поперхнулась чаем.

    — Не вздумай, Дэн, нам только этой скотины не хватает! — возмутилась она.

   —- И правда, лэр Беррис, если уж у вас есть возможность, привезите лучше что-нибудь полезное мне, старику. Мертвятник серебряный, например. Или севриру загадочную, лучше цветы, но и от листьев не откажусь. Я готов оплатить, но не по ценам Логариума же! — согласился некромант с мягкой улыбкой.

   — Хорошо, — Дэн прикинул, что ему эти травы обойдутся намного дешевле, чем даже в лавке у купцов. Степняки, узнав, что одну из них не просто спасли, а еще и создали условия для жизни, охотно исполняли просьбы, привозя травы напрямую, без таможенных сборов. — Приготовьте список необходимого. И условия сбора. Для Беррисов они поставят что угодно, хоть луну из озера. И заодно — перечень трав, необходимых для показа кентавра во всю площадь.

   — Разумеется. Главное, что? Чтобы НАС не поймали! — лэр Болор хитро взглянул на сыщиков. — А теперь еще минутку, дети мои.

   Торжественно вручил им несколько обсидиановых пластинок с изображением лиц пропавших крестьян.

   — Вот вам портреты, чтобы знали кого искать. У вас сутки, потом придется обновлять магию. Так что поторопитесь! И не разбейте, а то отчет заставлю писать!

   Уже в дверях они выслушали последнее напутствие: забежать в работные дома и присмотреть кого-нибудь подходящего ему в помощь среди магов-практиков. А то ни Логариум ни Коллегия эту проблему решать не хотят, только обещают. А сыщики без труда найдут подходящих.

   — А какими же данными должны обладать кандидаты? — уточнил Дэн у госпожи Тар, когда они шли по коридору.

   — Он прежде всего должен нравиться нам, быть сильным магом, уметь думать и иметь приличные знания по естественным и неестественным наукам, — охотно отозвалась она, — все остальное значения не имеет!

   — Да, с такими требованиями, конечно, будет подобрать легко, — вздохнул Дэн. — С какого трактира начнем?

   Энок возник прямо перед ним, так что он чуть не наступил на когтистую лапу, а Масси, с диким визгом отпрыгнув, врезалась в стену.

   «Зачем орать, знакомы уже, — сердито заявил Мели, перегораживая сыщикам путь. — Почему без меня?»

   — Не успел позвать, — извинился Дэн, скользнув рукой по лобастой голове зверя. — Ты необходим, только не кусай всех подряд и вообще больше думай, как сделать правильно. Масси, не ори!

   «Разумеется», — не стал спорить Мели.

   — Неожиданно он… откуда он вообще взялся? — Масси, потирая ушибленное плечо, подошла к эноку и заглянула в глаза: — Я не знала, что вы его позвали.

   — А я и не звал. Он сам пришел, — Дэн хлопнул себя по боку, — он может ко мне телепортироваться и без приказа. Да, Мели? А теперь — исчезни.

   Энок слегка встряхнулся и… исчез. Выцвел, маскируясь под окружающую обстановку, становясь практически невидимым. Теперь его можно было заметить, только если смотреть прямо на него, да еще и зная, что искать. Ну или понаблюдать за прохожими, инстинктивно огибающими «пустое» место.

   — Удобно, а почему они настолько не распространены?

   — Эноки опасны. Таких, как Мели, разумных и контролирующих себя, единицы. Обычно они так и остаются созданиями Лабиринта Чар, покорными Направляющему рабами, созданными для убийства. А кого убивать, им все равно.

   Масси помолчала, видимо, не зная, как подступить, потом все же уточнила:

   — Господин лэр Беррис, а вы были друзьями до того, как он…

   — Только однокурсниками. Хотя, если выбирать, я бы опять выбрал его. Он, по крайней мере, больше сил потратил на сохранение рассудка, чем на попытку меня съесть и спятить окончательно.

   «К сожалению, или одно, или другое, — согласился энок. — Если я хотел убить — я утрачивал разум. Я потратил очень много сил, чтобы зацепиться за мысли и думать их. Могло быть иначе!»

   — Судя по его поведению, он нормальный. — госпожа Тар представила себе магического хищника сумасшедшим, и ей стало не по себе. — Во всяком случае, ведет себя нормально.

   — Не совсем и нормально. Спит на кровати и жрет со стола. А еще является ко мне без команды!

   «Это потому, что ты идиот».

   — Ну это не значит, что он ненормальный, — смягчила укол госпожа Тар и перевела взгляд на широкую полосу тисненой кожи, сжимавшую запястье дворянина, под которую уходила вязь традиционной лэрской татуировки. — А как вы подобрали узор для браслета? А есть еще один на случай, если этот потеряете?

   Дэн поежился и помотал головой, отгоняя тени Лабиринта Чар. Но все-таки ответил:

   — Потерять, насколько я понял, только с рукой вместе и это может кончиться очень плохо. — И перевел разговор: — Слушайте, может, просто переоденемся крестьянами? Ну, там братом с сестрой… вот над чем ты смеешься?

   — Лэру выдать себя за крестьянина? Да легче за орка!

   — За орка не выйдет, я их видел. Они ниже людей, но пошире в плечах и цвет кожи у них зеленоватый.

   «У них еще и обмен веществ другой! И на вкус они тоже...»

   — Заткнись, Мели! Я в курсе, что это твои соседи.

   — Ты о чем? — Масси зачем-то оглянулась, потом до нее дошло: — Энок с тобой говорит? Это же удивительно! Считается, что они безмолвны.

   — Намного удивительнее, когда Мели со мной «не говорит»! Он болтает постоянно, хотя их раса считается необщительной и закрытой.

   «Это кем считается?»

   — А кто он?

   — Болотник. Двенадцатый сын одного из местных князьков!

   «Четырнадцатый!» — Мели возник перед хозяином, чуть приподнялся, заглядывая в глаза.

   — Прошу прощения, четырнадцатый сын, у них орки — ближайшие соседи. Одно из племен, удравших от Властелина.

   «Развлечений не густо, поэтому детей много. Думаю, был бы театр, нас было бы меньше, а так…»

   — Заткнись, Мели!

   Энок обиженно приутих, и побрел следом, громко сопя и выразительно вздыхая. Дэн ухмыльнулся, потом придется мириться, но энок хотя бы перестал комментировать каждый шаг.

   Опрос хозяев гостиниц решили начать с тех, чьи заведения стояли на площади, поближе к ИСК. Дэн даже не подозревал, сколько кабаков, гостиниц и ночлежек в столице, и это только вокруг ярмарки! Он сразу же совершил ошибку, выбрав заведение, в котором остановился бы сам: цена на номера была слишком высокой для живущих от урожая до урожая крестьян. На вопрос о парнях владелец скорчил брезгливую гримасу и уведомил сыщиков, что у него голодранцы не останавливаются. И двум господам, стоящим перед ним, тоже лучше пойти в более подходящее их социальному статусу место. Рассерженный Дэн дернул вверх рукав, демонстрируя знаки, доступные только высшим и заставил мерзавца хозяина вспомнить табель о рангах и правах, а также то, как легко лэры карают зарвавшихся простолюдинов смертью. Конечно, стража вмешается и высококровный убийца получит штраф, но стража-то когда еще придет, а дворянин вот он, злой, как сотня бесов!

   Правильно оценив возможные неприятности, трактирщик исполнился почтения и уже совсем вежливо, не забывая кланяться, объяснил, какого рода и уровня заведения посещает приехавший на ярмарку деревенский люд.

   — Вот ведь хам! Мог проявить почтительность сразу и мне бы не пришлось на него давить, — заявил Дэн, стараясь не замечать ехидную ухмылку напарницы.

   — Это заведение и правда не подходило, — отозвалась она, — идем, куда он там рекомендовал обратиться?

   В двух последующих кабаках рисунки не узнали, зато узнали Масси Тар и сразу заявили, что ничего запрещенного не имеют. В четвертой замотанный владелец парня припомнил, но сообщил, что в тот день мест у него не было. И посоветовал господам сыщикам искать пропажу где-нибудь на окраине. Услышав это, Масси выругалась сквозь зубы так, что зашедший хлебнуть пивка носильщик покосился на нее с заметным уважением.

   — Это плохо? — спросил Дэн.

   — Отвратительно. Там можно просто исчезнуть, поймите! Наверно, вам, господин, стоит вернуться в ИСК, а ко мне прислать Гренка. Нам в этом всем привычно…

   — Нет, — резко перебил юноша. — Я пойду, куда надо. И я не боюсь.

   — Так это не вы боитесь, господин, это я! — Масси покосилась на него, но, прежде чем она опять открыла рот, Дэн заговорил:

   — Прошу вас, госпожа Тар, не отсылайте меня! Я лэр и выпускник УМИНа, а еще у меня есть Мели, он тоже может очень много…

   — Хорошо, все неприятности за ваш счет, господин лэр Беррис! — сдалась сыщица. — Идемте!

   Чем дальше от центра города, тем сложнее оказалось искать пропавших. Гостиницы были забиты под завязку, но хозяева, у которых явно было рыло в пушку, старались сыщикам угодить и охотно рисунки узнавали. После чего показывали дальше, на соседнее заведение — мол, там вот видели, а у нас нет. И старались побыстрее выпроводить незваных гостей — все-таки следователи из ИСКа, не обычная стража, малой кровью, то есть взяткой не отделаешься. К вечеру у Дэна от вывесок, дверей, пьяных посетителей и тараканов уже рябило в глазах.

   — Все, — остановила его Масси, когда они вывалились из очередного трактира, где нужных им людей, конечно же, не оказалось. — Уже поздно, а ты еще хотел зайти к степнякам.

   — Сейчас домой зайду, переоденусь и пойдем, — Дэн вспомнил свое обещание, а следом и хорошие манеры. — А вы, госпожа Тар, не изволите ли, пока я переодеваюсь, освежиться чем-нибудь под кровом моего скромного жилища?

   Масси посмотрела на него взглядом, весьма далеким от восхищения, и решила, что можно не церемониться. Ну не прибьет же он ее?

   — Вы не будете против, если я по дороге пирожков к «освежению» куплю? — ворчливо заявила она. — Запомните, ваша милость, никогда не ешьте там, где ведете расследование! Это может плохо кончиться.

   — Благодарю за наставление, моя госпожа. Полагаю, что в моем доме хватит еды для нас обоих. — Дэн поискал взглядом хоть что-то похожее на транспорт. Поблизости не было ничего и пришлось идти пешком сперва до более приличного квартала, а потом, не найдя и там — до дома.

   Проживал лэр на улице Молителей. Основательный двухэтажный дом, коричневый с белым фундаментом, Масси понравился. Дэн коснулся рукой двери и она мгновенно отворилась. Навстречу вышел слуга. Поклонился. Ничуть не смущаясь видом хозяина и его гостьи, принял шляпы. Масси огляделась — потолки высокие, с лепниной. На полу ковер. За лестницей, ведущей на второй этаж, находится кухня, откуда тянет запахом готовой еды… Судя по расположению комнат, дальше имеется выход к летней, неотапливаемой части дома. И наверняка есть небольшой внутренний сад с хозяйственными постройками: конюшней, оружейной. Лэру приходится тренироваться, чтобы быть постоянно готовым к бою. Она мысленно усмехнулась — парень еще не понял, как влип. Теперь не до тренировок будет, ноги бы не протянуть, бегая за преступниками.

   А вот есть хочется. Интересно, долго они будут торчать при входе?

   — Отличный дом, — восхитилась она, размышляя, как далеко зайдет гостеприимство лэра и его страсть к соблюдению приличий.

   — Это матушка купила, — почему-то смутился Дэн. — Мое назначение вызвало массу слухов и было важно показать, что семья от меня не отвернулась и полностью поддерживает. Слуги тоже семейные, матушка просила потом вернуть их в особняк, разумеется, когда найду себе новых. Мы можем поесть в летней гостиной, в доме слишком жарко.

   Летняя гостиная располагалась на втором этаже. Потолок был ниже, зато одна стена застеклена и завешена от солнца светлыми занавесками. Два стекла подняты и через них вливался теплый вечерний воздух с ароматами цветов.

   Дэн плюхнулся за стол, изучил бокалы, тарелку с маленькими бутербродиками и фруктами. Все, как требует этикет! Перевел взгляд на разочарованное лицо наставницы и возмутился.

   — Обед, называется. Как птичкам! Нет уж, давай поедим нормально! У меня уже желудок прилип к позвоночнику! Сандир, принеси что-нибудь сытное! Иначе сам будешь матушке докладывать, как уморил меня голодом.

   Слуга выслушал приказ с тем же невозмутимым видом и отправился вглубь дома. Еда у благородного лэра оказалась простой и вкусной: хлеб, мясо и отвар из трав и ягод. Но Масси решила, что слугу Дэн скоро заменит. Просто потому, что тот не подходит ни к обстановке, ни к характеру.

   — Не поэтому, — вдруг произнес лэр Беррис.

   — Ты мысли читаешь? — насторожилась она.

   — Нет, у тебя очень выразительное лицо и взгляд. Сандир слуга идеальный, но слуга семьи. И он очень хочет в резиденцию.

   «И тебе не нужен шпион твоих родителей», — мысленно дополнила сыщица. А вслух сказала: — У вас тут очень уютно, лэр Беррис! И повар отличный.

   Молодой лэр взглянул на стол, перевел на нее вопросительный взгляд — не издевается ли? Осознал, что сыщица хвалит серьезно и слегка удивился. Ничего такого, что могло поразить гостью, на столе не было. Впрочем, когда слуга ненавязчиво поставил перед ними еще одно блюдо с тем же самым, признал, что сыщица права — еда на диво вкусная. Вдвоем съели столько, что хорошая компания под вино не одолеет!

   Он бросил взгляд на большие напольные часы и приказал:

   — Сандир, найми экипаж. — И пояснил соратнице: — Места для кареты тут нет, да и честно говоря, не хотелось бы. А ехать верхом в данную минуту мне кажется неправильным.

   Масси согласилась, и мысленно от души поблагодарила всех известных и неизвестных богов — мало ли, что могло прийти в дворянскую голову? Нет, даже иди она пешком за лошадью — от визита к степнякам бы не отказалась. Но в экипаже лучше.

   В экипаже женщина вытянула усталые ноги и украдкой потерла колени. Дэн протянул ей теплый плед и предложил:

   — Можно пока вздремнуть, мы поедем шагом, чтобы добраться к закату.

   — Почему именно в это время? — Плед оказался мягким, толстым и достаточно большим. Усталая сыщица, подумав, что в отличие от лэра она не железная, забилась в самый угол сиденья, устраиваясь поуютнее.

   — Кентавры существа дневные, ночью они предпочитают спать. Поэтому, если прибыть достаточно поздно, они постараются быстрее изложить дело и нас выпроводить. Я привык ругаться с Зуоли за разрытый цветник или какие-нибудь еще проделки. Главное — вовремя, и она признает себя виноватой и пообещает больше не хулиганить.

   — Но продолжит?

   — Конечно. Но два-три дня тишины обеспечены.

   Масси пожала плечами, мол тебе, твоя милость, виднее. Она-то кентавров только на картинках видела, причем в тех самых историях, изложенных в магически оживленных книжках — их приносили, как доказательства преступления, но виновного так обнаружить не удалось. И он хитрый, и другие дела куда серьезнее… Сквозь накативший сон доносились ругань разносчиков, слитный гул площади храмов, высокие голоса торговок…

   — Госпожа Тар, — голос спутника вывел ее из дремоты. — Извольте пробудиться!

   — Изволила! — она даже не сразу сообразила, с кем в одном помещении проснулась, но успела подавить рвущиеся с губ слова. Спросонья Масси всегда была немного помятая, злая и невежливая, и потому искренне завидовала тем легендарным девицам, что утром свежи и прекрасны, словно цветы под росой. Ведьмы, не иначе!

   Выглянула в окно — там располагался какой-то забор и никаких намеков на полагающиеся посольству постройки: — Надо же, а где дворец? Где апартаменты посла?

   — Зачем им дворец? Им навес и пространство для бега. И забор повыше… — отмахнулся лэр Беррис, выпрыгивая и подавая ей обернутую плащом руку, словно знатной даме.

   — А зачем забор?

   — Понимаете, госпожа Тар, степняки существа и так своеобразные, но не дай боги хоть каплю выпьют!

   — Ты же не хочешь сказать, что история озабоченного кентавра...

   — Может стать реальностью. Они это знают, поэтому и просили самый высокий забор. Оп-па, а мы вовремя…

   У высоких ворот строем замерли солдаты. Сержант при виде Дэна обрадовался.

   — Лэр…

   — Беррис. Что случилось?!

   — Какой-то негодяй угостил наших гостей вином и они буквально взбесились! Требуют открыть ворота, лягают их! Стучат! Но у нас приказ!

   — Все правильно. Пьяным кентаврам делать в городе нечего. И город разнесут, и сами пострадают, — Дэн указал на маленькую калитку в воротах, из-за которых доносились крики и удары.

   — По моей команде пропустите меня внутрь. — Дэн прикинул размеры калитки. Кентавр не пролезет, а вот он… И крикнул:

   — Вы правы, господа степняки, сейчас откроются ворота на противоположной стороне!

   — Вот это правильно, — сообщил заплетающийся голос из-за забора, — мы же послы! Все-таки!

   Донесся нестройный перестук копыт. Судя по звукам, часть посольства рванулась к обещанному выходу. Но часть — осталась, слышны были пьяные голоса.

   Масси огляделась и полезла на забор — степняков все-таки хотелось посмотреть, как и понять, что затеял Дэн.

   О возможностях и боевых качествах древней крови Масси только слышала, а вот видеть не приходилось. Она уселась, пусть и не слишком удобно, но зато крепко, чтобы случайно не упасть. Дэн не промедлил и мгновения — шагнул в калитку, увернулся от одного из кентавров, перехватил второго, едва тот поднялся на дыбы. Схватив его за передние ноги, без видимых усилий повалил на бок. Кентавр дернул задними ногами, попытался вскочить, но уже получил короткий тычок в бок, туда где шерсть редела, переходя в человеческий торс. Степняк коротко выдохнул, перебрал ногами и бессильно вытянулся.

   А лэр без паузы плавно перетек навстречу другому. Золотом блеснули под манжетами родовые схемы. Тот же прием — и еще один кентавр остался на земле. Вихрем взметнулась пыль, рядом с хозяином встал Мели. Вид энока был страшен — чешуя встала дыбом, обратившись широкими и острыми шипами. Хвост бил по земле, оскаленная черная пасть сверкала белыми зубами. Раскатилось, отражаясь от стен, низкое рычание твари.

   — Табун к стенке! — холодно приказал лэр. — Происшествие обсудите завтра, с Его Величеством.

   Один из кентавров вышел вперед, чуть пошатываясь и возразил:

   — Да зачем? Пошумели немного... никто не пострадал, даже ворота не снесли. ЭТО убери, ладно? Приснится еще. Как вы тут живете с такими…

   Он задумался, подбирая слова. Не нашел и попытался подойти к Мели, чтобы рассмотреть и все-таки найти эпитет.

   — Я СКАЗАЛ — К СТЕНКЕ! — рявкнул Дэн и уже тихо добавил: — Легли и больше не шуметь! Все разговоры завтра. И заодно, я бы хотел знать, откуда выпивка!

   — Не злись, двуногий, — обойдя соплеменника, к ним приблизился глава посольства. Внимательно изучил энока, присвистнул: — Ну у тебя и зверюга! Все-таки вы народ не нормальный… О чем я? Ах! Не знаю, откуда вино. Было среди угощения. И немало было! А ты прав, двуногий. Мы потом добавки хотели, сунулись — нет кувшинов. Но зверюгу, и правда, верни туда, откуда взял. Гадость какая… мы — спать. Утром на трезвую поболтаем.

   Лягнул воздух, чуть не упал и побрел к длинной постройке в конце двора.

   — Господин! Лэр! — сержант поклонился вышедшему наружу дворянину. — Как хорошо, что вы прибыли! Забор уже падал!

   Из-за угла вынесся всадник. Лэр Домиаль спешился, поклонился Дэну.

   — Вы успели раньше меня… узнаю, какая скотина их напоила!!!

   — Вам лучше, пока они не привыкнут, быть где-то поблизости, — вздохнул сыщик, потирая запястье.

   — Думаете, стоит снять дом на площади? — лэр тоскливо оглядел темные окна. — Наверное, так и сделаю. Или походный шатер поставлю. Они же всего на три месяца?

   Дэн сочувственно покивал и повернулся к солдатам.

   — Господа, помогите моей спутнице спуститься вниз, мы вас покинем. И тщательнее проверяйте еду. Кто-то вместо воды подсунул степнякам вино. А вам их без крови не удержать.

   В экипаже он задрал рукав, разглядывая тускло мерцающую татуировку.

   — Зацепили все-таки. У нас что-то опасное планируется или такой же опрос?

   — О! Это и есть хваленые родовые знаки? А почему они светятся? — восхитилась сыщица. — Завтра опрос трактирщиков. Но, судя по тому, что я видела, для тебя в этом ничего опасного нет.

   — Трактирщики не тыкают мечами и не лягаются, — задумчиво ответил лэр. — Достали меня степняки, потому и светятся. Надо было Мели вперед пускать, но тогда бы они не поняли, могла паника начаться. Он бы самых буйных порвал… И так плохо, и так.

   — Это правда, что вас охраняет весь род? — продолжала расспросы сыщица, пользуясь внезапной разговорчивостью лэра. Не любили высшие эту тему, не то чтобы запрет, но по каким-то своим причинам напрягались и в подробности не вдавались.

   — Что-то в этом роде. Если будет возможно — покажу и расскажу. Но потом, после дела. Сейчас завезем вас и я отправлюсь домой. Дело с кентаврами мне не нравится все больше… точнее — дела.

   — Ты считаешь — их несколько?

   — Первое, это показанные картинки. Тут ничего особенного, молодежь балуется. Сам… ладно, неважно. Кентавры были не против. Иначе бы не требовали к себе мастера, а прямо на площади ор подняли. Да и травы идут прямо от них, значит — они что-то знают и молчат. И второе — это вино. Кто принес — неизвестно, куда дел — неизвестно. Завтра доложу господину Гору, пусть усилит охрану.

   — Почему не пошлешь гонца сейчас?

   — Там лэр Домиаль, пусть не поспит ночку, — хихикнул Дэн. — Как тебе степняки?

   — Меня больше впечатлило, как ты их валил! Не думала, что так вообще можно!

   — Я же лэр, мне положено быть силой и доблестью империи. — Дэн зевнул, прикрышись кулаком. — Зуоли научила. Они так мужей буйных усмиряют, один удар и семья в порядке. Но сейчас лично я хочу спать!

   Утром работа сыщика представилась Дэну во всем своем занудстве. Ни один трактирщик не мог опознать пропавших. Некоторые уверяли, что в ярмарочные дни могут не узнать даже родную жену, не то что очередного посетителя. К середине дня сыщики изрядно проголодались, и, махнув на все рукой, решили перекусить. И тут удача вдруг улыбнулась им. Хозяин лично принес кашу с обжаренной ветчиной, кружку напитка с гордым названием «Степные травы», и сел рядом.

   — Видел я парня, — он повертел в руках пластинку с портретом, — но остановился он не у меня. Да… вроде где-то на углу через две улицы еще трактир открылся… Только вот что, господа сыщики, странно это. Я ж тут всех знаю, нет тут новых, понимаете? А ему сказали, что есть! Может, это и не важно, добрые господа, но странно!

   — Очень важно, мастер. А кто сказал? — госпожа Тар, как более опытная, тут же взяла допрос в свои руки. Дэн молча уткнулся в кружку, опасаясь спугнуть свидетеля. Хотя бы один разговорился, а не просто сделал вид, что не помнит!

   — Да мужик какой-то, — трактирщик махнул рукой в угол, — вон там сидел! И сегодня тоже сидел… А ведь не видел, как он ушел… хорошо, взял плату за обед вперед! А вот с вас, господа, ничего не надо! Я люблю ИСК! Всем сердцем!

   — Вином самодельным барыжит, — пояснила Масси, когда любвеобильный трактирщик удалился. — Но мы глаза закрываем, пока. Информация ценнее. Значит, открылся еще один трактир, где, возможно, люди и пропали…

   Несмотря на общую усталость, решили поиск продолжить. В конце концов, они просто вымотались, а там люди, может быть, с жизнью расстаются! Понятие «там на углу», оказалось весьма размытым. После еще трех гостиниц, у Дэна появилась здравая мысль, что неплохо бы к данному мероприятию привлечь армию. В конце концов, пара сотен солдат прочешет все эти заведения за час-полтора. Ну а что сожрут и выпьют по дороге все, что не прибито к потолку — так это банальность и сопутствующий ущерб.

   Однако, несмотря на мытарства, удача сыщиков не оставила: портрет парня еще несколько раз был узнан — два раза трактирщиками, и один раз подвыпившей и крайне неблагонадежной компанией. Сыщики подозревали, что эти пять человек вышли из переулка совсем не с целью им помочь, но никаких агрессивных действий компания не совершала — наоборот, опознав в них сотрудников ИСКа, просто воспылала желанием сотрудничества. К счастью, именно эти люди и указали направление, но сами туда идти не пожелали.

   — Вон там трактирчик открылся, два дня как, господин хороший! — кланялся бродяга, прижимая к груди широкополую шляпу.

   — Дурное это место, недоброе, — сообщил другой тип, одетый так же пестро, как и первый: в широкие штаны, заправленные в потрепанные сапоги, камзол с прорезями, в которых виднелось голое тело, и грязный синий с цветными заплатами плащ. — Уж мы люди не трусливые, а по своему желанию не пойдем. И вам бы поостеречься! Рыжий Фей туда пошел, и все, сгинул парень! А красивый был! Эх… вы, господа, того, уж его нам верните, когда вам без надобности будет! Ну или сам сбежит…

   — Надо было сразу спросить у бродяг! — проворчала Масси. — Эти знают все. Хотя и не все говорят.

    Дэн выглядел сердитым и изрядно взъерошенным. Мало того, что он настроился на драку, которая не состоялась, так еще непонятно для какой надобности им сдался этот Рыжий Фей. И куда его прикажете возвращать?

   Искомое заведение, действительно, выглядело совсем новым. Чистенькая дверь с табличкой «Лучшая выпивка в городе!». Совершенно лишняя, на взгляд сыщицы — большинство местных жителей были неграмотны. Зато над дверью был нарисован большой морской рак, сжимающий в клешне такую же большую кружку с шапкой пены.

   — Ну что, зайдем, оглядимся. Только отправлю сообщение, что мы нашли, — сказала она, как-то по особенному стукнув по жетону. — Кто первый?

   Дэн пожал плечами и толкнул дверь…

   Очнулся рывком, головная боль окатила, словно кипятком, но Дэн остался неподвижен, погасив подступившую тошноту. Прислушался, пытаясь понять, что же произошло. Ничего не видно, глаза завязаны, руками не шевельнуть…

   Рядом раздался стон, судя по голосу — Масси. Дэн еще раз себя проинспектировал. Он лежал на полу, со связанными за спиной руками. И вроде себя не выдал, но его вдруг подхватили и усадили на стул. Сдернули мешок.

   — Можете не притворяться, благородный лэр. Вы ведь лэр? — прозвучал насмешливый голос за спиной. Дэн решил не отвечать. Привычно отметив легкий акцент, неизвестный даже ему, выпускнику УМИНа. Мелодичность и певучесть с которыми незнакомец произносил слова. Немного выждав, резко обернулся — увы, кроме резкой боли и звездочек в глазах, ничего больше ему попытка не принесла. Между ним и странным человеком была занавеска, грязная, местами латаная, но не прозрачная. Дэн, уже не скрываясь, огляделся. Рядом с ним на стуле сидела тщательно связанная, не хуже его самого, Масси. По бокам сыщиков стояли двое громил. Напротив за столом сидел обычный человек. Мелкий, с плутовским выражением на худом, с острыми чертами, лице, он крутил в руках неприятного вида нож.

   Дэн смерил его спокойным взглядом. И не такое видел.

   Тип, осознав, что не впечатлил, положил нож и поднял со стола разрезанный браслет Направляющего.

   — Разве его можно снять? — удивилась вслух Масси.

   — У нас есть методы и браслет снять, и ваше послание перехватить. Никто не придет, господа сыщики. Так что, в ваших интересах молчать и исполнять наши приказы.

   Дэн попытался мысленно позвать Мели. Судя по насмешливой улыбке плута, для него это тайной не было.

   — Прошу, — указал он в сторону узкого окошка. Против света было видно плохо, но очевидно, там находился кто-то еще. — Наш маг. Лучший из лучших. Разве среди бездарей Логариума есть кто-то, способный разорвать союз энока и хозяина? Или закрыть для энока путь к Направляющему?

   — Допустим. — Дэн дернулся, чуть-чуть меняя угол зрения. Все-таки маг был человеком, а значит, разорвать связь не мог. В УМИНе гарантировали. Значит, дело не в нем, а в таинственном незнакомце с певучим голосом. — Но вам-то это зачем?

   — Твой зверь начнет убивать людей, а мы под шумок скроемся вместе с товаром.

   — С каким еще товаром? — вмешалась госпожа Тар.

   — Не притворяйтесь! Вы же нас искали? — прозвучал опять мелодичный голос. — Ни за что не поверю, что сыщики ИСКа перерыли весь город ради кучки обычных мужиков. Ради отбросов!

   — Вообще-то, мы узнали, что вы есть, только когда очнулись, — немного злорадно заявил Дэн. — То есть, выкинуть нас где-нибудь на задворках было для вас самым безопасным вариантом. А теперь, увы…

   — Ерунда! — возмутился маг от окна. — Ты — Направляющий, ты не мог искать каких-то мужиков!

   — А я их и не искал. — Дэну пришла в голову хулиганская идея, главное, чтобы Масси согласилась поддержать. — Меня ее жених уговорил приглядеть за красоткой. И кажется — не зря.

   — Какой жених? Ты из меня идиота делаешь? — опять возмутился голос сзади.

   — Все вопросы к богам. Я тебя первый раз вижу, — завуалировал оскорбление лэр Беррис. — Так может, если я тут мимо проходил, объясните, зачем вы похитили нас, особенно меня, и этих всех мужиков?

   — Да он зубы заговаривает! — взорвался «плут». — Время тянет! Какой у этой страхолюдины может быть жених? Мужчины женятся на красивых сдобных кошечках, а эта на щуку похожа! Не уколешься, так тяпнет.

   — Вот как? Значит, наша встреча — случайность? — голос за спиной стал опечаленным.

   — Совершенно верно, готов поклясться честью лэра, что ни о вас, ни о вашем товаре до этой встречи мы не знали, — заявил Дэн.

   — Люди так ненадежны, — вздохнул невидимка. — Жаль, лэр, очень жаль. Сопутствующая жертва! — и добавил, обращаясь к своим спутникам: — Отправьте их в подвал. Может, хоть тут повезет!

   — Не лучше ли сразу убить? — предложил маг.

   — Нет, в подвал. Попробуем лэра и бабу. Что-то тот ублюдок умолчал, — согласился с хозяином «плут». — Говорил я тебе, не торопись!

   —- Может, все-таки, раз уж вы решили нас убить, расскажете в чем дело? — спросила Масси.

   — Там и узнаете, — огрызнулся «плут» и приказал громилам: — Проводите их!

   Дэн гордо пошел сам, несмотря на то, что его изрядно пошатывало, а Масси трагически обвисла и ее пришлось нести. Судя по брошенному на Дэна вопросительному взгляду, она готова была драться. Дэн в ответ шевельнул связанными руками: «А как? На месте попробуем развязаться и уже тогда думать о побеге». Если Мели сообразит позвать на помощь — то есть шанс выбраться живыми. А пока — связанные, без оружия и под бдительными взглядами вооруженных здоровяков-охранников. Шансов даже у лэра не много.

   Конвоиры провели их по ступенькам, коридору длиной шагов в семь и, отворив здоровенную окованную двумя полосами железа дверь, толкнули внутрь. Дэн приземлился на ноги, Масси повезло меньше, она упала на колени, сдавленно прошипев ругательство. Они оглядели подвал, довольно большой. На стене у двери — масляный фонарь, в углу кучка нервных прижавшихся друг к другу мужиков, холодно, душно, куча чего-то серого типа мусора или огромной паутины, перегораживающей подвал пополам и… Дэн успел только шепнуть Масси.

   — Тихо, не пугай его, это же Тари-Баа!

   — П-па-а-ук! — Выдохнула она. — Огромный!!!

   — Где? — Дэн на всякий случай посмотрел вокруг, но ничего больше не обнаружил. Проследил ее взгляд и повторил: — Не паук это, а Тари-Баа. Их называют духами Дымных островов. И не называй его пауком, обидится! Он разумное и волшебное существо!

   — А что это?

   Объект обсуждения выглядел действительно, как многоногое существо, у которого средняя часть была вроде как от паука, только ног шесть, дальше тянулась гусеницеобразная тушка. А вот верхняя часть тела была почти антропоморфная, даже присутствовали две пары рук с длинными тонкими пальцами, оканчивающимися темными острыми когтями. И странная вытянутая голова, с мощными клещами-жвалами, откуда иногда высовывался длинный язык. Тварь сидела на потолке в углу, отгородившись паутиной, и подходить к людям не собиралась.

   Дэн подошел к мужикам, повернулся спиной и приказал себя развязать. Они поспешили исполнить повеление — появление в их тесной компании благородного пленника разом подняло дух. Этого-то точно будут искать! И, скорее всего, найдут. А с ним — и их.

   Масси тоже поспешно освободили: во-первых, с благородным в компании попала, во-вторых — сыщица. Человек государственный, а значит — ценный.

   Оба сыщика, не сговариваясь, принялись исследовать подвал: большой, душный и, к сожалению, очень надежный. Судя по грязи на полу, там хранилось топливо — уголь и дрова. Из отверстий наружу — два воздуховода, через которые можно было только просунуть руку, и дверь, запертая снаружи. Удрать пока возможности не представлялось, и Дэн решил поступить наоборот. Нашел уголек и начертил им на двери запирающую и укрепляющие схемы. Теперь ее и тараном не возьмешь. Есть разница между крестьянином и выпускником УМИНа, и эту разницу он собирался противнику продемонстрировать.

   Наблюдавшие за сыщиками мужики пошептались, потолкались и выдавили из своей среды самого смелого или самого хлипкого. Он неуверенно поклонился, потому как возвышался над лэром на добрых полголовы. Вообще-то не полагалось начинать первым с благородным говорить, но раз уж в одном подвале сидят, то, можно считать, не чужие друг другу люди! Авось не разгневается господин. Мысленно взвесив эти аргументы и еще раз поклонившись, мужик обратился к лэру Беррису:

   — Господин, мы тут случайно услышали, что чудище того… не опасно? Так оно нас не сожрет?

   — Нет. — Дэн посмотрел на запуганных, сбившихся в кучу людей и пояснил: — Тари-Баа, один из самых загадочных обитателей Дымных островов, живет на скалах, покрытых лесом, местное население им поклоняется, правда, подробности неизвестны. Питается фруктами и овощами. Существо совершенно безобидно, и оно напугано.

   — А чего напугано-то? — удивился тот же мужик. — Оно же вон какое, с паутиной и челюстями! Нас, наоборот, вроде как ему скормить собирались! А он здоровый, не пришибешь!

   — Скормить ему? — Дэн уставился на Тари-Баа с удивлением. Существо попятилось по потолку в самый угол, сообразив, что данный конкретный человек его не боится.

   Мысленно поблагодарив многочисленных родственников в дипкорпусе, заставлявших узнавать об окружающем мире, Дэн негромко посвистел и издал скрипящий звук, словно по стеклу царапнул. Благо, тренировался неоднократно — был шанс уехать послом на Острова, если бы император лично не подгадил. То есть, не повелел высочайше! Тари-Баа проскрежетал в ответ, переступил лапами поближе к человеку, еще сомневаясь, но уже понимая — у него появился если не друг, то хотя бы человек менее опасный и понимающий разумную речь. Дэн, вспомнив обычаи Дымных Островов, произнес еще несколько щебечущих фраз, а потом преклонил колени и поклонился, отведя левую руку за спину, а правую — прижав к поясу.

   — Успокоил, как мог, — сообщил он невольным зрителям, как только Тари-Баа отполз в свой угол. — Госпожа Тар, не прислоняйтесь к стене, она холодная. Нет никаких поводов для беспокойства, мы должны только ждать. Надеюсь, мой энок сумеет позвать на помощь.

   Норрей Гор проводил совещание — трое старших инспекторов только что принесли отчеты о проделанной работе, как, вызвав некоторый беспорядок и панику, в кабинете появился энок. Вломился, выбив дверь и, не обращая внимания на вжавшихся в стены, заслонившихся всей доступной мебелью людей, замер перед хозяином кабинета. Начальнику ИСКа показалось, что ошейник на чудище стал заметно тоньше. Энок постоял неподвижно мгновение, потом схватил его за рукав и потянул к выходу.

   — Так, давай без суеты, — предложил ему Норрей, сообразив, что приятной беседы с охотником на инферналов не выйдет, — тебя хозяин послал?

   Энок медленно, тщательно наклонил голову в подтверждении и опять потянул к выходу.

   — С ним что-то случилось? Или с ними? Госпожа Тар тоже в беде?

   Зверь наклонил голову дважды.

   — С обоими? Понятно… ну что ж. Давай-ка, дружок, ты мне дорогу покажешь, только людей возьму. Извините, господа, собрание переносится, надо нашего новичка спасать. Подозреваю, энок помочь-то может, но зачем нам в городе столько смертей, правильно, приятель?

   Мели оскалился, продемонстрировав мощные челюсти. Не понимает он, где хозяин! Не чувствует. А если разнести весь опасный квартал, то хозяин, наверное, не одобрит. Да и самого лэра можно упавшей крышей случайно зашибить! Но как Дэн мог так исчезнуть? Ну и работа у лэра, приходится верного энока оставлять, а ему, Мелисару, теперь страдай и выкручивайся, объясняя людям, что произошло!

   В казарме немолодой сержант ударил себя в грудь кулаком, приветствуя господина Гора.

   — Лим Адос к вашим услугам, господин.

   — Господин Адос, соберите людей, у нас… — энок толкнул в бедро головой, привлекая внимание. — Да? Что такое, Мели?

   — Э… — протянул сержант, указывая вниз и одновременно вцепляясь в рукоять широкого меча.

   Тяжелый ошейник энока лопнул, упав к его лапам. Норрей срочно попытался сообразить, что делают в таких случаях. Ничего полезного и хорошего в голову не пришло, зато вспомнились случаи потери контроля над магическим охотником — остановить обезумевшего энока удавалось только ценой больших потерь. Мели вздохнул, подобрал кожаную полоску с земли зубами и сунул в руку начальнику ИСКа. И несколько раз нетерпеливо подпрыгнул.

   «Ну давай же! Идем! Идем!»

   — Так, господин сержант, берите своих людей, видите же, нам надо торопиться! — невозмутимо продолжил речь Норрей. — И прихватите мага, какой под руку попадется, на всякий случай.

   Попался сержанту Игрис Сорон, молодой стихийник двуталант — маг воздуха и воды. Увы, но основную славу, из-за которой он вместо приличной службы угодил в казармы, снискали его попытки овладеть магией природы. Его подвиги, точнее анекдоты о них, были широко известны в Логариуме и за его пределами. Идея Игриса вырастить универсальные съедобные грибы, способные произрастать даже на камнях, подарила Логариуму многоурожайного паразита, который действительно рос даже на камнях и не выводился из здания никакими силами. Утешало одно — несмотря на свою редкостную вонючесть, грибы были съедобны и росли только в Логариуме. Переезжая вместе с магами при попытке сменить здание. Игрис молча вскочил на лошадь, обойдясь без седла. Занял место в строю. Любой выезд давал премию к жалованию, так чего возражать-то? Подумаешь, за шиворот от обеда оторвали! Все равно почти доел, а хлеб и с собой прихватить можно.

   Отряд мчался верхом, пугая прохожих. Люди поспешно уступали дорогу, кланялись, прижимая к груди шляпы. Мели несся впереди, показывая дорогу. Он чувствовал, как ослабевает его связь с хозяином. Будь он нормальным безмозглым зверем, может, оно было бы и хорошо, но он таковым не являлся. Мелисар прекрасно осознавал, что без Направляющего быстро станет безумной, одержимой убийством тварью. Которую обязательно уничтожат. Лабиринт Чар не щадит никого, меняя каждого по-своему. Его вполне устраивало существование в таком вот теле, это было лучше, чем умереть дома от кинжала родного брата, или выпив яд, в борьбе за жалкий клочок мокрой земли, гордо именуемый княжеством. Так что, хочет он или нет, но спасти хозяина следовало любой ценой. И так он уже утратил способность к телепортации — не выходило прыгнуть к Дэну, хоть убейся!

   Сидеть было скучно, сыщики успели расспросить крестьян об их попадании сюда. Все пленники выпили по стаканчику из рук доброго хозяина гостиницы и больше ничего вспомнить не смогли. Исключение составили только для сыщиков, которых атаковали мгновенно. Во всей этой сложной ситуации утешало только одно, Мели — энок необычный и сообразит, как позвать помощь. А убить… дверь, запечатанную схемой, не каждый маг откроет. Дэн прислонился затылком к холодной стене и закрыл глаза, не вслушиваясь, беседа рядом слилась в ровный, убаюкивающий гул… внезапно его дернули за руку:

   — Господин, оно рядом!

   Пришлось проснуться и уставиться на госпожу Тар, она ткнула пальцем в сторону: Тари-Баа осторожно подобрался поближе, но так, чтобы Дэн находился между крестьянами и его бледно-зеленой персоной. Пришлось повторить краткую лекцию о разумности, а главное — вегетарианстве странного существа.

   — Эти мощные челюсти у него, чтобы колоть местные виды орехов. А языком он сладкую мякоть вылизывает, — закончил Дэн и потер затылок, голова все еще болела. Островитянин сделал еще шажок и жалобно пискнул. До крестьян не сразу, но дошло.

   — Благородный лэр, господин, а эта тварь нас чего — боится, что ли?

   — А вы бы на его месте не боялись? — пожал плечами юноша. — Сидят здоровенные мужики и злобно смотрят. Он вообще думал, что вы его сожрать хотите.

   —Мы?! Эту многоногую… тьфу! Да что ж деется-то, благородный лэр!

   — Так ведь он-то видит, что другой еды нет, его не кормят, и сделал логичный вывод. Тем более, прецеденты были. — Тут Дэн сообразил, что понятия не имеет, как же зовут собеседника и прояснил этот вопрос: — Имя твое как, добрый человек?

   — Олил я, благородный лэр. Старосты сын! А рядом со мной братец мой, меньшой — Гран. — Мужик почесал затылок и продолжил: — Ты не ругайся на нас, господин. Не знаем мы, чего с ним было, но мы точно в том не повинны!

   — Я не… О! — Дэн сообразил, и исправился: — Случаи, говорю, были, что их в качестве экзотической, — посмотрел в непонимающие глаза собеседника и сказал попонятнее, — то есть, чудной пищи подавали!

   — Тьфу, нелюди! — выразил Олил общее мнение.

   Тари-Баа сделал еще два шага и, поджав лапы, улегся рядом с Дэном. Тот потрепал его по боку. И уточнил:

   — А вас-то, добрые люди, в плену кормили-поили?

   Мужики переглянулись, и сделали правильный вывод.

   — Так видать, не выпустят нас отсюда, вот решили припасы не переводить, — высказал Гран свою версию, за что тут же получил от брата под ребра. Говорить полагалось старшему.

   — Мне-то уж возраст, а младшого — жаль. Но ведь ты, вроде как, не из простых, может, отобьемся, коли ты возглавишь? — Олил, как истинный сын старосты, взял бразды правления в свои руки и привычно назначил крайнего.

   — Чего не возглавить? Все лучше, чем без сопротивления в могилу, — согласился лэр Беррис, прислушиваясь.

   Если Мели сделал все правильно, то уже скоро… например, вот сейчас. Гулко хлопнула дверь. Сверху донеслись голоса. Шаги. За дверью кто-то завозился, щелкнул замок, но она осталась недвижима.

   — А ну-ка, открывай, хуже будет! — потребовал голос экс-трактирщика.

   — Мы сидим без воды и еды в холодном подвале и вы собираетесь нас убить! Так что будет хуже?! — засмеялся Дэн, вскакивая на ноги. Вокруг поднялись крестьяне, расступились, пропуская «его милость» к выходу. — Иди в Бездну, милейший! Ну, а лучше сдайся и преклони колени перед законом.

   — А если отдадите насекомое, мы вас отпустим! — продолжил торг плешивый через дверь.

   — Ага, отпустите, под землю, — яростно зашипела Масси, и добавила, обращаясь к Дэну: — Не открывай, положат сразу, видно их припекло.

   — Да и не собираюсь. Видно, помощь уже рядом, вот они и бежать собрались. Не так нам долго и продержаться, подруга. Плохо, что Мели я не чувствую, не случилось бы с ним чего. Все-таки контроль нарушен.

   Сыщица погладила его по плечу, утешая. Она слабо представляла себе взаимоотношения между эноком и Направляющим. В дверь несколько раз ударили чем-то тяжелым, но схема выдержала.

   — Башкой, с разбега, стучите, пока не сдохнете! — крикнул им сыщик и добавил пару таких выражений, что сразу поднялся в глазах других обитателей подвала. Донесся шепот:

   — Ишь, ругается… сразу видно, опытный!

   — У меня батька так загибал, когда я заготовку портил!

   В дверь еще раз ударили. Схема держала, но послышался плеск и сквозь щели в досках потекла темная вязкая жидкость. Дэн принюхался и выругался третий раз.

   — Огненный смерч. Подонки решили нас тут сжечь живьем!

   Потянуло дымком и первые робкие языки пламени пробились в подвал, а с ними и темные клочья дыма.

   Дэн, с проклятиями подобрав еще крошек угля, принялся лихорадочно воспроизводить на двери схемы против пожара и задержки ядовитых паров с очисткой воздуха. Самые обычные, доступные без ингредиентов, кошель с которыми остался у врагов. Тонко звенели схемы на руках, чувствуя, как утекает жизненная сила охраняемого. Не в силах помочь. Под интенсивным воздействием огня схемы истощались быстро, поэтому он вынужден был чертить их почти без перерыва. Крестьяне зашевелились, обступили со всех сторон, но спрашивать предпочли даму.

   — Госпожа Тар, а чего благородный лэр рукой по двери водит?

   — Господин наш — инженер-схематолог, рисует схему от дыма, а то ведь задохнемся.

   — А чего много-то так? — еще один мужик, аж под руку сунулся, заглядывая.

   И Дэн объяснил, все равно помощи просить:

   — Схема нестабильна, чернил нет или хоть крови, найдите мне еще угольков! Быстро!

   — А кровью-то оно как, лучше? — опять уточнил Олил, пока все сосредоточенно шарили по полу.

   — Дольше точно, — сквозь зубы прошипел Дэн, и закашлялся, клуб дыма прорвался внутрь, ухудшив и без того спертый воздух.

   — Так это вообще не проблема, благородный лэр, — хмыкнул крестьянин.

   — У меня нет ножа, руку порезать, иначе бы уже… — ответил Дэн, принимая очередной уголек.

   — А кровь-то чья надобна? Девственницы или наоборот?

   — Любая. — Очередная схема истощилась, полыхнула и погасла, но пока он успевал.

   — Так оно не проблема, ща брата кликну и все будет, угольев тут почти и нет, а это — со всем старанием, — подошедший на зов брат получил без лишних слов в лицо кулаком, да так что из носа и разбитой губы хлынула кровь потоком, — это мы всегда обеспечим с легкостью. Нам не привыкать, как он родился, так и деремся. Да и другой кто ради дела морду подставит! Все подставят?

   Олил обвел суровым взглядом крестьян, они закивали, поддерживая мысль. В морду оно, что — пустяки. Дело житейское, а вот сгореть заживо…

   — Логично! — оценив количество материала, Дэн воспроизвел не только схему против огня на двери, но и схему очистки воздуха на стене рядом — дышать стало легче, все взбодрились.

   — А за такое и в морду получить нормально, — прогнусил побитый, — теперь вот совсем хорошо стало. Вы берите сколько надо, господин, пока течет!

   Дэн засмеялся двусмысленности фразы и ответил:

   — Да, спасибо! Я конечно не маг, но кое-что могу.

   — Не сочтите за дерзость, господин, а вот то, что вы делаете — это как колдуны, да? — Парень оказался любопытным или набитая морда сделала его менее пугливым. Да и старший брат отвлекся, обхаживая «госпожу сыщицу», то есть помог сесть на кучу щепы, накинул на плечи свою, пусть и пропотевшую, но сохраняющую тепло рубашку.

   — Я учился в УМИНе на курсе инженерии и схематологии, ну и плюс личная сила, как лэра. — Дэн оглядел обе схемы, они были безупречны. — Я могу меньше, чем любой маг, но этого достаточно, чтобы спасти нам жизнь.

   — Да уж, закоптились бы тут, как цыплята, — вздохнул крестьянин, но тут же переключился с небесного на земное: — Эх, господин, вы бы попробовали, как мать птицу коптит! Да еще, бывает, с ягодами мясо делает! Тут в городе такого и нет. Разное есть, а такой еды нет… Вот вы бы попробовали, а, благородный лэр?

   И сам испугался собственной наглости. Но поздно, уже пригласил. Только оставалось смотреть, как воспримет высокородный дерзость.

   — Попробую, если пригласите! — лэру было не до чувств собеседника. Тем более, проголодался он зверски — работа требовала восполнения энергии. Пламя ревело за дверью, но пока внутрь не пробивалось. Вопрос только, что произойдет раньше — он умрет или придет помощь. Еще одна схема — на себя «сохранение сил». Не полная, но поможет — теперь точно придется поесть, физическое тело переходит в энергию для работы, худея на глазах. Жаль, чужое не займешь!

   Вроде все, держится, схемы стабильны… Он сумел выдохнуть, расслабиться. Ровно настолько, чтобы понять — еще чуть-чуть и все, рухнул бы, как его прадед. На боевом посту. Предку не повезло, инферниты добрались до обессиленного бойца раньше своих. А тут — зажарились бы, как те самые цыплята. Юноша повернулся, оглядел крестьян за своей спиной. Перевел взгляд на схемы: их сияющие линии и не думали гаснуть. Противники наверху приутихли, видимо решив, что они тут сгорели. Да и как проверишь — в коридоре за дверью ревело и билось пламя. Он еще раз обновил защитные заклинания и сел на пол, закрыв глаза… больше уже не сделаешь, только ждать.

   Бесшумный тяжелый удар ощутили все обитатели подвала — маг атаковал стихией огня, просто для гарантии. Обращая в пепел останки тех, кто был заперт. Дверь еще две секунды боролась, пока, почернев, не осыпалась пеплом. Жаром хлестнуло так, что Дэн ощутил, как полыхнула и навсегда исчезла схема телесной сохранности. Обожгла плечо родовая вязь — ради сохранения жизни члена семьи, рванув энергию из неприкосновенного запаса — родового склепа, в котором души предков неустанно поддерживают связь между тем и этим миром, охраняя будущие поколения. Юный лэр не двинулся с места, только закрыл от бьющего в дверной проем огня лицо: во-первых, бесполезно, прорвется пламя — погибнут все; во-вторых, только он и мог его сдержать. Мелькнула и исчезла мысль призвать предков — но ведь не сталь и магия, пламя. Что могут духи? Каждая секунда тянулась, словно капля меда, и была такой же липкой и густой. А он задыхался в ней, будто влипший по самые крылья шмель, слишком тяжелый, чтобы вырваться самостоятельно, постепенно погружаясь, умирая в золоте огня… Холод яростным вихрем вымел жар, иней осадил дым и копоть. Донесся голос господина Гора, причем вопрос начинался так, что Дэн даже усомнился, действительно ли начальник рад его спасению:

   — Лэр Беррис, чтоб ты сдох! Ты там вообще жив?!

   — Не дождетесь! — Дэн пошатнулся и рухнул бы, если б его не подхватили бдительные селяне. И когда грязный, в саже и крови, Норрей ворвался в подвал первым, с радостью спихнули бесчувственное тело ему на руки. Господин Гор вытащил юношу наверх, уложил на лавку и осторожно похлопал по щекам. Маг подошел, плечом отпихнув начальника, прикоснулся тремя пальцами сперва к груди, потом ко лбу. Дэн резко вздохнул и сел, давясь кашлем. Начальник поддержал его и за плечи, и словом: — Ах, ты… сво… ну хвала всем богам, очнулся! — Но тут же поправился: — Первый день и такая неприятность, господин лэр Беррис! Не надумали оставить службу?

   — Наоборот, господин Гор! — Дэн медленно поднялся, точнее, попытался это сделать. Зал трактира покачивался, перекручивался и совершенно не желал вести себя, как полагается добропорядочному едальному заведению, то есть, стоять недвижимо, хотя бы относительно. — Мое присутствие в данном месте спасло жизни многих людей, которых злодеи намеревались убить. Я уверен, что в ИСКе мои умения и знания принесут пользу стране и короне.

   Выбравшись из подвала, крестьяне неуверенно улыбались, кланялись и украдкой рассматривали обожженные стены и большую дыру в одной из них, за которой виднелась такая же закопченная и мокрая мостовая — последствия схватки двух магов, и прикрытое мешковиной нечто, в котором смутно угадывалось человеческое тело. Если, конечно, человека разорвать на части… Похоже, в схватку колдунов вмешался третий боец — смертоносное порождение Лабиринта Чар. Сам победитель лежал посреди зала, среди разбросанной мебели, и тихо скулил. Эноку было плохо, ярость боя уже оставила Мели и отсутствие привычного контакта с Направляющим жгло, сводя с ума совершенную боевую машину. Разум медленно утрачивался, он с трудом ловил такие примитивные и простые мысли, как желание есть, пить, убить присутствующих.

   Дэн опять попытался встать — пол трактира ответно перекосился — и парень плюхнулся обратно. Упрямо мотнул головой.

   — Господин Гор, мне надо дойти до Мели! Немедленно!

   Решив, что лучшие пути — прямые, начальник подхватил лэра на руки и перенес к скулящему монстру.

   Дэн осел на пол рядом, обнял за шею, наваливаясь и поворачивая к себе круглое небольшое ухо, произнес:

   — Очнись, Мели! Я рядом! Необходимо повторить ритуал. Осторожно только, ладно? Я без защиты в этот раз. Давай!

   Энок приподнял голову, посмотрел на Направляющего мутными, налитыми кровью глазами. Дэн упорно держал его за ухо, не давая лечь обратно. Наконец Мели ткнулся в свободную руку хозяина и нервным коротким движением сжал ее челюстями. Кровь окрасила губы твари, закапала на пол. Лэр Беррис высвободился. Человек и зверь уставились на красную полосу, сбегавшую по коже, ожидая, выйдет или нет. Вдруг кровь разом загустела, потемнела — и вот уже кожаный браслет запечатал связь Направляющего и зверя. На шее энока опять возник тяжелый ошейник. Дэн почесал руку, сдвинув браслет, и заодно показал присутствующим совершенно чистую, без ран кожу, поднялся и уселся верхом на спину энока.

   — Вот так это и делается, — устало сказал лэр, «незаметно» стирая слезы, уже оставившие дорожки на грязном лице. — Только второго раза обычно не бывает, да, Мели?

   Энок тяжело вздохнул и очень выразительно прикрыл морду лапой. Сразу было ясно: даже ему, чудовищу, стыдно за размазню-хозяина.

   Гран, со слегка подлеченной — постарался маг — физиономией, подошел к Дэну и, кланяясь и жутко смущаясь, произнес:

   — Ну, это, господин, не побрезгуйте, ежели что, мы от сердца! Рады будем!

   — А вот и не побрезгую, приеду. Вместе в бою побывали, солдатами моими. Ты — рану получил, — согласился с крестьянином Дэн. — За такое благодарность положена от короны: и в виде грамоты с освобождением от налогов, и в виде звонкой монеты. Все-таки с самим лэром Беррисом рядом воевал.

   — Простите, господин, — опять поклонился парень, — за подарки спасибо, а вот имя ваше… оно, конечно, лэр, да больше-то мы и не знаем, вы уж не гневайтесь!

   Почему парень расхохотался так, что сполз по спине энока на пол, не мог сказать точно даже он сам… просто неожиданно узнать, что фамилия известная всем, «поражающая сердца врагов ужасом», окажется неизвестной крестьянину из окрестной деревни.

   — Спасибо, Гран! Передай родителям — я приеду, — заверил он удивленного парня: — Как пришлю послание — готовьте стол!

   — Вот это правильно, вкусно поесть и Боги любят, — согласился Норрей. — А теперь давайте в ИСК, вручим наших спасенных родственникам и выслушаем, что скажут обвиняемые.

   — Там, между прочим, еще одно существо, — подала голос Масси раньше, чем Дэн успел открыть рот, — здоровенный паук, Тари-Баа. Только он, когда дверь осыпалась, рванул на потолок в самый темный угол! Надо, наверно, прихватить?

   — Великая бездна… — выдохнул Норрей, бросился в покинутый подвал и вышел уже с Тари-Баа на руках — передней половиной, задняя перевесилась через плечо и свисала на спину, почти до пола. Зол был начальник ИСКа, словно голодный инфернал, тут же поделившись эмоциями с окружающими: — Они что, обалдели? Его нельзя увозить с островов — он же маленький!

   — Это маленький? — крестьяне переглянулись и дружно откочевали к выходу, точнее, к тому месту, где он был до атаки мага. — А чего ж будет, когда вырастет, а, господа хорошие?

   — Длиннее станет, щупальца нарастит, может быть, хоботок еще. — Норрей поволок спасенного к выходу, Тари-Баа перебирал лапами, но вырываться не пробовал. — Этот малыш совсем и, значит, государственное преступление с передачей преступника в союзнические органы управления для казни. Голодный малыш… вот что… сержант, бери пару солдат и дуй на рынок за фруктами — гостя надо покормить.

   — Да, бегу, господин!

   — Может, я поеду? — на надменном лице Игриса проступило сочувствие. — Боюсь, сержант в своем солдатском усердии купит совсем не то. А я с выбором фруктов справлюсь наилучшим образом — мой отец был садовником!

   Возмущенный сержант зашипел в пышные рыжеватые усы, но ничего не сказал, решив, что спорить с господином магом себе дороже — уж больно паскудный нрав у них, у колдунов этих. Да и ноги меньше бить…

   Посол Дымных островов — маленький, чуть выше пояса среднему жителю империи, темнокожий, — прибыл раньше, чем Тари-Баа успел насытиться, а Дэну промыли ссадину на затылке, влили укрепляющий отвар и привели в надлежащий вид. Одет был этот невысокий, но важный человечек удивительно просто, можно сказать, по-домашнему: в цветной рубахе, коротких штанах и кожаные босоножках. Видимо, даже не переоделся, когда прибыл гонец, а сразу, в чем был, бросился в ИСК. В кабинет он вбежал и, прежде чем запыхавшийся слуга успел произнести имя хозяина, как требовал обычай, опустился на колени и трижды поклонился собравшимся. Зная надменность маленьких островитян, а также то, что перед ним родной брат Короля Островов — лэр Беррис поклонился в ответ, а Норрей поспешил поднять гостя с пола и кратко изложить ситуацию.

   — Мы еще не знаем, как они вывезли Тари-Баа, и главное зачем…

   — Зачем, я догадываюсь: из-за местартана, ведь только Тари-Баа создают этот минерал. Не добывают, господа, а создают! Вы себе даже не представляете, какое это мерзкое преступление. Ни один из наших, даже последний преступник, не помыслит такого. Тари-Баа — сердце нашей земли, ее душа! Я благодарен вам и вашему Императору. Дымные острова будут верными союзниками, пока правит моя Семья! — злобно прощебетал посол. Подошел к Тари-Баа и опустился на колени, отведя левую руку с коротким, парадным копьем за спину, а правую уложив на рукоять поясного кинжала. Встал. Оглядел присутствующих людей и, решив, что они достойны доверия, добавил: — Вывезли, скорее всего, куколку. Во время линьки наши боги беспомощны! Надеюсь, вы не против, если мы заберем это дитя островов домой?

   — Конечно, мы только за! — горячо воскликнул господин Гор, последние два часа успокаивающий сотрудников тем, что тварь вовсе не опасна и не надо срочно звать магов из Логариума, и держа оборону от тех же магов, каким-то образом пронюхавших о редком госте и надеявшимся что-то уровать для исследований: — Я уверен, ему просто необходимо после всех переживаний как можно скорее оказаться на родине. Империя предоставит корабль для быстрейшего возвращения бедняги! И должен еще сообщить прискорбную новость, господин посол, наши люди нашли при обыске дома тело одного из ваших соотечественников.

   — Наверняка контрабандист, — пожал плечами посол. Он был занят осмотром драгоценного многоногого божества, которое заплетало густой и липкой паутиной стол начальника ИСКа. — Чем еще наши граждане могут заниматься в Империи? Но он верный сын страны. Подозреваю, что, не зная чем кормить Тари-Баа, они заманили этого человека. И именно он, понимая, что уже не выйдет живым, нашел способ привлечь ваше внимание, соврав о людоедских наклонностях наших богов. Мы заберем тело для торжественных похорон. Полагаю, уцелевшие преступники…

   — По приказу императора будут переданы вам для казни, после завершения допросов и суда, — склонил голову Гор.

   Мелькнувшее на лице посла выражение донесло до присутствующих мысль, что пленники очень пожалеют, что выжили.

   — Мы благодарны вам, господин Гор, — заверил посол. — Не терпится уточнить у этих господ, как они осуществили похищение! Ни один из их больше не осквернит землю Летиана, обещаю.

   Наконец посол отбыл, прихватив с собой, к общему облегчению, и Тари-Баа.

   За малышом прибыл специальный, расшитый вышивкой и тесьмой паланкин, который несли двенадцать жрецов. Оставив его у входа, они вошли в ИСК, поднялись в кабинет начальника.

   Тари-Баа придирчиво изучил посетителей, дозаплел наконец стол, скрыв его полностью, и только после этого выполз в коридор. Десять жрецов принялись подметать метелочками из перьев пол перед ним, а еще два — позади, там, где заканчивался зеленый хвост. И все это, непрерывно щебеча и кланяясь.

   — У нас чисто, — озадаченно шепнул Гренк.

   — Это для того, чтобы Тари-Баа не коснулся скверны следов чужих людей, — так же шепотом пояснил Дэн. — И чтобы мы не осквернили его след.

   «Лишь бы забрали поскорее!» — сверкнул на болтунов глазами господин Гор. Он уже устал от дипломатии и был весьма доволен, что успел притащить высшего лэра в ИСК на службу. Только пришел и уже вон как пригодился. Правильно говорят, что это боевая и прочая мощь империи!

   Наконец Тари-Баа перебрался с крыльца внутрь паланкина, занавеска опустилась и жрецы под предводительством посла зашагали прочь.

   Дождавшись, когда процессия скроется из виду, начальник ИСКа отошел от окна, вытер лоб и выдохнул:

   — Избавились. Не хотел пугать, господа, но Тари-Баа действительно опасны — они очень ядовиты. А если их обидеть, островитяне будут мстить, пока ни человека из рода обидчика не останется.

   И недовольно приказал:

   — Позовите уборщиков, паутины слишком много, чтоб ее просто смахнуть.

   Когда наконец большая часть серой липкой массы перекочевала в мусор, под ней обнаружился крупный камень, играющий золотыми искрами и постоянно меняющий цвет…

   — Незрелый, то есть почти бесполезный местартан, — опознал предмет лэр Беррис. — Но очень красивый. Для Логариума и казны не добыча, а вот для украшений подойдет. Ювелиры заплатят золотом трижды по его весу!

   — Хм… — Норрей взвесил на руке тяжеленный булыжник, усмехнулся. — Золотом по весу… звучит отвратительно. Вот что, сделаю-ка я из него пресс-папье, мой мальчик! Увесистое будет.

   — И смертельное, — отозвался Дэн, — эта штука может быть только по праву передана: куплена, подарена, завещана, найдена, а вот украсть ее нельзя. Можно мне?

   — Конечно. — Норрей не понял, что хочет подчиненный, но вложил камень в протянутую руку.

   Дэн некоторое время размышлял, поглаживая теплые бока камня, пока тот не подчинился его мыслям. А потом с поклоном вручил начальнику изящное пресс-папье, также играющее искрами, как исходный материал, но куда более красивое.

   — Вот так, мой господин, владейте! Этот материал, даже не зрелый, принимает форму, желаемую владельцем!

   — Да, интересная вещица… А что будет с тем, кто его украдет?

   — Не знаю, — честно ответил Дэн, — зависит от воли Тари-Баа, которое его создало. Но подозреваю, ничего хорошего — малышу пришлось тяжко последние дни, вот он и выплеснул все. И признательность нам, и страх, и обиду.

   — Вам следует отправиться домой, благородный лэр, — вспомнил о своих обязанностях господин Гор. — Несмотря на то, что маг утверждает, что вы в полном порядке…

   — А разве я не должен написать отчет?

   — Завтра и напишите! Тем более, лэр Домиаль хотел с вами обсудить происшествие с кентаврами.

   — Обязательно. — Дэн пошатнулся, но сделал вид, что просто хотел опереться о стол: — Я приведу себя в порядок и прибуду…

   — Вы, господин лэр Беррис, идете отдыхать до полного выздоровления, а потом напишете отчет. Кентавры подождут, как и прочие дела, — приказал Норрей. — Гренк. Проводи лэра Берриса до дома.

   «...И проследи чтобы не сбежал» не прозвучало, но поняли все. Дэн устало подчинился. Начальству виднее. А ему еще предстоит объясниться с семьей и восстановить родовую связь. И неизвестно, где влетит сильнее, дома или в склепе!

ЧАСТЬ вторая. Дикая охота

   – Вы уверены, мой господин? Может, все-таки стоит остаться в постели хотя бы на день? Вы вчера так пострадали! — толстенький человечек в черной мантии с серебряными пуговицами на белом воротнике и манжетах сложил на груди руки. — Ах, ваша родня не простит мне…

   – Я не пострадал! Я немного надышался дымом и все. Даже волосы не обгорели! Вы сами осматривали меня! Ни одного ожога! И в склеп хожу с семи лет, к чему готовиться? – Дэн посмотрел на домашнего мага весьма мрачно, надеясь, что тот поймет намек и отступит от двери в склеп. Не понял. Пришлось повысить голос: – Да пустите же меня, наконец, мэтр!!!

   Нет, почтенный Селис Торес был совершенно не виноват в сложившейся ситуации, но то, что он задержал на полтора часа его побег от родственников, точнее, от тетушки… этого Дэн не понимал. Не понимал, как можно сочетать повышенную истеричность на пустом месте, манеру громко стонать, заламывая руки, словно он вот-вот умрет, и поездку в Крепость Отчаянья с целью выкупить из плена единственного сына госпожи. Или пару десятков удачных дуэлей и вот этот спектакль с причитаниями. Маг тем временем попытался слегка потеснить его назад по дорожке, отделяя от вожделенного склепа.

   – Но, дорогой мой юный господин, время для ритуала…

   – Все, я пошел! Буду нужен – постучите! – Дэн проскочил мимо руки мага, увернулся от подкравшейся сзади тетушки, кивнул матери и поспешно захлопнул тяжелую дверь. Показалось, или она подмигнула? Впрочем, матушка всегда поддерживала их с сестрой и даже помогала в некоторых проказах. Последний рывок — вниз по каменным ступеням — и он оказался в зале почитания. Здесь, каждый в своей нише, на постаментах возвышались гробы его предков.

   Несколько мгновений он ждал, пока над первым из надгробий не засиял приветственный огонек. Узнали, приняли. Дэн двинулся по исшарканной множеством ног каменной дорожке внутрь. Между бледных огней над телами предков. Из каменного саркофага выглянул и подмигнул молодой офицер, погибший в войне почти двести лет назад – вернее, его призрак. Едва ощутимый сквозняк коснулся штанов – дама Тамиси хлопнула по заднице веером. Ну, она и при жизни была… а вот чопорно поджала сухие тонкие губы ее мать… родовые призраки, такая же часть семьи, как и те, что наверху. Ага, вот и нужное надгробие. Он преклонил колено, взял в руки прозрачные, почти не ощутимые пальцы и коснулся их губами. Согрел дыханием…

   – Тебя давно не было, Дэн! – похищенная из семьи в двенадцать лет лири Селет не пожелала стать женой будущего преступника и исхитрилась выброситься из окна башни, где он ее запер.

   – Извини, милая. Учеба, служба…

   – Да уж, порадовал нас государь, – девочка похлопала по надгробию и когда он послушно уселся поверх ее останков – забралась на колени. Не волнуют мертвых предрассудки живых. Холодные руки обхватили шею, девочка прижалась, поторопила: – Давай, рассказывай. А то у нас тут только слухи ходят о страшном семейном позоре! Не тяни, Дэн!

   – Служу в ИСКе… чего рассказывать. Потерял связь с родовой кровью на второй день…

   — Я не справилась, — Селет едва не расплакалась. — Они напали, но я ничего не смогла сделать! Там была иная сила!

   — Ты не виновата, это я не поостерегся, не ожидал нападения, — поспешил успокоить ее Дэн. — А ты уберегла меня от страшной смерти!

   – Не посрамил, остальное — муть. Все восстановим, щенок! Мы тоже не подвели — должен поклониться, а лучше развеселить! На тебе ни ожога, ни ссадины. Только один удар прошел, но что там за тварь — мы не поняли. Так что, давай, отдавай долг ушедшим! Все как положено, с печалью и уважением. То есть, наоборот, без этой мути — весело, с подробностями, как в лучших театрах! – донесся ехидный бас из темноты дальних залов. К слушателям присоединился кто-то из древних предков, кто уже давно не вступал в контакт, но почему-то еще не пересек грань. – Эх, знал бы ты, мальчишка… Давай, весели. В лицах!

   Дэн ощутил, как сзади придвинулось несколько призраков, потянуло холодом и заломило затылок. Чем древнее призрак, тем более поганые от него ощущения у живых. Он поерзал. Они поняли, отступили, но не ушли.

   Пришлось рассказать все, от поступления в УМИН до назначения инспектором ИСКа. Подробный рассказ о первых днях работы, включая попадание в подвал и приглашение в деревню «угоститься», призраки тоже оценили. Кто-то из древних раскатисто захохотал и посоветовал съездить обязательно. Только нанести схемы для улучшения мужских функций, ибо деревенские девушки это нечто! Не то, что городские селедки!

   Судя по звукам и поднявшемуся ветру, супруга оказалась такой же несдержанной, как и ее муж, и сейчас там, в темноте активно возмещала прижизненные ветвистые рога. Сверху приоткрылась, но почти сразу же захлопнулась дверь – мага выставили прочь.

   – Вот зануда, – возмутилась чопорная дама скользя по ступенями вниз: – Ритуал ему! Послушать не даст! А нам же ни в оперу, ни на бал теперь не сходить. Одна радость, когда молодые из небытия призывают… Все, он теперь долго не сунется! Мы с милым Хеси его выкинули.

   Громадный боевой пес, точнее, его призрак, завилял хвостом и рыкнул так, что у единственного живого слушателя по коже побежали мурашки. Как покойная дама убедила похоронить с собой любимого пса, осталось загадкой для всех будущих поколений. Но Хеси частенько видели по ночам на кладбище, жуткий мерцающий призрак, готовый убить любого чужака. Более смертоносный, чем при жизни. Стерегущий последний дом любимой хозяйки. Благодаря чему в склеп лэров Беррисов не рисковали соваться даже самые рискованные гробокопатели.

   – А я на балу и не была! И императора не видела, – пожаловалась Селет. – Дэн, ну я же твоя покровительница все-таки! Помоги, а? Хочешь, я в карман залезу?

   Призраки негодующе зашумели, в склепе похолодало. Какой еще карман? Девочке надо выехать со всем официозом. Кто-то намекнул, что экономить на этом нельзя, кто-то пообещал вспомнить, где когда-то зарыл сокровища…

   – Я с радостью. Что же ты молчала! – остановил начавшееся обсуждение Дэн. Явление призрака на балу дело обыденное. Ну, упадет кто-нибудь в обморок, подумаешь? Когда они с принцем притащили и выпустили в зал две сотни летучих мышей, вот это была паника! А тут всего-навсего одна хранительница семьи. Не она первая, не она — последняя. Лэр Шайна недавно вывел аж двух давно почивших родственниц, а лири Шайна — своего охранителя двору представила. Так он не только как следует погулял, он еще и подраться на дуэли успел и выиграл поединок, отправив к предкам противника.

   – И правда, возьми ее погулять! – пришли к согласию несколько голосов за спиной. – Только следи, чтобы во дворце какой-нибудь мерзавец не привязался, они там распущенные.

   Попытка представить «распущенного» дворцового призрака успехом не увенчалась. Да и кожа с погасшей вязью побаливала. Но почему бы и нет, в конце концов? Это для него бал привычен, а бедняга Селет погибла до своего первого выезда, так и не побывав во дворце.

   – Присмотрю, как и положено мужчине рода, — пообещал Дэн. — Готов исполнить свой долг. В ближайшее время получу для тебя приглашение у императора.

   – Ой, ты прелесть! – Селет прокрутилась вокруг его шеи, взметнув призрачные юбки. – А какие сейчас танцы в моде? Какие наряды? А медиум каким будет? Я же смогу ее выбрать? Или ты будешь выбирать? Ой, как мне повезло, что я тогда решила к тебе подойти! Я так боялась, что ты не захочешь меня! Я же маленькая… А ты хороший! Ты знаешь, не каждого живого уговоришь на выезд, такие зануды попадаются!

   Дэн вспомнил, как в первое свое посещение склепа он стоял рядом с матерью, гордый и ждал, кто из предков назовет себя его родовым защитником. Хотелось, чтобы это был великий воин или известная дама, о которой в семье ходят легенды. Призраки стояли кольцом, рассматривали. Они тоже выбирали того, с кем им быть связанными всю его жизнь. Задние ряды бесцеремонно пялились через своих собратьев. Девочку он заметил не сразу. Она высунулась сквозь остальных и так посмотрела… Не думая, что делает, он преклонил колено. Она подошла и прикоснулась призрачной ладошкой к груди. Холод мира мертвых пронзил грудь и Дэн накрыл ее руку своей — согревая. И вот уже лед обратился в тепло, перешел в обжигающее пламя, впечатывая родовую связь в линии татуировки. Союз охранителя и потомка свершился.

   – Завтра же принесу каталог самых красивых девиц-медиумов для твоего облачения, – пообещал юноша, сдержав вздох. Вывозить на бал сестру – удовольствие, сравнимое с концом света, но готовить к празднеству духа-покровителя, это обещает быть полным сумасшествием. И не откажешь. Держись, Дэнильф лэр Беррис.

   – Ой, надо же знаки обновить, — спохватилась Селет, переставая порхать и опять пристраиваясь ему на колени: — Давай я по-быстрому, без церемоний, ладно? А ты пока расскажи, как проходит бал. Только глаза закрой, живые иногда с ума почему-то сходят.

   – Этот не сойдет, не с чего, – офицер пристроился рядом на надгробии, привычно поправив меч. – Ну, это же надо, рисковать жизнью ради крестьян!

   – Он заговор против Короны предотвратил, позорище! – Дама в парике согнала мертвого парня с плиты и уселась на его место, поддернув многочисленные юбки. Торжественно продолжила: – Мой сын невежлив, прошу прощения, юноша.

   Но не выдержала, сорвалась, прикрывшись призрачным веером и хитро поверх него глядя:

    — Давай, закрывай глаза и рассказывай о балах! А мы исполним свой долг!

   – Он у меня вообще, последний прямой мужской потомок остался, – прошелестел кто-то сзади, и Дэн с трудом удержался, чтобы не оглянуться. – И тот не женат! Мог бы и призвать в бой, мы бы им показали… Хвала Империи!

   – Правильно, – загомонили разом десятки женских голосов, – ты уж приглядись там, девочка, может, подберешь ему кого…

   Дэн глубоко вздохнул, осознал, что если не заговорит, то крепко влипнет. Мало ему матушки с ее брачными идеями! И принялся описывать коронацию Решиваля…

   Можно ли назвать день в окружении призраков выходным, Дэн не знал. Но что день в окружении ближайших родственников таким не будет – осознавал отчетливо. Поэтому, вместо того, чтобы испросить у господина Гора еще один день отдыха, как настаивали матушка и ее сестра — предпочел удрать на работу с утра пораньше.

   ИСК встретил привычной суетой. В приемной ожидали просители: два оборотня — молодых парня в щегольских, расшитых вышивкой рубахах; старик с корзиной, из которой торчала шея гуся; и молодая горожанка в сером платье и белом чепце. Глаза у девицы были испуганные, она комкала в руках платочек, иногда поднося его к губам… Господин Гор если и удивился служебному рвению юноши, то виду не подал: выделил ему комнату для приема и указал на оборотней. А сам поспешно ушел по своим начальственным делам – откуда-то издалека донесся звук, похожий на взрыв. Зачарованные стены удержали, но тревога сработала.

   Дэн пригласил обоих парней для беседы. Они вошли, сели на диван, положив руки на колени. Среди оборотней уродов не бывает. И эти тоже были красивыми: правильные черты лиц, аккуратно подстриженные бороды. Рубашки прижаты к телу широкими поясами, а штаны заправлены в щегольские сапоги. На груди эмблемы Рода с волчьими мордами. Все вещи чуть странного покроя, кажется, что они велики своим хозяевам. Именно кажется. Одежда оборотней сделана так, чтобы из нее можно было выбраться даже в зверином виде. В отличие от своих собратьев из крепости Отчаянья, двуликие Летиана к одежде относились с любовью и уважением. Азрака можно было увидеть полуголым или в драных вещах, но солидных оборотней Империи – никогда.

   Дэн представился по всей форме – оборотни уважают Высокую Кровь, хотя сами подчиняются ей весьма условно – их поселения имеют прямое повиновение Короне и никак иначе.

   – Добрый день, господа! Дэнильф лэр Беррис к вашим услугам.

   – Мард, к вашим, лэр, — поклонился рыжеватый парень с желтыми волчьими глазами.

   – Дорен, к вашим услугам, лэр, — представился его сотоварищ. Темноволосый и зеленоглазый.

   – Что вас привело? – Дэн достал лист протокола и запустил перо по бумаге. Оно забегало, ставя дату, время, а главное — имя производящего допрос. Оборотни завороженно уставились на него. Пришлось им напомнить вежливым покашливанием, что парни не в цирке.

   – Мы девушку нашли, — заявил Мард. – Мертвую. Между Ковригой и Срачевищем-Великим. К Ковриге ближе!

   – Оставили там отца и сестру, чтобы охраняли. Только вот следов нет, – подхватил Дорен. – Мы обошли вокруг. Хорошая девушка. Рыжая.

   – Звериных – полно, – согласился с братом Мард. – Человеческих нет. И это не мы ее! Это вообще не наш труп.

   – А кто, по-вашему?

   Оборотни переглянулись, словно обмениваясь мыслями. Потом Дорен произнес:

   – Мы не знаем, господин! Магия была слабая, даже шерсть дыбом не встала. И людей не было близко. Только шагах в ста лошади проскакали. Но они не приближались.

   – Верю, господа. Но место преступления все-таки надо осмотреть.

   Оборотни опять переглянулись:

   – Мы проводим, господин! – хором произнесли они.

   Мага-эксперта на месте ожидаемо не оказалось, и Дэн без размышлений выдернул из казармы Игриса, решив, что знакомое зло – лучше даже добра, но непривычного. Всего день назад встретились, боевые качества он видел, а остальное — наработается.

   Молодой маг выслушал приказ, поклонился и пошел за рабочей сумкой. В комнате призадумался и выгреб из шкафа все запасы бытовых заклинаний и пару книг с сохраненками: уже начитанными и напитанными силой заклинаниями чужой стихии. Прочитать и активировать их может даже ученик. А шанс быть переведенным в ИСК, ну или хотя бы услужить дворянину и получить вознаграждение, перевешивал выгоду от партии в карты, которую пришлось бросить недоигранной.

   Оборотни начали раздеваться, логично решив, что бежать в виде зверей им будет проще, а господа сыщики вещи довезут, но маг коротко ругнулся и предложил сперва пройти телепортом до ближайшей почтовой станции и уже оттуда бежать, скакать и, если надо, лететь – как любой маг воздуха, он вполне мог вызвать вихрь… От вихря оборотни вежливо отказались, это магам хорошо – стой себе на вершине, пока покорные воле потоки красиво развевают плащ и волосы… А как летит волк? Сгорбившись, взъерошив шерсть, растопырив лапы и выпучив глаза? Да еще и хвост, если не поджать, то дует по пузу зверски. Нет уж, увольте!

   – Ну как хотите, господа! – судя по подчеркнутой вежливости мага, оборотням предстояло лететь, хорошо, если не вращаясь вверх лапами. – Мое дело предложить.

   Коврига, как и многие приграничные города, начала свое существование с портала на глиняном холме правильной формы. Потом прирос трактирчик – надо же гонцам, да и просто путешественникам где-то есть и ночевать, потом завелись и сопутствующие лавки, а потом… потом понеслось. И сейчас это был небольшой городок, обнесенный стеной и обкопанный глубоким рвом. Срачевища располагались ближе к границе и, вопреки неблагозвучному названию, селом были крупным, торговым. Имели медную табличку с названием и официально пожалованную грамоту за оборону от кочевников.

   — Прыгаем до Срачевищ, — распорядился лэр Беррис. — Оттуда осмотрим место преступления и поедем в Ковригу, там оглядимся, послушаем и только потом — к управителю. Не стоит сразу представляться, иначе увидим только то, что нам пожелают показать.

   Телепортом воспользовались служебным. Войдя в отдельно стоящий портик, Дэн сразу вспомнил анекдот про обслуживающих магов: «И работа хорошая: день спишь – день дома». Потому что дежурный действительно спал, и его пришлось дважды встряхнуть за плечо.

   Маг открыл один глаз, узнал, что прыгают господа в Срачевища, пошатываясь, добрел до исписанной рунами каменной плиты и хлопнул ладонью по одному из знаков, активируя. Дождался, пока сыщик со свитой скроется в поднявшейся арке, убедился, что путешественники исчезли и из его поля зрения, и из столицы, и побрел досматривать сон про горячую ночь с пивом и танцовщицами. Любой специалист на этой должности быстро овладевал официально «сложным, практически недоступным никому кроме избранных» искусством управляемого сновидения.

   Срачевища являлись признанной проблемой не только для врагов, но и для императорских картографов. Крупная, богатая деревня расположилась на огромном, частично заболоченном озере недалеко от границы. И периодически подвергается налетам то кочевников, то орков. Собственно, именно от зеленокожих деревня и получила свое название.

   Первый раз орки обнаружили поселение случайно, в поисках водопоя. Не успели зеленокожие обрадоваться предстоящей добыче, как деревня, рубанув привязи плотов, в полном составе уплыла на середину водоема. Орки попробовали стрелять, но стрелы падали в воду за десяток шагов от плавучей мишени. Жители стрелы эти вылавливали и приглашали незадачливых стрелков подплыть ближе, мол, раки на них знатные вырастают. Нападающие в ответ советовали трусливым селянам выйти на берег и драться, как мужчины. Но, увы, аборигены не любили драться и очень любили раков и рыбу, поэтому настаивали на своем приглашении. Кончилось тем, что орки сделали несколько неудачных заплывов, потеряв в процессе десяток воинов. Сообразили, что деревень еще много и, назвав деревню тем самым плавучим веществом, удалились грабить еще кого-нибудь, не столь вредного и негостеприимного.

   Жители пришвартовали деревню к берегу и решили, что название, данное раздосадованным врагом, несомненно, счастливое. И вскоре это проверили, попав под атаку забредших далеко от дома кочевников. Селяне опять отплыли подальше и пригласили кентавров добираться вплавь, постреливая из луков по нападающим для наиболее успешного ракоразведения. Остатки отряда подтвердили, уходя, что название и суть вредных жителей совпадают. Жители ели крупных раков и бурно радовались – имя деревне и впрямь принесло удачу, такого улова давно не было. Часть раков даже пришлось свезти на ярмарку!

   Следующего налета ждали уже с нетерпением, а кто-то предприимчивый и неленивый указатели на дороге набил, чтобы враги не заблудились и свернули куда надо. Более грамотных манила табличка с надписью «Богатое село на озере», менее грамотных — табличка, на которой человек пер на спине большой привлекательный на вид мешок. Враги верили, ходили посмотреть, что в мешке… А селяне возили раков и рыбу на рынок, стремительно богатея.

   Так было много лет, пока один из императоров не повелел, чтобы на его земле не было неприличных названий. Жители сообразили, что из своеобразной достопримечательности, а также самой известной раколовной артели могут стать заурядным Болотным или Приозерным и первого же картографа встретили кулаками. Бедняга оценил гнев жителей, размеры местных раков и уехал быстро, мирно и так и не вручив таблички с официальным названием деревни ее старосте. Следующий посланец власти появился лет через пять. Ему повезло еще меньше – он созерцал орочий налет, и хотя в кустах и отсиделся, но в саму деревню так и не поехал – две недели бухал в придорожном трактире, бормоча о гигантских раках и несчастных зеленых утопленниках, которые вылезали на берег, матерясь на нескольких языках и этих самых раков отцепляя. Прикормленные твари решили не ждать окончательного затопления корма и пытались съесть его сразу, свеженьким. С тех пор картографы заявлялись в среднем раз в 5-10 лет, портя настроение аборигенам и карьеру себе. Пока один умный ученый при отце Решиваля, Перенике лэре Майесе, не предложил окультурить название деревни, оставив общий смысл. А с учетом ее героического участия в обороне страны добавить к названию титул «Великий». Жители подумали… и согласились, при условии, что титул будет стоять после названия-талисмана. Хоть и императорский подарок, но кормит-то их не император, а как раз враги, тонущие в их озере с удивительным постоянством.

   К тому моменту вся эта ситуация надоела всем так, что покойный Переник согласился на все. Староста пресек попытку картографа «позабыть» начальную букву «С», пропустил мимо ушей бормотание о главном предмете бизнеса жителей и получил бумагу о переименовании.

   И теперь вот Дэн ступил на толстые, просмоленные бревна плота, на котором и стоял портик телепорта. Вокруг, куда ни смотри, расстилалась водная гладь озера, по размерам скорее похожего на небольшое внутреннее море.

   Встретил их староста. Кряжистый мужчина в простой на вид одежде, но из хорошей, крепкой ткани. На ногах озерного жителя были кожаные сапоги. Проверив документы гостей, он степенно поклонился.

   — Мое имя Нерис Вал, господа сыщики. Чем могу служить?

   – А у вас тут хозяйство, я смотрю, мэтр Нерис. — Дэн оглядывался, не скрывая любопытства. Лодки скользили по озеру, рыбаки проверяли сетки и раколовки. Подростки и дети на плотах потрошили и тут же солили рыбу, сбрасывая внутренности в воду — для прикорма.

   – Так и есть, господин сыщик, — староста еще раз поклонился. – Хозяйство, оно такое – подхода требует! И людей. У нас тут и заготовки, и продажа, и даже ко дворцу поставлять представлены, потому телепорт активным держим. Вот даже табличка у нас на моем доме, что полезные члены общества по всем пунктам – от обороны до налога!

   Табличка действительно была. Медная, с изображением изречения государя и гербом. Вещь почетная, но, как не раз шутил Решиваль, совершенно бесполезная.

   Тут сыщики заметили, что часть рыбы закрывали в бочки с наложенными заранее «летучими» заклинаниями хранения и сразу же отправляли заказчику. Возле портала стояла телега с четырьмя бочками, ожидающая догрузки еще двумя.

   Игрис заклинание опознал и радостно заржал, им дурманили пленных, вводя в подобие стазиса во избежание побега при дальних перевозках.

   – Откуда такая роскошь? – поразился сыщик.

   – Так военный маг у нас. Всю жизнь мечтал старость с удочкой провести. – Господин Нерис махнул в сторону мирно сидящего в кресле-качалке деда-рыболова: – Вот. Проводит. А чего ему, он уже старый. Только рыбу ловит, варит уху, да заклялки делает. Сам никуда не уходит, даже в дождь под навесом сидит. Ну, еще книгу пишет. Так что наши обратно поедут, бумаги да чернил ему привезут.

   Заметив внимание Дэна и сопровождающего его Игриса, старый маг выразительно закрылся «колпаком безмолвия», запустив по нему пару десятков шаровых молний. Намек был понят, оценен, и решено было не пугать старику рыбу, чтобы случайно ее не покормить – военные маги редко отличались человеколюбием и милосердием.

   Одно из помещений было открыто и Дэн сунул любопытный нос внутрь. Изба как изба, только пол в виде решетки. Едва его тень упала на воду, как из темноты высунулись две огромные, с лошадиную морду, усатые рыбьи бошки. И тут же шумно плеснулись, уходя в глубину – видимо, ничего интересного не увидели.

   – Для пленных это, господин! – охотно пояснил староста в ответ на вопрос. – Не всех на корм рыбам пускаем, а кто самый здоровый доплывет, тех по кумполу дубиной, потом багром и в клетку. А одного – под решетку, чтобы остальных устрашить. Орки пловцы плохие, да еще живность эта. Вот и сидят потом тихо.

   – И не выплыл ни один?

   – Сами разок вытащили, лэр. И ведь мелкий был, только, как зашли, а его один за шиворот держит, а остальные трое этих самых хищников по мордасам кулаками лупят. Ну, пожалел, вытащил. Все равно такой дохлый на каменоломнях не выживет.

   Дэн кивнул, соглашаясь. Орки были истинным бедствием империи. Постоянно налетали, грабили деревни, угоняли и убивали жителей. Их вожди разводили руками и делали невинные рожи, мол, не наши это воины, пришлые. И даже карательные рейды успеха не имели – кочевой образ жизни позволял оркам успешно удирать от возмездия. Так что сочувствия к пленным не было ни капли.

   – Может, откушать желаете, господин? – предложил староста почтительно. – Раки наисвежайшие, селекционные, рыбка — только что плавала! Все что душа пожелает!

   – Благодарю, но я спешу. На обратном пути с удовольствием приму приглашение. Вы можете обеспечить нас лошадьми?

   – Можем, только не гневайтесь, господа. Лошадки у нас тут почтовые! – вежливо ответил староста. – Не обессудьте уж, некрасивы они. Но если надо повезут верхами, или телегу дадим…

   Лошадки, и правда, оказались почтовыми. То есть, мелкие, пятнистые, но быстрые и выносливые. Дэн прекрасно понимал, как смешно смотрится на подобном чуде коневодства, с ногами, едва не волочащимися по земле, но предпочел такой транспорт никакому. В конце концов, он сыщик на государственной службе, а ради службы чего только не сделаешь. Даже залезешь на это селекционное ничтожество, ростом чуть выше крупной собаки…

   Пестрая, как бабочка (если бывают бело-рыже-черные бабочки), лошадка ничего против седока не имела. Он скормил ей кусок хлеба и пустил галопом. Она без возражений устремилась за двумя оборотнями, пытаясь незаметно для всадника наклонить голову и щипнуть кончик серого хвоста… Маг скакал рядом на серой лошадке, с которой у него тоже был полный контакт – при первой же попытке ее оседлать она его укусила, он треснул ее по носу — и оба остались очень довольны знакомством. Во всяком случае, лошадь от седока избавиться не пыталась.

   К месту преступления они прибыли уже к вечеру. Два волка поднялись им навстречу из кустов.

   – Извините, что в таком виде, господин сыщик, – склонил голову массивный самец с серебристыми нитями седины в темной шерсти. – Но в человеческом облике и прохладно, и комары, и люди нехорошие случаются.

   Его дочь щелкнула зубами на активное насекомое, пытающееся укусить волчицу за нос.

   Обнаженное тело девушки лежало на краю поляны. Оборотень, соблюдая приличия, накрыл ее своей рубашкой. Наверно, стоило указать, что данное действие недопустимо, но… смысла не было. Слишком много времени прошло.

   Дэн присел рядом, осматривая труп и землю вокруг него. Никаких следов, хотя земля не такая и сухая, должны быть следы ног, но вокруг в основном звериные. Отпечатки босых ступней есть возле самого тела, и в одном месте она коснулась земли руками. Все. Не бесы же сюда принесли ее? Хотя…

   – Игрис, проверь вмешательство или еще какую-то магию. Любые странности.

   – Да, господин! – маг распаковал сумку, пробормотал под нос пару слов и выпустил из пузырька поисковое заклинание. Оно алым дымком растеклось над поляной, накрывая труп и землю. Показало множество звериных следов, включая лошадиные и собачьи. Расцветилось ярко-синими пятнами над оборотнями, собралось в известную фигуру из трех пальцев и вернулось обратно в сосуд. Ни единого следа босой девичьей ноги, кроме тех, что возле трупа…

   – Ничего, господин! – маг заткнул назад пробку. – Нашло бы, улетучилось, а так… да еще и обзывается! Боюсь, еще сотня использований и заговорит!

   – А вы ругательства при вызове не используйте, тогда будет не страшно, что заговорит, – отмахнулся Дэн. Явление бесследной девицы его сильно озадачило. Он обернулся к оборотням, валяющимся под кустами большой лохматой кучей. – Были ли еще следы, господа?

   – Нет, господин сыщик! Только запахи животных. Зайца, лисы. И вот там всадники проезжали, две собаки при них, но с повода не спускали. – Вожак поднял морду, сморщил нос: – Орки скачут, господин! Два десятка всадников.

   – Ха! – Игрис запустил над головой маленький вихрь, украшенный двумя шаровыми молниями. – Этот отряд не проблема для мага стихий!

   – Ты лучше не ветер поднимай, последние улики сдуешь, а сними «последний взгляд» умирающей, – проворчал Дэн. Схемы призраки обновили, и нападения орков он не боялся. Ну что они сделают против лэра, да еще и выпускника УМИНа?

   Минут через сорок, как раз, когда сыщики закончили с местом преступления, убрали инструменты и приготовили тело к телепортации в морг, кусты раздвинулись и на поляну выехал орк. Судя по богатым доспехам, перед сыщиками предстал вождь отряда. Маг подвесил ему перед носом полюбившееся заклинание из вихря и двух шаровых молний, от чего у зеленокожего мгновенно сошлись к переносице глаза в попытке рассмотреть визуализацию. Осознав, что его не боятся, а наоборот — нагло рассматривают, воин решил вступить в контакт первым.

   – Ай, хорошая раб, сейчас убивать, насиловать, хватать!.. – начал он, потом подумав, добавил: – Здравствуй?

   – Наоборот только! Сначала хватать, потом насиловать, потом убивать, некрофил ты начинающий! – поправил Дэн, стараясь не замечать смеющийся оскал оборотней. – Давно язык-то учить стал?

   – Чуть-чуть начал! Мать – шамана, сестра – большой шамана, сам – вождь. Вождь много знать, книги видеть, читать. Книга грабить везде, – с достоинством склонил