Оглавление
ГЛАВА 1
Чтобы разобраться с происходящим, нужно запомнить три вещи:
Первая — любой женский коллектив похож либо на серпентарий, либо на курятник.
Вторая — все куры слушаются петуха. Если петух плохо справляется со своими задачами, его отправляют в суп, а хозяин покупает нового — молодого и более горластого самца.
Третья вещь — куда сложнее, если в женском коллективе змей оказывается больше, чем кур.
У змей нет иерархии, а значит, и держать под контролем их тоже сложнее.
С момента взрыва в «Дикой карте» прошла неделя, и все это время в особняке моего отца царил управляемый хаос.
Почему хаос — а потому, что мое право быть главной постоянно пытались оспорить. Тепличные цветочки прощупывали меня на слабину, то и дело доставляя уйму проблем — в то время, пока я пыталась решать одну, тут же нарисовывалась другая.
Почему все же управляемый? Потому что ни одна из неприятностей не возникала на пустом месте, чувствовалось опытное руководство.
— Зачем ты это делаешь? — спросила я, сидя в кресле отца в его бывшем кабинете.
Напротив меня в кресле вальяжно расселась Винзель, томно поглядывая из-под длиннющих ресниц.
Перед нами остывали две чашки свежесваренного кофе, его аромат витал в воздухе, перебивая приторный запах горелых тряпок.
Можно было бы предположить, что дом пытались поджечь враги, но это всего лишь одна из девиц, Клара, решила просушить белье над камином в гостиной. Додумалась она, разумеется, до этого не сама.
— А что я сделала? — притворно изумилась Марго. — Я только и делаю, что тебе помогаю. Не понимаю, к чему эти вопросы.
Я принялась загибать пальцы:
— Пожар в гостиной, два разбитых окна, скандал с молочником, а затем с лекарем, которого удалось выписать для Мэри.
Винзель фыркнула, будто норовистая лошадь.
— Этот дешевый шарлатан даже не маг, как он может называться лекарем?
— Ключевое слово «не маг», — парировала я. — И да, он не берет много денег, ты же видишь, в каком мы положении. У меня нет доступа к отцовским счетам, поэтому нужно экономить.
— Не пришлось бы, открой ты «Карту» заново, — промурлыкала Винзель. — Может, здание и разрушено, но этот дом огромен, а мы не занимаем даже его половины. Деньги бы полились рекой.
— Да ты что? — саркастично удивилась я. — А тебе не напомнить, что случилось с двумя нейтрализаторами после взрыва в «Карте»? А с отрядом пожарных? Их не нашли. И я не могу рисковать повторно, пренебрегая мерами безопасности ради быстрых денег.
— Мой отец выделил охрану, этот дом сейчас — самое безопасное место в столице, — продолжала гнуть свою линию Винзель.
И я откинулась на спинку кресла.
Тяжело убедить в своей правоте ту, кто априори считает себя правой.
Кто же спорит.
Когда король узнал, что незаконную дочурку едва не похоронило под завалами клуба, он пришел в такую ярость, что обещал не просто найти зачинщиков взрыва, но и покарать их едва ли не без суда и следствия.
По крайней мере, именно так пересказал мне присланный от королевского двора чиновник в очках. Он говорил, как благодарен король, что я решила принять на себя всю заботу о девушках из «Дикой карты» и приютила их в собственном доме, и даже пообещал мне преференции и помощь с банковскими проблемами (да-да, в королевском дворе уже были в курсе). В качестве жеста доброй воли для охраны особняка был даже выделен отряд из сотни гвардейцев, которые теперь постоянно курсировали по периметру дома и в окрестностях сада.
Этот же чиновник передал мне письмо с королевской печатью и посоветовал его сжечь после прочтения, а далее, откланявшись, ушел.
В письме, как я и предположила, все было уже не столь радужно и оптимистично.
Мне в красках пообещали, что моя тушка окажется на плахе, если с головы Винзель упадет хоть волосок. И что на текущий момент все, что меня спасло от сей участи, — это счастливая случайность, дар моего отца, который даже королю не хотелось бы потерять, а так как я потенциальная наследница, мне, так и быть, дают второй шанс на решение проблемы со вторым завещанием, а дальше либо быстро принимаю дар в Совете по контролю, либо меня найдут даже под землей.
А пока, так и быть, гвардейцы будут охранять дом или меня, чтобы не сбежала.
С тех пор прошла неделя, и, как мне и думалось раньше, обещания решить проблемы с банком оказались лишь обещаниями. Денег как не было, так и нет.
И да, разумеется, письмо я не сожгла.
А вот проблем появлялось все больше, причем опять же из-за королевской дочери.
— А если я скажу, что твой отец голову с меня снимет, если я открою в доме «притон»? — Я пыталась найти новые аргументы в этом разговоре. — Король тебя любит и хочет твоей безопасности.
Марго расхохоталась.
— Любит? Смешно! — Она ткнула тонким изящным пальцем в белоснежного кота, который теперь постоянно бродил по дому, и наткнуться на него можно было в самых непредсказуемых местах. Сейчас он мирно спал на подоконнике, подставляя под солнышко пузо и мохнатые бубенчики. Даже странно, что вначале я решила, будто это кошка. — Вот Пушок меня любит, а отец использует.
Я тяжело вздохнула и все же решила, что Винзель стоит прочесть то письмо. Вероятно, стоило показать ей его раньше, но в тот момент я посчитала, что это будет демонстрацией слабости с моей стороны, будто я жалуюсь. Сейчас же это была «тактика».
— Возможно, наши отцы в этом похожи: и тебя, и меня растили, чтобы использовать. — Я открыла ящик стола и протянула Винзель письмо, которое зарыла среди прочих бумаг. Ведь если хочешь что-то спрятать, положи на самом виду и никогда не закрывай на замок. — Прочти, своему отцу ты очень нужна.
Марго прошлась равнодушным взглядом по строчкам, чему-то усмехнулась про себя, а после отдала послание обратно мне.
— Ну конечно же, я ему очень нужна. У него есть официальная мегера-жена, один подающий надежды скотина-сын — и я в качестве альтернативы и устрашения для этих двоих. Если королевская пятка моего отца зачешется, то престол можно и мне отдать. Не скажу, что я рассматриваю перспективу стать королевой с полной серьезностью, но мой братец с радостью бы меня придушил собственными руками, просто чтобы спать спокойно. Он, кстати, пытался как-то меня убить.
— Принц?!
Винзель кивнула.
— Гаденыш. Приехал в клуб под видом, что желает поиграть в рулетку. Если бы не Пушок, я бы тут не сидела. Возможно, сам Господь послал мне этого кота, до сих пор не понимаю, как животное оказалось в клубе. В ту ночь он накинулся на братца и исполосовал ему все лицо. Так что не верь в россказни, что принц подрался на дуэли, защищая честь какой-то герцогини. Он позорно бежал от котенка.
Словно понимая, что речь о нем, кот широко зевнул, оголяя длиннющие зубы.
— И после этого ты хочешь, чтобы я открыла клуб? — переварив эту историю, спросила я. — Никакие деньги этого не стоят.
— Деньги стоят, — парировала Винзель. — А еще свидетели и слухи, которые будут ползти по городу. Это тоже часть нашей безопасности, твой отец это понимал.
— А я нет, — честно призналась, борясь с единственным желанием — устало опустить голову на ладони. — Отец мог обеспечивать вам безопасность как нейтрализатор. А я не могу. У отца были деньги — у меня их нет. Все, что мне доступно сейчас, — это дать вам эти стены, и, несмотря на угрозы, мне приходится быть благодарной твоему отцу за гвардейцев. Даже такая охрана лучше, чем ничего.
— Если завтра мой отец умрет и власть юридически перейдет к моему брату, эти гвардейцы получат новый приказ и перережут тут всех. Меня, — Винзель принялась загибать пальцы, — Роксану, которая сейчас беременна от бургомистра. Лиру, Миранду, Фейзин, Клару — могу продолжать дальше. Перед этим, скорее всего, изнасилуют, возможно, не один раз. И неважно, кто мы — дочери, сестры, матери или любовницы — от нас избавятся. От тебя, к слову, тоже, и никто об этом не узнает. Ведь мы закрыты в этом доме как в тюрьме. Вот еще одна причина для открытия «Карты». Тут должны быть люди, всегда. Много людей, а мы должны быть у них на виду. Пусть сюда приезжают богатеи со своей охраной, пусть устраивают драки, машут кулаками, трогают доступных девиц. Но даже так будет безопаснее, чем сейчас.
— У них уже есть «Бешеная ладья» для этого, — напомнила я, вспоминая вора-метаморфа, который разбил стекло в кабинете и на память о себе оставил только обрывки платья.
— Но в «Бешеной ладье» нет нас, — коварно улыбнулась Марго. — Я слышала про этого Гамбита. Выходец из низов, достигший многого и упершийся в свой потолок. Он мечтает попасть в высшую лигу, но туда закрыты двери для таких, как он. Мы бы его сделали. Плебей!
Она пренебрежительно кинула это слово, будто ноги вытерла. Я же вспомнила повадки этого типа при нашей единственной встрече.
Нет, он далеко не плебей.
Он хитер, напорист и изворотлив. А еще у него два дара, что уже говорит о непростом происхождении.
И в отличие от меня, он точно знал, что лежало в сове, и не просто так охотился за камушками из тайника, загадка которых так пока и не была раскрыта.
В дверь неожиданно постучали, прерывая мои размышления.
— Войдите! — отозвалась я.
В кабинет заглянул поваренок Грегори. Завидев Винзель, он рассыпался в извинениях, рассказывая, что служанка Мира так занята и ему пришлось нарушить все мыслимые и немыслимые правила, чтобы явиться сюда.
Он принялся почтительно раскланиваться перед Марго, при этом не отрывая от нее по-юношески влюбленного взгляда, едва слюнями на пол не капая.
— Зачем пришел? — одернула повара я, и только после этого он будто вспомнил, зачем вообще сюда явился.
— Вам тут я написал... мирель Новицки, — произнес паренек, запинаясь, и протянул сложенный вдвое листок.
Под любопытным взглядом Винзель я развернула послание, прошлась взглядом по всего двум строкам.
Неожиданно.
Или на ловца и зверь бежит...
Я подняла взгляд на поваренка, сурово глядя на него:
— И когда ты собирался сказать, что вся мука непригодна?
— Я не думал, что в доме будет столько нахле... рассчитывал, что хватит пригодных остатков.
— А если будут еще люди? — подсказала я. — И сколько запасов вообще осталось?
Глядя на эту разборку, Винзель мазнула по нам скучным взглядом.
— Пожалуй, я пойду. — Она поднялась с кресла, подошла к подоконнику, подхватила Пушка и вышла.
Ее шаги звучали в коридоре, затихая, а я в это время сверлила взглядом поваренка, чей вид из затравленного буквально на глазах преображался в наглый и задиристый.
ГЛАВА 2
— В этот раз не в платье... — наконец-то произнесла я. — Отрадно знать, что это не становится вашей привычкой.
— В платье неудобно выпрыгивать из окна, — без особых предисловий ответил мне мужчина все еще с лицом Грегори, но уже с другим, более твердым и властным голосом. — Но мне нравится, как вы придумываете легенды на ходу, Ева. Про «муку» было неплохо.
— Вы пришли выдать мне очередной сомнительный комплимент? — ответила вопросом я и постучала пальцем по листку с запиской, где метаморф открыто пригласил меня на важный разговор здесь и сейчас. — Или решили своровать у меня очередное чуч