Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1. Пути-дороженьки
- ГЛАВА 2. Слава и везение
- ГЛАВА 3. Экспонаты
- ГЛАВА 4. Столичные нравы
- ГЛАВА 5. Все идет по плану
- ГЛАВА 6. Провал по всем фронтам
- ГЛАВА 7. Русалки и их тайны
- ГЛАВА 8. Признание
- ГЛАВА 9. Наги и ноги
- ГЛАВА 10. Любовь
- ГЛАВА 11. Третья ипостась
- ГЛАВА 12. Цена глупости
АННОТАЦИЯ
Для чего нагам сапоги? И что будет, если все хвостатые одномоментно обзаведутся двумя ногами? Зубославу плевать на остальных змеев, его-то в таком случае ждет брачная ночь, Алена обещала!
ГЛАВА 1. Пути-дороженьки
Алена
Бедные, бедные наги! Мне уже жалко их до слез. И к Громобою Горихвостовичу я прониклась горячим сочувствием. Посудите сами, сколько весит четырехметровый наг? Килограммов двести, я думаю. Ну хорошо, сто пятьдесят. А десятиметровый? А сколько нужно лошадок, чтобы такую тушу с места сдвинуть? То-то и оно. Много. Две. И карета большая, а лучше прям грузовик.
Я вот маленькая, хрупкая и место занимаю в четыре раза меньше, чем Зубослав. Мы прекрасно размещаемся в нашей собственной карете, где на дверце золотом нарисованы большие буквы З и А. Точнее, размещается Зубослав, а я сижу на нем, на кольцах. И я таки имею сказать, что вполне он теплокровный. Хотя чешуя ни разу не мягкая, да оно и понятно — ему ей приходится каждый день по земле и камням ползать. И одно дело — сидеть на его хвосте как на стуле, а совсем другое — подпрыгивать на кочках. Жестко и колется даже через многослойную юбку! И да, я на первом же привале поняла, что юбке пришел капец. Даже плотная шерсть была вся в зацепках, никакая руна не спасла. Хоть чехол какой придумывай, честное слово!
Зуб, впрочем, тоже расстроился и в первой же деревне нашел мне большую подушку. Жить стало лучше, жить стало веселее.
Я оценила: очень приятно, когда о тебе заботятся!
Ядик и Гера ехали в другой карете, причем по очереди правили. А у нас сначала был кучер с двумя ногами и зеленой бородой, которого на одной из станций сменил коротышка в колпаке и с острыми ушами, не иначе, как лепрекон какой-нибудь. Я не стала уточнять, да, в общем-то, мне и не интересно было.
Потому что кареты, скажу я вам, крайне неудобная штука. Даже рейсовая маршрутка с гордым джигитом за рулем в миллион раз удобнее. Там шины воздухом надуты и амортизация какая-никакая присутствует. Да и дороги в России-матушке куда приличнее. Знаете, те, кто уверяет, что самые ужасные дороги в Ярославской и Тверской областях, просто не ездили в карете по просторам Серпента. А еще я совершенно зря брала с собой еду. То есть Славка с приятелями ее уничтожили за один раз, а меня укачало, я на еду и смотреть не могла.
На самом деле я не учла габаритов нагов. Это мне, девочке, для перекуса хватает апельсина и шоколадки, а у них куча энергии уходит, чтобы таскать эти дурацкие хвосты. И аппетит у мальчиков был соответствующий. Раньше я как-то не приглядывалась, сколько калорий Зубослав потребляет за обедом, тем более, что я не готовила и не мыла посуду, а теперь ужаснулась. Да его же не прокормить! Вот почему они такие крупные, широкоплечие. Скорее всего, и объем легких у Зуба будет побольше, чем у обычного человека, и потроха крупнее. И крови тоже не пять литров, а раза в три больше.
Ой-ой, куда я влипла вообще?
И зачем я обо всем этом задумалась? Надо было оставаться дурой, так проще. Теперь же я понимала, зачем нагам человеческая ипостась, даже лучше, чем сами наги. Это ж только на еде сколько можно сэкономить! Я молчу про кареты, лошадей…и… и мобильность, пожалуй. С хвостом далеко и быстро не уползешь, хотя я знала, что наги бывают очень быстрыми, но, наверное, недолго.
Зато на одежду они тратили в два раза меньше, а обувь им и вовсе не нужна. Учитывая, сколько стоили в Яви фирменные джинсы и хорошие кожаные сапоги, возможно, не так уж и плохо иметь хвост вместо ног…
Карета Ядика и Геры обошла нас на повороте. Ядик с места кучера махнул рукой, предлагая привал. Едва мы остановились, в окне показалась белобрысая голова. Я уже немного привыкла к их внешности и не хваталась за сердце при виде красавчика с ярко-голубыми глазами. К тому же Зубослав ничуть не хуже, даже импозантнее.
— Ален, а пожрать еще осталось? — Вот уж воистину, наги абсолютные прагматики.
— Нет, — мрачно ответила я. — Вы за завтраком уговорили ужин и обед на два дня вперед.
— Ты же сказала, что еды хватит!
— Четверым нормальным людям — запросто. А трем нагам, как видно, придется голодать.
— Но нам нельзя голодать! У нас метаболизм! Мы просто уснем!
— А я при чем? — удивилась я. — Ну где я вам еду достану? Наколдую? Так я не умею, а скатерть-самобранку нам на свадьбу никто подарить не догадался. Терпите до ближайшей закусочной! Или ты меня сожрать собираешься? Так меня на всех не хватит, вот, сначала кучера нашего тогда жрите, он более увесистый.
На месте кучера что-то хрюкнуло и сдавленно предложило:
— Кони питательнее.
— Нет, коней нельзя, нам еще ехать и ехать, — вздохнул блондин с явным сожалением. — Едва треть пути миновали. Зуб, у тебя ведь было разрешение на охоту?
— Какую охоту? — напряглась я. — У нас еще и оружие имеется?
— Лель, мы будущие боевые маги, — Зубослав смотрел снисходительно и с насмешкой. — Нас еще на первом курсе учили выживать в лесу. Не волнуйся, можешь пока погулять. А мы немного разомнемся.
Я вышла из кареты и огляделась. Мы остановились в поле, но неподалеку темнел лес. Кучер, ушастый коротышка с рыжей бородкой, нервно утирал лоб колпаком и злобно косился на меня.
— Это опасно?
— Разве что для зверей.
— А можно мне с вами? Я никогда не видела настоящую магию.
— Ну… Гера, останешься? Разложи пока костер. Все равно сейчас сухо, а ты огневик. Одна неосторожная искра — и лесу змеец придет.
— Останусь, — кивнул Горин. — Огневикам сейчас запрещено колдовать, я помню. Нам к лесу даже приближаться не рекомендуется.
— А она так и собирается по лесу в бальном платье шляться? — поинтересовался вредный Ядик.
Я оттопырила средний палец, а потом показала фокус: потянула за шнурок, что скрывался под оборками корсажа. Тяжелая многослойная юбка упала на землю, оставив меня в мужских портках и сапогах. Это было изобретением Шиассы, и она намеревалась в будущем на подобном фасоне неплохо заработать. Эта змейка явно далеко пойдет!
Оба нага гулко сглотнули.
— Так лучше? — широко улыбнулась я парням. — Ну, я готова!
Закинув юбки в карету, мы довольно бодро направились в сторону леса. Не то, чтобы я была поклонницей отдыха на природе, но мне было ужасно любопытно все, что связано с Зубославом. Муж все-таки, хоть и фиктивный. Ну и вообще я получала эстетическое удовольствие, наблюдая за его движениями. Ловкий, сильный, красивый! Еще б рубашку снял — цены б ему не было.
Забавно.
Я не могу сказать, что у нас какая-то там любовь, тем более, с первого взгляда. Но как человек мне этот змей очень даже был по душе. И в голове все чаще появлялась мысль: “А что, если да?”. А что, если истинные пары — это не сказки? А что, если мы по-настоящему станем мужем и женой? И плевать, собственно, на его хвост. Выше пояса меня совершенно все в нем устраивало.
Ядик поднял руку и шепнул:
— Зуб, утки.
— Слышу. Как обычно?
— Да. Ты сеть, я лед.
Блондин напрягся, наклонившись. Брюнет застыл, как каменное изваяние. Я едва сдерживала истерический смех, потому что эти двое мне до ужаса напомнили Чипа и Дэйла на заставке любимого мультфильма моего раннего детства. Главное, не ржать, не ржать! Не поймут.
А еще лучше посмотреть на них как художница. И нарисовать бы этакую красоту — уверена, я бы потом загнала иллюстрацию за неплохие деньги. Все любят красивых молодых мальчиков. Но лучше б рубахи снять, конечно!
Резкий бросок Ядика напугал даже меня, что уж говорить про несчастных уток, которые отдыхали в небольшом болотце! Хвост сработал как пружина, рывком отправив своего хозяина в сторону птиц. Но далеко не улетели, сбившись в кучу, словно пойманные невидимой сетью. Хотя почему “словно”? Зубослав, стиснув зубы, развел руки, а Ядик быстро-быстро перебирал пальцами. Из его ладоней вырывались крошечные прозрачные шарики, сбивающие уток. Одна за другой утки шлепались вниз, но до земли не долетали, повиснув где-то над камышами. Истошное кряканье и хлопанье крыльев оглушало.
— Достаточно? — спросил стрелок друга, когда птиц стало вдвое меньше.
— На обед хватит, — хладнокровно ответил Зубослав, распуская невидимую воздушную сеть.
С воплями напуганные птицы рванули в разные стороны. Стало так тихо, что я услышала свое взволнованное дыхание.
— Алена, ты птиц ощипывать умеешь? — дурашливо ухмыльнулся Ядомир. — Мы принесем добычу, твое дело ее приготовить.
— Я не голодна, — буркнула я. — Жрите с перьями, мне-то что.
И первая пошла обратно к каретам.
Готовить? Совсем офонарел? Я ему служанка, что ли? И ладно б Зубослав фигню сморозил, ему простительно, он все же муж, а это-то куда лезет?
— Не обижайся на Ядика, он пошутил, — поймал меня за локоть Зуб. — Конечно, мы все сделаем сами.
— Я не умею птиц потрошить. Я их даже резать не умею. В Яви еда продается уже нарезанная и упакованная в симпатичные желтые лоточки.
— Ты и не должна, это дело воина и мужчины. Не хватало еще, чтобы девушки грязной работой занимались!
Я невольно выдохнула. Нет, умеют же эти гады разозлить! Хорошо, что хоть один понимает, что к чему.
— Вы и в самом деле все это собираетесь сожрать?
Птицы было много, очень много.
— Ну нас трое, Лель. Нам это на сегодня только и хватит. А ночью сменим кучера и закупимся на постоялом дворе.
— Ничего себе у вас аппетиты!
— Ну так мы большие. А представь, сколько дед мой ест… Но ему раз в день хватает, а мы еще молодые, нам надо три-четыре приема пищи.
— А если голодать, то что?
— Мы будем сонные и вялые. Наг может без еды существовать, но быстро двигаться и уж тем более воевать никак не сможет.
— А с кем вы воюете?
— Сейчас ни с кем. Но на границе с черными землями постоянно стычки.
— Что за черные земли? Мне нужно об этом переживать?
— В черных землях чертовщина всякая. Но это далеко и под контролем.
— Чертовщина?
— Не бери в голову. Тебя это никак не касается.
Я молча проглотила его слова. Сегодня не касается, а завтра что-то произойдет, и будет касаться. Надо поспрашивать, но уже позже. Сейчас не время и не место.
Тем более, что в наше отсутствие Гера времени зря не терял: разложил костер, повесил над огнем небольшой котелок, где булькало что-то пахнущее мятой и ромашкой. Наточил и заострил ровные палки. Зубислав сгрузил к его ногам приличную кучу теплых еще уток, достал нож… и я поняла, что мне хочется немного прогуляться. Цветочков там насобирать, бабочек половить.
— Далеко не отходи, тут змеи! — крикнул мне вслед Зуб.
— А то я не вижу!
— Да не мы, обычные! Для нас безопасные, а ты берегиня, тебе может не поздоровиться.
— Ничего, я уже привыкла к ядовитым тварям вокруг, — пробурчала я. — Одной больше, одной меньше.
Но послушалась, далеко не отходила, а после и вовсе залезла в карету за бумагой и карандашами. Пока попрактикуюсь в рисовании, да не рунном, а обычном. Листочки всякие зарисовывать буду, когда мне еще такая удача выпадет?
Через полчаса жареным мясом запахло так соблазнительно, что у меня слюнки потекли и в животе заурчало. Выглянула: мальчики уже трапезничать изволили. Без меня.
Ан нет, увидев меня, Зубослав немедленно махнул рукой:
— Проснулась? Иди попробуй, мы старались!
Утятина была местами обугленной, местами сырой, недосоленой и жесткой. Мне хватило пары кусков, чтобы понять, что не так уж я и голодна. А наги слопали добрую половину мяса и выглядели вполне довольными жизнью.
Некстати вспомнилось, как девчонки в колледже говорили, что мужчина в любви таков же, как и в еде. Неужели наги такие ненасытные и неприхотливые? На Ядика мне плевать, а вот что касается Зубослава… Хотелось бы верить, что он в постели более изыскан!
©Марианна Красовская 2025 Специально для feisovet.ru
ГЛАВА 2. Слава и везение
Алена
Столице не удалось меня поразить. Я ожидала чего-то большего: красивых дворцов, белокаменных домов, широких улиц, парков и фонтанов. Да, я избалованная, знаю. Но можно было хоть фонари красивые поставить и вывески в порядок привести? А то они то пестрые, то вульгарно-золотые, то вообще с ошибками. Стыд и позор! А мостовая? Да я всю задницу себе отбила, когда наша карета загрохотала по брусчатке! Ой, а что это — салон красоты?
— Зуб, а салон красоты — это для всех или только для нагов?
— А у тебя хвост вырос? — удивился Зубослав. — Надо же, а я и не заметил!
Я ударила его в бок, сильно и неожиданно. Он скривился, но сразу понял, за что:
— У нас тут свои тонкости, Лель. В салонах красоты, например, змеицам помогают при линьке.
— При линьке? — повторила я как попугай. — Это как?
— У нас чешуя и мы ползаем по земле. Разумеется, чешуя рано или поздно истирается, истончается, покрывается царапинами и трещинами. Парни на это обычно не обращают внимания, а девушки очень переживают. Для них есть всяческие обертывания, полировка, нанесение лаков, но от линьки раз в год это все не спасает. Мы-то чего, оторвем кусок шкуры и выкинем, подумаешь, неделю поползать облезлыми, а змеицы идут в салон и их там вымачивают, натирают всякими скрабами и кремами, чистят… в общем, быстро и эффективно.
— Ты с таким знанием дела об этом говоришь…
Зубослав немного смутился и пожал плечами:
— Ну да, я тоже захаживаю при возможности. Ничего криминального в этом нет. К тому же ужасно приятно, когда вокруг тебя суетятся красивые девушки.
Я нахмурилась и прошипела:
— Больше не ходишь. Нечего, ты женатый наг! Мало ли, что люди подумают!
Он засмеялся и притянул меня к себе “на колени”.
— Не буду, если ты ревнуешь.
— Я не ревную, вот еще! Я о своей репутации переживаю просто! И о твоей, между прочим, тоже!
Зуб покивал, но выглядел предовольным. Зря он, конечно, слишком зазнался. Как бы потом разочароваться не пришлось!
— Долго еще? — с тоской спросила я, когда карета в очередной раз попала колесом в какую-то ямку, а я узнала, зачем в карете мягкий потолок.
Зуб выглянул в окно и радостно заявил:
— Да приехали уже!
Во всем Серпенте архитектура была примерно одинаковая: здания строились не вверх, а вниз, иногда на 3-4 яруса. С одной стороны, это явно дешевле и быстрее, чем вверх, да и змеи явно любили глубину. Плюс тепло лучше сохранялось. Но меня откровенно раздражали комнаты без окон. Гостиница же порадовала: она была с двумя верхними (для иноземцев) и тремя нижними этажами. Я смотрела на Зуба преданно и грустно, и он со вздохом взял для нас номер на втором этаже, с окнами и непременно уборной. А Ядик и Гера поселились в самом низу.
Комнаты мне понравились: довольно скромно и ничего лишнего. Большая квадратная кровать на ножках (наги любят круглые подиумы с множеством подушек), толстый ковер на полу (цепляется за чешую), шкаф с перекладинами для платьев (ну вы поняли, да, что нагам не нужны высокие шкафы) и небольшая уборная со стандартной человеческой ванной.
Я огляделась и поняла, что Зубославу тут будет очень некомфортно.
— Ладно, — с тоской отодвинула занавеску на окне и задвинула обратно. — Давай возьмем другой номер. Без ковра и с удобной кроватью.
— Ну нет, — радостно ответил Зуб, хвостом заталкивая мои сундуки в угол. — Это временные неудобства. Через пару дней у меня будут ноги.
— А ты оптимист.
— Я просто везучий. Смотри сама: невеста мне с неба упала, да еще истинная пара. Сессию закрыли автоматом. Денег дали опять же. Так что будь уверена, что ноги тоже будут.
Я невольно улыбнулась. Мне нравился его настрой. К тому же он считает, что ему со мной повезло, несмотря на все мои недостатки. Разве можно в него не… Ну нет, и вовсе я не собираюсь влюбляться в хвостатого! Это моветон!
— Я первая в ванную!
— Ты единственная в ванную. Я туда не помещусь, — вздохнул Зубослав. — Схожу к ребятам, погляжу, как они устроились, и буду ждать тебя в трапезной, ладно?
— А… ну хорошо, — растерялась я. — Точно не будем номер менять?
— Точно. Не волнуйся, все будет хорошо.
Ну ладно. Дело хозяйское, я предложила и даже дважды. Сам не согласился.
В уборной была восхитительно горячая вода, мягкие полотенца и жидкое мыло с цветочным запахом. Я быстро разделась и нырнула в ванну. Нет, все же я сделала правильно. Выгодное замужество мне нравилось. И деньги, и почтение, и, как позже выяснилось, слава. На тумбочке возле кровати лежала свежая толстая газета с вполне цветными фотографиями. И броским заголовком: “Змеиный царевич и его истинная пара”.
Что сказать, истинная пара Зубослава была невероятно хороша: этакая розовласая нимфа в сверкающем пышном платье. На меня она была совершенно не похожа, разве что цвет волос совпадал. Не то макияж был удачным, не то я крайне фотогенична. Склоняюсь к первому варианту. А Зуб был вполне узнаваем. То-то на него так странно косился хозяин гостиницы!
Пожалуй, я не буду надевать розовое платье. Лучше серенькое с белым воротничком. Буду скромная как мышка.
Трапезную я нашла без труда, она была на первом этаже. На том самом первом, что ещё над землей. И народу там было — как сельдей в бочке. Пришлось перешагивать через хвосты, которые эти наглые гады даже не трудились убрать. Всем своим видом наги демонстрировали мне неприязнь. Чужеземцев тут явно не любят, а одиноких женщин еще и презирают.
Зубослав с друзьями нашелся в углу, и стол у них был просто завален всякими вкусностями. Тут и самовар, и ватрушки, и жареные ребра кого-то похожего на поросенка, и тушеные овощи, и орехи в меду, и рыба под каким-то ягодным соусом. Отлично! Наконец-то я поем!
Уже привычно уселась на хвост Зубослава, потянулась к самовару и поняла, что что-то не так. Уж больно тихо стало в трапезной. Оглянулась: все посетители смотрели на меня, словно у меня две головы было. Что, впервые видят двуногую девицу с розовыми волосами?
К столу подплыла дородная змеица в кружевной косынке.
— Желаете что-то особенное, дорогая наша гостья? Вы ведь — Алена свет наш Полозова?
Узнали-таки. Блин! Никогда не мечтала стать популярной.
— Допустим.
— Хранительница Жемчужины истинной любви? — с придыханием продолжила женщина.
— Ну да.
— А вы можете сказать, когда я обрету свою пару?
— Драгоценная, я же не гадалка, — вздохнула я. — Я только могу подсказать, истинная ли пара передо мной. Остальное мне неведомо!
— Тогда скажите, может быть, он моя истинная пара? — змеица ткнула пальцем в Ядика. Тот поперхнулся баранкой. — Ну а вдруг?
— Это вряд ли, — осторожно ответила я. — Все же он сильно вас моложе. Но я могу проверить.
И достала жемчужину.
Все смотрели на меня, а женщина так и вовсе вытаращила глаза и очень осторожно протянула руку к артефакту.
— Ядик, будь так любезен.
— Не буду, — пробормотал блондин, но руку все же протянул.
Дзынь! Оба “испытуемых” отдернули пальцы с одинаковым возмущением. Видимо, приложило их нехило. Я же ничего не почувствовала, кроме холода.
— К сожалению, он не ваша пара. Желаете проверить всех присутствующих?
— Нет, я просто хотела убедиться, что артефакт работает, — грустно сказала змеица, потирая пальцы. — Убедилась. Спасибо. Можно я еще к вам приду?
— Можно.
— У нас пирожки сегодня особенно хороши. С мясом, капустой, яблоками, брусникой… Не желаете?
— Желаю. С яблоками.
— Принесу, госпожа ведьма.
Ну вот. Теперь еще и обзывается. Вот и делай этим хвостатым добро!
— Дальнейшие проверки строго по записи и за деньги, — неожиданно громко объявил Гера.
Я икнула и покрутила пальцем у виска. Зубослав радостно взоржал. Ядик закатил глаза и налил мне чаю. Зашибись придумал! Мне делать больше нечего, как на любовь гадать! Не так я планировала на жизнь зарабатывать, да и нечестно это. Любовь продаваться не должна!
Все это я свистящим шепотом сообщила Зубославу, нервно постукивая пальцами по столу. А негодяй и спекулянт Гера достал блокнот. И что вы думаете? К нему очередь выстроилась!
— Проверка до свадьбы — один златый, — деловито определил таксу Горин. — Семейным парам скидка 50%. Тем, у кого есть дети, бесплатно!
Цыган и есть цыган, что с него взять? Хорошо же! Я ему тоже потом устрою… за деньги проверку.
Настроение было безнадёжно испорчено, и даже вкусный завтрак его исправить не смог.
— Ты ещё объявление в газету дай! — одернула я довольного Геру.
— Хм, мысль отличная. Только справишься ли? Ну, и налоги придётся платить.
— Гера, ты торгаш.
— Спасибо, мне очень приятно.
— Это был не комплимент!
— Это ты так думаешь.
Мне очень захотелось его укусить. Хороши у Зубослава друзья! Один бабник, другой спекулянт!
— Так, хватит, — прервал наш милый диалог Славка. — Никаких продаж. Стыдно, Гера. Ален, но наги все равно прознают и будут приставать. Так что предварительная запись — идея отличная. Не больше пяти в день и строго с десяти до одиннадцати, вот. Пока так. Что скажешь?
— Идите в баню, вот что я скажу!
— В баню? Не сегодня. Сегодня предлагаю посетить музей.
— И художественный магазин! — оживилась я. — Должны же у вас краски всякие продаваться!
— Наверное. Поищем, Лель. Все, что ты захочешь.
Последнее обещание мне так понравилось, что я немного примирилась с действительностью.
А вообще амулет и вправду мне дан не зря. Надо им пользоваться, наверное. Вот только мне пока не нравится вся эта ситуация с записью на прием. Наверное, раньше такого не было. Надо вообще понять, как он работает — только ли при прикосновении, или есть еще какие-то тонкости?
ГЛАВА 3. Экспонаты
Алена
Музей был не слишком далеко, в трёх кварталах. Я вовсю вертела головой, с надеждой выискивая диковинки. Ну не может же быть, чтобы тут было такое же болото, как в Болотограде! Столица на то и столица, чтобы культурная жизнь кипела!
Нашла, конечно же, сложно было не найти! На стенах домов и на круглых тумбах, на заборах и на окнах сверкали крупные буквы: группа «Русалки», единственный концерт в Златогорске. Я застыла перед первой же афишей:
— А что в смысле… у них хвосты?
На ярком плакате была изображена моя любимая троица звезд: рыжая, чернявая и блондинистая девушки. Сама композиция была подозрительно знакома: афиши в моем родном городе выглядели почти так же. За небольшим исключением — хвостами, мать их! Они что же, настоящие русалки?
— Ну да, — сказал Зуб, обнимая меня за плечи. — Они русалки. А кого ты ещё хотела увидеть в группе «Русалки»? Алконостов или гамаюнов? А может, кикимор?
— Погоди, — я ткнула его локтем. — Не в хвосте проблема, точнее, не только в нем. Эта группа очень популярна на Земле, в смысле — в Яви. Получается, они каким-то образом могут ходить туда-сюда? А раз они могут, то смогу и я?
— Это ты чего придумала? — забеспокоился Зубослав, крепче прижимая меня к себе и обвивая хвостом за бедра и колени. — Сбежать хочешь?
— Ты дурак? — удивилась я. — У меня тут домик у моря и поле с овечками. И деньги ещё. А в Яви только съёмная квартира.
— У тебя тут муж, — жестко напомнил Славик. — А там… кстати, кто там? Ты же с кем-то жила?
— Никто, — быстро ответила я. — Не истинная пара, это факт.
Он сильнее стиснул меня кольцами, зарылся носом в розовые кудряшки и прошипел на ухо совершенно не романтично:
— Я тебя никому не отдам. Ты моя жена. Только попробуй сбеги, на краю света найду.
— Дед же бабушку Варвару не нашёл!
— Она была опытная берегиня, знавшая множество секретов магии. А ты ничему не училась, к тому же моя жена. Принадлежишь мне по всем законам, божественным и человеческим.
— А ты не охренел, дружок? — ласково спросила я. — Я тебе не корова и не дом. Не собственность. Я с тобой рядом потому, что сама так хочу. Но могу и расхотеть в любой момент.
— Найду и…
— Что? Побьешь? К батарее наручниками прикуёшь? Тварь ты хвостатая, да я сегодня же в другой номер перееду!
— Эй, вы чего? — попытался было вмешаться растерянный Ядомир. — Не ссорьтесь!
— А ты не лезь! — рявкнули мы с Зубом в унисон.
Я насупилась. Теперь-то поздно выпендриваться, дело сделано. Я и вправду его жена. Но нужно ли мне это? Что за ревность, что за собственнические повадки? Я против! Вот поэтому я и не мечтала, как некоторые девушки, выйти замуж и рожать детишек. Брак, конечно, не отрицала, семейные ценности воспринимала адекватно, но с трезвой головой. Я ведь и одна прекрасно могу прожить, я не чья-то там половника, я целая! А семья нужна, чтобы сделать мою жизнь лучше. Плохо я и сама сумею.
На самом деле я насмотрелась ещё и на родителей. Вот они были те самые две половинки. Им никто был не нужен, даже я. Меня родили скорее потому, что так принято. Одиночество в семье — что может быть хуже? Поэтому я всегда знала, что никакой безумной любви мне не нужно. А вот уважение и доверие — очень даже.
Кольца разжались, пальцы Зубослава отпустили мои плечи.
— Прости, — выдохнул он, снова удивляя.
Пашка никогда извиняться не умел, да и я тоже. Мы обычно просто дулись несколько дней, а потом делали вид, что ничего не было. Поэтому извинения Славки меня успокоили мгновенно ещё и потому, что я к такому не привыкла. Ну и вообще я отходчивая.
— Проехали. Когда там концерт?
— Послезавтра, моя ядовитая. Хочешь пойти?
— Очень. У нас и абонемент есть.
— Я не фанат русалок, но можно и сходить.
— Зато я фанат, — неожиданно влез Гера. — У вас абонемент на сколько персон?
— Вообще-то на две, — холодно ответил Зуб, снова меня обвивая хвостом. На этот раз я не имела ничего против.
— Зуб, уступи! Единственный концерт! Я и мечтать не смел!
— Ты очешуел? Тебя — и с моей женой?
— И кому из нас ты не доверяешь? — хитро спросил Гера.
— Ну… в принципе… Алена, что ты на это скажешь?
Я вздохнула. Конечно, я бы лучше с Зубом пошла. Геру я плохо знала вообще-то и нисколько с ним не дружила. Так, привет-пока.
— А может, просто билет купим ещё один? — спросила наудачу.
— Шутишь? — В голосе Геральда прозвучало отчаяние. — Все билеты были распроданы давным давно! Я не смог попасть на концерт, который был три года назад, у меня тупо денег не было на билет, к тому же сдавал вступительные экзамены. А в этот раз копил, копил… но нужно было ехать в Златогорск, а я смог только на выходных… опоздал!
— Бедняга, — посочувствовала я. — Ну не могу я тебе отказать, раз такое дело. Слав, ты что скажешь?
— Ну идите. Я что, зверь, что ли? Мне «Русалки» особо и не нравятся, «Железные дровосеки» круче.
На миг я было задумалась, что как-то неприлично замужней женщине идти на концерт не с мужем, а с его другом. Может, одного Геру отправить? Но взгляд снова зацепился за «единственный» и за хвосты. Нет! Я не могу упустить возможность поглядеть на это!
На всякий случай я поцеловала Зубослава в щеку, чтобы он не думал, что я какая-то не такая. Я хорошая, правда!
Кто бы мог подумать, что государственный музей Серпента находится под землей? Помилуйте, мне подобное даже в голову не могло прийти!
Шучу, конечно. Я так и знала, что придется ползти под землю. Зато компактненько: сверху над музеем разбит парк, причем очень даже неплохой. И фонтаны тут, и статуи самые прекрасные, вроде Адама и Евы, беседующих со змеем, или черепом, змеей и вещим Олегом (для неучей все красивыми буквами подписано), или Георгием- Победоносцем с тем самым копьем. Как ни странно, никаких моральных страданий или обид наги не испытывали и историю переписывать не рвались. Было — значит, было. Не только победы змеи одерживали, но и поражения. Урок, между прочим, для потомков. Отдельно порадовали Медуза Горгона и Ермунганд. Ребята знают толк и в мифологии, и в скульптуре.
Зубослав отчаянно зевал. Он был наг некультурный и не ценящий прекрасного. Тем хуже для него, конечно.
Через прекрасные чеканные ворота цвета сияющей меди мы вошли в музей. Я в восторге вертела головой. Мне как художнику-дилетанту (назвать себя профессионалом при всем желании я б не смогла) было интересно все вокруг: и орнаменты на дверях, и настенные панно, и гобелены, и огромные фарфоровые вазы на постаментах. Везде были змеи.
Музей был не сказать, чтобы большой, но вполне укомплектованный. Один зал был посвящён змеям в библейской истории, другой — в славянских легендах, третий — китайский. Индийский зал тоже был полон экспонатов. А ещё здесь был целый стенд для дудочек, используемых заклинателями змей. Рядом со статуями натуральный индийских нагов из чистого золота я замерла в благоговении. Вот это размах! Интересно, они полые или цельнолитые? И ещё — какая тут охранная система? Рунная, что ли?
Несколько рун я уже нашла и на постаментах, и на стенах, и на ярлычках самих экспонатов. Ни одну опознать не смогла, оно и не удивительно. Во-первых, я еще очень мало успела выучить, а во-вторых, они, наверное, были не самые распространенные. Ну, глупо же ставить на охранку обычные руны из учебника, которые любой грамотный наг сможет взломать. Делов-то — пририсуй лишнюю палочку, если, конечно, сил хватит и в стиль попадешь. Мне бы хватило и я бы попала. Вот только при внимательном рассмотрении начертание символов показалось мне странным. Сдается, тут не одна руна нарисована, а две разом или даже три. Очень интересно! Мне бы фотоаппарат или телефон, конечно, да хоть бы блокнот с ручкой! На память тут надеяться смысла нет, уж очень много деталей.
— Дорогие посетители, вы что-то потеряли? — окликнула меня седовласая нагиня в очках на кончике острого носа.
Пришлось подниматься с корточек. Ну а чего они руны так низко рисуют?
Решила не врать, сказать правду.
— Я обучаюсь рунному письму, не могла не заинтересоваться. Очень интересное начертание символов, такого в учебнике я не видела.
— Ой, ну разумеется! — нагиня криво улыбнулась, меня рассматривая. — А вы… Алена Полозова, верно? Не удивляйтесь, не так уж много в Серпенте берегинь с розовыми волосами и в компании единственного внука Громохвоста Душегубовича. Меня зовут Ужанна, я здесь смотритель. А в молодости была и искусствоведом, и реставратором.
— Очень приятно, — книксен делать не стала, разумно полагая, что с непривычки только напугаю почтенную даму. Кстати, она была вполне миниатюрна, метра три в длину, не больше. Оно и понятно, так проще ползать между экспонатами. Это в середине для посетителей места достаточно, а вот вдоль стен или к окнам не каждый наг пролезть сможет. Гера еще дотянется, а вот не к ночи упомянутый Громохвост точно бы все тут своротил своим хвостищем десятиметровым.
— Это мне приятно, что молодежь нынче интересуется и искусством, и историей, и рунным письмом! — пропела Ужанна. — Но боюсь, по рунам я вам ничего интересного не расскажу, не моя специализация. Да и рисовали их русалки, а у них свои тонкости.
— Почему именно русалки? — удивилась я.
— Они мастера потоков, — непонятно сказала Ужанна. — Кстати, а вы знаете, что перед вами изваяние самого змея Васуки, царя индийских нагов? Согласно преданию, у него было свое подземное царство, полное немыслимых сокровищ…
Нагиня явно соскучилась по общению, ее несло. Мы прослушали довольно интересную лекцию по индийской мифологии, закончившуюся весело и неожиданно:
— Но конечно, сказки сказками, а индийцы были правы. Они знали уже про Навь и про царя Василияда Полоза, только имя его переделали на свой манер. Впрочем, это было свойственно многим народам. Вот, к примеру, в Китае…
Чтобы избежать долгого рассказа про китайские мифы, я быстро спросила:
— Говорят, последним царем нагов был сам Громохвост? Интересно, когда он хвост откинет, из него сделают чучело и тоже поместят в музей?
Зубослав за моей спиной гневно зашипел, Гера и Ядик весело хрюкнули в унисон, а Ужанна широко улыбнулась.
— Ты ошибаешься, деточка. Громохвост царем никогда не был. Царем был его отец, Душегуб, а Громохвоста короновали бы только после смерти отца. Тут есть целый зал, посвященный династии Полозов. Показать тебе?
— Будьте так любезны.
— Так вот, наги живут долго, до трехсот лет. Поэтому не так уж много у нас было царей. Всего двенадцать. Их скульптуры в полный размер представлены вот здесь.
Я с интересом оглядела огромный зал с высоким потолком. Как ни странно, Великие Полозы были не столь уж и великими. Метра три, как Зубослав. Ну максимум — четыре.
— А почему они короткие? — не удержалась я.
— Потому что у всех них была человеческая ипостась, — пожала плечами Ужанна. — Хвост не растет, пока наг ходит ногами.
— А зачем вообще нужна промежуточная форма? — продолжала допытываться я. — Простите мое любопытство, я ведь в Яви жила всю жизнь, ничего и не знаю.
— Промежуточная форма наиболее живучая и выносливая, — охотно пояснила смотрительница. — Человеки такие хрупкие, у них регенерации нет практически, обмен веществ медленный, да и сил немного. Ну еще нюансы размножения, конечно.
Я закивала. Это уже было куда интереснее, чем лекция про индусских царей, которые женились на змеях, но я увидела, наконец, то, зачем мы сюда явились.
— Ой, а это те самые сапоги, да?
ГЛАВА 4. Столичные нравы
Алена
— О да! — обрадовалась Ужанна. — Любимые сапоги Душегуба Третьего! Сшиты мастером Данияром Разумеевым. Говорят, мастер тот прямым потомком Марьи Искусницы был. Кожа тура, серебряные набойки, прошиты серебряной же нитью. Магически нейтральные.
— А руны на них имеются? — обрадовалась я.
— Конечно.
— А можно поглядеть?
— Нет. Сапогам уже больше трехсот лет. Аутентичные, древняя работа. Конечно, они еще крепкие, но руками лучше не трогать.
— А описание где-то есть? — не отставала я. — Точное, детальное?
— Разве что в картотеке, но вообще там только основные характеристики: материал, цвет, размеры…
— Ну вот, а мне так любопытны эти артефакты древности! Нельзя ли как-то заявку подать или какой-то пропуск оформить?
— Я подумаю, — кивнула Ужанна. — Ты ведь собираешься в университет поступать? В любом случае, если ты будешь учиться на рунного мага, нужен диплом. Приходи ко мне на практику, будем изучать руны прошлого. Я не то, чтобы специалист в них, но нагам рунная письменность вообще плохо дается. Они, как бы это сказать помягче, слишком консервативны и прямолинейны. Ремесленники или вояки. А рунное письмо — это прежде всего искусство! Только истинный творец и художник может познать его секреты.
— Это я, — сообщила я. — Я такая.
Вспомнила про Жалиславу и кивнула уверенно. Все так. В рунной магии нужна гибкость и придумка. Срисовать любой дурак сумеет, а вот придумать, как применить или усовершенствовать…
Мы еще немного поболтали с Ужанной, она заверила меня, что поможет в учебе с материальной базой, показала кафтаны царей и наряды цариц (ничего особенного, в Эрмитаже интереснее), и мы распрощались.
Вышли на свежий воздух, довольные и уставшие. Я довольная, парни уставшие.
— Ну и му-у-уть, — протянул ворчливо Ядик. — Мало мне лекций в универе было, так еще и это…
— Ничего не муть. Я, между прочим, почти добыла вам сапоги. Если не сработает план А — буду учиться и года через три… Что там каких-то три года, верно? Наги ведь живут долго…
— Никаких три года! — перебил меня Зубослав. — Завтра же идем на дело. Ядик, ты зарисовал расположение рун? Гера, план у тебя? Нужно сверить.
— В смысле, завтра? — опешила я. — Ты не слишком ли торопишься? Нужно ведь подготовиться?
— Ой, да чего там готовиться? — отмахнулся Зуб. — Как отключить сеть рун, нам Эфодар рассказал. Интересная там система с сигнальными метками. Половина рун вообще от фонаря нарисована,