Оглавление
ГЛАВА 1. Сделка
— Ты мне подходишь, — задумчиво произнёс Лайонс. — Выбора всё равно нет.
Тёмный коридор, симпатичный парень рядом и я, трое суток нормально не спавшая, — вот она, романтика.
— У тебя — нет, — я улыбнулась. — А у меня с мозгами всё в порядке. Дай пройти.
— Притормози, — одногруппник преградил дорогу.
В карих глазах заиграли языки пламени. Бездна, он ведь не серьёзно? Контроль — первое, что вбивают в головы боевиков. Им с детства прививают ответственность за свой дар. Особенно тем, у кого главенствующая стихия — огненная. Но передо мной стоял единственный в академии боевик, который не мог обуздать силу.
Говорят, дар Марка настолько велик, что ему уже сейчас готовят место при дворе. Говорят, он один может справиться с небольшой группой боевиков. Говорят, ректор лично озаботился тем, чтобы Лайонс никого не убил на предстоящих Играх.
Судя по всему, это и привело первого красавчика академии ко мне.
— Назови цену, Хайм, — Марк склонил голову на бок. — Ты ведь знаешь, что на кону. Не отказывай мне.
Я огляделась. Бездна! Как по мановению волшебной палочки, в коридоре не было ни души. Очевидно, что великий и ужасный решил дождаться меня возле библиотеки. Да, я одна из тех сумасшедших, что сидят в читальном зале до закрытия. И жалела о своей привычке впервые в жизни.
— Ничего личного, Лайонс, но мой ответ ты уже слышал, — я поправила на плече лямку сумки и попыталась обойти назойливого однокурсника. — До завтра.
— Почему нет? — он поймал меня за руку. — Лучший факультет, блестящие перспективы. Ты тоже только выиграешь от нашего сотрудничества.
— Почему? — вырвала руку из его захвата и посмотрела в глаза. — Причина первая — тридцатое марта. Помнишь тот день? Нет? А я помню. Я завалила экзамен по иноземным практикам, потому что ты был не в настроении. Спалил долбанную лестницу в нужном мне крыле. Неявку сочли провалом. Причина вторая — тридцать первое марта. Я имела наглость высказать, что ты засранец. Помнишь, чем это кончилось? Ты поджёг мою косу, недоумок. Причина третья — первое апреля. День дурака. Твой профессиональный праздник.
— И сжигание твоего чучела во дворе, — Лайонс напряжённо кивнул. Смотрел на меня внимательно, будто пытался найти иной ответ. — Но было весело, признай.
— Катись в Бездну! — прошипела я и снова попыталась обогнуть боевика. Передо мной выросла стена! Языки пламени до самого потолка. — Это нарушение Устава, придурок. Тебя могут отчислить. Одна жалоба ректору — и ты вылетишь из академии.
— Ты не сдашь меня, — Марк усмехнулся, сложив руки на груди. — Но даже если сдашь, меня так и так могут отчислить. Хайм, ты же знаешь, почему меня здесь терпят. Уровень моего дара позволяет рассчитывать на победу в Играх. Потом — на место при дворе. Таких самородков мало, нас берегут. Но терпение ректора не бесконечно. Количество моих срывов близится к критическому. Ещё два-три случая, и я действительно вылечу. Мне нужна… Компаньонка. И я знаю только одного человека в академии с достаточным уровнем магии.
— Нет, — в сотый раз повторила я. — Даже если отбросить наши с тобой милые отношения и рассуждать исключительно логически, становится ясно, что, во-первых, мне не нужен ты и твои Игры. Во-вторых, мой уровень — уверенная шестёрка. Чтобы помочь тебе с контролем нужна минимум десятка.
— А вот теперь мы подходим к самому интересному, — Лайонс встал, расставив ноги шире обычного. Показная уверенность Марка бесила меня больше всего остального. Даже когда он срывался, подавал свою слабость окружающим, как выходку самовлюблённой сволочи. Якобы так он и планировал. Пусть все видят, насколько он силён! — Знаешь, если бы вдруг я узнал, что кто-то с нашего курса намеренно занижает свои результаты на тестах, был бы обязан доложить ректору. Безусловно, правило относится больше к случаям, когда итоги пытаются неоправданно завысить, но и обратная ситуация, я думаю, под предусмотренную Уставом норму подпадает.
— Ты псих?
— Да, Хайм. Я псих. Потому здесь и стою, — он сжал кулаки. — Я пять лет пытаюсь научиться контролировать своё пламя, но оно сильнее меня. Бездна! Ты нужна мне. Понимаешь?
— Понимаю, — мою усталость выдал тяжёлый вздох. — Но ты мне не нужен, Лайонс. Слушай, Марк, твои трудности с гневом не моя проблема. Выбери напарника из своих. Уверена, Жасмин с удовольствием займётся твоим душевным здоровьем. А ещё лучше используй Итана. Он второй на потоке по силе.
— Итан решил играть против меня, — Лайонс неприязненно поморщился. — Жасмин ушла к нему. Остаёшься только ты, Камилла.
— Надо же, ты снизошёл до обращения по имени! Какая честь для меня. Пойду домой, порыдаю от восторга!
— Хайм, я могу быть очень настойчивым, — Марк сильнее сжал мою руку и изогнул тёмную бровь. — Могу начать копать так глубоко, что с головой засыплю тебя землёй. Я наблюдал за тобой. Сначала ждал, что будешь мстить, а потом стало интересно, чем таким ты занимаешься, что сутками сидишь в библиотеке. Я узнал достаточно, чтобы организовать тебе отчисление.
Я бы испугалась, если бы не была уверена в своей осторожности. Преподаватели или ректор ещё имели шансы что-то узнать. Но Марк? Нет. Он ни за что и никогда не соотнес бы в своей голове, зачем я ищу всю эту информацию. Нет. Вероятность того, что он не блефовал — почти нулевая. Почти...
— Ты мне угрожаешь, морда огненная? — я прищурилась, чувствуя, как нагревается его ладонь. Лайонс снова терял контроль! — Сожги мне рукав, и я с удовольствием помашу тебе белым платочком на прощание, когда будешь уезжать из академии.
Он закрыл глаза и шумно выдохнул.
— Пожалуйста, Хайм.
Голос Лайонса впервые за время нашего общения звучал обреченно, а не высокомерно. На мгновение я увидела в нем совершенно другого человека. Такого же напуганного собственной силой. Такого же уставшего и злого на весь мир. Внезапная ассоциация и стала для меня точкой невозврата.
— Досчитай от десяти до одного, — посоветовала я, нехотя подошла на полшага ближе к Марку и прикрыла глаза. — Скажи, когда возьму слишком много.
Магия сокурсника была горячей, почти обжигающей. Тянулась тяжело, будто густую сметану пытались пропустить через соломинку. Я чувствовала, как сопротивляется его резерв, слышала звон колокольчика где-то рядом.
— Хватит, — выдохнул Марк, отступая на шаг. — Это неприятно.
— А я тебе удовольствие доставлять не нанималась, — фыркнула я. — Хочешь, чтобы я стала твоей компаньонкой? Хорошо. Но на моих условиях. Ты расскажешь всё, что обо мне узнал. Если есть доказательства, уничтожишь их. А после принесёшь клятву безмолвия. Я не хочу каждую ночь засыпать с мыслью, что ты меня предашь.
— А взамен ты поможешь победить в играх?
— Да, — я кивнула. — Помогу. Конечно, не в ущерб своим делам.
— Договорились, — Марк отпустил меня и протянул ладонь.
— Просто сделай так, чтобы я не пожалела о своём решении, — ответила я и пожала руку однокурсника.
ГЛАВА 2. Первая тренировка
Мы с Марком договорились встретиться в первом тренировочном зале. Он был защищён экранами, впитывающими магические удары разных уровней. Меня такая изоляция не защищала, а вот имущество академии — более чем.
— С чего начнём, Хайм? — Лайонс лениво оглядел пустой зал.
Я пришла сюда заранее и убрала весь инвентарь. Даже цели со стен поснимала и деревянных мальчиков для битья перенесла в подсобку.
— С самого начала, — я уселась на пол, скрестив ноги, и взглядом показала, что напарник должен последовать моему примеру. — Что тебе известно обо мне?
— Ты копаешь под культистов, — огневик подчинился и сел напротив. — Что накопала — понятия не имею. Но записи в журнале и следы на твоей читательской карте не совпадают. Скорее всего, ты берёшь одни книги, а архивариус записывает другие.
— По-твоему, госпожа Всиан помогает мне собирать информацию о культистах? — я рассмеялась. — Это всё?
— Да. Про уровень дара, заниженный на тестах, я говорил. Объяснишь, в чём дело?
— В том, что ты блефовал, — я положила руки на колени. — Клятву безмолвия. Потом расскажу.
Марк несколько минут смотрел на меня, раздумывая, стоит ли уступать. Я тоже разглядывала напарника. Если бы видела его впервые, могла бы назвать мужественным. Правильные черты лица, лёгкая небритость и огонь в карих глазах. Уголки на их дне тлели всегда, а когда Лайонс начинал злиться, вспыхивали натуральным пожаром. Марк не носил модный низкий хвост, но и не стриг волосы по-военному коротко. Выбирал нечто среднее, будто отдавал дань уважения традициям, но и совсем уж отставать от моды не хотел. Забавно, потому что обычно компромиссы ему совсем не давались.
— Клянусь хранить твои тайны до последнего вздоха, — наконец-то решился боевик. — И если я лгу, то лишусь собственного языка.
— Ладно, — я немного расслабилась и даже позволила себе улыбнуться. — Я пишу диплом о культистах. За два года забила тему, но магистр Дирт попросил хранить её в секрете, чтобы другие золотые дипломники не мешали. Сам знаешь, какая тут конкуренция.
— То есть никакой большой и страшной тайны? — Марк недовольно нахмурился. — Ради этого ты согласилась мне помогать?
— Да. А ещё мне интересно попробовать. Помнишь мою сестру? Мы собирались на боевой факультет. Она сильный огневик, а я средней руки дуал с неплохим уровнем конверсионного дара. Когда сестра ушла из академии, я решила развивать свой стихийный дар, а не конверсионный. Работать с кем-то кроме неё? Нет, я не хотела.
— Ты старше на год. Допустимая разница, — Марк удовлетворенно кивнул, не заподозрив обмана. — Хорошо. Значит, ты просто хочешь проверить силу на мне?
— Именно так, — я тяжело вздохнула. — Мне нужно знать, как ты работал с Жасмин. Через телесный контакт или на расстоянии ваша связь тоже качала энергию?
Он повеселел, улыбнулся издевательски задорно и объяснил причину:
— Мы работали только через очень тесный телесный контакт.
— Во время боя "очень тесный телесный контакт" затруднительно обеспечить, — нахмурилась я.
— Поэтому мы обеспечивали его заранее.
— Она забирала излишки энергии накануне? — я удивлённо изогнула бровь, совсем как Марк вчера ночью. — Бессмысленное занятие. Ты её аккумулируешь, как мощнейший генератор!
— Да, — Лайонс развёл руками. — К тому же процесс был довольно неприятный, поэтому приходилось облегчать ощущения. Сама понимаешь, каким образом.
Я понимала, да. Это то, о чём шепчутся все в академии. Фактически работа в связке — один из способов узаконить разврат в академии. Либо так, либо через брак. И мне стоило подумать о своей репутации раньше. Теперь все сочтут, что я любовница Марка.
— Больнее, чем вчера? — я тряхнула головой, избавляясь от мыслей о своём реноме.
Переживу это пятно на своей части как-нибудь. Слухи, которые ничем не подкреплены, быстро утихнут.
— Раз в пятнадцать, — прикинул огневик.
— Всё ясно. Жасмин бездарь, а ты идиот, — я закатила глаза. — Боги, вы хоть бы почитали о дуалах перед тем, как лезть в это. Если у неё есть небольшой конверсионный дар, это не значит, что она без подготовки сможет глушить твои всплески!
— А ты? — веселье Марка как рукой сняло. Он напряжённо смотрел мне в глаза, будто пытался склонить к нужному ответу. — Ты сможешь?
— Мой стихийный дар — шестёрка. А конверсионный — дюжина, — огорошила я напарника. — Если выстроим схему, выработаем связь и научимся действовать сообща — ты получишь своё место при дворе.
— Двенадцать? — уточнил Лайонс, пытаясь нащупать мой уровень магии. — Да тебя с такой силой давно бы в дуалы перевели! Не может быть, чтобы никто не заметил!
— У Шарлотты был пятнадцатый, я с её срывами справлялась. Значит, минимум двенадцатый, — я размяла шею. — Будем дальше обсуждать, насколько я крута, или перейдём к делу?
— От скромности не помрёшь, — он улыбнулся. — Я уже давно в полной боевой готовности, если ты понимаешь, о чём я.
— Пошляк. Так, ладно, начнём с вводной лекции, раз уж вы с Жасмин не умеете читать. Что ты знаешь о дуалах?
— Дуалы — это парники разных комбинаций. Как правило, один активный, а второй прикрывает тыл. Ну и в случае с огневиками нужен “глушитель”, чтобы контролировать всплески магии.
— Поздравляю, твои знания ниже уровня первокурсника, — я потёрла виски пальцами. Боги! За что мне это? — Дуалы не просто парники. Это два мага с приблизительно равной силой, но разной полярностью. В идеале огневик-водник, землевик-воздушник. Ещё лучше, когда у водника и землевика есть хотя бы небольшая склонность к конверсионной магии. Что это такое? По сути, способность организма чужую магическую энергию преобразовать в свою. Ты черпаешь силы из огненной стихии, а я могу использовать любую из четырёх, да ещё и каждого мага в принципе. Процесс болезненный для обеих сторон.
— Так всегда?
— Да, к сожалению, — меня передёрнуло при воспоминании о первых тренировках с Шарлоттой. — Но неприятные ощущения можно уменьшить. Нет, не тем способом, который использовали вы с Жасмин. Кстати, бредовая была идея. Лучший метод — привыкание. Условно говоря, твоему резерву не нравится, что в него лезут мои загребущие руки. Он сопротивляется, и это доставляет дискомфорт и тебе, и мне. Придётся навязать твоей внутренней защите необходимость связи со мной.
— Будешь угрожать моему резерву? — Марк хмыкнул. — Такой у нас план?
— Установление связи, контроль эмоций, тренировки в паре, — перечислила я. — Классика работы дуалов. На спайку обычно уходит от полугода. Но у нас с тобой две недели.
— Нет, тринадцать дней, — огневик запустил пятерню в волосы и взлохматил их. — Не успеем?
— Не знаю, но у меня есть идея. Мы будем делать упор не на магическую составляющую, а на эмоциональную. Нет гнева — нет срывов, нет срывов — нет пристального внимания ректора.
Звезда академии взглянул на меня как на идиотку. Вот умел он смотреть так, что становилось не по себе! Даже я слегка смутилась под взглядом карих глаз.
— Как ты себе это представляешь?
— Во-первых, найдёшь себе девушку. Неудовлетворённый мужик — злой мужик. Видимо, Жасмин не только как дуал бездарна, — я снова насмешливо фыркнула, заметив удивление на лице напарника. Да, не только ты умеешь пошлить! — Во-вторых, я буду рядом с утра и до позднего вечера. Тебе придётся постоянно проговаривать вслух своих ощущения и чувства. Мы должны нащупать твои главные триггеры и держаться от них подальше. И в-третьих, посидишь дней десять на безвредных успокоительных зельях. Я знаю одну девочку, она варит такие снадобья, что ни один тест не обнаружит. Но на всякий случай за пару дней до начала Игр прекратим их принимать.
— Понял. Организую нам ежедневный доступ в этот зал. План тренировок я уже разработал, предлагаю вечером опробовать его. Я рассчитывал на силы Жасмин, но теперь можно повысить сложность. Посмотришь?
— После пар. Сейчас мне придётся идти к ректору и просить о переводе.
— Сходим вместе, — Марк легко поднялся на ноги протянул руку, чтобы помочь встать. Я уставилась на его ладонь, будто в ней свернулась клубочком особо ядовитая змея. Просто не верилось. Неужели, вот это теперь — наши отношения? Будем помогать друг другу, чтобы каждый мог добиться своей цели? Я прикрыла глаза. — Не бойся, возьму весь огонь на себя.
— Нет уж, у тебя и своего огня полно!
ГЛАВА 3. Лорд Дранес
Ректор в нашей славной государственной магической академии был человеком ответственным, а потому вечно занятым. На втором курсе, когда я переводилась сюда из своего института, он выделил ровно две минуты. Зато его помощник всегда радостно одаривал меня вниманием. Решал проблемы почти щелчком пальцев, такой влиятельный малый.
Коридоры академии были почти пустые, мы без приключений добрались до административного корпуса. Лайонс галантно открыл дверь и пропустил меня вперёд.
— Мой тыл прикрывает симпатичный тыл, — хмыкнул огневик, намекая на мою фигуру. — Напомни, как зовут того парня, с которым ты встречаешься? А то мне тут напарница дала совет о любопытном способе контроля агрессии…
— Его зовут "отвали от меня, Лайонс". Запомнишь? — шёпотом ответила я и обратилась к помощнику ректора. — Лорд Стайс! Очень рада нашей новой встрече!
— Камилла, — он улыбнулся так тепло, что на щеках появились ямочки. — Что-то случилось? Госпожа Всиан снова отказывается помогать с научной работой?
— Нет, благодаря вам, в библиотеке мне теперь всегда рады, — я улыбнулась в ответ. — Лорд Дранес у себя?
— Нет, он в министерстве, — Андро опустил глаза, выдавая свою ложь. Из-за двери раздался женский стон. Помощник ректора закашлял, стараясь его замаскировать, но мы с Марком уже слышали. И череда характерных вздохов усугубила ситуацию. — Может, я могу помочь?
— Ректору? — удивился боевик. — Нет, судя по всему, он и сам справляется. Это леди Вайолет?
— Степани, — Андро поджал губы. — Они с ночи там… Работают. Через пару часов лорд Дранес перенесётся домой порталом. Так что, если вы по срочном вопросу, то лучше я сам помогу.
По лицу лорда Стайса было понятно, как осточертело ему решать чужие проблемы. Но наш ректор был племянником министра и неплохим управленцем. Не любил заниматься мелкими трудностями, а потому неплохо платил помощнику, который брал часть обязанностей на себя.
— Я хочу перевестись на боевой факультет, — призналась я единственному мужчине, которому, кажется, нравилась. — Группа дуалов, третий курс.
— Постараюсь успеть подсунуть приказ на подпись, — Андро пометил задачу в блокноте и дважды подчеркнул запись. — Ваш партнёр?
— Марк Лайонс, — огневик отвесил поклон. Из-за двери в кабинет ректора раздался ритмичный стук. Воздух вокруг слегка нагрелся. — Почему мне так везёт бывать здесь, когда он с кем-то… Работает?
— Потому что вы часто у нас бываете, студент Лайонс. А лорд Дранес ежедневно… Работает.
— Рад за него. Мы закончили?
— Да, — Андро взял чистый лист и стал писать приказ от имени ректора. Из кабинета послышался особенно громкий женский крик, а следом почти звериное рычание. — И они, кажется, тоже…
Марк кивнул, соглашаясь с выводом Стайса, а я положила руку ему на плечо, потому что воздух накалился почти до предела. Уже капельки пота поблескивали на лбу Андро, а мне стало тяжело дышать. Магия снова нехотя потекла от Лайонса в мой резерв. Напарник шумно выдохнул и напрягся.
— Не уходите, я отнесу приказ на подпись, — попросил Стайс, как будто говорил только со мной, совершенно наплевав, что рядом стоит одарённый донельзя огневик.
— Жду, — выдохнула я и отняла руку от Марка.
Андро скрылся за дверью кабинета ректора, плотно закрыв её за собой, а я повернулась к напарнику.
— Что тебя так взбесило?
— Ничего, — он пожал плечами. — Всё было под контролем. Не знаю, зачем ты вмешалась.
— Шутишь? Воздух едва не искрился. Ты был на грани! Отрицаешь? Или действительно не заметил своё состояние?
— Я был раздражён, — признался маг. — Но не настолько сильно, чтобы сорваться. Ты запаниковала.
— Я знаю, как выглядит огневик перед срывом, — я прищурилась. — Что тебя раздражает? Стайс? Или Дранес?
Марк застегнул пуговицы форменного пиджака. Отвернулся от меня так, что теперь стоял полубоком. Закрылся. Не хотел, чтобы я лезла ему в голову. Ну прости, это теперь моя основная функция.
— Поведение ректора, — через несколько секунд ответил напарник. — Он тоже огневик. Сильный. Он знает, как тяжело контролировать себя. Но от меня требует больше, чем может сам.
— За время его работы в академии не было ни одного пожара. Такого, в котором был бы виноват он, — возразила я. — Его… Любвеобильность — один из механизмов борьбы со вспыльчивостью. Я и тебе советовала его использовать, как ты помнишь. Я уверена, что вчера ректор узнал особенно ужасные новости и едва не психанул. Сдержался и вызвал леди Степани, дабы вместе справиться с его проблемой.
— Удобно, когда в твоём распоряжении целый штат преподавательниц.
— И почти все они замужем, — напомнила я. — В отличие от целой академии студенток, готовых согреть твою постель. Ты знаешь, что я права. Ты должен найти Жасмин замену.
— Считай, уже бросился искать. Иначе ведь ты не отстанешь.
— Ты даже не представляешь, насколько ответственно я подхожу к своим обязанностям, — самодовольно усмехнулась я. — Так что все кандидатки должны проходить через меня.
Дала согласие на игру в партнёров вчера вечером, а уже сегодня получаю от процесса море удовольствия. Да, сложности будут. Но у меня осталось не так мало времени. И если план "а" не сработает, придётся использовать план "б".
— М-м-м, — протянул Марк. — Слушай, а ты будешь устраивать собеседование и прослушивание? Кандидатки должны показать, на что способны? Мне нравится ход твоих мыслей, Хайм!
— А мне ход твоих — нет. Воздух опять нагревается, держи себя в руках.
Лайонс серьёзно кивнул, сменив маску клоуна на хмурую. Снова переменился по щелчку пальцев. Но заметить это вслух я не успела. Из кабинета вышел Андро и с видом победителя вручил мне заверенную ректором копию приказа.
— Всё для вас, Камилла, — он снова улыбнулся так, что я почувствовала себя настоящей стервой. Столько времени даю человеку напрасную надежду. Да, я всего лишь вежлива с ним, но для лорда Стайса моё поведение могло выглядеть иначе. А я, кажется, играла его чувствами. Использовала, чтобы решать свои проблемы. Однако он сам не предпринимал активных действий. Значит, не так уж сильно я ему нравлюсь. Тогда и говорить о манипулировании симпатией глупо.
— Вы, как всегда, меня спасли, Андро, — я ответила ему улыбкой и забрала документ. — Прошу прощения, мы спешим на занятия.
— Конечно, — помощник ректора учтиво склонил голову. — Если что, я всегда рад помочь. Вы должны это знать.
— Ага, очень мило с вашей стороны, — прошипел Лайонс, почти силой выталкивая меня из приёмной. — Пока-пока, наш герой.
Затем хлопнул дверью и хмуро взглянул на меня.
— Флиртовать с ним — плохая идея.
— Лезть в мою личную жизнь — плохая идея. И мы действительно спешим. Опаздывать в первый день учёбы в новой группе — невежливо!
ГЛАВА 4. Проверка на сдержанность
Марк тащил меня за руку почти на буксире. Мне хотелось его остановить, но я отчётливо понимала, что это невозможно. Лайонс был зол и уже не мог себя контролировать. Когда маг в таком состоянии, бессмысленно взывать к голосу разума.
— Откуда ярость?
— Не лезь, — боевик качнул головой, давая понять, что сейчас не время для психоанализа.
Но я в лекари душ и не набивалась. Меня интересовали исключительно эмоциональные триггеры. Какие чувства вызывают магические срывы? А что вызывает эти чувства?
Напарник затормозил у дверей в столовую. Завтрак заканчивался, но мы ещё успевали выпить кофе. Я с немым вопросом посмотрела на Лайонса. Мол, а долго мы тут статуи изображать будем?
— Они там, — пояснил он своё замешательство. — Я не сдержусь.
— Магия?
— Да, — кивнул Марк. — Она сходит с ума, когда я вспоминаю, что меня кинули, а не вспоминать не получается. У меня перед глазами картинки, как я душу Итана. Или как разбиваю морду. Постоянно. Стоит только перестать думать о чём-то важном.
— Сможешь сделать вид, что вежливый малый? — задумчиво уточнила я. — Попробуй вести себя нормально. Излишки магии я заберу.
— Лопнешь, — констатировал Лайонс, дёрнув за руку так, что я впечаталась в его грудь. Повезло, что именно тогда из столовой вышел высокомерный блондин. — Итан? Доброе утро!
— Доброе, — протянул воздушник, неуверенно глядя на меня. — Хайм, это ты?
— Ага, — я обняла Марка за талию, чувствуя, как кровь в его жилах почти закипает от злости. Хорошо! Теперь мне действительно интересно, какая кошка пробежала между бывшими друзьями. — Если плохо видишь, могу посоветовать знакомого лекаря. Виртуозный маг. Вылечит зрение на раз!
— Просто удивлён, — нахмурился Брайли. — Вы терпеть друг друга не можете, а теперь обнимаетесь у столовой, пока никто не видит? Как так, Марк? Ты ведь говорил, что она психованная?
— Я и сам не без греха, — Лайонс прижал меня к себе ещё теснее. — Но тогда подобрал неверное слово.
— А какое верное? — задушено пискнула я.
Впитывать злую магию становилось всё тяжелее, хотя прижимаясь к Марку практически всем телом, делать это было гораздо удобнее. Только поняв план напарника, я не стала устраивать сцену. Чем больше плоскость соприкосновения, тем проще работать с конверсией.
— Страстная, — белозубо улыбнулся он, и в глазах загорелось пламя. — Горячая.
— Больше комплиментов, больше, — рассмеялся Итан. Из столовой начали выходить другие студенты. — Может, тогда даст.
— Уверен, что хочешь мою интимную жизнь обсуждать? — я вывернулась из объятий напарника. У конверсионной магии есть один милый побочный эффект. Пока магия ещё перерабатывается из одной стихии в другую, конверсионный маг временно приобретает характерные особенности мага-донора. То есть теперь я сама начинала злиться на блондинистую блоху, пуще Марка. — Ты его спровоцировать так пытаешься? Как видишь, я за один день научила Лайонса себя контролировать. Теперь представь, как мы размажем тебя через две недели на играх.
— Знаю я один способ, которым можно добиться от мужика такого спокойствия, — зло усмехнулся воздушник. Ветерок слегка растрепал мои волосы, выдавая эмоциональную нестабильность мага напротив. — Старалась ночью, Хайм?
— Главное, что мои старания помогут надрать твою задницу, — хмыкнула я и, используя эффект неожиданности, сбила воздушника с ног любимым магическим ударом. Брайли промок до нитки! Сидел на полу и смотрел на меня так, будто я ему на голову ведро помоев вылила. — И мне за это ничего не будет. Знаешь, почему? Потому что я себя отлично контролировала, когда атаковала. А к ректору водят только за случайные выбросы или за опасные заклинания. Встретимся на паре, рыбка моя.
Марк снова взял меня за руку, обжигая магией. Я вцепилась в его ладонь, высасывая излишки энергии. Будет тяжелее, чем я думала. Однозначно!
— Можно сказать, что я прошёл проверку на сдержанность? — уточнил он, пропуская меня в аудиторию.
Лекционный зал был пустым, остальные ещё возвращались из столовой, так что мы могли и спокойно поговорить, и занять места, какие пожелаем.
— Ну он ведь намочил штанишки, а не сгорел заживо, — я пожала плечами, усаживаясь ровно в центре. — Так что да. Ты проверку прошёл.
— А ты?
— Андро прикроет, если что. Тебе нужно быть лапочкой, а не мне. Я тихоня, но не привыкла, чтобы об меня вытирали ноги. Пусть твой дружочек знает, что я никакое не слабое звено в нашей связке.
— В нашей связке нет слабого звена, — кивнул Марк. — Но ты подозрительно сговорчива.
Оправдываться я не видела смысла. Рассказать правду всё равно не смогу. А выкручиваться и придумывать достойную ложь было лениво.
ГЛАВА 5. Первая пара пары
Магистр Амни не явился на занятие. Он никогда не опаздывал, а сегодня не пришёл. Ни когда студенты уже ответственно сидели на своих местах, ни когда стали перешёптываться.
— Схожу в деканат, — не выдержала я спустя полчаса.
Поднялась со стула и посмотрела на Марка. Мы молчали, пока ждали преподавателя. Напарник всё ещё злился, мне не хотелось случайно спровоцировать его на срыв. А теперь я боялась оставить его одного в аудитории с Итаном. Воздушник до мерзости быстро высушил одежду и на пару пришёл почти не помятым. А вот его подружки не было.
— Пойдёшь со мной?
— Да, — Лайонс первым двинулся к выходу, и мне оставалось лишь догонять.
Остальные не рискнули покинуть аудиторию. Амни славился педантичным отношением к дисциплине. Опоздание на минуту каралось рефератом в качестве дополнительного задания. А учитывая, что группу парников курировал именно этот мерзкий старикашка... Мы были готовы ждать его часами. Я бы тоже не двинулась с места, но под ложечкой противно сосало. Дурное предчувствие заставляло ёрзать на стуле, оглядываясь по сторонам и ожидая дурных новостей.
В преподавательской никого не оказалось, и мы решили дойти до деканата, как я изначально и планировала. Но и там всё было не в порядке. Секретарь декана нам почти не помогла.
— В женском общежитии что-то случилось, — пробормотала леди Маис. — Всех свободных отправили туда. Но магистра Амни не вызывали. Должно быть, он проявил инициативу.
— Благодарю, — кивнул Лайонс, хватая меня за руку. Вопреки ожиданиям ладонь у него была холодная. Он будто тоже чувствовал, что что-то не так. Мы вышли из приёмной декана. — Возвращаемся?
— В женское общежитие, — я покачала головой. — Нужно проверить, в чём дело.
— Согласен.
Больше он меня за руку не хватал, но двор академии мы почти пробежали. Общежития стояли довольно далеко от учебного корпуса. На территории кампуса был небольшой парк, свой пруд, четыре жилых здания, учебный корпус, тренировочные корпус и полигоны. У нас был свой магазин, три столовых и небольшая часовня. Хотя до города рукой подать. Зачем такие излишки? Безопасности ради.
— Вход опечатан, — хмуро заключил напарник. — Происходящее не нравится мне всё больше.
Да, ситуация выходила паршивая. Общежитие запечатали, преподавателей на местах нет, значит, занятия не будет. Куда идти?
— К счастью, тут есть и другой вход, — после пары секунд задумчивого молчания ответила я. — Главный закрывают после полуночи. А задний закрыт всегда, но его легко вскрыть.
Так и вышло. Читательской картой я привычно отжала замок, лишь немного помогла себе магией. Преимущество конверсии в том, что энергию можно высосать в том числе и из защитных чар. Сложно, но возможно.
Чёрный ход вёл к лестнице. Мы бежали, перепрыгивая через ступень. Прислушивались к голосам на этаже и поднимались дальше. Конечно, Марк обогнал меня. Он прижался ухом к двери, ведущей на четвёртый, и приложил палец к губам, прося о тишине. Я подкралась и попыталась услышать то же, что и он.
—… несчастный случай.
— Трагедия, — согласился с кем-то ректор. — Вы сообщили родителям?
— Сразу отправил письмо леди Расу, — ответил Андро. Голос его прозвучал с надломом. — Разговаривать с ними будете сами. Я на это не пойду.
Мы ещё немного постояли, прислушиваясь к голосам, но никого уже не было. Я постаралась тихонько открыть дверь. Скрип ударил по ушам. Мысленно отметила, что нужно смазать, иначе когда-нибудь поймают здесь ночью и перекроют выход по-настоящему. Искать новый будет сложно.
— Мы ничего не узнаем, — шёпотом заметил Марк. — Надо возвращаться, пока не хватились.
— Они ушли, — отмахнулась я и открыла дверь. Эта не скрипела, потому что я жила на четвёртом и часто ею пользовалась. — Этаж водниц.
— Жасмин не пришла на первую пару парников, — пробормотал Марк в ответ. Узкий коридор вёл к основной лестнице. По правую сторону — двери в комнаты студенток. — Её шестая.
Мы, не сговариваясь, пошли к ней. В ушах стучал пульс, ладони вспотели. Когда я увидела ограждающую ленту на входе, уже знала, что это значит.
— Постой здесь, — попросила Лайонса, и он кивнул. Тоже догадался, но проверять не хотел. — Если кто-то будет идти, дай знать. Комнату не опечатали магией, значит, ещё вернутся.
Я пролезла под жёлтой лентой, осматривая спальню Жасмин. Точно такая же, как моя — узкая комнатушка с кроватью, письменным столом и небольшим гардеробным шкафом. Зато уборные у водниц были индивидуальные. Тоже маленькие, но с ванной, а не душевой кабиной, как у остальных.
Я сглотнула противный комок в горле и сделала два шага к приоткрытой двери. От неё к выходу тянулись мокрые следы, и я ещё раз задумалась, хочу ли видеть, что внутри.
— Боги, — я зажмурилась.
Жасмин лежала в ванной. Обнажённая и мёртвая.
Я отвела взгляд. Пол залит водой, с вешалки у противоположной стены упало полотенце. Намокло.
Заставила себя посмотреть на труп. К горлу подкатила тошнота, голова закружилась. Я подошла к однокурснице, уперлась руками о бортик ванной. Ни синяков, ни ссадин на её теле не было. Никаких следов борьбы. Абсолютно ничего!
Я вернулась в комнату, высушив за собой следы. На тумбочке у кровати лежала рамка с фотографией. Я была тут однажды и знала, что на магоснимке погибшая мать Жасмин. Как она погибла? Как её звали? Чем она занималась при жизни? Понятия не имею.
Я вылетела из комнаты, зажимая рот ладонью. Марк снова взял меня за руку и увёл вон из общежития. По лестнице вниз через задний вход. Потом почти бегом по парку к зарослям шиповника, где студенты поставили пару лавочек. Он усадил меня на одну из них и присел на корточках напротив.
— Что ты видела?
— Она утонула, — я прикусила губу, чтобы не расплакаться. — В ванной.
— Следов борьбы не было? — глухо спросил он. Воздух начал нагреваться, и я положила ладони на его плечи, чтобы не допустить срыв. Автоматически. Не задумываясь. — Ректор сказал, что это трагическая случайность.
— Не было, — я покачала головой. — Она утонула. Талантливая водница. В собственной ванной.
— Ты сама назвала её идиоткой, — нахмурился Лайонс. — Считаешь, это невозможно?
— Что угодно, но не утонуть, — я быстро вытерла слёзы, пока он не заметил. Хотя сидел в полуметре, точно видел. — Стихийная магия базируется на инстинктах. Основной из них — инстинкт выживания. Она в любом случае заставила бы воду выйти из лёгких. Приказала ей вылиться из ванны. Неосознанно. Инстинктивно, понимаешь?
— Значит, её убили? — огневик сел на землю, наплевав на светлые брюки. — Кто?
— Кто угодно, — я длинно выдохнула. — Бывший парень, завистливая подруга, тайный поклонник. Мотив был даже у тебя.
— Но не было возможности, — он зарылся пальцами в волосы. — Я бы её скорее сжёг, чем утопил.
— Знаю, — я кивнула, продолжая поглощать излишки магии Лайонса. — Это водник. Максимум воздушник. Иначе Жасмин смогла бы сделать то же, что и при несчастном случае — неосознанно защитить себя. Или сознательно. А если так, то маг сильнее, чем она.
— Значит, возможность была у тебя?
— Теоретически. Если брать в расчёт мою склонность к конверсионной магии. То да. У тебя мотив, у меня возможность. А утром выяснилось, что мы с тобой будем работать в связке. Если дознаватели заподозрят убийство, то мы лучшие подозреваемые.
— А если нет, то убийца Жасмин останется на свободе, — прорычал Марк, и в его глазах вспыхнуло пламя. — Значит, будем прикрывать свои задницы?
— Именно так, — отрезала я. — Прости, но мне не улыбается сесть в тюрьму из-за твоей бывшей подружки. Я могла и ошибиться, а дознаватели зацепятся за возможность быстро раскрыть дело. Забудь.
Лайонс долго молчал, глядя мне в глаза. Пытался понять, всерьёз я или нет. Я не врала. Сесть за преступление, которого не совершала? Нет уж. Никакого желания не было. Но это не мешало мне узнать, в какой морг отвезут Жасмин, а потом залезть в бумаги патологоанатома и прочитать, каково его заключение. Сомневаюсь, что он напишет о насильственной смерти, но что-то узнать можно.
Если найти убийцу самостоятельно, а потом передать улики дознавателям, можно избежать самопожертвования. И что-то мне подсказывает, что смерть студентки не случайна. Если это как-то связано с культистами, то я ещё на шаг смогу приблизиться к решению своей загадки.
ГЛАВА 6. Магистр Таллийс
Ничего не изменилось. Не было ни экстренного собрания в актовом зале, ни установления комендантского часа. Кто-то вызвал грузчиков, комнату Жасмин освободили, её вещи отправили домой. По официальной версии, она просто уехала.
— Рад вас всех приветствовать, — заявил незнакомый магистр. — Меня должны были представить вам на первой паре, но из-за нагрянувшей проверки все всполошились.
Я прищурилась, разглядывая новенького преподавателя. Высокий смуглый брюнет. На вид немного старше тридцати. Парник судя по татуировке, оплетающей лианой правое предплечье. Такие делали всем, кто обрёл полную связь.
— Моя фамилия — Таллийс. Теперь я курирую группу парной направленности. Ректор поставил передо мной три задачи. Во-первых, выпустить самый сильный состав десятилетия. Не имеет значения, какие у вас исходные данные. Вы станете лучшими, потому что другого выбора я вам не оставлю, — смазливый магистр сделал театральную паузу. Мне уже хотелось его чем-нибудь огреть. Что же будет к концу семестра? — Во-вторых, я должен утвердить состав для Королевских Игр. Понятно, что там от вас никто не ждёт победы, но достойные результаты вы обязаны показать. Третья задача вас не касается, так что я вообще не знаю, зачем сказал вам о её существовании.
По аудитории поплыли смешки и шёпот. А я всё продолжала смотреть на Таллийса. Что-то в нём было неправильное. Отталкивающее. Помимо огромного самомнения и самоуверенной грубости. Что-то, что заставляло смотреть на него, как на возможного врага.
— Ты сейчас дырку в нём просверлишь, — шепнул Марк. И это были его первые слова после разговора у шиповника. Тогда он удосужился лишь кивнуть. Огневики вспыльчивы, но быстро остывают. В отличие от водниц, которые злятся долго, но обычно тихо. — Что-то не так?
— Это у тебя проблемы с самоконтролем. Моё раздражение носит исключительно алогичный и чисто женских характер.
— Я вам не мешаю? — повысил голос Таллийс, теперь уже прожигая нас взглядом. Быстро же мы с ним местами поменялись! — Встать и назвать свои имена.
— Камилла Хайм, — я встала первой и сложила руки на груди.
— Марк Лайонс, — ответил огневик.
— Направленности дара?
— Она — водница, я маг огня. Сильный маг огня.
— А водница, видимо, слабая? — магистр усмехнулся. — Похвально, что пытаетесь говорить за двоих, если вы активный элемент. Но выпячивать своё лидерство, значит, в какой-то момент получить подавленного и никчёмного пассива за спиной.
— Она сильный конверсионный маг, — исправился Марк. — Даже если я буду ежедневно повторять ей, кто тут главный, никчёмной она точно не станет.
— Конверсионник, — задумался магистр на мгновение. Самое раздражающее? Его наглый взгляд, утонувший в моем весьма скромном декольте. Надо признать, заметив это, Таллийс почти сразу перестал пялиться. — Но водница слабенькая.
— Средненькая, — будто рубанул Лайонс. — У вас предубеждение по поводу направленностей дара?
— Почему же? Я и сам маг воды, — Магистр пожал плечами, и снова посмотрел туда, куда приличным лордам глядеть не положено. И ведь не скажешь, что я вывалила свое богатство наружу, привлекая его внимание! Нет, у других студенток расстегнутых пуговиц было больше, а вырез на жилетке спускался ниже. — Но у меня предубеждение по поводу уровня дара. Видите ли, слабые маги обычно остаются слабыми магами. А в связке важно, чтобы механизм работал отлажено. Для этого каждая деталь должна быть крепкой. Меня раздражает, что последние несколько выпусков решили, будто группа дуалов — удобный способ найти себе постельную грелку. Я, безусловно, понимаю, что вам трудно устоять перед красивой девушкой, но вовсе не обязательно доверять ей свою жизнь, чтобы затащить в койку.
— Я, безусловно, понимаю, что вам узкие брюки пережали то, чем вы думаете, — не выдержав, вспыхнула я. — Но вовсе не обязательно судить о моих способностях по размеру груди, на которую вы так стараетесь не пялиться. И да, во-первых, это — основание для жалобы ректору. А во-вторых, меня затащить в койку можно только, если доверишь свою жизнь.
— Пожалуетесь на то, что я на вас не пялился? — магистр прищурился. — Мы оба понимаем, что ректор вас даже слушать не станет.
— Я бы не был так уверен, — внезапно подал голос Итан. — Она явно на особом счету. Эти двое решили образовать связку вчера, а сегодня утром она уже получила приказ о переводе в эту группу. Знаете, сколько рассматривали моё заявление? Две недели.
И вот даже не знаю, помочь воздушник пытался или закопать поглубже. Отвлек внимание — и на том спасибо. Теперь наш новый куратор свой гнев направил в другую сторону.
— Стул рядом с вами вообще свободен, — заметил Таллийс. — Выбрали напарника по тому же принципу, что и студент Лайонс, а она ушла к другому?
— Вроде того, — усмехнулся Итан. — Найду замену до конца недели.
Марк напрягся, вспомнив об истинной причине отсутствия Жасмин. Либо воздушник не знал, куда на самом деле делась его девушка, либо он ещё большая сволочь, чем я думала.
— Не найдёте — получите пинка под зад, — предупредил преподаватель и вернулся за кафедру. — А пока этого не случилось, вернёмся к тому, от чего меня отвлёк размер груди студентки Хайм, на которую я не пялился, — к играм.
Ничего нового наглый магистр нам не рассказал. Каждые три года Его Величество проводил игры среди лучших боевиков королевства. Участвовало двенадцать команд — по одной из каждой академии, пять свободных мест оставляли за самовыдвиженцами, и одно из них всегда отдавали дворцовой команде. Телохранители короля, лучшие королевские ищейки. Они побеждали всегда и при любых обстоятельствах. Но второе и третье место гарантировали, что после выпуска участники команды получат голубой конверт с золотым тиснением — приглашение на работу от кого-то из дворцовой команды. Почти всегда команду собирали из боевиков-дуалов.
При этом сначала устраивали отборочные игры внутри академий. Победившая пара выбирала от трёх до пяти членов своей команды из участников. Я знала, что у Марка раньше была договорённость с Итаном. Лайонс побеждает в Играх и тянет за собой друга и его партнёршу — Лили Астерс. Но, кажется, что-то пошло не так, потому что Лили ушла из академии, и предприимчивый воздушник решил забрать себе Жасмин. Вот только и с ней не срослось.
Я замерла, сжимая ручку. Чего стоило не воскликнуть от снизошедшего с небес озарения одним богам известно. Всё складывалось в единую картинку, но она продолжала казаться нереальной. И тут было два варианта. То ли я параноик, то ли выглядит подозрительным, что Лили пропала точно так же, как и Жасмин. Не прощалась, не рассказывала о причинах подругам. Ходили слухи, якобы за пару дней до отъезда она ходила к лекарю из-за ежедневной утренней тошноты. Все решили, что девушка забеременела и решила взять академический отпуск. Потому что с таким расчётом сплетню и запустили. Ну кто полезет искать несчастную, которая старается спрятаться от позора? Я не полезла. Хотя уже тогда нужно было заподозрить неладное. Но до меня дошло только после пропажи кузины Лили. Интересно, культистам нужно что-то именно от семьи Жасмин или девушки сами по себе мешали их планам? И что я могла бы найти, если бы залезла в комнату первой “вернувшейся домой” девушки?
ГЛАВА 7. Морг - не место для свиданий
Больше пар на первый день у дуалов предусмотрено не было. Предполагалось, что первое время нам нужно привыкнуть друг ко другу, изучить сильные и слабые стороны. Основная часть занятий рассчитана именно на сближение партнёров, потому что от взаимопонимания в связке зависит многое. И нам с Марком нужно проводить как можно больше дополнительных тренировок, чтобы наладить его эмоциональный фон. Но у меня на сегодня были планы поважнее, чем показная помощь одногруппнику.
Я дождалась, пока стемнеет, и привычно вышла из комнаты, прижимаясь к стене. Сигнальные сети работали не по всей площади коридора — имелись слепые зоны. Их я вычислила в первые пару месяцев учëбы опытным путём. Нет, нам разрешалось покидать комнату ночью, но об этом узнавала комендантша и начинала следить пристальнее. А мне лишнее внимание было не нужно ни тогда, ни сейчас.
По перилам я съехала к заднему входу, смазала петли на двери и вскрыла замок, не затронув защитные чары. До морга пришлось идти пешком. Через заросли вдоль дороги, чтобы никто точно не увидел. Рисковать подземным ходом не хотелось. Ощущение, что за мной следят, мешало добираться до города как привыкли все нормальные люди.
Я накинула капюшон и шагнула на освещённую фонарями дорогу. Ещё пару минут шла на виду, а после — по полутьме городских улиц. Освещение здесь было слабее, чтобы не мешало людям спать. Городской морг стоял на окраине рядом с главной больницей. Сюда свозили самых слабых больных. Удобно, что и морг рядом, и парочка похоронных агентств под боком.
Я перелезла через забор со стороны заднего двора, обезмагичила чёрный вход и открыла дверь.
Половицы скрипели. На дверях висели таблички с именами врачей и управленцев. Шарить по записям всех патологоанатомов опасно. Тут могли оставить дежурного на случай, если ночью кто-то умрёт. Попасться на воровстве в морге — то ещё удовольствие. Я нашла холодильную комнату и стала читать надписи на шкафах для тел. Жасмин Расу была в ближайшем к выходу. Я выдвинула полку и достала из специального углубления папку с документами. Значит, тело уже обследовали и ничего необычного не нашли. Врач записал рост, вес, особые приметы. Родители опознали тело за десять секунд, не потребовалось даже показывать шрамы и родинки. Мачеха лишь взглянула на лицо. Я пролистала бумаги до причины смерти, но и там ничего интересного не нашла. Сухо, по делу и очень кратко — в отчете никаких деталей, указывающих на культистов. Я перевернула страницу и замерла, недоверчиво вчитываясь в строки ровного почерка.
— Что там? — раздался голос Марка над ухом, и я подпрыгнула, выронив папку.
— Боги! У меня чуть сердце не остановилось! Ты сошёл с ума?
За мгновение в голове пронеслось с сотню образов, начиная с того, что я попалась дежурному, закачивая почему-то ожившими мертвецами.
— Это не я взломал вход в морг, — усмехнулся Лайонс.
— Да, тебя сюда, видимо, местные обитатели пригласили, — съязвила, собирая листы. Порядок, конечно, нарушился, но, надеюсь, здесь не очень внимательные работники. — Парень без руки или бабушка с червями в сердце?
— Синеволосая красотка, у которой и кожа теперь синяя, — холодно отрезал огневик. Оксюморон, однако. — Что ты нашла?
— Большой грязный секрет, знать который тебе не нужно.
— Я могу прочитать сам, — напомнил он. — Но не хочу видеть лишнее.
— Да, лучше мне одной ночами кошмары смотреть. Твоя подружка родила пару дней назад.
— Что? — Марк часто заморгал. — То есть как родила?
— Больно, скорее всего, — я положила папку на место. — Меня больше интересует, как возможно, что она ходила на занятия с огромным животом, а его никто не заметил. Какая-то чепуха. Тебе не кажется?
— Ребёнок мой?
— Вы год назад встречаться начали? — уточнила я. — Теоретически ты можешь быть отцом, но я бы не спешила готовить в доме детскую. Думаю, это не твой ребёнок.
Марк выглядел потерянным. Зрачки расширились, почти не оставив радужки. Движения стали медленными, а речь плавной. Он либо был в шоке, либо боялся мертвецов.
— Почему?
— Потому что за тебя выгодно выйти замуж, — я развела руками. — Зачем прятать ребёнка от парня, с которым давно встречаешься? Прижала бы тебя к стенке, затащила в храм. Подключила бы родителей — и вот вы уже счастливая ячейка общества. А она скрывала беременность.
— Теперь у меня ещё один мотив убить Жасмин?
— Узнал, что подружка изменяла, и утопил её в приступе ревности. Да, идеальная картинка, — я задвинула полку обратно в стену. — Железный мотив. Но есть один нюанс.
— Какой?
— У Жасмин в последний вечер волосы были длиннее, — я прижала пальцы к вискам. — И не было огромного живота. Я видела её, когда уходила в библиотеку. Другой оттенок волос, причёска отличается. Я бы списала на подготовку тела к похоронам, но беременность… Нет. Скорее всего, это не тело Жасмин.
И снова никакой реакции от Марка. Остекленевший взгляд, медленный кивок.
— Значит, она может быть жива?
— Значит, ты не стал отцом. А жива наша загадочная водница или нет — неизвестно. Но теперь ты можешь не мучить себя чувством вины, что оставил её смерть безнаказанной. Миссия выполнена.
— Разумеется, — усмехнулся Лайонс. — Ты проникла в морг, чтобы меня не мучила совесть.
— Теперь это моя работа, — я пожала плечами и пошла к выходу. — Хочешь победить в отборочных играх и попасть на Королевские? Прекрати за мной следить. Слушай мои советы и следуй указаниям. Жасмин от тебя ушла. Она не твоя забота. Ясно?
Мы вышли во двор, заперли дверь. Марк подсадил меня, помогая перелезть через забор, и почти без труда перемахнул сам.
— А чья, Хайм? — он стоял напротив и смотрел мне в глаза, а я не могла понять, что мне в его поведении не нравилось. Слишком спокойная реакция? Шок мог так затянуться? — Не твоя ведь.
— Считай, что у водниц свой кодекс чести, — отмахнулась я от пристального внимания. — Убил одну — мстит другая.
— Но умерла не Жасмин, — напомнил Лайонс. — Так зачем тебе это?
— Люблю загадки, — я поджала губы. — Чего ты от меня хочешь? Чтобы я тоже прекратила поиски?
— Нет, — он покачал головой. — Я хочу искать вместе с тобой. Один не справлюсь. А тебе без защиты опасно. Неизвестно, к чему приведёт расследование. Не хочу успокаивать твою семью на похоронах. Мне не идёт чёрный.
— Сочувствую, — соврала я. — Но я скажу то, что тебе уже говорила: ты мне не нужен.
— Сочувствую, — повторил он за мной. — Потому что тебе придётся смириться. Я буду искать ответы с тобой. А если вдруг решишь снова сбежать в город без меня — пойду к ректору. Расскажу, что ты ночами покидаешь академию, ломая защитные чары. Молчать об этом я не клялся.
— Я получу выговор, не более того.
— Ты получишь внимание, которого избегала всё время, — в глазах Марка наконец-то заиграли языки пламени. — Дипломная работа по культистам? Малышка, я узнал имя твоего руководителя, и он назвал мне совсем другую тему, которая никак не связана с культом Тиара.
— Браво! Ты меня уделал, — усмехнулась я. В этот момент камень на браслете замигал. — Чёрт!
— Что случилось?
— В комнату кто-то вошёл, сигналку задели, — я повернула в тёмный переулок. — Твой шантаж уже не имеет смысла. Меня и так заметили.
— Я знаю способ, как сделать наш побег из академии ночью менее подозрительным.
— Ограбить банк в качестве алиби?
— Наведаться ко мне домой, — улыбнулся Лайонс. Совершенно сумасшедший тип. — Пошумим в комнате, а утром выйдем к завтраку. Отец отвезёт нас в академию и пойдёт извиняться перед ректором.
— Ты уверен, что он поступит именно так?
— Абсолютно, — Марк заулыбался ещё больше. — Я домой никого раньше не приводил, но отец точно захочет с тобой познакомиться. За завтраком устроить допрос не успеет, а вот по дороге в академию…
— Хорошо, — решила я. — Только если дойдёт до расследования, то слов твоих родителей будет недостаточно.
— Устроим себе настоящее алиби?
— Выбора нет, — поморщилась я. — Ты приносишь одни неудачи!
ГЛАВА 8. Алиби
Я потащила Марка за собой, выкинув тёмный плащ в одном из переулков. Когда мы ушли достаточно далеко от морга, распустила волосы и стала говорить в полный голос. Не кричала, но и не пряталась больше в тени домов. Мы вышли к винному магазину. Разумеется, он уже был закрыт. Но на ночь обычно оставляли какого-нибудь работника-бедолагу, чтобы никто не разбил витрину и не выкрал алкоголь. Пьянчуги могли.
Я прислонилась к запертой двери спиной и принялась стучать набойкой каблука. “Тук-тук-тук!” Даже если план не удался, внимание соседей из дома напротив обеспечит нам с Марком нужное алиби. Но нет, мой расчёт оказался верен!
Дверь резко открыли, и я буквально ввалилась в магазин, приземлившись на мягкую точку.
— А-а-а-й! — жалобно протянула я, глядя на огневика снизу вверх. — Ты чего не поймал меня?
— Ты падала в противоположную сторону, — он пожал плечами и протянул руку, помогая подняться на ноги. — Итак, мы вломились в винную лавку и разбудили её владельца. Что дальше?
— А дальше ты угостишь меня вином, разумеется. Ты вообще за девушками ухаживать не умеешь?
— Всё время забываю, что ты девушка, — покаялся Лайонс и перевёл внимание на седого худого мужчину с забавной сеточкой для волос на голове. — Знаю, что вы уже не работаете, но желание моей дамы — закон.
Спорить хозяин лавки не стал, продал нам две бутылки красного полусладкого и вежливо выставил за дверь. Если, конечно, фразу "пошли вон, маги-недоучки" можно счесть вежливой.
Лайонс открыл вино, я громко завизжала и захлопала в ладоши. А потом мы пошли дальше. По пути к дому напарника устраивали громкие споры, а потом я и вовсе велела Марку показать пару фокусов с огнём. Он подчинился. Вино уже к этому моменту закончилось. В отличие от меня боевик не пользовался заклинанием трезвости, а потому немного опьянел и был готов веселиться по-настоящему.
Мы во второй раз за сегодня перелезли через забор, а затем Лайонс помог залезть в его дом через окно на кухне. Получилось даже почти тихо, если бы он не упал и не уронил бидон с молоком.
— Ты снова всё испортил. Почему вообще молоко здесь ночью?
— Скоро утро, а отец пьёт кофе исключительно со свежайшим молоком.
— Поэтому его нужно держать в холодильной комнате!
— По словам нашего семейного лекаря, тогда молоко теряет все полезные свойства, — передразнил кого-то напарник. Видимо, лекаря, о котором говорил. — И никто не прибежал на шум, значит, я ничего не испортил. Пойдём. Только тихо.
— А убирать за собой кто будет?
— Тут целый штат прислуги. Кто-нибудь уберëт.
Марк уже почти привычно схватил меня за руку и потянул к выходу, потом по коридору в холл, где стояла огромная лестница на второй этаж. Ступени не скрипели. Весь дом спал. Мы смогли войти в комнату незаметно. Лайонс закрыл дверь.
— Раздевайся, Хайм, — усмехнулся он.
— Лайонс, не наглей!
— Да ладно тебе, — Марк взъерошил волосы. — Мне ведь для дела нужно.
— Обойдёшься, — я рассмеялась. — Для этого дела я тебе велела найти другую. Спускать пар и греть постель.
— А ты мне нужна исключительно для души, — согласился огневик. — Если утром войдёт служанка, а ты будешь одета, она мигом доложит родителям, что мы изображали бурную ночь, но не прожили её в действительности. А раз так, то возникнет вопрос, зачем мы это делали. Может, вернулись только что? Непонятно, где ночью шлялись!
— Именно поэтому мы разбудили хозяина винной лавки, устроили на улице огненное шоу и перебудили половину города, — улыбнулась я. — Чёрт с тобой. Отвернись, я разденусь и залезу под одеяло. Только попробуй повернуться до того, как разрешу. Всю жизнь с мокрыми трусами ходить будешь!
— Ты умеешь угрожать, женщина, — пробормотал Марк, отворачиваясь к окну.
Я стянула рубашку и бросила её у выхода. Туда же полетели брючки. Бельё снимать постеснялась, а вот чулки художественно разбросала по комнате. Понятия не имею, как выглядит бардак, устроенный в порыве страсти, но мне казалось, что именно так. Я юркнула под одеяло и позволила Лайонсу повернуться.
— Можешь не прятаться по подбородок, — рассмеялся боевик, через голову снимая рубашку. Он разделил моё стремление устроить иллюзию безудержной страсти и швырнул одежду на люстру. Брюки оставил у кровати и подошел почти вплотную ко мне. — Тут темно, а я разглядел всё, что хотел, в отражении. Через оконное стекло замечательно видно твоё розовое бельишко.
— А я предупреждала, — вздохнула я и ударила струей воды прицельно по плавкам напарника. Он вскрикнул от неожиданности и отскочил в сторону. Я пыталась сдержаться первые пару мгновений, но, быстро сдавшись, расхохоталась в голос. В комнате загорелись свечи, и я смогла разглядеть обескураженное выражение его лица. — Не стоило подглядывать. Я всего лишь восстановила справедливость.
— Справедливость? — усмехнулся Марк, мгновенно взяв в себя в руки. И даже пламя свечей перестало гореть столь высоко и ярко. Лайонс поцокал языком и резко стянул с себя бельё, оставшись передо мной нагишом. — Раз я видел то, чего ты не хотела мне показывать, справедливо будет показать тебе то, что я показываю далеко не всем.
— Ну-ну, — пробормотала я из-под одеяла. Да, прятаться под ним было не очень по-взрослому, но это всё из-за неожиданности. Не каждый день передо мной однокурсники раздеваются. Тем более, что Лайонс при всех своих недостатках характера, внешне казался мне привлекательным. Как и все боевые маги, он много внимания уделял физической форме, так что тело у него... Ух! Особенно после бутылки вина. Пусть я и использовала заклинание трезвости, хмель в голове уже осел. По-другому я румянец объяснить не смогла бы. — Ты же так ответственно подходишь к выбору любовниц!
— Да ладно тебе, — я почувствовала, как Марк перелез через меня, отогнул другую сторону одеяла и лёг рядом. — Откуда настолько острая реакция?
Острой реакцией я бы скорее назвала распахнувшуюся дверь. И ворвавшегося в спальню высокого седого мужчину с кинжалом в одной руке и огненным шаром в другой.
— Я же просил стучать, — проворчал Марк, склонившийся надо мной, будто мы целовались. — Ты смущаешь мою девушку, отец.
— Почувствовал всплеск магии, — нахмурился лорд Лайонс-старший, обводя взглядом комнату сына. Зацепился за трусы-плавки, лежащие у кровати, и шумно выдохнул. За его спиной начал собираться народ. Со своего места я могла разглядеть трёх леди и чьи-то брюки. — Ты притащил в дом одну из своих девок?
— Подлец! — пропищала одна из неизвестных дам. Послышался топот убегающей обиженной женщины. Следом бросилась вторая с причитаниями “Моник, мы всё уладим!”
— Камилла не просто девка, — напарник сел в кровати, демонстрируя свою наготу по пояс. Его забавляла сложившаяся ситуация. А мне уже хотелось сгореть со стыда. Одно дело, когда в академии Итан кричал, что я сплю с Марком. Совсем другое, когда сам Лайонс говорил об этом своей семье. — Мы работаем в связке, она помогает мне бороться с выбросами магии. И вместе мы имеем все шансы выиграть отборочные и попасть в призёры Королевских игр.
— Камилла, — повторил Лайонс-старший. — Приятно познакомиться. Можете называть меня лорд Тарис.
— Можете называть его папой, — прохладно поправила леди в махровом халате. — Ты доигрался, Марк. Я сказала, что завтра состоится твоя помолвка, значит, так тому и быть. Не нравится Моник в качестве невесты? Пожалуйста. Женишься на Камилле. Раз уж вы решили сойтись как маги, то и как супруги проживёте долгую и счастливую жизнь!
— Нет, — слишком тихо возразила я. Прочистила горло и тоже села, прижимая одеяло к груди. — Я за вашего сына замуж не собираюсь.
— На-пле-вать, — мать Марка вышла из-за спины мужа. Моложавая рыжая женщина с очень злым выражением лица казалась мне самой большой угрозой в комнате. — Камилла Хайм, я полагаю? Как твои родители отнесутся к скандалу, в котором будет замешано твоё имя? Я знакома с лордом Хаймом, он довольно консервативный человек, чтущий репутацию рода. Или я не права?
— Он не сможет меня заставить, — я повернулась к Марку.
Он уже не выглядел довольным. Хмурился, смотрел на родителей из-под насупленных бровей. Я положила руку на его плечо, и магия снова нехотя хлынула от напарника ко мне. Наконец-то проявление эмоций. Шок прошёл, Марк стал приходить в себя. Даже если это значит спалить дотла весь дом. О да! Сейчас бы нам не помешал небольшой пожар!
— Мой сын тебя обесчестил, — отрезал лорд Тарис Лайонс. — А значит, как честный мужчина, обязан жениться.
— Завтра состоится помолвка, — повторила его супруга. — Или послезавтра вся страна будет обсуждать, что старшая дочь Арека Хайма — шлюха.
Я была права. Вот это — острая реакция!
ГЛАВА 9. Слёзы
Чья-то будущая свекровь почти силой вытащила чьего-то будущего свëкра из спальни и захлопнула дверь. Оглушительный удар снял с меня оцепенение. Я медленно повернула голову к Марку, отползающему на другой край кровати. Осознание того, как виртуозно меня провели, одновременно злило и опустошало.
— Ты всё подстроил?
— Нет, — он энергично замахал руками. — Я хотел использовать наше алиби, чтобы отделаться от помолвки, да. Но расчëт был на то, что мама узнает, как у нас всё серьёзно, и перестанет настаивать на моей женитьбе с Моник.
— Ты всё подстроил, — заключила я.
— Хайм! Выдохни! — рявкнул Лайонс. — Моник и её придурковатая семейка должны были приехать завтра. Родители бы утром с тобой поговорили, поняли, что ты не золотоискательница, и дали бы нам спокойно "строить отношения". Да, я собирался тебя использовать. Но поверь, помолвка в мои планы не входила! Ты красотка и вообще лакомый кусочек, но не до такой степени, чтобы жениться.
— М-м-м, — протянула я, стараясь подавить острый приступ неуместной обиды. — Значит, я недостаточно хороша, чтобы стать женой несравненного Марка Лайонса?
— Не передëргивай, — напарник поморщился. — Ты ведь поняла, что я имел в виду. Я молод, вся жизнь впереди. Не хочу сейчас жениться. Даже на прекраснейшей из женщин.
— Нет, Лайонс, ты сказал именно то, что я услышала, — я вылезла из-под одеяла и, наплевав на свой неприличный внешний вид, стала собирать шмотки, чтобы одеться. — Не переживай. Твоя мать успокоится и тоже это поймёт. Отец напомнит ей, что род Хайм бедный донельзя. За мной даже приданого не дадут. Какая уж тут свадьба?
Марк молчал, глядя на то, как я надеваю брюки и заправляю в них блузку. Думал о чём-то, просчитывал. А я злилась на себя за то, что повелась на провокацию. "Да, конечно, давай вломимся в твою спальню! Раздеться? Легко!"
Боги, да где ещё он мог найти такую дуру? Конечно, он меня использовал. Потому что я сама виновата. Позволила себе расслабиться. Весело было. В кои-то веки мысли о культистах немного отошли на второй план. Не исчезли совсем, но, по крайней мере, я смеялась вполне искренне, а не принужденно.
— Нет, — заключил огневик после длинной паузы. — Родителям наплевать на богатство твоего рода, а мне тем более. Выиграем отборочные, возьмём призовое место на королевских играх — заработаем столько, сколько захотим. Так что никто не станет отказываться от шанса окольцевать меня из-за финансовой несостоятельности твоей семьи. Завтра ты станешь моей невестой.
— Лайонс, уймись! Я твоя компаньонка на то время, пока ты не научишься контролировать своё пламя. И невестой становиться не собираюсь.
— Сейчас мать зла, она и впрямь может устроить скандал, — попытался надавить боевик. Он встал с кровати и приблизился ко мне. Остановился на расстоянии пары метров. — А через три месяца, когда мы по закону сможем расторгнуть помолвку, она успокоится. И вредить тебе не станет. Всё, что нам нужно, это девяносто дней поиграть в пару. Потом расстанемся. Всем вокруг скажем, что не сошлись характерами. Нам поверят без вопросов.
— Потому что у тебя характер мерзейший!
— От стервы слышу, — усмехнулся Марк. — Так что? Договорились?
Мне захотелось ударить его. Облить ледяной водой, чтобы визжал как девчонка, а потом догнать его мать и высказать всё, что думаю по поводу шантажа. Семейка, конечно, что надо! Сразу видно, в кого огневик пошёл характером. Достаточно вспомнить, как он угрожал выдать, чем я занимаюсь в библиотеке до ночи.
— Тебе придётся познакомиться с моими родителями, — я поморщилась, будто в комнате дурно пахло.
На деле пахло неприятностями. Большими проблемами воняло.
— Уверен, я справлюсь. Если с младшей леди Хайм нашёл общий язык, то со старшей точно совладаю.
Я промолчала. Знала, что нужно рассказать Марку об особенности своей семьи, но не смогла выдавить из себя ни слова. Перед глазами стояла сцена нашей последней встречи. Злое лицо отца, заплаканное — мамы.
"Она мертва, Милла! Смирись и живи дальше!"
Этот разговор повторялся снова и снова. Они кричали, что Шарлотты больше нет. Я отвечала, что под её могильной плитой нет тела. Значит, я буду искать сестру, пока не найду её живой или мëртвой. Папа корил меня за то, что мучаю всех вокруг. Обвинял в равнодушии и эгоизме.
— Я, наверное, лучше в гостевой переночую, — замялся Лайонс.
Только когда за ним закрылась дверь, я поняла, что плакала. Вкус соли на губах, ощущение острой боли где-то в груди и мерзкие мысли об одиночестве грызли до самого утра. Я привычно изводила себя теориями и догадками. Думала, как бы всё сложилось, будь я рядом с Лотти, а не в другом городе. Сумела бы вовремя вразумить сестру?
Я так и не сомкнула глаз. Лежала, глядя в белоснежный потолок. Рассматривала комнату напарника в лучах рассветного солнца. Мне казалось, спальня огневика пестрит постерами с полуголыми куртизанками, везде валяются грязные вещи, а на стене висит список соблазнённых девиц. Огромный. От потолка до самого пола.
Но я оказалась не права. Тут висели детские рисунки в рамках, семейные портреты. Стена, у которой стоял письменный стол, была увешана формулами и схемами магических плетений. И это подтверждало мою вторую ошибку. Марк не был идиотом. Он неплохо учился. Теория давалась тяжеловато, но он старался.
Я подошла к столу и открыла тетрадь. Черновик, полностью исписанный длинной формулой, которую Лайонс вывел не меньше пятидесяти раз. Заучивал наизусть. Вдалбливал в собственную голову, чтобы использовать на Играх. Не иначе. Больше причин я не видела.
ГЛАВА 10. Леди-монстр
Я с ума сошла, раз согласилась на очередную аферу Лайонса. Да, мне нужно было привлечь внимание культистов, ради этого и перевелась в группу парников. На пятом-то курсе, когда до выпуска оставалось восемь месяцев. А что теперь? Ещё полгода сверху в лучшем случае. Если не сдадим экзамены с первого раза, то и того больше. Разве я могла в здравом уме и трезвой памяти пойти на такое? Нет. И уж точно не стала бы подыгрывать бешеному огневику. Но спектакль уже начался, отмотать время назад было невозможно. Не существовало такого заклинания, которое повернуло бы секунды вспять. Иначе я использовала бы его совершенно для другого.
Леди Лайонс вошла в комнату сына без стука. Махровый халат она сменила на изысканное чёрное платье, оголяющее плечи и подчёркивающее стройную фигуру. Платинового цвета волосы собрала в высокую причёску, оставив только один локон.
— Надеюсь, ты выспалась. Гости начнут приезжать с минуты на минуту.
— Нет, — фыркнула я, — не надеетесь. Могли бы и без гостей обойтись. Тихо, мирно, по-семейному.
— Вот станешь частью семьи — будем праздновать по-семейному. А пока замолчи и раздевайся, Хайм, — леди хлопнула в ладоши. — У нас очень много дел.
— А вы со своим сыном случайно не родственники? — я изогнула бровь. — “Раздевайся, Хайм!”. Что-то генетическое, да?
В спальню огневика вошли две служанки. На руках они несли симпатичное розовое платье из тех, что я терпеть не могла.
— Если генетическое, то с младшей дочерью наедине я тебя не оставлю, — улыбнулась она. — Понимаю, что для тебя это всё неожиданно, но вы с Марком уже не маленькие. Придётся нести ответственность за свои действия.
О, я в этом не сомневалась. Однако в ситуации с Лайонсом, действие было совершенно несоразмерным моему «наказанию».
— Это не даёт вам права меня шантажировать, — холодно ответила я, позволяя служанкам снять с меня блузку и брюки. Бельё они трогать не стали, но и в душ сходить не отпустили — принесли влажные полотенца и просто промокнули ими кожу. — И много вы гостей притащили?
— Как и положено, — леди Лайонс пожала плечами. — У нас сегодня всё будет, как положено. Лорд Тарис договорился с ректором, так что вам разрешено сегодня не возвращаться на занятия. Сначала вместе с самыми близкими друзьями и родственниками поедем в храм и попросим у богов благословения для вашего пока что временного союза, потом возложим цветы к памятнику Первой Пары. А затем вернёмся на банкет. К тому времени у нас в особняке соберутся гости. На помолвках не приняты долгие застолья, так что вы с Марком успеете вернуться и сделать домашнее задание на завтра.
— Потрясающе, — протянула я. — Вы всё распланировали?
— Включая вашу свадьбу и первые годы семейной жизни, — подтвердила мои догадки монстр в платье. — Имею право.
— Конечно, в семейном уложении вашим правам целый раздел уделили. Персонально, — съязвила я и прищурилась. — А как будет звать нашего первенца?
— Даэр, — как ни в чём не бывало ответила леди. — В честь моего отца.
Я была в таком шоке, что промолчала. Даже не возмутилась, когда на меня натянули розовое безобразие с широким белым поясом и огромным бантом на спине. Лямок платье не предусматривало, а потому держалась только на груди, плотно обтянутой лифом.
— Надеюсь, храмовника хватит удар, — пробормотала я, разглядывая в зеркале своё декольте. — Это не расценят как оскорбление чувств верующих?
— Это платье моей дочери, — призналась она. — И тебе оно немного мало. Но других вариантов нет. Ждать, пока привезут другой наряд, нельзя. Опоздаем в храм. Священники потерпят!
— Ну да, грудь же не всю видно, а лишь наполовину, — я прикрыла ладонями то, что гордо вываливалось из лифа. — Или это аргумент для Марка в пользу женитьбы, леди Лайонс?
— Как будто он не видел твой "аргумент" полностью, — она закатила глаза. — Лучше прекрати называть меня по фамилии. Леди Леона, пожалуйста.
— Может, сразу мамой?
— Можно. Наедине. А теперь помолчи, мои девочки сделают тебе макияж.
На деле косметикой колдовала только одна из служанок. Вторая пыталась завить волосы. Не знаю, получилось ли так, как планировала будущая свекровь, но отражение в зеркале мне даже немного нравилось. Пока взгляд не спускался к груди.
— Это неприемлемо! — не выдержала я. — В таком декольте может затонуть пиратский корабль!
— Так и задумано, — заверила леди Лайонс, опровергая то, что сама недавно сказала. — Даэрчик раньше появится.
И такой улыбкой расцвела, буквально засияла изнутри. Я надеялась, что сияние окажется магией и эту страшную женщину разорвёт на кусочки. Потому что в ином случае у меня огромные проблемы. Невероятные по своему размеру. А по глубине почти такие же, как демоново декольте!
Но леди Леона не желала взрываться! Она умилялась моему отражению, изредка давала советы и бесконечно радовалась жизни.
— У тебя зимний тип внешности. Ох, глубокая зима! Но не слушай, если скажут, что холодные цвета тебе не к лицу. Карие глаза можно подчеркнуть по-разному! Но сейчас цвет пустынных цветов будет уместнее. Девочки добавят немного розового чая и кармина, чтобы придать глубины. И да, вы с Марком вместе смотритесь великолепно! Я хотела невестку-блондинку, чтобы все предполагали, будто я её старшая сестра, но шатенка даже лучше. Представляю семейные портреты. Ты, мой мальчик и орава совершенно замечательных кареглазых темноволосых детишек!
— Вам так надоел сын, что вы решили сплавить его первой встречной? — не выдержала я. Поток непонятных слов терпеть ещё получалось, а вот планы на моих детей — перебор! — Что за маниакальное желание его на ком-нибудь женить?
— Не на ком-нибудь, — она довольно сощурилась. — Ты мне подходишь, Хайм.
— Да вы издеваетесь?!
Я застонала. Мать и сын слишком сильно похожи. Боги, они даже говорили одними и теми же фразами. Один Лайонс был занозой в заднице, а теперь в моей жизни их стало двое. А если остальное семейство такое же? Я уже готова бежать на границу!
— Совсем нет, — высокородное чудовище поправило прическу, улыбаясь мне через зеркало. — Я слышала о тебе. От Марка, от Итана. Они несколько раз обсуждали твой характер при нас с Тарисом. Лорд Лайонс сделал вывод, что ты стерва. А я подумала, что ты сильная девушка, которая не побоялась высказать моему сыну всё, что о нём думает. Как думаешь, много в его жизни было девушек, способных дать достойный отпор? Даже среди парней такая смелость исключительный случай.
— Поэтому вы так “обрадовались”, когда застали меня в спальне своего “мальчика”?
Нет, я ей не поверила. Ни единому слову. С чего бы огневику приходить домой и рассказывать обо мне родителям? Не похож он на мамсика. На кого угодно похож: на бабника, грубияна и хама, избалованного засранца. А на мамсика — нет!
— Марк заезжал домой вчера утром. Сказал, что выбрал тебя в напарницы, и ты согласилась. Я спросила, значит ли это, что у вас будут такие же отношения, как были с Жасмин. Но он ответил, что ты терпеть его не можешь. Согласилась помочь, потому что ректор надавил на тебя. Я спросила, сможет ли он исправить твоё отношение к нему, на что сын рассмеялся мне в лицо. «Она скорее с обезьяной в храм пойдёт, чем со мной!» — вот что он сказал, — леди-монстр жестом приказала служанкам выйти. Подошла ко мне и положила руки на плечи, заставив вздрогнуть. Пальцы у Леоны были тонкими и изящными, но сильными. Она явно практиковалась в магии. — Тарис дал согласие на помолвку с Моник, договорённость с которой была с отрочества Марка. Они отлично смотрелись, и она была блондинкой, как я и хотела. Слабенькая огневичка, но в нашем случае это даже хорошо. Сила моего сына стала его проклятием. Приумножать его для детей Марк не хотел. Моник была идеальным вариантом, но мы не торопили события. Можешь считать меня чудовищем, но я желаю своим детям только счастья, поэтому помолвку не устраивали. Я ждала, что Марк сделает Жасмин предложение или разойдётся с ней. Дождалась.
— А вчера утром удостоверились, что новой девушки на горизонте не появилось, — я понятливо кивнула. — И всё же теперь вы торопитесь.
— Потому что ты подходишь, — она стала массировать мою шею. — Неплохая репутация, знатный род, перспективы королевской службы. И что самое главное — твоего дара и характера достаточно, чтобы держать моего сына в узде. Разве этого мало?
— Вот и дали бы всему случиться само собой! Зачем принуждать нас? Зачем было шантажировать?
— Потому что так веселее, — рассмеялась Леона и развернула сидение пуфика, продемонстрировав свой воздушный дар. — Давай договоримся. Ты ведёшь себя хорошо сегодня, а я — через три месяца, даже если вы решите разорвать помолвку. Устроит?
— И под хорошим поведением вы подразумеваете..?
— Твоё “да” в храме главным образом, — леди Лайонс мягко улыбнулась. — Так что? По рукам?
— Бездна с вами, — я протянула ей ладонь. — По рукам!
ГЛАВА 11. Помолвка
По традиции перед помолвкой будущий жених невесту видеть не должен трое суток. Но в нашем случае речь шла о трёх часах. Марк тоже не выспался, а потому отчаянно зевал у алтаря в храме четырёх стихий. Оглядывался по сторонам, лениво оценивая наряды гостей. Странно, но я перестала злиться, когда увидела его с букетом трогательных ромашек у белоснежного зеркала, перед которым мы будем обещать друг другу верность. Меня уже почти не раздражало дурацкое розовое платье с излишне откровенным вырезом. И даже перспектива стать невестой Лайонса на долгих три месяца.
Марк не обернулся. Замер, глядя на меня огромными глазами через отражение в ритуальном зеркале. И в его зрачках вновь загорелось внутреннее пламя. Он облизал сухие губы и будто усилием заставил себя моргнуть несколько раз.
— Хайм, ты почти голая! — шёпотом возмутился жених. — Нельзя приходить в храм в таком виде.
— Боги наблюдали меня и в худшем виде. А твоя мать навела успокоительные чары.
— Сильные?
— Да, — улыбнулась я. — Сниму к концу обряда, если повезёт.
— Ну, мама, — Лайонс покачал головой, наконец, обернувшись ко мне. Взгляд его будто магнитом притянуло к декольте. Он громко сглотнул. Воздух вокруг нас нагрелся. — Можно мне тоже успокоительных чар?
Голос Марка сделался хриплым, и я неожиданно покраснела, вспомнив его обнажённое тело в свете пламени свечи. Боги, как теперь стереть этот образ из памяти? Он будет преследовать меня в кошмарах! Или снах другого содержания...
— Откат поймаешь, — прошептала я, принимая из рук боевика букет. — Я, конечно, не против огненного шоу, но твоим родителям оно не понравится.
— Если тебя изнасилуют у алтаря, им тоже не понравится, — ещё тише пробормотал Марк. Не для меня, а так — бубнил под нос.
— О, вот тут ты ошибаешься. Леди Леона будет в восторге. «Даэрчик раньше появится!» — передразнила я фиктивную свекровь. — Ты знал, что она придумала имя для нашего первенца? В честь твоего дедушки. Это так мило.
— У меня не было дедушки по имени Даэр, — возразил Марк, заставляя меня с восхищением посмотреть на его мать. Так искусно надо мной издеваться — это талант. — Да где храмовник? На тебя все пялятся. Сколько можно!
Будто почувствовав недовольство жениха, из неприметной двери справа от нас вышел высокий и щуплый мужчина в мантии.
— Вы готовы, дети мои?
— Всегда готовы, — проворчал Марк и получил от меня локтем в бок. — Ай!
— Веди себя прилично!
— Сразу, как ты прикроешь своё секретное оружие, — пообещал Лайонс, так и глядя на мою грудь через зеркало. — Чистейший, а можно считать, что она оказывает давление своим внешним видом?
— Нет, сын мой, — с благостной улыбкой ответил священник. — Боги создали женщину слабой, чтобы не перечила мужчине. И красивой, чтобы мужчина не перечил ей.
— Понял. Ну тогда начинайте. Сил нет больше терпеть!
Марк уже говорил в полный голос, и я слышала шепотки за спиной. Самых близких набралось не меньше трёх десятков, и все они теперь обсуждали мой наряд и пошлого жениха. «Как можно, в храме!»
— Да, начинайте. Я не могу толком дышать в этом платье, — решила я поддержать концерт.
Раз мне всё равно будут перемывать кости, следует хотя бы получить удовольствие от процесса.
— Надо поскорее расшнуровать лиф, — предложил Марк.
— О, это будет сложно. Меня в него запихивали две служанки.
— Тогда я просто его сожгу. Чистейший, не тяните же кота за интересные подробности!
— Кхм-кхм! Итак, дети мои, сегодня мы собрались под сводом храма четырёх стихий, чтобы засвидетельствовать ваши первые клятвы. Готов ли ты, Марк Лайонс, посланник бога Красного Пламени, назвать эту девушку невестой и принести свою клятву?
— Готов, — уверенно кивнул Лайонс. — Клянусь быть верным женихом и честным союзником, защищать и оберегать тебя. Отныне и пока мы связаны.
— Я услышал твою клятву, а боги приняли её, — Чистейший хлопнул в ладоши, и по зеркалу пробежались разноцветные искры. — Камилла Хайм, посланница богини Синего Моря, готова ли ты назвать этого мужчину женихом и принести свою клятву?
— Угу, — вздохнула я. — То есть да, готова, Чистейший. Клянусь быть верной невестой и честной союзницей, заботиться и поддерживать. Отныне и пока мы связаны.
— Я услышал твою клятву, и боги приняли её. Жених может поцеловать невесту.
— Не при всех, — открестился Марк. — Башню сорвёт, как потом в глаза родным смотреть?
— Без башни-то? Без башни никак, — изрекла я глубокомысленно.
Всё ещё возилась с чарами Леоны. Ядрёные она выбрала, хоть и казались на первый взгляд простенькими. Демоны! Так и знала, что она не просто так массаж мне сделать решила. Ну леди Лайонс, это война!
— Тогда прикоснитесь к алтарю и получите благословение богов, — раздражённо велел Чистейший.
Мы послушно потянулись к белой гладкой поверхности, и в третий раз увидели, как в разные стороны по ней разбегаются искры. Холодный камень под ладонью стал нагреваться. Я взглянула на Марка, но он выглядел таким же удивлённым. Значит, не его магия грела алтарь.
— Боги благословили ваш союз, — сделал вывод храмовник. — Можете идти к семье и поделиться радостной вестью!
Я разобралась с успокоительными чарами и сразу задышала свободнее. Как же меня бесят наведённые эмоции! Мама часто использовала подобную магию с Шарлоттой, а я высасывала её. Получалось, что мы с сестрой делили спокойствие пополам, и я какое-то время ощущала все то же, что и она. Сонливость, безразличие ко всему вокруг. Некоторые заклинания отбивали обоняние и снижали зрение. Схожее действие было у магических наркотиков с седативным эффектом. Да, Лотти пыталась подавить свою огненную ярость различными средствами.
Из храма нас переносили порталом. Полагаю, леди Леона боялась, что мы с Марком сбежим. Она собиралась контролировать каждый наш шаг, и раздражала этим неимоверно. Я похожа на цирковую обезьянку, которую можно надрессировать?
— Ты сопишь, как обиженный ёжик, — усмехнулся Марк, обнимая за плечи. Его сложившаяся ситуация будто забавляла. Лайонс был спокоен и наслаждался вмешательством в свою личную жизнь. — Принести что-нибудь выпить?
— Да. Что-нибудь покрепче игристого, если можно. А сам не пей. Тебе два дня подряд опасно.
— Я держусь лучше тебя, — заметил он. — Ладно, не пыхти. Буду сегодня послушным мальчиком.
“Послушный мальчик” ушёл добывать мне спасительное средство. Я осталась стоять в центре двора, украшенного белоснежными лентами и розовыми цветами. Ко мне подходили совершенно незнакомые люди, поздравляли со знаменательным событием и спрашивали, где же леди и лорд Хайм. А я тихо зверела, с трудом отвечая на дурацкие вопросы. Однако совсем скоро запас желающих докопаться иссяк. Вернее, я так думала. Народ вокруг возбуждённо зашептался. Разрезая толпу гостей, ко мне спешила блондинка в шикарном голубом платье. Шёлк переливался в лучах солнца, и я не сразу заметила, что в её руках бутылка с тёмной жидкостью. Я судорожно соображала, знаю ли кислоты такого оттенка, перебирала мысленно яды, разъедающие плоть при попадании на кожу.
— Дрянь! — заорала Моник, выплёскивая на меня вязкую субстанцию. Я успела защитить кожу универсальным заклинанием. Короткая вспышка щита — и я стою перед сотнями гостей в отвратительно грязном платье. — В древние времена так помечали воровок!
— Ну да, а я украла твоего жениха, ясно. Поделом мне, — я нахмурилась, осматривая чужое платье. Неудобненько получилось. И вроде бы виновата не я, а стыдно мне. Щёлкнула пальцами, призывая на помощь магию. Аккуратно намочила наряд, и пятно стало расти на глазах. Пока вся розовая ткань не поменяла цвет на неоднородный фиолетовый. С юбки закапала грязная вода. — Так даже лучше. Спасибо.
Я сама удивилась настолько спокойной реакции. Вот где пригодились чары псевдосвекровки. А Моник будто взбесилась. Рванула ко мне, выбрасывая бутылку в кого-то из гостей. Послышался визг и ругательства. Бывшая невеста Марка попыталась вцепиться мне в волосы, но я успела увернуться и совсем не по-девчачьи ударила её коленом в живот.
Игры кончились. Моник разозлилась и почти сразу запульнула в меня огненным сгустком. Я попыталась уклониться, но не успела бы при всём желании. Зажмурилась. Треск пламени! Распахнула глаза и облегчённо выдохнула. Я стояла, окружённая огнём. Стены в мой полный рост у Моник не получалось пробить.
— Спасибо, дорогой, — перекричала я шум снаружи.
Магия осела. Лайонс обеспокоенно смотрел на меня. Интересно, его так мое обращение напугало? Или всё же нападение бывшей?
— Ты в порядке?
Значит, нападение. Беспокойство фальшивого жениха отдалось легкой волной тепла по телу. Приятно, демоны его забери.
— Да, — я улыбнулась. — Отделалась лёгким испугом. Ты очень вовремя. А где моя выпивка?
ГЛАВА 12. Родителей не выбирают
Мы вернулись в академию через пару часов после нападения Моник. Пришлось дожидаться дознавателей, которых вызвали родители Марка.
— Хотел познакомить тебя с сестрой, но её не выпустят из дома, пока здесь всё не утихнет, — шепнул напарник, когда у нас уже взяли показания.
— Почему?
— Мама считает, что я такой несдержанный из-за их с отцом ссор в детстве. Психику мне сломали, пока спорили, будут разводиться или нет, — Лайонс коротко рассмеялся. Как мне показалось, через силу. — Анис теперь оберегают от любых потрясений. Не хотят испортить и второго ребёнка.
— Очень мило, — пробормотала я. — Получат не испорченного, зато слабого и неприспособленного ребëнка.
— Ей шестнадцать. И у неё характер матери, — убил меня жених. — Вы бы поладили.
— Сомневаюсь. Особенно, если у неё характер леди Леоны. Я до сих пор от её успокоительных чар не отошла.
— Мать двоих огневиков. Чего ты хотела? Уверен, она выбрала для тебя не самое забористое заклинание.
Лайонс проводил меня до общежития, а сам ушёл к себе. На утро мы назначили тренировку, так как времени до начала отборочных игр оставалось немного. Вместе с завтрашним днём — одиннадцать суток. Как за такой срок добиться максимальной спайки?
Я долго лежала в ванне, размышляя над тем, что нас ждало. Если подумать, леди Леона сделала нам большое одолжение, принудив к помолвке. Так будет легче тренироваться. Можно проводить время в комнатах друг у друга, а это поможет наладить контакт.
В том, что мы выиграем внутренние академические испытания, я уже не сомневалась. Единственный серьёзный соперник для нас Итан. Но Марк его давно знает, а значит мы без труда найдём его слабости. Знать бы, кого он выберет на замену Жасмин и Лили. Снова кого-то из водниц? С таким уровнем силы остались только Ария и Нира. Значит, нужно присмотреться к ним.
А вот с Королевскими Играми уже сложнее. Достать культистов исподтишка не выходило, и я решила поучаствовать в отборочных. Марк очень вовремя подошёл с предложением-просьбой. Я смогла совместить помощь ему со своими целями.
Но мало оказаться в академии. Нужно “соблазнить” фанатиков. Показать им, как я могу быть полезна. Для этого нам с Лайонсом нужно призовое место. И он неожиданно делает успехи. Сегодня контролировал себя как никогда прежде. Чуть не сорвался лишь единожды, когда пытался не утонуть в декольте своей невесты.
Я посмотрела на испорченное платье, висящее на крючке двери. А перед глазами встала совсем другая картина. Ванная Жасмин. Лужи на полу. Мокрое полотенце. И тело одногруппницы. Или не её? Я всё ещё сомневалась. Становилось не по себе от мысли, что могу ошибаться.
А если мои родители правы? Не исчезала Шарлотта. Умерла. Несчастный случай. Культисты не похищали Жасмин и не подбрасывали в общежитие тело другой девушки. Я наскоро домылась и поспешила покинуть ванную. Вернулась в спальню, всё сильнее нервничая. Будто всё спокойствие за сегодняшнее утро испарилось, и я поймала тот самый “откат”, которым угрожала Марку.
Домашняя работа не помогла отвлечься. Но и пытаться уснуть было бессмысленно. Стоило закрыть глаза, как я видела синеющее тело одногруппницы и её остекленевший взгляд. И голос отца настойчиво требовал отпустить. Забыть. Жить дальше. Будто не было никогда людей, отнятых проклятыми культистами.
Двойной стук в дверь. Я взглянула на письмо, просунутое в щель, и застонала, уже не сдерживаясь. Не нужно вскрывать конверт, чтобы догадаться, что в нём. Родители узнали о помолвке и требовали объяснений.
Ошиблась я не сильно. Отец хотел немедленно видеть дочь и её избранника.
«Ты молодец, что решила устроить личную жизнь и перестала гоняться за призраками прошлого. Но нас глубоко печалит, что не пришла поделиться радостью со своей семьёй».
Моя семья умерла, когда ты бросал горсть земли на пустой гроб. Когда говорил поминальную речь. Когда принимал соболезнования от близких. Моя семья умерла, когда вы открестились от своей младшей дочери, едва получили такой шанс.
Письмо я бросила в урну, скомкав как следует. Жаль, что не могла сжечь дотла. Впрочем, это к лучшему, потому что будь я огневиком, моя комната сгорела бы вместе с конвертом.
— Если лорд Хайм чего-то хочет, он это получает, — прошипела я, надевая форму.
Теперь благодаря помолвке с Марком, я могла заявиться в мужское общежитие даже ночью. А сейчас всего лишь ранний вечер. Придётся Лайонсу не спать ещё несколько часов.
Как и предполагала, в общежитие парней получилось зайти без проблем. Меня не остановил ни встретившийся на пути завхоз, ни кто-либо из студентов. Даже защитная магия пропустила легко и непринуждённо. Я спросила у знакомого огневика, где комната Марка, и он решил проводить до нужного коридора. Мы шли, не скрываясь, а я всё обдумывала, как у убийцы лже-Жасмин получилось принести тело в женское общежитие? Обойти защитные чары можно было без труда, да. Но только в том случае, если нашёл путь методом проб и ошибок. Значит, убийца не раз бывал у нас. И он может прийти снова. Как выяснить, кого водили девушки в свои комнаты? У каждой узнавать имена любовников? Да, глупо, но это хоть какая-то зацепка. Убийца встречался с одной из водниц. Может, её тело мы и нашли? Наверняка существуют способы сделать кого-то настолько похожим на другого человека. Тогда выспрашивать имена не имело бы смысла, потому что лже-Жасмин уже мертва.
— Спасибо, — я улыбнулась и постучала в дверь комнаты номер пятнадцать. Провожатый недовольно поджал губы. — Лайонс, я знаю, что ты там. Мне нужна помощь. Срочно.
Дверь распахнулась. На пороге стоял сонный Марк. В домашних штанах и без рубашки.
— Уже соскучилась? — жених удивлённо улыбнулся, пропуская меня в спальню. — Спасибо, что проводил мою невесту, Спайс.
— Я Спенсер, — пробурчал однокурсник Шарлотты, но мой напарник уже закрыл перед его носом дверь.
Неудобно получилось. Но прямо сейчас я не собиралась отчитывать Марка за невоспитанность. Все мысли были заняты предстоящей встречей с родителями. Еще ни одна из них после исчезновения Лотти не закончилась хорошо.
— Что успело произойти за тот час, что мы не виделись?
— Родители узнали о помолвке и хотят нас видеть, — я наморщила лоб и потёрла его холодными пальцами. — Отец в бешенстве.
— До выходных не потерпят?
— Выходные лучше потратить на тренировки, — покачала головой я. — Если не навестить отца и мать сегодня, то завтра они приедут сами. Поверь на слово, ты не захочешь встретиться с ними публично. Моё семейство, как мерзкое лекарство, следует принимать в малых дозах и наедине.
— Ты видела леди Лайонс? — Марк хохотнул. — Думаешь, я после неё чего-то испугаюсь?
— Леди Хайм накачивала мою сестру наркотиками с шести лет, — призналась я в сердцах. — А отец за проступки держал её в подвале на хлебе и воде, чтобы Шарлотта вырабатывала меньше магии.
— С тобой он тоже был жесток? — нахмурился Лайонс.
Я смотрела на свои сцепленные в замок руки. Не желая выдать, какими тяжёлыми были годы жизни в родовом гнезде. Мы с сестрой никогда и никому не рассказывали об издевательствах родителей. Делили воспоминания на двоих, сохраняя тайну. Да и кому интересно слушать нытьё двух избалованных девиц? Все решили бы, что мы с жиру бесимся. Пусть отец и не был богат, но мы не нищенствовали.
— Нет. Его раздражала только Шарлотта. Мне кажется, он думал, что она не его дочь.
— В семье водников родилась огневичка. Да, такое иногда случается. Особенно если среди предков были маги огня.
— Объясни это ревнивому мужчине, — закатила я глаза. — Марк. Я бы и одна могла съездить. Но с тобой будет… спокойнее.
— Значит, я тебе всё-таки нужен? — он довольно усмехнулся. — Так мило краснеешь, дорогая невеста.
— Ты ведёшь себя до бездны странно, — воскликнула я, не поднимая взгляда от своих рук. Пальцы подрагивали. — Слишком спокоен. Заигрываешь со мной. Ещё и эта помолвка. Мне пора волноваться?
— Ты не подозреваешь меня в убийстве, — полувопросительно заметил напарник. — Не делай вид, что готова обвинить меня в смерти Жасмин.
— Или другой девушки, похожей на неё, — напомнила я. — И я тебя ни в чём не собиралась обвинять. Просто ты неестественно спокоен.
— Радуйся, — Марк неожиданно поднял моё лицо, слегка надавив пальцами на подбородок. — Из тебя получилась отличная Компаньонка для агрессора. Если ты одета и собрана, дай мне пару минут. Навестим твоих родителей. Пусть увидят, какого потрясающего парня ты отхватила.
ГЛАВА 13. Родовой особняк Хайм
Мама рассказывала, что раньше особняк на холме был самым богатым в округе. Теперь белая краска на стенах облупилась, сад остался заброшенным, и правое крыло дома так и не восстановили после очередного пожара.
— У вас сгорел телепортационный коридор? — Лайонс скептично посмотрел на тропинку, которая тянулась вверх, к особняку. Мы вывалились из портала почти на середине огромного холма, так что идти придётся теперь в гору.
— Взрыв газа, — соврала я и на этот раз сама схватила Марка за руку.
Ладошки мёрзли, как бывало перед встречей с отцом. Особенно выбило из колеи воспоминание о дне, когда случился тот самый пожар.
Телепортационные коридоры были в каждом уважаемом доме. Чем больше особняк, тем длиннее коридор и больше в нём дверей с привязанными порталами. Обычно в доме работал ключник, в чьи обязанности входило запирать порталы, чтобы непрошенные гости не могли попасть внутрь.
В академии таких коридоров было несколько. Они вели в каждый крупный город королевства. Предусматривались также универсальные двери, если студентам срочно нужно было перенестись прямо домой. Когда на выходе телепортационного коридора не было, магия выбирала наиболее безопасную точку для разрыва в пространстве и выкидывала пассажиров там.
— Разумеется, — не стал вдаваться в подробности Лайонс.
Конечно, он догадался, что пожар в доме, где жила несдержанная огневичка, мог случиться скорее из-за очередного её приступа ярости, чем из-за неисправности газопровода.
Мы поднялись и остановились на крыльце. На массивной входной двери появились трещинки, которые я не помнила. Зато чугунное кольцо с акульей головой было то же самое.
— Ваш семейный герб — акула?
— Кусающая себя за хвост, — кивнула я и трижды ударила ненавидимой металлической башкой о треклятую дверь. — А ты не силён в геральдике.
— И в истории. Мне было скучно, я начинал злиться, и гувернантке приходилось выбирать — менять сожжённый учебник или не доставать меня неинтересными предметами.
— Для Шарлотты построили огнеупорный флигель, когда ей исполнилось четырнадцать, — призналась я, взглядом указывая на маленький домик в сотне метров от особняка. — Но учителя туда входить не рисковали, поэтому занимались только со мной, а сестру учила я.
— Понятно теперь, почему ты такая зубрила. От тебя зависело, сколько узнает сестра, и ты старалась выучить всё, до чего могла дотянуться. Необходимость отпала, а привычка осталась.
Я открыла рот, намереваясь возразить, но не успела. Наш старый чопорный дворецкий, один из немногих слуг, что остались в особняке, соизволил услышать стук. Наконец-то! Психоанализ от Марка Лайонса не самое лучшее продолжение сегодняшнего дня. Мне и без того предстояло сложнейшее испытание.
— Леди Хайм, — седой полноватый мужчина приоткрыл дверь и сдержанно кивнул. — Господа не предупреждали, что вы сегодня зайдёте в гости.
Он всегда вел себя так, будто выше меня по происхождению. Лотти сводил с ума колкими комментариями, а со мной был вежлив, однако каждый раз смотрел свысока. После похорон старый ублюдок устроил попойку с танцами и песнями. Надо ли говорить, что я его ненавидела?
— Уйди с дороги, или снесу тебя потоком кипятка, — холодно приказала, сжимая кулаки. Забыла, что держала за руку жениха, но исправилась. Разжала ладонь и выдохнула. — Я не шучу, Джаред. Ради всех богов, впусти меня в мой дом.
Дворецкий неприятно усмехнулся и отошёл в сторону, вынудив самостоятельно открыть дверь.
— Я могу сжечь его заживо, если хочешь, — громче, чем следовало, предложил жених, приобняв меня за плечи, будто боялся, что неконтролируемый выброс случится у меня.
Хороша была бы компаньонка, ничего не скажешь. Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Обрести душевное равновесие, насколько это вообще было возможно в нашем случае.
В это время родители всегда ужинали, так что я указала Лайонсу взглядом на столовую, и он ушёл немного вперёд. Двустворчатые двери толкнул с такой силой, что они с грохотом стукнулись о стены. Марк с видом победителя вошёл в трапезную и оглянулся на меня. Я застонала от досады. Не стоило говорить огневику про особую комнату в подвале. Теперь он даже не попытается казаться вежливым!
— Лорд и леди Хайм, счастлив с вами познакомиться, — опроверг все мои ожидания напарник. Подал мне руку и галантно подвёл ближе к родителям.
— Мама, папа, познакомьтесь с Марком, — я сглотнула колючий комок в горле. Говорить вмиг стало сложнее обычного. Язык сделался ватным, непослушным. — Мы помолвлены.
— Так это правда? — отец наплевал на правила приличий. Скомкал салфетку и бросил в своё жаркое. Светло-серая ткань моментально пропиталась жирным соусом, и мама поморщилась. — Ты притащила в мой дом огневика?
— Это и мой дом тоже, — напомнила я, глядя на расстроенную маму. — Вы хотели меня видеть. Я пришла. И даже не одна. Что ещё нужно?
— Уважение, Милла, — воскликнула мать, моментально сменив грусть на злость. Оскорбилась донельзя.
Марк только после этого обратил на неё внимание. Мама когда-то была очень красивой женщиной. Правильные черты лица, чёрные волосы и чародейские зелёные глаза. Такие как она старели со вкусом и изяществом. Готова поспорить, сейчас леди Хайм и леди Лайонс могли бы соревноваться в красоте, если бы не одно “но”. Лицо Рэллии Хайм портили отвратительные шрамы от ожогов. Плоть сгорела до такой степени, что восстановить её было нельзя ни зельями, ни заклинаниями.
Напарник побледнел, опустив взгляд. Да, теперь он понимал, почему в моём доме терпеть не могли огневиков.
— Меня зовут Камилла, — я сложила руки на груди. — Тихого семейного ужина не будет, да?
— Милла, — с нажимом повторил дурацкое сокращение отец. — Я настаиваю, чтобы через три месяца вы с лордом Лайонсом расторгли помолвку.
— Нет, — ответил вместо меня жених. — При всём уважении, я не позволю вам указывать, стоит ли нам с Камиллой разрывать отношения. Мы помолвлены. Через полтора года, может быть, чуть позже поженимся. Всё будет зависеть от того, когда получим дипломы.
— Я не оплачу вашу свадьбу, — Арек Хайм начинал злиться, но и Марк не оставался безучастным.
Я уже чувствовала, как жарко становилось в комнате. Мама поёжилась и отодвинулась дальше от стола. Она боялась и даже не собиралась скрывать этого.
— Хорошо, что я богат, — усмехнулся напарник. — Камилла понравилась лорду и леди Лайонс, они с удовольствием возьмут на себя все материальные трудности, связанные со свадьбой.
Я повернулась к Марку, улавливая и жесткость в голосе, и горящие огнём глаза. Положила ладонь ему на плечо и попыталась забрать излишки магии. Резерв продолжал сопротивляться. Мне всё труднее становилось вытягивать из боевика силу, и он попытался успокоиться. Выдохнул несколько раз сквозь зубы, зажмурился.
— Милла не пойдёт против семьи, — испортила все наши старания мама. — Я не потеряю ещё одну дочь.
— Хватит нам с матерью похорон, — поддержал отец.
— Лотти жива, — я тяжело вздохнула. — Пожалуйста, давайте просто разделаемся с этим. Чего вы хотели? Чтобы я опровергла слухи о личности моего жениха? Увы, это действительно Марк Лайонс. И да, он огневик. Ещё более сильный, чем Шарлотта. Снова да, теперь мы работаем в связке, а я перевелась в группу дуалов.
— Откажись от помолвки, — твердил отец как заведённый. — Откажись, всеми богами заклинаю. Кто угодно, кроме Лайонса, Милла.
— Её. Зовут. Камилла, — Марк будто каждое слово топором вырубал на огромном стволе дерева. — Вы должны знать.
— Да, потому что мы её родители, — мама встала из-за стола и спряталась за спину мужа.
— Родители не запирают своих детей в подвале, — нахмурился жених, наконец взяв под контроль пламя. — И не пичкают их наркотиками с шестилетнего возраста. Мне надоел этот разговор, Камилла. Если нужно что-то забрать отсюда — поспешим. Если нет, то вернёмся в академию, пока я не сжёг весь особняк и его окрестности.
— Что значит «что-то забрать»? — отец растёр лицо ладонями.
— Это значит, что ваша дочь сюда не вернётся, — огорошил меня и моих родителей Лайонс. — На каникулах будет жить у нас в поместье, а после учёбы мы купим дом и поселимся вдвоём. Камилла, ты начинаешь меня злить! Где лежат нужные тебе вещи?!
— Во флигеле, — я поспешно кивнула и почти побежала к выходу из дома, где даже дворецкий смотрел на меня с презрением.
ГЛАВА 14. Флигель
Ключ в «резиденцию младших Хайм», как говорила Лотти, хранился в клумбе у входа. Я сунула руку под лепестки оранжевых цветов, за которыми раньше ухаживала сестра, и попыталась его нащупать. Но нет, под пальцами была одна сырая земля.
— Чего ты возишься? Решила заняться садоводством?
— Ключ пропал. Дверь не выломать, она защищена чарами, как и всё в доме.
— А что тебе нужно внутри?
— Фотокарточки, личные вещи, парочка книг, — перечислила я, отряхивая ладони от земли. — Родители никогда не входили внутрь. Даже когда мы там жили, не приходили проведать. Присылали Джареда, чтобы он позвал нас в особняк, предварительно накачав сестру «вертиго» или «пылью». Зачем им мог понадобится ключ?
— А прислуга? Во флигеле оставалось что-то ценное?
— Нет, я увезла всё в академию, тут были только личные вещи. Продать их, наверное, можно, но из прислуги осталась только старая прачка, кухарка и дворецкий. Они даже жалование не всегда забирают: просто доживают свои годы в особняке.
— Давай войдём и проверим, пропало ли что-то? — Марк решил на удачу попробовать открыть дверь без ключа. Надавил на дверную ручку, толкнул и… она поддалась. — Ты уверена, что запирала дверь?
— Всегда запираю. Это Шарлотта постоянно забывала всё на свете. У неё были проблемы с концентрацией. Поэтому мне приходилось быть вдвойне внимательной.
— Тогда точно нужно проверить, всё ли на своих местах, — напарник вошёл и включил свет. Я последовала за ним, оглядываясь по сторонам.
Наше убежище было маленьким. Прихожая с небольшим шкафом для верхней одежды и обувной полкой. Спальня с двумя кроватями, письменным столом, мягкими креслами у камина. Ванная комната одна на двоих. И небольшая кухня. Книги лежали прямо на подоконниках, зачарованных от влаги. Одежда висела в шкафах, на спинках стульев и кроватей.
— Всё, как было, — подтвердила я, внимательно осматривая комнаты. — Только пыли мало.
— И что?
Марк не выглядел удивленным. Я отвела взгляд. Подошла к камину и сняла с полки статуэтку кошки.
— Заклинание чистоты активируется, если погладить её по голове. Вот так, — я провела ладонью по холодному фарфору. С полки и деревянного пола тут же пропал слой пыли. Стёкла на окнах стали прозрачными. — Я была здесь в последний раз полгода назад. За это время тут всё паутиной покрылось бы, не то что пылью!
— Ты утрируешь, — возразил Марк. — Может, леди Хайм всё-таки заходила?
— Да нет же! Как ты не понимаешь? — я поставила статуэтку на её законное место и повернулась к жениху. — Мама не знала про кошку. Никто не знал. Только я и Шарлотта. Теперь понял? Она жива. Она была здесь! Пару недель назад возвращалась зачем-то.
— Кстати, — Марк уселся в одно из кресел. — Жажду подробностей. В академии говорили, что родители забрали её, решив, что им нужна хотя бы одна дочурка под боком.
— Да, так и было. Мы с Шарлоттой выбирали академию, где учились бы на парном факультете. Их всего три, но одну мы отбросили сразу же. Родители были против, поэтому мы их обманули, что якобы отказываемся от своей идеи. Поступили в разные академии. Когда Лотти исполнилось двадцать, она должна была перевестись ко мне. Мы решили уехать в другой конец королевства, чтобы пересекаться с родителями как можно реже. Но стоило сестре подать заявление о переводе, как отец узнал и взбесился. Приехал в академию, кричал, что не допустит нашего воссоединения. Он был не против, чтобы Шарлотта стала парником, но позволить партнёрство со мной не хотел.
— И он забрал Шарлотту, а она спалила половину дома?
— Да, её накачали чем-то новеньким и силой притащили в особняк. Оставить дочь во флигеле лорд Хайм не пожелал, ведь отсюда она легко могла сбежать. Поэтому воспользовался зачарованным подвалом. Он был рассчитан на уровень Шарлотты, и раньше проблем не было. Но наркотики, которыми её напичкали, что-то изменили.
— Она поймала откат?
— Думаю, да, — я кивнула. Сама не понимала, зачем рассказываю всё засранцу, однажды меня шантажировавшему. Наверное, его заступничество перед отцом сбило с толку. Или мне пора было выговориться. — Чудовищной силы выброс. Мне кажется, магометр показал бы тридцатый уровень, если не выше.
— Она сгорела? — Марк заёрзал в кресле.
— Так решили дознаватели, а родители проверять не стали. Тело не нашли. Сказали, что она сгорела дотла, — я сложила руки на груди. — Ты когда-нибудь обжигался собственным пламенем?
— Никогда, — Лайонс поджал губы. — История смахивает на смерть Жасмин.
— Да, есть совпадение, но не думаю, что Шарлотту убили. Дело в том, что отец не забирал документы из академии. Я приехала получить их и оставшиеся вещи сестры, когда прошли похороны. Её комната была пуста. И документов в деканате не оказалось.
— Как это возможно?
— Ректор велел передать их декану, а тот якобы отдал родственникам Шарлотты, — я зажмурилась, мысленно возвращаясь в тот день. — Я приехала, рассказала всё родителям, но они отмахнулись. Тогда я стала копать сама.
— Культисты не исследование, а часть твоего расследования? Как они связаны с пропажей Шарлотты?
— Через наркотики. Она подсела на них в последние полгода. Держать дар в узде без меня удавалось с трудом. А магические пилюли помогали. «Серебряная пыльца», «вертиго» — ничего серьёзного. Но потом стала принимать что-то ещё. Я так и не нашла её поставщика. Предполагаю, что препарат, использованный отцом, наложился на то, что она принимала сама, оттуда и такой мощный откат, — я нахмурила брови. — Хватит ёрзать!
— Да у вас кресло какое-то, — напарник, не договорив, встал со своего места и отошёл на два шага.
— Змею увидел под сидением? Что такое?
— Оно жжётся, — обиженно ответил Марк. — Не сильно, но ощутимо.
— Может, Шарлотта повесила шутливые защитные чары? — я пожала плечами и села в кресло. — Мы поначалу спорили, кто где спит, где чья полка. Ай!
Вскочила, будто ужаленная. Жених либо чувствовал жжение не столь сильно, либо мужественно его терпел во время нашего разговора. У меня пятая точка огнём полыхала!
— Сними сиденье, — попросила напарника.
Марк без лишних вопросов снял с кресла подушку и отложил её в сторону. У подлокотника лежал красный блокнот.
— Что это?
— Дневник Шарлотты, — я сглотнула ком в горле. — Я подарила его за пару месяцев до случившегося. Искала потом долго. Весь флигель перевернула с ног на голову, в академии скандал устроила, но ничего не добилась. Среди вещей сестры, собранных комендантом, не было никакой красной тетради.
— А в кресло догадалась заглянуть? — Марк взял тетрадь в руки и открыл первую страницу. — «Всегда ищи ключ там, где живёт пламя».
— Конечно, я не искала в кресле. Поисковые чары бы привели к нему. Боги! Это её любимое выражение, — я улыбнулась. — Шарлотта говорила, что её пламя живёт в сердце. А значит все ответы там. Дай посмотреть.
Я забрала дневник у Лайонса и пролистала пару страниц. Рисунки, схемы плетений, закодированные заклинания. Лотти не хотела, чтобы кто угодно мог понять, что там написано.
— А если это не просто любимое выражение? — Марк навис у меня над плечом. — Допустим, Шарлотта жива. Допустим, она была здесь и подбросила дневник с подсказкой, где можно её найти. Попробуй понять, что она хотела сказать этой фразой?
— Не знаю, — пробормотала, захлопнув дневник. — Может, стоит снова пробраться в морг и взглянуть на сердце Жасмин?
— Ты серьёзно? — напарник удивлённо поднял брови. — Хочешь вскрыть грудную клетку моей бывшей, достать её сердце, рассмотреть под лупой и засунуть обратно? Думаешь, в морге не заметят, что внутренности кто-то трогал?
— Необязательно твоей бывшей. Возможно, в морге тело другой девушки, — я убрала дневник в сумку. — А что предлагаешь ты? Забыть о том, что у меня есть сестра? Нет уж. Извини, но, если бы это помогло найти Шарлотту, я вскрыла бы грудную клетку и живой Жасмин. Стоит ли говорить о мёртвой лже-Жасмин?
— Даже если так, твоя сестра была тут пару недель назад. Лже-Жасмин или Жасмин на тот момент была жива, — напарник потёр лоб. — Да и не засунула бы она записку в сердце человека. Это даже для вашей семейки перебор. Так что думай, Хайм. Послание явно адресовано тебе. Больше никто не искал её.
— Лайонс, я не знаю!
— Не нервничай, — Марк неожиданно заговорил спокойно. Почти нежно. — Выдохни и проговори вслух всё, что у тебя есть на данный момент.
— Наркотики она покупала у кого-то из культистов. Я сделала такой вывод, потому что чаще всего упоминания об эффекте, замеченном одногруппниками Шарлотты, встречались в делах, связанных с культом Тиара.
— Как ты получила доступ к делам?
— В архиве всё в свободном доступе. Считается, что культисты прекратили свою деятельность пятьдесят лет назад, поэтому никто не прячет общую информацию.
— Почему ты вообще о них подумала изначально? — однокурсник продолжал напирать. — Вспоминай, Хайм!
— Наткнулась на книгу в библиотеке, — я нахмурилась.
В памяти никак не складывалась чёткая картина. Я просто однажды утром проснулась с осознанием, что моя сестра у культистов. Тогда же начались кошмары, изводящие до рассвета. Голос сестры, ссоры с отцом. Крик мамы, когда случился пожар. Меня не было дома в тот день, но во сне я представляла всё так чётко, будто проживала эти моменты.
— Что за книга?
— Сборник легенд, — я прикусила губу. — Закладка лежала в середине. Я открыла и наткнулась на легенду о Тиаре.
— Что за закладка? Где именно ты наткнулась на книгу? Если Шарлотта подала тебе знак сейчас, то книга могла быть её первым посланием.
— Не помню, Марк, — я села в кресло, окончательно обессилев. — Лотти хочет, чтобы я её нашла! Она пытается помочь, а я не способна разгадать её подсказки!
ГЛАВА 15. Там, где живёт пламя
Мысли путались. Мне хотелось отгадать ребус, оставленный сестрой. Я понимала, что на кону, возможно, её жизнь. Ведь не будь Лотти в опасности, она объявилась бы нормально, а не стала оставлять за собой едва заметный след из хлебных крошек. Иногда мне даже казалось, что я придумала тот след. Когда тебе изо дня в день повторяют, что белый цвет на самом деле чёрный, ты начинаешь в это верить. Шарлотта была моим белым цветом.
Напарник присел на корточки и взял меня за руку.
— Ты искала её много месяцев. Любой другой человек уже сдался бы. Ты ведь не сыщик, ты студентка. Не злись на себя. Просто подумай. Я уверен, что ты можешь понять послание.
— «Всегда ищи ключ там, где живёт пламя», — я выдохнула. — Пламя живёт в костре. В лампе. В камине.
— И кот стоял на каминной полке. Думаешь, Шарлотта знала, что ты заметишь применение бытовых чар?
— Должна была знать, — я подошла к камину и осмотрела полку. — Все фигурки на своих местах.
— Пламя живёт внутри камина, — напомнила жених и сунул руку в гору золы. На неё бытовые чары не распространялись, так что камин мы вычищали вручную. Конечно, частенько забывали этим заняться. — Кажется, тут что-то есть.
Марк вытащил свёрток из тёмной ткани и отдал мне. Я развернула тряпку, когда-то бывшую любимым шарфом Лотти. Внутри лежал кинжал. Чёрная рукоять в виде лошадиной головы, гарда с орнаментом и кривой клинок.
— Есть идеи, зачем Шарлотта передала тебе оружие?
— Чтобы спрятать, — я завернула кинжал в тот же шарф и убрала в сумку. — Теперь у меня две зацепки. Кинжал и дневник. Стоит расшифровать записи Лотти и понять, чем так ценна железяка. Спасибо за помощь.
— Я рад, что был полезен, — Марк улыбнулся, вытирая руку от золы. — Но с поиском Жасмин твои зацепки нам не помогут.
— Да, связь слишком тонкая, — я поморщилась. — Жасмин не была замечена за употреблением каких-либо опьяняющих зелий или порошков. Да и зачем они нужны воднице?
Напарник замялся, будто хотел сказать что-то, но боялся. Воздух вокруг привычно потеплел, и меня посетило крайне неприятное предчувствие.
— Вообще-то, есть кое-что, что связывает Шарлотту и Жасмин.
— Учёба в нашей академии? — спросила я, уже догадываясь, что скажет Лайонс.
— Жасмин дала мне это перед тем, как ушла к Итану, — жених залез во внутренний карман пиджака и вытащил бумажный пакетик. — Сказала, таблетки помогут держать себя в руках, пока не найду ей замену. Я не принимал их, надеялся на твою помощь. А когда ты ушла в её комнату, принял. Я уже знал, что ты скажешь, и побоялся, что спалю всю общагу водниц.
Картинка в голове, наконец-то, сложилась. Неестественное спокойствие Марка было вызвано магическими таблетками, благородно оставленными Жасмин.
— Сколько ты принял?
— Пять вместе с первой, — Лайонс вглядывался в моё лицо, будто ждал осуждения или гневной отповеди за своё поведение. — Скажешь что-то?
— Ты идиот, — я высыпала в ладонь крупные белые круляши. — Эта дрянь медленно убивает того, кто её принимает. Думаешь, она поможет контролировать эмоции? Ничего подобного, Марк. Это работает по-другому. Травит твой мозг до такого состояния, что ты просто перестаёшь чувствовать. Вообще. Хочешь превратиться в овощ?
— Пока они помогали, — весомо возразил напарник. — И ты сама предлагала использовать успокоительные зелья.
— Зелья, да, с растительными компонентами. С минимальным количеством магии! А не созданный полностью магическим путём яд для твоего мозга. Хочешь знать, к чему приводит передозировка?
— Очевидно, к превращению в овощ.
— К долгой и мучительной смерти, Марк, — я вернула таблетки в пакетик и убрала его в сумку, ставшую хранилищем неизвестно чего на сегодняшний день. — Доза за дозой мозг превращается в кисель. Сначала умирают участки, отвечающие за эмоции, потом на очереди кратковременная память. И так до момента, пока наркозависимый не забывает, как дышать. Представь, что ты задыхаешься, но не помнишь, как можешь спастись. Вот что тебя ждёт, если не остановишься!
Лайонс сжал челюсти, стараясь не наговорить мне грубостей. Понимал, что я права? Или не хотел оттолкнуть? Боги, какая я дура! Хвалила его за сдержанность, думала, как хорошо на него влияю. А на самом деле чуть не убила своей невнимательностью.
— И что теперь? — напарник резко выдохнул. — Я подсел?
— Проверим, — я приложила ладонь ко лбу. Голова раскалывалась на части. — Если таблетки те же, что принимала Шарлотта, игры, возможно, придётся пропустить. Они вызывают привыкание с первого приёма. С ломкой ты участвовать не сможешь. Под их действием тем более. Как хорошо, что ты рассказал! Мы можем что-нибудь придумать, пока есть время. В ином случае тебя ждал бы настоящий позор.
— И тебя, — хрипло заметил Марк. — Прости.
— Я всё исправлю. Мы исправим.
— Но теперь у нас есть связь между Жасмин и Шарлоттой.
— Да, — я кивнула. — Нужно выяснить, у кого твоя бывшая купила таблетки. Очевидно, распространяют таблетки в академии, потому что Лотти не баловалась ими до поступления. Её накачивали родители, но сама Лотти избегала наркотиков, как могла.
— Её комнату так никто и не занял? Можно наведаться в гости.
— Заглянем. Благо идти недалеко. Прости, но на ближайшие две недели тебе придётся переехать ко мне.
— Детка, ты не спешишь с развитием отношений? — Марк невесело усмехнулся. — Я парень старомодный. Мы ведь пока недостаточно близки.
— О, поверь, в следующие несколько дней мы станем ближе, чем ты можешь себе представить, — я отзеркалила его усмешку. — Собираем мои вещи и спешим в академию. Нужно ещё выбить из коменды вторую кровать.
ГЛАВА 16. Стыд
В академию мы вернулись через пару часов. Пока я собрала нужные книги, пока мы шли к ближайшему городу с телепортационным коридором…
По пути я думала, как обойти проверку крови, если вдруг перед отборочными её решат устроить. До Королевских любая дрянь из организма выйти успеет, а вот академический этап сложнее. Времени оставалось не так уж много, а определить вид наркотика только по эффекту и симптомам я не могла. Были бы знакомые в этой сфере, справилась бы, но я старалась оставаться незаметной, чтобы спокойно копать под культистов. В итоге нужными знакомствами так и не обзавелась.
Переезжать ко мне Марк не хотел, но провести сегодняшнюю ночь в общежитии водниц был вынужден. Так что, когда на башне академии часы пробили полночь, мы выскользнули из моей комнаты. Дорогу до спальни Жасмин он уже помнил. Знал, как избежать сигнальных ловушек.
— Отмычками ты тоже умеешь пользоваться? — Марк вытер пот со лба и вымученно улыбнулся.
Ломка уже начиналась. Вернее, самая лёгкая её часть. Дальше будет хуже.
Я вытащила из кармана баночку с зачарованной водой.
— Нет, есть кое-что поинтереснее, — открыв крышку, я магией заставила воду проникнуть в замочную скважину. Пара секунд ушла на то, чтобы она приняла нужную форму, став похожей на ключ, а потом я просто открыла дверь и вернула всю воду обратно в баночку.
— У меня три вопроса, — шёпотом предупредил жених, прикрывая за нами дверь. — Почему ты не использовала тот же трюк, когда мы не могли попасть во флигель?
— Не было с собой "отмычки".
— А это второй вопрос, — он снял обувь и поставил её на специальную полку у входа. По привычке, видимо. — Зачем таскать её с собой, если можешь создать потоп буквально из ничего?
— Во-первых, управлять существующей водой легче, чем черпать колоссальное количество энергии из резерва. Во-вторых, эта зачарована, она не оставляет следов на замке. Ни физических, ни магических.
— А это мой третий вопрос, — напарник задëрнул шторы и включил в комнате свет. — Откуда у тебя столько интересных навыков?
— У меня небольшой резерв, — ответила я. — Ты привык орудовать кувалдой, а я научилась эффективно работать пинцетом.
— У тебя нормальный уровень, — возразил Марк. — Средний. Он не настолько мал, чтобы зацикливаться.
Я вытащила из сумки две пары перчаток. Натянула одни, а вторые передала огневику. Он недоумённо взглянул на них.
— Но у меня есть сестра, с которой я себя бесконечно сравнивала. Мы хотели работать в паре, помнишь? С моим уровнем в битве я скорее была обузой. Но любую слабость можно превратить в преимущество, — я тяжело вздохнула. — Надень. Если мы что-то найдём, нельзя оставлять следы. Передадим дознавателям улики анонимно. Никто не должен узнать, что мы тут были.
— Потому что мы будем первыми подозреваемыми, — Марк красноречиво поморщился. — Ладно. Давай сюда. И объясни наконец, что мы ищем?
— Если бы я знала… Оглянись по сторонам. Может, что-то пропало.
— Кроме моей бывшей? — хмыкнул Лайонс, осматривая комнату. — Всё на месте. Кажется, родители ещё не приехали за вещами.
Я тоже просканировала взглядом спальню однокурсницы. Опустилась на колени, чтобы заглянуть под кровать, но нашла только пыль.
Мы с Марком осмотрели всю комнату и облазали ванную. Тщетно. Похититель или администрация академии хорошенько тут всё убрали.
Я наткнулась взглядом на рамку с фотокарточкой матери Жасмин.
— Когда я приходила в первый раз, портрет лежал лицом вниз, — пробормотала я, подходя ближе к тумбочке. — Мы не найдём ничего, что указало бы на преступника. Все следы борьбы стëрли, других улик бы точно не оставили.
Лайонс снова вытер лицо. Он потел и тяжело дышал. Я беспокойно вглядывалась в его карие глаза, их заволокло мутной плёнкой.
— Рамка лежала вот так? — Лайонс перевернул её, «головой» к кровати и «лицом» вниз.
— Да, именно так. Я подумала, что фото задели, когда Жасмин отбивалась.
— Нет, — Марк поджал губы. — Она не отбивалась. Скорее всего, ей даже было хорошо с похитителем.
— Что это значит?
— Жасмин стеснялась даже целоваться при магофото матери. Когда я приходил, она всегда укладывала рамку так. А когда уходил, ставила на место.
— Ты думаешь, она перед исчезновением занималась с кем-то любовью? — я поставила фотокарточку как положено. — Тот, кто похитил её, попал в общежитие незамеченным. Это несложно, но нужно знать как. Если я нашла лазейку, другие девушки могли тоже. Но показывать её кому попало не стали бы. Я решила, что убийца и похититель встречался с кем-то из водниц.
— Теперь мы знаем, с кем именно.
— Итан?
— Не знаю. Они встречались не так долго, Жасмин хоть и выглядела легкомысленной, не прыгала в койку в первый месяц отношений. Ей нужно было время, чтобы довериться.
— Ты думаешь, она встречалась с кем-то одновременно с тобой?
Необычное понимание нелегкомысленности, должна признать. Но говорить об этом вслух я не стала. Марк тоже решил не озвучивать больше свои соображения. Прокручивал что-то в голове.
— У нас есть зацепки, которые приведут к твоей сестре. Если ты права, и Жасмин тоже связана с культистами, то и её мы найдём. Давай займëмся пока этим?
— Пока мы займёмся тобой, — я покачала головой, выключая свет.
Мы ушли, не забыв закрыть за собой дверь. Меня мучило чувство незавершëнности. Исчезновение бывшей Марка нервировало. Пугало. А я снова не могла разглядеть подсказки.
Марку было плохо. Небольшая слабость сменилась тревожностью. Он лежал на моей кровати, взглядом бесконечно скользя по комнате, будто искал угрозу. Лайонс мёрз и потел при этом. Ладони тряслись, в глазах полопались капилляры. Но я не могла ему помочь, только сидеть рядом, успокаивающе шептать, что скоро его отпустит, и поить водой. Жидкости он пил много. Я поставила на стол три больших графина и наполняла их каждый час. Под утро поняла, что к началу учебного дня одногруппник в себя не придёт, и начала поить жениха зельями. Запасов было немного. По одному пузырьку противопростудного, восстанавливающего и тонизирующего. Пара склянок успокоительного, захваченного во флигеле. Заначка Шарлотты.
Поить Марка всем подряд было бы глупо, поэтому я остановилась на восстанавливающем. Успокоительное тоже оставила. Первые сутки магической ломки наркозависимому просто плохо, но потом… Просыпается ярость. Мне оставалось лишь молиться, что смогу сдержать стихию Марка своим даром и зельем.
Лайонс уснул беспокойным сном, когда часы пробили семь. Пора было идти на занятия, и я понимала, что он не сможет, а я не оставлю его в таком состоянии одного. Да, он идиот и сам кругом виноват. А сердце всё равно сжималось. То ли непривычно было видеть самоуверенного Марка Лайонса таким больным и измученным, с залёгшими под глазами тенями, бледной, словно снег, кожей и дрожью во всём теле. То ли я ассоциировала огневика с Лотти и хотела загладить свою вину перед ней. Меня не было рядом, когда сестре было плохо, я не могу это исправить, но могу помочь другому магу в похожей ситуации.
Я удостоверилась, что Марк спит, написала объяснительную для ректора и тихо выскользнула из комнаты. Отнесла документ, подписанный только мной, Андро Стайсу. Рассказала помощнику ректора, что жених умудрился отравиться на помолвке. Тот расстроился не на шутку и черкнул записку на маленьком лоскутке бумаги.
— Отнесите лекарям, леди Хайм, пусть выдадут вам нужное зелье и справку, — он улыбнулся грустно и как-то болезненно. — Поздравляю. Вы достойны выйти замуж за достойного человека и сильного мага.
— Спасибо, но пока рано говорить о свадьбе, — смутилась я, не решившись сказать, что помолвка — фикция. — Что-то у ректора сегодня тихо.
— Лорда Дранеса пригласили на аудиенцию, — ответил Андро, и его улыбка изменилась, — Его Величество решил перенести игры.
— И когда они будут? — спросила я, надеясь, что голос звучал равнодушно. Внутри всё сжалось. — Надеюсь, мы не успеем выпуститься к тому времени.
— Нет, — рассмеялся он тихо. — Я не знаю подробностей, леди Хайм, но предполагаю, что Его Величество хочет ускорить события. Её Величество беременна, скоро подойдёт срок. Думаю, ему хотелось бы провести Игры до рождения ребёнка, чтобы потом его люди не отвлекались от охраны монаршей семьи.
Что-то смутно царапнуло по сердцу, какое-то нехорошее предчувствие. Королева объявила о беременности полгода назад. Первый месяц-полтора говорить о таком было не принято, чтобы не сглазить. Значит, минимум семь месяцев Её Величество вынашивает принца или принцессу. Вероятнее, даже больше, раз правитель решил ускорить проведение игр.
— Леди Хайм, — шепнул лорд Стайс, бросив взгляд на дверь. — Ректор хотел провести отборочные в пять этапов, но если Его Величество прикажет, то количество конкурсов сократят до трёх. Первый из них не требует особой подготовки.
Я переступила с ноги на ногу и прикусила губу, вопросительно глядя на помощника Дранеса. Уже знала, что сейчас он нарушит инструкции и расскажет мне всё, что знает о предстоящих играх.
— Вы играли в детстве в «замарашку»? Говорят, лорд Дранес и лорд Таллийс обожали эту забаву, даже будучи студентами. Разумеется, в усложнённом виде, но смысл игры прежний.
Я сама не заметила, как заулыбалась. Нет, Андро неисправим! Ни правил не нарушил, ни меня без помощи не оставил.
— Как раз собирались с Марком потренироваться в уклонении от атак разных стихий, — я потеребила записку для лекарей и сунула её в карман форменного жакета. — Говорят, реакцию хорошо развивает. Да и работать в команде становится легче.
Помощник ректора довольно кивнул, а потом серьёзно посмотрел на меня.
— Леди Хайм, лорд Лайонс уважаемый молодой человек. Бесспорно, его ждёт блестящее будущее и карьера при дворе. Если не с помощью игр, то благодаря связям и денежным средствам семьи. Не нужно хмуриться, нет ничего зазорного в том, чтобы использовать все данные с рождения ресурсы. Но я прошу вас. Нет, я умоляю, Камилла, подумайте прежде, чем дать брачную клятву.
— Лорд Стайс…
— Не перебивайте, пожалуйста, — он укоризненно покачал головой. — Марк богат, хорош собой, и у него головокружительные перспективы. Но он молод, несдержан, избалован и, уж простите за прямоту, не настолько умён, как вы. Я ни в коем случае не хочу мешать вашему счастью. Просто знайте, что можете ко мне обратиться за помощью не только по учебным или организационным вопросам. У меня тоже есть неплохие связи. Если вы решите расстаться с лордом Лайонсом, не бойтесь его ярости или мести от его семьи. Я смогу вас защитить. И сделаю это, если попросите.
Я дышать перестала, ошарашенно глядя на помощника ректора. Похоже, он всерьёз сомневался, не заставил ли меня Марк стать его невестой силой. Я задумалась ненадолго. Да, по факту это примерно так и случилось. Только на помолвке настоял не он сам, а его маменька. Но суть та же. Я не хотела быть невестой Лайонсу, не хотела идти на поводу у его семейки.
Вспомнила встречу с собственными родителями и длинно выдохнула. Нет. Жаловаться на напарника я не стану, как бы соблазнительно не выглядела возможность избавиться от едва заметного помолвочного узора на безымянном пальце и запястье.
— Спасибо, — ответила я уже спокойно. — Я бесконечно ценю вашу заботу и обязательно воспользуюсь помощью, если лорд Лайонс замыслит меня обидеть. Я не буду вам говорить о неземной любви между нами. Её нет, это очевидно. Но мы неплохо сработались. И пока мне этого достаточно.
— Пока — ключевое слово, леди Хайм, — он снова грустно улыбнулся. — Какой бы удивительно сильной ни была женщина, она всегда тянется душой к теплу и любви. Мне не хотелось бы встретить вас лет через двадцать на торжественном мероприятии в сопровождении лорда Лайонса, если при этом в ваших глазах я увижу боль и несчастье.
Я кивнула, не зная, что ответить. Не хотелось больше продолжать разговор. Казалось, что Марку он очень не понравился бы. Даже не характеристика «несдержан, избалован, глуповат», а именно последние слова Андро. Я каким-то внутренним чутьём ощутила, что жениха задело бы предположение, будто он не в силах сделать свою женщину счастливой. Вероятно, показалось. Я не спала вторые сутки, да и до этого долго мучилась бессонницей. А сейчас ещё и переживала, как бы не проснулся Марк и не сжёг к бездне общежитие водниц.
— Мне нужно поспешить, — наконец выдохнула я едва слышно, а потом взяла себя в руки. — Спасибо за помощь. С целителями.
— Пожалуйста, — ровным тоном сказал лорд Стайс и кивнул мне на выход. — Бегите, вас, кажется, ждут.
ГЛАВА 17. Ломка
Магистр Завенс вытерла мокрые руки о белый передник, поправила чепец и взяла записку, которую ей передал Андро. Вайолет была любовницей ректора и не скрывала сей факт, а наоборот всячески выпячивала. Ходили слухи, что во главе кафедры целителей она встала благодаря вполне известным талантам, но лично я её умения никогда не проверяла, так что утверждать не могла.
— Чем он отравился? — женщина поджала густо накрашенные алым губы и взглянула на меня высокомерно. — Алкоголь?
— Я подозреваю, что успокоительным зельем. Огневик, сами понимаете.
Вайолет кивнула. Уважаемый всеми нами лорд Дранес тоже был огневиком, потому его пассия прекрасно знала о трудностях, с которыми они сталкиваются.
— Держи, — магистр Завенс вытащила из шкафа пузырёк с универсальным очистительным зельем, а потом достала из соседнего ящика полулитровую склянку с чем-то мутным. — Это восстанавливающее, когда прекратит рвать, заставь выпить полностью. Завтра уже будет как новенький.
— А оно не запрещено? — уточнила я, решив сыграть дурочку. — Вдруг нас перед отборочными играми проверить захотят.
— Нет, — Вайолет поморщилась, демонстрируя, как относится к моей тупости. — Тестовые заклинания ничего запрещенного не покажут. Первое зелье выведет из организма все гадости, но вместе с ними выйдут и полезные вещества, что может быть опасно. Второе зелье за сутки восстановит показатели до нормальных.
— И чем больше в организме гадостей, тем хуже будет Марку?
— Да, ему будет очень плохо, — усмехнулась стерва, накручивая чёрный локон на палец. — Но после второго станет полегче. Иди уже. Больного огневика опасно оставлять одного. Если станет совсем хр...нехорошо, веди в лазарет. Будем параллельно желудок промывать и пичкать абсорбирующими снадобьями.
— Спасибо, — улыбнулась я через силу, забрала у лекаря спасительные зелья и рванула к жениху.
По коридорам академии почти бежала, боясь, что мои разговоры с помощником ректора и любовницей того же ректора могли привести к катастрофе. К своей комнате пришлось пробиваться через шушукающихся студенток, которые едва пальцами в меня не тыкали. Потому что из-под моей двери валил дым. Чёрный, горький дым!
Я застонала и выбила дверь мощным потоком воды. Всегда удивляло, что окружающие боятся злить огневиков, когда на самом деле страшны в гневе именно водники. Сгорать заживо больно, никто не спорит, но и тонуть неприятно.
— Свалили! Вы не в цирке! — рявкнула на соседок, захлопнув дверь перед их носами.
Марк лежал на полу, потому что кровать он спалил. Шкаф с вещами и книги превратились в пепел. И моя сумка, в которой лежали памятные фотокарточки, найденный дневник и кинжал — тоже.
— Твою ма…
— Прости, — глухо попросил Лайонс, стараясь сесть. Но его скрючило от нового спазма и выгнуло дугой. Марк покраснел, задышал так громко, что даже за дверью могли слышать. — Не знаю, как это случилось. Магия вырывается. Она сильнее.
Я постаралась не кричать на него. Даже не смотрела, чтобы взглядом не выдать, что нахожусь в шаге от убийства. Подошла к столу.
Сумка сгорела, зато кинжал остался цел. Дневник Шарлотты… Сильно пострадал, несмотря на защитные чары.
— Обрати внимание, сгорело всё в комнате, кроме тебя, — справившись с первыми эмоциями, я резко выдохнула. — Даже твоя одежда в порядке. Так что моя сестра не могла погибнуть в тот день. Будем считать случившееся удачным экспериментом.
— Хайм…
— У нас всё ещё есть кинжал, — отрезала я. — Тебе придётся выпить зелье. Из-за которого станет хуже. Но организм освободится от магической дряни быстрее.
Марку всё же удалось сесть, привалившись спиной к чёрной от копоти стене.
— Насколько хуже?
— Предполагаю, ты будешь просить о смерти, — хмыкнула я. — И нам нужно в уборную. Сутки будем сидеть там.
Лайонс не позволил помочь ему. Сам встал, цепляясь за стену и шепча под нос проклятия. Я шла позади, готовясь в любой момент подхватить его магией. Руками я бы такую гору мышц едва ли удержала, силёнок не хватило бы.
А потом напарник умирал. Самым натуральным образом. Его рвало почти беспрерывно. Я уже не понимала, чем его тошнит, но поток гадости не прекращался. Я сидела рядом, умывала его и говорила, что всё обойдётся. Пару раз вскакивала и собиралась бежать за помощью, но он останавливал. Говорил, что это поставит крест на его карьере. Клялся, что справится.
К ночи Марк прекратил обниматься с унитазом. Мне показалось, что ужасно похудел за время, проведённое в моей спальне. Щёки впали, глаза казались мутными и неживыми. Его лихорадило, ломало так, что я была готова рыдать и биться в истерике.
— Спорим, когда всё закончится, ты мне до гробовой доски будешь припоминать, как я чуть не сдох в твоей ванной, — невесело рассмеялся Лайонс. — Как мне после этого вернуть уверенность в себе? Я предпочёл бы выворачивать кишки наедине с собой. Ты не должна смотреть.
— Возможно, но так ты точно запомнишь, к чему приводит поиск лёгких решений, — я поджала губы. Надо же, у него все мышцы сводит судорогой разом, а он мне о своём пострадавшем эго рассказывает. — Маго-наркотические вещества могут довести до того, что тебя стошнит на короля, а ты и не заметишь. Мать родную пошлёшь, отцу по морде дашь, сестре скажешь, чтобы катилась в бездну. Вот это — страшно. То, что происходит сейчас, неприятно, да. Но, давай честно, на студенческих пьянках я видела ситуации и похуже.
Марк рассмеялся. Конечно, я лукавила. Он понимал, и я понимала. Но если его самолюбию будет легче пережить унижение, то я готова соврать ещё с десяток раз. Почему? Наверное, по той же причине по какой не задушила Лайонса, когда он сжёг одну из немногих улик, ведущих к моей сестре.
И вот что ещё интересно. Я ни на секунду не задумалась, мог ли он сделать это специально. Ведь как логично получается. Марк убил Жасмин или ту, кем её заменили. Был рядом со мной, чтобы я не вышла на него. А когда я нашла дневник и кинжал, сказал, что подсел на таблетки. Обеспечил прикрытие, чтобы спокойно сжечь все доказательства. Зачем ему это? Не знаю, он мог быть одним из культистов.
Я подумала о такой возможности и едва не рассмеялась в голос. Что-то глубоко внутри не давало всерьёз зацепиться за теорию, где Марк хладнокровный убийца и предатель. За время учёбы с ним на одном курсе я неплохо поняла, кем является старший сын весьма богатого и уважаемого рода. Он высокомерный и избалованный, Стайс прав по всем пунктам. Но нет, мерзавцем Лайонс никогда не был. Ни разу не дал мне повод так о себе подумать. Какие бы гадости мы не делали друг другу, никогда не переступали невидимых границ.
— Я тоже об этом подумал, — отвлёк меня от размышлений жених. — О том, как я выгляжу. Ты вправе заподозрить меня и в убийстве, и в связи с культистами. Я мог проникнуть к водницам, ведь долго встречался с Жасмин.
Мог её убить, если отбросить твое предположение о водном маге-подозреваемом. И мне было бы выгодно таскаться за тобой и в морг, и к родителям, чтобы не дать найти какие-то зацепки.
— И что? Хочешь очистить совесть и признаться во всём?
— Почему ты мне веришь? — не повёлся на подкол Марк. — С самого начала даже не допустила мысль, что я в чём-то виноват?
— Я наблюдала за тобой. За всеми приглядывала, но за тобой особенно. Слишком сильный. Культисты должны были заинтересоваться тобой. Я думаю, они и заинтересовались, но напрямую не полезли. Через Жасмин хотели дотянуться. Женщина — самый простой способ достать мужчину.
— Она отказалась помогать, а потому умерла? — слабо рассмеялся огневик. — Не перекликается с нашей теорией о втором мужчине. Если Жасмин спала с кем-то, кроме меня, то особых чувств не испытывала. Значит, не стала бы рисковать жизнью, лишь бы не втягивать меня в свои грязные дела.
— Откуда в тебе силы появились? Только что стонал, как умирающий! — шутливо возмутилась я. То, насколько быстро Марк восстанавливался, говорило о его резерве больше, чем какие-либо артефакты и приборы. — По правде, теория о втором мужчине твоя, а не наша. Я думаю, с убийцей она стала встречаться уже после тебя.
— Итан бы уже растрепал, — он вытер лицо ладонями. — Он не умеет держать язык за зубами, когда дело касается ба...женщин.
— Возможно, он переборол себя, — я пожала плечами. — Проверить нужно в любом случае. Выйдем на тех, кто распространяет таблетки в академии, найдём поставщика Жасмин. Если нам повезёт, дилер приведёт нас к убийце-похитителю. Мы спасём Жасмин и Лотти.
— Молюсь всем богам, чтобы твоя сестра оказалась хотя бы вполовину такой же умной, как ты. Тогда у неё есть все шансы выжить и дождаться, когда мы отыщем к ней дорогу, — совершенно серьёзно ответил Марк. — Слушай, мне кажется, лучше. Может, пора пить второе зелье?
— Да, — я протянула жениху снадобье и откинулась на холодную стенку.
Невыносимо хотелось спать!
ГЛАВА 18. Спайка
На следующий день Лайонс был всё ещё скорее мёртв, чем жив. Его шатало и мутило, но на занятия мы явились. Я помятая и злая. Он бледный и слабый. Пара магистра Таллийса ожидаемо началась с подколок.
— Студентка Хайм, что же вы сегодня такая тихая? — преподаватель пропустил официальную часть занятия и перешёл сразу к публичной порке. — Не выспались? Говорят, ваш жених поджёг спальню. Боюсь представить, что вы там вытворяли.
— Тогда не представляйте, — буркнула я, ладонью накрывая сжавшийся кулак Марка. Физически он был истощён, но магии в крови оставалось на небольшой отряд боевиков. — Не хочу ректору объяснять, как получилось, что столь уважаемый магистр всю психику об меня поломал.
Сзади послышался приглушённый смех, напарник тоже весело хмыкнул. Я знала, что он сейчас занят тем, что считает от десяти до одного. Самый первый способ успокоиться, которому я его научила.
— Обычно такие языкастые долго не живут, студентка Хайм. Но у вас сильный партнёр, так что, может, повезёт хотя бы родить одного ребёнка прежде, чем вас кто-нибудь прихлопнет.
— Если бы я была чуточку менее разумна, посчитала бы ваши слова угрозой.
— Да вы золото, студентка Хайм, — Таллийс расцвёл такой улыбкой, что я почти услышала звон парочки разбитых сердец своих одногруппниц. — И грудь есть, и мозги. Очень редкое сочетание!
«В отличие от мерзкого характера и раздутого эго», — хотела ответить я, но вместо этого кивнула и выпрямила спину, без стеснения выпячивая грудь.
— Сумасшедшая, — шепнул на ухо Марк, заметив, каким злым взглядом по мне прошёлся преподаватель. — Ты хочешь его довести до изнасилования?
— Тебя послушать, так меня каждый второй желает взять в публичном месте, — хихикнула я, припомнив наши препирательства в храме. Да, забыть их будет сложно. И мне, и ему, и гостям. И духовнику. — Пусть не смотрит, если его моя фигура не устраивает.
— Главное, что меня она очень даже устраивает, — всё тем же горячим шёпотом ответил жених и… самым вероломным образом прикусил мочку моего уха!
— Лайонс! — зашипела я.
Слишком громко. Опять обратила на нас всеобщее внимание.
— Похоже твоему жениху нравится, когда на тебя пялятся другие мужчины, — рассмеялся Итан.
Я обернулась к нему. Рядом с воздушником сидела незнакомая девушка. Блондинка с двумя толстыми косами и яркими нарисованными бровями. Она смотрела на Марка, склонив голову набок.
— А мне безумно нравится, когда он поджигает недоумков вроде тебя, — я приподняла брови, безмолвно спрашивая у соперника, готов ли он рискнуть, чтобы проверить способности самого сильного мага на курсе, если не во всей академии.
— О, да, детка, — промурлыкал Итан. — Пусть твой послушный пёсик покажет характер. Я с удовольствием посмотрю, как он уезжает в закат. И тебе не придётся расстраиваться. Уверен, найдётся среди нас парень, достаточно богатый, чтобы ты захотела раздвинуть перед ним ноги.
Несмотря на то, что