Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ЧАСТЬ. Книга первая
- ПРОЛОГ
- ГЛАВА первая
- ГЛАВА вторая
- ГЛАВА третья
- ГЛАВА четвёртая
- ГЛАВА пятая
- ГЛАВА шестая
- ГЛАВА седьмая
- ГЛАВА восьмая
- ГЛАВА девятая
- ГЛАВА десятая
- ГЛАВА одиннадцатая
- ГЛАВА двенадцатая
- ЧАСТЬ вторая
- ГЛАВА тринадцатая
- ГЛАВА четырнадцатая
- ГЛАВА пятнадцатая
- ГЛАВА шестнадцатая
- ГЛАВА семнадцатая
- ГЛАВА восемнадцатая
- ГЛАВА девятнадцатая
- ГЛАВА двадцатая
- ГЛАВА двадцать первая
- ГЛАВА двадцать вторая
- ГЛАВА двадцать третья
- ЧАСТЬ. Книга вторая
- ЧАСТЬ первая. Пробуждение
- ГЛАВА первая
- ГЛАВА вторая
- ГЛАВА третья
- ГЛАВА четвёртая
- ГЛАВА пятая
- ГЛАВА шестая
- ГЛАВА седьмая
- ГЛАВА восьмая
- ГЛАВА девятая
- ГЛАВА десятая
- ЧАСТЬ вторая
- ГЛАВА одиннадцатая
- ГЛАВА двенадцатая
- ГЛАВА тринадцатая
- ГЛАВА четырнадцатая
- ГЛАВА пятнадцатая
- ГЛАВА шестнадцатая
- ГЛАВА семнадцатая
- ГЛАВА восемнадцатая
- ГЛАВА девятнадцатая
- ГЛАВА двадцатая
АННОТАЦИЯ
Эйлдар Валериан Бошан – Верховный Инквизитор Священного Магистрата. Он приговаривает к высшей мере наказания всех архиеритеков, экстремистов и ведьм, уличённых в служении Тёмным Силам.
Адриан Кобэм – самый неуязвимый и опасный для любого тёмного отступника Ловчий за головами и Чёрный Жнец. От его проницательного взгляда не скроется ни одна даже самая сверхмогучая ведьма. Он почует и выследит её в толпе буквально с другого конца Северной Столицы.
И надо же было мне, ни на что не годной ведьме с нулевым потенциалом, перейти дорогу этим двоим небожителям Карлсбурга – главного центра Единой Правоверной Церкви.
ЧАСТЬ. Книга первая
ПРОЛОГ
Высший свет привилегированных гостей на светских раутах и особых мероприятиях для столичной знати, как правило, никогда не обращает внимания на снующий тут и там обслуживающий персонал. Мало того, если бы кто-то посмотрел на проходящего мимо официанта, или, не приведи Всевышний, сознательно к тому прикоснулся – столь неслыханное проявление дурного тона могло бы закончиться для подобного смельчака, как минимум, подпорченной на десять пунктов когда-то безупречной репутацией.
Но то, что произошло со мной – тянуло на все двести!
Я вообще ничего такого не предвидела и уж тем более не думала угодить прямо с ходу в историю века вселенского масштаба. Ладно, пусть и не вселенского, но для такой ничтожной букашки, как я, даже полёт на дирижабле был бы воспринят за чумовое событие года всех времён и нардов. А тут…
Меня схватили за руку! На глазах у всех! Меня! Кого не замечали в упор на протяжении последних трёх часов, где бы я при этом не появлялась и что бы в эти моменты не делала. Меня и наняли на этот вечер, как раз за мои исключительные способности далеко не одарённой, но весьма проворной ведьмы. За умение незаметно, а, главное, абсолютно бесшумно передвигаться среди внушительной толпы высокородной знати Карлсбурга. Или так же проворно, подобно ловкому иллюзионисту, убирать со столиков, подоконников и подлокотников диванов забытую подвыпившим бомондом посуду.
В этот раз я тоже выполняла свои прямые обязанности по наводке старшего администратора, причём уже не в первый за этот вечер раз. Пыталась тихо и, не привлекая ничьего к себе внимания, переставить с гостевого столика на свой рабочий поднос пустые или частично пустые бокалы, стаканы, тарелки и несколько скомканных салфеток. Естественно, никто из сидевших в полукруге за данным столом в одной из отдельных вип-зон приёмного зала, не то что не смотрел в мою сторону, меня вообще здесь ни для кого не существовало. Пока в один момент я не потянулась за очередным почти пустым тумблером, и чья-то увесистая ладошка не вцепилась в моё запястье молниеносной хваткой, заставив меня от испуга вначале вскрикнуть, а потом и зашипеть. От резкой боли, пронзившей хрупкие суставы беспощадным сжатием пальцев схватившего меня сумасшедшего.
- Что эта ведьма здесь делает? Кто-нибудь может мне объяснить? Ты!..
Всё произошло настолько быстро, что я и опомниться не успела, как оказалась притянутой этой же рукой впритык к креслу, в котором сидел … Святые Угодники! Сидел сам Эйлдар Бошан.
Наверное, не прошло и секунды, как мои перепуганные до смерти глаза оказались напротив глаз Верховного Инквизитора – золотисто-карих с медными и серебристыми вкрапинками и… Такими проницательными, от пронизывающего взгляда которых моментально перехватывало дух, а внутренности скручивало болезненным спазмом.
- Какого хрена ты тут вытанцовываешь? И кто тебя вообще сюда пропустил, позволив разгуливать, как у себя дома?
Его слегка огрубевший баритон буквально вибрировал и царапал по слуху и нервам прямо в голове, проникая ещё глубже и заставляя цепенеть, будто под сильнейшим заклятием физической парализации. Нисколько не удивлюсь, если так оно и было на самом деле.
- С чего вы взяли, что я ведьма, Ваше Святейшество? – тем не менее, каким-то немыслимым образом с моего языка слетел не самый разумный с моей стороны ответ. А уж как я напряглась, нахмурила бровки и с не наигранным возмущением уставилась в чеканное лицо этого пожизненного ведьманенависника. Даже было попыталась выдернуть руку из его хваткой лапищи. Только куда там. Всё равно что сдвинуть с места гору одним лишь взглядом и без применения магических сил.
- И ты мне тут будешь ещё строить из себя святую наивность? Это что, аттракцион неслыханной смелости или полного отсутствия мозгов? Кто твой начальник, девочка? Хочу взглянуть в глаза этому отчаянному безумцу, как в твои.
Я снова не удержалась и приглушённо вскрикнула. На благо в зале достаточно громко звучала фоновая музыка, да и все подобные вип-зоны обладали звукоизоляционным барьером-щитом. Всё, что здесь произносилось, слышали лишь те, кто находился в данных «кабинках». Но в том-то и дело, кроме меня и Верховного Инквизитора, на нас сейчас глазело где-то с десяток пар ощутимо заинтересованных нашей «стычкой» глаз. Глаз, принадлежавших сильнейшим мира сего и обладающих не меньшей властью, чем рука того, кто вцепился сейчас ещё и в моё предплечье. И чей большой палец надавил поверх рукава моей рабочей блузки на то место, где находилась моя проклятая родинка-метка – неоспоримое доказательство моей принадлежности к треклятому роду женских особей.
- Или скажешь, что это самое обыкновенное родимое пятно, через которое я не смогу тебе не причинить ни боли, ни какого-либо иного магического вреда? Например, скрутить твою волю в неразрывный узел или даже… убить прямо на месте. – он даже показательно начал оглаживать эту чёртову родинку круговыми «знаками», то ли намеренно запугивая, то и вправду намереваясь применить свои смертельные способности.
Меня моментально кинуло в жар и хрен поймёшь отчего. Потому что он действительно мог применить свои грёбанные сверхсилы и, без всяких там предупредительных угроз, превратить мои мозги в рыхлый студень, а может и во что похуже.
Но больше всего мне не нравилось, КАК он на меня смотрел. Слишком уж пристально. Будто пытался высмотреть в моём возмущённом личике что-то ещё, кроме того, что уже видел.
- Вы же Верховный! Обладаете недюжинными способностями, Ваше Святейшество. Неужели вы не сумели определить уровень моего потенциала, вернее даже, его полное отсутствие? Я дефективный сосуд с нулевыми способностями и минусовым даром, равным человеческому. Всё, на что я годна – это разносить коктейли и подбирать за подобными вам гостями окурки и использованные презервативы.
По вип-зопе пробежали сдержанные смешки слушавших нас очень внимательно свидетелей. Разве что Бошан вообще никак на них не отреагировал. Даже глазом не моргнул.
- А что тогда это на тебе и, судя по всему, работающее от твоего «минусового» дара? – он разжал ладонь на моём предплечье и совсем уж неожиданно потянулся к вырезу моей белой блузки из дешёвого креп-сатина, чтобы тут же подцепить кончиками пальцев не менее дешёвый кулончик из бирюзового минерала, намеренно задев мою кожу поверхностной “лаской”. – Похоже на амазонит – камень-обманку, который обычными людьми используется в качестве панацеи по омолаживанию и усилению природной красоты. Только, судя, по твоей необычайной «привлекательности», он явно работает в обратную сторону.
После чего Верховный просто взял и сорвал этот чёртов амулет с моей шеи и… по всей вип-зоне на этот раз прошелестела звуковая волна неподдельных то ли изумлённых, то ли восхищённых вздохов.
ГЛАВА первая
Я, конечно, могу понять каждого из присутствующих, перед чьими глазами только произошло столь резкое, а, главное, не столь частое преображение из невзрачной дурнушки в роковую красотку. Обычно всё бывает с точностью наоборот. А тут, до недавнего времени, серая мышка со стянутыми на затылке жиденькими прядями серовато-пепельных волос, с бесцветными бровями, ресницами и ничем непримечательными чертами лица, вдруг превращается в жгучую пухлогубую брюнетку с выразительными и необычайно яркими бирюзовыми глазищами.
Не удивительно, почему у многих сразу же отвисла челюсть, а у некоторых, вполне возможно, даже зашевелилось кое-что и в штанах. Поскольку примитивное заклятие по изменению внешности было наложено не только на лицо, но и полностью на всю фигуру. А моя фигура, надо сказать, ничуть не уступала верхней части моего природного облика. Особенно, когда та самая дешёвая блузка вдруг резко “вздулась” на уровне груди и “натянулась” под весьма аппетитными полушариями третьего размера. Бёдра и попа тоже визуально округлились. Осталось только резким рывком распустить волосы и станцевать стрип-дэнс прямо на этом столе под бурные овации восхищённых зрителей и под их же плотоядными взорами. Хотя, даже если собрать их все вместе и направить против меня ментальным потоком-ударом, всё равно они не сумеют перекрыть уничижающего взгляда Эйлдара Бошана, способного убить буквально на месте любую зарвавшуюся ведьму неважно какого уровня.
- У меня есть разрешение! И справка из Магистрата, подтверждающая о необходимости использования... - я быстро затараторила уже столько раз до этого озвученное мною оправдание по применению камня-обманки и заклятия изменения внешности. Но инквизитор явно не собирался меня слушать. Резко прервал мой сбивчивый монолог расслабленным жестом руки и ещё жёстче прищурил глаза, подобно хищнику в момент намеченного нападения.
- Я всё понял, ведьма. Вернее, чародейка.
Вот и зачем он произнёс это слово при всех?! Поскольку в этот раз меня приложило куда более ощутимым прессингом слишком пристальных взглядов. Даже захотелось со страшной силой поёжится, сжаться и чем-нибудь себя прикрыть. А, ещё лучше, испариться или провалиться сквозь пол.
- Тем не менее, это совершенно не снимает с организаторов данного вечера ответственности за происходящее. За то, что никто из них не поставил меня в известность о присутствии среди обслуживающего персонала нежелательных элементов, пусть и нулевого, но всё равно магического уровня. Если тебе хватило сил на далеко не примитивную иллюзию с изменением внешности, значит, ты вполне способна справится и с более сложными заклятиями, даже не имея для этого нужного магического потенциала.
- Если бы я была на это способна, Ваше Святейшество, боюсь, до сего вечера и нашей с вами встречи банально бы недожила. Такие, как я, если вы прекрасно осведомлены на наш счёт, занимаемся уже более столетия жалким выживанием среди простых смертных. А также стараемся держаться, как можно подальше и от вашей организации, и подчинённых вам департаментов церковных Ловчих. Мы не играем в экстремальные игры с представителями Священных Властей и Законов. Наша природа от этого слишком далека...
- И всё же эта самая природа нисколько не мешает тебе демонстрировать свой крайне надменный характер, проявляя открытое неуважение к этим самым представителям Священных Властей.
Не помню, в какой из моментов Бошан меня отпустил, но легче мне от этого всё равно не стало. Тем более, когда продолжаешь стоять по струнке смирно под прицелом стольких глаз, нервно вцепившись обеими руками в поднос и буквально сгорая от стыда за свою раскрытую на всеобщее обозрение истинную внешность. Будто меня только что полностью раздели догола, заставив принять самую пошлую позу.
По крайне мере, Эйлдар смотрел на меня в упор без какого-либо намёка на милостивую снисходительность. Словно я действительно поставила перед собой цель свести здесь всех с ума своей зачаровывающей красотой и... превышающей в несколько раз человеческую сексуальностью. А раз Верховный тоже затесался среди гостей данного раута, значит, я пыталась зачаровать и его или же намеревалась это сделать в ближайшее время.
- Если вам хорошо известна истинная природа чародеек, то вы не должны удивляться их ответной реакции на чью-то неприкрытую агрессию. Увы, но я не могу контролировать своё поведение на незаслуженные и беспочвенные в мою сторону обвинения. Либо примите это, как за должное, либо продемонстрируйте прилюдно превышение своих полномочий.
- Разумеется, ведь у тебя есть на этот счёт справка из подчинённого мне ведомства. - впервые за всё это время лепные губы Бошана растянулись в жёсткой ухмылке, от вида которой легче совершенно не стало. Скорее даже наоборот, ещё сильнее свело внутренности панической атакой, а от его пронизывающего насквозь взгляда (и возможного применения антимагической силы) сбоило сердце и то и дело холодели конечности.
- Именно! Поэтому я настаиваю вернуть мой амулет прямо сейчас, если вы, конечно, не собираетесь меня арестовать или же... приговорить без суда и следствия к одной из высших мер наказания, на право оглашения которого имеете только вы. - я не просто вывалила всё это в сдержанно дерзкой форме надменной королевы бала, но и демонстративно протянула в сторону Верховного раскрытую ладонь требовательным жестом. И это не смотря на происходящую со мной в эти секунды внутреннюю панику.
Я ведь сейчас нешуточно нарывалась на нечто воистину необратимое. И этот его взгляд подобравшегося хищника на запах редкой добычи... Не представляю, чтобы он со мной сделал, не окружай нас такое количество нежеланных свидетелей.
- Не переживай, чародейка. Я обязательно воспользуюсь своими полномочиями, чтобы наказать тебя за твой чрезмерно дерзкий язычок. Но, скорее, в неофициальной обстановке. Если ты хоть немного знакома с распространяемыми обо мне слухами, то должна знать и об одной моей особой черте крайне неприятного характера. Я весьма злопамятен. И никогда не спускаю своим обидчикам даже самой малой провинности. Причём могу это сделать либо сразу же, либо через несколько лет. Всё зависит от моего настроения и от наличия нужного свободного времени. Так что можешь переходить в режим ожидания прямо сейчас. И не советую делать попыток куда-то сбежать. Ты же не хочешь ещё больше усугубить своё и без того плачевное положение?
Чёртов засранец! Кажется, меня затрясло ещё сильнее. Разве что, все возможные способы защиты и нападения против этого абсолютно безнаказанного представителя высшей касты Карлсбурга я давно исчерпала. Причём всего-то отделалась лёгким испугом и устным предупреждением, а не мгновенным арестом прямо на месте с обязательным ошейником на горло, подавляющим волю и магические силы любого сверхъестественного существа (но только не у агентов Святой Инквизиции и подчиняющегося им Департамента грёбаных Ловчих и Ищеек).
- Я уже говорила, что не играю в экстремальные игры с вами подобными. И не вижу ничего противозаконного из всего того, что сказала тут вам сегодня. Свои права я знаю и, надеюсь, вы тоже проявите присущее вашему статусу благоразумие и не станете бросаться в крайности из-за личных обид против какой-то там мелкой сошки. А то это как-то совершенно не идёт вашему авторитетному образу величайшего из величайших.
Конечно, я нисколько не надеялась достучаться до его здравого разума и тем самым отвести от греха подальше нависшую надо мной фатальную угрозу. Поскольку не могла не заметить в его пристальных глазах цвета крепкого бурбона того тёмного всплеска скрытых эмоций, истинную суть которых невозможно спутать ни с чем другим. Я знала, что означал этот взгляд. К тому же, на меня здесь сейчас так смотрели практически все представители сильного пола. Разве что без тени открытой угрозы или ничем неприкрытого желания меня нагнуть и поставить на глазах у всех на колени в унизительной позе покорности.
- Мне больше нечего добавить со своей стороны, чародейка. Поэтому и советую не перегибать палку уже больше, чем ты успела её перегнуть.
Наконец-то он вложил мне в ладонь этот треклятый амулет, при этом не сводя с моего лица уничижающего взгляда. Казалась, в эту самую секунду во мне что-то оборвалось, собираясь лишить последних сил и опоры под ногами, но я выдержала и этот далеко нелёгкий зрительный контакт. Особенно, когда кончики пальцев Верховного, как бы невзначай скользнули по слишком чувствительной коже руки, будто напоминая мне же о моей предательской сексуальной природе. А всё, что я могла сделать в ответ — лишь гордо вскинуть голову и интуитивно, как можно крепче, сжать защитный камень в чуть дрожащем кулачке.
Что ж, пусть теперь любуется, как я снова на его глазах “превращаюсь” в серую и ничем не примечательную мышку непонятного пола и возраста. Мне не жалко. Главное, чтобы со стороны общего зала никто не успел этого заметить, иначе... Я точно здесь не задержусь более пяти минут.
- Хорошего вам вечера, Ваше Святейшество. Вам и вашим друзьям.
Естественно, оставаться в этой вип-зоне дальше я не собиралась. Бежать и только бежать! Без оглядки! Но этот... неугомонный ведьманенавистник определённо не собирался успокаиваться. Снова схватил меня за запястье в ту секунду, как я попыталась сделать шаг назад, чтобы тут же развернуться и выскочить в зал. И снова наши взгляды встретились подобно раскалённым молниям в одной точке пересечения. И как бы я не пыталась выдержать с показательным достоинством его очередную попытку ментального подчинения, он не мог не заметить и уж тем более прочувствовать, насколько я была напугана. И как зашивалось моё сердце в ожидании самого худшего.
- Разве я разрешал тебе уходить?
Уголки губ Эйлдара Бошана снова углубились в жёсткой ухмылке полностью удовлетворённого своей маленькой победой сытого хищника, и мужчина, наконец-то, разжал пальцы.
- Ладно. Так уж и быть, ступай. А лучше... Беги, ведьма, беги... Прячься - не прячься!..
Вот теперь меня затрясло по-настоящему. Будто мне только что надавали унизительных оплеух, содрали с меня всю одежду и заставили голышом пройтись через весь зал.
Гребаный ублюдок! Сволочь! Решил для полного самоудовлетворения поддеть меня строчками из колыбельной-заговора для маленьких деток. Как будто я и вправду какое-то там жуткое и самое опасное на земле отродье, не имеющее никаких моральных прав на существование на этом белом свете среди обычных смертных и подобных ему слуг Светлого Разума.
После столь показательного унижения мне ничего другого и не оставалось, как пулей вылететь из вип-зоны и, практически не различая ничего на своём пути, рвануть в противоположный конец огромного (и набитого под завязку толпой именитых гостей) помещения, к спасительным дверям служебной подсобки.
Слава Великой Ворожее, мои врождённые качества юркой и почти незаметной чародейки сослужили мне даже сейчас весьма немалую помощь. Я так ни в кого на своём пути и не врезалась, как и не привлекла к себе больше ничьего крайне заинтересованного внимания. По крайней мере, мне так показалось вначале. Когда я уже миновала чуть больше половины немаленького расстояния и к своему величайшему облегчению не заметила никого, кто бы пялился на меня сейчас в упор осуждающим или же таким же хищным, как у Верховного, взглядом. Неужели пронесло?
Лучше бы я об этом вообще не думала. Поскольку ещё через пару шагов и ещё одного изворотливого манёвра вокруг очередной группки скучившихся гостей, чья-то не менее внушительная, чем у Бошана, лапища вдруг резко, буквально из ниоткуда, схватила меня за то самое запястье, на котором всё ещё пульсировали невидимыми ожогами фантомные прикосновения треклятого Инквизитора.
- И куда ж ты так резво разбежалась, козочка ретивая?
Кажется, в тот момент у меня не только всё поплыло перед глазами, но как-то и куда-то резко из лёгких выкачало весь воздух. Меня не просто остановили насильно, а, похоже, применили для этого антимагический блок, частично парализующий многих сверхсуществ именно в физическом плане.
Я вообще поначалу ничего не поняла. Разве что чуть было с ходу не врезалась лицом в чью-то широкую грудь, скрытую дорогой чёрной тканью строгого френча почти военного образца (такого же, как и у Инквизитора Бошана). Негромкий, звучный баритон произнёс свою первую ироничную фразу, где-то прямо над моей макушкой. Так что мне буквально пришлось задирать голову и... Опять цепень с шокированным испугом в округлившихся глазах при виде высоченного, широкоплечего и довольно ухмыляющегося синеглазого блондина неопределённого статуса и возраста.
- Ч-что?.. Что вам надо? Да кто вы такой?!.. Отпустите меня! Сейчас же!
Попытка вырвать руку, само собой, не венчалась должным успехом. Скорее наоборот. Незнакомец ещё жёстче сжал на моём запястье свои пугающе сильные пальцы, от чего у меня едва слёзы из глаз не брызнули. Если надавит ещё сильнее, тогда всё! Точно не выдержу и разожму свой кулачок, в котором до сего момента так ревностно и крепко сжимала свой спасительный амулет.
- Отпустить? Тебя? Ты, наверное, шутишь, ведьма?
- Вы что, сумасшедший? - лучше бы я промолчала, а не ляпала, совершенно не задумываясь, самое первое, что сорвалось тогда с моего языка.
К тому же, мне совсем не нравилось, как он на меня смотрел, и что я при этом чувствовала. Скрытый и невероятно огромный потенциал антимагических свойств, не говоря уже про всё остальное. Тем более, что мои собственные врожденные способности не всегда контролируемого мною характера, никак не смогли не отреагировать на подобного самца должным образом и не выдать...
Чёрт! Кажется, я всё-таки это сделала! Рефлекторно “полыхнула” чародейским феромоном, когда неосознанно сжала бёдра.
ГЛАВА вторая
- Я-то как раз при своём уме, а вот ты... явно что-то с утра не то приняла, когда сюда собиралась.
Они что, сговорились? И с каких это пор абсолютно безобидным магическим существам воспрещено подрабатывать на подобных вечеринках? Ну... или почти безобидным, если не брать во внимание определённого воздействия моей эффектной внешности и природных феромонов на представителей сильного пола неважно какого происхождения.
Думаю, этот красавчик всё-таки ничего не понял. Учитывая, что подобных мне экземпляров в больших городах и сетевых мегаполисах водится редчайший мизер - по вполне понятным на то причинам. Но не заметить, что с ним сейчас начали происходить не совсем контролируемые им вещи, наверное, никак не мог. Видимо, оттого и сощурился с подчёркнутым подозрением и ещё более внимательней рассматривая моё далеко немодельное личико. Вернее даже, прощупывая его сканирующим насквозь взглядом.
- Я здесь просто работаю! У меня для этого имеются все необходимые разрешения и документы! И с какой стати мне перед вами оправдываться? Кто вы такой вообще? Отпустите меня уже наконец!
Не представляю, что бы было, если бы в моих руках не находился поднос. Наверное бы точно впечатал в себя, причём неосознанно, лишь бы потереться о мой живот неожиданно зазудевшим в штанах членом. Кому, как не мне знать, что происходит с подобными бруталами после того, как в их кровь попадают мгновеннодействующие феромоны подобных мне чародеек.
- Вообще-то, я имею все законные права и полномочия не только тебя задержать где-бы то ни было, но и провести допрос с пристрастием прямо на месте, ведьма.
Ведьма-ведьма! Перемкнуло их что ли? Разве что, боюсь, если скажу, что я чародейка, будет только хуже!
Ещё и губы поджимает в надменной мимике особо важной персоны, перед которым все обязаны ходить по струнке смирно даже без доказательного предоставления с его стороны соответствующих корочек. Хотя, скорее, подозреваю, ему не очень нравиться чувствовать то, что он испытывает сейчас рядом со мной. Силится понять, откуда эта хрень взялась и почему не проходит. Может оттого так и смотрит. Пытается связать воедино происходящее с моей совершенно невозбуждающей внешностью.
- Если мне об этом будет говорить каждый встречный, то до дома я точно не доберусь, состарюсь прямо по дороге.
- Хороший манёвр, ведьма. Но это нисколько не умаляет того факта, что ты магический объект живого происхождения и только что имела конфликтный разговор с самим Верховным Инквизитором.
- А вам-то какое дело до моего с ним разговора? Он меня, между прочим, отпустил! И с чего вы взяли, что мы с ним якобы конфликтовали?
В этот раз я попыталась более внимательней всмотреться в этого явно породистого красавчика нордических кровей. Поскольку чувством лёгкого дежавю задело сразу же, как только я наткнулась взглядом на его лепное лицо и необычайные глаза яркого василькового оттенка. Подобные экземпляры не так-то уж и легко забыть, особенно, когда моё тело предательски на них реагирует в определённые дни лунного календаря. Даже сейчас под осязаемой близостью данного блондинчика с почти чёрной недельной щетиной на точёных скулах и подбородке, оно пытается мне напомнить, как долго у меня не было секса с отвечающим всем моим специфическим запросам идеальным партнёром.
Вот только мой возмущённый разум вопит и брыкается категорическим протестом, желая видеть в этом наглом незнакомце опаснейшего для таких, как я, врага номер один.
- У меня острое зрение и очень высокий уровень развитой наблюдательности, ведьма. Верховный никогда ни к кому не прикасается без особой на то надобности. Хоть ты и стояла ко мне спиной за защитным барьером вип-зоны, я не мог не заметить твоего физического перевоплощения. Одно лишь непонятно. Ты демонстрировала перед Бошаном свои магические способности или...?
Или что? Ему сложно поверить, что в такой замухрышке на самом деле может скрываться кто-то более привлекательный? Ведь ведьмы, как правило, скрывают свои истинные личины за образами-обманками роковых красавиц, а не наоборот. Не удивительно, что аналитическое мышление данного Ловчего или представителя внутренней охраны отеля слегка застопорило от собственных выводов и...ощущений. А, насколько известно лично мне, подобными, как у него, способностями обладают именно Ловчие из инквизиторской охранки. И Инквизитор, кстати, тоже.
- А если и так? Он меня ОТПУСТИЛ! “Конфликт” исчерпан! Я ничего противозаконного здесь не делаю и не собираюсь делать. Было бы иначе, на вряд ли меня отсюда так легко и скоро выпустил сам Верховный!
- Да хоть сам Папа Карлсбургский! И раз уж на то пошло, ведьма...
Мне не показалось? На его лбу действительно проступили едва заметные бисеринки лёгкой испарины? Или я не почувствовала, как снова атаковала его очередным выбросом чародейского афродизиака? Потому что он ещё сильнее сжал руку на моём запястье и ещё ближе нагнулся к моему лицу, впиваясь в мои черты и глаза не обещающим ничего хорошего взглядом. Словно и вправду пытался пробиться сквозь магическую защиту моего колдовского амулета.
- Я действительно могу тебя сейчас арестовать по любому, даже самому незначительному поводу. Мне для этого не нужны ничьи прямые приказы или подписанный рукой Верховного ордер. И, раз уж на то пошло, на его месте мог сейчас сидеть я. В своё время для получения его священного сана я не дотянул каких-то пару голосов. Так что, считай, ты только что имела редчайшую возможность познакомиться лично с двумя представителями Святого Магистрата почти что равного ранга. Не скажу, что это тянет на исключительное везение, подобное выигрышу в национальную лотерею. Но я бы посоветовал тебе, на всякий случай, провериться на наличие насланных на тебя проклятий. Мало ли что. Вдруг ты кому-то уже успела, и не раз, перейти дорогу или не так на кого-то посмотреть? Тем более, когда имеешь столь колкий язычок и слишком уж вспыльчивый характер, ещё и с таким слабым магическим потенциалом.
Странно, что он не упомянул про моё необъяснимое для него воздействие на физиологию мужского пола. Или решил, что это и есть кем-то наговоренное на меня проклятие?
- Как раз этим по возвращению домой сразу же и займусь! Если вы, конечно, соизволите меня отпустить, Ваше несостоявшееся Святейшество!
Блондин снисходительно ухмыльнулся, якобы оценив по достоинству мою отчаянную шутку. Но легче мне от его чуть ослабевшей ментальной хватки всё равно не стало. Как и от поплывшего взгляда заметно расслабившегося хищника.
- Я тебя обязательно отпущу, ведьма. Если ответишь мне на парочку мучающих меня вопросов.
- Всего лишь парочку?
- Да, основных. - он и глазом не моргнул на мой ироничный вопрос, будто знал обо мне такое, о чём даже я не имела никакого понятия. - Чем именно ты так сильно заинтересовала Эйлдара Бошана, что он уже раза три, а то и больше, бросал в нашу сторону то ли подозрительный, то ли просто слишком пристальный взгляд? Подобные странности, насколько я знаю, за ним почти никогда не водились.
Вот и какого махрового Голема он мне об этом сказал? Меня же сразу потянуло со страшной силой обернуться. Сделать то, что я так старательно избегала все последние минуты - не смотреть назад, в сторону Верховного, ни под какими предлогами! И вот теперь, по сути, меня принудили к этому. Причём в тот самый момент, когда Его Святейшеству вдруг тоже приспичило обратить на нас свой высочайший взор. И, как назло, та часть зала, где располагались вместительные кабинки вип-зон, находилась на небольшом возвышении над основным уровнем общего пространства огромного помещения. Поэтому, те, кто там сидел, мог спокойно смотреть на других здесь присутствующих, как из ложей для высоко привилегированных персон. Поэтому разглядеть обращённое в нашу сторону надменное лицо Бошана мне не составило вообще никакого труда. Как и словить не самое приятное ощущение - будто он надо мной возвышается и прожигает насквозь своим чёртовым высокомерным взором.
Сердце враз пропустило удар. А может и два. Ещё и волосы на затылке зашевелились у корней, попытавшись встать дыбом. К тому же, меня как-то совершенно не тянуло вспоминать о том, что я испытывала рядом с этим пугающе властным человеком. Но кто меня будет спрашивать об этом прямо сейчас? Особенно, когда с одной стороны оцепили физической близостью не менее опасного блондина, а с другой... Продолжали прессовать подчёркнуто заинтересованным вниманием первейшего в Карлсбурге ведьманенавистника.
- А вы не пробовали спросить об этом у него самого? - мне всё же пришлось слегка перевести дух и едва не насильно заставить себя отвернуться.
Правда, опять нисколько не полегчало. Потому что я тут же наткнулась на другое упрямое лицо с таким же прожигающим насквозь взглядом пристальных глаз, разве что иного разреза и цвета.
- Я не умею читать чужие мысли, ещё и с такого большого расстояния. Тем более, это запрещённая Святым Магистратом магическая практика.
- Ну о чём-то вы с ним говорили? Чем-то ты его таким особенным заинтересовала.
- Да! Он немного взбесился! - не знаю почему, но я вдруг специально (или всё-таки неосознанно?) потянулась к лицу этого ни в меру приставучего красавчика и вызывающе произнесла громким шёпотом едва не в самые его губы.
Может подсознательно захотела очень-очень сильно его наказать? Забомбить своими феромонами, приложив контрольным воздействием на мужскую психику от подобных мне чародеек - голосовой вибрацией Сирены. Пусть у него крышу сорвёт от полного непонимания происходящего и практически уже болезненной эрекции.
Хотя, не стоит исключать и самопроизвольную реакцию собственного тела на его близость. Всё-таки мою природную сущность не обманешь. Она всегда будет интуитивно тянуться к подобным представителям мужского пола с повышенным уровнем тестостерона. Не говоря уже про остальные их исключительные данные, по большей части физиологические.
- Ему не понравилось, что его столик обслуживает ведьма. Пусть совершенно ни на что не годная, но всё равно ведь ведьма.
- Ни на что не годная? А как же то твоё перевоплощение?
В этот раз бисеринки более обильной испарины заблестели куда явственней не только на его высоком лбу, но и над верхней губой, на чёрных волосках жёсткой щетины. Про поплывший взгляд васильковых глаз можно и не говорить. Там, похоже, сейчас творилось нечто неимоверное. Вернее, за ними. В голове их владельца. А, ещё точнее, в его очень бурном на мой счёт воображении.
- Я уже молчу о твоём весьма странном воздействии на окружающих тебя мужчин. Поскольку без магии подобные странности едва ли могли проявиться.
- Простите, но я совершенно не понимаю, о чём это вы. - самое время прикинуться дурочкой и ввести его в окончательное замешательство. - И, если вы не собираетесь меня задерживать или арестовывать... Я бы хотела вернуться к своим рабочим обязанностям. Извините, но мне не хочется из-за вашей затянувшейся настойчивости получить от своего начальства штрафные баллы. Меня наняли сюда не для интимных разговоров с клиентами. А то, как вы в меня вцепились, иных предположений на наш счёт у сторонних зрителей едва ли вызовет.
И снова его выразительные губы растягиваются в надменной ухмылке неизменного хозяина положения.
- Кажется, ты всё прекрасно понимаешь, ведьма, пусть и пытаешься убедить меня в обратном. Но так уж и быть. Сделаю для тебя редчайшее исключение. А то ведь и вправду, не приведи высшие силы, выйду из-под контроля. Только не думай, что на этом наше знакомство тут же и закончится. Поскольку ответов на свои вопросы я так и не получил. А это не в моих правилах - не получать желаемое. И, как ты должно быть уже догадалась, я всегда добиваюсь своего.
Если бы я точно не знала, что Ловчие не обладают магическими способностями сексуального притяжения, решила бы что у данного блондина они имеются на все сто. Так как от его пониженного гортанного баритона у меня у самой невольно засвербело под кожей и слегка, но всё равно ощутимо, заныло между ног. Особенно когда он намеренно нагнулся поближе к моему алеющему ушку, зашептав прямо туда - в мою голову... в центр физического удовольствия.
- А пока... Свободна и... Беги, ведьма, беги...
ГЛАВА третья
Они что, все сговорились? Или сегодня какой-то особенный день в году, когда у представителей Святого Магистрата обостряется либидо? Или я просто так “удачно” попала с работой, успев перебежать дорожку аж двоим? И не кому-то там, а самому Верховному, ещё и Ловчему с таким же уровнем антимагического потенциала, как и у первого! И это с моим-то исключительным даром выглядеть незаметной и исчезать, подобно шпикам Тайной Канцелярии, в идеально выгаданный для этого момент. Вот только в этот раз ни черта не вышло! Потому что этим двум безнаказанным шовинистам приспичило схватить меня за руку! Буквально!
Тут не то что побежишь, сломя голову, но и потянет со страшной силой где-нибудь спрятаться, очень-очень далеко, глубоко и, желательно, надолго.
- Агнес! Мне срочно нужно уйти! Я больше не могу здесь оставаться.
Естественно, я вбежала со своим полупустым подносом на огромную кухню служебной части этажа, больше не намереваясь выходить оттуда в арендованный на этот вечер Магистратом зал в крупнейшем в столице пятизвёздочном отеле. И чем я вообще думала, когда соглашалась на эту подработку? По сути, полезла в логово к голодным волкам, празднующим какой-то там особый для них день - какую-нибудь очередную грандиозную победу над когда-то восставшими ведьмами и ранее непобедимыми силами Тьмы.
- Святые угодники! Ванесса, что случилось? На тебе лица нет. - несмотря на собственную запредельную занятость, моя местная начальница не смогла не заметить какой я влетела на кухню, и как меня уже начало потряхивать от запоздалой отсроченной реакцией на случившееся.
- Прости, Агнес, но, если я тут останусь, буду выглядеть ещё хуже и начну косячить, как проклятая, на каждом шагу. Боюсь, от такого помощника тебе уже не будет никакого проку, кроме сплошных убытков.
У меня действительно уже начали трястись руки, так что пришлось поставить поднос от греха подальше на полку ближайшего стеллажа, при этом едва не перевернув близстоящую посуду и ту, что принесла я сама. Агнес это тоже всё прекрасно увидела, тут же сделав для себя соответствующие выводы. Особенно когда я попыталась опять нацепить себе на шею кулон с амазонитом совершенно не слушающимися и сильно дрожащими пальцами.
- Согласна даже на половину оговариваемой суммы, пусть и рассчитывала на эту подработку, как на манну небесную. Кто ж знал, что здесь окажется столько повёрнутых на всю голову ведьманенавистников.
- Ты же не ведьма. А с такой внешностью на тебя вообще никто не должен был обращать внимания именно в упор.
- Может большинство и не обращало, только не те, кто способен почувствовать следы магии даже там, где её применяли лет сто назад. От этих вообще никакие заклинания с защитными амулетами не работают. Антимагия на то и антимагия - отражает или блокирует любой вид магии. Или ещё хуже - засасывает, подобно чёрной дыре! Хотя с меня вроде бы как и взять нечего.
Агнес несдержанно хохотнула, участливо и с искренним сожалением заглядывая в мои несчастные глаза.
- Это с тебя-то нечего? Твоё счастье, что никто из сегодняшних гостей знать не знает, кто ты такая на самом деле. А то бы точно, живой отсюда не вышла.
- Умеешь ты поддержать в трудную минуту. Я и так не представляю, как буду отсюда уходить. Точно стану жаться к стенам и шарахаться каждой тени.
- Ванесса Лоусон?
Мы с Агнес почти в унисон дёрнулись, разве что не подпрыгнули с перепугу на месте и не вскрикнули дружно в голос. Не каждый день рядом из ниоткуда, совершенно бесшумно появляется внушительный амбал в чёрном костюме и вдруг называет тебя по имени в ту самую секунду, когда ты меньше всего ждёшь от насмешницы судьбы подобных сюрпризов.
- Д-да... А вы кто?
Судя по его военной выправке и строгому чёрному френчу определённого фасона, он явно принадлежал к штатным единицам личной охраны какой-нибудь высокопоставленной шишки на данном празднестве. Угадать, какой именно, не составило никакого труда даже мне. Он ещё и рта не успел отрыть, как меня от шарахнувшей по мозгам догадки, чуть было сознания не лишило прямо на месте. Зато прочувствовала всем своим особенным от рождения телом, как немеют конечности, а в груди насквозь от шока и паники стынут лёгкие и сердце.
- Меня за вами послал Его Святейшество. Просил проводить вас наверх, в один из люкс-номеров...
- Ч-чего?! В-вы... Вы это всё всерьёз? - у меня не только всё похолодело и по большей части онемело от происходящего, кажется, я и соображать враз перестала. Как и понимать всё то, что мне пытались донести вполне доходчивой манерой.
- Никаких отказов принимать он, естественно, не собирается. Я просто ставлю вас в известность касательного того, что вам надлежит сделать в самое ближайшее время. То есть, прямо сейчас.
- Н-но... но она сейчас находится на рабочем месте! У меня здесь, между прочим, сумасшедшая запарка. Не хватает людей и помощников...
Не знаю, почему Агнес кинулась со своей тщетной попыткой мне на защиту. Но, видимо, наивно посчитала, что может сотворить в этой безвыходной ситуации хоть какое-то наивное чудо, ещё и без применения магии.
- Уверен, с вашими проблемами вы сумеете как-то справится и без личного участия Ванессы Лоусон. Я лишь исполняю приказы своего высокопоставленного начальства и пока не собираюсь терять своего рабочего места только из-за того, что кто-то не сумел заранее укомплектовать нужный штат официантов к назначенному часу. Это сугубо ваши проблемы, не мои. Мисс Лоусон? Прошу следовать за мной.
Я вообще не представляю, как Агнес сумела хоть что-то сказать в этой ситуации этому отмороженному Голиафу с короткой военной стрижкой и идеально выбритым широкоскулым лицом. Боюсь, на такого мне всех моих чародейских феромонов не хватит, даже если бы он и вызывал у меня хоть какое-то маломальское влечение. Какое счастье, что в этот раз мою природную сущность загнали в угол, буквально скрутив в смирительную рубашку. Только вот надолго ли? Меня же намеревались отвести наверх, навстречу к Верховному!
- Всё будет хорошо. Думаю, ему просто захотелось удовлетворить своё недетское любопытство. Мужчины все... такие мужчины...
Агнес и в этот раз умудрилась отличиться не самым спасительным действием. Пожала мне в знак поддержки резко вспотевшую ладошку и вроде как “незаметно” склонилась к моему уху, чтобы подбодрить и пожелать удачи негромким шёпотом. Правда, не настолько негромким, чтобы его не сумел расслышать всеподмечающий цербер Верховного.
- А-а... А где доказательства, что вы посланы именно Его Святейшеством? - моя жалкая попытка оттянуть неизбежное ещё на несколько секунд, выглядела ещё более нелепой на фоне всех предыдущих. Причём до меня только сейчас дошло, что за столь короткое время Эйлдар Бошан успел узнать моё настоящее имя, а значит и всё остальное - кто я такая, чем занимаюсь, где живу... с кем живу...
Голиаф сдержанно ухмыльнулся, точнее, ухмыльнулась лишь одна сторона его плотно сжатого рта. Глаза оставались такими же бесчувственными и отмороженными, как и до этого.
- Очень смешно, мисс Лоусон. Я бы не советовал вам тянуть со временем и заставлять его Святейшество ждать. Он очень этого не любит. Учитывая тот факт, что всё его время расписано по минутам на несколько лет вперёд.
- И как же я умудрилась попасть в его столь плотный график?
- Об этом можете спросить у него лично. Буквально через пару минут.
Как мило! Особенно, когда я к этому совершенно не готова!
Иногда в такие моменты действительно начинаешь жалеть о том, что ты не настоящая ведьма и абсолютно ни на что не годна, кроме как вызывать у противоположного пола едва сдерживаемый сексуальный интерес. Для личной жизни может это и хороший навык, но никак не для публичной. Приходится постоянно себя контролировать в общественных местах или вообще никуда не выходить в определённые дни, поскольку случиться может всякое. Как, например, здесь и сегодня. Можно сказать, произошедшее практически на ровном месте и неизвестно что сулящее в самое ближайшее время.
И ладно, будь это кто-то из обычных прохожих на улице или в супермаркете, с таким бы я справилась быстро и в два счёта. А что прикажете делать с самим Верховным? С тем, кто видит таких, как я едва не буквально насквозь?
Не удивительно, почему мне было настолько не по себе, пока мы поднимались в служебном лифте на верхние этажи, где располагались самые дорогие в отеле номера-люксы, фотографии которых я до сего момента могла лишь рассматривать либо в соответствующих журналах, либо в интернете.
Правда, сейчас мне было вообще ни до чего. Когда дрожат коленки, а всё тело то и дело слабеет от разрастающихся страхов с очень плохим предчувствием, тут не то что себя уже не помнишь и не чувствуешь, но и не видишь прямо в упор, что происходит перед твоими глазами. Если бы не цербер Верховного и его направляющий голос, даже не представляю, что бы вообще здесь делала и куда бы тыкалась.
Время, казалось, то ли остановилось, то ли просто куда-то неслось с бешеной скоростью. Куда мы шли, куда поворачивали, я так и не запомнила. Тут, куда не глянь и не поверни - везде одинаковые длиннющие коридоры, украшенные деревянными и мраморными панелями с резной инкрустацией из винтажных накладок в вычурном стиле модерн. Как по какому-то дворцу идёшь, не помня, откуда, зачем, а, главное, в какую сторону. Просто в какой-то момент тебя просят остановиться, и ты останавливаешься. А потом перед тобой раскрывают массивные панели высоченных дверей и вежливым жестом руки предлагают войти внутрь.
Ноги в эти секунды немеют ещё сильней. Но ты всё равно как-то сходишь с места и всё так же бесшумно, подобно безликой тени, проскальзываешь в дверной проём, который тут же за твоей спиной закрывается. Или захлопывается, то ли дверца, то ли хитрый механизм чьей-то хитросплетённой ловушки.
Я не стала возвращаться к дверям и проверять заперты ли они. Характерный щелчок в замке дал мне понять, что так оно и есть - меня здесь закрыли намеренно, ни о чём заранее не предупредив, как и не сказав, что мне тут делать. Спасибо и на этом. На вряд ли бы я стала в таком состоянии прислушиваться к чьим-то рекомендациям и чётким инструкциям. Тут бы как-нибудь от страха раньше времени не уписаться и не натворить чего-нибудь вон выходящего. Я как-то совсем не готова к подобным поворотам, к слову, совершенно никак!
Но хотя бы не разучилась ещё двигаться и даже немножко соображать. Причём двигаться у меня получалось намного лучше, чем думать. Что, в принципе, я и делала, когда рискнула пройти вглубь огромной гостиной номера, пугливо осматриваясь и выискивая в сумеречном освещении того, с кем бы я сейчас хотела встретиться меньше всего на свете. При других обстоятельствах, я бы, наверное, уже шею свернула, разглядывая окружающие меня хоромы, запредельно роскошную мебель, нереально дорогостоящий антиквариат и головокружительный вид из дальнего от входа панорамного окна. К последнему я постепенно шаг за шагом и приближалась, высмотрев в той части помещения ещё одну лаундж зону - с кучей мягких длинных диванов, толстых ворсовых ковров и, кажется, одного журчащего фонтанчика.
- Ни дать, ни взять - настоящая Алиса, только что попавшая в Страну Чудес. Или в Зазеркалье?
Я же пару секунд назад оборачивалась и никого до этого здесь не видела! Тогда как и откуда?..
Наверное, я была слишком напугана, вернее даже, загнана в “угол”, поэтому и не вскрикнула, когда всего в нескольких шагах за моей спиной раздался уже знакомый голос Эйлдара Бошана. После чего, само собой, сразу же резко обернулась. И, конечно же, сразу же наткнулась перепуганным до смерти взглядом на ниоткуда взявшегося Верховного во всей его святейшей красоте. Разве что без нимба над головой и божественного свечения вокруг статной, идеально слаженной фигуры. Высокой, широкоплечей и, слава всем ведьмам прародительницам, пока ещё одетой!
ГЛАВА четвёртая
До этого я его видела сидящим в кресле, если не считать не самые качественные картинки из новостных блоков, где его высокопоставленная персона появлялась так же часто, как и папы Клементия Сорок Восьмого. И тогда на нём была чёрная ряса военного образца, визуально скрадывающая его реальные формы далеко не худосочной фигуры. В белой сорочке с воротником-стойкой теперь он выглядел куда впечатляющим и почти мало чем уступал по физическим габаритам тому же Ловчему блондинчику. Ну, может быть казался чуточку пониже? Хотя для моего среднего женского роста, что первый, что второй - как два исполина, в тени которых запросто потеряешься, буквально чувствуя себя низкорослой пигалицей.
Так что не было ничего удивительного в том, что я себя именно так в те секунды и почувствовала - загнанной в угол мышкой (точнее в центр чилаут-зоны, окружённой чёрными кожаными диванами со всех сторон) большим тёмным котом. Или большим тёмным и сытым котом, которому вдруг ни с того ни с сего приспичило поиграться в кошки-мышки с приглянувшейся для этой цели добычей.
- Ч-что вы от меня хотите... В-ваше Святейшество? - не понимаю, почему задала этот дурацкий вопрос, когда тут и без прямых ответов или слов всё ясно, как божий день. Особенно, когда волей-неволей впиваешься перепуганным взглядом в лицо надвигающегося на тебя Верховного и читаешь по нему свой ближайший приговор. И видишь его почему-то куда чётче, чем до этого в приёмном зале, несмотря на окружающий полусумрак.
Может при других обстоятельствах, в ином месте и совершенно не зная, кто передо мной, я бы и повелась на его брутальную внешность породистого шатена, с правильными аристократическими чертами и ухоженной недлинной бородой на лепных высоких скулах и волевом подбородке. Про прочий потенциал можно и не говорить. Сейчас я его прочувствовала, как никогда, и он мало чем уступал потенциалу Ловчего-блондина. Хотя это-то как раз и объяснимо - они же из одной конторы! А Верховный так вообще обязан превосходить своих подчинённых буквально во всём. На то он и Верховный!
- А мне показалось, ты достаточно сообразительная девочка. В дополнительных разъяснениях не нуждаешься, особенно, когда тебя заранее предупреждают о возможном наказании за твоё вопиюще непростительное поведение.
- Т-так вы... вы меня сюда позвали, ч-чтобы наказать? Именно сегодня и сейчас?
Наконец-то он остановился. Отчего мне, само собой, легче совершенно не стало. Потому что теперь нас разделяла всего лишь четверть шага. И то я вообще ничего между нами уже не ощущала. Если сейчас шевельнётся в мою сторону...
У меня и без того дыхание спёрло, и сердце ещё больше засбоило. Особенно, когда я снова услышала чётче прежнего исключительный аромат его индивидуального парфюма, от которого у меня ещё сильнее закружилась голова. Как и от его угрожающей близости - почти подминающей и едва не подчиняющей любого без отданного вслух приказа. Проклятье! Может он специально это делает - пытается воздействовать на меня ментально, известными лишь таким, как он, инквизиторскими штучками?
- А почему бы и да? Неважно, когда начать, — вот уж не думала услышать от него почти ласковое или мнимо успокаивающее “мурчание”. - Ведь закончить можно и не сразу.
Я всё-таки дёрнулась, когда он вдруг поднял руку и без какого-либо смущения скользнул пальцами в вырез моей расстёгнутой над грудью блузки. Меня как из ушата кипящим маслом обдало. Причём буквально. Тело моментально охватило удушливым жаром, а по коже поползли колкие мурашки. И самые осязаемые и назойливые - под кончиками пальцев Верховного. Ещё немного, и он точно своего добьётся. Обдам его сама концентрированным облаком чародейских феромонов. Нельзя так играться со страхами плохо контролирующей себя чародейки. У нас ведь тоже много чего имеется особенного, когда дело касается врождённых защитных рефлексов.
- К тому же, не смог избавиться от навязчивого любопытства. Не каждый день встречаешь на своём пути столь редкий в наши дни магический экземпляр почти уже исчезнувшего с лица земли вида. Слышал, не так давно, что за вами даже специально охотились. Хотя, заполучить чародейку простому смертному - чревато серьёзными последствиями.
Эйлдар Бошан неспеша подхватил капельку защитного камня-кулона расслабленными пальцами и как тогда, в зале, не церемонясь, сорвал его с моей шеи одним выверенным движением. Из-за чего я снова не удержалась и опять дёрнулась, порывисто то ли выдохнув, то ли всхлипнув.
- Так гораздо лучше.
Теперь его взгляд почти с восхищением и более внимательней заскользил и по моему лицу, и всему, что ниже. Он даже совсем ненамного отступил, но только для того, чтобы начать меня обходить и рассматривать буквально со всех сторон, как какой-то редчайший музейный экспонат. Из-за чего мне, естественно, становилось не по себе всё больше и больше. От его скользящей по моей коже тени, настолько осязаемой и тёплой, из-за чего все волоски на моём оцепеневшем теле тут же вставали дыбом и... тянулись за этим пугающим притяжением, как под воздействием статического электричества. Не удивлюсь, если это моя природная сущность так реагировала на его пока ещё пассивную антимагию.
- Так вам просто... захотелось утолить своё... навязчивое любопытство? И не более того? Я тоже много чего слышала о служащих Святого Магистрата. - видимо, я так неожиданно осмелела только потому, что Верховный уже зашёл мне за спину, и я больше не видела ни его нахального лица, ни пронизывающего насквозь душу прямого взгляда хищных глаз. - О том, что они не просто буквально ненавидят всех тёмных и даже светлых ведьм. Но и предпочитают вступать в интимные отношения с равными себе по полу партнёрами. Иногда даже чересчур юными. И слово мальчики - тут применимо как нельзя точно. Причём, одним из главным условий для подающего свою кандидатуру претендента на сан Верховного Инквизитора — это быть стопроцентным...
- Гомосексуалистом-педофилом? - ироничный смешок в раздавшемся над моим затылком голосе не только резанул меня по слуху, но и ударил будоражащим разрядом по позвоночнику. Прямым прострелом на вылет. Из-за чего я просто не смогла не передёрнуться и не сжаться ещё больше, мысленно умоляя своё тело только об одном, чтобы оно не вздумало на него реагировать нежелательным для меня рефлексом! Иначе всё! Будь он хоть трижды законченным гомосексуалистом - ему это ни хрена не поможет! Или, скорее, мне.
- Что-то я как-то не заметил в поведении Кобэма желания высмотреть в тебе андрогинного юношу для проведения совместной ночи. Даже с расстояния пятнадцати ярдов было видно, как он пускал на тебя слюни, сдерживаясь из последних сил, чтобы не овладеть тобою прямо на месте, на глазах у всех окружавших вас гостей.
У меня снова с надрывным перебоем забилось в груди и гландах сердце, едва не качнув моё тело в сторону Бошана. И поди разбери из-за чего. Из-за упомянутого им Ловчего, который не так давно, как и сам Верховный, держал меня за руку мёртвой хваткой или... из-за очередного совершённого Инквизитором действия - попытки распустить мне волосы. К слову, очень даже удачной. Я только и успела как моргнуть пару раз, почувствовав поверх собранных на затылке в тугой пучок прядях скользящие прикосновения его весьма знающих и проворных пальцев.
Ещё немного и всё... Не выдержу! У меня и так, как не знаю у кого, кружится голова под его довлеющей близостью. Коленки трясутся так вообще уже не знаю насколько давно. К тому же, ему приспичило напомнить мне о том Ловчем, на которого я хоть и не особо сильно, но всё же слегка завелась.
Как-то мне уж совсем нехорошо. Если я потеряю сознание — это меня хоть немного спасёт от происходящего?
- Кстати. О чём это вы так с ним самозабвенно говорили?
Я снова несдержанно вздрогнула, когда по моим плечам и спине каскадной волной “рассыпались” мои реальные иссиня-чёрные пряди длинных до середины лопаток волос.
- О том же, о чём и мы с вами до столкновения с ним. - мой голос опять предательски дрогнул, потому что дышать ровно уже совсем не получалось. - О том, что я якобы ведьма, которая не должна находиться среди представителей Святого Магистрата, нарушив тем саму целую кучу священных законов.
Не знаю, почему решила немножко приукрасить свой ответ, но было бы странно стучать Верховному на одного из Ловчих из его же инквизиторской охранки, которые когда-то метили на его высокий пост. А может метят и до сих пор.
- Вот видишь. Не только я один указал тебе на нарушение правил.
- Я не ведьма!
- Об этом ты ему тоже сказала?
Слава Великой Берегине, нет! Иначе... сидела бы я сейчас совсем в другом месте! Правда, не знаю, которое из них хуже. Или, кто хуже из этих двоих!
- А вы, как думаете?
- Скорей всего нет. Хотя искры между вами летали пожароопасные.
- И... поэтому вы решили не терять понапрасну времени? Притащили сюда, в своё логово... а то, не приведи Высший Разум, забрали бы меня прямо у вас из-под носа в ближайший обезьянник?
- Вполне возможно и так. Даже мне страшно представить, что бы там с тобою сотворили молодчики Кобэма. Это у Кобэма выдержка, как у боевого пса. С голоду помрёт, но никогда не притронется к куску мяса, не получив для этого прямого приказа. А вот у его Ищеек с подобной дисциплиной дела обстоят не настолько радужно. И то...
Он снова выступил передо мной, сделав вокруг меня полный круг и вынудив задрожать пуще прежнего при новом соприкосновении с его прямым и не обещающим ничего хорошего взглядом.
- Кто знает, как бы он себя повёл, если бы увидел тебя без твоей защитной личины.
Бешеную Ламию на обе ваши головы!
В такие моменты действительно начинаешь сильно жалеть из-за отсутствия хоть какого-нибудь, даже самого ничтожнейшего ведьминского потенциала.
- Буду страстно надеяться, что я уже никогда этого не узнаю.
Лёгкая, едва обозначившаяся улыбка коснулась уголков чувственного рта Верховного... О, Великая Берегиня! Я так и сказала - чувственного рта? И какого Голема я на него так долго сейчас смотрю? Хотя, не знаю, что хуже. Смотреть в сканирующие тебя глаза человека, которого любая здравомыслящая ведьма обязана обходить десятой дорогой, - тоже не выход.
- Раздевайся!
- ЧТО?!
- Я недостаточно чётко произнёс свой приказ, чародейка? Или забыла, кто перед тобой стоит?
Не знаю, как я не отшатнулась от него или не бросилась сломя голову куда-нибудь в сторону. Наверное, в этот момент у меня попросту отказало всё тело.
- В-вы... Вы совсем от своей безнаказанной вседозволенности спятили, В-ваше Святейшество? Или вас сегодня покусала во время проводимых вами пыток какая-нибудь чрезмерно одержимая ведьма?
Напрасно я так “пошутила”, совершенно не задумываясь о последствиях. Но, похоже, я не сумела сдержаться всё из-за тех же страхов перед неизбежным. Просто попыталась защититься... как могла. Без применения чародейской самозащиты. После чего, естественно, буду потом жалеть очень долго.
- Как это не печально... - Верховный сдержанно выдохнул и неспешно, крайне ленивым жестом полез в карман своих чёрных брюк, на которые я, кстати, старалась не смотреть. - Но подобный вариант развития событий я тоже предвидел.
Может стоило всё-таки отскочить и побежать? Но... кажется, он меня как-то или чем-то пригвоздил к месту. Нисколько не удивлюсь, если через взгляд, ментальной хваткой насильственного подчинения. Я же столько слышала ходящих об этой особенной черте всех Верховных слухов! Разве что, не особо в неё верила.
- Думаю, теперь ты будешь более покладистой.
Он снова вытащил руку из кармана, но я так и не сумела отвести от его глаз собственного оцепеневшего взгляда. Как и пошевелиться, в тот момент, когда мужчина поднял обе ладони к моему лицу и разломил всего в паре сантиметрах от моего носа какую-то хрупкую капсулу, похожую на небольшую стеклянную таблетку.
ГЛАВА пятая
Почти сразу же подо мной содрогнулся пол, а окружающая нас огромная комната будто завибрировала и залоснилась более сочными, чем до этого, оттенками. Словно мебель, стены и бархатные портьеры начали излучать очень слабое и слегка искрящееся свечение. Или, скорее, это в мой мозг проникли находившиеся в капсуле живые частички неизвестной мне ранее магии. Причём всё, что в ней до этого скрывалось, потянулось только на меня, пурпурным облачком какого-то газообразного эфира, который сам по себе, можно сказать без спросу, забрался мне в ноздри, глаза и в приоткрытый от лёгкого шока рот.
Вот тогда меня и понесло. Я даже моргнуть не успела, как моя голова враз наполнилась горячим, будто отупляющим воздухом, который тут же хлынул вниз по венам и артериям мощным приливом эрогенного жара. Я только и успела, как удивлённо вдохнуть, ещё больше округлив ротик и... мелко задрожать, тут же выбрасывая не менее сильную ответку из собственных чародейских феромонов. А потом ещё одну и ещё одну, потому что между моих ног не просто начало пульсировать от обжигающих притоков крови. Казалось, в меня уже кто-то проникал учащёнными толчками, доставая до самых чувствительных мест разрастающейся всё больше и больше с каждой пройденной секундой остервенелой похотью.
От столь сумасшедшего приступа острого возбуждения не только в голове помутнеет, даже устоять на ногах едва ли сумеешь, не зная при этом, что делать - то ли всё-таки убежать, то ли...
- Какой неожиданный приход. - Эйлдар Бошан сипло усмехнулся, и от его вдруг ставшего слишком звучного и проникновенного баритона меня снова обдало очередной вспышкой неконтролируемой истомы.
Я даже непроизвольно выдохнула, всё ещё не веря в происходящее, но ощущая всем предавшим меня телом, как меня непреодолимо потянуло к этому треклятому ведьманенавистнику. Ещё и залипла не его чёртовом, по-демонически красивом лице. На его поплывших, как от сильной наркотической дозы, глазах и чувственных лепных губах.
- Советую лучше раздеться самой. Если хочешь потом уйти отсюда в своей относительно целой одежде.
Но он всё же не удержался, обхватил мои щёки и скулы почти ласковым захватом гибких пальцев правой руки. Заглядывая ещё глубже в мои широко раскрытые глаза и задевая мои дрожащие губки хлёстким приказным тоном, нетерпящим никаких возражений.
И, наверное, он что-то ещё сделал на ментальном уровне. Потому что я не могу объяснить тех вещей, что стали со мной происходить. Возбуждение возбуждением, но моё тело действительно мне практически не подчинялось. Впрочем, как и часть моего когда-то здравого рассудка. Я не знаю, как, но подняла руки почти сразу же после его достаточно конкретного приказа. И принялась расстёгивать пуговицы на блузке, продолжая смотреть в почерневшие из расширенных зрачков глаза Верховного и дуреть от нескончаемых приступов ненормального возбуждения.
Может и вправду, отключить остатки трезвого разума и будь что будет? Ведь не знай я точно, что передо мной сам Святейший Инквизитор, и не веди он себя со мной, как последняя сволочь, я бы повелась на него и без магического приворота в один щелчок пальцев. А теперь приходится сходить с ума от происходящих со мной насильственных метаморфозов, заражая главного виновника моего бесконтрольного состояния собственным чародейским афродизиаком.
- Хорошая девочка. Такой ты мне нравишься гораздо больше. Не говоря про всё остальное.
И снова от его хриплого смешка и будто читающего привораживающее заклятие голоса весь низ моего живота резко скрутило ноющим спазмом мучительного напряжения. А припухшую киску враз опалило жгучей судорогой греховной пульсации. Я даже чувствовала, как из меня едва не буквально течёт, стоило мне лишь в который раз непроизвольно сжать бёдра или поддаться очередной волне атакующего возбуждения.
За блузкой на пол последовала чёрная юбка-карандаш.
- Догола, Ванесса. - промурлыкал Бошан и на полшага отступил от меня. Но только для того, чтобы посмотреть, как я буду избавляться от дешёвого белого лифчика и самых простых хлопковых трусиков. И капроновых колготок, пока сам лениво прячет руки в карманы брюк, чуть расставив ноги в стороны и, видимо, сдерживаясь, не меньше моего, чтобы не сорваться с места в карьер.
Прохладный воздух гостиничного номера совершенно не охладил мою разгорячённую кожу, когда я кое-как, более-менее изящно освободилась от всего нижнего белья и чуть живая, чуть дыша выпрямилась перед Верховным во всей своей первозданной красе. И, конечно же, дрожа всем телом от совершенно противоречивых чувств и желаний.
- Умница. Хорошая и послушная девочка. И, действительно, невероятно шикарная. Значит, слухи о чародейках очень даже правдивы. Как и те, что их не так-то уж и просто удовлетворить? Поэтому вы и пользуетесь своими особенными феромонами, чтобы у вашей жертвы стояк держался как можно дольше даже после нескольких оргазмов подряд? Поскольку меня уже распирает кончить, только от одного вида твоей порочной наготы.
Знал бы он, как я сейчас сдерживаюсь, чтобы не сжать посильнее бёдра и не кончить наконец-то самой. Только, боюсь, мне это мало чем поможет. Скорее, ещё больше распалит аппетит. Меня и так шатало от близости этого безнаказанного сильного мира сего. А от его вибрирующего под кожей во всех эрогенных нервах чёртового голоса, хотелось вытворить что-нибудь выходящее за пределы моих собственных принципов.
Но, слава Великое Берегине, мне не пришлось делать это первой. Верховный шагнул ко мне сам. Поднял руки и коснулся одними лишь кончиками пальцев моих ключиц и шеи. Из-за чего я просто не могла не вздрогнуть, задышав ещё чаще и глубже. И задрожав ещё сильнее, как только он заскользил, едва касаясь, своими ухоженными перстами по моей слишком чувствительной коже. Заставляя моё тело ныть и томиться от каждой оставленной им на мне дразнящей ласке. И сходить с ума пуще прежнего, как только он добрался до налитых томным возбуждением полушарий груди и провёл большими пальцами вокруг затвердевших сосков. Перед тем, как надавить на их вершины, а потом сжать с лёгкой болью, пока я не ахну, едва не теряя сознания, и не поддамся за его руками вперёд.
- Невероятно. Как будто действительно ничего подобного ещё не видел и не касался. Какая шикарная кожа... И... бархатные соски. Таким телом только сводить с ума или доводить до полного исступления. Неудивительно, почему о вас столько ходит неправдоподобных легенд.
Его голос сел окончательно. Хотя меня и без того пробирало от его близости и таких вроде как ещё невинных прикосновений, что со страшной силой тянуло вцепиться в него уже самой или как-то заставить его перейти на более конкретные действия. Только куда там? Он же, мать его, Верховный Инквизитор. Самого будет трясти, покрывать удушливой испариной, буквально скручивая запредельным возбуждением, но даже виду не подаст. Потому что привык всё держать под контролем. И пытать! Долго, мучительно и беспощадно.
Вот и сейчас он делает со мной то же самое. Вроде как рассматривает меня, любуется, дразнит слишком чувствительную грудь поверхностными ласками, потом так же ведёт пальцами по рёбрам вниз, по животу и... Меня снова передёргивает, как от удара током, когда он добирается до оголённого лобка. И при этом смотрит мне в лицо. Следит за каждым изменением в моих напряжённых чертах и полуослепших глазах.
- Великий Разум. Тут только от одного касания, уже сносит крышу.
А у меня так тем более, когда он наконец-то “смелеет” и с более сильным нажимом накрывает мою киску. Проникает между опухшими дольками половых губ и начинает там всё растирать и массировать, от пульсирующего клитора до самого входа воспалённой вагины. И, наверное, в этот момент чувствует, как я орошаю его пальцы новой порцией интимных соков, несдержанно всхлипывая и едва не кончая.
- Одуреть. Как же ты течёшь. Даже не представляю, что будет, когда я начну тебя трахать.
Разве он это уже не делает? Вернее, трахает мне мозг, пока обжигает губы почти рычащим громким шёпотом и скользит пальцами по налитым кровью складкам перевозбуждённой киски. А меня ведёт от всех его извращённых манипуляций, как самую последнюю и в край озабоченную шлюшку. До трясучки, до нещадной дрожи в коленках и разрастающегося в животе раскалённого шара безумной похоти.
Я снова несдержанно всхлипываю, но всё ещё держусь. Не прошу и не умоляю, хотя в голове полный раздрай, а всё тело, от макушки до онемевших на ногах пальцев охвачено эрогенным жаром. А ведь, если так подумать, он ничего со мной такого ещё и не делал. Чёртово приворотное зелье! Даже мои феромоны с ним не сравнятся.
- На колени, ведьма. - Бошан хрипит, видимо, начиная терять собственный контроль, поддаваясь слишком сильному для него чародейскому афродизиаку.
Не успеваю осмыслить услышанное или выстрелившее звериным рыком Верховного мне в голову, как тот прекращает свою сладкую пытку и накрывает мне затылок с шеей жёстким захватом властной ладони. Погружает пальцы в мои волосы и стягивает их в кулак у корней пока ещё щадящей хваткой, второй рукой нажимая мне на плечо несильным, но мгновенно подчиняющим давлением.
Я не успеваю опомниться, как мои коленки подкашиваются будто сами собой. Не падаю на них каким-то чудом и даже не замечаю, как оказываюсь на полу, а мой взгляд - на уровне низа живота Бошана.
- Тебе нужно особое приглашение? Или ты не знаешь, как расстёгивать мужские брюки?
У меня мгновенно пересыхает во рту, заходится в груди сердце и ещё сильнее кружится голова. Я словно в наркотическом угаре или в безумном эротическом сне. Смотрю на выпирающий пах Верховного и дурею в это раз окончательно и бесповоротно. Понимаю в эти секунды с ошеломительной для меня ясностью, как же безумно сильно я его сейчас хочу. Настолько сильно, что едва не теряю сознание. Но, если я действительно это сейчас сделаю под воздействием приворотного зелья, тогда...
А ему известны все врождённые особенности таких, как я чародеек? Или только основная их часть с небольшим довеском из слегка приукрашенных мифов?..
Но все мысли, которые лишь вскользь успели задеть моё завороженное сознание, враз куда-то испаряются от подавляющей близости мужского достоинства, мускулистых бёдер инквизитора, обтянутых пока что чёрной тканью твидовых брюк, и исходящего от мужчины запаха, свойственного лишь ему одному. Если в зелье находилась какая-то частичка-органика, которая была взята от тела Бошана, тогда это уже всё. Теперь у меня будет сносить крышу буквально от него всего. И никакое сопротивление не поможет, сколько бы я для этого не прилагала усилий и не пыталась себя остановить. Да у меня, наверное, это вообще уже не получится. Поскольку ощущения просто непередаваемые. Я ещё в жизни никогда так за кем-то не сходила с ума и не жаждала до подобной трясучки во всём теле.
Так что подняла я свои дрожащие от нетерпения ладошки к его бёдрам едва ли до конца это осознавая.
Пресвятая Прародительница! Если у меня только от этого уже сводит нестерпимой судорогой острого возбуждения между ног и бьёт в голову первыми ментальными оргазмами, что будет, когда мы начнём уже всё делать по-настоящему?
- Ну же, чародейка, смелее. - охрипший голос Бошана ударил сверху очередной микро-эйфорией по мозгам, а его пальцы, сжавшиеся в моих волосах на затылке и слегка подтолкнувшие к его паху, добавили неменьшей стимуляции моему и без того свихнувшемуся состоянию. - Покажи, на что способны такие, как ты, и насколько вы реально умеете доводить своих жертв до полного исступления.
Рогатого Змея тебе в задницу! Ну почему я не могу удерживать вспышки гнева не дольше двух секунд? Кажется, они ещё больше распаляют мою похоть, подхлёстывая все мои ненормальные желания сильнее прежнего и моментально меняя свой изначальный вектор на совершенно противоположный.
Вместо того, чтобы со всей дури впиться ногтями в мошонку Верховному и сжать её что силы, или заехать в неё кулаком, я начинаю торопливо расстёгивать на его брюках чуть дрожащими пальцами кожаный ремень, затем пояс, молнию на ширинке... И млеть, мать его перетак! Задерживая от предвкушения дыхание, нетерпеливо вздрагивая и даже облизывая слегка пересохшие губы! А потом дурея и даже немного теряя равновесие от переизбытка чувств и сумасшедшей вспышки треклятого возбуждения после того, как я приспустила штаны вместе с краем белоснежных боксеров. (По крайней мере, теперь буду знать, какую марку трусов носит сам Святейший!)
В предполагаемых размерах я не ошиблась. Он действительно оказался совсем даже немаленьким. Едва ли весь поместится в обоих моих кулачках. Мне даже пришлось чуть отстраниться назад, когда, ощутив полную свободу от стеснявшей его до этого одежды, он нацелился на меня блестящей и налитой от перевозбуждения головкой, приподнявшейся на длинном упругом стволе в полной боевой готовности. Кажется, я опять кончила в помутнённом сознании, интуитивно сжав интимные мышцы между ног и едва не всхлипнув в голос от новой вспышки ненормального желания с новым выбросом собственных феромонов. Член Бошана тут же на них отреагировал ответной судорогой по всей его внушительной длине и проступившей обильной каплей предсеменной жидкости на самом кончике головки.
- Я, конечно, ощущаю, как ты меня накачиваешь своим чародейским стимулятором, но я привык, когда мне делают минет ртом, а не взглядом.
И снова меня охватывает с головы до пят его треклятым звучным баритоном, переходящим в сладкую дрожь-вибрацию в моей коже и во всех эрогенных зонах. И опять властный нажим-давление его пальцев на моём затылке, который я воспринимаю, как за одну лишь определённую команду, вынудившую меня поддаться вперёд и открыть пошире губы. Моя рука тоже самопроизвольно обхватывает твёрдый ствол его большого фаллоса у основания, тут же млея от ощущения прикосновений чувственных пальцев к бархатной, подвижной коже и поверхностному рельефу из вздутых вен. В какой-то момент я просто осознаю, что веду своим жадным язычком по центральному, очень твёрдому “ребру” члена, оставляя на нём влажный след и, в конечном счёте, достигая уздечки и венчика головки. Немного задерживаюсь, чтобы пощекотать там самое чувствительное место, после чего уже полностью накрываю горячим вакуумом рта пульсирующую залупу и размазываю по ней языком и губами всю каплю предэякуляра.
Довольный рык Верховного сверху ничуть не отрезвляет, если не наоборот. Наверное, если стисну бёдра посильнее, то точно кочну. Я и так на грани. Чем дальше длится это безумие, тем ближе критический предел всех моих природных возможностей. Я уже не стесняясь прижимаюсь к ногам своего мучителя, трусь воспалёнными сосками о бархатную ткань его брюк, пока глубже и несдержанней вбираю в свой рот верхнюю часть его члена, а жадными ладошками наяриваю по всей остальной его длине - от мошонки до своих губ.
Бошан тоже не бездействует. То и дело толкается в меня, сжимает сильнее пальцы в моих волосах и явно хочет трахнуть меня в глотку по самые яйца уже по-настоящему. Но я как-то умудряюсь уворачиваться от всех его попыток, проверить мои реальные возможности, продолжая отсасывать только его головку или же ласкать языком сам ствол и даже мошонку. И, похоже, ему с лихвой пока хватает и этого. Хотя, будь на его месте простой смертный, уже бы кончил мне за это время в рот раза два, не меньше.
- Чёртова ведьма! И что, спрашивается, в тебе такого особенного...
Я так и не поняла, что он имел в виду. Видимо, говорил, сам с собой, а не со мной, когда резким рывком за волосы и шею заставил меня подняться, прижимая к своей груди, вжимаясь членом в мой дрожащий живот и впиваясь в мои губы жадным поцелуем беспощадного завоевателя.
ГЛАВА шестая
Я и понять не успела, как это произошло. Почему теперь млела и стонала под натиском его сминающих губ и атакующего, вернее, трахающего мой рот языка. И не забывала при этом интуитивно цепляться за его напряжённые бока под рёбрами, пока ещё скрытые шёлковой тканью белоснежной сорочки. Если меня ТАК вело на трение моей кожи о его рубашку, что же будет, когда он её уже наконец-то снимет (или когда я её разорву ко всем адским псам!). Я и так сдерживалась чтобы не вжаться в его мошонку лобком и не потереться о неё ноющим клитором.
Это всё неправильно. Ненормально! Обычно, до такой степени меня хотят привороженные мною мужчины, а не я их. И я не всегда дохожу до таких крайностей, иначе у них просто посрывает все тормоза. Наверное, Верховный это уже тоже начал испытывать. Сам напросился! Хотя я и не против. По крайней мере, именно сейчас. Пока его язык исследует мой рот, а его руки - моё тело, сжимая до лёгкой боли мне ягодицы и с абсолютным бесстыдством добираясь пальцами до горячей и очень влажной промежности. А там уже растирая возбуждённые складки и бесчинствуя с такой же остервенелой жадностью, с какой он меня всё это время целовал. Не забывая при этом тереться членом о мой живот.
- Великий Разум! - сколько же ему потребовалось сил, чтобы остановиться и прервать поцелуй? Вернее, обхватить моё лицо за скулы напряжёнными пальцами и почти отпихнуть от своего. Правда, недалеко. Всего на пару дюймов, чтобы тут же впиться в меня помутневшим взглядом, в попытке рассмотреть во мне что-то ещё, что было пока ещё скрыто от его одурманенного разума. Его кожа потемнела от сильного прилива крови, губы блестели и чуть распухли. На лбу выступили бисеринки холодной испарины. Тело напряжено и даже ощутимо вздрагивает. Будто хищник, притаившийся в засаде перед смертельным прыжком.
О, да! Мне очень хорошо знаком и этот взгляд, и это состояние заведённого мною до максимального предела похотливого самца. Раньше я такими вертела как хотела сама, а теперь... Не скажу, что мне не особо приятно поменяться местами, скорее, как-то непривычно. Тем более, когда настолько показательно доминируют тобой, а не ты кем-то.
- Это действительно что-то невероятное. Теперь я понимаю, почему вы так старательно от всех прячетесь. Сводите с ума на раз, до ломоты в яйцах... До мозгодробительного желания затрахать вас до потери пульса. Думаю, остальные слухи тоже - не выдумка. Осталось только проверить самые ходовые.
Озвучивать вслух, что конкретно он собирался проверить, Бошан, естественно не стал. Я даже ахнуть не успела, как он меня вдруг резко развернул и, едва не приподняв над полом, как какую-то невесомую тряпичную куклу, подтолкнул к близстоящему к нам дивану. Понять, что он от меня хочет, не составило вообще никакого труда. А что ещё, как не залезть на пухлое сиденье кожаного дивана коленями, опереться руками о невысокую спинку и принять позу уже готовой к не самому романтичному соитию сучки.
- Пошире раздвинь коленки. И поизящнее прогнись. Ты же чародейка. С таким телом ты должна принимать эстетические позы на интуитивном уровне сразу же, даже не задумываясь об этом. Вот так...
Гомнюк! Грёбаный гомнюк! Которого я, клянусь, сама затрахаю сегодня до смерти, пусть только переступит нужную мне грань! Если только сумею справиться со своими неконтролируемыми реакциями на его голос, близость и прикосновения. Хотя сейчас это даже не прикосновения, а жёсткое подчинение властных рук.
- Шикарная попка, и чтобы её зазывно не выпятить, и не дать себя шлёпнуть? Это непозволительное преступление против своей же природы.
Я уже знала, что он это сделает. Что обязательно меня шлёпнет - звонко, со смаком. А перед этим покрепче намотает на левую руку мои волосы и ухватит за шею, чтобы я не брыкалась и оборачивалась. А правой ладонью, физически любуясь или наслаждаясь новой картинкой, поведет по изгибам моей спины, задерживаясь подольше на ягодицах и снова заставляя меня дрожать от всех его нереально возбуждающих ласк.
Просто удивительная выдержка. Другой на его месте уже бы вошёл в меня прямо с ходу, не задумываясь о последствиях (а вдруг у меня там защита от насильников стоит?). А этот с таким бешеным стояком (не думай, Ванесса, только не думай о его большом члене, нацеленном в твою попку в эти самые чёртовы секунды!) ещё и резину умудряется тянуть! Я даже иногда ощущаю, как он меня задевает гладкой головкой своего каменного фаллоса. Не держи он меня так крепко за волосы, наверное, точно бы сорвалась с места в карьер и попыталась бы сама на него насесть. Потому что меня уже трясёт от этого желания едва не до потери сознания, и шлепок по ягодице совершенно никак от него не протрезвил. Особенно, когда Бошан принялся снова поглаживать зудящее от удара место и тем самым доводить меня двойным наслаждением до точки невозврата. А всё, что мне при этом оставалось - лишь цепляться скрюченными пальцами за обивку диванной спинки и бурно реагировать на все его беспощадные пытки.
- Вот так! Умница. Хорошая девочка. Уже готова и ждёшь не дождёшься своего хозяина?
Я не ослышалась? Он назвал себя моим хозяином? А не охренел ли он в конец? Или всё-таки охренел? Решил меня не только зельем одурманить, но и закабалить-присвоить? Э-э, нет, я на такое дело не...
О, Великие Боги!
Его пальцы наконец-то коснулись моей бесстыдно раскрытой промежности, заскользив по очень влажным и воспалённым от сильнейшего возбуждения складочкам, снова их растирая и массируя вместе с клитором. И снова мне захотелось со страшной силой отреагировать каким-нибудь бездумным подвигом - вильнуть хотя бы попкой или... Но он сделал вскоре всё сам. Совершенно беспрепятственно вставил в меня сразу два пальца, вынудив меня наконец-то застонать в полный голос и невольно прогнуться в пояснице, подобно в край озабоченной кошке.
- Вот это я понимаю, завестись на все сто. А то и все двести.
Когда-нибудь я до него обязательно доберусь и устрою забег на все пятьсот и будет молить о пощаде со слезами на глазах. Но сейчас, чёрт меня дери!.. Размышлять о планах мести долго не выходит, когда меня так ведёт на его хриплый самодовольный голос и на бесстыдные толчки в моём обильно спускающем лоне его знающих пальцев. В голове, кажется, лопаются бурным фейерверком последние здравые мысли. Всё тело пронзает обжигающей вспышкой неуправляемой похоти, заставившей меня прогнутся ещё откровенней и едва не закричать. А потом ещё одной и ещё, как только он начинает меня буквально трахать пальцами, надавливая и растирая изнутри на нужные точки. Толчки быстрые, беспощадные, зато попадающие точно в цель. Из-за чего моё тело мгновенно охватывает с головы до ног ненормальным перевозбуждением с быстро (даже бешено быстро) нарастающим экстазом.
Кажется, я уже больше ничего и не чувствую, кроме этой сумасшедшей цепной реакции, которая увеличивалась и ширилась во мне, подобно замедленному взрыву, поглощающего каждую клеточку моего трясущегося тела сминающим жаром чистейшего исступления. Я уже не постанываю и не всхлипываю, а именно начинаю вскрикивать или даже завывать, банально задыхаясь и мечтая только об одном...
Да что он творит, этот треклятый извращенец?.. Будто специально усиливает и ускоряет толчки, словно и вправду читает мои мысли или то, что с моим телом сейчас творится по его же вине. Ещё и по слуху бьют эти развратные звуки из будоражащих влажных ударов, от которых меня лихорадит и передёргивает неменьшей стимуляцией, чем от его беспощадного голоса.
- Да, вот так! Покажи мне, как ты это делаешь. Как подобные тебе кончают. Заведи меня этим ещё сильнее, ведьма!
Да чтоб тебя!.. Не знаю, как у него это получилось, но меня накрыло долгожданным апогеем в аккурат на его последней фразе. Живот скрутило жгучим спазмом первого мощного “взрыва”, который тут же разошёлся всесметающей волной по всему телу. Влагалище уже не просто пульсировало, а надрывно сокращалось от ненормальных судорог затяжного струйного оргазма. Меня буквально скручивало и трясло, будто одержимую бесами кликушу, которая ни на что другое, как биться в конвульсиях и протяжно завывать, больше не способна.
- Да, ведьма, да! Вот теперь я вижу, что легенды не врут. - а Бошану, похоже, мало просто меня унизить, низвергнув до положения на всё готовой сучки. Успокаиваться он явно не собирался, даже когда довёл меня до первого оргазма, и когда я вытолкала из себя его пальцы с первой сквиртовой струёй. Принялся тут же растирать мне клитор, помогая кончать под более бурные сокращения доведённой им же до критического предела киски.
Ума не приложу, как я вообще за эти затянувшиеся до бесконечности секунды не свихнулась и не потеряла сознания. А ведь была на грани, кое-как удерживаясь за спинку дивана и не падая только благодаря рукам Верховного.
Не успела я хоть немного прийти в себя, как и дождаться завершения и без того очень долгого первого оргазма, как меня опять оглушили очередным сокрушительным ударом почти нежданного “сюрприза”. Ударом, можно сказать, буквальным, по другому его не назовёшь. Я даже не сразу сообразила, чем именно этот святейший садист коснулся моих воспалённых складок и опять несколько раз провел вверх и вниз чем-то очень гладким и большим от входа в вагину до вершины пульсирующего клитора. Всё это время я продолжала кончать и дуреть от новых ощущений, передёргиваться всем телом и несдержанно постанывать. Пока не закричала срывающимся на хрен голосом от новой сумасшедшей вспышки извращённого удовольствия - будто разрезающей меня изнутри острой болью, одновременно такой же нереально сладкой и запредельно возбуждающей.
Бошан именно всадил в меня свой большой член до упора, вжавшись сзади в мои ноги мускулистыми бёдрами, а в мою распухшую киску увесистой мошонкой. Ей богу, я чуть было дух не испустила, то ли интуитивно попытавшись вырываться, то ли взвиться раненой птицей в его цепких лапищах. А ему всё, что я не делаю будто на руку. Одним резким и нещадным рывком притягивает меня за волосы к себе, прижимая спиной к своей груди, а вторую ладонь запуская между моих разведённых ног спереди, пока растягивает меня изнутри каменным стволом внушительного фаллоса, буквально насаживая на него в самой развратной позе. Всего несколько грубых и глубоких толчков и всё... меня опять уносит или накрывает. Ещё и кажется, что я продолжаю кончать. Всё ещё!
В какой-то момент я сама не замечаю, как начинаю подстраиваться под его движения и ритм учащённых ударов. Потому что ни о чём другом уже думать не могу. Меня вынесло окончательно и бесповоротно. Я хотела, до одури и до дичайшего остервенения собственного “насильника”, поскольку то, что он со мной сейчас вытворял иначе и не назовёшь. Просто брал и буквально насиловал. Только я кричала не о помощи и спасении, а от того, как реагировало моё тело на проникающий в меня член. Вернее, трахающий - жёстко, беспощадно и без успокаивающих нежностей. Уже молчу о его руке, пальцами которой он растирал мне клитор в такт вбивающегося в меня пениса.
Причём, мало мне собственных ощущений, так меня ещё и прикладывало ментальными атаками от самого Бошана. Ещё одно не самое лучшее свойство чародеек - чувствовать своего партнёра практически как саму себя. А, точнее, исходящие от трахающего тебя мужчины чуть ли не все испытываемые им приступы порочного удовольствия. Так что угадать на каком он был пределе и когда уже собирался кончать, для меня вообще не было проблемой. Кроме одной. Меня они подхлёстывали не менее сильно, чем мои собственные. Доводили до такого состояния, что в пору скончаться от убийственного стыда. Или буквально от трахающего меня члена. Поскольку я точно сейчас сдохну. Я уже и так держусь на честном слове, едва ли понимая, что вообще происходит, что со мной и почему я до сих пор не потеряла сознания. Особенно, когда рука Верховного обхватила меня за горло и слегка сжала под скулами пальцы. Ну всё... Кажется я...
Снова начинаю кончать! Срывать голос от криков и ловить не менее мощные судороги бурного оргазма от изливающегося в меня мужчины.
Не знаю... а может банально не помню, как долго оно длилось на этот раз. Похоже, оно и не собиралось заканчиваться. Просто в какой-то момент ослабило свои затяжные судороги, поглощая моё беспрестанно дрожащее тело дурманящей негой непередаваемого блаженства. И лишая на какое-то время умопомрачительной заполненности. Грубо говоря, это Бошан вышел из меня, полностью отпустив и позволив мне абсолютно обессилевшей завалиться на сиденья дивана.
И меня при этом ещё продолжало передёргивать, как в предсмертных конвульсиях.
- Я разве разрешал тебе себя трогать? - и даже его грубый хриплый голос нисколько не способствует моему скорейшему протрезвлению, если не наоборот.
Лишь удивлённо поворачиваю голову и поднимаю на мужчину поплывший взгляд, только сейчас заметив, как протянула свою дрожащую руку к своей мокрой киске и принялась натирать пальчиками клитор, чтобы усилить зудящую в нём пульсацию.
- А вы меня за это накажите, Ваше Святейшество! — вот так и срывает людям крышу. Но обычно тем, кто подпадает под мои чары. А тут определённо всё перевернулось с ног на голову.
- Не переживай. Накажу. Как и полагается. Со всеми вытекающими...
Пошляк! Только затыкать мне его совершенно не хочется. Как и отводить осмелевшего взгляда от его лица и возвышающейся надо мной исполинской фигуры. И с эрегированного члена тоже. Который, к слову, вообще никак не обмяк. Всё так же стоял колом со вздутой блестящей (в этот раз ещё и мокрой от спермы) головкой, как и до моего первого минета, пока сам Бошан не поспешно, но и не медленно расстёгивал на груди планку потемневшей от пота сорочки.
Наверное, уже начало доходить во что он вляпался и на что так опрометчиво подписался?
- Значит, и это тоже чистая правда? Действуете на мужиков, похлеще самого ядрёного афродизиака, да? И насколько долго это может затянуться?
Я впервые не сдержалась и растянула губы в полупьяной коварной ухмылке. После чего кокетливо прикусила нижнюю и провела кончиками пальцев по торчащим от возбуждения соскам, тут же демонстративно ахая, закатывая зазывно глазки и сжимая бёдра, чтобы выгнуться в спине от очередной настоящей волны острого удовольствия.
- Кто его знает, Ваше Святейшество... - с придыханием и с небольшими паузами из-за сбивающегося голоса. — Это вы меня накачали приворотным зельем. Каков у него срок годности должны знать только вы.
- Чёртова ведьма! - от его ответного звериного хрипа меня лишь сильнее обдало эрогенным жаром очередной вспышки неконтролируемого возбуждения. Ещё и добавило сверху восхитительной визуализацией, в виде его полностью обнажившегося торса - шикарного, рельефного, буквально лепного, с лоснящейся от интенсивной испарины тонкой кожей. Кажется, там можно было разглядеть не только змейки вздутых вен, но и даже волокна неслабо накачанных мускулов.
Великие Боги! Всё как я люблю, если не больше!
- Советую следить за своим не в меру осмелевшим язычком.
Он откинул куда-то в сторону скомканной тряпкой свою дорогую рубашку и сразу же нагнулся надо мной, угрожающе обхватив моё горло горячей ладонью и заглядывая сверху в мои не менее осмелевшие глаза.
- Не забывай, ведьма, кто перед тобой, и на что я способен в своём священном гневе против таких, как ты.
Не то, чтобы я сделала это интуитивно, в попытке самозащиты, но, да. Обхватила его руку на своём горле, скорее, чтобы подхлестнуть его ненасытного внутреннего зверя ещё больше. Почти ласково, часто задышав и сладко задрожав.
- Тогда не теряйте зря времени, Ваше Святейшество! Сделайте это! Обрушьте на меня свой священный гнев. Прямо сейчас! Хочу сгореть в нём дотла буквально!
- Треклятая грешница! Порочная и развратная сучка!
О, да! Эти нотки мне знакомы. Этот нездоровый блеск в чёрных помутневших глазах тоже! Хотя и понимаю, вернее, чувствую, сколько же в нём сокрыто именно пугающей антимагической силы, которую он сейчас всё-таки умудряется как-то контролировать, и которая не позволяет ему полностью подчиниться моему чародейскому феромону. Сопротивляется до последнего. И на вряд ли я сумею когда-нибудь и как-то преодолеть этого мощного гиганта. Это же, мать его, сам Верховный!
- Не переживай! Ты почувствуешь разницу, когда я тебя начну наказывать по-настоящему. И не думай, что сумеешь обвести меня вокруг пальца или как-то подмять под себя.
Он прижал за горло мою голову к сиденью дивана одной рукой, а второй накрыл мою воспалённую киску, практически сразу введя в меня аж три пальца. Меня снова тут же затрясло и едва не выгнуло дугой. Я даже не заметила, как в этот раз вцепилась в мужскую ладонь уже без игр и попыток его чем-то поддеть, несдержанно застонав в полный голос.
- Лучше молись на то, чтобы быть моей личной сучкой и подстилкой, чем подозреваемой в служении Тёмным Силам. Поскольку мне без разницы, где и как тебя иметь - на мягких простынях или в пыточной камере инквизиционных катакомб, в развратном нижнем белье или закованной в стальные цепи. Учитывая, что второй вариант мне куда ближе, привычней и желанней.
Чёртов сукин сын! Грёбаный поборник святой морали и непорочной чести! Слышали бы его сейчас все прихожане Правоверной Церкви.
Только зацепиться за вспышку гнева всё равно не удаётся. Особенно когда тебя трахают пальцы Эйладара Бошана, а его голос трахает тебе мозги! Я не успеваю вообще разозлиться, как и сделать что-то в ответ. Он меня буквально подминает под себя. Накрывает мой рот подчиняющим поцелуем, сразу же атакуя его жадным языком. Меня пробирает уже до самых кончиков пальцев, ослепляя и оглушая очередной волной ненормального возбуждения с единственным для него фатальным исходом. А потом и вовсе выносит за пределы этой чёртовой реальности, как только Верховный вынимает из меня пальцы и заменяет их своим членом, заполнившим меня на всю длину одним чётко выверенным ударом.
ГЛАВА седьмая
Кажется, эта ночь была самой длинной ночью в моей жизни, самой безумной и какой-то запредельно ирреальной. Да, я обладала от природы особыми феромонами, способными даже у мёртвого поднять. Но даже у них были свои пределы или ограничения. А это... У меня всего моего словарного запаса не хватит, чтобы описать всё то, что произошло или что происходило со мной и Верховным Бошаном. Это, наверное, чем-то похоже на дикую оргию, но только между двумя партнёрами, а не несколькими. Правда, я и в оргиях никогда не участвовала по вполне объяснимым для себя причинам. Но мне с лихвой хватило и одного Его Святейшества, заменившего сегодня, как минимум, троих секс-гигантов.
Да, простые смертные под моими чарами способны на совершенно не свойственные для них подвиги в постели. Ну, а если это далеко не простой смертный - в итоге и имеем то, что имеем. Заведённого не на шутку Инквизитора и кончающую только от одного его голоса привороженную им чародейку. И, судя по всем его действиям и реакции на моё возбуждающее “облучение”, его это нисколько не пугало. Хотя, по идее, должно было. Когда член продолжает стоять колом после трёх, как минимум, семяизвержений, тут бы пора взять хоть какой-то тайм-аут, хоть для какой-то недолгой передышки. Но, куда там! Будь это обычный смертный, скорей бы всего так и сделал. А это же, мать его, сам Верховный! О десятилетнем служении которого в лоне Святой Инквизиции ходило столько слухов, что ими в пору пугать не только маленьких деточек, но и крепких психикой взрослых.
Говорили, он мог часами допрашивать и пытать самолично самых стойких ведьм и еретиков. Ни спать при этом, ни пить и ни есть, и это учитывая обязательный мини-пост для любого священнослужителя, который тот должен провести перед встречей с ведьмой или подозреваемым тёмным служителем.
В общем... если я когда-то очень тайно или глубоко в подсознании и мечтала о супер-любовнике с неограниченными возможностями, то, можно сказать, этой ночью моё желание почти что частично сбылось. Так как останавливаться этот одержимый безумец на пару трахах абсолютно не собирался. Впрочем, как и во всём остальном. В выборе поз, в попытках довести меня до обморочного состояния, когда трахал меня так, что в пору на стенку полезть или начать вопить о помощи. Даже проверил, кончу ли я, если он возьмёт меня в анал. Грёбаный экспериментатор и секс-психопат.
Не будь моё тело от рождения настолько выносливым именно в плане физического сношения, любая другая на моём месте уже бы точно скончалась уже где-то через час подобного секс-марафона. А занимались мы этим безумием далеко не час и не два. И, судя по всему, Бошан проверял мои возможности буквально на износ. Разве что не ставил пометки в особом журнале, не сверялся по времени после каждого захода и не замерял через особые приборы уровень моего чародейского или сексуального потенциала. Видимо, ему просто было не до этого.
Его самого распирало до неведомых ему ранее пределов. И он делал со мной всё то, на что он вообще был способен, если не сверх того. Поскольку просто трахать меня ему было явно неинтересно. Ему обязательно нужно было это делать с особым подходом, на грани извращённого, а порою даже и безудержного садизма. Брать меня, насаживать на себя, трахать так, чтобы каждый удар его большого члена отдавался и пульсировал в каждой клеточке моего измождённого тела, превращая меня в не менее, чем он сам, одержимую и озабоченную секс-маньячку.
Не удивительно, что в какой-то момент мои силы (и его, надеюсь, тоже) попросту иссякли. И через какое-то время я всё-таки отключилась, или того хуже - меня вынесло в спейс, поглотивший полностью и моё тело, и сознание в звуконепроницаемый вакуум чистейшей эйфории. Причём, с обычными смертными партнёрами со мной такого вообще никогда не случалось. Хотя я и знала, что была способна на такой уровень нереального блаженства, достичь которого, как оказалось, можно было только так. С чёртовым Верховным Инквизитором - садистом-извращенцем!
К тому же, это выявилось не самым ужасным из всего того, что со мной произошло за данный вечер и ночь. Куда более шокирующим фактом оказался тот момент, когда я проснулась, открыла глаза и... Всё вспомнила! И увидела, где нахожусь! А всё случившееся со мной до этого было отнюдь не кошмарным эротическим сном, а чистейшей правдой. Потому что, мать моя женщина, я лежала сейчас на полу, вернее, на толстом ворсовом ковре, абсолютно голая, под меховой шкурой какого-то большого чёрного животного (скорей всего, магического) и под боком Эйлдара Бошана! Вокруг нас всё та же огромная гостиная номера-люкса, но в этот раз залитая косыми лучами утреннего солнца, лишь слегка приглушённые тонированным стеклом панорамного окна над нашими головами. Я на спине, Верховный - на животе, ещё и приложив меня своей увесистой ручонкой расслабленным захватом поверх моей груди.
У меня, святые угодники, сердце враз остановилось, как только я повернула голову и... наткнулась на его отмороженное спящее лицо. Всего в нескольких дюймах от моего носа! Как я ещё при этом не подскочила и не закричала? Наверное, просто сил на это уже не было.
Свят! Свят! Свят! Да как же это? Я же... Пресвятая Берегиня!
Просыпаться и резко трезветь после сильнейшего секс-угара это, скажу я вам, тот ещё экстремальный вид спорта. Особенно, когда нужно всё вспомнить и при этом не умереть от стыда с чётким пониманием всей той жопы, в которую я так опрометчиво вчера угодила. И чтобы за всё это время не разбудить обнимавшего тебя во сне мужчину (превосходившего тебя по физическим габаритам, как минимум, раза в два). Особенно, когда нужно заставить себя как-то подняться и очень-очень осторожно выскользнуть из-под его руки. Поскольку, как бы я не силилась и не пыталась проснуться ещё раз, но в своей постели своей любимой крошечной квартирки, у меня никак не получалось.
Ну, давай Ванесса! Сделай это! Чародейка ты, в конце-то концов, или нет?
Легко сказать! Тем более, когда твоё тело ломит так, будто его всю ночь растягивали на дыбе, а твою вагину и попку пытали вдоль и поперёк инквизиторской грушей! По сути, ощущать себя выжатой до основания буквально! Испытывая в довесок к сильнейшей физической слабости сумасшедшее головокружение, дикий сушняк и едва терпимое желание сходить по-маленькому. Наверное, проще сдохнуть, чем пытаться выжить от подобных симптомов в ближайшие минуты. И это я ещё молчу про эмоциональную встряску с убийственным шоком!
Наверное, проще спрыгнуть с парашютом без самого парашюта, чем проделать всё то, на что я наконец-то решилась. Очень осторожно, не издавая ни единого звука, выползти из-под руки Бошана и меховой шкуры. Определиться в пространстве, найти взглядом свои вещи, кое-как подняться на дрожащих ногах и опять же издав ни вздоха, ни выхода и не наткнувшись по пути на ближайший предмет дорогущей мебели. А, главное, не зацикливаться на всех тех ощущениях, которые меня сейчас преследовали. И не смотреть на диваны, кое-где заляпанные вызывающими пятнами уже подсохших интимных жидкостей. Вот же срань несусветная!
Ладно. Подумаю об этом потом. Может быть. Когда-нибудь. Но, лучше, не сегодня и уж тем более не сейчас. Сейчас на первом месте — моя одежда и спасительный побег из этой секс-обители ко всем адским псам.
Правда, продлились мои сверхосторожные махинации от горе-беглянки не так уж и долго. Я только и успела, как присесть на корточки перед раскиданными по полу вещами, выискивая среди них свою блузку, юбку, рабочие лодочки и нижнее бельё, как...
- Далеко собралась? - над моей макушкой раздался хриплый баритон явно недовольного моей самой неудачной попыткой побега Эйлдара Бошана.
А дальше... Всё произошло слишком уж быстро и...как-то непонятно. Я испуганно ахаю, потом вскакиваю и резко оборачиваюсь, прижимая при этом не пойми за каким хреном к груди свою смятую одежду (ага, решила напоследок поиграть в скромницу после всего того, что со мной здесь вытворяли всю последнюю ночь). Не знаю, как он это сделал, но Верховный стоял прямо передо мной, точнее возвышался во всей своей охренительной красе, ещё и в ореоле солнечных лучей, и смотрел на меня так, будто я задолжала его церкви где-то с дюжину годовых десятин. Не заметить при этом, какой у него ДО СИХ ПОР был стояк, я тоже никак не смогла. Надеюсь, это обычная утренняя эрекция, а не продолжение нашего ночного “банкета”.
- Я-я... я это... - самая идиотская попытка что-то ответить, когда понятия не имеешь что!
- Я разве разрешал тебе вставать и что-то тут делать без моего ведома?
- Даже если мне очень сильно приспичит в туалет?
- Особенно, если тебе приспичит в туалет.
- Вы совсем того, Ваше Святейшество? - говорю же, я не знаю, как так всё вышло. Я не могла контролировать ни того, что делал Верховный, ни того, что вылетало из моего рта на все его идиотские претензии.
- Ты, по ходу, так и не поняла, кто я такой и куда попала, ведьма?..
- Я! НЕ ВЕДЬМА!
В общем... в этот момент он сделал на меня угрожающий шаг, приподнимая руки, чтобы схватить или... Я так и не узнала, что и именно, поскольку тут же метнулась взглядом в сторону ближайшего к нам журнального столика из чёрного глянцевого стекла. Причём он находился от нас где-то в двух ярдах, как и стоящая в его центре абстрактная настольная лампа из бронзы и горного хрусталя. Чтобы добраться до него, нужно было сделать в его сторону два идеально просчитанных прыжка и не быть при этом остановленной самым ловким на всю северную столицу ведьмаловом.
Но в этом-то и вся загвоздка. Я не рванула к столику и ничего такого делать не стала. Просто увидела лампу и со страшной силой захотела до неё дотянуться. Даже невольно сжала ладошку, представив, как её суженная у основания ножка вжимается в мои пальцы и...
Всего доля секунды, как эта лампа действительно оказывается у меня в руке. Ещё одна... и она летит с бешенной скоростью, в россыпи лазурных искр в мощную грудь Верховного Инквизитора. Третья доля секунды - и Бошан отлетает на ПЯТЬ ярдов от меня, спиной на противоположный диван, под натиском вибрирующего щита из осколков разлетевшейся в дребезги лампы.
Выдохнула я от изумления и бурного шока только после того, как мужчина приземлился на кожаное сиденье и... обмяк. Без сознания! Назвать как-то иначе его неподвижную позу я никак не решилась бы. Не говоря уже о следующем самом безумном от себя действии. Я, какого-то грёбаного Голема, побежала к развалившемуся на диване абсолютно голому телу и совершенно не соображая, что творю, попыталась нащупать пальцами пульс на округлой шейке инквизитора.
- Пресвятая Берегиня! Живой!
Нашла чему радоваться и выдыхать с облегчением! Хотя, на деле, тот ещё тихий ужас. Я же только что вырубила ниоткуда взявшимся у меня магическим выбросом самого Эйлдара Бошана! Это же!.. Это же кранты всему! Полный звиздец, мрак и преисподняя! За это даже смертных не оставляют в живых, а меня, никчёмную чародейку...
Понятное дело, задерживаться дальше в номере после такого - всё равно что приставить к своему виску арбалет Ловчего и спустить курок. К тому же, я понятия не имела насколько долго вырубила Верховного. А думать о том, чтобы его добить и как-то замести следы... Великие предки! Тут уж действительно не знаешь, что лучше и правильней сделать.
Короче... я сделала. Впопыхах оделась, постоянно поглядывая на бездыханного Святейшего (с наконец-то обмякшим членом!), молясь всем известным и неизвестным богам, чтобы он не успел очнуться. После чего на всех парусах рванула к выходу из номера, двери которого, естественно, были заперты. Броситься на поиски ключей? А вдруг они открываются на голосовую команду хозяина номера?
- Шезам! - я реально это только что выкрикнула? Самое примитивное ведьмовское заклятие, известное даже простым смертным и маленьким детям, но срабатывающее только в устах потомственных ведьм десятого уровня?
Каково же было моё дичайшее изумление, когда дверной замок издал характерный звук и дверная панель буквально отлетела в сторону с оглушающим треском ухнув о стенку арочной ниши. Раздумывать над случившимся дальше с вытаращенными от полного непонимания глазами было уже как-то поздно. Да и в голове сейчас крутилось не больше двух фраз. “Ну, всё, Ванесса, ты попала!” и “Беги, ведьма, БЕГИ!”
И я побежала.
ГЛАВА восьмая
- Кэсси, ради всего святого, открой! - я, конечно, могла попробовать ещё раз применить ниоткуда взявшиеся у меня силы, чтобы открыть входные двери в кафетерий-бар Кассандры Блейк. Только это было бы равносильно подписанию самой себе ещё одного смертного приговора (в довесок к первому за покушение на жизнь Его Верховного Святейшества). Тем более, делать это на улице в одном из центральных районов столицы, где повсюду понатыканы видеокамеры с психокинетическими датчиками по выявлению правонарушителей, использующих незаконное применение магических сил.
Я и без того была напугана не то, что до тихого ужаса, а практически до нервного срыва, в ожидании неминуемого, которое уже должно или даже обязано было произойти со мной в самое ближайшее будущее. И до сих пор пребывала в дичайшем недоумении и от произошедшего, и от того, что каким-то чудом всё ещё находилась на свободе. Для меня даже сейчас оставался шокирующей загадкой тот факт, что я как-то сумела выбраться из отеля, не будучи при этом никем остановленной, как и замеченной в упор представителями гостиничной службы охраны. Я просто спустилась в лифте на первый этаж, воспользовавшись в последствии временным служебным пропуском и служебными коридорами с выходами, через которые до этого и попала на представительскую вечеринку сильных мира сего.
Более того, мне так безумно сильно захотелось в те минуты стать для всех встречных невидимой, что в какой-то момент у меня сложилось стойкое ощущение, будто так оно и есть. Если кто-то на пути мне и встречался, то даже не обращал на меня никакого внимания вообще никак. Не смотрел в мою сторону, не скользил по мне поверхностным взглядом. А ведь на мне не было моего защитного кулона. Обычно, когда я появляюсь на людях без своей лжеличины, на меня начинают пялится абсолютно все! Даже маленькие дети! А тут...
- Святые угодники, что случилось! И-и... почему ты без защиты?
Я перестала жать на звонок и грохотать по старым деревянным дверям кафетерия с декоративным стеклом в боковых фрамугах и в самом дверном каркасе, как только увидела в нём размытый силуэт приближающейся фигуры хозяйки данного заведения.
До открытия бара оставалось где-то не меньше полутора часа. Естественно, Кэсси не успела так рано спуститься в него из своей верхней квартиры, как и запустить работающий у неё персонал из нескольких человек (в число которых входила и я). И её искреннее удивление тоже было вполне обоснованным. Поскольку моя квартира, которую она же мне и сдавала, располагалась в мансарде этого же здания и вход в неё находился с другой стороны.
- П-потому что я в полной жопе, Кэсс! И мне срочно нужна помощь!
Не успела она выйти полностью на порог, как я тут же схватила её за предплечья и буквально затолкала обратно в короткий коридорчик чёрного входа кафетерия.
- Я понятия не имею куда идти. Лучше было бы, конечно, позвонить тебе по телефону. Но, опять же, я совершенно не представляю, насколько плохи мои дела на данный момент. Поэтому и боюсь подниматься к себе. А вдруг там уже сидит засада из дюжины Ловчих?
Кэсси вытаращила на меня свои и без того большие зелёные глазища, явно не до конца понимая, что именно я пытаюсь ей сказать. Когда тебя так агрессивно будят с утра пораньше, а ты вроде как ещё не успела до конца проснуться, думаю, многое будет выглядеть, подобно нелепым фрагментам из бредового сна.
- Так! Стоп! - она перебила мой панический словесный поток и перехватила меня за локти, чтобы остановить.
Мы так и замерли в двух шагах от проёма служебного выхода в кафетерий рядом с длинной барной стойкой в плохо освещённом из-за наружных рольставней на окнах большом помещении. Я даже, не пойми за каким хреном, интуитивно огляделась и приподняла лицо к потолку, вслушиваясь в возможные звуки с верхних этажей.
Да, что-то я как-то погорячилась, когда решила сюда припереться. Наверное, сработал один из сильно запылённых блоков памяти с почти забытыми советами от моей всезнающей бабушки “Если хочешь что-то спрятать, сделай это на видном месте”. Но разве подозреваемых не ищут в первую очередь там, где они обычно живут, включая местообитания всех его друзей и знакомых?
- А теперь медленно, хотя бы слегка успокоившись, по порядку, с лёгкими паузами на вдох-выход, расскажи, что случилось и откуда у тебя такая паническая горячка.
- Это, между прочим, твоя вина, Кэсс! - этого я тоже от себя не ожидала, когда в сердцах выпалила своё обвинение в лицо лучшей подруги и даже ткнула в него указательным пальцем. После чего резко её отпустила и сделала несколько поспешных шагов к парадным дверям кафетерия. Почти крадущихся, выглядывая попутно в стеклянных окошечках фигуры возможных шпиков или Ловчих из инквизиционной охранки со стороны улицы. И, заодно, осматривая совершенно пустой зал кафешки, который знала наизусть, как свои пять пальцев - каждый столик, кабинку с кожаными диванчиками и деревянными панелями тёмно-шоколадного цвета, как и все удобные для тайного укрытия места.
Кэсси опустила руки, вернее ничего непонимающим жестом вначале всплеснув ими, а потом хлопнув себя по бёдрам и закатывая временно глаза к потолку.
- Ну, конечно! Кто же ещё, как не я! Осталось только узнать, в чём именно я перед тобой так непростительно провинилась.
Кстати, Кассанда Блейк - самая обыкновенная смертная, несмотря на имя и внешность, которые можно было смело принять за ведьмовские, причём стопроцентные. Красивая, высокая, фигуристая, а, главная рыжеволосая и зеленоглазая! Ей бы тоже не помешал амулет с визуальной защитой. Разве что на простых людях он не работает в полную силу, лишь слегка улучшает общий вид, очищает кожу и придаёт чертам лица более миловидные линии. Зато сколько раз ей приходилось доказывать особо бдительным патрулям, что она человек, а не ведьма. Геморрой, надо сказать, тот ещё.
- Это ты меня отправила на эту чёртову вечеринку. - так никого подозрительного и не разглядев за дверьми, как и прячущихся по углам кофейни агентов Священного Магистрата, я тут же вернулась к подруге с новым списком безапелляционных обвинений. И снова ткнула в неё указательным пальцем.
- Чем ты вообще думала, Кэсс? Ты хоть знала, кто там был? Это же... это всё равно что кинуть молочного поросёнка в вольер с голодными волками! И ты это сделала! Собственными руками!
- Ещё раз! Глубоко вздохни и выдохни. И перестань смотреть на меня такими пугающими глазами, как на убийцу младенцев или Дракайну. Потому что я ни черта не понимаю из того, что ты мне предъявляешь.
Пока Кэсс пыталась меня хоть как-то успокоить на словах, а может и отвлечь, успела за это время опустить на пол с ближайшего столика все четыре стула и насильно усадить меня на один, напротив себя.
- Ты реально выглядишь хреново, и это ещё слабо сказано. Дать воды, сварить крепкого кофе или поискать успокоительного? - она так и продолжала обеспокоенно заглядывать в мои глаза, удерживая при этом крепким захватом ладоней за предплечья. Может пыталась найти доказательства присутствия в моей крови каких-то сильных психотропных веществ от сводящих с ума зелий и заклятий?
- А водку или коньяк можно?
- С утра пораньше? Учитывая твоё нестабильное состояние? Всё равно что сыпануть порох на раскалённую сковороду. К тому же, я до сих пор не могу понять твоих ко мне претензий. Ты сама искала подработку. Попасть на такую вечеринку даже в качестве официанта без хорошей протекции, так же сложно, как и на исповедь к самому Папе.
- Спасибо, конечно, тебе и Агнес, за такую неоценимую услугу, но уж лучше бы я попалась на глаза Папе Клементию, а не его правой руке Эйлдару Бошану! Видимо, столкнуться со вторым нос к носу куда проще, чем добиться аудиенции у Святейшего Отца!
- Ты-ы... пересеклась там с самим Бошаном? - похоже, для Кэсси мои признания оказались чем-то из рода невероятно невозможное. Она даже посмотрела на меня с лёгким сомнением, видимо, всё ещё сомневаясь в здравости моего рассудка.
- Угу, даже сбилась за эту ночь со счёту, сколько раз мы с ним “пересекались”.
- В смысле?
- В самом прямом! Он меня заметил, мать его перетак! Выцепил “из толпы” и содрал с моей шеи амулет! А потом и всю одежду. Правда, я сама разделась, но уже после того, как он, раздери его Гарпия, накачал меня приворотным зельем!
- Великий Разум! - Кэсс чуть было не отпрянула от меня, как от прокажённой, всё ещё силясь поверить услышанному, и даже прижав в чувствах ладонь к груди. - Хочешь сказать... он это сделал у всех на глазах?
- Нет, конечно! Ты меня совершенно не слушаешь! - я чуть было сама не закричала в сердцах, пока ещё каким-то чудом сдерживаясь от резко подступивших к горлу рыданий. - Он послал за мной одного из своих Церберов, а тот привёл меня к нему в номер. И там он меня... обработал. По полной.
Чем дальше я продолжала рассказывать, путаясь иногда в хронологии произошедшего, в местах действия с их участниками и смешивая пережитое с преследующими меня страхами, тем больше у Кэсс становились глаза, а её и без того бледная кожа - всё белее и белее.
- А потом... бац! И она уже в моей руке! Я моргнуть не успела, как он отлетел от меня на пять шагов и грохнулся бездыханно на диван. Ты хоть можешь себе представить моё состояние? Откуда? Как?!
К завершению своего сбивчивого рассказа, я уже почти что кричала, дико жестикулируя и порываясь то и дело подскочить со стула, чтобы куда-нибудь снова побежать.
- Ты шарахнула самого Верховного настольной лампой?
- Да, бешеного Вендиго на мою голову! О чём я тебе всё это время тут рассказывала? Но только не лампой! Одной лишь лампой нельзя вырубить ни Ловчего, ни самого Верховного! Это были магические силы! У меня, Кэсси! У той, кто даже муху своими феромонами не способна задушить!
- Если только она не испанского происхождения!
- Ха-ха! Очень смешно!
- Так! Успокойся! Вдохни и выдохни. Несколько раз. - Кэсс схватила меня за руки, прижимая их насильно к столику и тем самым пытаясь привлечь моё внимание к своим гипнотизирующим глазам.
Ага, конечно. Простая смертная даёт установку чародейке через зрительный контакт успокоиться и всё забыть.
- Насколько мне известно, все вещи, одежда и мебель у служителей Магистрата всегда заранее обрабатываются антимагическим септиком. Чтобы их нельзя было заколдовать или применить в одном из тёмных заклятий. Так что... появись у тебя каким-то загадочным образом эта, так называемая, магическая сила, ты бы всё равно не смогла ничего с ним сделать. Он же сам носитель неисчерпаемой антимагии! Любое ведьмовское заклятие или магический удар должны отскакивать от него, как резиновые пули от стены.
- А... а если это была не магическая сила? П-потому что я и двери потом с её помощью открыла, будто тараном по ним долбанула.
Кэсси вдруг гортанно рассмеялась слегка пугающим меня смехом.
- Ты - чародейка. МАГИЧЕСКОЕ существо! Бошан - АНТИМАГ сотого, если не стотысячного уровня! Антимагия поглощает магию, об этом преподают в начальных классах даже в самых обычных школах среднего звена. Антимагия убивает магию! Попади в тебя частичка антимагии, тебя бы сейчас колбасило так, что проще было бы пристрелить из жалости...
- Умеешь ты успокаивать, Кэсс!
- Тебя сейчас успокаивать бесполезно и меня, по ходу, уже тоже. Учитывая степень твоего последнего преступления. Ты же не оставила его там одного, да? Предупредила охрану о его... неожиданном обмороке? И он ведь остался живой?
- М-х-м! - я очень медленно кивнула, выдавив какой-то совершенно нечленораздельный звук непонятного эмоционального окраса.
- Ч-что это значит? - похоже и Кэсси только что заразилась от меня лёгкой формой заикания. - Я не понимаю этих твоих мимических ответов.
- Ну я же, это... говорила уже... что... Сразу же оттуда сбежала. Не останавливаясь. Потому что очень испугалась! Шутка ли дело вырубить самого Верховного! Но лампой его вроде не задело. Вернее, не поцарапало и не оставило на теле каких-то следов. Короче!
Я резко опустилась лицом на поверхность столика и пару раз стукнулась лбом о его лакированную столешницу.
- Я не знаю, что это было! Но я... напала на Верховного Инквизитора и его вырубила! Так что... я в полной жопе, Кэсс! И вместо того, чтобы бежать сейчас из столицы и из страны, припёрлась к тебе! Понимаю, что я конченная идиотка, но, прости... я не имею ни малейшего представления, что мне теперь делать!
ГЛАВА девятая
- Для начала, наверное, нужно заварить крепкий кофе. И, чем крепче - тем лучше! А то у меня скоро у самой мозги закипят.
- А если с коньяком?
- Нет, я сказала! - Кэсси решительно поднялась из-за столика, не переставая при этом вычитывать меня хозяйским тоном и составляя по пути к барной стойке план действий на ближайшую пятилетку. - Тебе бы сейчас не помешало всыпать, как следует, ремнём. Но, так уж и быть. На первый раз можно простить. Учитывая, что этот напыщенный Нарцисс сам напросился. Не знаешь, как вести себя с чародейками - держи свой член на привязи! Хотя, ты тоже хороша. Не могла сбежать оттуда пораньше?
- И что бы это дало? Прислал бы своих Церберов сюда, прямо на квартиру. Странно, что их до сих пор не видно и не слышно. Неужели всё ещё в отключке лежит?
- Вполне вероятно. Ты же понятия не имеешь, чем его приложила, то ли лампой, то ли новым видом сверхъестественных сил. Кстати. А куда пропал Кайл? И собираешься ли ты ему рассказать о своей измене с самим Верховным?
Кэсс уже во всю хозяйничала за барной стойкой, включив своего обожаемого монстра - раритетную кофе-машину из 70-х годов и с ловкостью заправского бармена сотого уровня обдала пару кружек горячим паром перед тем, как подставить их под тягучие струйки головокружительно ароматной жидкости. Я даже рефлекторно сглотнула, невольно вспоминая вкус самого обалденного во всём нашем немаленьком районе кофе, а может и во всём городе.
- Кайла я это... - я снова сглотнула, но уже не от скопившейся из-за убийственных ароматов слюны. - Решила дать ему немного выходных на восстановление. А то, кажется, я его уже малость заездила. Отправила проведать родителей в Лайтонвилль.
- Заездила? И чем это выразилось? - Кэсс снова бросила на меня через стойку крайне подозрительный взгляд. Она не очень любила узнавать обо всех моих чудачествах от меня (или от кого-то другого) чуть ли не самой последней.
- Ну-у, он это... Стал слишком часто проявлять на людях свою ревность и... у него появилось что-то вроде раздражения от очень частых трений и... Его яички заметно стухли. А на днях в супермаркете набросился с кулаками на парня, который не так на меня, по его мнению, посмотрел. И это учитывая, что на мне тогда был защитный амулет. В общем, он явно устал и физически, и морально.
- Устал говоришь? И как же тебе удалось выпроводить одержимого тобою смертного к чёрту на кулички?
- Он не одержим! Просто слегка подсел на меня.
- Слегка? Серьёзно? Я тебя, между прочим, сразу предупреждала. Ничем хорошим твои эксперименты со смертными не закончатся. Вначале используешь его в качестве живого фаллоимитатора, а потом что? Сотрёшь ему память и выбросишь за ненадобностью? Я же помню, каким он был, когда вы только-только познакомились. Ходячий тестостерон и фитнес-Аполлон экстра-класса - три в одном! А сейчас? Без слёз уже и не посмотришь. Причём говорить с ним о чём-то вообще невозможно. Единственная тема разговора, которую он ещё как-то воспринимает — это ты. Ты, ты и только ты. Вот мне и интересно. Как это тебе удалось отправить его в ссылку к родителям, если он ни о чём другом уже думать больше не может, как о тебе одной - единственной и неповторимой в своём роде.
- А, по-твоему, было бы лучше найти себе антимага низшего звена? Его, между прочим, зельем забвенья не опоишь! И память с помощью примитивных заклятий и купленного в лавке местной знахарки порошка не изменишь! А если хоть один антимаг узнает, кто ты, считай, узнает вся столица!
- Так ты Кайлу мозги что ли перекроила? - разумеется, Кэсси всё восприняла по-своему. Заодно вооружилась подносом под чашки с кофе и прихватив из холодильной витрины бутылочку со сливками и несколько кексов с печеньями “Самых неправдивых предсказаний”.
- Только на время отпуска. Клянусь всей женской линией своего рода! - я даже ладони подняла сдающимся жестом и тем самым показывая, что ничего дурного я не затевала. Да у меня и нужных способностей на такое нет. - Тем более, что всё это противозаконно.
- Конечно, противозаконно и все об этом знают, включая простых смертных. Но если потихоньку, вприглядку и совсем чуть-чуть, то почему бы и не попробовать, да? Как с тяжёлыми наркотиками, сильнодействующими зельями или запрещёнными сортами алкоголя. Они тоже противозаконны как бы...
Кэсси уже дошла до нашего столика и немного громковато поставила по его центру слегка перегруженный поднос.
- И не забывай, подруга. Ты сейчас под прицелом самого Верховного! Раз тебе удалось его так эффектно вырубить, нужно было попробовать тогда уж и какое-нибудь заклятие, стирающее память.
- Мли-ин... Я как-то об этом и не сообразила. Да и кто его знает. Может это временное явление? Может в его приворотном зелье какая-то хрень была?
Я принялась усиленно грызть вредную заусеницу на большом пальце (что обычно всегда и делала, если сильно нервничала и что-то при этом обдумывала, временно выпадая из реальности), наблюдая попутно, как Кэсси наливает в свою чашку нехилую порцию жирных сливок.
- По любому, ему это тоже захочется вскоре выяснить. И что-то мне подсказывает, одним временным заключением в Следственный Изолятор ты явно не отделаешься.
- Д-думаешь, отправят в карантинный блок при Магистрате для прохождения полной комиссии по выявлению аномальных магических сил?
- Хоть так, хоть как-то по-другому, но проверять тебя будут. Тем более, что в их реестре ты значишься под грифом совершенно иного магического уровня и происхождения. А уж твой новый любовничек обязательно позаботится о том, чтобы проинспектировали тебя с особой тщательностью по всем существующим на данный момент тестам и анализам.
- А как-то по-другому ты не пробовала меня успокоить, нет?
- Ну-у... - Кэсс поставила локти на стол, обхватила свою чашку обеими ладонями и уже было приблизила её край к своим красивым пухлым губам, но тут же временно подвисла после моего “нежданного” вопроса. - Нет! Честно признаться, я впервые сталкиваюсь с такой жопой. И тоже не имею никакого понятия, что нужно делать в подобных ситуациях. Одно дело, если бы ты связалась с каким-нибудь антимагом-психопатом десятого уровня. Но это же, мать моя женщина, Эйлдар Бошан! Я вообще раньше думала, что он типичный голубок, подобно большинству современных антимагов. А тут... Сколько раз, ты говорила, с ним... перепихнулась за эту ночь?
- Я не говорила... Потому что не считала.
За кофе я так и не потянулась, зато подцепила одну из печенюшек с антипредсказаниями. И то, не с целью его съесть, а, скорее, использовать в качестве легального антидепрессанта.
В нашем закабалённом Правоверной Церковью мире, где всё магическое запрещено, включая использование сверхъестественного дара ясновиденья, подобные вещи становятся, в своём роде, неплохим средством для коммерческого выживания. На настоящие предсказания наложено уголовное табу. Но, оказывается, многим так же хочется узнать, что же их не ждёт в ближайшем будущем с неменьшим на то любопытством. Особенно, если эти антипредсказания написаны в весьма шутливой форме, а на обратной стороне вложенного листика идёт не менее забавная сноска-предупреждение: “Если всё из непредсказанного по каким-то неизвестным нам причинам вдруг сбудется, авторы данного контекста никакой моральной и магической ответственности за подобную аномалию не несут!”
- Ясно... А по времени это сколько у вас продолжалось, хотя бы приблизительно. - Кэсс почему-то снова вернула чашку на столик и скрестила руки у груди, одновременно облокотившись о край столешницы.
- М-м... могу лишь сказать, что чуть дольше, чем это бывало с Кайлом. Или... чуть намного дольше. Скорей всего, здесь виновато приворотное зелье.
Но быстро съехать с темы Кэсси мне так и не дала.
- А ты его предупреждала о возможных последствиях? Или вы вообще ничего не обсуждали? Сорвались сразу же с места в карьер?
- Так он же этот - антимаг. Ты сама говоришь, что на них не действует ничего магического.
- Кроме, как оказалось, чародейских феромонов и заколдованных вещей, которыми их можно убить, как и простой пулей.
- Простыми пулями можно убить кого угодно. Или почти кого угодно.
- У тебя сейчас в Лайтонвилле живёт один помешанный на тебе смертный. Даже если ты и сотрёшь ему память, это не гарантирует ровным счётом ничего. Достаточно ему тебя узнать или вспомнить, проблем тогда уже точно не оберёшься. Будет тебя преследовать, пока оба не свихнётесь, или пока он не убьёт кого-нибудь по-настоящему в бесконтрольной вспышке дичайшей ревности. А тут, мать его, целый анитмаг высочайшего уровня! Если и этот на тебя подсядет, как подсел Кайл...
Я скривила очередную кислую мину, осклабившись в жалобной усмешке и одновременно разломив слоёную печенюшку. Хруст последней показался каким-то уж очень громким.
- А вдруг пронесёт?
- Как-то я сильно сомневаюсь на этот счёт. В любом случае, он на вряд ли тебя решит оставить в покое. Поэтому да. Ты сейчас в конкретной заднице. И что-либо путного тебе посоветовать на данный момент я едва ли смогу. Бежать и прятаться, или, не приведи Великий Разум, просить убежища у Тёмных Отступников, всё равно, что подписать себе смертный приговор. Ты же законопослушная чародейка, до сего дня не обидевшая и мухи. Ну, заездила ты Кайла, с кем не бывает. У нас сходят с ума и по простым смертным. Думаю, впадать в панику и делать какие-то резкие телодвижения вправо или влево, будет не совсем разумным выходом. Тебе же вроде как нечего скрывать от властей, да? К тому же, как мне кажется, Верховный тоже не захочет поднимать на уши всю свою Охранку. Если в СМИ вдруг просочится новость о том, что его вырубила чародейка с нулевым магическим уровнем, представляешь, какой тогда поднимется хайп? И насколько пострадает его безупречная репутация, не говоря уже о его личном самолюбии.
- Хм. А это вполне себе даже да. - я задумчиво хмыкнула и, не глядя, машинально отправила в рот кусочек разломанного печенья. - Но это же не значит, что он никого за мной не пришлёт.
- Обязательно пришлёт. Вопрос лишь по времени - когда? Но, вероятней всего, очень даже скоро. Удивительно, что их до сих пор ещё нет.
- Только не говори, что ты меня всё это время тут забалтывала в ожидании чёрного воронка по мою душу?
- Хватит уже параноить, Нэсс. А ещё будет лучше, если ты поднимешься к себе и примешь душ или лучше сразу ванную. Я, так понимаю, ты после того, что с тобой вытворял Верховный, даже рук ещё не мыла.
Кэсси впервые за всю нашу беседу окинула мою внешность слегка брезгливым взглядом, чем заставила меня резко и весьма ощутимо покраснеть.
- Чтобы к приезду церберов Верховного я уже была абсолютно чистенькой, да?
- И это тоже. Ладно. Если так боишься, иди в мою квартиру. По крайней мере, туда заглядывать поначалу никто не додумается. А я, если что, прикинусь шлангом на первое время. Зато успеешь нормально искупаться. А вот что касается вещей... Лучше, наверное, будет их сложить в мусорный мешок, а потом где-нибудь спалить. Тем более, что следы от спермы ничем уже не отстираешь, даже магическим порошком. И это... На свою смену в кафетерии можешь пока не спешить заступать. А то, боюсь, ты тут половину посуды перебьёшь на нервах.
- И сколько мне у тебя сидеть?
- Без понятия. Я в таких же непонятках, касательно твоей ближайшей участи, как и ты. Но задерживать, если что, насильно не собираюсь, как и звонить по особым телефонным номерам. - Кэсс вытащила из кармана своего домашнего кардигана ключи от своей квартиры и протянула их мне через столик. - Если кто-то сюда и придёт, там в чёрных френчах с особыми нашивками, скажу, что ты у себя. А вот куда ты сейчас пойдёшь? - решать только тебе. Главное, не говори мне куда именно. Кстати. Что там у тебя было в печенье?
Подруга, грузно нахмурившись, кивнула, скосив глаза на бумажку с антипредсказанием. Странно, но я так и не успела до этого развернуть вложенный в печенье листик. Видимо, отвлеклась на разговор с жизненно важной для меня темой.
- “Сегодня вы определённо не встретитесь с Его Святейшеством и не родите от него Антипомазанника!”
Кэсси крякнула, быстро прижав кулачок к губам, а я, кажется, стала пунцово-красной с головы до пят!
- Похоже, ваши шутки уже начали выходить из-под контроля!
***
Я так и не пойму, почему осталась, а не сделала ноги к ближайшему аэропорту, даже не сменив пропахшей Эйлдаром Бошаном одежды. Хотя трясло меня будь-будь. Правда пару глотков кофе и наполовину съеденное печенье слегка усмирили мой взбунтовавшийся желудок и даже немного пригасили перевозбуждённое состояние. Только на всю ситуацию в целом они никак не смогли повлиять.
К тому же, я действительно не знала, что делать. То ли собирать вещи на выход, то ли просто куда-нибудь сесть и смиренно ждать.
Спасибо, конечно, Кэсс за то, что не стала впадать вместе со мной в панику, а почти сразу же отправила к себе принимать душ. Что я и сделала. Поскольку на другое всё равно ещё не была способна. Правда, набирать ванную я не рискнула. Хватит с меня и душа. Где я, кстати, тоже не переставала напрягать слух, прислушиваясь к каждому внешнему звуку в ожидании худшего.
Свою одежду, по совету подруги, я отправила в мусорный мешок. Кэсси, так же без обиняков, предложила мне выбрать в своём гардеробе что-нибудь из её домашних вещей, чтобы переждать в них первое время моё злостное укрытие на её квартире. Как раз после душа я и собиралась этим заняться - добраться до шкафа в спальне Кассандры. Разве что успела только обернуться в банное полотенце и выйти из ванной, как во входные двери кто-то резко позвонил.
Я так и замерла на полушаге, оцепенев и вытаращив глаза от нового, шарахнувшего по голове приступа панического страха. Сколько так простояла, стараясь не дышать и не шевелиться, честно говоря, вообще не помню. Кажется, где-то до следующего повторения мелодичной трели, тут же сменившейся ударом чьего-то настойчивого кулака о дверную панель.
- Открывайте, гражданка ведьма! Я чувствую вашу магическую ауру через стены. Поэтому не советую меня задерживать или намеренно тянуть время. Иначе снесу эти двери к чёртовой матери с одного удара прямо сейчас.
- Н-но я не одета! - и дёрнуло меня за язык выкрикнуть с перепугу именно эту фразу.
Удивительно, что у меня вообще как-то сумел прорезаться голос. Особенно после того, как я, кажется, узнала говорившего, ещё больше вытаращив глаза и мечтая провалиться сквозь землю сию же секунду.
- Да что вы говорите? К вашему сведенью, это самая первая отговорка, которую мы, по уставу, должны игнорировать сразу же. У вас пять секунд, чтобы открыть эти чёртовы двери, мэм. Иначе я их выбиваю. Пять! Четыре! Три!.. ДВА!.. ОДИН!
ГЛАВА десятая
Я добежала до дверей в аккурат на слове “Один!”. Хотя, как и когда сорвалась с места, совершенно не помню. Более-менее пришла в себя уже после того, как вцепилась трясущимися руками в дверной замок и ручку, пытаясь оттянуть щеколду до того, как меня шарахнет панелью в момент приведения угрозы Ловчего в исполнение.
Но, как выяснилось ещё через две-три секунды, он попросту взял меня на понт. Потому что стоял за дверьми в такой позе, какую обычно не принимают перед применением магических или антимагических ударов. Во всей своей будоражащей красе. Разве что вместо военного френча, был теперь разодет в чёрную повседневную одежду (и даже не в служебную форму!). Чёрные джинсы, чёрная футболка, чёрная кожаная куртка и чёрные берцы со шнуровкой. Одной расслабленной рукой подпирал бок, а второй опирался об угол стенки дверной ниши, приподняв изгиб локтя аж до уровня головы. Кстати, мне пришлось снова задирать голову, чтобы посмотреть в его непроницаемое и явно наглое лицо, которое не узнать было бы просто невозможно. Как и лазурные глаза цвета летнего неба (я сказала “цвета летнего неба”? Серьёзно?).
Правда, в последних недавняя апатия, граничащая с рутинной скукой, резко сменилась искренним удивлением, как только перед ними нарисовалась я - во всей СВОЕЙ первозданной красоте, прикрытой лишь на треть белоснежным полотном банного полотенца. Ещё и частично мокрой. Пока ещё поверх.
- У вас тут что... Пансион для приблудных ведьм?
Тот самый блондин, что схватил меня после Верховного за руку на вчерашней вечеринке, сдержанно выдохнул беззвучным смешком, пройдясь по моей фигуре осязаемым взглядом вниз-вверх и обратно, где-то раза три, не меньше. Отчего мне тут же, со страшной силой захотелось прикрыться чем-нибудь ещё, поёжиться и поджать на ногах пальцы. Поскольку меня буквально царапнуло сонмом онемевших мурашек едва не по всему телу, а перед этим “лизнув” по позвоночнику шокирующей волной то ли страха, то ли чего-то иного, не менее будоражащего, бьющего под дых до лёгкого звона в голове и ушах.
И то, до меня ещё не сразу дойдёт, что он меня не узнал. Вернее, не догадался, что я та самая ведьма, к которой он цеплялся ещё совсем недавно на их профессиональном антимагическом празднике.
- К-какой пансион?.. - честно говоря, я вообще сейчас никак не соображала. И ляпала охрипшим от сильного волнения голосом первое, что слетало с моего резко окостеневшего языка.
- Судя по всему, нигде не зарегистрированный!
И я также не сразу пойму, что он шутил. Да и как тут что-то поймёшь, если тебя буквально лапают чересчур красноречивым взглядом и прессуют антимагической энергетикой вкупе с физической, от которых у меня на раз перехватывает дыхание, а всё тело пронизывает пугающей слабостью, то и дело переходящей в неуправляемую дрожь.
- Шёл в гости на огонёк к одной потенциально слабой ведьме, а наткнулся на другую с весьма ощутимым двадцать пятым уровнем.
Он вдруг неожиданно опустил ту руку, которой опирался о стену, выпрямился и, без предупреждения (и приглашения тем более!) сделал наступательный шаг за порог квартиры. Прямо на меня! Естественно, мне ничего другого не оставалось, как шарахнуться назад, едва не поскользнувшись на слишком гладком линолеуме прихожей, и при этом не зная, что делать дальше, куда бежать и...
Так! Стоп! Он сказал - наткнулся на ведьму с весьма ощутимым двадцать пятым уровнем? Это он обо мне что ли намекнул? Или здесь, кроме меня, ещё кто-то прячется?
И-и... какого лысого Вендиго, он не останавливается? Ещё и двери за собой закрыл, будто зашёл к СЕБЕ домой, не отводя от моего лица (и всего, что под ним) непозволительно пристального взора.
- Я не-не... не понимаю о чём вы!
- Да неужели? Так уж и не понимаешь, ведьма?
Если он сейчас же не остановится!..
Чёрт!
Остановилась я. Потому что прихожая в квартире Кэсс оказалась не больше моей, и всего через несколько пятящихся шагов я упёрлась спиной в стенку. Причём совсем рядом с проёмом в гостиную. Не туда я как-то изначально свернула.
- П-представьте себе, не понимаю! И я... я, между прочим, ничего противозаконного тут не делала! Только душ принимала!
Если не считать того момента, когда долбанула Верховного Инквизитора настольной лампой с неслабым потоком магического удара, а потом (что тоже крайне противозаконно) открыла двери гостиничного номера с помощью примитивного заклятия. А ведь Кассандра говорила, что в таких местах всё обрабатывается антимагическими септиками, а может даже запечатывается ловушками-блокираторами.
- Или у вас имеется ордер на моё задержание и арест?
Сердце громко ухнуло о грудную клетку и меня снова обдало с головы до пят сумасшедшей слабостью, когда этот... блондинистый нахал вдруг поднял руку и, как ни в чём ни бывало, упёрся ладонью о стенку рядом с моим ухом, практически нависнув надо мной и обрезав все возможные пути к отступлению и побегу.
Да чтоб его! Меня же теперь не только накрыло его осязаемой близостью, моему телу вдруг приспичило вспомнить, как оно отреагировало на него при нашей первой встрече. Ещё и между ног предательски заныло, будто ментальным членом Бошана пару раз прошлось по всем растёртым им не так уж и давно очень и очень чувствительным глубинам.
Ванесса, твою мать! Не вздумай! Держись и терпи! Тебе мало было сегодняшних ночных секс-приключений? Да ты должна уже ползать обессиленная на четвереньках и просить этих ненасытных альфа-самцов о пощаде, а не думать о том, какого размера член у этого синеглазого Ловчего, раз у него такие впечатляющие физические габариты.
Но моя грёбаная сущность, будь она трижды неладна! Ей разве это втолкуешь? Тем более, когда меня так откровенно обложили чуть ли не со всех сторон, устроив энергетическую секс-атаку из всех “щелей”! Как будто я не понимаю, что означает этот взгляд чуть прищуренных глаз с лёгкой поволокой и явно слегка участившееся дыхание мужчины. Хотя я вроде как феромонами ещё не отстреливалась.
Правда, лишь на одну мою внешность именно так многие озабоченные мужланы и реагируют. И не только озабоченные. К тому же, я очень редко когда отвечаю взаимностью некоторым индивидуумам. В особенности на исходящие от них запахи - как собственные, так и вперемешку с дополнительными ароматами мужских парфюмов (в которые не чураются добавлять возбуждающее некоторых девушек амбре). И, как сейчас, специфический запах дублёной кожи.
- Мой уровень Ловчего не требует никаких дополнительных бумажек для принятия того или иного решения, ведьма.
Нет, ну он совсем офанарел? Мало ему было зажать меня в “углу”, так теперь поднял вторую руку и решил, видимо, проверить на ощупь, насколько моя внешность соответствует действительности. Провёл кончиками пальцев по моей щеке и скуле с явным применением антимагического сканера. И... я задрожала уже более явственно, задышав чаще и глубже в полную грудь, потому что... Это оказалось неожиданно офигительно. Я же раньше никогда не сталкивалась с Ловчими нос к носу и понятия не имела, как работает их антимагия. Вернее, как они применяют её на ведьмах в поверхностных проверках. Хотя, кто его знает. Я же, как-никак, чародейка. Вот и реагирую на касание его будто вибрирующих пальцев так, словно меня ласково бьёт “током” по моей слишком чувствительной коже. И не просто бьёт, но и отзывается россыпью блаженных вспышек лёгкого возбуждения в затвердевших сосках и истерзанном другим членом лоне.
Если он сейчас же не остановится!..
- Т-так вы что... пришли сюда... по собственному решению?
- Если брать во внимание тот факт, что у меня сегодня выходной...
Теперь он добрался до моих губ, мерзавец! Недостаточно было “обласкать” мне щеку, решил проверить насколько мой рот именно мой? А может его уже просто на меня повело и ему захотелось потрогать мои уста с совсем иной целью?
- И ещё одну немаловажную странность. Той ведьмы, за которой я сюда пришёл почему-то не оказалось на её квартире.
А сейчас он что творит? Нагибается ещё ниже, приближается носом к моему виску и... кажется вдыхает исходящий от моих мокрых волос запах? Из-за чего меня едва не буквально размазывает по стенке, от соприкосновения с его охренительной физической и антимагической мощью.
- Зато рядом, точнее, парой этажей ниже, оказалась ты. И я, почему-то, ощущаю рядом с тобой те же энергетические потоки, которые ловил от неё.
- Энергетические потоки или... вашу на них реакцию? - вообще-то я должна была об этом просто подумать про себя, а не произносить вслух. Или он что-то со мной сделал? Говорят, некоторые Ловчие высшего уровня обладают силой, развязывающей многим низшим ведьмам языки - эдакая ходячая сыворотка правды.
Мужчина хмыкнул и наконец-то вернулся в прежнее положение. Только легче мне от этого не стало. Особенно под пронизывающим насквозь взглядом необычайно насыщенных лазурной синевой полупьяных глаз. Не говоря уже о его последующем неслыханном действе, когда он провёл по краю своей верхней губы кончиком языка. Чёртов засранец! Тоже мне! Волк, облизнувшийся на столь лёгкую добычу.
- Что-то никак не могу определиться. Магическая сила ощущается и неслабая, но... какая-то не такая. И у твоей верхней “соседки” была похожая, но не столь ярко выраженная. Или же...
- Что “или же”?
- Или же ты пытаешься водить меня за нос, ведьма. В Магистрате мне выдали о Ванессе Лоусон какую-то уж слишком сжатую информацию. На учёте она там стоит, но без грифа “возможно опасна”. Как правило, его ставят всем ведьмам, даже с нулевым потенциалом. А тут... всего лишь общие данные и без фотографий.
- З-значит, она на самом деле не опасна. Зачем в Магистратуре такое о ком-то писать, не ставить на постоянный учёт и не заставлять проходить ежегодную комиссию?..
Кажется, он всё-таки что-то со мной сделал. Спохватилась я уже как-то явно поздновато.
- А тебе откуда известно, что она не проходит ежегодную комиссию? И, кстати, как тебя зовут? Хотя... можешь не отвечать. Ванесса.
Чёрт! Чёрт! ЧЁ-Ё-ЁРТ!!!
Интересно. Что будет, если я специально захочу соблазнить Ловчего высшего уровня? Если верить тем слухам, что распускают о подобных этому блондинчику антимагах... А если у меня получится привязать его к себе, как это выходило со всеми моими смертными любовниками? Тем более, что смертных я не хотела намеренно к себе привязывать, это выходило как-то само по себе из-за частого (да и не частого вообще тоже) использования.
Рискованно, конечно. Но разве он не антимаг? И у него не должно быть иммунитета к магическим существам? А на часик-другой затуманить ему мозг. К тому же, я не особо уверена, что у меня получится.
Правда, от мысли или кратковременной фантазии о собственном Ловчем-защитнике меня как-то уж очень быстро повело. Ещё и от убийственной близости такого непростительно шикарного красавца с впечатляющим потенциалом. Если он меня зажмёт здесь уже по-настоящему по собственной воле, я же никак не сумею перед ним устоять. Как пить дать не сумею!
- Так вы... действительно не знаете, почему или чем таким особенным я отличаюсь от других ведьм?
Я всё-таки решилась! И даже где-то набралась сил с несвойственной для меня смелостью поднять руки и ненавязчиво коснуться упругого пресса Ловчего прямо поверх его чёрной футболки пока ещё только одними кончиками пальцев. Потом повела их выше, к выступающему рельефу мускулистой груди, задерживая дыхание и готовясь к тому, чего ещё никогда раньше до этого не делала.
- И что это ты задумала, ведьма?
Он перехватил мои руки за запястья где-то уже у своих плеч, не по-доброму сощурившись, но и не думая куда-то отступать, как и принимать защитных поз.
- А чего вам бояться? Вы же антимаг. Магия на вас не действует.
Я поддалась вперёд и... Ощутимо прижалась грудью и низом живота к его мощному торсу и чреслам, задерживая дыхание и уже начиная потихоньку дуреть от тех ощущений, которыми меня пробрало, будто сладчайшим ударом обжигающего тока. Хоть руки он мне и держал слегка приподнятыми над своими плечами, но не настолько далеко от его шеи и лица. Я всё-таки достала кончиками пальцев до его равномерно бьющейся под скулой жилки.
- Хочешь со мной поиграться, ведьма?
- А чего хотите вы. Вернее... чего именно хотели, когда шли сюда за мной? Всего лишь утолить своё зудящее любопытство?
ГЛАВА одиннадцатая
Откровенно говоря, не совсем представляю, как это работает, поскольку никогда ещё до сего момента этого не делала. Это, наверное, как иметь волшебную палочку, знать, что она волшебная и может творить сверхъестественные чудеса, но продержать её всю свою сознательную жизнь под замком в тайном склепе от греха подальше. А теперь ты вдруг решила её оттуда достать, смахнуть с неё вековую пыль и попробовать ею что-нибудь наколдовать. Даже не имея никакого представления, сработает ли она вообще. Пусть и помнишь, что при этом надо делать, о чём думать и на какие “кнопки” нажимать. Но, скорее, из чистого любопытства - на авось. Убеждая себя в том, что ничего не получится и не сработает, потому что нужно “батарейки” поменять, да и антимагия всегда поглощает магию, обезвреживая последнюю за считанные мгновения.
“Будь уверена на все сто, Ванесса, когда сделаешь свой выбор, иначе, обратно уже ничего не переиграешь. Избранник — это уже на всю оставшуюся жизнь. Это не шутки. Эту связь больше ничем не оборвёшь. Даже смертью!” - бабушка всегда любила наводить страху на самые обыденные вещи и кошмарить, что говориться, по полной, от всей души. - “И это не та магия, которая стала привычной для всех повседневностью, вроде утренней чашки кофе или сводки новостей по первому каналу. Это древнейшая сила, начало всех начал и неотъемлемая часть твоей сущности, прописанная в генах твоих предков ещё с зарождения домагических времён. Выродиться из поколения в поколение она не может, как и быть кем-то намеренно уничтоженной. Поэтому... не играйся с тем, о чём совершенно ничего не знаешь...”
Но он же антимаг! А я даже не ведьма. Всего лишь одна из почти выродившихся потомков чародеек Весталок. И я ещё никогда ни с чем не игралась. Про спички и бензин помнила хорошо и всегда. Но, когда тебе в затылок почти уже дышит писец в образе чёрных Церберов самого Верховного, а один из сильнейших Ловчих инквизиционной охранки вдруг начал нарезать вокруг тебя подозрительные круги, времени на подумать уже как бы и не остаётся. Да и тянуло меня к последнему как-то далеко не по-детски.
*****
- Хотел понять, что ты такое и чем таким... необъяснимым ты меня зацепила.
Что ж, зрительный контакт есть, от которого плавит не меньше, чем от физической близости блондина и его будоражащих прикосновений. На его голос тоже реагирую не слабо, впрочем, как и он на мой. Осталось только... выпить кровь младенца и убить пару редких магических животных. Шучу, конечно. На деле лишь пустить в сонную артерию избранной жертвы пару гранул чародейской домагической “крови”, которые доберутся до его сердца меньше, чем за секунду и возжелать его сильнее смерти. Вроде бы там нужно было произносить какое-то жутко примитивное заклятие-привязку “Будь моим Избранным отныне и вовеки веков, пока Вечность не вернётся на свой сотый круг и даже после этого нас не разлучит!”, но, думаю, и так сойдёт.
- И всего-то, господин Ловчий? - у меня даже дыхание резко спёрло, когда я ощутила в покалывающих кончиках пальцев копящуюся по моему страстному желанию энергию, а потом... Даже в жар бросило, пересохло во рту и слегка закружилась голова. Или не слегка. По крайней мере, я прочувствовала реакцию своей чародейской крови на моё желание к этому мужчине очень даже неслабо и глубоко. Что-то похожее на зарождение разгорающегося ментального солнышка под сердцем на уровне диафрагмы, которое тут же пустило в мои вены свои искрящиеся “лучики”. И вот они уже сконцентрировались в моих пальцах - в нервных окончаниях кожи. И я их увидела! Не пару светящихся “гранул”, а много-много искорок синевато-пурпурного цвета, которые тут же, словно магнитом притянуло к дрогнувшей жилке на бычьей шее Ловчего и...
- Если думаешь, что можешь что-то со мной сделать, ведьма... не советую даже впускать в твою очаровательную головку подобных мыслей. Я почувствую любое движение или поползновение магии в твоём... шикарном теле.
Он резко поднял мои руки над моей головой и прижал к стене, тут же налегая едва не всем своим центнерским весом на моё хрупкое тело. Вернее, впечатывая своей смертельной мощью в каменную кладку. Навались он чуть посильнее, точно бы раздавил мне грудную клетку, если бы просто вдохнул в полную грудь. Я только и успела, что жалобно пискнуть и охренеть под его напором ещё больше. Ощущая каждой клеточкой собственного шокированного тела весь его истинный потенциал со скрытой как физической, так и антимагической силой.
И... кажется, я заметила, как в его угольных зрачках вспыхнуло несколько едва заметных искорок сине-пурпурного цвета.
Да нет, ну на фиг! Мне это просто показалось. Тем более после того, как он приложился к моей груди своим неподъёмным весом, из-за чего даже в голове слегка помутнело, а в ушах пугающе зашипела кровь.
- И на вряд ли тебе сейчас хоть что-то поможет. Бежать-то уже некуда...
Ещё бы! Когда тебя припирает к стенке своим охренительным телом один из высших Ловчих и хрипит прямо в губы свои будоражащие угрозы, куда уж тут побежишь? Скорее, ещё ощутимей поплывёшь, задрожишь и... непроизвольно сожмёшь бёдра от занывшей в глубинах твоего естества болезненно пульсирующего желания. А потом очнёшься ненадолго уже после того, как обдашь его концентрированным “облаком” своих чародейских феромонов.
- Да что ж в тебе такого особенного... ведьма? - он спрашивал меня или себя, сцепив мои запястья у меня над головой пальцами одной руки, а второй обхватив моё лицо за скулы и щёки? Заглядывая в глаза, соприкасаясь с моим носом своим и сдерживаясь на последних словах буквально из последних сил. Хотя, едва ли ему сейчас хоть что-то поможет. Его зрачки уже расширились под воздействием моего чародейского афродизиака, проникающего в кровь и в нервные клетки самым сладчайшим и сводящим с ума дурманом. Если вчера он ещё как-то и сумел устоять-сдержаться на вечеринке, то теперь, когда вокруг нет ни одного ненужного свидетеля, квартира заперта им изнутри... Дальнейшее развитие событий вроде как более, чем предсказуемо и очевидно.
- Понятия не имею, о чём вы, господин Ловчий.
- Меня зовут Адриан, ведьма. Адриан Кобэм. Запомни хорошенько, особенно перед тем, как начнёшь выкрикивать это имя, извиваясь на моём члене.
Да я чуть ли не сразу взвилась, едва он накрыл мои губы своим жадным ртом и раскрыл их безжалостным напором своего бесстыжего языка. И, конечно же, несдержанно застонала едва ли не в ту же секунду, мелко задрожав и неосознанно прижавшись низом живота к его выпирающему под штанами очень твёрдому паху. И даже потёрлась об этот упругий бугор, вжимаясь в него как можно плотнее и несдержанней. Вторя каждому движению сминающих губ Кобэма и его шаловливому языку и тут же жалобно всхлипывая от жгучих вспышек острого возбуждения между ног. Пока он с таким ненасытным самозабвением трахал мне рот, я уже обильно текла от внутренних толчков-спазмов в растёртом Бошаном влагалище. С ума сойти! Неужели мне этой ночи оказалось недостаточно? Словно её не было и вовсе.
Рука ловчего прошлась по моей шее и декольте властной лаской, сжала вместе с махровой тканью налитое греховным желанием полушарие груди, после чего резким рывком сорвала с меня полотенце. В этот раз я и ахнуть не успела, как оказалась полностью перед ним обнажённой и изнывающей от сводящего с ума исступления.
- Великие Боги... - прохрипел Кобэм, кое-как прервав поцелуй и взглянув вниз на представшее перед его поплывшим взором во всей первозданной красе моё чародейское тело. - Да тут готов кончить только от одного вида... Охренеть...
Нет... охренеть, это когда его жадная ладонь скользит по моей коже. Раздражает лёгким трением эрогенные рецепторы и заставляет их буквально стенать и пульсировать, зудеть и посылать в воспалённое лоно жгучие удары нестерпимой похоти. Или, когда он вынуждает меня немощно постанывать и тихо вскрикивать, сжимая с лёгкой болью податливую плоть упругой груди и перекатывая меж фалангами затвердевшие горошины ноющих сосков, один из которых он вскоре накроет своим горячим ртом и пройдётся по нему влажным змием-языком. Тут я уже не просто громко ахну, задрожав всем телом, будто от лихорадящей горячки, особенно когда его ладонь накроет мой живот, а потом скользнёт вниз по лобку, нырнув пальцами между стыком сжатых ног и припухшими дольками половых губ.
- Да ты реально сладкая... Просто одуреть... - его хриплый голос с горячим дыханием обожгут мою кожу возбуждающими метками вслед за его ртом и языком. С каждым очередным вакуумным поцелуем он будет заставлять меня дрожать всё сильнее и сильнее, доводя до полного изнеможения каждым своим похотливым действием и прикосновением - цепочкой жадных засов, влажными дорожками и следами на груди, животе, чувствительном лобке... Пока его губы не обожгут мою киску сводящим с ума вторжением, и я не издам протяжный стон, едва не кончая и интуитивно цепляясь за его голову и волосы, как за единственную для меня спасительную опору. Его язык скользнёт меж половых губ, накрывая и растирая клитор, а пальцы проникнут в надрывно пульсирующее влагалище. Будто присоединятся к внутренним толчкам невидимого члена, сразу же надавливая на самую эрогенную зону и начиная её трахать в такт с движениями языка.
И кто кого, спрашивается, пытается тут приворожить и привязать к себе? Меня уже так ведёт, как не вело, наверное, под действием приворотного зелья Верховного. Хотя, нет. Кажется, это всё-так совершенно разные вещи и ощущения. Потому что сейчас я всё делаю и испытываю по собственной воле. Моё тело хочет Адриана Кобэма и тянется к нему по интуитивному наитию. Я раскрываюсь перед ним, и сама наседаю на его пальцы, дурея от каждого их толчка внутри вагины и даже чувствуя, как обильно на них спускаю. Уже буквально задыхаюсь от стонов при любом, даже самом лёгком скольжении его языка по клитору и воспалённым складкам ноющей киски. Ноги слабеют и трясутся, грозясь вовсе подкоситься. Но в какой-то момент мужчина вдруг резко поднимается и снова прижимает меня своим разгорячённым торсом к стенке. Вновь накрывает мои всхлипывающие губы ненасытным ртом, одновременно стягивая со своих плеч и рук кожаную куртку.
Я подключаюсь почти сразу же к его поспешным попыткам раздеться, больше не в силах терпеть этой невыносимой для нас двоих пытки. Хватаюсь за его ремень, пока он расправляется с косухой немного застряв из-за спешки в рукавах. Нас трясёт обоих, накрывая с головой обоюдным безумием - и это ещё слабо сказано. Похоже, я чувствую большую часть его ответных желаний и реакции на меня, которыми я заражаюсь, будто циклической одержимостью, как и он моими.
Наконец-то его куртка летит на пол. Чуть погодя следом приземляется футболка, а я, почти без эксцессов, с горем пополам справляюсь с его штанами - точнее с поясом и молнией, с едва сдерживаемым нетерпением запуская руку под резинку боксеров, тут же обхватывая дрожащими пальчиками и вытягивая на свободу упругий ствол пульсирующего члена. И, конечно же, балдею от его впечатляющих размеров и, в особенности, от соприкосновений с мужской грешной плотью. От возбуждающих ощущений её тяжести, твёрдого, как камень рельефа, и с такой подвижной кожей, прохладной и бархатной на ощупь. В отличие от горячей, вздутой головки, уже слегка увлажнённой обильной каплей предсеменной жидкости. Я успеваю размазать её большим пальцем по всей поверхности залупы и даже провести несколько раз жадным кулачком по всей немаленькой длине уже ко всему готового фаллоса...
- Учти, ведьма! - Кобэм вдруг резко прерывает наш далеко нецеломудренный поцелуй. Снова обхватывает моё лицо своей огромной лапищей, в которой так идеально вмещалась моя грудь, не спуская пристального взгляда с моих глаз и обжигая растёртые им же губы своим порывистым рыком. - Если я узнаю, что ты чем-то меня приворожила...
- Тогда что? - похоже, я сама уже не соображала, что говорила и к какому монастырю себя подводила. - Накажешь? Выпорешь перед тем, как трахнуть? Или вначале трахнешь, а потом выпорешь и... снова трахнешь?
- Грёбаная ведьма! Думаешь, я шучу?
Конечно, я не думаю. Думать о чём-то сейчас, когда меня так ведёт и кроет от ненормального перевозбуждения? Я просто хочу - до дикого безумия и остервенелой трясучки, чтобы он меня трахнул! Сейчас же!
И, видимо, он внимает моим сумасшедшим желаниям, едва ли до конца понимая, кому из нас они принадлежат. Подхватывает горячими ладонями меня под ягодицы, приподнимая над полом, как пушинку, и заставляет обвить его таз ногами. Я рефлекторно отпускаю член, но только для того, чтобы вцепиться в гладиаторские плечики мужчины и прижаться плотнее к уже покрытому лёгкой испариной лепному торсу, грудью вжимаясь в более твёрдые мышцы, а раскрытой киской в стоячий колом пенис. Ощущение такие, что в самую пору либо кончить, либо свихнуться окончательно. Особенно, когда перед твоими глазами маячит лишь одно лицо ловчего, вынуждая любоваться только его безупречными чертами и тонуть в глубине одурманенных лазоревых очей.
- Нет, господин ловчий! Я и в мыслях подобного не допускала! Кроме одной... Когда же вы перестанете меня стращать на словах и приведёте свои угрозы в действие?
Я не просто ему ответила, вызывающе проговорив всё это в его влажные губы, на которых ещё чувствовался запах и вкус моей киски, но и поддалась тазом вперёд, заскользив очень мокрой и горячей промежностью по его увесистой мошонке и основанию эрегированного члена.
- Чёртова искусительница!
О, да! Я хорошо знаю и эту интонацию, и возбуждающую хрипотцу в рычащем голосе ловчего, от которых плавится мозг и все эрогенные зоны изнывающего тела. Меня пронизывает этим зашкаливающим безумием насквозь, в аккурат за секунду до его вторжения в святая святых. До идеально выверенного удара большого упругого члена, скользнувшего гладкой головкой вначале по клитору и всем складочкам воспалённой вульвы, а потом следующим чётким, грубым движением резанув меня изнутри. Растягивая и насаживая на всю длину внушительного ствола, растирая и временно оглушая острой и одновременно такой сладкой болью, оставшейся ещё от безжалостных проникновений Верховного Бошана.
Конечно, я не удержалась и вскрикнула. Выгибаясь и задыхаясь от всех этих ненормальных смешанных ощущений. От жёстких толчков в слегка травмированном влагалище, которое тут же оросило трахающий меня фаллос очередной щедрой порцией греховных соков, интуитивно сжимая интимные мышцы и вбирая ещё глубже это чёртово орудие почти насильственного наслаждения.
Кажется, меня тут же выносит, окончательно затуманивая рассудок и превращая в одержимую секс-маньячку. Я кончаю едва не сразу, где-то уже на первых ударах, ибо это сильнее любого осознанного самоконтроля. Содрогаясь всем телом в конвульсивных судорогах и спуская струйным оргазмом на лобок и мошонку Адриана, который и не думал останавливаться. Продолжал насаживать меня на всю длину члена, как заведённый - с будоражащими звуками возбуждающих хлопков, от которых прошибало насквозь и плавило мозги не меньше, чем от нашего сношающегося трения изнутри. Не говоря о других сводящих с ума ощущений. От его хриплого учащённого дыхания, срывающего в звериный, гортанный рык и всего мощного тела, за которое я с жадностью цеплялась и вжималась что дури, желая большего. Даже не знаю чего. Может уже свихнуться по-настоящему? Потому что кончать подряд несколько раз с небольшими перерывами и не останавливаться на этом - тот ещё предел всех пределов. Тем более, когда ловишь каждой клеточкой своей чародейской сущности ответные ощущения своего не на шутку заведённого любовника. И когда тебя накрывает его бурным оргазмом почти в унисон с твоим.
Наверное, в самую пору помереть или провалиться в спасительное забвение. Только куда там. Я действительно извиваюсь на его чёртовом члене, пока он в меня кончает, усилив свои грубые толчки-удары, и пока мы оба вскрикиваем, совершенно не задумываясь, где находимся, и кто нас может при этом сейчас слышать. Даже затихаем ещё не скоро от слишком затяжного оргазма, который кажется общим или смешанным, блаженствуя на последних секундах единой эйфории и агонии.
- Да что же ты такое... твою колдовскую мать!
Ловчий ещё не скоро придёт в себя, в прочем, как и я. Разве что первое, что он сделает более-менее осмысленно, обхватит мою голову ладонями, продолжая прижимать к стене и млеть от моих непроизвольных сжатий на его всё ещё пульсирующем члене. Заглядывая мне в глаза своим окончательно поплывшим взором, больше напоминающим взгляд обдолбанного, мало что соображающего наркомана.
- И почему я до сих пор хочу тебя трахнуть?.. Как будто.. мне мало... Дико мало!
ГЛАВА двенадцатая
Не похоже, чтобы он собирался получить от меня незамедлительный ответ, поскольку вслед за вопросом почти сразу же провёл по моим губам языком, снова погружаясь в мой рот единоличным собственником, решив по ходу трахнуть и его. Я ответила с не меньшим пылом, несдержанно застонав и ещё сильнее сжав мышцы влагалища, продолжая дуреть от незатихающих вспышек остервенелой похоти и чувствуя, как его член вторит мне новой сладкой судорогой.
Объяснять ему на словах, что я не довольствуюсь одним лишь разом, смысла всё равно никакого нет. А когда до него это дойдёт, то будет уже слишком поздно. Пусть пока наслаждается неведомыми ему ранее ощущениями и не спадающим стояком. Кстати, о стояке. Почему бы не насладиться в полную меру таким охренительным призом? Разве я этого не заслужила после тех мучительных пыток, которые мне устроил Эйлдар Бошан? Правда, и Кобэм пока ещё держится за свою доминирующую сущность, пока не осознавая, что же его ждёт в ближайшее время. Да и на вряд ли успеет это осознать вообще.
- Ну так трахни меня! Разве я против? Адриан!.. - я с особым сладострастием вцепилась загребущими пальчиками в его взмокшие и потемневшие от пота пепельно-платиновые кудри, почти с сожалением прерывая поцелуй и погружаясь зачаровывающим взглядом в его пьяные глаза.
Зря он сказал, как его зовут. Теперь его будет нешуточно шторить каждый раз, когда я стану называть его по имени, и причём буквально бить возбуждающим током по эрогенным зонам в голове, в подсознании и, конечно же, по члену. Даже феромоны для этого больше не понадобятся (я надеюсь).
А пока... Пусть думает, что сейчас что-то зависит лишь от его воли, и он полностью владеет происходящей с нами ситуацией. И то, что я проявляю инициативу только потому, что так безумно хочу сделать приятное ему, а не себе. Наивный. Будь на его месте Верховный, я, наверное, вела бы себя так же. Так как это сильнее меня - моя собственная природа и ненормальные желания слишком ненасытного тела, которому всегда будет мало.
Но теперь, по крайней мере, я делаю всё сама, а не под сумасшедшим воздействием приворотного зелья. Сама хочу и начинаю ласкать свою новую игрушку (прости, Кайл, что так скоро нашла тебе замену), исступлённо целовать и бесстыдно слизывать языком по солёной коже обжигающие гранулы острого пота. По мощной шее, рельефным ключицам и мускулистой груди, задерживаясь на небольшом чувствительном соске, пока ладошками исследую могучую спину ловчего и с упоительным наслаждением приближаясь к его аппетитным ягодицам.
Естественно, останавливать он меня не стал, наслаждаясь ранее неведомыми ему ощущениями и балдея от них так же, как и я. Учащённо дыша и наблюдая сверху, как я спускаюсь всё ниже и ниже, вовсю изучая языком его лепной пресс с такой тонкой кожей и проступающими на животе змейками вздутых вен, при этом уже касаясь щекой ещё влажного члена, не потерявшего былого возбуждения ни на йоту.
- С такими темпами, боюсь, мы отсюда ещё не скоро уйдём... если вообще уйдём... - его довольное злоключение или сиплый баритон обжигают мне киску ответной вспышкой животной похоти. Он уже сам погружает свои пальцы в мои волосы на затылке и с извращённым исступлением стягивает их в кулак, причиняя лёгкую, щадящую и не менее сладкую боль, которая тут же телепортирует надрывной пульсацией в изнывающую вагину.
- А вы куда-то торопитесь, господин ловчий? - с плохо прикрытым вызовом и не менее севшим от возбуждения голосом, я поднимаю глаза вверх. При этом моё лицо находится напротив его вздыбленного члена и пока ещё объёмной мошонки. Представляю, как его сейчас ведёт от этой картины маслом. Впрочем, меня тоже, когда я встречаюсь с его одурманенным взглядом.
Ещё бы. Сейчас мы на одной волне. Плавимся оба в едином угаре обоюдного буйства сумасшедших эмоций и желаний. Вернее, жажды. Ненормальной. Запредельной. Нескончаемой.
- Возможно... снова тебя трахнуть. Чтобы потом трахнуть ещё раз!
Вот это по-нашему!
Я опять не сдерживаюсь и плотоядно улыбаюсь, облизнув верхнюю губу всего в паре сантиметрах от его члена. Меня и саму передёргивает очередным спазмом греховного "припадка”, когда он почти что рычит в ответ на мои бесстыжие действия. На то, как я резким движением-рывком стягиваю с его бёдер джинсы и прижимаю к его мускулистым ногам жадные ладошки поднимаясь по ним вверх, к самому желанном объекту своей неадекватной одержимости. Добираюсь до тяжёлой мошонки, накрываю её одной рукой, массируя и перекатывая под грубой кожей налитые спермой яички, а второй обхватываю у основания крупный ствол эрегированного пениса. И при этом не отвожу вызывающего взгляда с лица ловчего, не пропуская не единого на нём изменения или ответной реакции.
- Уже вошли во вкус, господин ловчий? А я думала, трахать ведьм у вас категорически воспрещено по уставу. И даже карается определённым взысканием. - сказала та, кто пару минут назад бурно кончала несколько раз подряд на члене Адриана Кобэма, а теперь ведёт по нему своим шаловливым язычком, по центральному “ребру” к чувствительной уздечке и пульсирующей залупе. Ещё и пальчиками помогает, натирая по подвижной коже каменного ствола вверх-вниз от мошонки до её поднимающегося всё выше и выше жадного ротика.
- Обещаю, ведьма, я с тебя так взыщу и так оттрахаю, что на подобные вопросы сил у тебя уже не останется вообще никаких.
Как же мне нравится его возбуждённый голос и такое распёртое самомнение. Может поэтому решаю не отвечать. Вернее, не так, как, вероятно, он ожидал, вбирая полностью его головку ртом и начиная ласкать её неустанным языком и губами. Его ответный тихий стон, как дополнительный удар эрогенного разряда по всей моей чародейской сущности, начиная с головы и заканчивая надрывными спазмами в моей чуть было снова не кончившей киске. Его судорожная дрожь передаётся мне то ли ментальной, то ли физической волной, временно затмевая здравый рассудок, оглушая и частично ослепляя. Мы снова в эпицентре нашей общей эйфории. Тонем в ней и плавимся, явно не желая всплывать после её очередного сильного прилива. Она уже за пределами нашего осознанного понимания. Поглощает нас всё глубже и ненасытней.
Кобэм уже не просто смотрит и ловит кайф от того, как я трахаю его член ртом, одной рукой надрачивая по всей длине его большой ствол, а второй бесстыдно лаская то мошонку, то упругие ягодицы, когда пропускаю слишком осмелевшую ладошку между разведённых ног мужчины. Он уже и сам подмахивает и толкается к моему горлу изнутри. И, да, довольно рычит. Явно смакует, уперевшись правой ладонью о стенку, а пальцами левой сжимая мои волосы на затылке у самых корней. Так что, по сути, он уже сам трахал меня в рот, ощутимо ускоряя темп и определённо не собираясь останавливаться.
А разве я хотела, чтобы он останавливался? Я уже тоже была на пределе. Моя киска ныла и пульсировала так, будто он имел одновременно и её, насаживал на член, долбил и растирал с соответствующей реакцией на все его извращённые проникновения. Так что в какой-то момент, я тоже не выдержала и накрыла её своей ладошкой, принявшись натирать пальцами перевозбуждённый клитор, не в силах и дальше терпеть собственной пытки. И, конечно же, кончая одновременно с Адрианом, под бьющие по моему языку струи горячей спермы, его хриплые стоны и кроющие с головой ментальные волны бурного мужского оргазма.
В такие моменты буквально выпадаешь из реальности или больше ничего не чувствуешь, кроме сумасшедшей эйфории и запредельного блаженства. И приходишь в себя не сразу, не особо-то и желая возвращаться в окружающий тебя мир. Скорее, наоборот, ощущая себя богиней в эпицентре собственной вселенной и мечтая только об одном - остаться в нём как можно дольше. И даже, когда тебя подхватывают и поднимают с колен сильные мужские руки, прижимают снова спиной к стене, а грудью к горячему мускулистому торсу, эти ощущения лишь усиливаются. Потому что он тоже в этом сейчас плавится и подчиняется собственным врождённым инстинктам. Хочет чувствовать тебя, дуреть от твоей близости, спрятать от всего мира и никому не отдавать. Так как пока ещё наивно думает, что ты принадлежишь ему, а все его порывы надиктованы только что пережитым с тобой совместным безумием, а не потому, что я уже частично забралась ему под кожу и скоро вытесню из его головы все привычные ему мысли и проблемы.
- Где тут спальня? - Адриан Кобэм, как в бреду, прохрипит свой вопрос приказным тоном, оплетая моё лицо пальцами и заглядывая в мои поплывшие глаза точно таким же взглядом, отсутствующим в этой реальности. А я лишь блаженно, как идиотка, улыбнусь, зазывно облизнув губы кончиком язычка и тоже, почти неосознанно, обхвачу его за талию и неслабо вспотевшую спину. Ощущая при этом не менее значимую и всё ещё сладко возбуждающую деталь - его вжимающийся в мой живот пульсирующий член, который уже секунд через десять-пятнадцать снова нальётся кровью до каменной эрекции. Моя киска отреагирует моментально, очередной сильной судорогой ответного возбуждения всего через полминуты стихнувшего оргазма.
- Неважно... думаю, и так найду.
Честно говоря, в эти упоительные моменты я забуду не только о том факте, что мы находились на квартире Кассандры Блейк, но и о том, что зачаровала одного из сильнейших ловчих инквизиционной охранки. И то, что, возможно, сейчас по мою душу идут церберы самого Верховного. Какое там думать и помнить, когда твои губы, на которых ещё чувствовался вкус и запах мужского семени, накрывают собственническим поцелуем, снова заставляя забыть обо всём на свете. А потом подхватывают тебя на руки и куда-то несут. Причём плевать куда.
Страха никакого нет. Я уверена в защите того, в чьих руках теперь находилась. Даже если он меня сейчас распнёт буквально и затрахает до потери пульса, всё равно ничего плохого он уже мне сделать не сможет. Максимум - доведёт до обморочного состояния от множественного оргазма.
Я даже не сразу поняла, что он занёс меня в спальню Кэсси и уложил на чужую кровать - на благо заправленную большим стёганым покрывалом. А потом накрыл сверху собой, с жадностью сжав мою грудь обоими ладонями и принявшись насиловать мои соски бесстыжими пальцами, перед тем как довести откровенными ласками до очередного бесконтрольного состояния и добраться до моей киски в более удобном для куни положении. Меня опять начало выгибать от нестерпимых приступов ненормального возбуждения, будто до этого он меня вообще ещё не трахал и не доводил до полного исступления схожими действиями. Я буквально воспламенялась под ним за считанные мгновения или в один щелчок пальцев, как та спичка. И, конечно же, хотела большего - до одури, до остервенелой трясучки с одержимым желанием изнасиловать его самого. А с моим врождённым даром добиться подобных безумств, что два пальца...
Прости Кэсси, но я ничего не могла с собой тогда поделать. Это было сильнее меня. Сильнее и меня, и Кобэма. Обещаю купить тебе новое покрывало, но не сейчас. Сейчас я вся и полностью находилась во власти столь сладкого и ни с чем не сравнимого безумия, останавливать которое по собственной воле я совершенно не желала. Это была всецело моя стихия, в которой я являлась полноправной хозяйкой и богиней. Особенно, когда ощущаешь ни с чем не сравнимую власть и силу над подобным мужчиной, готового положить к твоим ногам весь мир только за желание доставить тебе наивысшее наслаждение.
К тому же, спальня Кассандры была побольше моей, а напротив кровати стоял платяной шкаф с большой зеркальной дверцей. Так что оторвались мы за следующий час (или два?), что называется по полной, забыв обо всём и вся, включая собственные имена.
- Великий Разум!.. От тебя существует противоядие, или это не закончится, пока ты не высосешь из меня все соки? - кажется, в какой-то момент до ловчего начнёт доходить, что что-то не так. Хотя можно было бы догадаться и намного раньше, а не после дюжины бурных оргазмов и перепробованных с полсотни эротических поз и видов орального секса, по большей степени жёстких, грубых и заводящих с полуоборота обоих.
- Не знаю... не интересовалась. А, если когда-то и существовало, то... возможно было давным-давно утеряно... - конечно, я шутила, пока пыталась прийти в себя и отдышаться после очередного оргазма, утопая при этом в медвежьих объятиях своего нового ненасытного любовника. И почему я сразу так не сделала, не нашла раньше схожего антимага и не привязала к себе в отместку за всех униженных данной братией ведьм?
- Учти... я же теперь с тебя не слезу в прямом и косвенном смысле этого слова. - Адриан тоже пока ещё задыхался после нашего последнего с ним секс-захода, ревностно прижимая к себе загребущими ручонками и будто в бреду целуя меня в шею, плечо и всё, что шло ниже. - И пока не узнаю, что ты со мной сделала...
- Думаешь, сумеешь слезть с меня, когда узнаешь?
- Когда-то и как-то это же должно будет произойти...
Я ничего не ответила, сладко ахнув и прикрыв глаза, когда его горячий рот и влажный язык захватили мой сосок в свой безжалостный плен, а его пальцы вновь накрыли мою измученную им же киску. Да и что я могла ему сказать?
Наивный...
ЧАСТЬ вторая
ГЛАВА тринадцатая
Никогда ещё до этого злополучного дня Эйлдар Бошан не чувствовал себя настолько униженным, буквально растоптанным и смешанным с дерьмом. Приходить в себя после очень глубокого бессознательного провала на глазах собственных удивлённых и по большей части обеспокоенных его состоянием людей тот ещё эпик-фейл. Тем более, когда ты гол, как сокол, а окружающие в гостиной номера вещи и мебель явственно говорят о проходившей здесь всю предшествующую ночь очень бурной секс-вечеринки.
- В-ваше Святейшество! Вы меня слышите?
Кто-то из его личной охраны, видимо, всё-таки додумался дозвониться до его главного секретаря и практически правой руки Велорию Парсону. А вот догадаться разбудить его так, как сделал это Парсон почему-то никому в голову ранее не пришло.
Бошан резко вскинул голову и удивлённо раскрыл глаза, как только в его ноздри заползли юркие облачка-змейки из вскрытой капсулы с зельем, как он понял, приводящего в чувства даже вусмерть пьяного полутрупа.
Удивительно, что при этом он не долбанул Велория антимагическим файерболлом, хотя энергия уже начала потрескивать и собираться в ладонях и на кончиках пальцев. Но каким-то чудом всё же удержался и приподнял руку, чтобы интуитивно прижать её к груди (к тому месту, по которому прошёлся удар), а уже после дотронуться до головы. Как ни странно, никаких внешних физических повреждений. Возможно, сработала его защитная антимагическая аура. Но тогда почему его так неслабо вырубило? И который уже час?
Оглянувшись, Верховный заметил в номере ещё нескольких человек из его личной охраны, один из которых стоял поблизости, за спиной Парсона и держал наготове развёрнутый халат.
- Ч-что тут... происходит?! И где эта... дрянь? Вы её задержали? - не самое разумное в первую очередь спрашивать о шлюхе, с которой ты тут развлекался всю ночь. Но это, почему-то, оказалось сильнее его сверхкритического мышления.
- Вы о-о... Ванессе Лоусон? - рискнул спросить стоявший поодаль его лучший и более-менее соображающий бодигардер. Или, хотя бы способный связанно о чём-то говорить.
- А здесь что, был кто-то ещё?!
- Так это... она вас так?
Я так и не понял, кто из присутствующих меня об этом спросил, поскольку именно в этот момент мне приспичило отодвинуться от спинки дивана при попытке подняться на ноги. В голову тут же ударило неслабой вспышкой острой боли, заставившей меня схватиться пальцами за висок, что дури зажмуриться и кое-как удержаться от сильнейшего соблазна застонать в полный голос. Даже дыхание на время спёрло, а в самой голове, как и перед глазами, ощутимо помутнело и временно загудело-зашипело.
- А другого средства приходить в чувства у вас что, не нашлось? - он ведь даже почти вчера не пил. А такое ощущение, будто пытается очухаться после очень тяжёлого бодуна.
- П-простите, Ваше Святейшество. Честно говоря, я не знал, что с вами, и действовал чисто по инструкциям.
Никогда в жизни до сего дня Эйлдар Бошан не принимал чью-то физическую помощь. Да в его-то возрасте и с наличием далеко не хилого тела это выглядело бы не то что странным, а, скорее, унизительным. Разве что теперь пришлось на несколько минут забыть о своей любимой гордости и протянуть руку Парсону, чтобы тот помог подняться ему с дивана.
- Что конкретно вы чувствуете? Вернее... что с вами сделала та ведьма? - Велорий продолжал тарахтеть явно от сильнейшего волнения, а вот Верховному приходилось прилагать не абы какие усилия, чтобы успеть определиться в пространстве, понять, что с ним происходит и до какой степени всё плохо или плохо ли вообще. - Наложила проклятья?.. Заставила что-то выпить? Заколдовала мебель?..
Ага, затрахала его до ссадин на члене и до обморочного состояния. Только такое едва ли рискнёшь произнести вслух даже в шутку. Подобным ему высокопоставленным представителям Святейшей Вселенской Церкви приходится взвешивать на публике каждое слетающее с языка слово, даже если тебя окружают личные, хорошо проверенные люди и натасканная охрана. А признаваться в том, что тебя уделала чародейка с нулевым потенциалом, это же...
Так! Стоп! Разве с нулевым? Когда он попытался к ней приблизиться в последний раз и схватить за предплечья для точной проверки, от неё исходило далеко не нулевое магическое излучение. Или что-то близкое к магическому. В любом случае, как выяснилось чуть позже, не менее сильное, чем магическое.
- Всё нормально! - ему пришлось процедить свой ответ сквозь зубы, выпрямляясь в свойственной лишь ему статной осанке (пусть и в чём мать родила). И делая при этом вид, будто он просто пролежал какое-то время в отключке на диване от лёгкого недомогания. А так, всё прекрасно, если не считать нокаутированного едва не до полной отключки самолюбия.
- Мне нужно принять душ. И... возможно что-нибудь от головной боли.
- А что делать с ведьмой?
- Так вы её задержали?
Похоже, он сделал поспешный вывод, не так растолковав слова своего лучшего цербера. Поскольку все, кто сейчас находился с ним в его же номере, как по единой безмолвной команде, начали молча переглядываться.
Правда, выйти из себя окончательно Эйлдару Бошану так и не дали. Двери гостиной резко и без стука извне раскрылись со стороны коридора, и через порог перешагнул вначале один, а потом вслед ещё парочка гвардейцев (судя по одеянию и нашивкам на служебной форме) из папской охраны. После чего в номер ступил во всей своей высокопреосвященской красе кардинал Геодар Галлиани - государственный секретарь Святого Престола. В огромном помещении сразу же воцарилась мёртвая тишина, если не считать мягкую, будто кошачью поступь вышагивающего по длиннющему ковру высокопоставленного лица от Папской Курии. Высокий, худосочный статный мужчина лет шестидесяти пяти в дорогой, шитой точно по фигуре дзимарре (сутана с пришитой чёрной накидкой на плечи) и с красным пилеолусом на макушке (шапочка-”ермолка” священников).
Первым, слава Великому Разуму, отреагировал Парсон. Секретарь Верховного разморозился почти сразу же (ну, или, почти сразу), выхватив из рук близстоящего охранника гостиничный халат, чтобы вскоре перекрыть им и собой оцепеневшую ГОЛУЮ фигуру инквизитора Бошана.
Та ещё, если так подумать, жопа. Поворачиваться спиной к кардиналу — это верх неуважения, а одеваться самому при таком большом количестве свидетелей, всё равно, что опуститься ниже плинтуса по личной инициативе...
Но, несмотря на вопиющую безвыходность всей ситуации, выкручиваться пришлось прямо на месте, буквально на ходу. Поворачиваться не пришлось. Верховный таки сумел надеть халат с помощью своего главного помощника, просунув вначале одну руку в подставленный рукав, после чего, прикрывшись длинной полочкой, подождал, когда Парсон обойдёт его со спины и подставит второй рукав под другую руку. И за всё это время его высокопреосвященство ни на секунду не сбавил целенаправленного шага в их сторону и не отвёл с лица Святейшества совершенно безучастного взгляда. Правда, не подметить хотя бы краем глаза творившийся в номере бардак, как и отбитый входными дверями в дверной нише стеновой выступ он на вряд ли бы не смог. Разве что ни выражением лица, ни самим взглядом никак этого не показал.
- Ваше Высокопреосвященство! Какая честь!
Абсолютно все присутствующие, как по команде, почтенно склонили головы, а Парсон так вообще “незаметно” и, само собой, бесшумно, скользнул куда-то в сторону, прикинувшись с остальными безликой тенью, и тем самым предоставив Бошану полную свободу действий. Чем Верховный тут же воспользовался, прекрасно понимая, что выкручиваться теперь придётся лишь ему одному. Хотя, делать хорошую мину при плохой игре - для него давно не в первой.
Как ни в чём ни бывало, он шагнул навстречу кардиналу Галлиани, выждав не больше трёх секунд того момента, как прелат дойдёт до него и чуть ли не на ходу приподнимет правую руку, на безымянном пальце которого блеснёт массивный кардинальский перстень с бордово-алым рубином. Так сказать, подаст негласную команду, и инквизитор в ту же секунду преклонит колено, чтобы выказать своё раболепное почтение более высшему по рангу служителю Священного Магистрата.
- Я всего лишь скромный посол нашего Святейшего Отца, Эйлдар, и сегодня выполняю не самую приятную для себя роль - роль плохого гонца. - всё это Галлиани успел произнести за тот промежуток времени, пока Бошан целовал его перстень, соблюдая данный ритуал, как говорится, от и до, без спешки и недопустимых излишних движений.
- Даже плохие новости в ваших устах и, тем более, от самого Святейшего, всегда будут звучать благой вестью.
Верховный выпрямился, отступая немного где-то на треть шага назад, дабы соблюсти допустимую дистанцию и изящным жестом руки приглашая... Да уж, момент истины, что называется. Ведь надо выбрать более лучшее место для их предстоящей беседы, а не искать взглядом ближайшее кресло, на котором он не трахал чародейку и не кончал вместе с ней на дорогую кожаную обивку. И, кажется, он всё ещё слышит её запах, несмотря на стойкий в воздухе аромат из смешанных мужских парфюмов, которые исходили от дюжины находящихся здесь одних только мужчин.
Лёгкий кашель Парсона за спиной, подсказал ему вспомнить о соседней чилаут-зоне у панорамного окна, где находился декоративный фонтанчик с мини оранжереей, как раз у выхода на открытую террасу.
- На деле, я собирался посетить вас на вашем рабочем месте, Эйлдар. Но по пути в Священную Канцелярию успел узнать, что вы там ещё не появлялись и... - кардинал будто специально решил выбрать именно этот момент, чтобы бросить красноречивый взгляд на ту часть гостиничного номера, из которой по глазам всё ещё били следы произошедшего здесь секс-бедлама. - Едва ли появитесь в ближайшие полчаса. А у меня, к сожалению, каждая минута на счету.
- Д-да... прошу прощения за то, что вынудил вас поступиться своим служебным положением и приехать туда... куда вы не собирались сегодня приезжать.
Бошан, естественно, тоже не собирался топить себя лицом в грязи, продолжая делать вид, что ничего ужасного в этом месте не происходило. А если и происходило, то он не имел к этому никакого личного отношения.
- Да полно вам, Эйлдар! Всё это сущие мелочи. Тем более, я слышал, что здесь недурственная кухня с автономной мини-пекарней. А, поскольку наша беседа не на пять минут и даже не на десять, думаю, будет вполне целесообразно заказать вам что-нибудь на завтрак и пригласить меня присоединиться к вам за чашечкой утреннего кофе.
- Да, безусловно, Ваше Высокопреосвященство.
- И, бога ради, Эйлдар! К чему эти неуместные эпитеты? Называйте меня по имени. Не говоря уже о том факте, что наша сегодняшняя встреча не имеет официального окраса. И было бы неплохо, если мы переговорим с вами без лишних свидетелей.
На самом деле, намёк на “лишних свидетелей” касался одних лишь людей Верховного. Когда Инквизитор со своим гостем наконец-то расселись по удобным мягким креслам в цветущем зимнем садике, и Галлиани даже успел сделать заказ по предоставленному ему меню одного из лучших ресторанов отеля, в номере, кроме них, остались лишь гвардейцы из Папской Курии и личный секретарь прелата. А вот все люди Бошана, включая Велория Парсона, ретировались за считанные секунды без лишних вопросов и неуместных со своей стороны действий.
- Надеюсь, вы сумеете простить меня за те небольшие беспорядке в номере, которых вы не должны были увидеть по приходу сюда, Ваше... Геодар, - Эйлдар и сам не понял, на кой вдруг заговорил об этом. Но кардинал почему-то не спешил начинать ту тему разговора, из-за которой сюда явился, рассевшись, как у себя дома, напротив в одном из мягких кресел мини-оранжереи и с явным интересом изучая карты меню с проспектами самой дорогой гостиницы столицы.
- Ой, да не берите в голову. Кто в ваши годы не сбрасывал рабочий стресс через действенные для него методы. Это таким, как я приходится лишь ностальгировать о подобных вещах. Главное, чтобы они не попали на первые полосы светской хроники в новостные блоки и не скомпрометировали Священную Конгрегацию в глазах наших законопослушных прихожан. Но, насколько я помню, вы всегда крайне аккуратно подходили к данным вопросам и старались нигде и никогда оставлять после себя следов. Хотя... вы чуть ли не единственный из последних инквизиторов, кто так и не прошёл одно из главных обрядовых посвящений в духовной академии, в которой вы, кстати, обучались параллельно с вашим главным соперником.
- Вообще-то... это посвящение не является обязательным, поскольку