Купить

Ужасная невеста. Лика Пейрак

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Приехав из деревни в столицу в поисках отца, Ольга по случайности оказывается в стриптиз-клубе и там знакомится с мажором Андреем. Отец устав от гулянок сына, лишает его денег, и парень просится пожить у Ольги.

   Сможет ли обычная девчонка, перевоспитать заносчивого мажора?

   Но Андрею, быстро надоедает жить в таких условиях и он предлагает Ольге другой план, притвориться его невестой, чтобы позлить отца. Ведь что может быть хуже для богатой семьи, чем невежественная невестка из деревни, да ещё и стриптизёрша.

   Андрей и Ольга, пройдут нелёгкий путь от ненависти до любви. Их ждут, предательства, подлости, интриги, но и курьёзных ситуаций будет немало.

   Но остаётся главное, сможет ли Ольга отыскать не только своего отца, но и родственников матери. Кем окажется Ольга на самом деле?

   Возможно, теперь Андрей неподходящая для неё партия?

   

ГЛАВА 1

Деревня Дубки

   

    Декабрь выдался снежным и морозным, зима показывала свой суровый характер, столбик термометра стремительно падал вниз. Снег завалил дороги, белым покровом, и тропинки стали непроходимыми, переступая через сугробы уставшая Ольга добралась до дома, толкнув замёрзшую калитку, протиснулась во двор, проход к дому также завалило. Кинув взгляд на лопату, стоявшую возле сарая, девушка глубоко вздохнула.

    — Нет, не сейчас, — пронеслось в голове. Сегодня и так выдался тяжёлый день. Гостей они всё равно не ждут, так что уборку снега можно оставить на завтра, а сейчас ещё нужно приготовить ужин для бабули.

    — Я дома! — крикнула девушка, войдя в помещение и снимая на ходу тулуп.

    — Ба, ты где?

    — Да, тут я в гостиной, — раздался ответ.

    Девушка поспешила на голос, зайдя в комнату и растирая покрасневшие замершие руки.

    — Как ты себя чувствуешь? — спросила она, подходя к женщине и присаживаясь возле неё.

    Та, отложив вязание и взяв в ладони ледяные руки внучки, начала их растирать.

    — Опять без перчаток шастаешь, — проговорила она, вместо ответа.

    — Не люблю их, — отмахнулась девушка. — Ну так как самочувствие? Ничего не болит? Таблетки принимала?

    Лидия Фёдоровна, глубоко вздохнула:

    — Да, что со мной будет.

    И на вопросительный взгляд внучки проворчала:

    — Принимала я таблетки.

    — Ну вот и чудненько, — проговорила девушка вставая. — Есть хочешь? Я сейчас собираюсь макароны по-флотски по-быстренькому приготовить. И пирог на завтра, на работу испечь, хочу угостить всех в честь дня рождения.

    — Нет, есть не хочу. Завари как мне чаю, попью и пойду прилягу пораньше.

    — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Ольга.

    — Это просто старость, давление, не переживай.

    — Ну хорошо, я сейчас вернусь.

    Девушка прошла на кухню, поставила чайник, включила радио, отнесла бабушке чай и начала готовить ужин, тихонько подпевая исполнителю.

    Через пару часов, когда всё было готово, она достала пирог из старенькой духовки, и уже собиралась идти спать, как услышала скрип открывающейся двери. Кинув взгляд на часы, стрелки которых показывали начало одиннадцатого, она нахмурилась, и пройдя к двери осторожно выглянула в коридор. Там отряхиваясь от снега, и что-то бурча под нос, стояла её тётя.

    — Фух, — выдохнула Ольга, проходя вперёд. — Тёть Галь, ты меня напугала. Ты чего так поздно?

    Женщина подняла усталый взгляд:

    — Поговорить хочу. Мама спит?

    — Спит, — кивнула Ольга. — Тёть Галь, не пугай меня, что случилось?

    — Да, ничего не случилось, успокойся ты, — махнула она рукой. — Пойдём, налей горяченького, что ли, а то продрогла вся, пока до вас добралась. Вон весь снег в ботинки собрала, промокли до нитки. Ты чего вообще не чистишь?

    — Чищу, просто времени совсем мало, я ж ухожу ни свет ни заря, и возвращаюсь затемно, сегодня уже сил совсем не осталось — пыталась оправдаться девушка. — И вообще, я на завтра отложила, мы сегодня уже никого и не ждали. Ой, сейчас погоди, — спохватилась она. — Я тебе сейчас, тёплые носки принесу, и ботинки к печке поставлю.

    — Да, не суетись ты, — пробурчала Галина. — Я тебе не бабушка, за мной не нужно ухаживать, ты чайку налей и садись, поговорим.

    Ольга, налив кипяток в заварочный чайник, присела напротив тёти:

    — Будешь пирог? — предложила она. — Я два испекла, завтра проставиться на работе хочу.

    — Нет, — покачала та головой. — Я, можно сказать, из-за твоего дня рождения и пришла.

    Галина, сделала паузу, словно собираясь с мыслями:

    — Завтра твоё совершеннолетие, совсем взрослая уже стала, — заговорила она, а на глазах выступили слёзы.

    — Эй, ты чего? — взяла Ольга тётю за руки. — Ну подумаешь, день рождения, оно и в прошлом году было, расскажи уже, зачем пришла, ты меня пугаешь.

    — В город тебе надо ехать.

    — В Зубровку? — не поняла девушка. — Так я послезавтра на учёбу туда еду, купить что-то нужно?

    Женщина глубоко вздохнула:

    — Да не в Зубровку, в Москву!

    — В Москву? — удивлённо переспросила Ольга. Зачем мне в Москву? Что я там делать-то буду?

    — Работать.

    — Так, я и здесь работаю, на заводе, чем не работа, да и опыта пока учусь, набираюсь.

    — Какой опыт в этой захудалой столовке, — хмыкнула Галя. Одна гречка с тушёнкой, да макароны с сосисками готовите. А тебе действительно, нужно опыта набираться, у тебя вон талант, — кивнула она на пирог, украшенный идеально ровным узором и розочками из теста. — Я же знаю, какие ты шедевры можешь вот этими ручками создавать, а прозябаешь здесь, молодость свою губишь.

    — Тёть Галь, да ничего я не гублю, и потом какой талант? Вы же знаете, что это от безысходности, из двух зол выбрала меньшее, либо на линию вставать, или в столовку идти. Но в столовке-то по шесть часов работы, да и когда-никогда пораньше могут отпустить, а на линии по двенадцать. Кто за бабушкой приглядывать будет пока, меня нет? И потом, я же учусь ещё, мне год всего остался.

    — В ПТУ своём? И многому ты там научилась? Ты сама больше вон по книгам, и бабушкиным рецептам узнала. Тебе в институт нужно поступать, ну или работу в каком хорошем ресторане, а там и опыт, и зарплата хорошая, может, и курсы потом, какие кулинарные найдёшь, там же возможностей больше. А здесь что? Даже интернет, и тот не ловит.

    Ольга нахмурилась:

    — Не понимаю я, какая муха тебя укусила? Всё же хорошо, я учусь, работаю. И самое главное, за бабушкой приглядываю, ей после болезни лекарство нужно принимать, а она забывает постоянно.

    — Вот именно лекарство! А сколько оно стоит? Я, что не знаю, что ты почти всю свою зарплату на них спускаешь. Ты сама-то себе давно что-то покупала?

    — А мне и не нужно ничего, главное, чтобы бабушка поскорее выздоровела.

    — Это продолжается уже год, — выдохнула Галя. — Как ушла из жизни твоя мама, так бабуля и слегла. А ты тащишь всё на себе, дом, работа, учёба, девчонка ещё совсем.

    — Не драматизируй, ты же тоже помогаешь. Я вообще не понимаю к чему весь этот разговор. Ну куда я поеду? Кто меня в институт возьмёт, там деньги знаешь, какие нужны? А на работу? Без опыта, в ресторан, там же требования у них какие завышенные, мне, если честно, даже страшно в такие рестораны заходить. Да и жить я где буду? Ой, всё, — махнула она рукой и улыбнулась. — Ну и повеселила ты меня на ночь глядя. И стоило ради этого так поздно идти, я же знаю у тебя тоже дел по горло, и вставать завтра рано.

    — Погоди, ты, это ещё не всё. Как раз по поводу работы и жилья. Я сегодня на смене, с Лилькой разговорилась, она своей дочкой Машкой, хвалилась. Помнишь её? Она на пару лет старше, тебя, но вы в одной школе учились?

    — Конечно, помню, — кивнула девушка.

    — Ну, так вот. Она как школу закончила, сразу в Москву и рванула, там работу хорошую нашла в каком-то ресторане, и вот на днях звонила, хвасталась, что квартиру себе купила.

    — Квартиру, — повторила девушка восхищённо. — Ничего себе, какая молодец.

    — Вот, вот… квартиру, — приподняв брови и покачав головой, продолжала Галя. А у тебя вот всё оправдания: кто её возьмёт… зайти ей страшно…

    — Ну а если и страшно, то, что с того? — насупилась девушка. Машка, всегда бойкая девчонка была, раскованная, все парни вон из деревни за ней бегали. И потом не забывай, мама долго болела, а после её смерти, и бабушка слегла, как я их оставить могла.

    — Ну, не обижайся, — ласково проговорила тётя. — Я не в чём тебя и не обвиняю, знаю, как тебе несладко пришлось. Милая, я же, наоборот, помочь хочу, как лучше. Бабушке лекарства нужны, ты и сама знаешь, сколько они стоят, а там и зарплаты выше, от тебя так больше пользы будет, ты всё равно на работе целый день, а вечерами вместо того, чтобы отдыхать вон готовкой, да домом занимаешься. Я мать свою, к себе заберу, ты не переживай, поживёт у меня, я присмотрю. А ты поезжай, будешь нам деньги присылать.

    — Не знаю, — покачала головой девушка. Всё так неожиданно, нужно подумать, с бабушкой поговорить.

    — Она так же, как и я, желает тебе только лучшего, и поддержит меня. «Вот», — достала женщина конверт и протянула Ольге. — Тут деньги на дорогу, и так на первое время.

    — Не нужно, — хотела отказаться девушка.

    — Бери и не спорь со мной, тебе нужнее, потом отдашь. Ой, самое главное то не сказала. Лилька по моей просьбе позвонила Машке и всё разузнала. Та не против устроить тебя к себе на работу, и первое время можешь у неё пожить, она как раз сейчас со съёмной в свою новую квартиру переезжает, а эта оплачена на месяц вперёд. Так что она не против, если ты там поживёшь, как раз поможешь с переездом. А потом зарплату получишь, и сама себе уже жильё снимешь, ну или в этой останешься, если плата не сильно дорогая, этого я не знаю.

    — Хорошо, я подумаю, — проговорила девушка.

    — Ты подумай, но не тяни, в любом случае, если, что не получится, всегда можешь назад приехать. На заводе я договорюсь, всё-таки твой директор, мой бывший одноклассник, как-никак, навстречу пойдёт. Если что тебя обратно с радостью возьмут, где ещё такую, как ты в этом нашем захолустье найдут. А в ПТУ своём, академ возьми, на время, а там видно будет.

    Галина поднялась:

    — Всё мне пора, — проговорила она. — И ещё кое-что, — из кармана она достала письмо и протянула его девушке.

    — От кого оно? — спросила Ольга, повертев конверт без подписи в руках.

    — От твоей мамы…

    — Мамы? Но… откуда…

    — Она просила передать его тебе, как только ты закончишь обучение. Но больше эту тайну я держать в себе не могу. Надеюсь, то что ты прочтёшь, поможет тебе принять верное решение. И не держи на меня зла, за то, что не сказала раньше, это не моя тайна.

    Галина обняла девушку.

    — Но что бы ты в нём ни прочла, знай ты всё равно для меня самый родной человек.

    Слова тёти очень взволновали Ольгу. Что же там в этом письме такого, чего она не знала. Что мама могла от неё утаить? Ведь они всегда были очень близки, и девушке казалось, что между ними не было никаких секретов.

    Проводив тётю, она прошла к себе в комнату, и сев на постель, дрожащими руками вскрыла конверт.

   

***

Доченька, милая моя девочка, я хочу рассказать тебе всю правду. Прости меня, что не рассказала тебе раньше, да и это было так давно, и ничего бы не изменило. Сначала я ждала, пока ты подрастёшь. Но потом увидев, как ты искренне любишь своего отца Павла, и эту семью, которая приютила меня, я просто не смогла сделать тебе больно. А потом эта авария, что случилась с ним. Мне было очень больно и тяжело в то время.

    Павел, не твой биологический отец. Но это ничего не меняет, он любил тебя всем сердцем, как и любит тебя твоя бабушка и тётя.

    Мне было примерно столько же лет, сколько тебе, когда я попала сюда. К сожалению, точно сколько мне было, я не помню, я даже не помню какого числа у меня день рождения.

    Это было так давно… я попала в аварию и оказалась здесь в городской больнице, твой отец Павел, он был врачом и выходил меня, а потом привёз к себе. Я ничего не помнила, но была уже беременна, срок был совсем маленьким, и ты не пострадала. Уже потом, когда я немного окрепла, он показал мне вырезку из газеты, о страшной аварии на шоссе, машина, после столкновения взорвалась, а дальше свалилась с моста, и в ней, возможно, и были мои близкие. С кем я была, куда мы ехали, я не помню, я даже не представляю, как смогла выжить в этой аварии. Тела не смогли опознать, поэтому так и не удалось узнать кто же я на самом деле. Я очень хотела это, но меня никто не искал… и так я смирилась со своей участью. Павел любил меня, заботился обо мне, и я полюбила его в ответ, решив остаться здесь, а после родилась ты.

    Память, странная штука, я не знаю, почему именно сейчас через столько лет, но когда ты решила пойти учиться на повара и стала готовить, когда ты первый раз пришла домой в своей поварской форме, и хвасталась, крутилась передо мной, как она тебе идёт, воспоминания начали возвращаться ко мне. Не всё, только обрывки. В тот день я вспомнила его, он был в такой же белой поварской форме, и точно так же крутился передо мной, он был такой молодой, такой улыбчивый… мне кажется, это был твой отец. Гришка – так я называла его… и ресторан, наверно он работал там поваром, большая золотая вывеска, кажется, Амбассадор, так он назывался. Мои воспоминания обрывочны, к сожалению, больше ничего я так и не вспомнила, найти его не представлялось возможным, но сейчас, когда появился этот ваш интернет, я надеюсь, что возможно всё же есть шанс узнать хоть что-то. Я не пыталась искать его. Зачем? Ведь прошло уже восемнадцать лет, и у него давно другая жизнь, так же, как и у меня, и потом, может, я ошибаюсь. Просто я бы хотела, чтобы ты знала, что в этом мире у тебя есть родной человек. Я попросила Галю отдать тебе это письмо, когда ты станешь совершеннолетней, но только после того, как ты закончишь учиться. Я очень люблю тебя и хочу, чтобы ты была счастлива. Прости меня, если сможешь. В конверте медальон, это единственное, что у меня осталось от прошлой жизни, он очень старинный и, видимо, передавался в моей семье по наследству, теперь он твой, внутри фотография, наверное, моей бабушки, но там она совсем юная и Пашка говорил, что на фото вылитая я. Не думаю, что он как-то поможет тебе в поисках но, надеюсь, принесёт тебе удачу.

    Будь счастлива моя дорогая доченька, и помни я всегда рядом.

    С любовью мама.

    Слёзы катились по щекам Ольги, в это просто невозможно было поверить. Сколько лет мама скрывала от неё правду, но в чём-то она права, это бы всё равно ничего не изменило.

    Ох, мамочка, сколько всего тебе довелось пережить, папа, дед, бабушка, тётя Галя, они ей не родные, и они всё знали, но ничего не сказали ей.

    — Что же мне теперь делать? — прошептала Ольга.

    — Нет, её отец Паша, и все остальные, они всегда будут её семьёй, она здесь выросла и будет любить их, как прежде. А тот другой… Кто он? Нет! Он тоже не виноват… наверное… так сложились обстоятельства. Но почему он не искал маму? И знал ли он, что она была беременна? Где мне его искать? И нужно ли? — сразу всплыл другой вопрос. Мама не искала его, как она написала, у него другая жизнь. Он работал поваром… — мысли вертелись в голове у Ольги, сменяя одна другую. Вопросы, одни вопросы.

    Девушка достала из конверта медальон, и открыв взглянула на чёрно-белое фото. — И правда, — подумала она, — как будто это мама. — Я узнаю правду, по крайней мере, постараюсь, — прижав медальон к груди, прошептала она.

   

ГЛАВА 2

Москва. Коттеджный посёлок «Новая жизнь»

    Дверь с грохотом ударилась о стену, и в помещение ввалился молодой парень, он был явно навеселе. Облокотившись о косяк, он пытался снять с себя ботинки, но это у него выходило явно плохо.

    — Вот зараза, — проговорил он.

    На шум в коридор выбежала экономка.

    — Что случилось? — воскликнула она.

    Но увидев юношу, проговорила строгим голосом:

    — А, это вы молодой человек! Что-то вы сегодня рановато.

    — А тебе то, какое дело? — огрызнулся парень. — На вот, держи, приведи в порядок, — и он бросил ей под ноги свои ботинки.

    В ответ женщина лишь покачала головой, поднимая обувь и собираясь уходить.

    — Эй, я недоговорил, — крикнул он. — Пожрать мне сообрази по-быстренькому.

    — Хорошо, я накрою в столовой, — ответила женщина.

    Стащив с себя куртку и бросив её на пол, не совсем твёрдым шагом он прошёл в гостиную.

    — О, бабуля! Привет, — поприветствовал он пожилую женщину, сидевшую в кресле возле огромного камина. Подойдя, он поцеловал её в щеку.

    — Опять напился! — проворчала женщина. А ну, уйди не дыши на меня, а то так и самой опьянеть недолго. Я слышала, как ты разговаривал с Софией, так нельзя, ты должен проявлять уважение, она служит в нашем доме много лет…

    — Вот именно служит, — перебил парень. Она прислуга, и должна прислуживать, она, между прочим, за это деньги получает, и не маленькие.

    — А тебе то откуда знать, сколько она получает? — проговорила тоненьким голосом девочка лет десяти, сидящая неподалёку за столом, и до этого момента что-то увлечённо рисуя.

    — А это ты малявка!

    — Сам ты малявка!

    — Сколько раз тебе повторять ни лезь, когда взрослые разговаривают.

    В помещение зашёл мужчина, оглядев всех присутствующих, остановил взгляд на сыне:

    — И кто это у нас здесь взрослый? — строгим голосом спросил он.

    — Папа! Папа! Он меня опять малявкой обзывает! — кинулась девочка к отцу.

    Мужчина чуть приобнял девочку, поцеловал в макушку и проговорил:

    — Кирочка, беги к себе в комнату, мне с твоим братом нужно поговорить.

    — Андрей! — суровым голосом произнёс он, когда девочка скрылась за дверью. — Тебе ещё не надоело бухать? Посмотри на себя, в кого ты превратился! Ты на работе, когда последний раз был?

    — Ой, а тебе как будто есть до этого дело, — отмахнулся парень.

    — Представь себе есть! Мне за тебя стыдно, подумать только, сын владельца целой корпорации гуляка и пьяница.

    — Вот что тебя волнует! Что о тебе люди подумают! Тебе всегда было на нас плевать! Поэтому и мать от тебя свалила. А знаешь что? И правильно сделала, с тобой же просто невозможно разговаривать!

    — Ах ты щенок! — взвился мужчина, схватив парня за грудки и хорошенько встряхнув.

    — Владимир! — воскликнула женщина, сидящая в кресле, и до этого просто следящая за происходящим. — Мальчишке, конечно, не повредит взбучка, но, по-моему, ты перегибаешь!

    Мужчина шумно выдохнул, отпуская парня, а тот покачнувшись и сделав неуверенный шаг назад приземлился в кресло, при этом громко икнув.

    — Прости мама, — извинился мужчина. — Но ты только посмотри, в кого он превратился.

    На шум в гостиной вбежала женщина:

    — В чём дело? — воскликнула она. — Что за шум?

    — О, а вот и она, — развёл руками пьяный Андрей. — Явилась собственной персоной.

    — Не смей так разговаривать с матерью.

    — Она мне не мать! Это из-за неё наша настоящая мать ушла! А ты её кинул, из-за этой…

    — Хватит Андрей! — зарычал на того молодой парень, который тоже услышав шум поспешил в гостиную. — Ты не понимаешь, что несёшь, это говоришь не ты, а алкоголь в твоей крови.

    Он подошёл к парню и попытался поднять того за руку:

    — Пошли, я отведу тебя наверх, тебе надо протрезветь.

    — Да не трогай ты меня, — оттолкнул тот его руку. — Братец тоже мне. Я уже почти протрезвел, — и парень снова громко икнул.

    — Вы все тут лицемерные, — обвёл он присутствующих взглядом. Только одна видимость семьи, а на самом деле никому нет ни до кого дела.

    — Я больше этого в своём доме не потерплю! — взревел глава семейства. — А ну, вон отсюда, и чтобы я тебя сегодня не видел. Протрезвеешь, поговорим!

    — А о чём ты хочешь со мной поговорить, а? Ну что ты сделаешь?

    — Я говорю тебе, иди проспись. И чтобы послезавтра был на свадьбе, между прочим, твоего лучшего друга, и Виолетты. И ты будешь выглядеть достойно своего статуса и фамилии! Понял меня?

    — А-а-а, — протянул парень, — Виолетточка, подлая тварь, вот кто она!

    — Не смей так говорить о дочери одного из моих партнёров! Виолетта, замечательная девочка, и достойная партия, красивая, образованная! Это ты виноват, что упустил её!

    — Вот оказывается, что ты так взъелся на меня! Теперь я понимаю причину! Я-то удивляюсь, то не разговаривает со мной месяцами, а тут смотрите-ка, прорвало его. Решил в папочку поиграть! А не поздновато ли? А Виолетта твоя… образованная? — парень хохотнул. — Да она тупая как пробка, и падкая на бабки! Всем им бабам только одно нужно!

    — Андрей хватит, — попытался урезонить его брат.

    — Нет уж, я договорю! А Кирюху она не любит, ясно! Она меня любит, но ещё больше бабки. И когда она поняла, что я жениться на ней не собираюсь, быстренько к нему переметнулась. Нет, ну он тоже хорош! Я ж ему говорил, какая она, а он так же, как и ты дорогой папочка, не хочет видеть дальше своего носа.






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

149,00 руб Купить