Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
- ГЛАВА 14
- ГЛАВА 15
- ГЛАВА 16
- ГЛАВА 17
- ГЛАВА 18
- ГЛАВА 19
- ГЛАВА 20
- ГЛАВА 21
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
Добрые дела наказуемы. Решила помочь парочке олухов с боевого – и сама очутилась за воротами Академии. Что делать ведьме в городе? Да все что угодно! И так, чтобы все запомнили!
ГЛАВА 1
Бал закончился. Мы с Айлирой добрели до своей комнаты и рухнули в кровати. Благо на следующий день можно было спать сколько хочется, потому что в Академии Изумруд начинались каникулы.
Утром никто нас не будил, и мы спали почти до обеда. За едой пошли сонные и помятые, но вокруг шатались ровно такие же адепты, и никто в нас пальцами не тыкал.
Я не очень понимала, что такое каникулы, и зачем они нужны, но Лэриса объяснила нам, что это передышка в учебе после сдачи зачетов и экзаменов.
Старшие курсы поедут домой – кто пожелает. Кто-то останется в Академии, но будет каждый день выходить в город. Кто-то будет сдавать “хвосты” или вести научную работу. Грустнее всего нам – первокурсникам. Из-за нестабильной магии нас не выпускают даже в город, и все каникулы мы вынуждены проводить в Академии, отсыпаясь и таская из столовой булочки. Я вздохнула – перспектива так себе.
Айлира же несказанно обрадовалась – у нее накопились заказы на косметические и слабомагические зелья, так что она сразу решила, что все каникулы проведет в лаборатории.
Мне же хотелось иного. Город за стенами Академии манил. Однако выйти из Академии не было никакой возможности. Ладно стены – старшекурсники легко порхали по Академии на метлах, ковриках и даже табуретках. Они могли преодолеть стену и левитацией опустить себя вниз. Могли бы, но мешал защитный купол, который, по слухам, когда-то защищал Академию Изумруд от набегов варваров с их требюшетами и катапультами, а теперь защищал мирных жителей от магических выбросов и дурных шуток магов.
Через ворота первачку тоже не пройти: в башенке возле них сидит вахтерша – огромная зеленокожая троллина по имени Мила Гро. Лэриса шепотом поведала, что ее называют между собой Громила, и еще ни одному студенту не удалось пробраться мимо нее без записки от преподавателя или разрешительного жетона от ректора.
— Она носом чует, когда ей пытаются подсунуть подделку, — вздыхала подруга, прихорашиваясь. Крис пригласил Лэри на прогулку, и она забежала к Айлире за гламарией.
— Эх-х, — вздохнула я, — как бы все же выйти погулять? А со старшекурсниками выйти можно?
— Никак нельзя, — сочувственно вздохнула Лэриса и упорхнула, махнув на прощание пышной юбкой.
Мы немного посидели в тишине, потом Айлира собрала свой рабочий саквояж и ушла в лабораторию, а я вышла прогуляться во двор.
Страшно подумать: прошло всего четыре месяца, как я попала в Академию Изумруд, узнала о том, что я ведьма, научилась пользоваться своими силами, подружилась с другими адептками и даже помогла задержать маньяка! А теперь меня не выпускают в город, домой тоже нельзя, пока не сдам экзамен по владению личной магией, и целая неделя в одиночестве!
Лэриса с Крисом спокойно ходят в город, и, пусть нередко фыркают друг на друга, всем уже понятно, что это настоящее серьезное чувство. Айлира прикрывается своей лабораторией, но я-то вижу, что она берет с собой печенье, которое ей вручили в таверне. И приходит из лаборатории с пустым саквояжем. Но я молчу. Не знаю, кто ее таинственный поклонник, но вижу, что с ним непросто, и не лезу к подруге с расспросами.
Я гуляла по аллее, думала свои невеселые мысли и вдруг заметила что-то странное! Парочка парней в мантиях боевого факультета возилась у стены. Я медленно подошла и чуть не расхохоталась – они явно намеревались перелезть по едва заметным выступам кладки.
— Эй, — напомнила я, — стена зачарована!
Тот, который забрался повыше, фыркнул и свалился.
— Ведьма! — буркнул второй. — Накаркала!
— Да заклинания ректора за версту видны! — возмутилась я, незаметно рассматривая парней. Симпатичные. Один решительного вида шатен, второй брюнет с глазами, подведенными черной тушью. С таким гримом в Академии ходили только вампиры. Макияж помогал им защитить зрение от слишком ярких солнечных лучей.
— Нам в Тильдер надо, — поморщился шатен, — а наставник отказался разрешение подписывать, пока “хвосты” не сдадим!
— Так сдавайте!
— Без выхода в город не сдадим, — отрезал вампир.
— Почему не сдадите? — поинтересовалась я.
— Да потому что мы свое оружие и накопители в городе оставили! — буркнул шатен. — Выходили погулять, сдали все на хранение и забыли! А теперь нас не выпускают!
Я задумалась, поглаживая свой кусочек янтаря. Парни явно только второкурсники, и без накопителя им экзамены не сдать.
— А наставнику объяснить пытались?
— Ты что, дурная совсем? — вампир уставился на меня, как на насекомое. — Накопители и оружие нельзя брать в город! Мы сглупили, но пока об этом никто не знает. Если декан Тродо узнает, нам чистка монстрятника раем покажется!
Я снова задумалась. Парни, конечно, поступили неправильно, но и дел пока не натворили. Надо бы помочь, но как?
— Слу-у-ушайте, — мне вдруг в голову пришла потрясающая идея, — я знаю, как вам можно выйти из Академии!
— Как? — заинтересовался шатен.
Второй боевик дергал его за рукав и пытался увести, но парень стоял как скала.
ГЛАВА 2
Дольше всего мы искали швабру для моей метлы. Моя магическая красотка не желала надевать на свои прутики грязную тряпку, а никто в Академии не поверит, что ведьма подметает что-нибудь своей метлой.
Ведра нашли быстро. Набрали воды, сыпанули в прачечной сухого мыла и побрели к воротам. Жидкий ручеек адептов, желающих покинуть Академию не порталом, уже иссяк, так что Громила заметила нас издалека и смотрела весьма подозрительно.
Я первая бухнула ведро на каменный настил моста, вздохнула, взяла метелку, замаскированную под швабру, и принялась уныло возюкать ею по камню. Рядом пристроились парни. Мы молча, с угрюмыми лицами отмывали плитку за плиткой, не забывая про каменные перила. Мимо Громилы прошли с написанным на лице желанием, чтобы нас не выпустили из Академии, но… эта необъятная дама лишь ткнула в особенно заметное пятно птичьего помета, и мы с кислыми лицами принялись оттирать его дальше.
Когда мост закончился, и мы очутились в городе, в воротах уже толпились студенты. Я быстро спрятала ведра и швабры под настил и собралась попрощаться с боевиками:
— Ну все, вы в городе. Обратно пойдете, берите ведра – и все.
— Это было здорово! — шатен восхищенно улыбнулся. — Не думал, что сработает! Кстати, меня зовут Марек.
— Я Винтон, — сказал вампир.
— Мейта, — представилась я. — Ладно, мне пора, первокурсников из Академии не выпускают…
— Эй, — удивился Марек, — разве ты не хочешь сходить в город? Если ты сейчас вернешься одна, у Громилы точно появятся вопросы!
Я растерялась.
— Сходить хочу, но я же никуда не собиралась, даже денег не взяла!
— Ерунда! Пошли с нами! Мы сейчас свои вещички заберем и завалимся в корчму – пообедать и новости узнать.
Я вздохнула, оглянулась на ворота и… решительно двинулась за парнями! Возвращаться сейчас и впрямь было бы глупостью, а так хотя бы посмотрю на город, наберусь впечатлений. Да и метелке будет интересно!
Парни обрадовались моему решению и быстренько утащили в переулок:
— Сейчас заглянем к старику Джонису, заберем амулеты. Ты держись строго, чтобы постарше выглядеть. И жетон спрячь!
Я вспомнила про жетон с цифрой “один” и послушно приколола его на обратную сторону мантии.
Мы весело шли по узким улицам, я с удовольствием крутила головой. Марек купил мне горячий маковый бублик и стаканчик сбитня, Винтон забежал на минутку в мясную лавку, а потом ел бублики вместе с нами. Мне было интересно, я мало знала про вампиров, но не считала возможным задавать вопросы. Впрочем, подкрепившись, он сам мне все объяснил:
— Иногда приходится пить свиную кровь, чтобы гулять по городу днем. Не очень вкусно, но если быстро заесть чем-то сладким, то нормально.
— Значит, вы не… пьете человеческую кровь?
— Вообще можем, — вздохнул Винтон, — иногда на поле боя это единственный способ вернуть силы и одолеть врага, но в мирное время нам хватает обычной еды и стаканчика крови животных. Иногда и кровяной колбасой удается обойтись.
Я поблагодарила за беседу и расслабилась. Бублик был вкусным, сбитень сладким, день пронзительно ясным, и даже легкий ветер и мороз не пугали меня – ведь вечером я вернусь в Академию и тихо проведу каникулы, помогая Айлире в лаборатории.
Вдруг Марек схватил меня за руку и дернул в сторону:
— Бежим!
Ничего не понимая, я помчалась за ним. Позади неслышной тенью стелился Винтон.
ГЛАВА 3
Мы пробежали несколько улиц и наконец остановились – у меня уже страшно кололо в боку, и я с трудом переводила дыхание, опираясь на метелку, замаскированную под швабру.
— Вы чего? — чуток отдышавшись, возмутилась я.
— Прости, — смутился Марек, — показалось, что магистр Тродо за нами шел. Вот мы и рванули.
Я припомнила мрачного, покрытого татуировками здоровяка – декана боевого факультета, и передернула плечами.
— Ладно, поняла, я и сама не хотела бы с ним встретиться. Только куда мы теперь?
Парни огляделись и повлекли меня за собой:
— После пробежки нужно согреться и подкрепиться! — решили они, сворачивая к таверне, на вывеске которой покачивалась аппетитная жареная курица.
Внутри, правда, все было не так нарядно, как снаружи. Простой деревянный пол, щедро посыпанный опилками, массивные лавки, неподъемные столы и запах горелого масла и несвежего пива. Я сморщила нос:
— Марек, Винтон, здесь есть опасно для жизни!
— Да ладно тебе, Мейта, здесь недорого и съедобно. И пиво наливают к рульке!
Я опять поморщилась и сказала честно:
— Парни, я в трактире работала до поступления в Академию. Тут вас пивом приманивают на тухлятину и гнилые овощи. Давайте лучше булочек купим и сбитня.
— Булочки это не еда, — вздохнул Марек, тоскливо поглядывая на неопрятную подавальщицу, вальяжно шагающую к адептам.
— Ну давайте почище хоть место найдем! — взвыла я, заставив швабру плясать. — Здесь даже смотреть на тарелки страшно!
К моему счастью, боевики все же вышли из таверны. Наверное, вспомнили чистенькую столовую собственного факультета. Мы еще прошли по улице и наконец уткнулись в милую булочную, из которой пахло выпечкой и медом.
— Вот, перекусить можно и тут! — указала я пальцем на заведение.
Парни синхронно поморщились:
— Да мы не голодные!
Я фыркнула:
— Так уж и говорите, что выпить хотите! Между прочим, здесь можно попросить добавить в чай или кофе ликер!
— Это другое дело! — приободрились адепты, но потом тряхнули кошели и помрачнели.
— Что, совсем с деньгами плохо? — поняла я. — Тогда надо в Академию возвращаться. У меня там монеты есть.
— Нет, в Академию нельзя! — хором сказали парни и огляделись.
— Мы сейчас заработаем! — сказал Винтон.
Я тоже огляделась, но ничего подходящего для подработки не нашла. Милая улица с небольшими лавками, булочными и закусочными. Не центр, но и не совсем окраина. Скорее вариант для местных жителей – чтобы не ходить далеко. Маловероятно, что здесь понадобятся помощники. Да и то сказать – почти все адепты Академии Изумруд нуждались в деньгах и выходили в город не просто так.
Рынок легальной подработки был насыщен, а нелегальную ректор и деканы выжигали в городе огнем и магией. При попытке нанять адепта гнев магистров не могло остановить ничто. Вот выпускники – другое дело. Тут уже преподаватели не вмешивались, потому как молодые маги сами выбирали свою судьбу. И нанимателей.
Однако парни говорили уверенно и активно тянули меня за собой. Через пару минут мы вышли на изнанку милой улицы. Я сразу сморщила нос – похоже, на уборке и вывозе мусора за городские стены тут сильно экономили.
— О, — вампир потянул носом, — работа для нас точно есть!
Марек оживился:
— Откуда начнем?
— Да как обычно, — фыркнул Винтон, — с начала. Остальные увидят, что дело пошло, и сами прибегут.
Марек нацепил на лицо приятную улыбку и постучал в ближайшую заднюю дверь. Ему открыл упитанный толстячок с ножом в руках:
— Чего надо? — буркнул он.
— Выводим крыс, тараканов, блох, слизней… — с огоньком зачастил шатен.
— Больно надо! — фыркнул толстячок и потянулся закрыть дверь, но тут прямо ему под ноги метнулось нечто серое, шустрое и с длинным хвостом.
Мужчина завопил, уронил нож, прихлопнул пальцы дверью… В общем, костерил он нас страшно! Обещал нажаловаться ректору, вызвать магическую полицию и просто отлупить, хотя парни были выше него на две головы, да и винного цвета мантии знал весь город. Но адепты струхнули и подались назад. А между тем я замерзла и проголодалась, а из-за приоткрытой двери вкусно пахло едой. Пришлось вмешаться:
— Милейший, ну что вы так распереживались? — сказала я ласковым тоном, копируя преподавателя по менталистике. — Ну, бросилась крыса под ноги, какие пустяки. Вам нужно побыстрее руку в лед положить, а то ведь опухнет, готовить не сможете!
Мужик схватился за пострадавшую конечность и застонал:
— Готовить! Пироги! У меня заказ! Завтра на рассвете за ними придут!
— Простите, — я спрятала улыбку, — вам никто не может помочь?
— Да кто же сейчас поможет? — буквально взвыл мужичок. — Свадебная неделя, будь она неладна! Все или пьют и гуляют, или гуляют и пьют!
— Вот что, — сказала я, — раз уж мы невольно стали причиной вашей травмы, мы поможем вам с пирогами. Я работала в трактире несколько лет и отлично умею стряпать пироги с разными начинками и из любого теста. Парни помогут с тестом и печами. А вы нас накормите и позволите переночевать, идет?
Пекарь мрачно взглянул на стремительно синеющую конечность и кивнул:
— Ладно, но я буду рядом и все проверю! И еще этих… крыс чтобы всех выгнали!
ГЛАВА 4
Марек и Винтон корчили рожи, шипели и ворчали, ровно до того момента, как вошли в тепло пекарни. Здесь было чисто, пахло сдобой, подходящим в кадушках тестом и разнообразными начинками.
— Мойте руки, — буркнул повар, сам хорошенько намыливая ладони.
После мытья он выдал мне косынку, фартук и нарукавники – не лишняя предосторожность, мантию мне пачкать не хотелось.
Парни тоже получили фартуки – но серые. И серые же шапочки на голову.
— Чтобы ни единого волоса! — строго сказал пекарь, провожая нас в комнату с печью.
Я ахнула – шесть кадушек! Да это до рассвета пироги лепить!
— И вы все это собирались делать сам?
— Собирался! — пекарь кивнул на тазы с начинкой и объяснил: — Сестра моя замуж выходит. Прежде она мне тут помогала, ну а сегодня – что ж, невеста же! Расхвалила мои пироги, сказала, лучший подарок на свадьбу от меня будет. Вот и взялся. А теперь как?
Я покачала головой и напомнила:
— Скорее лед приложите, а то хуже будет, как бы не перелом! Кстати, меня Мейта зовут!
— Биркас! — буркнул пекарь и сунул руку в ледяную воду, в которой стояло ведерко с паштетом для начинки.
— Марек!
— Винтон!
— С чего начнем? — невесело спросила я, понимая, что реально не уснем до утра. А потом нас выгонят. Ну, хоть проведем ночь в тепле и, может, даже пирогов поедим.
— С мясных пирогов! — решил Биркас. — Им жар больше нужен!
Под его руководством парни подбросили в печку дров, вынули листы, и я взялась обминать и делить тесто. Потом катать. Потом лепить.
Часа через полтора, загрузив в печь противни с пирогами, парни вышли на заднее крыльцо – подышать. Биркас умудрился их тоже загонять, заставляя мыть пол, носить воду и рубить нежные начинки.
— Мейта, ты же ведьма! — простонал замученный Марек. — Подлечи этому типу руку! Пусть он уже сам свои пироги печет!
— Я первокурсница, — пришлось напомнить, — у нас еще не было лекарского дела, его с третьего курса читают, даже общее. Но вы же боевики! Неужели вас не учат хотя бы обезболивать раны?
Парни переглянулись, и Винтон насмешливо хмыкнул:
— Я умею, но этот человек меня к себе не подпустит. Вампиров боятся.
Я заметила, что пекарь отсылал Винтона с заданиями на другой конец пекарни, но не думала, что все так плохо.
— А это сложно – снять боль и отек? — уточнила я. Вообще мне казалось, пекарь просто притворяется, не так уж сильно он ушиб руку.
— Вообще – нет, — ответил вампир, — я могу показать и объяснить, и ты сама подлечишь этого хитреца.
— Показывай, — вздохнула я.
Счастье, что, собираясь на прогулку, я не забыла свой янтарь. Счастье, что у Винтона хватило терпения объяснить мне, что к чему. Счастье, что пекарь заскучал и рад был вернуться к своим пирогам. В общем, у меня получилось снять боль, убрать отек и даже почти залечить синяк! Потом у меня закружилась голова, янтарь побледнел, и я вынужденно присела, а Биркас сам взялся за скалку. Мы остались на подхвате – мыли пол, скребли стол, подавали начинку, снимали пирожки, чистили горячие противни и снова ставили их в печь.
Справились быстро – часа за четыре. Потом пекарь налил нам горячего взвара, выложил корзинку пирожков и потребовал от боевиков прогнать крыс.
Парни моментом смели угощение, потом Марек вздохнул и потребовал мешок или ненужную посудину, которую не жалко выбросить.
— Зачем? — изумился пекарь.
— У вас что, маги еще ни разу живность не гоняли? — удивился вампир.
— Да я сюда только месяц как переехал, — признался мужчина.
— А, тогда понятно, почему не знаете. Мы можем живность просто разогнать, тогда она уже завтра вся обратно вернется. А можем собрать в мешок или в большой горшок и сжечь на улице. Но посудину лучше тоже выбросить. Горелые крысы так воняют!
Пекарь побледнел и нашел битый горшок и мешок тоже.
Пока Марек чертил незнакомую мне руну прямо на полу у входной двери, я шепотом спросила у Винтона:
— А почему хозяин просто не купит амулеты от крыс и насекомых?
— Потому что их нужно менять или заряжать, — так же тихо ответил боевик, — многие считают, что проще раз-два в месяц накормить студентов, чем раз в год платить деньгами. Ну, а мы не ходим голодными.
Я хмыкнула. В таких местах, как трактиры, пекарни, булочные – где всегда есть еда, тепло и влага, без магии выгонять насекомых и грызунов задача затейливая.
Бабуля, помнится, и наш скромный погребок наполняла пижмой, полынью, сухими репьями и порошком буры – только бы не бегали по углам шустрые таракашки, не пищали по ночам мыши.
Между тем Марек дочертил руну, поставил на нее горшок и позвал Винтона. Вампир напитал контур своей силой, и я подпрыгнула, закусила кулак и забралась с ногами на лавку: из щелей полезли муравьи – любители сахара, за ними тяжелые блеклые слизни, многоножки, мелкие шустрые блохи, а за ними – крысы и мыши. И все это перло в горшок, стоящий в центре руны.
Я с писком забралась на лавку с ногами, рядом воздвигся бледный пекарь, но, кажется, мы кое-что не учли – с потолка тоже посыпалась какая-то мелочь. Только парням было хоть бы хны – они вовремя натянули капюшоны и старательно сгребали живность в горшок. Когда посудина наполнилась, Винтон левитацией поднял горшок и опрокинул его в мешок. Потом вернул на место и повторял эту процедуру трижды!
Пекарь рядом со мной не то молился, не то матерился, а моя метелка, приплясывая, помогала сгребать мелочь, подпинывая иногда особенно жирных крыс.
— Все! — Марек утер пот и поволок мешок к двери. Винтон левитацией тянул горшок. Метелка-предательница подметала за ними дорожку. Я содрогнулась – как я теперь ее в руки возьму?
Биркас спрыгнул со скамьи, покачнулся, хекнул и поспешил за боевиками. Ему, похоже, стало интересно, как парни будут избавляться от “урожая”.
Я вздохнула и пошла следом.
Посреди заднего двора, в стороне от домов и сараев пылал горшок. Марек держал над ним руку, поддерживая ровное пламя, а Винтон периодически подсыпал гадость из мешка. Все быстро, чисто и аккуратно. Вот только запах стоял… Я фыркнула и сняла с пояса мешочек с зельями первой необходимости. “Душка” там тоже была. Эта мазь полностью отбивала запах чего-либо. Очень удобно после практикума по некромантии или уборки в монстрятнике. Айлира варила “душку” каждую неделю по ведру, и все равно она расходилась быстрее гламарии.
Подойдя к своеобразной печи, я поманила к себе метелку, сорвала с нее грязную тряпку-маскировку, вытерла пальцы, смазанные мазью, о тряпку и швырнула ее в огонь. Вонь почти сразу исчезла, и парни высказали свое одобрение:
— О, Мейта, что ты туда бросила?
— Тряпку с “душкой”, — честно ответила я и добавила: — Два серебряных за коробку.
— Ведьму на дело брать выгодно! — хмыкнул Винтон, бросая в костер мешок.
— Еще как! — согласился Марек – он стоял ближе всех к огню и старался не дышать из-за вони.
ГЛАВА 5
Костер дымил и чадил довольно длительное время, и пекарь ушел в дом проверять еще одну бадейку теста, которую он поставил, пока мы занимались пирогами.
— Все, — утер пот Марек, размазывая по лицу сажу, — можно закапывать.
— Закапывать? — удивилась я.
— Мейта, — укоризненно посмотрел на меня Винтон, — третье правило магистра!
Я только глазами хлопнула.
— Все остатки любого магического ритуала следует предать земле или проточной воде!
— Я же ведьма, — выкрутилась я, — мы ритуалы еще не проходили!
Парни пошли искать лопату, а я из любопытства заглянула в горшок. Там все еще рдели угли, и один особенно яркий… Метелка вдруг толкнула горшок, и он рассыпался на черепки, а мне под ноги отлетело яйцо! Самое обыкновенное, куриное. Горячее, пышущее жаром и магией. Метелка тут же забросала его землей, а потом снова подтолкнула ко мне.
— Это мне? — спросила я шепотом. Артефакт, конечно, не ответил, но снова подтолкнул яйцо ко мне. Я осторожно присела на корточки, коснулась его через фартук, поняла, что это терпимо, и забросила яйцо в поясной кармашек. Потом разберусь!
Тут вернулись парни. Они присвистнули, увидев разбитый горшок, но быстро выкопали ямку и похоронили черепки и пепел.
— Все, можем идти спать, — зевнул Марек.
— И поскорее бы, скоро петухи запоют! — поежился Винтон.
Если честно, я думала, что Биркас запер дверь и подпер ее изнутри кочергой. Ну зачем ему впускать трех чумазых студентов, когда пироги уже слеплены, а крысы и слизни вытравлены? Но пекарь меня приятно удивил – дверь легко отворилась, и у двери нас ждали ведра с кипятком, полотенца и мыло.
— Идите мойтесь, — устало сказал хозяин дома, — и спать ложитесь. До обеда точно можно спать.
Мы закивали, и парни даже уступили мыльню мне первой.
Ах, как жаль, что не было с собой чистого белья и одежды! После купания я расстроилась, но в ширму деликатно поскреблись:
— Мейта? Это Винтон, не визжи! Давай свою одежду, я очистительное заклинание брошу!
— А ты умеешь? — насторожилась я. Мы еще такие сложные заклинания не проходили, так что я прикидывала – нельзя ли прополоскать бельишко в тазу или хотя бы смазать “душкой”.
— Умею! Я же на третьем курсе уже, и богатеньких родителей у меня нет, — нетерпеливо отозвался вампир.
Я со вздохом повесила свою одежду на край ширмы, потом вспомнила про яйцо, дернулась убрать и тут же облегченно вздохнула – непонятная штука лежала в кармашке на поясе, а пояс рядом, на лавке.
Когда я закончила омовение, одежда и белье уже висели на углу ширмы – чистые и даже благоухающие лимоном.
Я быстренько оделась и вышла, уступая угол парням. Пекарь показал мне лежанку у печи:
— Ложись здесь, самое теплое место в доме.
— А парни куда? — пряча зевок, уточнила я.
— Там лавки есть! — Биркас указал на другой угол просторной кухни, и я быстро легла на лежанку и закрыла глаза. Спать хотелось немилосердно.
ГЛАВА 6
Разбудили нас к обеду. Кто-то начал яростно стучать в заднюю дверь, и пекарь спустился, зевая и почесывая голову.
— Мирта, сестричка, ты чего в такую рань?
— Какую рань, Биркас? — отвечал звонкий женский голос. — Уже полдень! Пироги готовы?
— Все готово! — заверил пекарь, скатываясь с лестницы. Он растолкал сонных парней, и они втроем загрузили пироги на повозку.
Я тем временем встала, умылась и поняла, что пекарь-то сейчас уйдет на свадьбу, и нам тоже придется уйти.
Так оно и получилось. Биркас сунул нам по паре пирожков на завтрак и по пять медяков – как раз на перекус в дешевой таверне, и запер дверь. Я повела плечами – у печки спалось неплохо, и хоть мышцы ныли от усталости, но город манил.
Парни тихонько переговорили, бросая на меня странные взгляды, а потом потянули за собой:
— Сейчас заберем все и пойдем погуляем. Тут неподалеку рыночек есть, можно будет и перекусить, и подзаработать.
Насчет “подзаработать” я сомневалась. Мы влились в толпу, и в ней нередко мелькали мантии разных цветов. А вот погулять, поглазеть на прилавки я была вполне готова.
Парни рванули в глубину переулков, утягивая меня за собой.
— Почему мы бежим? — удивилась я, когда закололо в боку от бега.
Они резко остановились и фыркнули:
— Ведьма!
— Ну и что, что ведьма? — обиделась я.
— Да ничего, просто вы не тренированные. Хуже вас только бытовики и менталисты, — пояснил Винтон. — Мы вовсе не бежали, мы просто быстро шли, как привыкли на тренировках.
— Если вы бугаи, — буркнула я, — это не значит, что все вокруг такие. Сказали бы сразу, я бы на метле полетела!
— У тебя нет разрешения на полеты! — сразу напомнил Марек.
— Так это в Академии нет!
— А за пределами тем более летать нельзя, пока экзамен не сдашь! — неожиданно жестко сказал вампир.
— Мы пойдем медленно, — успокаивающим тоном сказал шатен, — просто говори, если не успеваешь.
— А что не так с полетами? — подозрительно спросила я.
— У нас так друг… пострадал сильно. Выпил и решил до Академии на телеге левитировать.
Я закашлялась от неожиданности.
— Это ж сколько силы надо, чтобы телегу поднять?
— Телегу он поднял, — вздохнул Марек, — а про лошадь забыл! И эта скотина свалилась ему на голову. Короче, он уже полгода в лекарском крыле лежит, и неизвестно, когда выйдет. Переломанный весь.
Я только вздохнула:
— Ладно, я поняла. Идемте, только медленно!
И мы уже неспешно двинулись в лабиринте улочек.
ГЛАВА 7
Я шла, разглядывая витрины лавочек, любуясь архитектурными деталями. Недавно на лекториуме по обережным символам в быту нам рассказали о том, что все эти карнизики, горгульи, плачущие маски, многослойные украшения окон и дверей – все это тоже обережные символы. Просто они такие древние, что никто не помнит их значения, и воспроизводят их на домах, как часть традиционной архитектуры. А ведь окно, например – это разрыв в полотне стены, уязвимое место! Вот его и прикрывают “кругами” из бордюров, “клыками” из выступающего кирпича или даже венками из обережных растений, выписанных яркими красками.
Поскольку Тильдер – город многонациональный, и в нем осели выходцы из разных миров, дома сильно отличались один от другого.
Были тут и общины, и улицы, названные в честь мира или расы. Но в основном все жили как получится. Маги жестоко наказывали любое проявление расовой нетерпимости, а количество миров сводило на нет все попытки как-то обособиться.
Размышляя об этом, я молча дошла за парнями до чистенькой таверны. Они помялись на пороге и попросили меня не заходить. Мол, заведение для боевиков, если они придут с одной девчонкой на двоих – шуток не оберешься.
Я фыркнула, но согласилась подождать на улице.
— Только вы мне хоть сбитня купите, зябко!
Парни дружно пообещали и нырнули в пахнущее мясной похлебкой тепло, а я от нечего делать принялась рассматривать соседнее заведение. Даже через стекло нагло заглянула! И не поверила своим глазам! В соседней кофейне сидела Айлира! Как?
Моя соседка по комнате в красивом платье сидела за столиком и с кем-то разговаривала! Как она вышла из Академии? С кем сидит за столиком, мягко улыбаясь?
Погибая от любопытства, я прижалась носом к стеклу, всматриваясь в полумрак маленького зала, освещенного только одинокими свечами на столиках. Почему-то собеседника моей подруги