Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1. МЕЧТЫ ВОПЛОЩАЮТСЯ В РЕАЛЬНОСТЬ
- ГЛАВА 2. НОВЫЙ УЧАСТНИК
- ГЛАВА 3. НЕ МОГУ ТЕБЯ ПОТЕРЯТЬ
АННОТАЦИЯ
Мечта о создании рок-группы прочно поселилась в мыслях Романа Корсакова и его друзей детства. Парни не отказываются от нее даже тогда, когда вместо музыкального училища попадают в армию.
Достичь Олимпа непросто, а поддерживать имидж смутьяна еще сложнее, особенно, когда встречаешь ту самую женщину.
ГЛАВА 1. МЕЧТЫ ВОПЛОЩАЮТСЯ В РЕАЛЬНОСТЬ
Будем как Солнце! Забудем о том,
Кто нас ведет по пути золотому,
Будем лишь помнить, что вечно к иному,
К новому, к сильному, к доброму, к злому,
Ярко стремимся мы в сне золотом.
Будем молиться всегда неземному,
В нашем хотеньи земном!
К.Д. Бальмонт
Афиша
Вокалист − Роман Корсаков
Клавишник − Кирилл Елисеев
Бас-гитарист − Савелий Скворцов
Ритм-гитара – Ефим Струков
Барабанщик − Олег Горячев
− Ром, сдалась тебе эта девчонка. Все равно продинамит. Пойдем лучше в «Мелодию». Катюха звонила.
− Привезли?
− Да.
Катя, старшая сестра Савелия, работает в магазине музыкальных инструментов и всегда сообщает нам о новых поступлениях.
− Идем, − решил я, что друг прав насчет Соньки. – Кирилла зовем?
− Ты что? – засмеялся Савелий. – Чтоб Кир пропустил литературу?
Хмыкнул. Кирилл, единственный из нашей троицы, кто любит читать. Можно сказать, он не расстается с книжкой. И это при том, что считается одним из самых отпетых хулиганов в школе. Наряду со мной, конечно. Савелий самый приличный из нас. Во всяком случае, так говорят учителя. На самом деле, он просто умеет притворяться, делать виноватое лицо и не спорить со старшими.
− Так и знала, что уроки прогуляете и примчитесь, − заворчала Катя, когда мы нарисовались в «Мелодии».
− Сама виновата. Могла ведь позже позвонить.
− Чтобы ты потом меня живьем съел?
Такие пикировки между братом и сестрой были обычным делом.
Я и Савелий вместе с самого детского сада. Кир присоединился к нам уже в школе. И к концу десятого класса наша дружба также крепка, как и в начальной школе. Дома, на моем письменном столе, две фотографии в рамках. На одной, трое малолеток первоклассников в синих пиджаках обнимают друг друга за плечи. На другой, те же парни, только уже подросшие и в обычных футболках. Эта, вторая фотография, сделана пару месяцев назад на футбольном стадионе. Мы ярые болельщики питерского «Зенита». На обоих снимках нас несложно опознать. Худощавый и хорошенький, словно девчонка, блондин Кирилл, высокий Савелий, с настолько смуглой кожей и черными непослушными кудрями, что его иногда принимают за иностранца и я, коренастый шатен с взъерошенной прической.
− Что скажете? – спрашивает Катя после того, как мы уже с полчаса зависаем у стены, на которой развешаны новенькие гитары.
− Я бы не отказался вот от этой, − горят глаза у Савелия при виде полуакустической четырехструнной бас-гитары.
− Она же светлая. Не практичная, – удивляется Катя.
– Гитара из светлой древесины обычно звучит ярче темной, − просвещает сестру Савелий.
– Ром, ну а ты? – смотрит на меня Катерина.
− Предпочитаю те, что со струнами потолще. Но сегодня таких не привезли.
Мы еще какое-то время изучаем гитары, мечтая, когда же наконец сможем позволить себе купить одну из них.
− У меня обед. Могу поделиться супом, − предложила Катя.
− А на второе что? – прищурился Савелий.
− Даже не думай! Гуляш съем сама. Мама каждому по порции сделала. Топай домой и там ешь.
− Суп тоже сойдет, − подмигнул я другу.
Мы направились в подсобное помещение, где уже не раз бывали, и где была обустроена небольшая кухня для сотрудников магазина. Катя отошла к микроволновой печи, разогреть принесенную из дома еду. Воспользовавшись тем, что она не смотрит, залезли с Савелием в холодильник и взяли для себя два чужих контейнера.
− Картошка с котлетами, − похвастался друг.
− Макароны по-флотски, − снял я бледно-розовую крышку с пластиковой тары.
− Что это вы делаете?! – возмутилась девчонка.
Брат с сестрой совсем не похожи внешне. Мне иногда казалось, что, кто-то один из них, либо миниатюрная двадцатилетняя Катя с коротко-стриженным ежиком каштановых волос, либо Савелий, подкидыш в семье Скворцовых.
− Не верещи. А то на твои крики прибежит кто-нибудь, поймает нас с поличным, − поморщился друг.
− Это же воровство! – не успокаивалась его сеструха.
− Кать, − вступил я в их перепалку, − мы два здоровых парня, у нас молодой растущий организм, который требует еды. Никто и не узнает, что это мы съели. А на тебя не подумают. Вон ты какая стройная, сразу видно, за фигурой следишь и лишние котлеты есть точно не будешь.
Я заметил, что с некоторых пор, сестра Савелия стала флиртовать со мной. И сейчас, сверлил ее самым проникновенным взглядом.
− Черт с вами, − махнула она рукой, − только ешьте быстрее.
− Ром, надеюсь, ты не собираешься с Катюхой мутить? – обеспокоился Скворец, когда мы уже убрались из «Мелодии» и спешили на занятия в музыкалку.
− Не волнуйся. Твоя сестра для меня табу.
Музыкалкой все называли местную музыкальную школу, где я, Савелий и Кирилл обучаемся с пятого класса. Наверное, именно благодаря ей, мы не стали совсем уж безнадежной городской шпаной.
В конце четвертого класса в нашу школу пожаловала комиссия из музыкалки, и в актовом зале устроили прослушивание, как пояснили ученикам, для выявления талантов. Нам было пофиг. Все лучше, чем слушать очередной скучный урок.
− Роман Корсаков, ждем тебя в начале следующего учебного года. Твой вокал превосходен, но требует огранки, − вынесла мне вердикт комиссия.
− Кир, что такое вокал? – спросил я друга после того, как покинул актовый зал.
В сентябре наша троица ступила на порог музыкальной школы. Помимо занятий вокалом, я вместе с Савелием записался в класс гитары. В последующем, Савелий целенаправленно начнет овладевать бас-гитарой, а я ритм-гитарой. Кирилла записали в класс фортепиано, где после обычного пианино, он стал постигать премудрости игры на синтезаторе.
Важным являлось то, что обучение оказалось бесплатным. Как мы узнали позже, все благодаря тому, что нас отобрали по программе поиска талантливых детей. Программу оплачивали из фонда городской администрации. Большинство же детей и подростков учились в музыкалке на платной основе.
− Опаздываете, − поджидал Кир на крыльце.
Уже втроем ввалились внутрь здания, в который раз наблюдая неодобрительный взгляд деда вахтера, и разбрелись по своим классам.
− Ром, ко мне Соня после уроков подходила, про тебя спрашивала, − сообщил Кирилл, когда занятия закончились.
− Надо же. А я думал, не придет она.
Соня училась в одиннадцатом классе и считалась самой красивой девочкой старшей школы. Я знал, что она тусуется со взрослыми парнями, и пригласил ее встретиться после уроков лишь из спортивного интереса.
− Может в боулинг? – предложил Савелий.
− Денег нет, − отозвался Кир.
− У меня тоже карманы пусты.
− Зато у меня есть! – продемонстрировал несколько мятых купюр Савелий.
− Откуда? – с подозрением уставились мы на него.
− У сеструхи стащил.
− Ну, Скворец, ты даешь, − возмутился Кир.
Впрочем, его возмущение было больше показным. Ведь на этот вечер появились деньги не только на игру, но и на кружку пива для каждого. Нам еще не исполнилось восемнадцать, но выглядели мы вполне взросло, так что документов у нас не попросили.
В боулинг-клубе отлично провели время, раскрутив молоденькую администраторшу на дополнительный бесплатный раунд из десяти фреймов. Кир сделал несколько страйков подряд, возгордился и стал изображать из себя крутого парня. На подъемной волне он подкатил к девчонке администратору. Но та его отшила. Мы ржали, друг обижался, но потом присоединился к общему веселью.
Домой я попал к десяти вечера.
− Есть будешь? – спросила мама.
Она вышла из своей комнаты в старом выцветшем халате и рваных тапках.
− Конечно, − поцеловал я ее в щеку.
− Ты что, пил?
− Мам, всего одну кружку пива.
− Рома, вчера твоя классная руководительница звонила. Проводила со мной беседу на тему воспитания. Называла тебя трудным подростком.
Засмеялся.
− Совсем недавно она говорила, что я вундеркинд.
Когда кто-то из учителей в школе впервые назвал меня вундеркиндом, я обиделся. Решил, что это слово ругательное.
− Сынок, на носу экзамены.
− Мам, не начинай.
Насчет экзаменов я совсем не парился. Хотя и прогуливал большинство уроков, мне достаточно было прочесть учебник от корки до корки, чтобы закрыть все свои неуды и сдать итоговые контрольные.
− Как успехи в музыкальной школе? – спросила мама, накладывая в мою тарелку еду.
− Разучиваю игру совместного применения ударов рукой с медиатором.
− Сложно?
− Сейчас уже не так, как поначалу, – сел я за стол.
Ужин выглядел скромно. Гречневая крупа с мелко порезанным куриным мясом. Денег в нашей маленькой семье катастрофически не хватает. Отца мама выгнала много лет назад. «Недоразумение, а не мужик. Какой от него прок», − говорила она. В принципе, я с ней согласен. Мой отец любит философствовать, но не любит работать. Мы иногда встречаемся, и каждая встреча оборачивается тем, что я стараюсь побыстрее удрать, раздавленный его морализаторством.
Мама пыталась строить новые отношения. Не удалось. Последний кавалер набрал на ее имя кредитов и скрылся в неизвестном направлении. Она работает на почте и пытается справляться с коммунальными платежами, обеспечением нас продуктами питания и выплатами по чужим долгам. Мама откладывала деньги на покупку домика у моря. С мечтой пришлось расстаться. Накопленные средства быстро закончились.
Мы с парнями пытались искать какие-то подработки, но школьников никуда не брали. Лишь в этом году, когда нам исполнилось по семнадцать лет, в службе занятости кое-что предложили. Так, я и Кир заполучили работу на несколько часов в неделю в детском развлекательном центре, присматривать за детьми, пока их родители совершали шопинг по торговому комплексу. Савелий на эту работу не прошел по внешним данным. − «Мы принимаем только русских», − отрезал администратор, не желая считаться с его документами, где в графе национальность четко указывалось: русский. Поэтому, пока я и Кир пасли мелюзгу, Скворец раскладывал рекламные буклеты, газеты и объявления по тем адресам, что ему выдавали в службе занятости.
− Ромчик, нехорошо девушку приглашать на свидание и не являться, − подплыла ко мне Соня на следующий день.
Шла перемена между уроками, и мы с парнями решали, чем, помимо работы, займемся в предстоящие выходные.
− Прости, Сонечка. Меня срочно вызвали на работу, − набивал я себе цену. – Разве Кирилл тебе не сказал?
Друг кинул на меня возмущенный взгляд. Слегка пнул его под коленку.
− Сонь, Ромка предпочел тебе гитару, − сдал он меня.
− Вот как? – изогнула изящную бровь красавица.
− Не слушай его, он врет. Ты ведь дашь мне возможность реабилитироваться?
− Так и быть, − проявила она благосклонность. – Сводишь меня сегодня в кафе «Миал». В восемь вечера встретимся у входа.
− Сонь, я работаю до восьми. Давай, в восемь пятнадцать?
Кафе «Миал» располагалось неподалеку от торгового комплекса, где в детском центре р