Купить

В ловушке паука. Хельга Эстай

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

   С виду может показаться, что я самый обычный человек, но на самом деле это не так. Я – арахтанг, гигантский разумный паук из сопредельного мира, способный принимать человеческий облик. В поисках пути домой, судьба закинула меня в мир юрского периода, где я нашел всё, для спокойного существования. Из-за вечного метания между прошлым и настоящим, я поставил под угрозу существования жизни на Земле. Спасение цивилизации людей, любимая девушка, не дающая покоя истинная сущность или долг перед своим императором? Я загнан в угол и должен выбрать лишь одно… Выход один, поймать всех своих врагов в хитросплетенную ловушку паука.

   

ПРОЛОГ.

   Мария

   Три года назад

   Ну вот, снова опаздываю на работу, а всё, потому что слишком долго возилась с котёнком, пытаясь снять его с дерева. Автобус уехал, а до следующего маршрута долго ждать. Выбора нет, пойду пешком, погода вроде хорошая, гроза закончилась несколько минут назад, сокращу путь дворами. Хорошо, что я привыкла носить удобную, а не модную обувь.

   Преодолев несколько домов, я увидела столпотворение людей, они стояли вокруг чего-то и оживлённо что-то обсуждали. Да-да, я знаю, что и так опаздываю, но всё же не смогла пройти мимо, не узнав, что произошло.

   Подойдя ближе и протиснувшись сквозь толпу, я оказалась в самом центре событий… Точнее, подле лежащего на асфальте человека, которого и обступили люди.

   – Что с ним? – спросила я у ближайшей ко мне женщины.

   – Да кто бы знал, – ответила она.

   – Он жив? – вновь спросила я.

   – Откуда мне знать, – вновь «расплывчато» сообщила незнакомка.

   – Что, никто даже не проверил пульс? – удивлённо поинтересовалась я.

   – Ты посмотри на его кожу, кто ж рискнёт-то прикасаться, – сказала другая женщина слева. – Скорую вызвали, вот приедут, пусть и разбираются.

   Да как же так?! Знаю я эту скорою, человек быстрее умрёт, чем она доедет. Плюс сейчас час пик, утро, пробки, все едут на работу. Кинув взгляд на человека, я увидела, что его тело покрыто множественными язвами, теперь понятно, почему никто не хочет приближаться. Но что, если ему нужна помощь прямо сейчас, вот прямо-прямо сейчас, а не когда приедут медики? Я столько читала в интернете о случаях, когда врачи приезжают, а человек мёртв, так как ему не оказали первую доврачебную помощь.

   Возможность спасти жизнь или риск заразиться какой-то кожный заразой – вот ведь сложный выбор. Посмотрев на окружающих меня людей, я поняла, что никто не желает рисковать. Эх, была не была…

   Я вышла вперёд и, присев на корточки, начала осматривать человека, первым делом проверив пульс. Его не было. Быстро вспомнив уроки ОБЖ, я сориентировалась и принялась делать непрямой массаж сердца. Далее следовало сделать искусственное дыхание, мне хватило одного беглого взгляда на лицо парня, чтобы заметить прекрасные пухлые губы, утопающие среди язв и нарывов… Бр-бр-р-р… Хорошо, что я не слишком брезгливая, иначе не смогла бы наполнить его лёгкие воздухом.

   Когда у парня появилось устойчивое и самостоятельное дыхание, и восстановился пульс, я наконец-то смогла рассмотреть его. Молодой, не более двадцати – двадцати пяти лет, длинные чёрные волосы, густые ресницы и странная одежда. Очень странная одежда, она чем-то напоминала мне наряд героев из фэнтези фильмов. Этот парень явно увлекается косплеем, правда, я не слышала, чтобы они собирались проводить какую-то встречу. Может, просто фотосессия? Ладно, это не моё дело, тем более что уже приехала карета скорой помощи.

   – Так, разойдитесь, дайте пройти. Где больной? – послышался голос доктора.

   Ответа на вопрос не потребовалось, медики сразу поняли, кому нужна помощь, и, аккуратно погрузив молодого человека, по-прежнему остававшегося без сознания, на носилки, отправились в больницу. Толпа зевак начала расходиться, и я тоже засобиралась на работу, но тут мой взгляд уловил довольно странную картину. Место, на котором лежал парень, было всё в каменных осколках. Я посмотрела внимательнее и только сейчас поняла, что они от каменного бордюра, словно что-то с силой упало на него, заставив разлететься на части. Кроме молодого человека, ничего постороннего не было, и всё указывало на то, что именно он своим телом раздробил бетон.

   – Но это невозможно, – произнесла я вслух. Если бы он действительно так свалился, то сто процентов был бы мёртв… Да и неоткуда ему сюда упасть, разве что с самолёта, однако в этом случае боюсь, от него, как говорится, мокрого места не осталось бы.

   

ГЛАВА 1.

   Альберт

   Наши дни

   Стоя на обрыве залитого солнцем луга, я смотрел на озеро, гладь которого серебрилась, маня окунуться. Манила, но не меня. Пауки не любят воду, даже пребывая в человеческом обличье. Усмехнувшись, я перевёл взгляд на девушку, лежащую на пледе среди полевых цветов. Белокурые кудри рассыпались по соблазнительным плечам, а и без того короткий сарафан оголил ноги… Красивая, в прошлом я бы убил её, не задумываясь, но всё меняется со временем, и я тоже. Больше не плету паутины, не затаскиваю в ловушки людей, я нашёл куда более гуманный способ существовать в этом мире.

   – Долго ещё собираешься стоять там и пожирать меня взглядом? – спросила Мария, явно почувствовав на себе тяжёлый взгляд арахтанга.

   – Для человека страдающего арахнофобией, ты подозрительно спокойна, – произнёс я, зная, как сильно девушка боится пауков.

   – Когда ты в этом обличье… – сказала она, приподнявшись на локтях и указав на меня, – я не боюсь тебя.

   – Наивно, – ответил я. – В любой момент я могу принять истинный облик.

   – Но ведь максимум, что произойдёт, я упаду в обморок от испуга, – хохоча, сообщила девушка единственный возможный вариант, потому как знала, что, в каком бы обличье я ни был, она в безопасности рядом со мной.

   – Мне больше тысячи лет, и я не всегда… – начал говорить я, но она остановила меня, приложив свой палец к моим губам.

   – Был таким милым. Да-да, я знаю, – произнесла девушка, закончив мою фразу, и улыбнулась.

   Я улыбнулся в ответ, эта девушка была единственным человеком в этом мире, кто знал тайну моего происхождения, но даже она не знала всех секретов.

   – Почему ты загрустил? – задала вопрос Мария, обеспокоенная моим серьёзным видом.

   – Я не грущу, тебе показалось, – возразил я, улыбнувшись.

   И я соврал. Так сложно жить, когда ты и твоя любимая девушка существуете в разных временных диапазонах. Нет ничего удивительного, что она так весела и счастлива, для неё пройдёт не более суток с момента нашего расставания до новой встречи, в то время как для меня минует столетие. Мария даже не догадывается о том, насколько по-разному для нас с ней течёт время.

   – Может, сходим завтра в кино? – предложила она.

   – Давай решим завтра? Вдруг ты захочешь чего-то другого? – вопросом на вопрос ответил я, потому как за годы, проведённые в другой эпохе, я просто забуду подробности разговора.

   – Хорошо, – согласилась девушка. – Сегодня у тёти Лизы юбилей, не хочешь пойти вместе со мной? – спросила она уже в который раз.

   – Нет, не хочу, – также в который раз подряд честно выдал я, не испытывая ни малейшего желания идти на посиделки к старой клюшке. Но ради Маши я бы согласился, если бы это было в другой день.

   Сегодня летнее солнцестояние, один из четырёх дней в году, когда на Земле происходит аномалия, позволяющая мне переместиться в прошлое. В очень далёкое прошлое, в так называемый Юрский период, где я проведу ровно сто лет, после чего смогу вернуться обратно. Со стороны может показаться, что это ужасная судьба, но это не так, я сам сделал свой выбор и считаю его единственно верным.

   – Тогда мне пора идти, ещё нужно купить подарок, – произнесла девушка.

   – Поехали, – сказал я.

   Мы, свернув клетчатый плед, положили его на заднее сидение, и я поехал по дорожке в сторону города. Маша всю дорогу говорила о вариантах подарка для тёти, но я почти не слушал, потому как голод уже начинал давать о себе знать.

   – Ты не обидишься, если я не стану провожать тебя? – спросил я, остановившись у ближайшей автобусной остановки. Мне не хотелось сейчас идти в город, где много людей. Для них будет безопаснее находиться как можно дальше от меня. Я, конечно, хорошо себя контролирую, однако соблазна лучше избегать.

   – А-ах… У тебя есть что-то важнее меня? – театрально закатив глаза, шутливо уточнила Маша, а после уже серьёзно добавила: – Конечно, нет, отдыхай. До завтра.

   Девушка наклонила корпус ко мне и, положив свою руку на моё колено, легко поцеловала, едва касаясь губами. Я не люблю расставания, но эти моменты настолько милые, что мне ещё больше хочется ждать следующей встречи.

   Маша ушла, следует заметить, как раз вовремя: стоило ей подойти к остановке, как подъехал автобус и забрал её. Я положил руки на руль и почувствовал боль, пронзившую моё тело. К сожалению, я не могу долго пребывать в человеческом обличье, и голод начал ещё сильнее беспокоить меня. Заведя мотор, я нажал педаль газа, направившись в сторону небольшого лодочного сарая, где хранил аппарат для временного перемещения.

   На окраине города некогда находились прекрасные озера, ничуть не уступающие по красоте тому, серебристой гладью которого я сегодня любовался. Но все это было в прошлом, потому как сейчас они поросли тиной, вода замутнела и приняла зелёный цвет с бонусом в виде противного запаха. Рыба измельчала и оказалась не востребованной, лодочный сарай – заброшенным. Два года назад в этом временном потоке я случайно нашёл это место, и с тех самых пор хранил здесь своё секретное устройство.

   Многие люди считают, что путешествия во времени невозможны, и все, что с ним связано, не более чем выдумка фантастов, но они не правы. Я никогда не принадлежал миру Земли, а потому обладал кардинально отличающимися знаниями.

   – Почему так долго? – тут же накинулся с расспросами Сергей, мой самый лучший приятель, почти друг и, несомненно, коллега. Он был одним из немногих, кому была приоткрыта завеса тайны моего нахождения в этом мире. – Никак не мог распрощаться со своей прелестной блондиночкой?

   – Не завидуй, – произнёс я, захлопывая дверцу автомобиля. – Меня не будет сто лет, а для тебя минует несколько часов.

   – Ага, несколько часов, которые я проведу в дороге, – пробубнил учёный.

   – Обещаю привести из прошлого реликтовые растения, – пообещал я.

   – Когда ты уже привезёшь мне динозаврика? Малюсенького такого! – попросил он жалобно, при этом показывая пальцами, насколько крохотного ему нужно «питомца».

   – Нет, – ответил я одним словом, вновь испытав чувство дежавю, потому как этот разговор у нас повторяется из раза в раз, всегда, когда приходит время отправиться в прошлое.

   – Ну, хотя бы яичко? – проскулил Сергей.

   – Нет, – снова возразил я, и аргументировал свой отказ. – Это опасно, представь, что будет, если такую «вещь» обнаружат посторонние, сколько возникнет вопросов, на которые мы не сможем дать адекватных ответов.

   Кому я это объясняю, он ведь и сам всё понимает, но каждый раз включает канючащего конфетку ребёнка.

   – Из моей лаборатории ещё ни разу ничего не просочилось вовне, – пробубнил мужчина недовольно.

   Что ж, здесь не поспоришь, даже столь ценное изобретение, как перемещающий во времени рюкзак, осталось не обнародованным. И это не считая самого факта моего существования, Сергей хоть и не знает, что я арахтанг, но он осведомлён о том, что я прибыл из иного мира. Когда три года назад судьба столкнула меня с ним, то я даже не предполагал что наше сотрудничество станет столь продуктивным.

   Менее чем за год мы изобрели своего рода машину времени, правда, она нуждается в доработке, потому как перемещает лишь в одно время – в Юрский период. Когда мы работали над проектом, то не думали проверять его сразу на практике. Однажды аппарат внезапно включился и переместил меня. Хотя, если быть до конца откровенным, то не так уж и внезапно всё было, я предполагал, что для перемещения нужно определённое положение небесных тел, в частности Солнца, и в День равноденствия надел экспериментальный образец. Нюанс заключается в том, что я не искал способа переместиться в прошлое, я хотел вернуться домой – в Азиадарию, мир, населённый различными существами, в частности моего вида.

   Таким образом, мы изобрели не то устройство, которое хотели, однако всё вышло не так уж и плохо. Я бы даже сказал, всё сложилось ещё лучше, чем я планировал. В первые дни мне безумно хотелось вернуться домой, но, ощутив ритм новой жизни, я осознал, что не желаю более пребывать в Азиадарии. Конечно, порой моя совесть больно колит меня, напоминая о невыполненным долге перед отчизной, и тогда я успокаиваю себя тем, что до сих пор пытаюсь найти путь домой. Правда, уже не столь рьяно… да и вообще скорее как раз таки чисто ради успокоения той самой совести.

   – Не забудь по дороге купить колу и чипсы, – отдал я распоряжение, надевая ранец.

   – Может, тебе ещё праздничный салют устроить? – съязвил друг.

   – А, может, мне напомнить, как ты встречал меня, когда я впервые исчез из лаборатории… – произнёс я, прекрасно помня то состояние Сергея, несмотря на то, что минуло столько лет.

   – Колу без сахара, как ты любишь, и чипсы со вкусом бекона? – елейным голосом уточнил приятель.

   Ну да, немудрено, что он перевёл тему, я до сих пор жалею, что не увидел выражение его лица, когда я в прямом смысле слова испарился из лаборатории. Вот мы с ним стоим и разговариваем, а потом раз – и от меня остался только быстро развеявшийся дым с горьким привкусом. Когда я на следующий день приехал в лабораторию, то застал учёого с красными глазами и заикающимся голосом, он тогда явно всю ночь не спал. Эх, ночь… А я задолбался вспоминать, где находиться эта треклятая лаборатория, потому как за сто лет забыл город.

   Первое перемещение было для меня самым страшным, я тогда оказался на двести миллионов лет назад и решил, что уже никогда не вернусь в цивилизацию, но всё оказалось иначе. К сожалению, точка перемещения и точка возвращения всегда разные. Обратно в двадцать первый век я возвращаюсь всегда в одном и том же месте – на Виллиарской равнине. Мы уже приходили туда с приборами и обнаружили нечто невероятное! Самую настоящую аномальную зону.

   Здесь, скорее всего, возникает логичный вопрос. Разве нельзя совершить прыжок в прошлое сразу с равнины? Ответ: нет, нельзя. Почему-то в том месте можно лишь вернуться, а вот переместиться назад – невозможно. Мы пробовали сделать это, но аппарат напрочь отказывается там работать, причём радиус блокирования достаточно велик. Впрочем, то место, где мы сейчас находимся, даже более выигрышно. Мы и аппарат вывезли из лаборатории специально, пряча в старом лодочном сарае, где его меньше всего будут искать.

   Научные исследования неизбежно привлекают внимание окружающего мира, а в нём есть не совсем добросовестные граждане, которые жаждут заполучить подобные технологии в своих корыстных целях. В случае нападения на лабораторию мы более ничем не рискуем, весь теоретический материал был перенесён на жёсткие диски и спрятан в другом месте, никоим образом не связанным с лодочным сараем и лабараторией.

   – И захвати мятных леденцов, – добавил я, надевая рюкзак.

   – С каких пор ты их стал любить? – удивился Сергей.

   – Да я их и не люблю, просто вдруг подумалось, что захочу по возвращении, – произнёс я и рассмеялся, на что приятель махнул рукой, мол, я совсем чокнутый.

   Ну а что, серьёзно, откуда я могу знать, чего захочу через сто лет?

   Единственное, что я знаю, – это то, что буду безумно скучать по Марии…

   – До встречи, – сказал Сергей, который уже явно желал поскорее от меня избавиться. Неудивительно, ведь стоит мне переместиться отсюда, как он отправиться на другой конец области, чтобы встретить меня по возвращении.

   – See you! – проговорил я и нажал кнопку на рюкзаке.

   Резкая вспышка света пронзила до боли глаза, а потом наступила темнота….

   

ГЛАВА 2.

   Альберт

   Наши дни

   – А-а-а-ай…. – простонал я от боли и, открыв глаза, увидел перед собой чистейшее голубое небо.

   Человеческое тело такое хилое, не понимаю, как люди живут в нём всю жизнь. Всегда после перемещения в прошлое всё болит, а сегодня особенно. Приподняв голову, я понял что лежу на каменной скале. Что ж, вот и причина моего состояния найдена. В прошлые разы мне везло куда больше, и я приходил в сознание на мягкой траве.

   – Ай! – вновь ойкнул я, когда сел и увидел разодранную на руке кожу. – Блин, что-то в этот раз посадочка была жестковата.

   Поднявшись на ноги, я огляделся и не заметил рядом ни ранца перемещения, ни своей сумки с вещами, по-видимому, в момент прыжка в прошлое мои вещи отделились от меня. Не беда, такое уже случалось, а, учитывая, куда меня угораздило приземлиться, думаю, это даже хорошо, иначе бы аппарат рисковал просто разбиться о каменную скалу.

   Моё лицо озарила улыбка, когда, посмотрев вниз на зелёный лес, я увидел головы диплодоков, этих величественных, но травоядных динозавров. Здесь всё для меня стало настолько близким, практически родным, а ведь, когда я попал впервые, то не знал, кто друг, а кто враг. От кого бежать, а на кого нападать.

   Триасовый период – один из самых прекрасных моментов на Земле, и я, наверное, единственный ... «человек», удостоившийся чести ступать своими ногами по Пангее. Суперконтинент объединяет практически всю сушу на Земле, и, несмотря на то, что климат здесь далеко не идеальный – резко континентальный, я считаю это место прекрасным. Особенно для такой твари, как я.

   Как двулично я порой о себе говорю: то называю человеком, то тварью… Так мне проще разделять свою жизнь, время, когда я человек, и время, когда я… безжалостный убийца. Такова моя природа, я арахтанг, и, для того чтобы жить, я вынужден убивать. Способность путешествовать в прошлое на миллиарды лет дала мне невероятную возможность держать свою истинную сущность втайне ото всех.

   С моего прошлого визита сюда уже прошло довольно много времени, и, несмотря на то, что мы умеем долгое время обходиться без «специальной» еды, лишить себя её вовсе – неспособны.

   Больше нет смысла прятаться за чужой личиной, хоть я ощущаю себя в большей степени человеком.

   – Ррррр-аааа! – над лесом раздался рык хищника, и диплодоки дружно подняли головы, посмотрев в сторону скалы, где на обрыве стоял гигантский паук.

   Они глядели на меня.

   Травоядные исполины чувствовали рядом хищника, как и стайка вспорхнувших в небо птеродактилей. Последние и сами были любителями мяса, но рядом со мной они понимали, что становились добычей.

   Сейчас я видел окружающий мир гораздо лучше, ведь, в отличие от человеческого облика, мой истинный нёс в себе шесть глаз и позволял максимально точно оценивать происходящее. Быстро спустившись по откосу скалы, я устремился подальше от травоядных исполинов, потому как не желал делать своей жертвой ни в чём не повинных зверюшек. Я устремился вглубь леса, туда, где обитали дилофозавры, одни из главных хищников этого мира.

   Что ж, спасём травоядных, а я получу около четырёх сот килограммов еды. Быстро осмотрев окружающую меня территорию, я нашёл цель: семиметровые хищники толпились стайкой возле цикадовых зарослей. Если бы пауки умели улыбаться, то я бы обязательно сейчас это сделал, потому как мой обед приближался. Я начал быстро перебирать своими восьмью ногами в сторону добычи и шелестом растительности выдал себя. Неудивительно, учитывая мои габариты в истинном облике, ведь одна только моя головогрудь была в диаметре не менее трёх метров, что уж говорить о ногах.

   

   Бегство дилофозаврам не помогло, и, настигнув одно из них, я заключил в свои «цепкие объятия». Крепко удерживая ногощупальцами динозавра, я прокусил его крючковидными челюстями, впрыскивая яд и пищеварительный сок.

   Мы, членистоногие, обладаем внекишечным пищеварением и, поймав жертву, вынуждены ждать, когда яд подействует и начнёт переваривать ткани тела жертвы. К счастью, этот процесс недолгий, и вскоре я насытился «пищеварительным супчиком», проколов хитиновую оболочку.

   – Еда, – довольно произнёс я, когда от моей жертвы осталась лишь оболочка.

   Пребывая в человеческом обличье, я тоже ем, употребляя в пищу самую обычную, человеческую еду: такую, как чипсы, пицца, пончики и прочее, но она не насыщает меня. Скорее, я просто люблю её вкус, однако для моего существования подобная еда не несёт никакого эффекта. Чтобы выжить, я вынужден убивать как хищник, как паук. Учитывая мои габариты, мне нужно много такой еды, и, получив ее, практически невозможно остаться незамеченным в двадцать первом веке.

   Когда мы с Сергеем потерпели крах с изобретением, которое должно было вернуть меня домой, я расстроился, но вскоре понял, что не всё так плохо. Отправляясь в юрский период, я могу спокойно питаться и не беспокоиться о том, что мой секрет будет раскрыт.

   Когда чувство голода было удовлетворено, я двинулся на поиски ранца для перемещения, а также сумки с моими вещами, которая тоже пропала. Когда я впервые оказался здесь, мне было очень одиноко, ведь, несмотря на мой звериный вид, я остаюсь разумным созданием, и теперь я беру с собой дневники, чтобы записывать происходящее. Бумага – это единственное, что сопровождает меня на протяжении ста лет одиночества; к счастью, она способна пробыть столь долгий срок без потери свойств. Например, в своё второе путешествие я взял видеоигры, но батарейки не выдержали и более пары лет, что уж говорить про целый век.

   Выйдя из тропического леса, я принял человеческую форму, чтобы не распугать травоядных динозавров. Подойдя ближе к скале, заметил свой рюкзак с личными вещами, но вот следов аппарата для перемещения не наблюдалось. Я осмотрелся, среди диплодоков обнаружились ещё и камаразавры. Неудивительно, они тоже травоядные и вполне мирно уживаются друг с другом. Остановившись, залюбовался ими: такие исполины и такие безобидные, даже завидую им.

   – Где же мой ранец для перемещения? – спросил я у диплодока, поглаживая ладонью его огромную ногу, в облике человека я не вызывал у них опасений.

   Разумеется, ответом мне было лишь нечленораздельное мычание.

   Подумав немного, вновь поднялся на скалу и осмотрелся: вдруг не заметил аппарат там.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

99,00 руб Купить