Оглавление
АННОТАЦИЯ
Говорят, чтобы проститься с прошлым, нужно начать всё с чистого листа. Вот только как это сделать, если всё страницы безжалостно склеились, а прошлое не желает отпускать?
Теперь с одной страницы мне безмятежно и ласково улыбается Ланвен, которому я по глупости дала надежду, со второй же скалятся люто-волки, чье рычание до сих пор преследует меня в кошмарах. А когда собственное сердце предательски екает при виде разворота с изображением того, кто позволил называть себя Кэсом, начать новую жизнь совсем непросто.
И пока я листаю альбом собственной жизни, тщетно вырывая из переплёта исписанные дочерна листы, над Лейнсборо неумолимо сгущаются тучи
ГЛАВА 1
«Добро пожаловать в твой новый дом!»
Кэссиэн проводил меня в гостевую комнату, занес чемодан и ушел за горничной, а его веселая, произнесенная с нарочитым пафосом фраза продолжала звучать в голове.
Честно признать, до последнего я сама не верила, что действительно сделала это. Мне все казалось, что вот сейчас родители выскочат на улицу и остановят нас, или внезапно вернется лорд Норфлок. Или вовсе очередная молния ударит прямо перед ногами.
Но побег удался на удивление легко и гладко. Отец с матерью, должно быть, пили чай в гостиной, даже не представляя, что их пусть и не совсем послушная, но все же тихая и скромная дочь решится на подобный проступок. Лорд Гарланд Норфлок и вовсе давно должен был вернуться в столицу, выкинув из головы встречу с сыном как что-то жалкое и не стоящее внимания. Да и гроза постепенно начала стихать, звучащие прямо над головой раскаты звучали все дальше и тише, молнии перестали вспарывать темноту.
«Мой новый дом».
Я оглянулась. Размерами комната напоминала мою, разве что мебель оказалась темной, а обстановка выдержана в синих тонах. Воздух был немного спертым и застоявшимся, кое где виднелись следы пыли, но это лишь обрадовало меня.
Задавать такие вопросы Кэсу было неловко, но в глубине души мне не хотелось ночевать в той же спальне, где могла проводить ночи Хедера. Впрочем, уж кому-кому, а ей вряд ли бы понадобилась отдельная комната.
Сообразив, что мысли завели меня явно куда-то не туда, я поспешно тряхнула головой, прижала ладони к вспыхнувшим щекам.
«А все Норфолк виноват».
При воспоминании о гордом и высокомерном мужчине меня передернуло. И надо же было ему заикнуться, будто я могла нарочно пытаться завлечь парня в свои сети! Причем умом я понимала, что все это бред, но подсознательно опасалась, как бы Кэс не рассудил также. Некстати вспомнилось, как в лабиринте блондин потребовал у меня поцелуй за карту...
«Да глупости! Кэс ведь извинился и пообещал помочь», – одернула себя.
«И толком не объяснил, зачем ему это понадобилось. Конечно, желание позлить отца хорошая причина, но единственная ли?» – парировал внутренний голос.
Не знаю, до чего бы я додумалась, но тут в дверь сперва робко постучала, а потом и заглянула служанка. Светловолосая и синеглазая, она чем-то напомнила мне Мэйсу, только младше и взгляд более открытый, яркий.
– Добрый вечер, леди Вердкурт. Меня зовут Монна, я буду прислуживать вам, – низко поклонившись, представилась служанка. – Ох, да вы совсем промокли! Сейчас я помогу вам переодеться.
– Да, спасибо.
Смешно сказать, но два выпускника действительно умудрились вымокнуть до нитки. Я потратила весь резерв на ледяную горку и не желала тратить оставшиеся капли силы на защиту от своей же стихии. И без того тащившему мой чемодан Кэсу вовсе оказалось не до магии.
– Желаете принять горячую ванну? Или сперва принести чаю? А может, лучше согревающую настойку? – пытаясь предугадать мое малейшее желание, горничная сноровисто захлопотала вокруг меня, пытаясь одновременно успеть сразу с десяток дел. Расшнуровать и снять мокрое платье, подать сухое полотенце и халат, достать новый наряд из чемодана.
– Все в порядке, мне не холодно. Не переживай, – когда Монна едва не споткнулась, я ободряюще улыбнулась.
Причем не покривила душой. Казалось бы, прогулка под проливным дождем мало напоминала увеселительный променад, но я даже ни разу не чихнула.
А всю дорогу, пока мы бежали от одного дома к другому, изнутри меня пылало какое-то хмельное пламя, хотелось задрать голову, подставить разгоряченное лицо хлестким струям и расхохотаться.
«Вы думали, что заперли меня в клетку? Но воду невозможно удержать!».
– Давайте я подам вам шаль. Или лучше плед. Он очень теплый и мягкий, – продолжила бурную деятельность служанка.
Сходство с Мэйсой оказалось исключительно внешним. В отличие от моей, выдрессированной мамой горничной, Монна проявляла больше эмоций и держалась более свободно. Правда, сейчас служанке явно было не по себе. Складывалось впечатление, будто Монна боится, что за нерасторопно выполненный приказ ее накажут, вот и спешила предугадать любое мое желание.
– Спасибо, – больше из желания успокоить служанку, я все-таки взяла шаль и под ее облегченным взглядом набросила на плечи.
– Сейчас я вам еще чаю принесу, – вдохновленная тем, что сумела угодить и стремясь закрепить успех, пообещала она.
Оставшись в одиночестве, я повернулась к зеркалу, оценивающе уставилась на отразившуюся там девушку. И, казалось бы, с момента побега не прошло и часа, но моя зеркальная копия успела неуловимо измениться, и теперь мне предстояло заново с ней познакомиться.
Бледно-розовое платье облегало стройную фигуру. Еще влажные синие волосы завивались на кольцах. Щеки раскраснелись, в глазах появился шальной блеск.
Наверное, со стороны могло показаться, будто я перебрала со спиртным и теперь нахожусь под действием хмеля, хотя на самом деле меня опоила свобода. От ее вкуса кружилась голова и сладко замирало в груди. В крови щекотались пузырики, а за спиной распахнулись огромные крылья.
«Добро пожаловать в твой новый дом!»
По коже побежали мурашки. Точно такую же фразу должен был сказать мой супруг, привезя меня после свадьбы в свое фамильное поместье. Он назвал бы меня хозяйкой, представил слугам и разрешил распоряжаться всем по собственному усмотрению.
Только вот вместо абстрактного мужа это сделал Кэссиэн.
«О боги, во что же я ввязалась?!»
– Госпожа, – в комнату вошла горничная с заставленным подносом. – Я не знала, какое варенье вам нравится, поэтому взяла разных.
– Спасибо, это очень мило с твоей стороны, – я благодарно улыбнулась. – О, здесь есть даже абрикосовое? Его я обожаю больше всех.
– Как вам комната? Господин велел показать все в крыле, вы можете выбрать любую, какая приглянется больше, – дождавшись, пока я сделаю глоток и отставлю чашку, задала следующий вопрос Монна.
– А чтобы ты посоветовала? – следуя привитым привычкам, поинтересовалась я.
– Я бы остановилась в этой. Она очень уютная и теплая. Весной и летом под окном растут фиалки, и в комнате всегда вкусно пахнет, – служанка удивленно покосилась на меня, но ответила вдумчиво и обстоятельно.
– Значит, тут и остановлюсь. Водной магичке – водную комнату, – с улыбкой кивнула я.
В глазах Монны отразилось мечтательное выражение. В очередной раз сверкнула молния, порыв ветра вкупе с громом заставили окна тоненько зазвенеть. Я непроизвольно вздрогнула, а вот горничная уставилась в окно с поистине детским восторгом.
– Нравиться дождь? – улыбнулась я.
– Да, госпожа, – Монна поспешно согнала с лица неположенные эмоции, но заметив, что я не сержусь, робко улыбнулась в ответ. – Мама всегда говорила, что дождь – вестник хороших вестей и чем громче гремит, тем больше новых перемен нас ждет.
«Добро пожаловать в твой новый дом!»
Раньше мне не приходилось слышать подобного поверья, но сработало оно в точности. Определенно, более крупные перемены нельзя было и вообразить!
– Помочь сделать вам прическу? Какую желаете?
Оказалось, пока я размышляла, проворная горничная успела достать и разложить на туалетном столике гребешки и прочие мелочи.
– Какую? – я задумчиво взяла шпильку, покрутила ее в руках.
К моему нынешнему платью подошла бы высокая прическа, отлично подчеркнувшая тонкую шею и небольшой вырез. И как заключительный штрих – нитка жемчуга и сережки – капельки.
Выйти из комнаты в нынешнем виде было непозволительно, но я бросила шпильку в шкатулку и решительно закрыла крышку.
– Оставлю волосы распущенными, – я тряхнула головой, наслаждаясь ощущением свободы и легкости.
– В таком случае, проводить вас в гостиную? – если горничная и удивилась, то никак это не показала.
– Проводи, – поднявшись и расправив платье, кивнула я.
Поскольку в первый визит мне было не до того, чтобы смотреть по сторонам, сейчас я воспользовалась шансом ликвидировать пробел и с любопытством изучала обстановку.
Первая мысль, что крутилась в голове при взгляде на массивные люстры и громоздкую мебель, была «надежность». Казалось, те, кто строил дом и занимался внутренним убранством, не особо задумывались о красоте, куда больше заботясь о крепости и долговечности вещей. Пожалуй, случилось в Лейнсборо землетрясение – и особняк бы даже не шелохнулся.
«А ведь яркие цвета вполне могли поправить дело».
Сообразив, что на полном серьезе размышляю, как оживили бы коридор пастельные обои и желтые занавески, я отвесила себе мысленную затрещину. В конце концов, приглашая меня в гости, Кэс просто предлагал временное убежище и точно не ожидал, что я затею в особняке ремонт.
– Привет.
Парень уже ждал в гостиной. Откинувшись на спинку кресла и блаженно вытянув ноги на пуфик, он со счастливой улыбкой потягивал вино из бокала. Как и я, Кэс переоделся в сухие, но такие же черные штаны с рубашкой.
«Голубая пошла бы больше».
В лицо ударила краска. Боги, надо же было так замечтаться, чтобы вслед за особняком задуматься и о переделке блондина!
– Санви, как устроилась?
Выполняя мою просьбу, Кэссиэн послушно назвал меня по имени. В его вопросе также не слышалось подвоха, только обычная вежливость. Даже взгляд был непривычно умиротворенным, без привычного дерзкого огня.
Только вот почему тогда я вспыхнула, как спичка?!
– Все замечательно, – сев на соседнее кресло, я сложила руки на коленях.
– Ну и отлично. Наверное, теперь как гостеприимный хозяин я должен предложить тебе надышаться вековой пылью на подробной экскурсии по особняку, но мне лень ее проводить, – честно признался Кэс. – Так что предлагаю ограничиться коротким пересказом. Тем более, тебя тут чем-то особенным я не удивлю.
– Буду только «за», – я с завистью посмотрела на второй пуфик, но все же не рискнула разлечься в кресле по примеру блондина.
– Первый этаж для гостей и развлечений. Моя коллекция оружия тебя вряд ли заинтересует, но тут от прошлых хозяев осталась неплохая библиотека. Второй задумывался как семейный, но-о так как тут никого не бывает, я там гостей размещаю. Ну и на третьем еще помещения, только туда редко кто-то заглядывает. Разве что на вечеринках самые упившиеся начинают искать мою тайную комнату, – сопровождая свои слова взмахами рук, пояснил Кэс.
– Это не после подобных поисков пришлось заново возводить стену? – не удержавшись, хихикнула я.
– Не, там была уже вторая поисковая группа, которая искала первую. Они друг до друга докричаться смогли, а дверь не увидели, – заразительно рассмеялся он.
Я представила и также звонко расхохоталась. Смеяться вместе с Кэсом неожиданно оказалось легко и весело. Даже на мгновение подумалось, что зря я не пришла на ту первую, устроенную в мою честь вечеринку. Определенно, вечер стал бы одним из самых незабываемых в моей жизни.
– Ты не голодна? – осушив бокал, поинтересовался Кэссиэн. – А то я бы плотно поужинал, надо силы перед тренировками скорее восстанавливать.
– Тренировки... – моя улыбка тут же увяла, в груди похолодело.
За всеми хлопотами я совсем забыла о заявлении, а между тем, если директор успел его подписать, возвращаться мне окажется некуда.
«И значит, я только зря подставила Кэса со своим побегом».
– Не уверена, что я еще в команде, – опасаясь взглянуть парню в глаза, тихо призналась я. – Скорее всего, мое заявление уже в столице.
Кэс же и бровью не повел на мой ужас, только бросил косой взгляд на окно. Дождь все еще шел, но уже не был настолько проливным.
– Бастьен! – вдруг крикнул он куда-то в пустоту коридора. Слуга точно ждал там за углом и появился почти в ту же минуту. – Пусть закладывают карету, нам нужно посетить директора Димериуса.
– Будет исполнено, – с поклоном принялся отступать от нас спиной вперед слуга. Я заметила, что он почему-то ни разу не поглядел в лицо Кэссиэну.
– А... мы что, поедем в школу? Прямо сейчас? – осипшим голосом выдавила я
– Не, в школе директор так поздно не сидит. Домой к нему, – как нечто само собой разумеющееся пояснил блондин.
– Но ведь уже поздно, и он нас не приглашал, – растерянно забормотала я. – Это будет ужасно неприлично, да и...
Запоздало спохватившись, что пытаюсь учить манерам человека, не единожды залазившего в мое окно, я прикусила язык.
– А как иначе вызволять твое заявление? Эдак, скоро я заделаюсь опытным спасателем, – поднявшись, заговорщицки подмигнул Кэс.
Усталость слетела с него крохотными брызгами, сейчас парень буквально лучился энергией. Мне же стало стыдно. В конце концов, второй раз за вечер Кэссиэн предлагает реальное решение всех проблем, а я вместо благодарности еще и ворочу нос.
– Ну, давай хотя бы возьмем для него угощение. Будет не так стыдно. По крайней мере, мне, – не в силах побороть вбитые привычки, смущенно предложила я.
– Как пожелаете, приличная леди Вердкурт, – посмеиваясь, кивнул он.
Опасаясь, что станет слишком поздно и господин Димериус ляжет спать (а ведь с Кэса станется покидать камушки и в его окно!), я не стала ни менять платье с домашнего на выходное, ни укладывать волосы, так что собрались мы быстро. Карета домчала нас по указанному адресу за считанные минуты.
Вот когда я в очередной раз порадовалась непрекращающемуся дождю. В хорошую погоду жители бы еще вовсю гуляли по улицам, и приметная карета Кэссиэна непременно бы привлекла всеобщее внимание. А так я надеялась, что у горожан найдется более любопытное занятие, чем таращится в темное окно и неурочный визит останется незамеченным.
– Я пришла к директору после обеда. Господин Димериус не хотел подписывать заявление, все пытался уговорить меня подумать. Уверена, заявление по-прежнему лежит в папке, вряд ли директор стал бы отправлять его в конце рабочего дня, – убеждая не то Кэса, не то себя, всю дорогу с серьезным видом доказывала я.
Правда, перед домом директора снова оробела. Причем умом я понимала, что мужчина в жизни не рискнет указать представителям семейств Норфлок и Вердкурт на дверь, но все равно никак не могла избавиться от сосущего чувства внутри. Выгнать-то не выгонит, но как посмотрит и что при этом подумает…
– Пошли? – в отличие от меня, Кэссиэн совершенно не переживал.
Напротив, уверенно улыбнулся, и от его фигуры словно хлынула волна тепла.
– Ага, – поудобнее перехватив коробочку с десертом, кивнула я.
– Добрый вечер, – у открывшего дверь пожилого слуги при виде двух именитых гостей полезли глаза на лоб.
Кажется, несмотря на должность, адепты не часто баловали директора поздними визитами.
– Николас-Кэссиэн Норфолк и Санвиталия Вердкурт с визитом, – покосившись на меня, невозмутимо сообщил парень. – Передайте господину Димериусу, что мы бы хотели поговорить с ним.
Пока мы снимали верхнюю одежду, слуга успел доложить хозяину о гостях и вернуться.
– Господин Димериус приглашает разделить с ним ужин, – старательно пытаясь изобразить образцового дворецкого, важно и чопорно сообщил слуга.
Вот только если бы при этом не таращился на нас со столь неприкрытым любопытством... Мужчина даже пошел не впереди, а рядом с нами, явно пытаясь понять, что заставило гостей приехать в грозу.
Чтобы отвлечься от его чрезмерного взгляда, я стала смотреть по сторонам. Господин Димериус жил в двухэтажном, очень светлом и теплом доме. Люстр и светильников было столько, что после темноты улицы мне даже приходилось щуриться.
– Добрый вечер, – первым шагнув в столовую, громко поздоровался Кэссиэн.
Оказалось, что мы ввалились прямо в разгар семейной трапезы. За круглым столом в комнате сидели сам директор, его жена, симпатичная русоволосая женщина в синем платье, и трое детей, близнецы лет десяти и очаровательная малышка.
В высшем обществе детей никогда не сажали вместе со взрослыми, считалось, что те не умеют себя вести и будут мешать, но как я успела убедиться, в Лейнсборо нравы были куда мягче.
– Николас, Санвиталия, что-то случилось? – встревожено уточнил поднявшийся мужчина.
– Моей кухарке сегодня особенно удался пирог, и нам подумалось, что вы просто обязаны его попробовать, – с широкой улыбкой сообщил Кэссиэн.
– Кхм, благодарю за заботу, – директор сделал знак служанке и та забрала у меня коробку. – Присаживайтесь.
Немного успокоившийся господин Димериус вновь опустился на стул. Галантно отодвинув мне стул, Кэс плюхнулся на место напротив. Служанка проворно поставила дополнительные столовые приборы и наполнила тарелки.
– Позвольте представить – моя супруга Артина, сыновья Джордж и Джеймс, дочь Беатрикс, – при упоминании жены по губам мужчины скользнула улыбка, а взгляд на детей наполнил его лицо какой то особой нежностью и теплотой.
– Рада познакомится. Надеюсь, наш скромный ужин придется вам по вкусу, – голос у Артины оказался низким и бархатистым, с приятной хрипотцой.
– Добрый вечер, – подражая отцу, солидно произнес Джеймс. Его брат согласно кивнул.
– У тебя волосы блестят. Ты фея, да? – Беатрикс даже подалась вперед, не сводя с меня восторженного взгляда. – У меня есть такая кукла. Но ты красивее.
– Спасибо, – получить такой искренний комплимент оказалась чрезвычайно приятно. – Ты тоже очень красивая. Вся в маму. Вот вырастешь и станешь настоящей красавицей.
Причем не покривила душой. Все трое ребят унаследовали мамину внешность, но в отличие от братьев, малышка еще не успела растерять младенческой пухлости и розовощекости.
– Я уже красавица. Настоящая королева, – гордо задрала нос девочка. – Будешь моей фрейлиной?
– Триш, не приставай к гостье, это невежливо, – отдернула ее мать. Виновато взглянула на меня. – Мы недавно читали сказку, и теперь Беатрикс понравилось играть в королеву. Она всем своим подружкам придумала должности.
– Значит, у нее хорошее воображение, – я подмигнула малышке, а прислушавшись к резерву, сочла, что могу пожертвовать набежавшей силой.
– Но какая же королева без короны?
Пара пассов и вода из графина взлетела вверх, трансформируясь в удивительный красоты венец, блестящий и переливающийся в свете люстры.
Юная правительница была покорена. Зато регентша ее величества пребывала в замешательстве, гадая, как вести себя. С одной стороны, мы были обычными учениками, и это нам полагалось робеть в присутствии директора, с другой – слишком влиятельные фамилии мы носили.
«Интересно, а заглядывал ли лорд Норфлок в школу?».
При мысли, какой разнос глава магического контроля мог устроить не уследившим за сыном учителям, стало жутко.
– Как вы себя чувствуете? – между тем, поинтересовался директор. – Санвиталия, я слышал, вам пришлось вызывать целителя. Надеюсь, ничего серьезного?
– Господин Эсманд заверил, что я в полном порядке, просто устала, но покой быстро поставит меня на ноги, – при мысли, зачем в действительности мама пригласила лекаря, к щекам прилила краска.
– Я тоже не жалуюсь, – спиртного на столе не было, так что теперь Кэс тоскливо смотрел на стакан с густым яблочным соком.
– Николас, вчера вы проявили себя настоящим героем. Полагаю, не каждый бы на вашем месте сумел так быстро оценить ситуацию, но и принять верное решение, – судя по взгляду директора, он и сам не совсем верил в то, что говорил.
– Пустяки, – Кэс лишь пожал плечами.
Меня так и подмывало поделиться предположениями о скрытом прорыве, но поднимать опасную тему в присутствии детей я не рискнула.
– Сейчас я вдвойне горд, что именно вы будете представлять Лейнсборо на Турнире, – совсем уж пафосно закончил мужчина.
– К слову о Турнире, – блондин улыбнулся, а потом пнул меня ногой под столом. – Господин Димериус, леди Вердкурт хотела вам что-то сказать.
До этого момента пребывая в твердой уверенности, что Кэс возьмет разговор на себя, я подавилась воздухом и возмущенно уставилась на парня. Тот с готовностью пнул меня и второй раз.
– Санвиталия? – директор вопросительно повернулся ко мне, вынудив поспешно затолкать волнение подальше.
– Я хотела узнать, рассмотрели ли вы мое заявление? Видите ли, так сложилось, что те обстоятельства, о которых я указывала, благополучно разрешились и теперь ничего не мешает мне вернуться к участию в Турнире. Конечно, если это еще возможно, и вы дадите согласие.
Свои слова я сопроводила безукоризненной улыбкой и взмахом ресниц, на лице не дрогнул ни один мускул. Вот только, несмотря на внешнее спокойствие, подсознательно я была уверена, что сейчас получу отказ.
В самом деле, одного лорда в команде вполне достаточно, тем более, что благодаря нападению люто-волков Кэссиэн получил возможность зарекомендовать себя ответственным и знающим магом. А вот я, к сожалению, точно выглядела глупой и капризной аристократкой, меняющей мнение по десять раз на корню.
– Разумеется! – господин Димериус поспешно кивнул. – Санвиталия, я знал, что вы умная девушка и непременно сделаете верный выбор. Нынешний состав команды я считаю идеальным, у вас есть все шансы на победу! Можем за это и выпить.
– Спасибо большое за поддержку, – взяв бокал, я робко чокнулась с директором.
– Вот видишь, я же говорил, все получится, – чокаясь со мной, широко улыбнулся Кэс.
Теперь, когда самое сложное осталось позади, я заметно успокоилась и даже заинтересовалась содержимым тарелки. Правда, толком поесть мне не дали. Сперва Триш потребовала новых фокусов, потом наслышанные о нападениях волков мальчишки наперебой затеребили нас, требуя подробностей. Да и Артина заинтересовалась столичными новостями, так что пришлось пересказывать ей самые веселые сплетни, а заодно показать модную прическу.
Ужин в итоге пролетел весело и быстро. Возясь с детьми (когда подали десерт, Триш и вовсе забралась ко мне на колени, объявив своим троном и отказавшись слезать даже на требование отца), я отдыхала душой, позволив себе отвлечься от собственных проблем.
Изрядную долю шума принес и Кэс. Если я еще порой припоминала мамины наставления и смущалась из-за слишком вольготного поведения, то блондин вел себя так, словно истинным королем является он. Ни капли зажатости, ни грамма сдержанности, только чистое веселье и энергия. Под конец вечера близнецы жадно заглядывали Кэсу в рот, ловя каждое его слово и умоляя научить драться на мечах, чтобы они выросли и обязательно победили всех злодеев.
В общем, я была уверена, что Кэссиэн получает от ужина такое же удовольствие, как и я, пока случайно не поймала его взгляд. Истосковавшийся, пустой, какой-то голодный… Когда же директор перецеловал всех детей, а потом на мгновение привлек к себе супругу, из груди парня вырвался рваный вздох. Правда, когда Кэс обернулся ко мне, на его губах плясала привычная усмешка, а глаза лучились задором.
Провожать нас вышел только господин Димериус, Артина осталась успокаивать расшалившихся детей. Я, наконец, смогла поделиться теорией о разрывах, и мужчина пообещал все тщательно проверить.
– И еще одно. Санвиталия, Николас, на завтра я освобождаю вас от всех занятий, – твердо произнес он.
– А как же тренировки? – охнула я. – Нам ведь надо готовиться!
– Ничего не хочу слышать, вам нужно отдохнуть после происшествия, – безапелляционно отрезал мужчина.
– Исполним в точности, – открывая передо мной дверь, пообещал Кэс.
За проведенное в гостях время дождь успел стихнуть, только с деревьев то и дело срывались капли. Тучи разошлись, и теперь над головами было щедро усыпанное звездами небо. Полюбовавшись похожим на половину пирога месяцем, я повернулась к парню.
– Спасибо, что настоял на поездке. Это, в самом деле, оказалось проще, чем я думала, но у меня одной ничего бы не вышло, – честно призналась я.
– Потому что почти все проблемы только в голове, – блондин постучал пальцем по собственному лбу и кивнул кучеру. – Останови у кондитерской тети Марты.
– Это же она печет те знаменитые пирожные, в обмен на которые ты и получил карту? – припомнив рассказ парня, я прониклась к выпечке еще большим уважением.
– Не, за них я в оранжерею прошел, – поправил меня Кэс и приложил палец к губам. – Ты только тете Марте об этом не говори. Она и так изволновалась наверняка от всех этих слухов. Готовься, она нас сейчас засыплет расспросами. Даже не пытайся ответить на все – на одно твое слово она задаст еще два вопроса.
Он говорил это шутливо-пренебрежительно, но мне подумалось, что ему нравится ее чрезмерное внимание. И взглянуть на таинственную тетю Марту захотелось еще сильнее.
Дорога пролетела быстро. В Лейнсборо вообще все находилось удивительно рядом, я даже начала задумываться о том, чтобы ходить в школу пешком, как и остальные ученики.
– Прошу, – распахнув дверцу и дождавшись, пока я выберусь, Кэс приглашающе махнул рукой в сторону заведения.
Пекарня оказалась ярко-оранжевым одноэтажным зданием, отчего-то ужасно напоминающим пирожное. Желтая черепица и красные ставки только усиливали это впечатление. Под стать заведению оказалась и вывеска, сделанная в форме кекса и украшенная множеством завитушек.
Когда мы приблизились ко входу, я невольно замедлила шаг, запоздало сообразив, что дождь мог согнать в пекарню всех проходивших неподалеку жителей. Зайти же в здание под руку с Кэссиэном, особенно после эпизода с пещерой, означало мгновенно подогреть слухи и позволить родиться очередной сплетне.
«Может, ты один сходишь, а я в карете подожду?».
Высказать просьбу вслух я не успела. Блондин распахнул дверь, и на нас повеяло настолько вкусными запахами, что заурчавший желудок буквально пинками разогнал все прочие мысли.
Изнутри пекарня оказалась еще чудеснее. Повсюду цветные гирлянды, мягкие игрушки, цветы – я словно попала в самую настоящую сказку. Причем что вдвойне приятно – уютную и теплую. Зал оказался небольшим – по центру прилавок с выпечкой, а по сторонам по три столика. Каждый стол был оформлен в своем цвете, на мягких стульях лежали крохотные подушечки и пледы.
– Какой выберешь? – дождавшись, пока я перестану крутить головой по сторонам, весело поинтересовался Кэс.
– Желтый, – не задумываясь, указала я.
– Слышу, у меня гости?
Из кухни донесся громкий голос, а потом появилась сама пекарша, миловидная пухленькая женщина с забавными рыже-русыми кудряшками. Я почему-то думала, что и платье на ней окажется сшитым из разноцветных лоскутов, но Марта была в сдержанных кремово-лазурных юбке с блузкой.
Увидев, кто именно переступил порог, и без того улыбающаяся женщина просияла, как начищенный самовар. К слову, также обнаружившийся за прилавком. Отряхнув испачканные в муке руки о передник, Марта распахнула руки и крепко обняла Кэса.
– Мой мальчик! Хвала небесам, с тобой все в порядке. Это же надо было такой беде приключиться. И где? В нашем спокойном, дружелюбном и безопасном Лейнсборо! Я как услышала про взбесившихся волков, едва духу не лишилась. И куда только лесник смотрит? Представляю, какого же страха натерпеться пришлось, всю ночь сидеть, их завывания слушать.
– Да что ты, тетя Марта, правда испугалась? – смеясь, пробормотал Кэс из ее объятий. – Ничего нам эти волки бы не сделали. Только прибавили байку, которую мы внукам сможем рассказать.
– Ох, ну тебе лишь бы поесть да байки потравить, – шутливо-недовольно поцокала она. – Ваши приключения – это за грибами на опушку ходить и пикники устраивать. Еще же дети совсем.
Женщина изъяснялась громко, бурно и порой невпопад, но слушать ее оказалось приятно. Почему-то Марта ассоциировалась у меня с заботливой курочкой-наседкой, желающей во что бы то не стало собрать всех цыплят под крылом.
–