Истинная пара для Бешеного. Елена Тихая

Оглавление

• ГЛАВА 1 (от Кати)
• ГЛАВА 2 (от Кати)
• ГЛАВА 3 (от Кати)
• ГЛАВА 4 (от Кати)
• ГЛАВА 5 (от Кати)
• ГЛАВА 6 (от Кати)
• ГЛАВА 7 (от Кати)
• ГЛАВА 8 (от Ризнора)
• ГЛАВА 9 (от Кати)
• ГЛАВА 10 (от Ризнора)
• ГЛАВА 11 (от Кати)
• ГЛАВА 12 (от Ризнора)
• ГЛАВА 13 (от Ризнора)
• ГЛАВА 14 (от Кати)
• ГЛАВА 15 (от Кати)
• ГЛАВА 16 (от Ризнора)
• ГЛАВА 17 (от Кати)
• ГЛАВА 18 (от Ризнора)
• ГЛАВА 19 (от Кати)
• ГЛАВА 20 (от Ризнора)
• ГЛАВА 21 (от Кати)
• ГЛАВА 22 (от Кати)
• ГЛАВА 23 (от Кати)
• ГЛАВА 24 (от Кати)
• ГЛАВА 25 (от Ризнора)
• ГЛАВА 26 (от Кати)
• ГЛАВА 27 (от Ризнора)
• ГЛАВА 28 (от Кати)
• ГЛАВА 29 (от Кати)
• ГЛАВА 30 (от Кати)
• ГЛАВА 31 (от Ризнора)
• ГЛАВА 32 (от Кати)
• ГЛАВА 33 (от Кати)
• ГЛАВА 34 (от Ризнора)
• ЭПИЛОГ (от Кати)

ГЛАВА 1 (от Кати)

Скучно. Жить скучно. Мне сегодня 32. А у меня никого не осталось и не предвидится. Родители три года назад умерли друг за другом. Мама ушла ровно на сороковой день после отца. Осталась пустая двушка и куча воспоминаний.

   Отношения не задались. Муж почти сразу после свадьбы захотел детей, а тут и выяснилось, что я на это не способна. Так его как ветром сдуло. Помню, как он кричал, что женился на мне только ради детей, чтобы мать от него отстала. А я вся такая нехорошая оказалась.

   Хотя он не упустил своего, буквально через пару месяцев мне донесли, что какая-то деваха от него залетела, даже не дождавшись официального развода. Обидно было до умопомрачения. Сначала я себя гнобила за неспособность родить, фактически за разрушенный брак, а потом, тогда еще живая, мама встряхнула меня. Она заставила посмотреть на это с другой стороны. Раз он так быстро нашел мне замену, не особо переживая о разрыве, то и не любил, и не ценил. А зачем мне такой человек рядом? Правильно, не нужно такого сомнительного счастья. И на этом я как-то быстро успокоилась.

   По прошествии двух лет, сейчас уже я прекрасно осознаю, что и сама-то его не любила. Так, взяла то, что само в руки приплыло.

   Так что живу одна. Хотя нет, с собакой, доставшейся мне от родителей. Да и она уже старая.

   Единственная отдушина в жизни – работа.

   После новости о том, что сама я мамой никогда не стану, продолжать работать воспитателем в детском саду стало невыносимо. Конечно, я допускаю, что со временем это должно было пройти, но не смогла.

   Так мое увлечение кулинарией стало новой профессией. Теперь я су-шеф в хорошем кафе. А дома я еще и тортики на заказ делаю. Красота.

   Даже мысли о новом заказе вызывали улыбку. Но сегодня у меня грустный праздник, потому что в одиночестве. Даже Джек не захотел сегодня на ночь погулять. Так и не встал со своей подстилки. Только посмотрел как-то болезненно.

   Выпила бутылку шампанского (праздник же) за просмотром любимого фильма и легла спать. А утром обнаружила, что и Джек меня покинул. Полдня прождала ветеринара, чтобы его забрали. На душе стало еще грустнее. И, как назло, смена не моя, даже на работу не отвлечешься.

   – Господи, сделай хоть что-нибудь с моей жизнью. Я устала быть одна, – молилась я, ложась вечером спать. Если бы я знала, чем обернется моя просьба, десять раз бы подумала. А так…

ГЛАВА 2 (от Кати)

Проснулась я резко. В нос, рот и одно ухо заливалась вода. Ничего не понимая спросонья, попыталась встать. Да не тут-то было. Вокруг меня была вода. Руки молотили по поверхности, ноги не доставали дна. Несколько раз перевернулась, почувствовала дикую боль во всем теле, даже в паху. Резкий солнечный свет резанул по глазам.

   Наконец совладав с собственным телом, я замерла. Только спокойствия это не прибавило. Я находилась почти в середине небольшой речки. По берегам странные деревья. Стволы у них почти черные, как и листья. Небо не голубое над головой, а насыщенно-синее. А два оранжевых солнца повергли меня в окончательный шок.

   Паника – вот что у меня случилось. Я даже ушла под воду, нахлебавшись воды. Несколько раз повернулась вокруг себя. Ничего не изменилось. Что делать? И как я здесь оказалась?

   Досчитала до десяти, мне это всегда помогало успокоиться. Бывало, делаешь сложное украшение торта не просто с листочками и цветочками, а целыми скульптурами, и вдруг рука дрогнула. Первая реакция – выругаться и психануть, если это не первый раз. Но досчитала до десяти, сделала пару глубоких вдохов – и вот уже не все так страшно и конструкцию можно спасти.

   Вот и сейчас так же. Гребу к берегу, стараюсь не думать о том, что засыпала в своей кровати, в собственной квартире, в большом городе, в конце концов. Выплыла. Проползла немного по берегу, подальше от воды. Отметила, что золотистый песок мелкий и безумно приятный. Упала. Перевернулась на спину и лежу.

   Так, теперь включаем анализ происходящего. Первое – я не дома и даже не близко. Кто-то вывез? Зачем? Подшутить? Да нет у меня таких безбашенных друзей. Так, осталась пара девчонок, с которыми еще учились вместе, но они давно и глубоко замужем, такой ерундой не занимаются. Похищение? Так меня не оставили бы одну, да еще в реке. Маньяк, который забирается в квартиру, усыпляет, вывозит куда-то, а потом скидывает в реку, тоже исключается. Он бы что-то сначала со мной сделал. Хотя…

   Тело-то все болит. Может, и правда маньяк? Изнасиловал спящую и выкинул. Все равно нелогично. Во-первых, я не так уж крепко сплю, чтобы не заметить надругательства над собой. Во-вторых, если я спала, то и необходимости вывозить куда-либо нет.

   Стала медленно щупать тело в поисках источника боли. Научена уже, что болит что-то одно, а боль распространяется по всему телу. И-и-и…

   Паника пошла по второму кругу. Поднесенные к лицу руки были явно не мои. Они вообще мужские. Большие ладони, сильные длинные пальцы со сбитыми костяшками. Бицепсы. В смысле натуральные подкачанные бицепсы. У меня таких точно не было. Дальше хуже. Грудь тоже была мужская. Пресс без кубиков, но тоже вполне твердый.

   В какой-то отчаянной надежде, что все это сюрреализм и вообще я продолжаю тихо спать в своей кровати, больно себя ущипнула. Больно. Мне было больно. То есть я не сплю и это действительно мое тело. Взвыв, ударилась головой о песок. Хорошо, что он мягкий. Хотя у меня явно что-то с мозгами.

   Над головой пролетела ярко-красная большая птица с длинным хвостом. Я таких раньше не видела. На синем небе под светом двух солнц она смотрелась как жар-птица.

   А-а-а…

   Мое сознание не выдержало потока информации и покинуло меня.

   Следующее пробуждение было в разы приятнее. Во-первых, я не тонула. Хотя это все из плюсов. Минусы: солнца пекли нещадно и хотелось писать.

   Еще раз провела по груди, фиксируя, что с прошлого раза ничего не изменилось, моя грудь не вернулась. Да и лежу я на песке. Руки поползли ниже. Закономерно наткнулись на мужское достоинство. Что мне еще было нужно? Убедиться во всем не только по ощущениям, но и воочию. Посмотреть. Я оттянула край брюк, в которые, к слову, была заправлена когда-то белая сорочка.

   Глаза подтвердили нащупанное. В брюках имелся мужской половой орган. Кошмар…

   Полежав немного, понимая, что паникой ничего не изменить, я двинулась к воде. Знакомиться, так сказать, с новой собой.

   Да, да. Я признаю, что это явно не Россия и даже не моя родная планета Земля. Лишь бы здесь всяких «чужых» не было. Хоть бы тоже человекоподобные существа.

   Отражение меня порадовало, можно сказать. Что имеем: мужчина, молодой, черты лица невозможно разглядеть под синяками, сломанным носом и разбитыми губами. Прелести и недельная щетина не добавляла. Короткие светло-русые волосы. Красавец, ничего не скажешь. Человек, и уже отлично.

   Где-то сзади раздался отчетливый стук копыт. Я не одна. Ура!

   Быстро собрала конечности вместе. Попыталась подняться. Не вышло. Тогда закричала. Я звала на помощь, кричала во все горло, но услышала лишь хрипящие звуки. Горло саднило.

   – Эй, парень, – донеслось до меня. – Ты что там делаешь?

   Счастье есть. Меня как-то услышали.

   – Не видишь, он пьян, – раздался другой мужской голос.

   – Не, – протянула я, пытаясь опровергнуть наговоры. Хотя с чего я взяла, что это тело не пьяно? Может, это была пьяная драка. Парень вырубился, его посчитали умершим и сбросили в реку. Почему это тело заняла я, даже задаваться вопросом не буду. Просто принимаем как факт. Теперь это мое новое тело. И сначала надо ему помочь, иначе я тоже недолго проживу.

   – Нужна помощь? – немного спустя раздался первый голос. Спасибо тебе, сердобольный ты мужик.

   Я села, поскольку встать так и не удалось.

   – Ох ты ж, – воскликнул крупный мужчина с рыжей бородой, направляющийся ко мне.

   – Помоги мне, Стан.

   – Иду. Сейчас подберет всяких тут, а потом нас самих же вот так и выбросят из телеги, – второй голос принадлежал худому мужчине с коротенькой темной бородой.

   – Эка тебя побили, парень, – говорил рыжебородый, поднимая меня под руки. Вдруг мой бок прострелило, и по нему что-то потекло. Кровь. Я еще и ранена оказалась.

   Мужчины очень быстро погрузили меня в телегу и, больше ни о чем меня не спрашивая, повезли куда-то. Я зажимала рану на боку, которую каким-то образом не заметила до этого. И мне было все равно, куда меня везут. Явно не убивать, и ладно.

   Достаточно быстро мы оказались перед въездными воротами в город. Стены высокие, каменные. Улочки мощеные мелькали перед глазами недолго.

   – Вот. Подобрали. Раненый у воды был, – проговорил рыжебородый, ведя высокого подтянутого мужчину в форме и с мечом за поясом. Я что, в средневековье оказалась?

   Мужчина меня понюхал. Прямо взял, наклонился ко мне и втянул воздух носом.

   – Вчера пил? Кто избил? Где? Как вас звать?

   – Не знаю, – смогла я выдавить с третьего раза. До этого из меня опять вырывались лишь хрипы.

   – К лекарю его.

   Мужики с бородами приволокли меня в небольшое здание. Снаружи оно не внушало мне доверия, но внутри…

   Меня встретила приятная женщина с пышными формами и начала осмотр. Уложили меня на вполне удобную кушетку. Само помещение внутри было кристально белым до рези в глазах. На враче тоже белоснежный халатик, и если бы не каштановые волосы, то она просто слилась бы с фоном.

   – Как же вы так, голубчик, – начала она ворковать. Я хриплю в ответ.

   – Сейчас, сейчас.

   И ушла. Вернулась со стаканом какой-то гадости даже на вид. Пришлось пить. А на вкус лучше, чем на цвет. Сироп цвета детской неожиданности имел сильный ментоловый запах с апельсиновым вкусом. Как так? Не знаю.

   Пока я пила этот сиропчик, она накапала из пипетки еще чего-то на мою рану в боку. Мне показалось, что меня подожгли. Причем как изнутри, так и снаружи. Я вся покрылась потом, меня охватил озноб, сердце чуть из груди не вырвалось, а дыхание то замедлялось, то ускорялось. Я лежала, хватала ртом воздух, а эта милая тетя улыбалась.

   Прошло несколько минут, которые показались мне часами агонии, когда все закончилось. Резко все прошло. Я лежала и моргала на тетку, по лицу которой расплывалась понимающая улыбка.

   – Ну вот и все. Так как же зовут такого красавца?

   – Не знаю, – вполне нормальным баритоном проговорила я, не испытывая никакой боли или дискомфорта.

   – Вот как, – поджала она губы. – А в каком вы городе находитесь? Откуда вас привезли?

   Она начала засыпать мне вопросами совершенно разной направленности, начиная с личных и заканчивая мироустройством. И если первое я могла еще списать на побои, то есть на амнезию, то как объяснить последнее? Ну не забывают люди, в каком государстве находятся.

   По ходу её вопросов стало понятно и еще кое-что. Этот мир населяет еще кто-то кроме людей, потому что она спрашивала меня о расе, в кого я превращаюсь. А еще здесь есть магия, правда во мне она ее не почувствовала.

   Именно после того, как она обнаружила во мне отсутствие магии, женщина вышла. Не было ее достаточно. Я даже малодушно подумала сбежать, но она вернулась. И не одна, а с седым мужчиной.

   – Что же с вами случилось? – спросил он. Я опять ответила, что понятия не имею. Тогда старичок, а он был даже сгорбленный, заставил меня встать. Он обошел меня, поводил по всему телу руками и остановился на голове.

   – Боюсь, что здесь я вам не помогу. На вас очень сильное, я бы сказал, мощнейшее заклинание. Что оно несет вам, я не знаю. Скажу только одно. Магов, способных такое снять, я не знаю. Если только кто из драконов в качестве эксперимента возьмется. Но это вряд ли. Вам нечего им предложить взамен. Поэтому мой совет вам, молодой человек: ищите свое место в этом мире, учитесь, найдите работу, чтобы было на что жить. Удачи.

   И все. Развернулся и ушел.

   – Прошу на выход, голубчик, – проговорила женщина, показывая мне рукой на дверь.

   Я упираться не стала и вышла в двери. Однако прямо за ней меня ждал все тот же мужчина в форме. На этот раз он представился и повел меня в другое здание. В его уже кабинете я еще несколько раз подтвердила, что ничего не помню и не знаю.

   Вдруг распахнулась дверь, и в кабинет влетел еще один мужчина в форме. Он сначала что-то начал говорить, а потом остановился, увидев меня.

   – Ну, привет! Как ты здесь оказался? Все уже прокутил? – шокировал он меня.

   – Ты знаешь, кто он? – подорвался мой таможенник.

   – Конечно. А в чем дело? – удивился вошедший.

   Благодаря ему я узнала, что зовут меня Катир Ципок, что я игрок и кутила, а еще бабник. Моя матушка сгинула лет десять назад, отец запил и влез в долги, о которых окружающие узнали только после его смерти. Так что я наследник больших долгов, которые не перекрыла даже продажа дома. Теперь я бомж, выражаясь понятным языком. И жил, кстати, в соседнем городке.

   Не воодушевляющие новости.

   Я хотела перемен в жизни? Я их получила. Точнее, оказалась незнамо где, незнамо с кем, без знаний, памяти, дома и денег. Мне кажется или все стало еще хуже?

ГЛАВА 3 (от Кати)

– Ясно все. В таком случае вы свободны, – обратился ко мне таможенник.

   – Простите, а можно мне хоть какие-то документы? И желательно заключение лекаря о потери памяти. Не хотелось бы теперь на каждом шагу вот так объяснять.

   – Вот. Памяти нет, а наглость осталась, – усмехнулся тот мужчина, что узнал меня.

   – Это не наглость, а рациональность. Мне и так, судя по вашему рассказу, идти некуда. Ни дома, ни работы. Осталось только…

   Я не договорила. Таможенник остановил, подняв руку.

   – Мы вас поняли. Но вам придется подождать, пока я сделаю запрос в ваш город.

   Прозвучало угрожающе, особенно зная нашу бюрократию. Может быть, у них не так и все разрешится быстро?

   – Мне некуда спешить.

   – Тогда я попросил бы вас прийти через час, не раньше.

   Я кивнула и вышла. Меня спокойно выпустили из здания. Только куда мне идти? Да и заблужусь, если куда пойду.

   – Можно мне здесь присесть? – спросила я очередного таможенника возле дверей. Меня одарили пренебрежительным взглядом. Я посчитала, что ответ положительный.

   Оглядевшись вокруг, я заметила скамеечку, на которую быстренько и уселась. Отделение полиции или таможни было в поле видимости, поэтому я не беспокоилась потерять его. Настало время немного оглядеться.

   Ну что сказать? Классический средневековый город. Ровненькие каменные дома с черепичными крышами и цветочными горшками на окнах. Мощенные камнем улицы. Только ни печных труб, ни рек помоев и фекалий я не заметила. Все очень чисто и ухоженно. Приятно взглянуть и посидеть.

   Пока я ждала, мимо меня проходили люди. Разные. В некоторых я заподозрила другие расы. Только одну расу я определила сразу, спасибо нашему кинематографу. Тоненькая светлокожая и светловолосая девушка с заостренными ушками могла быть только эльфийкой. Такое неземное создание. Она будто плыла, даже длинный подол платья почти не колыхался. А прямо за ней шел высокий широкоплечий мужчина и подозрительно зыркал вокруг. Скорее всего, охранник.

   У многих прохожих была звериная грация и хищные черты лица, даже у женщин. И все они были высокими, жилистыми, стройными. А вот кто они, я пока не знала.

   Вечерело уже, а меня никто не звал. Что же мне делать? Где ночевать?

   Я опять подошла к мужчине в форме, но не успела ничего сказать, как появился мой таможенник.

   – Держите ваши документы. Вашу личность подтвердили. Справка о полной амнезии тоже готова. Не потеряйте, ее лекарь выдал в единственном экземпляре.

   – Спасибо.

   – Не за что. Мой вам совет, не возвращайтесь в свой город, начните жизнь заново.

   – Так считайте, что уже, – усмехнулась я. – С чистого листа, так сказать.

   – Тогда удачи.

   – А можно еще совет спросить? – Офицер лишь поднял бровь. – Ночевать мне негде. Не скажете, возможно ли где-то переночевать с отработкой, например?

   Мне подробно объяснили, как пройти в таверну, где заправляет добрый мистер Фазел. Поблагодарив, я отправилась на поиск своего первого ночлега. По дороге видела еще много всего. Здесь были и приличные заведения, и не очень.

   Возле одного такого борделя мне предложили подработать определенным образом. Я даже в неверии оглядела себя. Я же мужчина! Неужели…

   Из всего сказанного я четко осознала, что таки да. Здесь тоже есть однополые отношения. Почему-то тут же мне вспомнился бывший муж. Уж очень он любил анальный секс, римминг и стимуляцию простаты. Он называл это разнообразием, но я подозревала, что это не просто так. Ну да ладно.

   На улице уже стемнело, зажглись фонари. Причем они не были электрическими или масляными. Они горели мягким равномерным светом. И похожи были до того, как зажглись, на мутно-белые камни, вмонтированные в стены домов. Под их светом я прошла мимо еще одного борделя, из которого меня уже к себе зазывали определенного вида девушки.

   Возле пункта моего назначения, таверны Фазел, у порога валялся мужчина. И не понять, пьяный он или избитый. Подходить побоялась. Аккуратно обошла, входя внутрь. На меня обрушился шквал гогота, будто барьер какой преодолела. Кто-то смеялся, кто-то барагозил, а один столик явно приставал к официантке.

   – Здравствуйте. Скажите, как мне переговорить с мистером Фазелом? – обратилась я к коренастому мужчине с бородой лопатой, который стоял за стойкой.

   – Я Фазел. Чего изволите? – басом ответили мне. Голос не совсем подходил доброму мужчине.

   – Мне посоветовали к вам обратиться. Дело в том, что мне нужен ночлег, но денег нет. Я могу как-то отработать.

   Я еще собиралась начать перечислять, как именно отработать, но вдруг из боковой двери выскочила крупная женщина с половником в руках. От этого половника Фазел не успел увернуться.

   – За что? – взвыл Фазел.

   – Я не успеваю. Мне срочно нужен помощник. Лака заболела. Такими темпами тебя самого съедят. Кухня скоро встанет, – возмущалась женщина.

   – Я могу помочь. Я повар. В счет ночлега, конечно, – влезла я. Это явно моя первая удача в этом мире.

   – Парень? Повар? – удивился Фазел. Зато женщина уже схватила меня за руку и потащила в свои владения.

   – Конечно, конечно. Мне сейчас любая помощь пригодится.

   Кухня меня не особо впечатлила. Само помещение небольшое, столы, плита, жаровня, вертел, инвентарь. И среди всего этого две девчушки, активно стругающие овощи.

   – Где я могу помыть руки? – спросила я. И началась работа. Ничего особо нового, то же мясо, те же овощи и крупы. Миссис Фани была бойкой и громкой женщиной, которая четко отдавала указания. Впрочем, как и всякий шеф-повар.

   Через несколько часов, когда постояльцы наконец-то стали расходиться по своим комнатам или просто выползать на улицу, работа кухни была окончена. Девчонки помощницы валились с ног.

   – А ты молодец. Не ожидала. Действительно повар? – проговорила миссис Фани, вытирая пот со лба.

   – Действительно.

   – А как у нас оказался? Катир?

   – Избили очень сильно. Меня подобрали и отвезли к лекарям. А там выяснилось, что я полностью потерял память. Так и оказался без дома и без работы в другом городе. Да и в родной мне возвращаться нельзя, – вздыхала я.

   Фани запричитала: ах, какой я бедненький, несчастненький и все подобное. Хорошо, что за этими причитаниями меня не забыли проводить в комнату, которую мне успел выделить мистер Фазел.

   Дверь захлопнулась. Я осталась одна и в тепле. За этот очень долгий и насыщенный день я дико устала, поэтому единственное мое желание было спать. Даже на краю сознания мелькнула легкая надежда уснуть здесь, а проснуться в своей кровати.

   – Да, хочу назад. Хочу быть девушкой, в конце концов, – проговорила я мирозданию и упала на кровать. Прямо так, как была. Сил не осталось.

   Проснулась я далеко не самым лучшим образом. Меня трясло и корежило. Снова был жар во всем теле, пот заливал глаза, мышцы сводило. Сколько длилось? Не знаю. Опять резко закончилось. Я осталась лежать на кровати в промокшей от пота одежде, которая мерзко липла к коже. Надо помыться. С этой гениальной мыслью я поползла в единственную не входную дверь.

   К счастью, за ней обнаружился санузел. Небольшой. Справа был каменный стул с дырой посередине и голубым камнем в стене. Такой же камень был вмонтирован в потолок в углу помещения. Пол во всем помещении был каменным. А посередине противоположной стены – зеркало в полный рост. Именно в его отражении я и зависла.

   Из него на меня смотрела я. Настоящая я, из моего мира, только лет на десять моложе. Невысокого роста, со складной фигурой и округлостями в нужных местах, темные каштановые волосы спускались до лопаток, пухлые губки, карие глаза. Ничего особенного, но я себе всегда нравилась.

   Я помахала рукой, притронулась к лицу, пощупала себя. Все то же сделало и отражение. Я оглянулась. Ванная явно не моя. Вышла. Выглянула в окно. Нашла оба местных солнца на синем небе. Пришла к выводу, что мир все тот же, не мой. Так почему в зеркале я?

   Опять вернулась в санузел. Стою, хлопаю глазами, ничего не понимая. Еще вчера я была мужчиной, ростом значительно выше, цвет волос, глаз – да все вообще было совершенно другим. Пока думала, все еще смотрела в зеркало, поэтому мне поплохело резко. Тошнота подкатила к горлу, голова закружилась.

   А все потому, что отражение стало меняться вслед за моей мыслью. Я думала о росте, и отражение выросло. Я подумала о волосах, и они поменяли цвет и длину. С глазами и чертами лица произошло то же самое.

   Подавила рвотный рефлекс. Разогнулась и снова смотрю на вчерашнего Катира Ципок.

   Так. Спокойно. Не психуем. Катерина, ты взрослая женщина, должна со всем справиться. Воспитанники в детском саду и не такое рисовали, не свихнулась же? Нет. И здесь все будет хорошо.

   Да, я занималась самовнушением. А как иначе?

   Опять подышала, успокоилась и открыла глаза. Теперь уже осознанно возвращала свой настоящий облик. Оказалось, ничего сложного. Я легко стала снова собой. Представила волосы длиной до пят – они выросли.

   Долго я еще игралась с собственной внешностью. Пока в дверь не постучал Фазел.

   – Катир, выходи обедать, а потом снова за работу.

   – Сейчас буду. Помоюсь только.

   Доигралась. Теперь почти нет времени помыться. Пользовалась всем по наитию. Эти камни в стенах работали как наши краны. А вот надевать грязную одежду Катира ой как не хотелось, а пришлось.

   Перед выходом на всякий случай проверила внешность.

   Мистер Фазел с Фани ждали меня. Это оказалось очень приятно.

   – Голодный какой, – умилялась Фани, смотря, как я уплетаю за обе щеки. А что делать? Я сутки, считай, не ела. Хоть и готовила вчера весь вечер, мне перепали лишь крохи да обрезки.

   – Так что с тобой случилось, парень? – стал расспрашивать мистер Фазел. Пришлось пересказать душещипательную историю еще раз.

   – А вы можете мне рассказать о мире и его жителях? Удивительно, но я не помню даже элементарных вещей.

   – Зато как готовить помнишь, – хмыкнул Фазел, – мне Фани уже рассказала, какой прекрасный помощник ей внезапно достался.

   – Рефлексы, – пожала я плечами, – разговаривать же я тоже могу. Знания – это совсем другое. Мне даже интересно, помню ли я, как читать и писать.

   Да, я признавалась в таких вещах. Но мне это было необходимо. Времени на подумать и поразмыслить у меня нет. Нужна крыша над головой, а просто так мне ее никто не даст. Фани еще вчера сказала, что, пока ее помощница болеет, я могу ей помогать в счет жилья. Может быть, даже доплатят, это уже к Фазелу. А потом? Да и сколько она будет болеть? Вдруг она завтра выйдет на работу?

   – Так это мы можем проверить, – подскочила Фани. – Сейчас.

   Через минуту передо мною лежала книга в твердом переплете, с желтыми, замызганными страницами. «Поварская книга» гласило название. Но как только я присмотрелась к буквам, слово расплылось, точнее разделилось на совершенно незнакомые символы. О как. И что говорить?

   Фани подсунула мне листок бумаги, тоже желтый, но новенький. А сверху лег стержень толщиной с палец, с тонким кончиком, но матовый и цельный. Я приняла его за аналог ручки. Взяла в руки, а писать боялась. Вдруг я напишу на своем языке? Тогда возникнут вопросы.

   Аккуратно вывела все символы с книги. Тяжело, но возможно.

   – Ага. Читать умеешь, а вот с письмом проблемы, – хмыкнул Фазел, – у нас внучка пишет так же. Возьми листок с книгой в комнату. Потренируйся.

   – Вот изверги, всю жизнь мальчику поломали, – проговорила Фани.

   – Значит, так. Рассказать-то несложно, но лучше я тебе завтра внучкину книгу дам. В качестве ознакомления пойдет.

   – Ой, ладно. Если совсем кратко, то основное население страны – люди без магических способностей, магов тоже много и оборотней разных. Самые сильные оборотни – драконы. Они и физически сильнее любого, и маги самые сильные. Эльфы еще есть, но они живут в своем государстве. У нас бывают редко, – быстро говорила Фани.

   – В Сомере, это соседний город, самая престижная военная академия. В ней есть все расы, – добавил Фазел.

   – Не все. Когда-то в нашем мире были еще метаморфы. Но уже пятьсот лет никто не видел и не слышал о них ничего. Видать, вымерли, – вздохнула Фани.

   – Еще бы. На них была целая охота. Причем каждый по своим причинам.

   Меня очень это заинтересовало, ведь «морф» значит изменение. Может быть, это про меня.

   – А поподробнее?

   – Да чего уж там. Дело прошлое, – махнул Фазел, сворачивая тему.

   – Сначала заинтересовал, а теперь в кусты? – провоцировала я.

   – Ну, слушай. Метаморфы магией обладали уникальной. Никаких заклинаний творить не могли и внешне ничем от простых не магов не отличались. Только могли сами меняться по собственному желанию. И человеком стать другим, и животным. Не было пределов их изменениям. Метаморф мог стать даже драконом. Только без магии.

   – А как же размеры и все такое? – удивилась я. Почему сам факт, что драконы существуют, меня не удивил? Видимо, привыкаю.

   – В этом не было проблемы. Именно это их магия была. Они полностью копировали другое существо. За это и были гонимы. Зельевары и лекари охотились за их волосами, кровью и еще не знаю чем. Кто-то просто боялся того, что их внешность может принять кто-то другой. Даже в отдельное государство их согнали почти тысячелетие назад. Но они воспротивились.

   – Да. Война началась страшная. Метаморфы принимали облики самых сильных в этом мире – драконов. Они проникали в ряды противников. Много грязи тогда было. В конце концов они накрылись непроницаемым куполом. За него могли пройти только метаморфы и их пары. На какое-то время наступил мир. Но ненадолго. На пару столетий всего. А потом война разгорелась вновь. И никто не может точно сказать, что произошло тогда, но факт. Метаморфы исчезли. Вместо них из-под купола полезли страшные твари. И до сих пор лезут. Теперь там непрекращающаяся война. Только уже всех с тварями. Как-то так.

   – Подождите, а как они накрылись куполом, если магией не владеют? – удивилась я.

   – Ну так их пары накрыли. Все расы давно уже смешиваются. Оборотни вступают в союзы и с людьми, и с морфами.

   – Понятно. И что? Нет выхода? Солдаты просто держат кордон вокруг земель метаморфов?

   – Да. Есть еще надежда, что твари исчезнут, но в это уже мало кто верит, – вздохнул Фазел, поджимая губы.

   – Надежда есть всегда, – возмутилась Фани, а смотря на меня, уже открывшую рот для вопроса, пояснила: – Когда полезли из-под купола первые твари, было произнесено пророчество. «Только не рожденный метаморф сможет возродить эту землю».

   – Ага, только где взять этого не рожденного метаморфа? Эх, сказки это все, – вздыхал Фазел, даже не подозревая, что я, собственно, уже тут.

   Я метаморф, это не подлежит сомнению. И в какой-то степени я не рожденная. Я переселенная в тело парня. Вряд ли он был скрытым морфом. Интересно получается.

   – А где эта земля? – уточнила я.

   Нет, я не собиралась нестись туда и спасать их прямо сейчас. Но что-то мне подсказывало, что придется.

   – Далеко. Ладно, чего уж там, пора работать, – встал Фазел. Мы с Фани тоже поднялись. Работа кухни в таких заведениях встает очень ненадолго.

   Вечером Фазел действительно принес книгу, только прочитать ее сейчас я не могла. Поблагодарила, быстренько отнесла в комнату и вернулась к работе.

   Книгу я открыла только утром, хотя особого толку от нее не было. В этот раз пробуждение, кстати, было вполне обычным. Все, что было там написано, мне вчера рассказали Фани с Фазелом. Только карта мира была полезна.

   Если в целом, то мир тоже представлялся шаром, залитым водой. А вот материк был один. Его вид меня, правда, насмешил. Бублик. Именно такой формы был материк. В его середине было большое море с россыпью островов. Государств было восемь, еще проклятые земли, которые когда-то были страной метаморфов, и нейтральная земля.

   Оказалось, что я нахожусь на границе с нейтральной территорией, на которой и расположена военная академия. А все потому, что в войне с тварями участвуют все страны и, следовательно, граждане всех стран обучаются в академии.

ГЛАВА 4 (от Кати)

На нейтральной территории действуют только законы академии, законы других государств применимы, только если не противоречат законам академии. Логично.

   Позднее, уже из разговора с Фани в процессе готовки, я узнала, что принимаются в академию только мужчины. В зависимости от уровня силы и подготовки они делятся на факультеты. Подробнее она не знала, но не советовала пробовать.

   – У тебя нет магии. А это самый низкий уровень. Такие очень быстро гибнут там. Ведь после окончания все выпускники идут в проклятые земли. Только три года отслужив и не погибнув, они возвращаются домой или продолжают воевать. Это уже на их усмотрение.

   Она повздыхала еще немного, а потом, смотря мне в глаза, добавила, что не встречала еще ни одного не мага, вернувшегося оттуда.

   – Но идут же они туда, – не понимала я. Если бы никто не вернулся, не было бы желающих, а раз они есть, значит, не все так плачевно.

   – Надеятся снискать славы. Но большинство идет от отчаянья. Те, кому идти некуда.

   – Такие, как я, – добавила я. И на меня посмотрели так жалостливо, будто я уже при смерти. Бр-р.

   Следующий день я совершенствовала свои навыки письма и выясняла, могут ли меня еще куда-то взять поваром на постоянной основе с достойным заработком. Нет. Оказалось, что в этом городе нет нужды в поварах и их помощниках. Фани аж сама расстроилась.

   А следующий день принес сразу две новости. Как водится, плохую и хорошую. Плохой для меня оказалась ожидаемая новость о выздоровлении помощницы Фани и выходе ее на работу.

   Хорошую новость сообщил мне Фазел.

   – Я узнал, что академия в очередной раз ищет повара. У них там с этим напряженка. Повара-то всегда женщины, а там целая академия мужчин. Вот и выскакивают замуж. А ты им идеально подойдешь.

   Это было отлично. Фани обнимала меня, будто я воскресла как минимум. Она все причитала, что теперь-то мне не придется в академию поступать, я смогу там просто работать.

   Мне тоже нравилась эта идея, но нужно было торопиться. Свято место пусто не бывает. Вдруг они уже нашли кого-то?

   Академия была в сутках пути отсюда. Фазел сам договорился о моем путешествии. Оказывается, что и набор студентов открывается, поэтому из всех ближайших городов раз в день в течение недели будут ходить целые караваны с будущими защитниками. Вот в один из таких Фазел меня и определил.

   В дорогу Фани собрала мне узелок с едой, даже несколько вещей сына своего отдала. Фазел же отсыпал мне две серебрушки и шесть медяшек. Это местные деньги, в которых ничего не стоило разобраться. В одном золотом сто серебрушек, а в одной серебрушке десять медяшек.

   – Это немного, но сколько заработал. Работал ты на совесть, да и парень хороший, так что бывай. Удачи.

   – Спасибо, – растрогалась я, даже не надеясь на какую-либо оплату.

   Только забравшись в повозку на четверых, управляемую двумя лошадьми, я поняла, что успела к ним привязаться. Жаль было покидать их. Тяжело вздыхая, я осознавала, что прошло всего шесть дней, как я в этом мире, по сути – меньше недели, а я уже обвыклась. Это хорошо, наверное.

   – Привет! Меня зовут Мозери, можно просто Моз, – обратился ко мне парень по соседству, протягивая руку.

   – Катир, – представилась я, пожимая ее.

   Парень широко улыбался, серые глаза горели предвкушением. Этот блондинчик точно понимает, куда направляется?

   – А я Некур, – представился второй, повторяя ритуал с рукопожатием. Этот был явно чуть ниже Моза, волосы темные, карие глаза глубоко посажены, из-за чего создается впечатление кругов вокруг глаз. В остальном приятный, более спокойный парень.

   – А тебя как? – обратился Моз к эльфу, попавшему к нам в попутчики. Он был классическим эльфом. Длинные ушки, почти пепельные длинные волосы, смазливое личико, но грусть в глазах. Он явно не испытывал радости от поступления в академию.

   – Эльфир, – ответил эльф и отвернулся.

   Всю дорогу Моз доставал его вопросами. Потом, видимо, отчаялся и сам стал рассказывать. О том, что уже двое его старших братьев бывали в этой академии. Точнее, один окончил и воюет, а другой на последнем курсе. О том, как он предвкушает студенческие годы, вечеринки и походы в город по выходным, то есть в бордель.

   Одним словом, парень оптимист. Он уже видит себя героем войны и чуть ли не победителем. Похвально, что он не думает о том, что на войне и погибнуть можно, но это может обернуться для него шоком впоследствии.

   Зато в процессе разговора стало понятно, что Моз – оборотень-волк, а Некур – человек-маг. И конечно, не обошлось без вопросов ко мне, потому что они сразу определили отсутствие у меня магии.

   Кстати, мне прям обидно стало. В книжках про пападанок пишут, что героиня получила какие-то сверхспособности, вся такая крутая, или сразу замуж за принца, который мгновенно в нее влюбляется, а она ему еще мозг выносит. Где же мой принц или суперсила? Зачем мне эта способность принимать любой облик? Кстати, надо будет очень тихо проверить свои возможности.

   В общем, ехать было весело. Мне посочувствовали по поводу памяти, порадовались, что я еду на работу устраиваться, и все. Дальше разговоры пошли другие. Многие, конечно, касались девушек.

   Так я узнала, что у каждого оборотня и эльфа есть истинная пара, которую они сразу чувствуют. Расспрашивая подробнее, я поняла, что любовь в таких парах не является обязательной, только животное притяжение. Но 90% истинных влюбляются друг в друга. В исключения попадают пары, один из которых человек. Люди не чувствуют этого притяжения и могут отказать истинному.

   Но все равно каждый мечтает встретить свою пару. Причем парой может оказаться и представитель твоего пола. Девушки составляют пару редко. Моз смеялся, что за всю историю таких пар с десяток наберется. А вот мужские пары хоть и редки, но встречаются. Хуже, когда ты за всю жизнь так и не встретил свою пару.

   У меня был шок. Я-то еду в виде мужчины, уверенная, что ко мне не будут приставать, а оказывается, это совсем не гарантия. О как!

   Ели мы прямо в повозке, а вот ночевать остановились на самой границе. И это не была таверна. Это было достаточно большое здание с множеством комнат и удобствами. Эльфир пояснил, что здание приводят в порядок перед набором студентов, а потом опять закрывают за ненадобностью.

   И тем не менее нас покормили горячим ужином. То есть сюда специально направляют людей.

   В каждой комнате было по две кровати. Санузел оказался один на этаж. Два помещения: раздевалка и, собственно, помывочная с десятью кабинками. Можно помыться с дороги, но придется стоять в очереди.

   Только если учесть, что у меня всего было двое мужчин, мне было неловко. Моим первым мужчиной стал муж, естественно, еще задолго до свадьбы. А после развода через полгода я решилась на секс с другим мужчиной. Он ухаживал за мной, и я решила: почему бы и нет? Но ничего не вышло. Несколько свиданий, одна ночь, и мы расстались.

   Теперь мне предстояло раздеться перед толпой мужиков. Ну и что, что я сейчас тоже мужчина, душа-то у меня женская. Я тянула до последнего, пока Моз сам меня не затянул в раздевалку. Он смеялся над моей скромностью, демонстративно передо мной раздеваясь.

   И надо отметить, чисто с эстетической точки зрения, он был неплох. Стройное, поджарое тело, упругая попка и тонкая дорожка греха по плоскому животу. И да, я все-таки его рассмотрела, потому что этот невозможный волк крутился передо мной.

   – Действительно, чего ты? В общежитии академии так же. Один душ на этаж, – спокойно проговорил Некур, выходящий из душевых и вытирающий голову. Прикрыться он тоже не подумал.

   И скажу вам честно, член Некура был толще члена Моза, да и смотрелся внушительнее в копне темных кудряшек, чем светлая растительность Моза. Но парню лучше не знать моего мнения. Вон как он гордится своим прибором.

   На мгновение я пожалела, что Эльфир уже ушел. Интересно, каков был эльф?

   Боже ты мой, да я такими темпами совсем распутницей стану. Выкинула пошлые мысли из головы и начала раздеваться. А здесь меня ждала подлянка. Как ни крути, а парни красивые, голые, а я женщина. И теперь у меня был стояк.

   Ощущать это оказалось странно. Член стал тяжелее. Я знала физиологию, о приливе крови и прочем, и ощущения были странными.

   – Ты опять? Мы так до утра не помоемся. Чего застыл? – оббежал меня Моз. Теперь застыл он. Я попыталась спрятать член в штаны, но было поздно. На лице Моза расплывалась лукавая улыбка.

   – Так, так, так. Кто-то у нас по мальчикам, да? А чего молчал? Мы бы так не приставали. Я, кстати, чтобы сразу знал, только по девочкам. Ты классный и все такое, но не моё это.

   – Да что ты несешь? – шипела я, придерживая трусы.

   – Что случилось? – И Некур подошел ко мне. – Вы последние не искупались.

   – А Катир у нас возбужден. Интересно, на кого у тебя встал? – продолжал потешаться Моз, а потом поднял руки вверх, будто сдаваясь. – Я не претендую, мне просто интересно.

   – Прекрати, – вдруг прикрикнул на него Некур, – клоун. Видишь, Катиру некомфортно. Он у нас скромный, в отличие от некоторых. Иди мойся. Оставь его.

   – Ой, какие нежные. Ну и пойду.

   И Моз действительно скрылся в душевых. А я была готова гореть со стыда. Не могла же я им объяснить, что, собственно, всегда по мальчикам была.

   – Не бойся, не укушу же я тебя. Но мой тебе совет, Катир, найди себе партнера, который сможет тебя защитить. Иначе в академии тебе проходу не дадут.

   – А что, будет много желающих? – испугалась я. – Моз вон только по девочкам.

   – Такие тоже есть. Обычно пристрастие к своему полу не афишируют. А большинству просто все равно, парень или девушка, главное, чтобы нравился.

   – М-да, – мне больше нечего было сказать.

   – Более того, все мы вскоре отправимся на войну, где можем погибнуть, поэтому многие отпускают все свои заморочки и живут в академии, как хочется.

   – Как в последний раз, – пробормотала я.

   – Иди мыться. Ты последний остался.

   Я кивнула и ушла мыться. Стояк прошел сам в отсутствие внешних раздражителей.

   Когда я вошла в комнату, Некур уже спал. Ну и хорошо.

   Утром было проще уже. Хотя Моз пытался подтрунивать. Некур что-то сказал ему, и он замолчал. Оставшаяся дорога тоже прошла ровно.

   А вот академией оказался целый городок, огороженный высоким забором. Бежать, что ли, кто-то пытается? Как тюрьма, ей-богу.

ГЛАВА 5 (от Кати)

И внутри не лучше. Двухэтажные здания казарм. Чуть дальше трех- и даже четырехэтажное. Последнее, кстати, как раз главный корпус с администрацией и всеми лекционными залами.

   Рядом стояло вроде двухэтажное здание, но высотой с главный корпус. То есть высота каждого этажа была по шесть метров. Это магические тренировочные. На них специальная защита.

   А пищеблок со столовой – это отдельное одноэтажное здание, расположенное прямо перед главным корпусом, в который нас всех и привели.

   Приветливая женщина уже в годах, на вид ей уже под шестьдесят, направила ребят в аудиторию для приема студентов, а меня оставила ждать. Оказалось, что работников нанимает сам ректор, так же как и распределяет по факультетам студентов. Так что мне предстояло долго ждать, пока всех сегодняшних примут.

   Я ждала. И все приходящие с недоумением на меня косились. Хорошо, что приехали мы в обед, ждать не так долго. И вот меня позвали.

   Эта же милая женщина проводила до кабинета и ушла восвояси. Набрав воздуха для храбрости, я постучала, а потом и толкнула дверь.

   – Проходите, садитесь, – проговорил мужчина, стоя ко мне спиной. Он что-то искал в шкафу.

   Кабинет был не особо большим, но уютным. По стенам шкафы, так что самих стен и не видно. В середине стол с двумя мягкими креслами перед ним и большим за ним. На столе много мелочей вроде ручек, бумаги. Еще шикарные фигурные часы.

   Ректор был мужчиной высоким, мощным. От него прямо веяло силой, как жаром от печки. Широкие плечи, волосы до лопаток стянуты в низкий хвост. Когда мужчина повернулся, первое бросившееся в глаза – это шрам. Огромный шрам проходил через все лицо наискосок, начинался выше левого виска, через переносицу, правую щеку и заканчивался где-то на шее. Что же оставило это украшение?

   Ректор дал мне время рассмотреть себя и только потом присел за стол.

   – Интересно. Даже не дернулся от моего вида, – начал он.

   – А нужно было? – удивилась я, нахмурившись. Не так я представляла собеседование.

   – Нет, но многие реагируют именно так. Ну да ладно. Меня зовут Реноме Увакир. Как вы уже поняли, я ректор этого заведения. Обычно меня зовут просто ректор или ректор Увакир.

   – Я Катир Ципок. Пришел наниматься к вам на должность повара. Если еще свободно. Приятно познакомиться, ректор Увакир.

   – И я прекрасно вижу ложь, недоговаривания и увиливание. Про должность не соврал, а имя не совсем твое. Мне на работе лжецы не нужны.

   О как. Жесткий мужик. Но его требования, по сути, справедливы. Что же делать?

   – Я не могу открыть вам всю правду о себе. Это опасно для меня. Простите.

   – Даже так?

   Он положил локти на стол, свел пальцы и рассматривал меня. Мне же под его взглядом было дико некомфортно. Я даже поелозила в кресле.

   – Может быть, тогда я могу поступить в качестве студента? Вы же принимаете не магов.

   – Принимаем, но это билет в один конец. Вы уверены?

   И взгляд с прищуром. Будто в голову ко мне пытается залезть. А может, так и есть? Может, здесь есть и такая магия? У меня дыхание перехватило.

   – Правильно. Смерти все боятся, – расценил он мой испуг по-своему. Фух, значит, в голову не залез.

   – Что же страшного в вашем настоящем имени? Преступник?

   – Нет, что вы, – помотала я головой и только сейчас вспомнила, что у меня есть документы. Я быстро вытащила их и положила перед ним. Ректор быстро ознакомился с документами, подтверждающими личность, хмыкнул, но ничего не сказал. А вот справку от целителя о моей полной амнезии перечитал несколько раз.

   – Интересно. Очень интересно. Получается, что вы что-то вспомнили и это опасно для вас?

   – Не совсем. Правда для меня опасна.

   – Я могу принести клятву о неразглашении. Магическую клятву. А работника, в котором сомневаюсь, не возьму.

   – А что будет, если вы нарушите магическую клятву? – заинтересовалась я.

   – Умру.

   Простой, но страшный ответ.

   – Тогда мне нужна клятва не только о неразглашении, но и о непричинении вреда.

   Да, я наглая, но это моя безопасность. А то он сейчас узнает, кто я, схватит и, никому не разглашая, потащит сразу в проклятые земли снимать проклятие. А я даже не знаю, что меня там ждет.

   – Даже так? Хотите сказать, что, узнав правду, я сам могу захотеть вам навредить? – Неподдельное удивление было на его лице.

   – Есть такая вероятность, – не стала я скрывать. Он нахмурился, поджал губы, потом встал, прошел до окна, постоял там и вернулся, сев в свое кресло.

   – Хорошо. Вы меня заинтриговали. Я принесу вам такую клятву. Давайте руку.

   Я протянула руку. Он обхватил мое запястье, я сделала то же самое. А ректор произнес сначала какую-то абракадабру, которую я не поняла, при этом от его руки пошел жар, а мою ладонь закололо. Видимо, это магия клятвы.

   – Я, Реноме Увакир, клянусь этому живому существу, что не разглашу его тайну и не наврежу ему ни словом, ни делом.

   Ладонь кольнуло сильно, и тут же все закончилось. О как.

   – Если начать с начала, то выходит, что в этом мире я всего неделю. В моем мире меня звали Екатерина Воронцова. В этом мире я очнулась в теле этого мужчины, которого, как я поняла, убили накануне…

   Я все ему рассказала. Честно, без утаек. Ректор, казалось, даже не дышал. А когда я приняла свой облик, он просто подскочил с места, даже кресло опрокинув.

   – То есть ты не рожденный метаморф. Ты знаешь, что…

   – Знаю. Мне рассказали легенду. Именно поэтому я опасаюсь за свою жизнь. И не подумайте чего плохого. Я понимаю, что мне придется туда попасть, но сейчас я не готова. Да я даже о мире знаю совсем чуть-чуть. Например, я не могу определить вашу расу.

   – Я дракон, – произнес он ошалело. Потом наклонился, поднял кресло и вновь в него сел. – М-да. Ситуация. И знаешь, ты молодец, что взяла с меня такую клятву. Умная девушка. И как я понимаю, готовить умеешь. Я возьму тебя поваром. Вторым помощником шеф-повара. Только это не отменяет того факта, что тебе нужно…

   – Спасибо.

   – Тебе нужно жилье. И основание попасть в проклятые земли.

   – Я могу учиться. Возьмите меня как студента первого курса.

   – Не маги у нас в принципе учатся всего год.

   – Вот. За это время я и о мире побольше узнаю, и обвыкнусь. Тем более что я понятия не имею, как нужно снять проклятие.

   – Этого никто не знает. Есть только предположение, что единственный метаморф сможет пройти под купол, а там уже что-то сделать.

   – Тем более. Поймите меня. Я не знаю, что там меня ждет. А вдруг мне нужно будет произнести какое-то заклинание или еще что-то.

   – Вряд ли. Метаморфы никогда не были магами. Снятие проклятья не может предполагать магию. Скорее всего, ты должна сделать это добровольно. Сама захотеть. Вся война тогда велась именно из-за попытки подчинения метаморфов. Маги и оборотни, ослепленные собственными желаниями большей силы, власти и, чего таить, извращенных фантазий, пленили метаморфов. За что мы и были прокляты. Поэтому все, кто ломал голову потом над этим пророчеством, сошлись во мнении, что спаситель должен простить нас и захотеть снять проклятие, желать этого всем сердцем.

   – Я желаю. Уже столько наслышана про эту бесконечную войну.

   – Твои намеренья благородны. И все-таки тебе нужно время. Хорошо. Я дам его тебе. Ты будешь учиться с остальными не магами, а по прошествии года вместе с ними пойдешь в проклятые земли. Может быть, к тому времени ты будешь готова. Только тебе придется жить с мужчинами и мужчиной.

   – Я понимаю. И готова.

   На этих словах я снова приняла облик Катира. Ректор от этого вздрогнул, а я улыбнулась.

   – В первую очередь мне нужна вся возможная информация о метаморфах. Вдруг есть какие-то особенности? Типа обязательные три превращения в месяц. Это просто пример. Вы меня поняли.

   – Понял. Завтра к утру у тебя будет полный доступ к такой информации. Только эти книги находятся в закрытой части библиотеки и выносить их нельзя.

   – Ничего страшного. Буду читать там.

   – Поваром быть передумал?

   – Нет. Не передумал. Возможно это как-то совместить?

   – Я подумаю. А пока иди в комнату. Тебя проводят.

   Он позвонил в колокольчик, который был у него на столе, и я не знала, зачем он. Так и звука колокольчик не издал. Зато в дверь тут же постучали.

   Щуплый молодой мужчина с внимательным взглядом серых глаз проводил меня до комнаты.

   – Это временно. Когда набор закончится, могу и переселить. Обычно не магов к магам не селят. Так что пока вы будете в одиночестве.

   Он шел впереди и говорил, показывая душевые, туалет, умывальники, прачечные и, наконец, комнату.

   Комната тоже была аскетична. Две кровати, два стола, два шкафа и один половик. А еще на двери с обратной стороны небольшое прямоугольное зеркало.

   Я бросила свой узелок на кровать и отправилась за формой. Нечего ждать до утра. Потом один хлам останется.

   Форма моего не магического факультета состояла из двух тренировочных комплектов и одного лекционного. Именно так их назвал коренастый хмурый мужчина. И смотрел он на меня так жалостливо, аж мурашки по коже.

   А вот верхней одежды не предполагалось. Хорошо, что у них учебный год начинается в середине весны и заканчивается по окончании зимы. Фактически они учатся 10 месяцев.

   В душевых к моему приходу никого не было. Ребят из повозки я тоже не встретила. А на моем этаже вообще было очень тихо. Может быть, никого и нет.

   Утром все тот же щуплый парень, которого я окрестила секретарем, принес мне приглашение в библиотеку, куда я и отправилась после завтрака в общей столовой.

   – О, а вот и наш повар. Мы уж и не думали тебя увидеть, – проговорил Моз. Все трое сидели за одним столиком, к которому я и присоединилась.

   – Я буду совмещать учебу и работу. Так что я тоже студент. Правда, только на год.

   – Зачем ты это сделал? – шокированно спросил Некур. – Тебе же придется потом в проклятые земли идти. Оттуда не маги почти не возвращаются.

   – Мне нужно было жилье. А бесплатно только студенческое общежитие, – вздохнула я. Нужна же мне была причина обучения. Да и само обучение мне нужно, чтобы обоснованно попасть на проклятые земли. Замкнутый круг.

   – А арендовать комнату в служебном общежитии ты не мог? Это же возможно.

   – На территории академии постоянно могут проживать только преподаватели. Остальные служащие живут в городке за стенами, – проговорил Эльфир.

   Все вздохнули, опять посмотрели на меня жалостливо и больше эту тему не поднимали. Моз уже планировал вечеринку по поводу поступления.

   Зато меня назвали зубрилой, как только узнали, что я отправляюсь в библиотеку. Никто со мной не пошел, поскольку учебники все успели получить еще вчера. Все разошлись по своим делам.

ГЛАВА 6 (от Кати)

В библиотеке я пробыла до обеда. В основном читала о возможностях различных оборотней. Самих оборотней оказалось несколько видов: драконы, грифоны, кошачьи и волки. Именно в таком порядке – от самых сильных и малочисленных к самым слабым и многочисленным.

   После обеда меня пригласили в кухню. Секретарь представил меня шеф-повару как второго помощника, пояснив, что работать я буду после обеда на приготовлении ужина. До обеда у меня будут занятия.

   Миссис Цура была очень похожа на Фани. И сначала была рада, что ей дали мужчину, который не будет думать о красавчиках студентах и задержится надолго. Но, услышав об учебе, погрустнела.

   Кухня отличалась только размерами, в остальном обычная. Я тут же приступила к работе и вышла только на ужин.

   Ребята планировали вечеринку. Весь ужин был о ней. Я пыталась пару раз что-то вставить. Вечер я опять провела за книгами. А вот утром ко мне прилетел неугомонный Моз. Он потащил нас на экскурсию, которую проводил его старший брат.

   В целом утро было веселым. Брат Моза оказался сдержаннее, но до Эльфира ему далеко. Он провел нас по всей территории, сопровождая студенческими байками. Многие были действительно смешными.

   Тренировочные полигоны меня ужаснули. Там были такие конструкции, что любой маньяк обзавидуется. Радовало, что самый страшный полигон, где буквально на каждом шагу было что-то колючее или режущее, был для тренировок только оборотней и только старших курсов. Но и полигон для не магов меня впечатлил.

   Неделя пролетела незаметно. И вот последние студенты зачислены. На моем этаже прибавилось, но, к счастью, ко мне никого не подселили. Зато принимать душ в одиночестве не получалось. Но и прошлой проблемы у меня не возникало.

   Все парни, которых поселили в один со мной коридор, были с одного со мной факультета, и лишь единицы были хоть как-то развиты физически. Одним словом, задохлики. И энтузиазмом они не лучились. Похоронная атмосфера стала давить на меня.

   И вот она – первая студенческая вечеринка. Ничего особенного я от нее не ждала, но оказалась не права. Именно здесь я впервые увидела магию в действии.

   Вечеринку разрешили провести в магических тренировочных залах. На его стенах горели световые камни – это те, что свет дают, которые и на улице тоже светят. Так вот они были разноцветными. В воздухе летали искры, снежинки и бабочки одновременно. Возле двух стен были столы с закусками, которые заблаговременно готовились на кухне.

   Я вообще поняла, что вечеринки здесь не тайна, наоборот, они разрешены, только согласуй. Интересный подход.

   Конечно, был алкоголь и танцы. И начиналось все отлично. Парни по очереди запускали в воздух животных – или иллюзорных, или из стихий. Венцом этого творчества стал огненный дракон, который изрыгнул пламя. В итоге водники тушили пожар.

   Музыка тоже была. Но чисто парни без девушек не особо хотели танцевать.

   Зато конкурсы были от души. Сначала они были на силу и ловкость, куда без них в мужском коллективе.

   Реслинг был и физическим, и магическим. Из каждой стихии можно создать плеть. Вот такие плети и сражались. Представляете, как схлестнулись огненная и водяная плети? А с каким плеском вторая разбилась о пол? Первые ряды наблюдающих от души обдало. Огненная плеть рассыпалась искрами, воздушная сносила с ног. Но плеть из магии земли я не увидела.

   А меня, поскольку я не обладаю магией, впихнули в конкурс песен. Все были уже пьяные, чего скрывать, и я тоже. Поэтому я спела задорную песню группы «Король и шут». Когда-то я расстраивалась, что женским голосом не могу сделать этот безумный смех. Теперь проблем с этим не было, и с импровизированной сцены гремела песня «Дурак и молния». Ребята оценили мои труды.

   Утро понедельника преподнесло сюрприз в виде дождя. А бегать под дождем то еще удовольствие. Дело в том, что пока у нас была общая физическая подготовка, то есть кроссы и всякие силовые упражнения. Зато мне было приятно осознавать, что я не единственная в хвосте плетусь.

   Теперь я понимала, зачем отдельно тренировочный, а отдельно лекционный костюмы. Но мне лекционный не понадобится, я буду все учить вечерами, поскольку работаю.

   После первой учебной недели меня вызвал ректор. Спрашивал, не трудно ли мне. Но все мои трудности заключались в письме. Тренироваться приходилось до полуночи.

   А спустя еще неделю случился коллапс.

   Субботнее утро. Занятий нет. Можно поспать. А я просыпаюсь от жжения во всем теле. Осматриваю себя и понимаю, что я девушка. Как так? Все дни до этого я как ложилась парнем, так и просыпалась им же. Что сейчас не так?

   Хорошо, что ко мне никого не подселили. Я подошла к зеркалу убедиться. Да, отражение показывало меня настоящую, но, опять же, значительно моложе. Закрыла глаза, представила себя Катиром, открыла глаза. Ничего не изменилось. В зеркале была по-прежнему я. Новые две попытки не дали результата. У меня начиналась паника.

   Вздохнув и досчитав до десяти, я вновь постаралась измениться. Только на этот раз по частям. Я меняла отдельно волосы, нос, глаза, рост, грудь. И выяснила, что могу изменить все, кроме пола. То есть сейчас в зеркале отражался Катир с самой минимальной женской грудью и вагиной, член отрастить мне не удалось.

   Что делать?

   Максимально быстро одевшись, замаскировала грудь олимпийкой, которая шла в тренировочном комплекте, но до сих пор я ей не пользовалась. И отправилась к единственному, кто знал обо мне правду.

   А по дороге начались странности. Все встреченные оборотни, я их уже научилась отличать от людей, на самом деле это несложно, рычали на меня сначала как-то низко, утробно. Зато потом все трясли головой и провожали меня недоуменными взглядами. После третьего встреченного я ускорилась. А к кабинету ректора уже почти бежала.

   – Мне нужна ваша помощь, – проговорила я, вваливаясь в кабинет, даже не постучавшись.

   Ректор сразу поднялся, принюхался, тихо рыкнул, тоже тряхнул головой. Реакция чуть меньше, чем у остальных. Да что же происходит?

   Я часто дышала. Моя паника нарастала.

   – Ректор, я не знаю, что со мной, – почти пропищала я.

   – Овуляция. У тебя овуляция, а ты не принимаешь таблетки. Совсем сдурела? Сдурел? – рыкнул он на меня.

   А я чуть на пол не села от такого заявления.

   – Как вы узнали? И что за таблетки?

   – Садись, – велел он и сам же последовал своему указанию, опускаясь назад в кресло.

   На неверных ногах я прошла до кресла и буквально плюхнулась в него.

   – Рассказывай, что случилось? Почему ты выглядишь мужчиной, а пахнешь как женщина?

   – Сегодня утром у меня случилось непроизвольное изменение. Я проснулась собой, в смысле девушкой. Стать парнем так и не смогла. Изменилась частично. – Набрала в грудь воздуха и выпалила: – Гениталии сейчас женские. Что происходит?

   – Ты знаешь, что метаморфы могут размножаться только в своем истинном облике?

   – Да, до этого я дочитала. Грубо говоря, девушка от меня, как от парня, никогда не сможет забеременеть. А я легко. И что? Как это связано?

   – У тебя овуляция. Ты знаешь, что это?

   – Конечно, – почти обиделась я, а потом до меня стало доходить. – Яйцеклетка созрела, и я готова…

   Не смогла договорить.

   – Да. Видимо, природа берет свое. И поскольку настоящая ты именно девушка, именно такой облик ты и приобрела. Думаю, что до окончания овуляции снова стать парнем ты не сможешь.

   — Это катастрофа. – Я готова была разрыдаться.

   — Это еще не все. У любого оборотня нюх значительно острее. А овуляцию мы воспринимаем как сигнал к действию.

   – Что? – Я аж подскочила. — Это получается, что каждый… и вы?

   – Каждый, – кивал он, – и я. Мы чувствуем тебя. Наверняка, пока ты добирался сюда, все встречные оборотни на тебя рычали. Не приставали только?

   – Нет. Как и вы, трясли головой. – И сама я качала головой, в которой это не укладывалось. Это же получалось, что каждый оборотень хочет меня трахнуть. Жуть какая…

   – Именно. Просто ты выглядишь как парень. Это сбивает с толку.

   – Но вы же не напали на меня? – удивилась я, все равно отходя к двери.

   – Не бойся. У меня есть истинная. Моя супруга. И хоть я чувствую твой запах, как призыв его не воспринимаю. Успокойся. Сядь.

   Я еще несколько секунд постояла, а потом все-таки села. Уверения уверениями, но мне было страшно.

   – Все девушки, абсолютно все, в период овуляции пьют специальные таблетки для подавления запаха. Иначе жить было бы невозможно, ведь овуляция у женщин каждый месяц, а оборотней и так полно вокруг.

   – Как и где мне можно их достать? – У меня появилась надежда.

   – В академии никак. Если ты помнишь, это мужское военное учебное заведение. Женщины здесь только сотрудницы. И то их мало.

   – Что же делать?

   – Сиди здесь. Я принесу тебе таблетки. Кабинет запру, чтобы никто к тебе не вломился. Не надо мне, знаешь ли, здесь…

   Он махнул рукой, не договаривая. А сам поднялся и вышел. Мне оставалось только ждать.

   Картина вырисовывалась, мягко говоря, не очень. Каждый месяц у меня будут такие дни, когда я вынужденно буду девушкой. Как мне с этим жить в мужской академии?

   Хорошо, что, согласно физиологии, овуляция длится не более трех дней. Но и этого достаточно. Например, как я пойду на тренировки в понедельник? Да и с ребятами как мне видеться?

   Ректор вернулся достаточно быстро. Протянул мне мешочек с дурно пахнущими таблетками цвета детской неожиданности.

   – Одну таблетку утром натощак за день до овуляции и каждый ее день. Супруга сказала, что сейчас придется три штуки выпить, – пояснял ректор, протягивая стакан с водой, – этого тебе хватит на пару месяцев. Потом, уж извини, ходи в выходные в город.

   – А в город можно?

   – Конечно. Почти все студенты по выходным уходят в город.

   Я закинула в рот сразу три таблетки и быстро запила водой. Ох и дрянь же. К горлу тошнота подкатила.

   – И? – спросила я, справившись с желудком.

   – Подожди. Как перестанешь пахнуть, я скажу. Но все равно советую помыться и одежду сменить.

   – Ага. В общем мужском душе помыться, – хмыкнула я.

   – Ну, здесь я тебе не помощник. В кабинете душа у меня нет, а домой к себе не поведу, извини, – развел руками ректор, явно насмехаясь. Губы уже расползались в улыбке. Весело ему…

   – Я совсем перестану пахнуть? Могу вот так, серединка на половинку ходить? – терзали меня смутные сомнения.

   – Не советую. Таблетки приглушат зов. То есть кидаться на тебя никто не будет. Но ты отчетливо пахнешь женщиной. Это может вызвать вопросы.

   — Вот так всегда. – В сердцах я хлопнула по собственным ногам. – И что же делать? Могут быть у меня ежемесячные выходные?

   – Как у сотрудника – да. С вычетом из зарплаты. Как у студента – нет. Придется оформлять тебе больничный. Больше никак. Студент может отсутствовать на занятиях только по состоянию здоровья.

   – Какой больничный? У вас лекари могут за час поставить на ноги любого.

   – Не любого. Например, сращивание костей требует времени. И на восстановление после тоже.

   – Предлагаете каждый месяц мне руки и ноги ломать? – ошалела я от такого предложения, – Я не согласна.

   – Есть другие предложения? – приподнял он бровь.

   – Может быть, я буду куда-нибудь уезжать? – показала я кавычки руками. – А вместо меня будет приезжать на работу сестра, к примеру. Не могу же я работу бросить.

   – И зачем же ты должен уезжать? Да еще и каждый месяц?

   – Ну, не знаю. Выяснять свое прошлое, расплачиваться с долгами, да мало ли что? Афишировать причины не обязательно.

   – Допустим. Но и своим друзьям, которые, как я знаю, у тебя появились, ты тоже не должен ничего говорить. Просто сестра на замену по работе. Где, что, зачем – не знаешь. А Катир свои дела не раскрывает. Понимаешь, что на тебя обидятся?

   – Я придумаю что-нибудь. Нотариус вызвал, дом с аукциона пускают, а я пытаюсь его отстоять, отсрочить, например. Не будут же они у меня подробности спрашивать.

   – Неплохо. Пусть будет так. Я предупрежу преподавателей и поваров, а ты иди. И удачи.

   – Спасибо, – искренне ответила я и уже хотела выйти, как спохватилась. – А у меня нет женской одежды.

   – О боже, – схватился ректор за голову. – Принесут тебе что-нибудь. Иди уже.

   – Огромное спасибо. Я перед вами в долгу, — сказала я, улыбнувшись, и наконец-то вышла из кабинета.

   Передвигалась я перебежками, боясь опять встретить оборотней. Как я мылась – это отдельная история.

   Мне пришлось два часа прятаться в комнате, поскольку все собирались в город своими компаниями. И конечно, за мной тоже пришли ребята. Они уж и стучались, и ругались, но наконец-то ушли.

   И только когда все звуки в коридоре стихли, я осторожно выползла в душ. Там, слава богу, никого не было. Но я все равно мылась очень быстро, прихватив с собой оба моих полотенца.

   Только я успела вернуться, как в дверь опять постучали. Я даже дыхание затаила.

   – Катир Ципок, вам посылка, – проговорил голос с той стороны. Точно, ректор же обещал прислать платье.

   Я открыла дверь ровно настолько, чтобы забрать посылку. В эту щель увидела скривленную физиономию секретаря. Ну и пусть думает, что хочет.

   Время – обед. Мне пора на работу. Я быстро переоделась, приняла свой облик, подумала немного и прибавила себе веса. Мало кому нравятся толстушки. Для полноты комплекта, чтобы уж точно не было желающих приставать, добавила еще бородавку на щеке. Фу…

   Теперь со спокойной душой отправилась на кухню. Там все уже были в курсе, что у Катира срочные дела в своем городе и его не будет три дня.

   Вернувшиеся к воскресному обеду ребята были в шоке. Они долго меня расспрашивали что и как. Я отнекивалась, мол, кузина, приехала на подмену на работе и ничего не знаю. Моз кривился при виде меня, Некур смотрел слишком внимательно, а Эльфир поджимал губы. Понятна мне была лишь реакция Моза. Ну и ладно.

   Утро понедельника я провела за книгами. Нашла легенду о похожем случае. И нет бы раньше до нее дочитаться…

   Утро вторника, как и предполагалось, вернуло Катира. Расспросы пошли по кругу. Еще и впечатления от моей кузины добавились. Моза от нее передергивало, Некур лишь пожал плечами, а Эльфир был искренне рад меня видеть. Оживает парень, а то отмороженный был.

   Так прошли еще два месяца. Тренировки становились все тяжелее, но мы справлялись. Я научилась немного подстраивать свое тело. Сделала определенные мышцы выносливее и эластичнее. Теперь они почти не болели, так, легкое напряжение. И упражнения на ловкость и скорость реакции стали лучше получаться. Жизнь шла своим чередом.

   Теперь о своих «отъездах» я парней предупреждала заранее. Они вздыхали, предлагали помощь, я отказывалась, и все оставалось нормально.

   Каждые выходные мы шли в город. Теперь я знала, где они проводят ночь с субботы на воскресенье. В борделе. Когда в первые же выходные они меня туда затащили, я чуть с ума не сошла. Ну не по девочкам я, и все тут. Так мне парня предложили. Как я оттуда вылетела, надо было видеть.

   Эльфир был единственным, кто вернулся тогда со мной в академию. Мы даже выпили. Я стресс снимала, а он со мной за компанию.

   Единственной неприятной неожиданностью для меня стал непроходящий стояк после этих дней. Я сначала пыталась справиться холодным душем. Везде же пишут, что помогает. Но мне мало помогало. Буквально на пару часов.

ГЛАВА 7 (от Кати)

– Ты чего? – однажды тихо спросил меня Некур, заметив мои ерзанья на обеде.

   – Все нормально, – прошипела я, поправляя вредный орган, который еще и болел в скрюченном состоянии.

   – Спусти напряжение, и все дела, – хмыкнул он, проследив за моими движениями. И я была безумно ему благодарна, что он не афишировал мой конфуз.

   – Как? Душ не помогает.

   – Найди любовника. Или в крайнем случае руками. Ты чего как маленький? – И такое удивление на лице. Действительно, чего это я. Все парни мастурбируют, да и девушки, чего греха таить.

   Скажу сразу, ощущения фантастические, яркие, но финал очень быстрый. Нет, я читала, что у мужчин оргазм пару секунд всего, но теперь я знаю это точно. Зато сам процесс приятен, со смазкой, конечно. Вот так и пришлось осваивать новые горизонты.

   А сегодня утром у меня был гость. Как раз сегодня я вернулась в мужское обличье. И только успела проснуться, как в дверь постучали.

   – Привет. Ты ночью, что ли, приезжаешь? – спросил Эльфир. — Пустишь?

   – Привет. Конечно, проходи, – пропустила я его внутрь. Хорошо, что платье Кати, именно так я назвалась, висело в соседнем шкафу.

   – Ты все еще не решил свои вопросы? Дом так и пытаются продать?

   – Нет. Мне дали время заработать на выкуп. Но каждые выходные я должен подтверждать, что ничего о прошлом не вспомнил. Вот и приходится ездить.

   – М-да. Но это же хорошо. Ты сможешь вернуть дом родителей.

   – Которых не помню совсем. Но да, хорошо. Хоть какое-то жилье. А то куда потом мне идти.

   На некоторое время повисло молчание. Я все гадала, зачем он пришел.

   – Не хочешь принять душ с дороги?

   – Да стоило бы. Обычно в душевых по субботам пусто, – кивнула я.

   – Не против компании? Я вчера не успел. Парни к выходным готовятся так, что…

   Он закатил глаза. Да, на нашем факультете тоже парней вечером в пятницу из душа не вытащить. Поэтому я хмыкнула и без всякой задней мысли согласилась.

   В раздевалках я впервые увидела Эльфира обнаженным. Оказалось, что у эльфов нет растительности на теле. Он везде абсолютно безволосый. Стройный, поджарый, даже намек на кубики есть. Ровные ноги, красивые ступни. Небольшие яички подтянулись вслед за поднимающимся ровным членом.

   Мое дыхание сбилось, собственный член просился наружу. Я сглотнула и отвернулась. У меня и так после этих превращений проблемы с эрекцией, а тут еще и такой образчик мужской красоты. Захотелось постучаться головой об стенку. Или трахнуть кое-кого. О-о-о… мысли мои, остановитесь.

   Быстро раздевшись, буквально забежала в крайнюю кабинку. Ледяной водой окатило тело, но мыслям это не помогло. Перед глазами стояла картина с наливающимся желанием членом. Он слегка покачивался перед моим внутренним взором.

   – Я помогу, – вдруг раздалось на ухо, и рука тут же легла на мой страдающий орган, крепко обхватывая ствол. Я непроизвольно застонала, не в силах противостоять. Боже, как же это приятно. Ощущения совсем иные, чем сама.

   Я откинула голову на плечо Эльфиру, благо мы были одного роста, и опять застонала. Почти в такт движениям его руки. Его орган терся о мою попку. Эльфир тяжело дышал мне на ухо. Вторая его рука стала теребить соски. Меня аж прострелило. Я застонала громче.

   Эльфир стал целовать мою шею, которую я так бесстыдно ему подставила. Собственные руки деть было не куда. Я отвела их назад, для опоры. Но как только под ладонью оказалась мягкая, как шелк, кожа, остановить меня было уже невозможно. Одну руку я завела ему за шею, другая легко протиснулась между нашими телами и отыскала пульсирующий орган.

   В тот момент, когда мои пальцы обхватили его ствол, он прикусил основание моей шеи, а это место всегда было моей эрогенной зоной. Меня прострелило, и все. Остановить уже ничего было нельзя.

   Я рывками толкалась в его руку, задевая попкой его член. Еще несколько движений, и на всю душевую раздались два стона, наполненных удовольствием. Я выплеснулась на заднюю стенку кабинки, а он мне на попку.

   — Это неправильно, – простонала я, находясь при этом все в той же позе. Только член из руки выпустила.

   – Почему же? – прохрипел Эльфир, опять целуя меня в шею.

   – Я…

   А что сказать? Мне же понравилось.

   – Ты мне нравишься, Катир. Очень. И я ни о чем не жалею, – его голос приходил в норму.

   – И я не жалею. Мне понравилось, – проговорила я, отлепляясь от него и тяжело вздыхая. Вот из-за таких вещей и теряют друзей.

   – Но все-таки что-то не так. Я тебе не нравлюсь?

   Мне показалось, что он затаил дыхание. Это плохо. Значит, мой ответ важен ему. А что я могла ответить? Что даже не рассматривала его как любовника?

   Я набрала в грудь воздуха и резко развернулась к нему лицом.

   – Давай поговорим в комнате. Мы и так рисковали быть застигнутыми. Мне не хотелось бы свидетелей.

   Эльфир кивнул и вышел из кабинки. Пару минут у меня заняло мытье. Еще столько же одевание. И все это в полной тишине. Слава богу, мы действительно были одни.

   И хоть у меня было время, я ничего не придумала. И правду сказать не могла.

   – Не переживай, – сказал он, как только за нашими спинами закрылась дверь, – будем считать это просто дружеским жестом. Можешь даже забыть.

   Я развернулась к нему. Он смотрел в пол, поджимая губы. Потом поднял на меня глаза и грустно улыбнулся. И такой сволочью я себя почувствовала. Мне ведь в чувствах признались. Не в любви, но все-таки.

   – Присядь, пожалуйста, – вздохнула я и сама же села на середину своей кровати. Эльфир прошел ближе и сел на противоположную.

   – Дело не в том, что ты мне не нравишься. Я, честно говоря, вообще не искал отношений. Занят все время. Утром тренировки, потом работа, вечером книги, чтобы хоть что-то в памяти было. А то совсем как чистый лист. Неприятно, знаешь ли.

   Я вздохнула.

   – Я понимаю, – тихо проговорил Эльфир. Я подняла на него взгляд.

   — Это совсем не говорит о том, что ты мне не нравишься. Ты очень красивый, – выпалила я, вызвав его улыбку. Редкое, кстати, явление.

   — Значит, у меня есть шанс?

   – Шанс есть всегда. Я вот и не думал, что впервые с мужчиной буду вот так, в общей душевой, – взмахнула я руками. Вот и зачем я это ляпнула?

   – Впервые? – как-то слишком громко выдохнул он. – Ты девственник?

   Я поджала губы от досады. Хотела выкрутиться, а в итоге еще больше загнала себя. Дура.

   – Прости, маленький. Я же не знал, – подлетел ко мне Эльфир, расценив мои жесты по-своему.

   Он взял мои руки в свои и поцеловал каждую. Это было неожиданно, но приятно.

   – А я не знаю. Точнее, не помню, – постаралась выкрутиться я. Как-то было неправильно, что он стоит передо мной на коленях. Волнующе. Еще и за руки держит.

   А он лишь улыбнулся еще раз. Нежно так. Заглянул в глаза и стал приближаться.

   – Можно я тебя поцелую? – прошептал он мне почти в губы. А у меня ком в горле. И целоваться жуть как захотелось.

   У меня в своем-то мире год секса не было, и здесь я уже три с лишним месяца. Тело и душа требовали уже.

   Я сглотнула ком и облизнула губы. Большего ему не потребовалось.

   Нежные мягкие губы накрыли мои. Руки переместились мне на плечи и талию, притягивая к себе. Мои руки зарылись в его еще влажные волосы. Сначала нежный, робкий поцелуй стал стремительно перерастать в страстный.

   Я парень и целуюсь с парнем. И понимаю, что это неправильно, но, черт возьми, хочется. Член уже вновь давит на штаны, соприкасаясь с собратом.

   А я когда-то не верила, что мужчины могут так быстро возбуждаться вновь. Вот. Прошло максимум полчаса, а я опять хочу.

   – Как же я хочу тебя, – прошептал Эльфир, переходя на шею, – я столько времени ждал. Наконец, решился.

   – Я…

   Куда у меня дар речи девается в такие моменты? Он же вон шепчет мне признания, а я и ответить ничего не могу.

   Одна его рука вытянула сорочку из брюк. Я отзеркалила его действия. Он пробрался под нее, погладил плоскую мужскую грудь, и его ничего не смутило. Ну и ладно. Я осмелела и сделала то же. Боже, какая же у него нежная кожа, даже на спине.

   Я стянула его сорочку, она меня нервировала. Он опрокинул меня на кровать, нависая надо мной. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, ища чего-то. К черту все!

   Я первой потянулась за поцелуем. Теперь я сминала его губы, извиваясь под ним. Он же, отстранившись, резко стянул мои брюки до колен. Оценил открывшийся ему вид на высвободившийся ствол, который покачивался еще, обхватил одной рукой мошонку вместе с основанием члена и наблюдал, как я втягиваю воздух сквозь зубы. Он уже стал вновь ко мне наклоняться, как…

   Раздался стук в дверь. Я зарычала. Такой облом. Хотя… может быть, это хорошо, а то слишком быстро.

   – Катир, открывай. Мы слышим, что ты там. Пошли с нами в город, – раздался голос Моза с той стороны.

   Как классические любовники, застуканные ревнивым мужем, мы с Эльфиром стали приводить себя в порядок. А в моем случае это было сложно, член-то все еще стоял колом.

   – Чего же вы с утра пораньше? – напустила я в голос сонливости. Надеюсь, что получилось. – Я еще не проснулся, не умылся, не поел.

   – Да какое утро, друг. День уже. Пошли в город, говорю. Выходи.

   – Я приду через полчаса в наше место. Дай хоть одеться, – возмутилась я.

   – Ладно, соня, давай. Некур за Эльфиром пошел.

   Я приподняла бровь, смотря на озвученного. Он лишь пожал плечами, улыбаясь.

   За дверью послышались шаги. Ушел. Хорошо.

   – Как ты? – спросил Эльфир меня тихо. При этом подошел близко и обнял за талию.

   – Нормально, – улыбнулась я. Хоть и не вовремя явился Моз, комичность ситуации сбила настрой.

   Мы действительно быстро привели себя в порядок и, предварительно выглянув в коридор, вышли по одному. Сначала Эльфир, подаривший перед выходом мне легкий поцелуй в губы, а чуть позже я.

   – Я из-за вас остался без завтрака, – заявила я недовольно, косясь на Эльфира. Надеюсь, он ничего никому не сказал.

   Так, дружески переругиваясь, мы отправились в город. Посидели в кабаке, даже попели немного, выпили, конечно. Зато в ночь втроем возвратились в академию. Но Моз опять пошел в бордель.

   Я только вернулась из ночного душа, как в дверь постучали. Мой опьяневший разум даже не испугался. А это плохо.

   Я распахнула дверь и тут же попала в объятия Эльфира.

   – Нас очень не вовремя прервали. А это нехорошо. Продолжим?

   – Мы пьяны. Вряд ли это хорошая идея. Я собирался спать. Устал, честно.

   – А еще говорят, я зануда, – буркнул он и завалился на соседнюю кровать. И не понять, прикололся он или правда уснул. Я решила не заморачиваться и тоже легла.

   А утро началось с потрясающих ощущений. Я постанывала от восторга. Возбуждение и удовольствие разливались по всему телу, концентрируясь в члене, который кто-то активно сосал.

   Как только этот факт дошел до моего спящего мозга, я дернулась и распахнула глаза. Мы встретились взглядами. Мой шокированный и его лукавый. Эльфир, а это был именно он, на несколько секунд остановился. Он медленно, смотря мне в глаза, обвел языком головку, заставляя меня всхлипнуть и закусить губы. Теперь он улыбался.

   – С добрым утром, – произнес он и, не отрывая взгляда, стал опускаться, обхватывая губами сначала головку, а потом и почти весь ствол. Я запрокинула голову и застонала в голос. Несколько движений, и я выгибаюсь дугой, изливаясь в рот Эльфиру.

   Я не вижу, что он делает со спермой, сглатывает ли, выплевывает ли. Я просто лежу и осознаю, почему мужчинам так нравится минет. Это крышесностно.

   Пока я прихожу в себя, Эльфир наклоняется надо мной и целует в губы. Я чувствую собственную сперму на его губах, но это не отвращает меня. Я отвечаю на поцелуй, хоть и вяло.

   – И тебе доброе утро, – шепчу я.

   – Ты такой красивый сейчас.

   – Меня просто оргазмом прибило, – смеюсь я в ответ.

   – Я рад, что тебе понравилось, – произнес он с хрипотцой, а потом еще и губы облизнул.

   Взгляд глаза в глаза. И я понимаю, что нужно ответить тем же, ведь вряд ли он не возбужден, но что-то внутри не дает. Не хочется. Это эгоизм, наверное. Я свое удовольствие получила, и мне хорошо.

   – Вставай, соня, – раздался стук в дверь. Моз, как всегда, вовремя или не вовремя. Вон как Эльфира перекосило от его голоса.

   – Ну что опять? Сегодня я никуда не пойду. У меня после ваших попоек голова раскалывается, – и почти не соврала.

   Эльфир уже сполз с меня, поправил брюки. А я все еще лежала. Смотрела на него и не понимала, что меня все-таки останавливает.

   – Ты забыл, что все мы, повторюсь, ВСЕ мы должны к понедельнику сделать доклад о тварях? Так что собирайся, мы идем в это ужасное место.

   – В библиотеку? – рассмеялась я, вспоминая такое задание.

   – Оно самое. Собирайся давай. – И уже раздалось несколько шагов от двери, но потом он вернулся. – Кстати, не знаешь, где Эльфир? Некур его не нашел.

   – Откуда мне знать. Загулял где-то.

   Ну не придумала я ничего спросонок.

   – Ага, Эльфир и загулял. Насмешил. Одевайся.

   И на этот раз он действительно ушел.

   Опять Эльфир ушел первым, зато на этот раз я сама поцеловала его перед дверью. Я чувствовала себя виноватой перед ним. И видимо, он это почувствовал.

   – Все нормально. Возможно, ты решишься открыться друзьям, и нам не придется прятаться, – чмокнул он меня в нос, улыбнулся и ушел.

   Я же тяжело вздохнула, осознавая, что мучаю хорошего парня, не испытывая к нему тех же чувств и стремлений. Это удручало. Так почему же не прекратить это?

   Этот день мы провели в библиотеке. И это принесло свои плоды. Моз впечатлялся тварями, только не с правильной стороны. У меня, как и у других, мурашки бежали по коже от их вида и описания, а этот ненормальный восхищался ими. Точнее, уже представлял, как будет сражать их наповал одну за другой.

   Утро понедельника не предвещало сюрпризов, но для меня оно стало судьбоносным.

ГЛАВА 8 (от Ризнора)

– Почему я должен обучать смертников? – недоумевал я.

   Мы с наставником и по совместительству ректором академии, в которую вроде как я сам напросился, сидели в его кабинете. И он поставил меня перед фактом, что спустя два месяца с начала обучения я должен взяться за смертников.

   – Потому что Долен не справляется. Он неплохо может их поднатаскать по физподготовке, но вот в боевых навыках никак. Ты же его знаешь.

   – Знаю. Он никакой. Но зачем?

   – Я хочу дать им шанс выжить. Мне невыносимо думать о том, что каждый из них доживает последний свой год.

   – Старый ты стал. Сентиментальный.

   – Возможно, – вздохнул Увакир, – я устал отправлять их на смерть. Устал, понимаешь.

   – Понимаю.

   – Ты потерял целый отряд. Знаю, что сильно переживал. Но ты потерял всего лишь дюжину воинов, а я каждый год выпускаю тысячу. И сколько из них выживают?

   – Мало. Я понял тебя. Но ты уверен, что простые люди выдержат?

   – Если поверят, что могут выжить, смогут. Знаешь, мы часто недооцениваем их. Люди выживают там, где не всегда смогли бы мы со своей регенерацией и всем прочим.

   – Да ладно. Они слабые и жалкие. Ладно еще маги. Человеческие маги действительно мощные. Встречаются такие, что могут и дракона завалить. Но простые люди…

   – Вот и посмотришь.

   – Ясно, – вздохнул я. – Что-то еще?

   – С отцом встретиться не хочешь? Они с королем мне спать спокойно не дают. Говорят, что я тебя прячу.

   – Не хочу. Они устроили для меня показы невест. Ты представляешь? – начал я опять раздражаться.

   – Бедный, как ты мучился, – насмехался Увакир.

   – Смешно тебе. А между прочим, эти дамочки ничем не гнушаются. И я не говорю, скольких я выкинул из своей постели.

   – Не хватило страсти?

   Он еще и издевается. Я даже зарычал.

   – Эй, спокойно. Я пошутил. Одна из них станет твоей женой. Тебе придется выбрать. Вряд ли в ближайшее время ты встретишь истинную.

   – В мужской военной академии? Вряд ли.

   – Ну, ты же живешь в городе. Можешь там выбрать девушку по душе.

   – Не могу. У меня после всего дикое отторжение.

   – Что же они натворили? – удивился наставник.

   – Травили меня.

   Увакир только приподнял бровь, намекая, что не всякий яд действует на дракона. Да и зачем меня травить до свадьбы?

   Воспоминания нахлынули разом. Несколько раз я просыпался так, будто прорывался через что-то вязкое, а на мне сидит очередная дамочка. И именно в этот момент открываются внезапно для меня и вполне ожидаемо для нее двери. И начинается спектакль, что и обесчестил я несчастную, и страсть такая нас обуяла, и жениться я после свершенного непременно обязан. Еще желательно прямо в это мгновение, пока не очухался. Таких было три.

   Были наивные, которые подсыпали приворотное зелье. Но они не знали, что у меня к нему иммунитет. Поскольку я племянник короля, на меня всегда было повышенное давление. Вот и учили меня выживать в этом «благородном» обществе.

   Более продуманными оказались две эльфийки, которые подсыпали возбудитель. Скажем так, ночь я с каждой из них провел бурную, но на этом все. Уже утром, когда действие зелья закончилось, девушки чуть ли не враскоряку покидали мои комнаты, так и не дождавшись от меня предложения. А на что они надеялись? Что после бурной ночи я воспылаю к ним чувствами? Бред.

   Последняя несчастная и самая невезучая переполнила чашу моего терпения.

   – Они не пытались меня убить. Снотворное, приворотное, возбудитель. Одна догадалась подсунуть какую-то дрянь, от которой я до сих пор зверею. Никогда не испытывал столько ярости. И главное, непонятно: зачем? И не спросить уже.

   – Почему? Что ты натворил?

   – Разорвал ее. Покалечил охрану, которая набежала на грохот. Меня усыпили, как какое-то животное. Тогда и выяснилось, что мясо замариновали в какой-то дряни, которая вызвала агрессию.

   – М-да. А я всегда считал, что отбор невест — это весело, – почесал он лоб.

   – Весело, когда не ты объект их внимания. А так…

   – Ты поэтому согласился быть простым тренером?

   – Конечно. Хотел отдохнуть от бабского внимания.

   – Ну, от женщин еще и удовольствие бывает, – улыбался он.

   – Бывает, – не стал спорить я. – Но чаще всего потом нужно за него расплачиваться. И уже не уверен, стоило ли оно того.

   – Ты драматизируешь…

   – Просто ты уже забыл. Хорошо тебе. У тебя истинная в супругах ходит. Внуков скоро нянчить будете. А вам по-прежнему регулярно новые кровати и диваны поставляют. Вот как ты умудряешься?

   Увакир отвел взгляд. Он всегда стеснялся этого, хотя большинство восхищалось такой мощью и выносливостью его жены.

   – Секрет. Заведи свою истинную, и посмотрим.

   – Где бы ее взять. Ты же знаешь, что далеко не всем везет встретить пару.

   – Знаю. Ну да ладно. Что-то мы о грустном. Давай выпьем, что ли.

ГЛАВА 9 (от Кати)

– Доброе утро, студенты, – стандартно поприветствовал нас преподаватель физподготовки мистер Долен, – у меня для вас прекрасная новость. С сегодняшнего дня мы с вами будем проводить только разминку, причем еще до завтрака. Дальнейшие занятия будут по боевой подготовке. И вести их будет опытный командир и боец, который провел не один год и бой в проклятых землях, Ризнор Бешан. По совместительству племянник короля драконов.

   В наших рядах пошел гул. Мне это имя ни о чем не говорило, статус тоже не имел значения. А вот когда несколько голосов произнесло «Бешеный», личность нового преподавателя и меня заинтересовала. Зря.

   Не прошло и пары минут, как за нашими спинами раздался рев, иначе не скажешь.

   — Это что за галдеж? – низкий грубый голос, а у меня мурашки по телу.

   Сначала все замерли, а потом стали разворачиваться на голос. Только и он уже нас обошел с дальнего от меня края нашей замершей кучки студентов. Ей-богу, мы сейчас напоминали кроликов перед удавом.

   Очень высокий широкоплечий мужчина в черных свободных брюках и простой футболке. А смотрелся как царь. Здесь и сейчас он был повелителем. Такая невероятная мощь от него исходила. Казалось, что воздух рядом с ним потрескивает.

   Черные волосы до плеч развеваются на легком ветру. Больше не разглядеть. Далеко от меня.

   Студенты молчали. А он двинулся вдоль строя.

   – Сегодня я посмотрю на вашу разминку, которую вы будете делать утром, еще до моих занятий, – говорил он, и каждое слово отдавалось в ушах. – А завтра…

   Наши взгляды встретились.

   Тяжелый подборок, даже на вид жесткие губы, прямой нос с большими крыльями, широкие брови над шоколадными глазами с короткими ресницами. Образ жесткого мужчины портила лишь родинка на левой щеке. Такая милая.

   Мне было любопытно? Да. Но такого я не ожидала. Только от одного его взгляда меня окатило огненной волной. От макушки до пяток бросило в жар. Дыхание участилось, стало рваным. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее. И вся эта пульсация концентрировалась внизу. Мгновенно мои брюки натянулись в паху.

   Что со мной? Что за реакция? Как так?

   Я стояла и никак не могла отвести взгляд. И сразу скажу, мужик не красавец, но я не могла оторваться. Глаза цвета шоколада смотрели прямо мне в душу. И были не менее шокированными. А потом все резко изменилось.

   Он осмотрел меня всю и зарычал. Да так зло, так будто я само воплощение ада. Я даже сделала шаг назад, наталкиваясь на кого-то сзади стоящего. И наконец-то я смогла отвести взгляд.

   – Что-то случилось? – влез наш Долен.

   – Хлюпики здесь одни. Не выжить им в проклятых землях. Чем вы занимались все это время? – вызверился он на Долена, который и слова вставить не мог. – Бегом марш! – заорал Бешеный нам.

   И никто не подумал возмутиться. Наоборот, мы стартанули с такой скоростью, с какой еще никогда не бегали. Мы откровенно уносили ноги.

   Только вот засада заключалась в том, что бежали мы по кругу. Как следствие, мы вновь и вновь пробегали мимо преподавателей. И притихший Долен сейчас нас не интересовал. Бешеный – вот кто вызывал в нас желание бежать подальше.

   Мы бежали, а вслед нам неслись ядовитые высказывания.

   – Полоса, – рявкнул в очередной раз Бешеный. Вот уж правильное прозвище.

   Это была команда перейти с простой беговой дорожки на полосу препятствий, только обычно у нас еще была разминка и небольшой отдых. А сейчас каждый студент без остановки просто переходил на полосу. И никто и слова не сказал.

   Вот и я вслед за остальными упала на землю, чтобы проползти под сеткой.

   – И чего задницу отклячил? Ни одна тварь не соблазнится и не трахнет, – неслось обидное мне вслед. И этого грубияна я захотела? Тело мое, ты сошло с ума. Не бывать этому.

   – Чего болтаешься, как мартышка? И так руки слишком длинные, – кричал он мне, когда я была на кольцах. Всего десять пар колец, по которым нужно пройти на руках, потому что под тобой лужа невысыхающей грязи. И чем ему мои руки не угодили?

   – С таким разбегом только на таран идти. Может быть, головой пробьешь препятствие, – комментировал он мою попытку пройти стенку. И вот самое обидное, что никогда у меня не было трудностей, всегда спокойно карабкалась наверх. А тут на тебе – не допрыгнула.

   – И полетела бомбочка, – смеялся он в очередной раз. Это я уже спрыгивала со стенки.

   – Вперед, кузнечики, – такой фразой он провожал нас на отрезке с кольцами, которые лежали на земле. Они были высотой около 40 см, и пройти их можно было, только прыгая и высоко поднимая ноги. Со стороны смотрелось смешно, видела. Но разве преподаватель может над нами так насмехаться?

   Последним препятствием были качающиеся груши. Стукнет тебя одна такая – и ты свалишься с ног. Придется начинать сначала. Чтобы не веселить его в очередной раз, перед препятствием я затормозила, набрала полные легкие воздуха и уже хотела стартовать, как мне прилетел очередной комментарий:

   – Ты там молиться собрался, что ли? Тебе это не поможет. Где вы таких малахольных находите?

   Это я малахольный? Все, я зла.

   Груши я прошла хорошо. Меня не сбило.

   – Вы такие медленные. Да за это время вас самая медлительная тварь поймает. Тощие, медленные, ни на что не годные. Только на корм тварям.

   М-да. Подбодрил, называется.

   – Завтра эту полосу будете проходить столько раз, пока не пройдете за две минуты. Я из вас сделаю бойцов, задохлики, – проговорил он, зыркнул на меня еще раз, развернулся и ушел. И правда Бешеный.

   На обеде я поделилась своими впечатлениями о нем с парнями, умолчав о реакции собственного тела.

   – Ха. Теперь ты сможешь нас понять. Набраться опыта у бывалого бойца, – хохмил Моз, вспомнив мне мои же слова. Мне оставалось лишь вздыхать.

   А следующий день оказался адским. Бешеный так на нас орал, так ругался – не передать словами. Каждого комментировал самыми обидными словами. Мне под сеткой по попе прилетело. Видите ли, я сильно ее отклячиваю. Какие эпитеты к тому же получила, даже говорить не буду. Обидно было до слез.

   Остальное я прошла лучше, но в две минуты не уложилась. В них, собственно, не уложился никто, даже с третьего раза. С четвертой попытки смог один пройти, но Бешеный ему не засчитал это, потому что на три секунды больше. От такого заявления взвыли все.

   – Чего встали? Вперед. Собрали слюни, сопли, вытерли слезы – и вперед. Поплачетесь потом, – ревел Бешеный.

   – Тренер Бешан, у нас уже нет сил. Можно мы передохнем, сходим на обед? – нашелся смертник в наших рядах.

   – Есть тебе захотелось? Да? Отдохнуть? А твари ты тоже так скажешь? – вызверился Бешеный. И такая давящая энергетика от него пошла, что закопаться захотелось. Искры из глаз, волосы шевелятся, и я не уверена, что это от ветра. Пальцы сжаты в кулаки. Вот-вот сорвется, ударит осмелившегося. Тот уже по цвету со снегом может соревноваться, ни жив ни мертв стоит. По-моему, он готов в обморок упасть.

   – Простите его. Конечно, мы продолжаем, тренер, – влезла я, вызвав огонь на себя. Зря.

   – А ты у нас миротворцем заделался? Самый умный? Или самый глупый? Сам полосу сначала пройди. Ползешь еле-еле, на кольцах болтаешься, разгон берешь неправильно, даже центр тяжести сместить не можешь, ноги будто деревянные. Такими темпами откусят твари твою задницу, и все.

   И вот далась ему моя задница…

   Странно. Он подлетел ко мне еще на первых же словах, орет, нависает надо мной. Мне страшно и обидно, а в теле расползается тепло, член наливается кровью. Что за?..

   – Чего мнешься? Поссать твари тоже не отпускают. Жалкие слабаки, – выплюнул он мне в лицо. А у меня слезы на глаза навернулись.

   – Фу. Ты мне еще расплачься здесь, – скривился он. И так не особо красивое лицо стало вообще страшным. Ну что за человек! Хотя он и не человек. Мерзкий дракон.

   Отпустил он нас, вымотанных и выжатых, только два часа спустя. Может понял, что с каждой новой попыткой мы проходим полосу еще хуже и это ни к чему не привет, то ли еще чего. Было уже наплевать.

   И я впервые завидовала своим однокурсникам, которые, вымывшись, поползли по комнатам. Мне-то еще на кухню…

   Как итог, пара пирогов подгорела, одно мясо я недосолила, другое пересолила. Жуть. На меня смотрели жалостливо, даже отпустить пытались, но мы же гордые, никогда не отлыниваем.

   У нас ушло еще три дня, чтобы всей группой уложиться в две минуты. И уже хотели вздохнуть с облегчением, но…

   Он усложнил полосу препятствий, а время оставил то же. Теперь под сеткой была грязь вместо сухой земли. Под кольцами что-то булькало, и никто не хотел проверять на своей шкуре, что это. По верху стенки было размазано что-то скользкое, а груши стали качаться быстрее.

   Еще почти две недели издевательств. Причем он забрал у нас выходные. Парни выли, но что делать? И все чаще я стала замечать, что именно мне он отпускает больше всего своих едких комментариев. За что? Чего я ему сделала?

   Я больше не ходила с парнями в город. Я вообще выпала из реальности. Зато утро девушкой я встретила как благословение. Напилась таблеток и легла назад спать.

   – Смотрю кто-то сегодня довольный? Соскучилась по нам? — спросила меня шеф-повар, видя мою выспавшуюся и отдохнувшую мордочку. Я лишь кивнула, не могла же правду сказать.

   И еще два прекрасных дня. Без Бешеного и его издевательств. Только уже под вечер, когда возвращалась с кухни, я заметила его. Он шел, чеканя шаг, к воротам. Какого меня потянуло за ним – не знаю.

   – Ты не зверствуй уж с девушками. Они там уже воют, – проговорил мужик на воротах. Он был явно стар, поэтому ему никто не перечил. Здесь старость уважали.

   — Это их работа. И их никто не заставляет, – рыкнул Бешеный. И вдруг, будто почувствовав мой взгляд, обернулся.

   Я обмерла. Так страшно стало. Шок в шоколадных глазах, неверие. Он даже пару шагов в мою сторону сделал. А я не стала его ждать. Подхватила платье и рванула со всех ног. Благодаря ему же я теперь бегаю намного быстрее и ловчее.

   – Стой, – несся рык мне вслед, но он заставил меня лишь поднажать. Просто животный ужас охватил меня. Мыслей в голове не осталось. Только бежать.

   В свою комнату я ворвалась с бешено колотящимся сердцем и сбившимся дыханием. Я сидела у двери еще долго. Мне даже показалось, что он ходил по коридору. Ну не могли ребята просто так быстро и дружно спрятаться по комнатам. Просто в один момент хлопнуло сразу несколько дверей, а потом все стихло.

   Я тоже замерла и задержала дыхание, прислушиваясь к тяжелым шагам. И он даже дошел до моей комнаты. Остановился, один раз ударил в дверь. Конечно, я не открыла. Он еще немного постоял и ушел, резко развернувшись. Только сейчас я смогла нормально дышать.

ГЛАВА 10 (от Ризнора)

День, когда я должен был обрадовать своим присутствием людишек, не предвещал ничего особенного, но стал самым мерзким днем в моей жизни.

   Невнятный строй таких же невнятных слабаков. Нет, некоторые были вполне похожи на бойцов, но их было единицы. Остальные или низкие, или тощие, будто голодали всю жизнь, один, наоборот, толстый.

   Я обходил строй. И уже начинал злиться на наставника. Вот кого тут учить? Они же все, за некоторым исключением, ни на что не способны. Многие уже смотрят обреченно. Они понимают свою участь. Так зачем давать им пустые надежды?

   Но вот я увидел его. Светловолосый, высокий, но не особо, жилистый парень с невероятно красивыми голубыми глазами и длинными ресницами. Меня аж в пот бросило, так резко захотелось его прижать к себе и…

   Мозг уже рисовал картинки, как я его прямо тут хватаю и впиваюсь в эти мягкие розовые губки. Во рту пересохло. Дышать стало трудно. Штаны распирало. А я отказывался верить инстинктам.

   Истинная пара. Точнее, истинный. Это ПАРЕНЬ. Как так-то?

   Я никогда, никогда в жизни не интересовался парнями. Знаю, многие пробуют даже просто ради интереса. Но меня это никогда не привлекало. Что там может нравиться? Член и у меня есть. Мне нравятся мягкие женские округлости. Их приятно сжимать в руках. А здесь чего сжимать?

   Почему? Почему боги так ко мне жестоки? Да лучше бы вообще без пары меня оставили, чем так.

   Мало того, что истинная оказалась парнем, так он еще и простой человек, без магии. И он среди смертников. Это что за издевка судьбы?

   От переполнявших меня чувств я даже зарычал. На него. И он испугался. Правильно. Бойся меня, мальчик. Ненавидь. Так будет лучше.

   Настроение и до этого было не самым лучшим, а теперь и вовсе рухнуло ниже некуда. Я заставил их заниматься. Рычал на них, ругался. А самому было плохо.

   Дело в том, что истинная для дракона – это не только страсть, но и забота. Все мои инстинкты кричали о том, что ему больно, неприятно, он устал. Мне хотелось забрать его отсюда, запереть в безопасном месте и…

   Я не мог оторваться от него. Все смотрел и смотрел. Заставлял себя обращать внимание на других, хотел не смотреть, но не выходило. А эта его попка, когда он полз под сеткой, чуть не сорвала весь мой контроль. Упругие мягкие ягодицы ходили из стороны в сторону, заставляя сжимать кулаки.

   Как я выдержал это занятие, одним Богам известно.

   – Я не могу тренировать смертников, – влетел я в кабинет ректора, не постучавшись.

   – Почему? Мы же все с тобой обсудили. – Искреннее удивление на его лице резко сменилось беспокойством, – Что-то случилось?

   – Катастрофа. Моя жизнь просто летит в тартарары.

   Я стал ходить из угла в угол, как загнанный зверь. Именно им я себя сейчас и ощущал.

   – Объясни толком. Что могло случиться на одном занятии? – сказал он, а потом прикрикнул: – И сядь уже!

   Я резко остановился, но не сел. Подошел к столу, облокотился на него и выговорил сквозь зубы:

   – Боги надо мною поиздевались – вот что случилось. Я встретил истинного. Там, среди твоих смертников.

   – Истинный – это отлично. Ты же хотел избавиться от толпы женщин, что за тобой охотятся.

   – Хотел, но не так же. Не от всех женщин избавиться хотел. Ты хоть понимаешь, что моим истинным оказался, – мне даже пришлось сделать вдох перед тем, как произнести этот ужас, – парень. И он всего лишь человек!

   – Меня больше интересует, что из двух этих факторов тебя смущает больше. То, что он человек? Или то, что это парень? – На его лице появилась гаденькая улыбочка. Насмехается надо мной.

   Я рыкнул, треснул по его столу со всей силы и вышел. Только слышал возмущения за спиной и треск стола. Мелькнула мысль, что стол жаль, добротный был.

   Вечером я страшно напился, что не прибавило мне настроения утром. А постоянно мелькающий аппетитный зад вызывал такое дикое желание, что я мечтал о проклятых землях.

   Там нет времени думать о девушках, о сексе, только нескончаемые твари. И понимаешь, что соскучился по женскому вниманию, только вернувшись на каникулы. Я тогда думал, что полгода без секса – ад. Для страстных драконов это так. Но теперь я понимаю, что сексуальный ад у меня сейчас.

   День за днем я тренировал их так, как выносливых оборотней. И даже стал понимать, почему наставник считает, что мы их недооцениваем. Они не сразу, но справлялись. Мой парень лучше всех. Но я ему этого не говорил. Наоборот, ругал и подначивал постоянно. Это было моей защитной реакцией. Потому что не мог видеть, как он смотрит на меня с таким же желанием. Зато, когда я на него ору, в его глазах вспыхивают злость и решимость.

   Но однажды он чуть не сломал меня. Я в очередной раз выговаривал ему и подошел слишком близко. Меня обдало его запахом. Конечно, там был и запах пота. Но под ним угадывался легкий вишневый аромат с нотками сладости. У меня даже губы пересохли, так хотелось ощутить сладость этих розовых губок. А он стал переминаться с ноги на ногу. Мимолетный взгляд дал понять, что не один я возбужден до предела. Но я опять сказал гадость. Просто не мог иначе. А в его глазах стали собираться слезы. Мне было гадко от себя самого, и в то же время я понимал, что вместе нам не быть. Не могу я, и все тут.

   В этот же вечер я отправился в бордель. Истинным обычно не изменяют. Но это касается только тех, с кем прошел обряд. А без него, в принципе, при большом желании сможешь и с другими. Вопрос лишь в желании.

   Я снял сразу двух девушек, вполне отвечающих моим вкусам. Только все было не то. Нет, разрядки я достиг, но удовлетворения не было. На душе только гаже стало. Может быть, это вопрос практики? Надо чаще пар спускать.

   Но и через неделю ничего не изменилось. Девушки честно отрабатывали свои деньги, но я был недоволен. Мне стало казаться, что я схожу сума. Но озверел я в день, когда он не появился на занятиях.

   – Почему студента Катира нет? Спит?

   – Нет, тренер. Каждый месяц на три дня он уезжает в свой город улаживать какие-то дела. Ректор разрешил.

   Ах, ректор разрешил…

   – Где это мой студент шатается каждый месяц? – опять не постучавшись, вошел я в кабинет ректора.

   – Я не могу тебе этого сообщить. Просто прими как данность. Каждый месяц три дня один из твоих студентов будет отсутствовать. А что случилось? Почему тебя интересует именно Катир? Студентов мало?

   – Почему он не может делать свои дела в выходные? Он отрывается от учебного процесса. Как в таких условиях я могу его чему-то научить?

   – Он способный мальчик. Справится, не переживай.

   – Посмотрим. Так где он?

   – В родном городе.

   Вот же заладил. Почему такая тайна? Он что-то скрывает.

   И если я думал, что присутствие Катира меня раздражало, то теперь у меня крышу сорвало. Парни просто выли от меня. А когда привратник посмеялся над моими хождениями в бордель, аж порвать его захотелось. Спасло его только то, что я почувствовал взгляд. Чисто машинально повернул голову и встретился глазами с девушкой. Она была далеко, и все, что мне удалось разглядеть, – невысокий рост и полноту. Не в моем вкусе. Но от дежавю это меня не спасло.

   Огненная лавина прошлась по моим венам, будто снося всю кровь из организма к паху. Желание навалилось с такой силой, что ноги подкосились. Желание утащить к себе и защитить от всего на свете накрыло с головой.

   Истинная. Еще одна. Разве такое бывает? Ни разу не слышал о таком. Но это девушка, значит…

   Я сделал пару шагов к ней, а девушка подхватила полы платья и кинулась наутек. Я напугал ее, еще и рыкнув вслед. И сейчас у меня вынесло все мысли. Осталась только одна – догнать и не отпускать больше.

   Я кинулся за ней, но она, на удивление, очень быстро бегала, при таком-то весе. А когда она забежала в мужское общежитие и скрылась на этаже смертников, картинка стала складываться.

   Кто-то из этих людишек умудрился провести на территорию академии девушку. И скорее всего, она возвращалась. Это объясняло ее испуг. Но почему одна? Хотя это к лучшему. Если бы я встретил того парня, к которому ходила моя истинная…

   Удивительно было другое. Знакомый до боли запах привел меня к двери одной из комнат общежития. И я могу поклясться, что она скрылась за этой дверью. Но мне не хотелось в это верить.

ГЛАВА 11 (от Кати)

А утром, проснувшись снова мужчиной и не подозревая ничего особенного, я столкнулась с ним, едва открыла дверь. И ведь должна была тишина в коридоре насторожить, а нет.

   – Доброе утро, тренер, – проговорила я, облизнув вмиг пересохшие губы. Вот какого ты сюда явился? У меня же сегодня и так неспадающий стояк, а тут ты! Меня снова окатила волна жара, концентрируясь в паху. Стоит тут, смотрит на меня злобно, чуть не рычит, а у меня аж кожа зудит, как хочется к нему притронуться.

   – Девок в общежитие водишь? Совсем страх потерял? – рычит на меня. А у меня от его голоса все внутри вибрирует. Безумие какое-то. Что со мной?

   И ответ ему мой был не нужен. Он просто развернулся и вышел, чуть не вынеся входную дверь.

   – Бешеный – он и есть Бешеный, – проговорил кто-то.

   – Не дрейфь, – хлопнул меня кто-то по спине. Не знаю, что они видели и о чем думали. Но я стояла на месте еще несколько минут. Ноги просто не двигались.

   Теперь он вообще озверел. И я сейчас не говорю про то, что полоса опять усложнилась, обзаведясь острыми шипами, которые серьезно ранили. И не говорю о том, что появились тренировки с оружием. И конечно, нас оказалось нечетное число, и меня удостоили чести получать тумаки от самого тренера.

   Он просто измывался надо мной, будто мстя за что-то. Даже через три недели тренировок я не могла выстоять против него и минуты. Хотя я попросила парней понатаскать меня в этом.

   Поздним вечером теперь я тренировалась с парнями. Моз был более резким, подвижным, я редко за ним успевала. Некур был спокойным, терпеливым, объяснял хорошо. А с Эльфиром занятия у нас не шли.

   На первой же тренировке, поскольку они менялись, Эльфир поцеловал меня, а я ничего не почувствовала. Нет, я и раньше не испытывала к нему нежных чувств, но страсти это не отменяло. Раньше. Теперь же ничего. Просто прикосновение.

   – Эльфир, нам надо поговорить, – уперлась я руками ему в грудь, поскольку он меня обнимал.

   – Я знаю, что тебе тяжело, что времени нет совсем. Я подожду, дай только мне шанс, – тихо проговорил, пытаясь заглянуть в глаза. А я не могла на него смотреть, отводила взгляд.

   – Нет. В этом-то и дело. Я не буду тебе давать шанс. Я не люблю тебя и не полюблю. Не стоило тебя мучить с самого начала. Мы не пара. Я не хочу давать тебе ложную надежду.

   – Не все находят свою пару. Возможно, нам за всю жизнь так и не удастся этого сделать. Тем более что мы пойдем на войну. Мы можем скоро погибнуть. Зачем играть в благородство?

   – А с чего ты взял, что это благородство? Просто мне нужны чувства к партнеру. Я не могу так, как животные, чисто по физиологическому желанию, – повысила я голос, отталкивая его от себя. Не выходит у нас разговора.

   – Прости. Я давлю на тебя, – повинился он. Мой пыл тоже поутих. Стало стыдно.

   — Это ты меня прости. Все так сложно. Я вообще сейчас не понимаю, что со мной происходит.

   – Что случилось? Что-то болит? Может, к лекарю? Вдруг Бешеный повредил тебе что-то внутри, – тут же забеспокоился он.

   – Нет. Физически все в порядке.

   – Так в чем дело? Расскажи мне. – Он опять подошел очень близко и поднял мое лицо за подбородок, заглядывая в глаза.

   — Вот именно тебе это и не стоит говорить, – вздохнула я, опять отведя взгляд.

   – Ты влюбился? – спросил Эльфир, а у самого голос охрип.

   – Нет, – вновь помотала я головой и услышала облегченный выдох. – Странно, что при одном только виде одного мужчины меня в жар бросает и возбуждение накатывает такое, что ни стоять, ни сидеть невозможно. При этом мы и не знакомы с ним.

   – Ты счастливчик, – горько произнес он. Я от удивления подняла на него глаза. Какой еще счастливчик? А на его глаза наворачивались слезы.

   – Ты встретил истинного. Такая реакция может быть только на него. Поздравляю.

   – Какие-то невеселые поздравления, – пробормотала я.

   – Я рад за тебя. Просто для остальных, и для меня в том числе, ты потерян. Теперь ты будешь хотеть только истинного – и никого больше.

   – Как так? А если я его боюсь до усрачки? Как он может быть моим истинным? А я для него тоже истинный? Или это может быть односторонним?

   – Нет. Истинность всегда двусторонняя. Только чистокровные люди исключение. Если в тебе есть хоть капля крови другой расы или магия, то истинность будет.

   – Хочешь сказать, что он испытывает те же ощущения? – У меня был шок.

   – Да. И странно, что вы еще не переспали. Давно ты его встретил? Часто видитесь? Кто он?

   – Ничего странного. И прости, я не скажу, кто он. Встретил почти два месяца назад.

   – Ого. Долго ты сопротивляешься притяжению. А зачем? Что с ним не так?

   – Я его боюсь. Вот и все. Хватит об этом. А то Бешеный еще мне что-нибудь сломает.

   – У тебя был перелом? У наших в основном порезы. Переломы редко. Что случилось?

   – Получил кулаком в нос. Кулак оказался крепче, – усмехнулась я. Сейчас все выглядело не так страшно, а тогда…

   Я вздохнула спокойнее, когда разговор закончился, и мы стали путь вяло, но тренироваться.

   После этого разговора я стала внимательнее смотреть на Бешеного. Но ничего особенного с его стороны не находила. Он только злился и рычал.

   Однажды при тренировке он повалил меня на землю, приставив острие меча к горлу. Стоял и смотрел сверху вниз, выговаривая о том, какой я никчемный. А мне снизу был виден бугор в штанах. Неужели мое унижение его заводит? Да он извращенец.

   Я резко, как он же и учил, отвела лезвие и поднялась. Заслужила удивленный хмык только. Зато я опять злилась на него, на себя, на всю эту глупую ситуацию, а на свое тело больше всего. Потому что, пока я лежала перед ним, такая беспомощная, в паху стало больно, до такой степени было сильно желание. Вот что значит не дружить с собственным телом.

   А сегодня я опять девушка. И выходить из комнаты было безумно страшно. Я даже прибавила себе бородавок. Правда, всего две, но большие, заметные. Самой на себя смотреть противно. Может быть, и Бешеный не польстится, если увидит?

   Обедать убежала на кухню, пока были тренировки, а вот возвращаться предстояло вечером, когда занятий нет уже. Многие студенты гуляли в парке или еще чем занимались. Но и преподаватели свободны.

   Возвращение в комнату напоминало поле боя. Я передвигалась перебежками, крутя головой на все триста шестьдесят градусов. Все боялась его встретить. Обошлось. Но только я вздохнула, до двери оставалось несколько метров, как увидела его. В этот раз я не тормозила. Пара секунд, и я открыла дверь, влетая внутрь. Еще несколько секунд, и в дверь прилетает удар, а я одновременно с этим проворачиваю замок.

   Все. Спряталась. Опять сползла по двери.

   – Открой. Я не наврежу тебе, – раздался голос с той стороны. Он просил?

   Я молчу. Вообще не дышу. А он еще несколько раз ударил в дверь и ушел.

   На следующий день я попросила меня проводить. На меня странно посмотрели. Конечно, кто в здравом уме будет меня домогаться? И не буду же я им объяснять, что нашелся и на такое любитель.

   Но именно сегодня его не было. Где-то глубоко в душе я даже расстроилась.

   И на следующий день всю дорогу я его не видела. Но стоило только открыть дверь в наш коридор, как я заметила его. Он просто стоял около моей двери, пугая парней на этаже.

   – Привет, – низко пророкотал он мне. И это был дружелюбный тон. Он не рычал. Просто голос такой. А у меня внутри все завибрировало. Дыхание участилось, а ноги приросли к полу.

   – Здравствуйте, – проговорила я, сглотнув предварительно ком в горле. И тишина. Каждый стоит на своем месте и молча рассматривает другого.

   Сегодня он не изменил себе. Обычная футболка, только белоснежная. И брюки не спортивные, а черные, джинсового кроя. Волосы он собрал в низкий хвост. А мне до дрожи захотелось стянуть эту резинку и зарыться пальцами в эти блестящие пряди.

   А вот мой внешний вид ему явно не нравился. Губы сжаты, грудь ходит ходуном, пальцами вцепился в бедра.

   – Меня зовут Ризнор Бешан. И ты моя истинная, – проговорил и смотрит. Чего ждет?

   – Кати, – выдавила я. И тоже стою жду. Чего он от меня хотел? Перегородил мне вход в комнату, а бежать уже бесполезно.

   – Пригласишь? – махнул он головой на дверь. – Или кузен против?

   Так он выяснил, что Катир и Кати кузены, а не любовники. Это хорошо. Может быть.

   – Не против. Если хотите. – Я сделала несколько шагов в его сторону, но он не сдвинулся с места. Только выдохнул шумно.

   Под этим взглядом пришлось открывать комнату. А пальцы тряслись. Я не хотела и одновременно хотела пускать его в комнату, где мы останемся вдвоем.

   Открыла перед ним дверь. Стою жду. Может, уйдет? Нет. Молча вошел внутрь, стал оглядываться. И принюхиваться.

   Я вошла следом. Пришлось прикрыть дверь. Что дальше?

   – Часто здесь бываешь? – спросил он, не поворачиваясь ко мне.

   – Раз в месяц, – пожала я плечами, хотя он этого и не видел.

   – А ощущение, что ты живешь здесь постоянно. Везде твой запах.

   Я не успела ничего даже ответить, как он меня огорошил:

   – Что вас связывает? Вы любовники?

   – Мы кузены, – выдохнула я. Как можно предполагать такой бред? Оказалось, можно.

   – И что? Мой дядя женат на кузине. И вполне счастлив, полагаю. – Он наконец-то развернулся ко мне лицом.

   – Между нами ничего такого нет, – решила не нагнетать я. Видно же, что ему это важно. Но он только сильнее напрягся. Почему? Не верит?

   – Вы хотели поговорить, – напомнила я.

   – Да. Как я уже сказал, ты для меня истинная. Не знаю, чувствуешь ли ты что-то, ведь магии в тебе нет. Очень неприятно, что ты простой человек, но ничего не поделаешь. – Он даже плечами пожал.

   Мне так обидно стало. Я типа не котируюсь?

   – Я ни в коей мере не навязываюсь вам. И не задерживаю. – Я даже нащупала за спиной ручку и слегка открыла дверь. Хотя не сдвинулась с места.

   – А это не наш выбор. Так распорядилась природа. И нам с этим жить. В общем, так. Я предлагаю тебе переехать отсюда в мой городской дом. Он недалеко от академии. Ты сможешь заниматься всем, чем захочешь. Нуждаться тоже ни в чем не будешь.

   Отличное предложение, но не очень похоже на признание в любви или предложение руки и сердца.

   – Зачем? – решила я сыграть непонимание.

   – Ты знаешь, кто такая истинная? – рыкнул он. Ага, опять начинается. Чего же ты злишься?

   – Половинка души. Идеальный партнер и супруг.

   Про половинку души, конечно, я загнула, а остальное вроде бы правда. Но почему-то сомневаюсь. Или на мне мироздание сбоит?

ГЛАВА 12 (от Ризнора)

Сначала я хотел просто уйти, а потом решил удостовериться или опровергнуть свои догадки. Уж очень не хотелось связываться с продажной или просто падкой на мужчин женщиной.

   Я, как последний дурак, прокараулил полночи недалеко от входа в общежитие. Но так и не дождался никого. Она не выходила больше. Тогда я решил прийти в общежитие еще до подъема, чтобы застать ее.

   Человечки, увидев меня в своем коридоре с утра пораньше, чуть не обмочились. Я был злой и невыспавшийся. И они всегда обоснованно меня боялись. Поэтому и сейчас чуть не по стеночке ходили. Меня только веселила такая реакция. А вот когда в дверном проеме нужной мне комнаты нарисовался этот мальчишка, я просто озверел.

   Мои худшие предположения подтвердились. Моя истинная спит с этим сосунком. Причем на постоянной основе, потому что от него пахнет её запахом. Вот почему я так на него реагирую. Он просто весь пропах МОЕЙ женщиной.

   Чтобы не придушить его здесь и сейчас, я резко развернулся и вышел. Сегодня я зверствовал? Да. Я дал им полосу препятствий, заранее зная, что они не способны ее пройти? Да. Я осознавал это, но ничего не мог с собой поделать. Мне хотелось его наказать. Наказать за все. За моё мнимое влечение к нему. За то, что прикасается к женщине, которая самими богами предназначена мне. За то, что она сбежала от меня как от огня. За то, что сегодня я не смог ее даже увидеть. Кстати, почему? Когда же она от него уходит?

   Новые вопросы только вызывали новую волну злости. Спрашивать его о ней я не стал. Вот еще, унижаться перед ним. Я старался вечерами задерживаться на территории, но больше не видел ее. Неделю продлилось мое терпение. Потом я отправился к ректору. Доносчиком никогда не был, а тут придется. Мне нужен еще один рычаг давления на парня.

   – А ты знаешь, что как минимум один твой студент водит на территорию академии девушек? – задал я вопрос Увакиру после расшаркиваний об успехах моих студентов.

   – Не может этого быть. С чего ты взял? – искренне удивился он.

   – Сам видел девушку, входящую в общежитие.

   – Полненькую и с бородавкой? – уже спокойнее уточнил ректор. А я заподозрил неладное. Лица-то я не разглядел, но она точно полненькая. Мелькнула мысль, что позднее обязательно заставлю ее сбросить десяток-другой килограмм. А пока…

   – Я не видел лица. Но да, она толстая.

   – Это Кати, кузина Катира Ципока. На время, когда он вынужден уезжать, она заменяет его на кухне. И да, живет в его комнате. Поэтому и соседа я ему не подселял. Насколько мне известно, студенты отнеслись к ее появлению с пониманием. Приставаний к ней нет. Нареканий к работе тоже.

   – Подожди. На какой еще кухне, – теперь пришла моя очередь удивляться.

   – Как какой? Нашей, конечно, – он вздохнул тяжело, будто несусветную глупость объясняет. – Дело в том, что Катир не только студент, но и сотрудник. Он работает на кухне на полставки. Кухонные его хвалят, но не говори ему об этом.

   – А когда же он учится, если полдня работает?

   – Самостоятельно. Вечерами. Что тебя смущает?

   – Я думал, что твои студенты нашли способ проводить девиц на территорию.

   – Похвальна твоя забота о студентах. Но в данном случае все исключительно с моего разрешения. Да и бывает она здесь всего ничего.

   Мои подозрения об их связи никуда не делись. Мало ли. Зато стало понятно, кто она и когда здесь бывает. Как только Катир не появится на занятиях, значит, она будет здесь. Мне остается только ждать.

   В день, когда это случилось, я просто с ума сходил от необходимости вести занятия. А тут еще Делан пристал со своими советами. Одним словом, до обеда я с ней увидеться не смог. Зато вечером собрался идти сразу к общежитию. Но меня вызвал ректор.

   – Что-то срочное? – спросил я раздраженно, входя в кабинет.

   – Да. Тебе нужно поговорить с королем. Вот, – протянул он мне конверт, – завтра очередной приём во дворце. И твое присутствие обязательно. Уладь уже эту ситуацию хоть как-то. У меня нет ни сил, ни времени за тебя отдуваться. Они же с твоим отцом мне все высказывают.

   Я кивнул, забрал конверт, который тут же, не читая, сунул в карман, и вышел. Она уже могла пройти. Не буду же я ломиться к ней в комнату. Дико как-то.

   Я заметил ее недалеко от входа в общежитие. Мне оставалось всего ничего. Какие-то жалкие полсотни метров. Но именно они нас разделили. Девушка меня заметила и опять очень быстро для ее комплекции, да и девушки в целом, скрылась за дверью комнаты. Я даже слышал, как щелкнул замок.

   – Открой. Я не наврежу тебе, – попросил в надежде. Но нет. Я еще постоял немного, развлекая нечаянных свидетелей, и был вынужден уйти ни с чем.

   На следующий день сразу после занятий пришлось улетать в драконьи земли. Дядя прислал письмо в ультимативной форме. Отказывать было нельзя. И от этого я опять злился. Ведь еще один день потерян. И сегодня мне не удастся с ней поговорить.

   На крыше учебного корпуса есть специальная взлетная площадка для таких случаев. Да и вообще обзор отличный. Вот отсюда, с небольшой, но все-таки высоты была хорошо видна вся территория академии. А после оборота мое зрение стало в несколько раз острее, поэтому я заметил ее в окне кухни. И даже замер ненадолго. Она с кем-то разговаривала и улыбалась, при этом что-то нарезая. В этот момент она не казалась такой уж отталкивающей. Милая пухленькая девушка, даже не подозревающая, что один дракон сходит по ней с ума.

   Хорошо, что она отошла от окна, а то я бы и не улетел вовсе.

   Полет для дракона – это всегда прекрасно, единение с миром. Непередаваемое ощущение потоков воздуха, который бьет тебе в лицо, обтекает тело, пружинит под крыльями. Ты летишь, разрезая воздушную массу. И ощущение свободы захлестывает тебя с головой.

   Каждый раз я наслаждался полетом, но не сегодня. Я улетал от той, к которой взывала моя сущность, даже круг над академией дал. На мгновение мне захотелось, чтобы она выглянула в окно, увидела меня, восхитилась. Такое детское несерьезное желание. Но она не выглянула.

   С тяжелым сердцем и мыслями я летел в родные земли. После последних событий вообще не хотелось даже приближаться к дворцу. Но надо.

   Опустился на дворцовой посадочной площадке. Залетать домой не стал, поскольку во дворце у меня есть свои покои. Есть где привести себя в порядок. А разряжаться я не собирался. Ко мне тут же подскочил лакей, залебезил, не поднимая глаз. Вот за это я тоже не люблю дворец.

   Только успел принять ванну, как явился отец. Я, в принципе, ожидал этого визита, но все же не был готов. Морально не готов к тому, что он мне приготовил.

   – Здравствуй, сын, – начал он, сразу садясь на диванчик в гостиной.

   – Здравствуй, – буркнул я.

   – Ты не в настроении, смотрю.

   – И как ты догадался. Отец, давай без отступлений. К делу.

   – Вот всегда ты так. А как же спросить, как у нас с матерью дела? Узнать о здоровье?

   – А я и так знаю, что с вами все в полном порядке. А уж о здоровье узнавать раньше двухсот лет не имеет смысла, – хмыкнул я.

   – Вот и вся сыновья забота, – наигранно вздохнул он.

   – Какой есть, – развел я руками. Зачем этот спектакль? – Давай к делу.

   – Ну хорошо. Сегодня прием по поводу дня рождения твоей кузины, если ты не забыл, – проговорил отец с каким-то намеком, а я не понимал.

   – Я помню. Подарок у меня есть.

   – Мы тут подумали с братом, что сглупили с этими отборами и прочим…

   – Наконец-то, – вздохнул я с облегчением. А зря.

   – Не перебивай, – прикрикнул отец, – Да. Мы чуть не пропустили самое важное. Тесара принцесса, но занять трон не может. Если у брата все-таки не родится сын, трон перейдет к тебе, как старшему наследнику по мужской линии.

   – Это мне известно, – тяжело вздохнул я.

   Не нравилось мне это. Ну не хотел я быть королем. Поэтому искренне надеялся на младшего кузена. Только вот больше никто моих надежд не разделял. Еще бы, королю уже сто пятьдесят лет отметили. Моему отцу на следующий год сто тридцать отмечать будем. Какие тут дети…

   – Знает он, – всплеснул отец руками и поднялся с дивана, а я так и не сел. – Когда ты уже это примешь? Мы с братом не молодеем.

   – Чего ты от меня хочешь? – проговорил я сквозь зубы, начиная злиться.

   – Чтобы ты перестал искать утопию. Не всем дано встретить истинную. – Он поднял руку, не давая мне опять его перебить. – Многие создают крепкие браки и без этого. Мы с твоей матерью – пример.

   Он набрал в грудь воздуха и просто убил меня своим решением:

   – Поэтому сегодня ты сделаешь предложение Тесере. Так и трон в семье останется, и она перестанет беситься.

   – Нет, – только выдохнул я.

   – Это не обсуждается. Наш род ослаб. Нам нужны наследники крови. А вы оба не желаете вступать в брак, все тянете. Тесеру уже поставили в известность. Она не против.

   – Нет, – еще раз повторил я, – я не женюсь на ней. Как вы не понимаете? Может быть, именно поэтому нас стало так мало. Мы пытаемся сохранить кровь в семье, женим близких родственников.

   – Ой, давай не будем. Во все времена были браки между кузенами, и ничего.

   – Даже если бы и так, то вы опоздали, – я решил пойти ва-банк, – я встретил истинную.

   Надо было видеть глаза отца. Мне удалось его шокировать. Некоторое время он открывал и закрывал рот, не в силах что-то произнести. А я опять рано расслабился.

   – И где же она? Почему не прилетел с ней? Напрасно ты отпираешься. Сочиняешь тут. Решение принято. И его не изменить твоими фантазиями.

   Теперь я задохнулся от возмущения. Мне просто не поверили!

   – Сегодня будет объявлено о вашей помолвке, хочешь ты того или нет, – хлопнул он обеими руками по спинке дивана.

   – Отец, я не врал. Я действительно встретил истинную. Просто там пока сложно все. Не смог привести ее.

   – Вот когда приведешь, тогда и поговорим. А сейчас ты меня услышал. – Он развернулся к выходу, уже взялся за ручку двери, как решил добавить: – И я бы посоветовал тебе переговорить перед приемом с королем и его дочерью.

   А из моей груди вырвался рык. На руках даже когти отросли. Внутри все горело от негодования.

   Я бесился. Да! Диван был порван и разломан в щепки. Та же участь постигла и кресло. Журнальный столик просто смял. Стенам от меня тоже досталось. В общем, когда я немного успокоился, выпустил пар, гостиная в моих покоях напоминала поле брани.

   И конечно, разговаривать ни с кем я не собирался. Особенно с этой напыщенной сукой Тесерой. Терпеть ее не могу. Она уже давно решила, что будет править сама, пусть и при муже. Она решила выйти замуж за тюфяка, которым будет управлять. И страной заодно. Когда до нее донесли истину о том, что ей власть достанется только в случае отсутствия других наследников мужского пола, она начала охоту на меня.

   Это сейчас разница между нами не заметна. Она старше меня всего на пять лет, что для дракона пшик. Но тогда я был еще мальчишкой, занимался военным делом. Власть меня никогда не интересовала, а тогда тем более.

   Первые покушения на мою жизнь удалось отбить, потому что она меня недооценила, да и не нанимала профессионалов. После трех попыток до нее дошло, что нужен профи. Вот теперь мне стало не до игр. Следующее покушение уже было более успешным. Меня серьезно ранили. Даже учитывая драконью регенерацию, мне потребовалось две недели, чтобы полностью восстановиться.

   Наставник после этого отправил меня в проклятые земли впервые. Конечно, в самую гущу событий меня не пускали. На передовую я впервые попал только десятилетие спустя. А тогда меня вот так оригинально спрятали и дали возможность повзрослеть. Я провел там пять лет. И ни один здравомыслящий наёмник не сунулся в проклятые земли. Ибо это непреложный закон: те, кто воюет с тварями в проклятых землях, неприкосновенны.

   По возвращении в драконьи земли попытки убрать меня возобновились, только стали изысканнее, что ли. Теперь она прекрасно понимала, что боец я отличный и просто так избавиться от меня не удастся. Теперь меня соблазняли, а потом травили или пытались зарезать. Только и я все это уже просек. Я имел всех, а потом выгонял их из своих покоев, стараясь не есть и не пить с ними ничего.

   Помнится, одна оказалась очень настырной. Сначала я даже не заподозрил в ней убийцу. Мы встречались, она действительно увлекла меня. Нежная и хрупкая на вид, она была тигрицей в постели. Но по истечении трех месяцев я расслабился, оставил ее в своей постели. Эта ошибка чуть не стоила мне жизни. Девушка дождалась, когда я крепко усну, вытащила откуда-то кинжал с лезвием, обмазанным специальным ядом. Только выработанная с проклятых земель привычка просыпаться от малейшего прикосновения спасла меня тогда. И хотя она успела меня зацепить и даже яд проник в кровь, целители смогли меня вытянуть.

   Только после этого за все эти случаи взялись серьезно. В смысле король наконец-то понял, что его дочурка не святая. Оказалось, что во все предыдущие расследования она тоже совала свой хитрый нос. После этого её на пять лет отстранили от двора, отправив в специальную школу. Только вернулась она оттуда еще более умной и злой на меня. И да, я просто сбежал опять в проклятые земли, не желая узнавать, насколько она хочет стать королевой.

   А теперь эти умники собрались нас поженить. Типа мы от этого примиримся и влюбимся. Сумасшедшие! Теперь ОНА может получить желаемое. Я еще не стал самоубийцей.

   Несколько раз глубоко вздохнул, придя к выводу, что к королю идти нужно. Причем срочно, пока они действительно не объявили помолвку.

   Собраться и дойти до кабинета дяди ничего не стоило. Только он был занят. Пришлось ждать.

   – Приветствую тебя, племянник!

   – Здравствуй, дядя, – кивнул я.

   – Я даже догадываюсь, чем обязан столь внезапному визиту, – улыбнулся он. Еще и ехидничает. Силой воли подавил вновь поднимающуюся злость.

   – Это прекрасно. Тогда ты знаешь, что я не женюсь на твоей дочери. Ни при каких условиях.

   – Это политический брак. Никто не говорит тебе…

   – Что? Заводить любовниц? Я не об этом. Зачем этот брак? Ели ты решил передать ей трон, то просто сделай это, и все. Или убей меня, если не принимаешь мой отказ от трона, который я давно уже написал.

   – Отказ не принимаю. И убивать тебя не собираюсь. Ты несколько импульсивен, но будешь достойным королем. Я верю в тебя.

   – Я не хочу быть королем в принципе. А класть свою жизнь на алтарь амбиций Тесеры тем более.

   – Ты не прав. Она сильно изменилась.

   – Конечно. – Меня аж перекосило.

   – В этот раз я гарантирую тебе, что она не будет покушаться на твою жизнь. Мы подпишем брачный и наследный договор, по которому в случае твоей кончины она отстраняется от власти.

   И главное, что говорил он это так серьёзно. Сил нет просто. Я рассмеялся зло, обреченно.

   – Зря смеешься. Я серьёзно. Ни она, ни ты не собираетесь вступать в брак, а время идет, род теряет позиции.

   – Так выдайте ее замуж за кого-то приближенного. При чем здесь я? К вашему сведению, я встретил истинную.

   – Брат сказал уже. Но даже если это так, нужно было привезти ее сюда. Познакомить с родственниками. А раз не сделал… – Король пожал плечами и откинулся в своем кресле.

   – Я не мог ее привезти. Нам поговорить-то нормально пока не удалось. Куда уже тут везти, – я даже повысил голос, злясь на себя и на них с отцом.

   – Не забывайся! – прикрикнул и он на меня.

   – Извините, – выдохнул я. Вот всегда с ним так. Пока ты нужен, соглашаешься – племянник, как только против его действий – подданный.

   – Мы можем отдельно с тобой и Тесерой проработать договор, прописать все нюансы, – подался он ко мне, поставив локти на стол.

   – Я. Встретил. Истинную, – проговорил я сквозь зубы.

   – Ну хватит, – хлопнул он по столу, – я не принимаю больше отговорок. Не хочешь по-хорошему – придется подчиниться на моих условиях. Свободен!

ГЛАВА 13 (от Ризнора)

Я встал, отвесил положенный кивок и вышел. Не удержался и хлопнул дверью. С ладоней закапало. Остановился посреди коридора, прикрыл глаза, сделал глубокий вдох-выдох и разжал ладони, вынимая отросшие когти. Мне потребовалась пара минут, чтобы регенерировать и попытаться собраться с мыслями. Пока в голове было пусто. Только злость клокотала внутри.

   Не стал заходить в свои покои, иначе мог вообще не пойти на это мерзкое мероприятие. Чеканя шаг, я шел вперед, распугивая встречных слуг и придворных. Видимо, мое настроение вырывалось наружу. Плохо. Потерять контроль, как юнец, мне не хотелось бы. Пришлось остановиться еще раз.

   – Привет! – раздался веселый голос Насара. Друг детства был настолько же довольный, насколько я злой. – Оу! – воскликнул он, когда я одарил его тяжелым взглядом. – Что случилось?

   – Привет! Я в заднице. Полной.

   – Аппетитной? – приподнял он бровь.

   – До тошноты.

   – Даже так? Пойдем выпьем? – Он похлопал меня по спине, заворачивая в другой коридор. Было у нас с ним свое место. Правда, после его женитьбы на эльфийке и из-за моего постоянного отсутствия в драконьих землях бывали мы там редко.

   В полной тишине мы прошли в другое крыло, спустились в цокольный этаж и оказались в тренировочных. Именно здесь была небольшая комнатушка, которую мы давно облюбовали и обустроили. Теперь это была не каморка с единственным окошком под потолком. Теперь здесь стояли два удобных кресла, маленький столик на одной ноге и бар до самого окошка.

   – Рассказывай, – произнес Насар, как только плюхнулся в кресло. Это был намек, что выбор напитка за мной. Я принял это. Достал из бара сутару и два бокала.

   – Все настолько плохо? – удивился друг, оценивая мой выбор.