Всем привет, с вами снова я! Самая красивая и удачливая сущь! Еще жива, ага. Но надолго ли? Приехала, называется, на практику! К демонам! Подальше от приставучего магистра...
Как бы не так!
И магистр тут, и остальные. Вот зачем, спрашивается? Что за маниакальная склонность звать меня замуж и портить мне жизнь? Вообще-то это моя прерогатива, ведь из нас двоих сущь всё ещё я! Как нет? В смысле нет? А ты... Ты вообще кто?!
Кто?!
– А здесь вы будете жить, – сообщил нам магистр Ламбертс, когда мы пешком дошли от канцелярии князя до весьма неоднозначного дома, который располагался буквально на соседней улице.
Неоднозначного потому, что этот особняк меньше всего походил на гостиницу или общежитие, к чему я была морально готова гораздо больше. Но точно не к этому!
Три этажа, внушительный парк, роскошный фонтан перед вычурной парадной лестницей – и это только то, что мы увидели снаружи и спереди! А внутри? А с боков? С тылу, наконец!
– А чей это дом? – с легкой оторопью спросила моя однокурсница Янина то, что мучило не одну меня.
– Мой, – невозмутимо признался некромант, первым ступая на идеально прямую аллею, ведущую к особняку, и прошел дальше, оставляя нас за своей спиной.
И озадаченно хлопающую ресницами Янину. И задумчиво хмыкнувшего Джулиана, будущего герцога Шантаросского. И поджавшего губы Винсента, графа Наркизо. И наследного княжича Альбуса Джаркхада. И Харви, который вообще непонятно как попал в эту компанию.
И пыхтящую от непреходящей злости меня, потому что меньше всего я ожидала увидеть на своей практике их всех!
Нет, правда! Это было самой дичайшей несправедливостью за всю мою недолгую новую жизнь! И пускай я пришла в этот мир всего лишь в начале прошлого лета, получив посмертное задание от своей призывательницы отомстить своим обидчикам, это не меняло того факта, что я, став ее точной копией, отлично вписалась в людское сообщество.
И отомстила, и с дипломом не напортачила, и даже пожить в свое удовольствие успевала!
Жила бы и дальше, между прочим! У меня такие грандиозные планы были, такие радужные мечты!
Если бы не гадкий некромант…
Скрипнув зубами и зачем-то вспоминая тот черный день, когда мы увиделись впервые (и когда я его едва не прикончила!), тем не менее я прибавила шаг и поспешила нагнать куратора, который и не думал нас дожидаться.
Мы не понравились друг другу сразу. Он, весь из себя хамоватый правдоруб, некромант и инквизитор пятой ступени и я, темная сущь, тщательно скрывающая свою истинную натуру. Через два дня я узнала, что он будет вести у меня магическое уголовное право и была в глубочайшем шоке. Кстати, не я одна, остальные студенты тоже большой радостью не пылали.
А потом… Случилось странное.
Мы нашли общий язык!
Не сразу, правда, да и не до конца, но тем не менее это факт. Магистр Ламбертс не только помог мне проучить обидчиков, но и, выяснив, что во мне пробудилась тьма (от стресса, ага), помог её понять и досконально изучить, составив план персонального обучения и снабдив соответствующей литературой.
А потом, как водится, что-то пошло не так.
И начиналось-то всё безобидно! Практически с шутки! Кстати, сейчас даже и не вспомню, когда это произошло впервые, но однажды я вспылила и пригрозила его женить. Так мы выяснили, что он не торопится связывать себя брачными узами не потому, что хам, да и хам, не потому, что душа требует, а потому, что слишком остро чует ложь и среди людей ему дискомфортно. Слово за слово… День за днем… Не всё было гладко, не всегда было дружно, но всё же вполне терпимо и даже удобно.
Пока на новогоднем балу он не предложил мне выйти за него замуж.
Честно? Испугалась.
И, естественно, отказалась!
Я ведь что в тот день хотела? Просто повеселиться и отдохнуть!
А он? Ну вот зачем было всё усложнять? Кто его просил? А ведь я не давала повода!
За что он так со мной?
Два месяца под одной крышей! Два месяца под его неустанным руководством! Два месяца бок о бок с теми, кого я в принципе видеть не хочу!
За что-о-о?!
– Эм, высморкайся уже, – насмешливо цокнул Винсент, протягивая мне свой безупречно белый носовой платок с вышитой на нём монограммой. – Сопишь так, что за десять метров слышно. Кстати, если что, то мы не при чем. Сами узнали о том, что едем сюда, а не в столицу, буквально за час до отправки. Не знаю, что между вами происходит, но постарайтесь друг друга не убить, ага?
Раздраженно покосилась на парня, пристроившегося ко мне слева, но тут справа нас нагнал Джулиан и деловито произнёс:
– Да, кстати. Мы не забыли о твоих словах про доверие, но давай так: все эти недели, что длится наша практика, мы друг другу не пакостим, не лжем и в целом не портим жизнь. Всё, как во время учебы, ага? Лично я планирую получить свой красный диплом, несмотря на все ваши недопонимания с магистром. Если не веришь словам, могу поклясться.
– Да нужны вы мне, – фыркнула пренебрежительно, потому что действительно так считала. – Занимайтесь своими делами, а мне не мешайте заниматься моими. И всё будет хорошо.
– Всем? – понимающе хмыкнул будущий герцог и выразительно посмотрел вперед, где маячила широкая спина нашего куратора, уже почти поднявшегося по лестнице.
Взглянула туда же, зловеще прищурилась и ответила чистую правду:
– Не факт.
Как я и думала, внутри особняк оказался огромным. Два десятка слуг ждали нас в роскошном вместительном холле и как только мы вошли, впущенные громилой-дворецким, своей внешностью отъявленного бандита с шрамированным лицом, ломающего все стереотипы, магистр Ламбертс небрежным жестом подозвал нас к себе и беспрекословным тоном сообщил:
– Мои практиканты. Джулиан, Винсент, Альбус, Харви, Янина и Эмилия. Где кого разместить я давал распоряжения ранее. Надеюсь, все комнаты подготовлены?
– Да, господин Ламбертс, – ответила за всех присутствующих смуглая рослая женщина лет сорока с таким внушительным бюстом, что сначала я заметила его, а потом её не самое красивое лицо с густыми бровями, зализанными назад волосами, свернутыми в гульку, крупным, но острым на конце носом и постно поджатыми губами. – Меня зовут мадам Пуантье, я управляющая данным особняком. Господа практиканты, следуйте за мной.
– Жду всех на обед через час в малой столовой первого этажа, – величественным кивком отпустил нас некромант и мы обманчиво дружным гуськом направились к лестнице за грозной мадам.
Подниматься пришлось на второй этаж, но я была к этому привычная, последние несколько месяцев живя на мансарде почти трехэтажного дома миссис Муариф. Естественно, он был в разы меньше этого особняка, но и занятия физкультурой давали о себе знать, так что я ничуть не устала, поднимаясь по этим, кажется, бесконечным лестницам.
Остальные тоже не выказывали особой усталости, крутя головами направо и налево, тем более посмотреть действительно было на что. Это и картины на стенах, и старинные вазы по углам, и дорогие светильники, и прочий декор, и даже сама по себе архитектура, так и дышащая роскошью и благосостоянием. И нигде ни следа упадка, хотя точно знаю, содержать такую громадину вылетает в огромные суммы ежегодно – экономику нам тоже преподавали.
– Полноценный дворец, – вполголоса, но с отчетливым уважением высказался за всех нас Джулиан, который вообще-то был старшим сыном герцога и вряд ли прежде жил в хибаре.
– Всё верно, – чинно кивнула на его слова мадам Пуантье, чей слух оказался так же остер, как и нос. – Этот дом принадлежал матери господина Ламбертса, принцессе княжеских кровей Катарине Клаудии Пилурадос.
– Принадлежал? – аккуратно уточнил Альбус, пока Джул и Винс удивленно переглядывались, Янина шептала одними губами «принцессе?!», Харви просто хлопал ресницами, а я…
Я понимала, что снова упустила главное правило сыщика: сбор всей информации о противнике.
Да кто ж знал, что всё так обернётся?!
Тьма! Он снова на шаг впереди меня! Это… Это просто несправедливо!
– Её высочество переписала городской особняк на сына, предпочтя жить на морской вилле близ Ауретано, – всё тем же противным менторским тоном информировала нас мадам Пуантье. – Не беспокойтесь, она жива и в добром здравии. Впрочем, вы вряд ли её увидите.
Не знаю, как остальные, а я этому факту порадовалась. Нет, правда! Мне и одного Ламбертса за глаза, двоих я уже не вынесу! Но… Что теперь получается? Он родственник ныне правящего князя Кевина Коста Пилурадос?
Кузен, тьма его подери?!
Я так сильно задумалась над этим откровенно шокировавшим меня фактом, что пропустила мимо ушей то, по каким комнатам отправила всех грозная домоправительница и очнулась только тогда, когда она шагнула ближе ко мне.
Задрала голову, потому что, в отличие от меня, женщина отличалась довольно высоким ростом (как и все демоны), и одним взглядом поинтересовалась: что?!
– Ваша комната, мисс, – зловеще оскалилась мадам, показывая в очень далеком подобии дружелюбной улыбки кончики клыков, которые у чистокровных демонов были больше, чем у людей, но меньше, чем у вампиров. – Проходите, располагайтесь. Горничная подойдет чуть позже, она у вас будет одна на двоих с Яниной, но сильно не наглейте, вы здесь не гости, а практиканты. Шашни с парнями не разводить, блуд не устраивать. Алкоголь не распивать, после одиннадцати из комнат не выходить. Завтрак в восемь, обед в час пополудни, ужин в семь и ни минутой позже.
– Серьезно? – Я оглядела её сверху до низу, отдельно отметив, что размер её стопы как минимум сорок пятый, а то и больше. – Я не поняла, мы в тюрьме строгого режима или на выездной практике? Покажите мне тот закон, который запрещает ночные прогулки по дому, внеурочный перекус, блуд и алкоголь людям старше двадцати одного года.
– Вы… – едва не задохнулась от возмущения мадам, багровея на глазах, – аморальны!
– И это прекрасно, – фыркнула. – Очень вам советую. Кстати, прощайте.
После чего преспокойно развернулась и отправилась вниз.
Жить в этом месте два месяца? Да ни за что! Ещё какая-то посторонняя тетка не указывала, во сколько мне есть и где ходить после одиннадцати! Да мне даже на гостиницу потратиться не жаль, лишь бы пореже пересекаться с остальными, тем более я заранее узнала местный ассортимент и цены. И они меня вполне устраивают!
– Стоять, – прозвучало жесткое и такое до боли знакомое, когда я была уже в пяти метрах от входной, а в моём случае выходной двери. – И куда это вы собрались, адептка Кейтри? Ещё и со всеми вещами. Вам не хватило комнаты?
О, мы уже на вы? Или он намеренно обращается ко мне так, потому что мы не одни? Свидетелем нашей беседы станет как минимум дворецкий, как максимум – ещё пара-тройка слуг, притаившихся за ближайшим углом.
Как бы то ни было, я обернулась и озвучила чистую правду. Всё, как он любит.
– Ваша горгулья запретила мне блуд, ночной дожор и винишко. Я ухожу туда, где это разрешено.
У магистра почему-то странно дернулась бровь, а проявившийся на его плечах фамилиар Хисс встрепенулся и радостно скользнул ко мне, не обращая ни малейшего внимания на раздраженно зашипевшую на него Тьму.
– Круть! Я с тобой! Где это райское место?
С неприязнью покосилась на чужого дракона, но тут и его хозяин подошел ближе, так что пришлось переключить внимание на мага. Несмотря на, казалось бы, неприятную для него ситуацию, Сэверин выглядел спокойным и лишь потемневшие от недовольства глаза выдавали его истинное отношение к происходящему.
Оно ему не нравилось.
Да ладно? Мне тоже!
– Да, где это райское место? – повторил он слова дракона. – Или вы уходите, лишь бы уйти, адептка Кейтри? Учтите, я не засчитаю вам практику, если вы не появитесь на ней хотя бы в один из дней. И так пять дней в неделю продолжительностью восемь часов в день.
– Спасибо, я читала план, – прошипела неприязненно, глядя на него, как на главного врага всей своей недолгой жизни. – Вот только практика начинается завтра. А сегодня у меня есть целый день, чтобы найти себе нормальное жилье и это точно будет не здесь!
– Уверена? – нагло приподнял бровь некромант, выбешивая меня одним только этим. – А как же пункт четыре-три свода правил прохождения практики?
– Что? – нахмурилась, не понимая, о чём он.
– Ах, да, – усмехнулся, звонко щелкая пальцами. – Его ведь утвердили только сегодня утром, еле успел прихватить из типографии свой экземпляр. Но мне не жалко, изучи.
И, вынув из ниоткуда не самую тонкую брошюрку, вручил мне.
– Советую начать с пункта четыре-три.
Естественно, я не стала медлить (угрозу в его тоне не почуял бы только глухой) и быстро нашла нужный пункт. Ну и что тут?
Практикантам надлежит проживать в месте, которое одобрил куратор практики.
И?!
Подняла на Сэверина вопросительный взгляд, требуя пояснить, что именно он имел в виду, и маг милостиво, но откровенно глумливо произнес:
– Я одобряю этот дом, мисс Кейтри. Только. Этот. Дом.
Ах ты…
Расчленив некроманта одним взглядом, я снова уткнулась носом в брошюрку, первым делом найдя пункт, который устанавливал меру наказания за нарушение этих бесконечных правил, и очень быстро поняла, что в силах магистра сделать мою жизнь невыносимой минимум на два ближайших месяца.
За любое даже самое крошечное нарушение куратор имел право не засчитать практику. Совсем не засчитать. А не засчитанная практика – это отчисление. Отчисление – прощай диплом. Мой идеально красный, честно заработанный диплом.
– Мстить за отказ – это так мелочно… – произнесла глухо, поднимая на него взгляд, который больше не был серым.
В моих глазах поселилась сама тьма.
– Мстить? – искренне удивился некромант и я не почуяла в его словах ни капли лжи. – Чудо, это не месть. Это всего лишь практика. А теперь иди к себе и отдохни. Кажется, ты устала от перехода в иной климат куда сильнее, чем мне показалось. Мерещится уже всякое… Проводить?
– У меня отличная память, – огрызнулась, всё ещё не в силах взять себя в руки, но уже понимая, что проиграла этот бой.
Но не войну!
Не знаю, что он задумал, но просто так ему это с рук не сойдет.
– Тогда жду к обеду внизу, – как ни в чем не бывало улыбнулся магистр, мимолетно взглянув на свои наручные часы. – Уже через тридцать минут. Заодно расскажу, кто из вас чем будет заниматься и где. Пожалуйста, не опаздывай.
– Тебе не кажется, что ты слишком жестко начал?
– Не кажется.
– Она девушка, Сэв…
– Ты не поверишь, я в курсе.
– Злыдень.
– С прозрением, мой призрачный друг.
– Тьфу!
Покружив по комнате, но так и не успокоившись, Хисс снова вернулся на плечи хозяина и преданно заглянул ему в глаза.
– Но хотя бы винишко можно, а? Забыл, как сам первый день практики отмечал?
– Не забыл, – тихо хмыкнул маг и резко посерьезнел. – Вот поэтому и нельзя. Всё, брысь.
До комнаты я добралась без приключения и сопровождающих, к тому же Тьма услужливо подсказала, какая из этих бесконечных дверей наша – последняя по коридору. Внутри оказалось не менее роскошно, чем снаружи: личная гостиная, налево что-то вроде кабинета, направо гигантская спальня, отдельная гардеробная под вещи и персональный санузел.
Всё на уровне «пять звезд», если не лучше. Ах да, это же дворец…
Наверное, не будь я так зла на куратора, с удовольствием бы оценила своё новое место жительства на предстоящие два месяца, но вместо этого сумела лишь заставить себя сменить не очень подходящую для этого климата одежду на… брюки!
И быстренько полистала брошюрку, параллельно копируя её содержимое уже давно отработанным заклинанием в запасную чистую тетрадь (изучу позже подробно), ища, нет ли там какого-нибудь заковыристого пункта именно по поводу внешнего вида.
Кстати, был, но довольно расплывчатый и звучал так: в плане внешнего вида и поведения практиканты обязаны придерживаться норм морали той местности, где проходят практику.
О-ля-ля! Да это же замечательно! Потому что именно демоны считались самыми прогрессивными ребятами в том числе по части моды для женщин и чуть ли не первые наравне с оборотнями ввели в женский гардероб брюки. Отлично!
У меня оставалось ровно три минуты до часа дня, так что я не стала терять время на разбор вещей, лишь приказав Тьме не подпускать к ним посторонних, а сама вышла из апартаментов и снова направилась вниз, зажимая подмышкой треклятую брошюру. На что угодно готова спорить, что это его идея.
Академии Антарракш сотни лет! И ещё ни один куратор не жаловался, что практиканты живут не там, где ему надо! Запрещали алкоголь, но на словах (а тут прям пунктище целый!), про блуд вообще никто речи не заводил! Я уже не говорю о том, что питаться четко по часам – в принципе бред!
Кстати, по-моему пункт про питание – это уже отсебятина горгульи. Хм-м… Да, точно. Тут ничего такого. Ну хоть тут, слава небу, никаких ограничений!
– Аккуратно!
Я так увлеклась главой про то, за что именно куратор может применить те или иные санкции к нерадивым практикантам, что умудрилась промазать мимо последней ступеньки и оступилась, но следом за мной шел Альбус и успел перехватить.
– Что читаешь? – демон сунул нос в брошюру, не спеша при этом отпускать меня, и его темные брови медленно поползли наверх. – Это ещё что за новшество?
– Скажи «спасибо» Ламбертсу, – скривилась, даже и не думая скрывать. – Наисвежайшее нововведение: «Правила прохождения практики для пятикурсников».
– Серьезно?
Нас нагнали и остальные, спускающиеся компактной гурьбой, и я мигом оказалась в центре всеобщего внимания. Даже тихоня Харви деловито поправил смешные круглые очки и попытался заглянуть через плечо Янины в текст.
– А он не пошутил? – скептично уточнил Джулиан, первым забравший книжицу из моих рук и, как я, начавший изучать её сначала по диагонали, выхватывая взглядом то один возмутительный пункт, то другой. – Что за бред? Да в казарме правила не такие суровые!
– Считаешь, Ламбертс умеет шутить? – скривился Винс и почему-то посмотрел на меня.
Хотела пренебрежительно фыркнуть, но тут в памяти всплыло не самое приятное воспоминание, когда он «пошутил», назвав меня сущью, а я, решив, что он всерьез, чуть с жизнью не распрощалась.
Да, шутить он… не умеет!
– Вот у него и спросишь, – буркнула в конце концов, заодно напоминая: – Кстати, мы уже опоздали на обед на целую минуту. Как думаете, нас только без сладкого оставят или в принципе не покормят? Или горгулья только меня проинформировала о местном строгом режиме?
– Горгулья? – хохотнул Винс, первым догадавшись, о ком я говорю, пока остальные, озираясь, пытались понять, в каком направлении идти дальше, ведь нам никто не сказал, где именно располагается нужная нам столовая. – А что, похожа. Но да, нас предупредили: блуд, алкоголь и бессистемное питание под запретом. Бред, конечно. Как они будут это контролировать, мне интересно? Маячки на нас навесят?
– Зачем маячки? – обманчиво доброжелательным тоном поинтересовался куратор и мы все повернули головы направо, откуда доносился его голос, узрев инквизитора в проеме широкой арки. – Моих сил хватило, чтобы зачаровать весь дом и в случае нарушения хотя бы одного пункта, прописанного в правилах, сигнальная сеть моментально доложит об этом мне. Кстати, вы опаздываете… Так жаждете заработать первый минус в копилку моего отзыва?
– Кстати, сегодня официальный выходной, – сердито прищурился Джулиан, как и все мы неприятно впечатлившийся могуществом нашего куратора. – А вы переигрываете. Если у вас какие-то личные претензии к Эмилии, то это не повод срываться на остальных. – Покосился на меня, поморщился, и снова с вызовом взглянул на некроманта. – Да и на ней срываться не повод. Это в конце концов недостойно.
Похлопала бы его благородству, да только Сэверин меня опередил и, язвительно скривившись, два раза звонко хлопнул в ладони, что лично у меня в груди отозвалось неприятным дребезжанием и жжением на кончике языка. Словно он лгал одним только этим жестом.
– Браво, – язвительно произнёс некромант. – Восхищен вашей смелостью, адепт Изандер. Все так думают?
И обвел остальных притихших студентов своим непревзойденным мрачным взглядом.
Удивилась, но никто от меня не отодвинулся, как от прокаженной. Наоборот, Альб едва уловимо прикрыл плечом, тихоня Харви сердито поправил очки, Янина осуждающе поджала губы, Винс просто напряг плечи, а Джулиан с вызовом вскинул подбородок.
Следующие десять секунд тишины показались мне вечностью, но вдруг уголки губ некроманта едва заметно дрогнули, а поселившаяся в глазах тьма блеснула подозрительным удовлетворением.
– Зарождение командного духа? Как мило. А вы умеете удивлять, дети, но… Нужно ли ваше заступничество ей?
И снова провокация. Снова такая, что берет за живое, ведь однокурсники знают, как я к ним отношусь.
Никак.
И снова они удивили не только меня.
– А с этим мы сами разберемся, – снова вскинулся Джулиан, глядя четко на некроманта. – Первое правило инквизитора: будь беспристрастен и справедлив. Кажется, вы начали о нём забывать, магистр Ламбертс.
– Так и я уже давно не на госслужбе, – криво усмехнулся маг и не знаю, одна ли я это заметила, но в глубине его глаз промелькнула досада. – Ладно, оставим демагогию. Приглашаю всех к столу. Не знаю, как вы, а я голоден. Обсудить все ваши проблемы и чаяния можем после.
Думаю, не одной мне резануло слух «ваши проблемы», но промолчали все. Нужная нам столовая оказалась совсем недалеко – за той самой аркой и чуть дальше по новому коридору. И не знаю, как остальных, а меня неприятно впечатлила пафосность места, где предстояло вкушать пищу следующие два месяца. Да, банальное слово «есть» сюда не подходило совершенно. Только «вкушать», на худой конец «трапезничать». Огромный зал с высоким потолком, в центре длинный стол, застеленный безупречно белой скатертью, на столе вазы с цветами и сервировка такой сложности, словно мы пришли не просто пообедать, а как минимум на званый ужин к императору.
У стола с обеих концов замерли четыре идеально вышколенных лакея в темно-серой униформе, а большинство уже расставленных на столе блюд находились под крышками-полусферами, как в дорогущем ресторане.
– Нда… Что-то у меня уже нет никакого аппетита, – произнесла я, даже не пытаясь понизить тон и взирая на этот шик и лоск с откровенной неприязнью.
Нет, мне не была чужда роскошь, наоборот, я всячески к ней стремилась, но роскошь и вот эта… запредельная кичливость, совсем не синонимы.
– Как-то сразу дом вспомнился, – тоже скривился Джулиан, вызывая своими словами мой неподдельный интерес. Неужели у него дома тоже всё так плохо? Почти сочувствую.
– А нам обязательно пользоваться всем этим? – с ужасом уточнила Янина, взирая на четыре разноразмерных ложки и три вилки.
– Слушайте, это и правда перебор, – поморщился Альб, глядя на невозмутимого магистра Ламбертса, уже севшего во главе стола.
А ещё я заметила возле каждого места карточки с именами.
Ну это вообще за гранью! А вот не хочу я сидеть слева от него! Хочу как можно дальше!
И под внимательными взглядами однокурсников села туда, где стояла карточка Харви.
– Адептка Кейтри, – сверкнул недовольным взглядом маг, – вы разучились читать?
– Магистр Ламбертс, – оскалилась я, – не будьте большим занудой, чем вы есть. Я буду сидеть здесь, это не обсуждается. Заметьте, этим я не нарушила ни единое дурацкое правило разработанной вами методички. Кстати, в ней нет ни слова о питании по часам, так что заранее ставлю вас в известность: есть я буду тогда, когда проголодаюсь, а не когда прикажет эта ваша ручная горгулья. И там, где мне будет угодно: на кухне или у себя в комнате – неважно. Я не собака, мне не надо указывать место и прививать рефлексы для удобства хозяина. Я понятно изъясняюсь?
Насмешливо прищурившись, хотя глаза стали темнее, некромант внимательно меня выслушал и перевел тяжелый взгляд на остальных.
– Кто считает так же?
– Ну, допустим, я, – самым смелым снова оказался Джулиан, сев слева от меня и тем самым слегка загородив от пронзительного взгляда магистра. – Эмилия права, мы приехали на практику, а не в тюрьму. Любые правила и ограничения должны быть разумны и полезны, а не создаваться ради того, чтобы потешить своё самолюбие за счет окружающих. Соглашаясь на практику под вашим началом, я рассчитывал на грамотное беспристрастное руководство, незаурядные задания и то, что научусь чему-нибудь действительно полезному. Пока у меня складывается ощущение, что я в вас ошибся.
– Не люблю выглядеть подпевалой, но у меня точно такое же мнение, – хмыкнул Винс, садясь на место напротив Джулиана. – Осенью вы были адекватнее.
– Может, вам не следовало брать на практику всех нас? – с сочувствием спросила у мага Янина, садясь напротив меня, и мы всё уставились на неё с разной степенью удивления и даже некоторого возмущения. – Ну, раз уж вы не смогли решить проблему своих взаимоотношений с Эмилией во время обучения, то может стоило решить их сейчас? – И, словно только сейчас увидела мой убийственный взгляд, тихо-тихо закончила: – Только наедине. Без нас. Мы-то в чем виноваты?
– Нет у нас никаких отношений! – не удержалась я от возмущенного вопля, на что окружающие как-то странно похмыкали, а хозяин особняка невозмутимо промолчал, делая вид, что его это вообще не касается.
Альбус сел рядом с Винсом, Харви, оставшись без места, занял моё и вдруг, деловито поправив очочки, глубокомысленно заявил:
– Отрицание проблемы её не решает.
Кто-то приглушенно закашлялся, явно скрывая за этим смех.
Покосилась на парня, как на будущего смертника, запоздало отмечая, что за эти полгода тощий доходяга изменился куда сильнее, чем можно было ожидать: куда-то пропали подростковые прыщи, вечная худоба превратилась скорее в жилистость, да и в росте он существенно прибавил. Одежда не самая дешевая, новая и опрятная, короткая стрижка не самая модная, но ему шла, да и волосы не грязные и не болезненно-блеклые, а приятного темно-русого оттенка. Естественно, до красавца Джулиана ему было очень и очень далеко, но я уже скорее по привычке воспринимала его, как заморенного жизнью воробья, однако это было уже не так.
А ещё меня дико взволновал вопрос: как он оказался среди нас.
Чем он так заинтересовал некроманта, что Сэверин включил его в список тех, кто ему нужен?
Увы, этот вопрос так и остался без ответа, но я уже точно знала, что выясню его сама в самое ближайшее время. Слишком много странностей сошлось в одном месте и мне это не нравится.
Кстати, еда была вкусной, это оценила даже я, хотя изначально предвзято воспринимала всё, что меня окружило. Но нет, местный повар знал своё дело на пять с плюсом и ни одно блюдо не вызвало моего нарекания, хотя я очень к этому стремилась. Соль, сахар, специи, прожарка, вкусовое сочетание, консистенция – идеальным было всё.
– Что ж, а теперь, пожалуй, можно и поговорить, – нарушил тишину магистр, когда расторопные лакеи поставили на стол чай и сладости, унеся пустые тарелки после основной трапезы, а вопрос с адекватностью некроманта так и остался без ответа. – Так как вы уже сами разделились на две команды, – небрежный кивок в нашу сторону, а затем на троих адептов напротив нас, – то перейдем сразу ко второму этапу. Все вы знаете, что у меня в столице есть своё сыскное бюро, но мало кто в курсе, откуда я родом. Я родился в княжестве Лайдаросском, моя мать – принцесса княжеских кровей Катарина Клаудиа Пилурадос, все мои детство и юность прошли в этих краях. К сожалению, так уж вышло, что среди демонов практически не рождается темных магов, особенно некромантов, так что на время обучения и последующей стажировки мне пришлось покинуть княжество и обосноваться в Айсаравии. Ваша страна… Иная. Во многом иная. Я привыкал к этому довольно долго, но всё же… – мне достался странный нечитаемый прищур, – не привык. Думаю, после этой практики я вернусь в Лайдаросское княжество, но это ещё не окончательное моё решение. Тем не менее, я уже подготовил некоторую базу для этого и получил у князя разрешение на открытие в Лоандре филиала своего сыскного бюро. Как бы ни сложились в дальнейшем мои дела, филиалу быть. Вы станете его первыми практикантами и в связи с этим на вас ложится огромная ответственность: не посрамить честь выпускников академии Антарракш и заработать идеальную репутацию для бюро. Основных сотрудников будет четверо, я представлю их вам чуть позже. Ваши же команды будут вести независимые расследования и попутно выполнять те задачи, которые буду ставить перед вами я. Функции внутри команды распределите сами, не маленькие. Вопросы?
– Простите, – нахмурился непривычно говорливый сегодня Харви, – мы все должны вести расследование? Лично я планировал посвятить эту практику аналитическому разбору состава преступлений, расовой предрасположенности к тому или иному правонарушению, а так же систематизации способов их совершения. Но для этого мне необходима внушительная наработанная база. В новом же бюро, я так понимаю, ей просто негде взяться.
– Мною предусмотрено плотное сотрудничество с полицией Лоандры, – невозмутимо кивнул некромант. – Пропуск в архивы будет у всех. Насчет расследования определитесь сами. В любом случае сыскное дело – это не только работа на местности и банальная слежка за подозреваемым, но и делопроизводство, и анализ собранных данных, а так же тьма сопутствующих мероприятий. Работы хватит всем.
– В том числе артефактору? – уточнил Альбус, намекая в первую очередь на себя.
– Да. Для примера я предоставлю вам на разбор ряд самых неоднозначных дел из архива центрального бюро, для раскрытия которых мне и моим сотрудникам пришлось серьезно попотеть, и вы поймете, что знание всего лишь одного-единственного поискового заклинания недостаточно.
О, неужели камень в мой огород? Мило, мило…
Послала в сторону Сэверина очередной мрачный взгляд, но он на меня даже не смотрел, предпочтя уделить внимание своей кружке с чаем и десерту из бисквита со взбитыми сливками и ягодами. Как же, как же… Почти поверила! Вот только я отлично помню, что сладкое он не любит!
Не знаю, почувствовал ли он мой взгляд или просто совпало, но в тот же миг он уже смотрел мне четко в глаза и следующие секунд пять ни один из нас не хотел сдаваться первым. Секунде так на шестой по его губам скользнула отвратительно понимающая усмешка, а тьма в его глазах жадно облизнулась, заставив дернуться и… Нет, не сбежать.
За эти полгода я стала намного сильнее и умнее. Сдержаннее и… увы, не осторожнее.
Но теперь точно знала, что люди предпочитают играть по правилам до последнего, однако не все люди рассказывают об этих правилах другим, особенно если они серьезно отличаются от общепринятых. Сэверин как раз из последних. Он беспощаден к слабостям других, но изредка потакает своим. Он чтит букву закона, но умеет её обходить. Он отличается особым пониманием и терпением…
Однако они не бесконечны.
Но черт возьми, я не хочу замуж!
Или дело уже не в этом?
– Спасибо за обед, – я поднялась из-за стола, как ни в чем не бывало. – Магистр Ламбертс, я правильно понимаю, что официально наша практика начинается уже завтра?
– Да, – прищурился некромант.
– В котором часу?
– Ровно в девять я жду вас в бюро.
– Адрес?
– Переулок Мандрагорцев, тринадцать.
Кивнула, давая понять, что услышала, после чего покинула столовую, не сказав больше ни слова. Задумала ли я что-нибудь эдакое? Пока нет.
Но он-то этого не знает!
Вернувшись в свои апартаменты, я уточнила у Тьмы, не заходил ли к нам кто-нибудь, и когда услышала, что нет, одновременно порадовалась и озадачилась. А как же обещанная горничная? Нет, я не планировала подпускать её к своим вещам, в конце концов, я почти дипломированный бытовик, но сам факт…
А не так уж и вышколена тут прислуга!
Или мне объявили бойкот?
Не очень веря в последнее, но подозревая, что возможно всё, я дала Тьме новое задание – пробежаться по городу и выяснить, где находится нужный переулок и другие, не менее интересующие меня места. Например, книжные магазины и нежно любимые мною лавки одежды, обуви и сумочек.
Кстати, путем нехитрых умственных заключений я выяснила, что умеренно равнодушна к драгоценностям. На мой взгляд, их цена не соответствовала полученному удовольствию от их покупки и последующего владения. Да, миленько, и если кто-то подарит, то скорее всего не откажусь, но это не точно. Всё-таки далеко не все украшения действительно красивы и тот же золотой браслет от Винса, который мне доставили через курьера, как говорится «с душком».
Вот заколку от Янины я оставила, потому что понимала – наша бойкая староста ничего «такого» не имела в виду, как и я, даря пирожные секретарю ректора, а самому ректору – ежедневник. Кулон-накопитель от Альбуса был больше артефактом, чем полноценным украшением, и от него я даже не подумала избавляться. Джулиан благоразумно порадовал меня сладостями, и я была искренне рада именно такому подарку, ведь их можно было просто съесть и никто не узнал о моей маленькой слабости, но дорогой браслет, если бы я стала его носить, обязательно бы привлек к себе внимание и вызвал закономерные вопросы. Кто подарил? За что подарил?
В общем, нет. Сама я не настолько богата, чтобы тратить деньги на такую ерунду, а репутация для сыскаря – не то, чем стоит пренебрегать.
А я буду сыскарем!
Буду лучшим сыскарем, что бы ни думали об этом другие!
И начну, пожалуй, со сбора всей доступной информации прямо сейчас.
Хотя нет, сначала разберу вещи. Это, казалось бы, несложное занятие заняло меня на полноценный час, ведь я не только развешивала-раскладывала одежду по плечикам-полочкам, но и сразу разглаживала то, что помялось, чтобы не тратить на это время потом. Хорошо хоть в чистке ничто не нуждалось, об этом я позаботилась заранее, а чемодан с книгами и тетрадями и вовсе оставила пока не разобранным, планируя заняться этим позже.
Тем более в моём распоряжении полноценный кабинет! Буду обживать его с чувством, толком и расстановкой! Заодно помечтаю о тех благословенных временах, когда сама смогу позволить себе что-нибудь подобное.
Надо будет только сначала понять, где всё-таки останется жить Сэверин: здесь или в Айсаравии, чтобы самой перебраться как можно дальше от него и уже там строить успешную карьеру.
А не так, как сейчас!
Возмущенно расфыркавшись, я едва не прослушала стук в дверь, но он повторился, и хотя стучали в дверь гостиной, причем не слишком громко, я всё равно услышала. Немного удивилась.
Тут такая скромная прислуга?
Тем временем стук повторился в третий раз и я отправилась выяснять, кто там такой настойчивый, но скромный.
Оказалось, что парни.
Удивилась ещё сильнее, особенно такому нелепому сочетанию: Джулиан и Харви, потому что рядом они ну совершенно не смотрелись. Практически, как антагонисты. Хотя, учитывая чересчур серьезный взгляд последнего, у меня уже начинали закрадываться немалые подозрения в том, что этого своего однокурсника я откровенно недооцениваю. Что ж, вот и присмотрюсь к нему получше!
– Да?
– Мы тут подумали и я решил, что нам пора узнать друг друга ещё ближе, напарник, – умеренно шутливо заявил будущий герцог Шантаросский, вручая мне довольно внушительную картонную коробку, куда обычно паковали пирожные. – Впустишь?
– Ну, допустим, – протянула не очень любезно, в целом планируя то же самое, но только завтра. – А запивать чем?
– Было бы чем закусывать, а запивать всегда найдется, – лихо подмигнул мне Джулиан и выразительно похлопал себя по ремню заплечной сумки.
– Серьезно? – Я взглянула на него, как на идиота. – Здесь?
Перевела выразительный взгляд на Харви и попыталась найти поддержку хотя бы у него.
– Только не говори, что ты согласился на это безумие! Ламбертс же сказал, что алкоголь запрещен!
– С технической точки зрения мы ещё не практиканты, – поправил на носу свои круглые очки парень. – А в законах княжества Лайдаросского нет прямого запрета на распитие алкоголя в доме. Только в общественных местах, таких, как улицы, парки и тому подобное.
– Ну, допустим, – повторила я, хотя всё равно была настроена скептично. – Но сейчас всего третий час дня. Если и пить, то вечером, хотя бы ближе к восьми. И я бы предпочла кабак, там и атмосфера повеселее будет, и горгулий нет.
– Очень хорошо, что ты это предложила, так и сделаем, – хитро разулыбался Джулиан… И вынул из сумки литровую картонную коробку с яблочным соком. – А пока можно и просто пообщаться. По делу. С пирожными и соком. Что думаешь?
– Ах ты… – Сообразив, что меня самым наглым образом провели и банально обманули, тем не менее почему-то не могла злиться на этих двоих всерьез и всё-таки смешливо расфыркалась, отступая. – Ладно, проходите.
– О-о, – прямо с порога многозначительно протянул Джул, с каким-то подозрительным прищуром изучая мою гостиную, а потом и меня. – И после этого ты говоришь, что между вами ничего нет? Чудо, да ты лукавишь. Не стыдно?
– С какой стати? – разозлилась мгновенно, потому что чудом меня называл только Сэверин и в исполнении будущего инквизитора это прозвучало отчего-то дико неприлично.
– Потому что наши апартаменты гораздо скромнее, – ответил за него Харви, так же проходя в центр комнаты и с интересом осматриваясь. – Не знаю, как у остальных, но у меня только спальня и санузел. Куда ведут эти двери?
– У меня так же, никаких гостиных, – усмехнулся Джул, продолжая глядеть на меня так, словно точно знал то, чего не знаю я.
И это дико злило.
– Знаете что? – процедила, не собираясь терпеть все эти грязные намеки и безосновательные претензии. – Я на такое не подписывалась! Идите и жрите свои пирожные сами! А я без вас справлюсь! Я писала заявление на эту практику ещё осенью и ни вы, ни Ламбертс, ни кто-либо другой не отнимут у меня мою мечту! Вам ясно? Выметайтесь!
– Время идет, ничего не меняется, – покачал головой будущий герцог. – Эмилия, остынь. Мы всего лишь озвучили факт, а ты уже вся испсиховалась. Знаешь, следуя логике элементарной психологии совсем несложно сделать вывод, что между вами всё-таки что-то есть…
Думаю, парень, наконец разглядел клубящуюся тьму в моих глазах, потому что резко осекся и очень тактично закруглился:
– Но это только ваше дело. Кстати, я думал, ты стихийница.
– Индюк тоже думал, – произнесла мрачно, меньше всего желая выдать себя так бездарно. – Да, во мне проснулась тьма. Не беспокойтесь, магистр в курсе, я её уже приручила, невинные не пострадают.
И выразительно так посмотрела на обоих по очереди.
– Знаешь, а я догадывался, – удивил меня своим признанием Харви, в который раз поправляя на носу очки и тем самым невольно привлекая к ним внимание. Неужели артефакт? Хм-м… – Ты слишком сильно изменилась в последнее время. Стала ярче, решительнее, сильнее. – Странно усмехнулся лишь левым уголком губ и, глядя мне в глаза, коротко кивнул. – Спасибо. Твой пример послужил для меня стимулом и я тоже задумался о том, как выгляжу и что меня ждет после выпуска. Вряд ли ты заметила, но я… Тоже стал работать над собой, – парень невесело усмехнулся, продолжая глядеть на меня безотрывно. – Хотя что я? Ты вообще никого и никогда не замечала, разве что для дела. Хорошая черта, кстати, но не всегда, работа в команде тоже важна, особенно для сыщика. И теперь мы возвращаемся к тому, зачем мы с Джулианом к тебе сейчас пришли. Надо бы обсудить наше дальнейшее сотрудничество и определить сильные и слабые стороны каждого, чтобы понимать, кто и чем будет заниматься в дальнейшем. А зная магистра Ламбертса, могу с уверенностью заявить, что завтра будет уже не до того.
– Слушай, ты откуда такой умный взялся? – удивилась я неподдельно, впервые за пять лет услышав от парня столько слов.
Хотя будем честны, раньше Эмилия с ним просто не общалась. Да и я как-то не рвалась, мне хватало общества Джулиана.
Зря. Как показывает текущий момент, вот такие вот тихушники больше всех и замечают.
А ведь я о таком читала! Читала, да только не думала, что сама столкнусь. Ещё и настолько внезапно. Нехорошо. Очень нехорошо! Необходимо гораздо больше уделять внимания всему окружению, а не только самым ярким его представителям!
Ну и где теперь взять дополнительные двадцать четыре часа в сутках?!
– Всё благодаря тебе, – абсолютно искренне и безо всякого ехидства повторил Харви. – Просто я присмотрелся к тебе внимательнее и однажды подумал: почему я не могу сделать то же, что и ты? Кто мне мешает? И знаешь, я очень удивился, когда понял, что никто, а регулярные тренировки, чтение умных книг и тщательная подготовка ко всем без исключения предметам довольно быстро принесли те самые желанные плоды, которые помогли поверить в себя. Я осознаю, что никогда не стану таким, как Джулиан или магистр Ламбертс, но это не отменяет того факта, что тоже могу достичь определенных высот в выбранном деле.
– Слова не мальчика, но мужа, – вставил свою весомую реплику Джул, при этом дружески хлопая Харви по плечу, но не слишком сильно – парень даже не покачнулся. – И раз уж мы все успокоились и разобрались в деталях, то может уже и к главному перейдем? Где у тебя стол и кружки, чудо?
Успокоились? Да как бы не так!
– Джул, – произнесла я ласково-ласково, будущий герцог аж щиты активировал, причем буквально за долю секунды. Молодец, пять. – Ещё раз назовешь меня чудом – и я тебе ногу сломаю. Обе. В трех местах. Со смещением и осколками. Понял?
– Ты? – Левая бровь парня поползла наверх.
– Я.
– Мне? – Вторая присоединилась к первой.
– Тебе, – кивнула, позволяя тьме снова проявиться в глазах.
– Понял. Прости. Больше не буду, – быстро пошел на попятный будущий инквизитор, но не трусливо, а скорее благоразумно.
Знал, что я слов на ветер не бросаю.
– А теперь можно и в кабинет пройти, – улыбнулась я премило, аж скулы свело. – Это сюда.
До этой минуты сама я заглядывала в него лишь мельком, буквально отметив наличие, так что сейчас мы изучали его вместе. А ничего так кабинетик! Как раз можно расположиться втроем и всем будет удобно. Умеренно массивная мебель светлых тонов: широкий стол на двух тумбах, пустой шкаф под книги, длинный диван с чайным столиком и три кресла – одно за столом и два у шкафа. Большое окно с широким и низким подоконником, прикрытое тюлем и портьерами, на стене яркий морской пейзаж, на высоком потолке красивая люстра, а на полу мозаичный лакированный паркет.
– Почти завидую, – одобрительно прицокнул Джулиан, подходя к пустому шкафу и уверенно распахивая нижние непрозрачные дверцы. – Ага!
Не знаю, как он догадался, но там нашлись идеально чистые тарелки и бокалы коньячной формы. Без бутылки, правда, но сейчас алкоголь лично меня не интересовал, а пить сок из одного пакета со всеми – всё-таки не очень гигиенично.
В общем, пока Джул разливал сок, а Харви распаковывал пирожные, я проверила ящики стола, с удовлетворением обнаружив в них пачку бумаги и писчие принадлежности, по праву заняв место за этим самым столом.
Почему нет? Раз это мои апартаменты, то и кабинет со столом мои. А гости пусть располагаются, где осталось.
Гости, кстати, тушеваться не стали и, подвинув оба кресла к столу с другого края, почти синхронно отсалютовали мне бокалами.
– Ну, за знакомство! – произнёс шутливый тост Джулиан и смачно вгрызся в ближайшее пирожное. Прожевал, щурясь от удовольствия, запил и заговорил снова: – И раз уж сам это затеял, то первым и начну. Меня зовут Джулиан Изандер, пару недель назад мне исполнилось двадцать два года. Мой отец – Роберт Изандер, герцог Шантаросский, но сейчас это наименее важно. Итак, обо мне. Владею даром стихий седьмого уровня, специализация – инквизитор. Следующие пять лет планирую работать по профилю в министерстве при императорской тайной канцелярии. И да, место меня уже ждет. Кстати, красный диплом у меня заработан честно, никаких взяток я преподавателям не давал, титулом не бравировал и глубоко осуждаю подобный подход к образованию. Как и само взяточничество.
Догадавшись, что он намекнул на то, как в прошлом году опозорились Фиона и Олария, тихонько хмыкнула, но перебивать не стала.
– Из своих сильных качеств могу назвать следующие: физическая и магическая сила, опыт боевых столкновений с противником и непосредственно командования, заработанный на практиках прошлых лет…
– Прости, уточню, – перебила его, – с каким конкретно противником?
Харви тоже заинтересованно наклонил голову и Джулиан, сначала доев пирожное, пояснил:
– В первую очередь инквизиторов учат выявлять тварей изнанки. Как вы знаете, в основном это сущи всех видов и мастей, но не только. Кроме сущей в наш мир изредка проникают и иные хтонические порождения, сразу принимающие куда более материальный облик: это скорпиды, арахниды и тому подобное. Добавим к этому старую добрую классическую нежить, родную нашему миру элементарную нечисть и даже банальных гарпий, мантикор и кракенов и получим то, с чем обычно имеет дело наша доблестная инквизиция.
– А ты?
– И я, – усмехнулся Джул. – За четыре года обучения в столичной академии я не сталкивался на регулярных выездных практиках разве что с личами и мегасущами, остальное нам подкидывали регулярно. Но мы отвлеклись. Итак, кроме того, что мой магический дар не дотягивает до уровня архимага буквально полтора пункта, к чему, кстати, я усердно стремлюсь, я отличный мечник и неплохой боец рукопашного боя, признанный тактик и, не побоюсь этого слова, гениальный стратег.
Тут уж я не удержалась, фыркнула, но Джул лишь насмешливо прищурился и напомнил:
– Ещё осенью я заполучил в своё персональное пользование лучшую напарницу на всё полугодие по всем предметам, это ли не подтверждение моим умениям? Да и сейчас мы снова в связке. Поверь, я не жалею.
И вроде приятно, но… Лишь отчасти.
– Что с недостатками? – предпочла я переключиться на не менее важный вопрос.
– Ненавижу работать с документами, – скривился Джулиан. – Я практик, но никак не теоретик. Что нужно в бою – схватываю на лету, над остальным приходится серьезно работать и буквально заставлять себя этим заниматься. Клянусь, я буду пить неделю, когда получу свой диплом, и никто меня не остановит!
Хихикнула даже – так проникновенно это прозвучало.
– Если позволите, – подал голос Харви, – я бы добавил к минусам Джулиана излишнюю самоуверенность и некоторую поспешность принятия решений. Да, в каком-то роде для инквизитора это плюс, особенно, когда находишься в бою и каждая секунда на счету, но в повседневной жизни может обернуться конфузом.
– С чего бы? – хмыкнул слегка уязвленный инквизитор.
– Мои личные наблюдения, – невозмутимо произнёс Харви и поправил на носу очки.
– А ты у нас, значит, шибко наблюдательный? – прищурился Джул. – А расскажи-ка нам о себе, парень.
– Меня зовут Харви Милтон, – даже не улыбнулся однокурсник. – День рождения в конце лета, будет двадцать два. Я сирота с рождения, родителей не видел, имен не знаю и выяснять не рвусь, рос при храме святой Магдалены неподалеку от Кентербурга. Подозреваю, что один из моих родителей был вампиром, возможно полукровкой, так как мне передались от него слишком крупные для человека клыки, астеническое телосложение, бледная кожа, не склонная к загару, повышенная выносливость, острый слух, хорошее ночное зрение, аналитический склад ума, бытовая неприспособленность и некоторое занудство.
– Бытовая неприспособленность? – перебила я парня, иронично фыркая. – Это что такое вообще? Ты же бытовик!
– Скорее просто стихийник, – скупо усмехнулся Харви. – В быту я… мало приспособлен. Мне, как Джулиану, приходится себя заставлять. Чистить одежду, расчесываться, мыться, регулярно и правильно питаться, банально чистить зубы. Мне не лень, но… Не интересно. Не знаю, как объяснить. Я знаю, что это необходимо и правильно, но просто не хочу это делать.
Мои глаза удивленно округлились, а парень торопливо добавил:
– Но последние полгода я составил для себя определенный свод непреложных правил повседневного быта и старательно их придерживаюсь. Мне не доставляет это особого удовольствия, даже скорее раздражает, но я понимаю, что это необходимо.
Вздохнул, слегка морщась, и мотнул головой, словно прогоняя из мыслей лишнее.
– Из своих плюсов могу назвать то, что люблю работать с документами, обожаю систематизировать, классифицировать и просто анализировать, находя любопытные закономерности и связки причина-следствие. А! И дар у меня четверка, чистые стихии с уклоном в воздух. Из всех заклинаний больше всего нравятся элементарные бытовые, облегчающие жизнь, хотя щиты я тоже неплохо освоил. Диплом, к сожалению, будет синим, – Харви небрежно пожал плечами, – на первом и втором курсе я особо не утруждался. Бегаю хорошо, ловко лазаю по деревьям, в остальном посредственно. Холодным оружием не владею, хотя камни бросаю метко. Всё, наверное.
– А почерк у тебя хороший? – уточнила я вкрадчиво, уже зная, на кого в случае чего мы с Джулианом спихнем составление отчетов.
– Да, конечно, – сначала уверенно ответил Харви и только потом озадаченно прищурился. – А что?
– Да так, – улыбнулась немного пакостно и мы с Джулианом, явно подумав об одном и том же, понимающе переглянулись. – А теперь давайте обо мне! Итак, я…
Сущь!
Естественно, я не стала этого говорить, хотя видит Небо, ужасно хотелось посмотреть, какой эффект произведет моё признание, но я сдержалась.
Вместо этого выдала ту правду, с которой жила с момента своего воплощения:
– Меня зовут Эмилия Кейтри, мне будет двадцать два уже через три недели. Я чистокровный человек, родилась в семье фермеров, стихийный дар передался по материнской линии от бабки. Темный дар пробудился около года назад и помог прокачать резерв до полноценной пятерки, но я рассчитываю на большее. – Даже не думая заострять внимание на том, по какой такой причине у меня пробудился темный дар, который обычно проявляется в жесточайших стрессовых ситуациях или у тех, кто побывал на грани жизни и смерти, сразу перешла к главному. – Мои сильные стороны: умение находить и применять редчайшие и сложнейшие плетения, которые требуют не столько силы, сколько предельной концентрации и работы обеих рук. Да, я амбидекстер и очень этим горжусь. Обожаю искать и находить. Ещё я усидчива, обожаю читать и просто учиться всему новому и полезному. Последнее в приоритете. Последние два с лишним года тесно сотрудничала с центральным полицейским участком Кентербурга и даже подрабатывала на четверть ставки сержантом, курируя дела о поиске пропавших вещей и домашних питомцев. Несколько раз участвовала в задержании грабителей, но скорее на подхвате, чем непосредственно в боевой группе. Плотно знакома с документационным оборотом сыскного отдела и лично составила не меньше сотни протоколов.
Взяла паузу, раздумывая, стоит ли говорить навязанным напарникам, что в полной мере освоила тьму, но потом поняла, что в процессе прохождения практики это всё равно вскроется, и коротко кивнула самой себе. Пусть знают, меньше претензий будет потом.
– Как я уже сказала, кроме стихий мне подвластна и тьма. В частности я освоила ряд полезных и официально разрешенных проклятий, пут и, так называемых, следящих теней. Смертельные заклинания мне тоже известны, но применять пока не приходилось. Ну а фамилиара моего вы и сами видели.
– Кошку? – зачем-то уточнил Джул.
– Кошку.
– Ламбертс, говоришь, в курсе?
– Естественно, – поморщилась, потому что не хотела говорить о маге даже в таком контексте, но пришлось. – Он сам составил для меня подробную программу обучения и снабжал соответствующей литературой. Но если кто-то из вас снова скажет, что между нами что-то есть…
И взяв пирожное, смачно куснула его шоколадный бок, тем самым намекая, что именно может случиться с моими врагами.
– Ни словечка, – инквизитор шутливо запер свой рот на ключ и выкинул его через плечо. – Но если что, на свадьбу зовите, с удовольствием позлорадствую.
Тьма! Я чуть пирожным не подавилась, закашлявшись так, что выступили слезы, ну а потом…
В общем, никто не ожидал, но стоило на кончиках моих пальцев заплясать чистой тьме (убью гада!), как в метре от стола за спинами парней открылся портал и из него вышел откровенно недовольный некромант.
В одних домашних брюках, ага.
Мрачно глянул на замерших парней, выразительно поверх их голов на меня, щелкнул пальцами и мою руку с не до конца сформированным заклинанием обожгло потусторонним холодом, заставив обиженно вскрикнуть и затрясти ладонью.
– Пункт семь-три, – ледяным тоном отчеканил куратор, – никакой боевой магии в доме. Минус балл, адептка Кейтри.
– Эй! – возмутилась я в голос. – Практика начнется только завтра!
– Это не отменяет того факта, что ваше поведение недопустимо, – жестко отрезал маг, надменно складывая руки на груди.
– Как и ваше! – выкрикнула в ответ, не собираясь терпеть его очередное самодурство. – Я не сделала ничего предосудительного, чтобы занижать мне баллы! Тем более это никак не связанно с практикой!
Мы впились друг в друга темными взглядами, словно этим можно было решить, кто прав, и тут в полнейшей тишине кто-то из парней звучно сюпнул.
Аж вздрогнула, моментально найдя глазами нарушителя, а Джулиан, как ни в чем не бывало, отсалютовал мне своим бокалом с соком.
– Вы продолжайте, продолжайте. Безумно интересно. Кстати, магистр Ламбертс, вы бы оделись. Всё-таки при девушке находитесь. Или для вас это привычный вид в ее обществе?
– Поверьте, адепт Изандер, – неприязненно бросил магистр, даже и не думая менять позы, – адептку Кейтри подобным не смутить, она видела и не такое.
Чего-о-о?!
Мои глаза стали размером с блюдца, но вместо того, чтобы справедливо возмутиться на бессовестный поклеп, я попыталась вспомнить, что же я такое видела. И самое главное: когда?
Не вспоминалось, хоть убей (даже в ту единственную ночь, проведенную вместе, он спал в штанах!), так что секунд через пять полнейшей тишины я справедливо возмутилась:
– Да не было ничего такого! Чего врать-то?
– А жаль, – тихо-тихо хмыкнул маг, усмехаясь левым уголком губ, тут же куда громче и язвительно продолжая: – Вообще-то я имел в виду практику по целительству, адептка Кейтри, но мне лестно, в каком направлении вы мыслите. Кстати, позвольте полюбопытствовать: по какому поводу пьем?
– Сок, – выразительно поднял палец Джул, явно предупреждая необоснованные обвинения в нарушении нелепого свода правил.
– Тем более, – скривился некромант. – Для приема пищи в этом доме есть специально отведенные места.
Нет, он специально! Специально доводит меня до кипения своими мелочными придирками! Да какая ему разница, что мы пьем и где? Или бесится, что его не позвали? Так не надо быть таким… Чудовищем! Сам-то забыл, как лопал пирожки миссис Муариф в своей спальне? А я видела, как таскал их туда! Видела!
– Магистр Ламбертс, – вдруг подал голос Харви и мы все с искренним удивлением взглянули на него, словно это заговорила мебель, – вы неоправданно предвзяты к нам и это факт. Я тут проанализировал ваше поведение и вывел любопытную закономерность: на степень отрицательности вашего настроения существенно влияет присутствие Эмилии. Без неё вы более нейтральны и почти дружелюбны, но рядом с ней сам не свой. Думаю, всё дело…
Кажется, напряглась не одна я. Джул точно начал плести экранирующий стихийный щит, Сэверин просто нехорошо прищурился, но тут прозвучало то, что лично я не ожидала никак.
– В резонансе ваших сил. Тьма сама по себе агрессивна и не терпит конкуренции, а насколько я успел понять, вы не просто сильный некромант, а сильнейший в своём роде. Архимаг, верно?
Сэверин заинтересованно приподнял брови и чинно кивнул.
Харви удовлетворенно улыбнулся и продолжил развивать свою крайне странную, но такую любопытную мысль.
– Тьма Эмилии пробудилась совсем недавно, но я наблюдал и за ней, так что могу с уверенностью сказать, что её потенциал так же велик. Ну или почти так же. И дело не в величине дара, а в её насыщенности. Сама по себе тьма манит, но две тьмы никогда не уживутся на одной территории. То, что плюс для других, для них исключительно минус. А минус к минусу, как мы с вами знаем, не притянется никогда. Это как с магнитами, понимаете? Между вами, я подозреваю, именно это и происходит. – Развел руками и резюмировал: – Иных объяснений у меня нет. Но согласитесь, звучит логично.
Джулиан удивленно похмыкал, потерев подбородок, а мы с Сэверином снова взглянули друг на друга. Глаза в глаза. Тьма к тьме…
И не знаю, как он, а я сразу поняла, что это полнейший бред.
Не в конкуренции дело.
Совсем не в конкуренции…
Поймав себя на том, что начинаю думать совсем не о прохождении практики и вспоминать отнюдь не многоступенчатые плетения, а ту роковую ночь, которая была самой волшебной в моей жизни, но испортила всё, я поспешила отвести взгляд первая и схватилась за свой сок, желая прикрыться от чересчур понимающей усмешки Сэверина хотя бы бокалом.
Он не глуп, этот архимаг с настолько темной душой, что в ней может заблудиться даже сущь. Он сообразителен. Слишком сообразителен!
И ничего не забыл. Как и я.
Но…
– Что ж, любопытное предположение. Не сидите допоздна и не забывайте: завтра, в девять я жду вас на практику. Без опозданий.
И ушел.
О?
О-о-о?!
– Выдыхай, – шутливо посоветовал мне Джулиан, будучи сегодня в особенно игривом настроении. Взялся было за последнее пирожное, но поймал мой зловещий взгляд и аккуратно переложил его на моё блюдце. – Ну что ты? Нормально же общались. Кушай. Между прочим, твои любимые, с шоколадом. Кстати, на чём мы закончили? Точно! На твоих минусах. Какие они у тебя, кстати? Харви, что скажешь?
– Амбициозность, эгоистичность, зацикленность на своих желаниях, вспыльчивость, мстительность и пренебрежение окружающими, – без запинки произнёс наш очкастый умник, заработав мой очередной мрачный взгляд. – Что? Это правда. В умеренных дозах и определенных случаях это хорошо, но для работы в команде может стать серьезной помехой. При этом я отдельно хочу заметить любопытный факт, что ты умеешь превращать свои минусы в плюсы, особенно когда понимаешь, что работа в группе будет эффективнее, чем в одиночку. Это очень интересная способность и я рад, что мне удалось попасть именно в твою команду, а не во вторую. Мне есть ещё чему у тебя поучиться.
Почувствовав после этих слов парня себя немного двойственно, словно вдруг стала его лабораторной работой, как какая-нибудь мышь, раздраженно передернула плечами, прогоняя неприятные ассоциации, и предпочла заесть стресс пирожным.
А то ходят тут… всякие! Говорят… Разное! Аппетит портят!
– Что ж, – довольно подытожил Джулиан, звонко хлопая в ладони, – раз мы, наконец, выяснили, как мы все невыносимо хороши, то предлагаю следующее: прогуляться! Кто за?
В принципе я планировала то же самое, но в одиночестве и сначала хотела дождаться Тьму, однако слова Харви задели меня за живое. Неужели всё это так заметно? А ведь это плохо. Люди не любят, когда к ним относятся с пренебрежением, а в работе сыскаря очень важно выглядеть в глазах окружающих достойно. Уметь располагать к себе, вызывать доверие и в целом производить как можно более приятное впечатление. Что будет довольно сложно, если обо мне пойдет молва, как о вспыльчивой эгоистке.
Это не значит, что я резко перестану ею быть, конечно, нет. Это значит, что я должна тщательнее следить за своим поведением в обществе. Спрятать свою сущь ещё надежнее и внешне выглядеть ещё более человечно.
Фу, какая гадость!
– Я не против, – произнесла в конце концов более или менее ровным тоном. – Тем более погода позволяет. Где и с какой целью ты хочешь прогуляться?
– Да просто – по городу, – неопределенно взмахнул рукой будущий герцог. – В отличие от тебя, я был до последнего уверен, что буду проходить практику в столичном бюро Ламбертса, так что даже толком не успел выяснить, что за страна и город, не говоря уже о подробностях. А ты?
Решив, что ответить всегда успею, повернула голову к Харви и переадресовала вопрос ему:
– А ты?
– Город мне не знаком, никогда тут прежде не был, – невозмутимо ответил парень, в который раз за день поправляя очки (аж по руке стукнуть захотелось!), – но главное известно. Я вообще очень люблю изучать географию и население других стран. – И, то ли намеренно взяв лекторский тон, то ли случайно, немного занудливо продолжил: – Сейчас мы находимся в княжестве Лайдаросском, столица – город Лоандра. По площади княжество существенно уступает нашей империи, примерно раза в четыре. Основной состав населения, а это около десяти миллионов существ – демоны, но встречаются и иные народы, это где-то семь-десять процентов от общей массы. Климат субтропический благодаря теплому океаническому течению, омывающему большую часть прибрежной страны. Иными словами, тут почти всегда лето, да вы и сами заметили. На текущий момент княжеством правит князь Кевин Коста Пилурадос, кстати, мы его видели в администрации. Весьма интересный и сильный демон, в том числе магически. Стихийник. Как политик – достоин уважения, в годы его правления страна вышла на новый уровень экономического развития и активного сотрудничества в том числе с нашей империей. О его семье мне особо не известно, но вроде как женат и есть ребенок.
Задумался ненадолго и уверенно кивнул.
– Магистр Ламбертс – его родственник, это видно даже по их внешнему сходству, но я не совсем понял, какой именно. Кузен или племянник? Я нигде не встречал упоминания о принцессе Катарине, так что тут стоит ещё собрать информацию. А вы что думаете?
– Думаю, ты – тот ещё зануда, – озвучил нашу общую мысль Джулиан и заговорщицки подмигнул мне. – Достойная замена Ламбертсу, если он всё-таки решит остаться здесь. Кстати, не думал о преподавании? Магистр Харви Милтон! Звучит, а?
– Да упаси боги! – искренне ужаснулся парень. – Тратить свою жизнь на других? Никогда! И ладно, если они хоть немного сообразительными будут, как мы. И хоть капельку благодарными. А если как Олария?
Думаю, не одна я вспомнила не только эту рыжую дуреху, но и остальных, кого отчислили в том числе благодаря мне (и магистру), но вслух сказала совсем другое. Причем не скрывая ехидства.
– О. О. О! Да ты самолюбив, дружок. Добро пожаловать в клуб эгоистов. Правда, у нас здорово?
– Эй, а я? Как же я? – напоказ обиделся Джул. – Я тоже хочу к вам!
– А вы, господин инквизитор, мордой не вышли, – расхохоталась в голос, особенно когда он насупился уже всерьез. Ну или очень похоже. – Как там первое правило инквизиции? Напомни, а?
– Будь беспристрастен и справедлив, – с досадой хмыкнул Джулиан. – И что?
– И то! – Я выразительно воздела палец к потолку. – Где ты тут нашел буквы э-г-о-и-з-м? То-то же! Ну ладно, посмеялись и хватит. Гулять идем? Кто-то будет переодеваться?
Не знаю, зачем, но парни синхронно опустили взгляды вниз, словно резко забыли, во что одеты (в обычные уличные брюки и рубашки), после чего точно так же оценивающе взглянули на меня и если Харви отрицательно мотнул головой, то Джул уточнил:
– Сама так пойдешь?
– Ну да. Чего мудрить? Переобуюсь только и сумку возьму. Встречаемся внизу.
Я действительно не стала переодеваться, ведь и так уже надела новенькие красивые брючки насыщенного синего цвета и специально купленную к ним голубую блузку, поэтому лишь мазнула блеском по губам и подкрасила ресницы, да заново заплелась, потому что волосы немного растрепались, но, когда спустилась вниз, между делом связавшись с Тьмой и выяснив, что кошка сейчас в совсем другом конце города и вернется в лучшем случае через пару часов, обнаружила, что в нашем полку прибыло.
– А вы чего тут? – спросила почти дружелюбно, увидев рядом со «своей» командой, «чужую».
Кстати, Сэверин ничего не говорил про дух соревнования, но не стоит думать о кураторе слишком хорошо. Как показала жизнь, это будет ошибкой.
– А мы тоже гулять хотим, – на правах почти друга улыбнулся мне Альб и подошёл ближе, приобнимая за плечи. – Не дуйся, Эмми, тебе не идет. Хочешь, я тебе пирожное куплю? Кстати, как мы уже выяснили, лишь я один из всех вас довольно неплохо знаю город, бывал тут с дедом во время дипломатических миссий ещё до учебы. Так что могу безошибочно провести по самым интересным местам. Кто за?
За были все, а меня просто не спрашивали, так что мы отправились в город всей толпой.
Удивительно, но Альбус не обманул – он действительно знал город и по дороге даже умудрялся рассказывать, где именно мы сейчас идем, чьи это дома, а еще – как называются улицы и в честь кого.
Никого не удивило, что район, где располагался особняк Ламбертса, оказался одним из самых респектабельных, так что дома справа и слева, а также напротив – принадлежали сплошь аристократам и были окружены крупными огороженными участками.
Что поразило меня – так это низкие ажурные заборы, через которые при желании можно было даже перепрыгнуть без особого разбега, чтобы уже вблизи полюбоваться на статуи и фонтанчики, экзотические цветы и кустарники, но никто этого, естественно, не делал.
– Не обманывайся показной доступностью, – усмехнулся Альб, когда заметил, что я в очередной раз примеряюсь к забору всего лишь мне по грудь. – Демоны помешаны на безопасности, но предпочитают, так называемую, «невидимую» защиту. Попросту охранные артефакты. Наша раса сильнее, ловчее и выносливее людей, так что даже для детей не проблема перемахнуть через трёхметровый забор, не говорю уже о взрослых. Так что нет, высота и толщина ограды – не панацея. К тому же как тогда хвастаться своим достатком и садовником? Нет и ещё раз нет. Вот, кстати, обрати внимание. Взгляни на этот участок магическим зрением.
Его словами заинтересовалась не одна я и уже несколько секунд спустя мы активно обсуждали знакомые виды охранных плетений, опутывающих забор, возможные элементы питания и варианты проникновения.
Нет, ну а что? Хочешь поймать преступника – мысли, как преступник!
В общем, лично для меня прогулка мигом засияла новыми красками и когда мы пошли дальше, то в первую очередь обращала внимание на заборы, окна и двери, поражаясь тому, как сияет город именно в магическом спектре.
Нет, так-то он и в обычном спектре был чудесен – белый, голубой, синий, зеленый, кирпично-красный – словно моя воплощенная мечта! Но и магии хватало, причем не всегда знакомой, а это было куда как интереснее.
После того, как Альб провел нас до конца первой улицы и по не менее роскошной перпендикулярной второй, всего квартал спустя парень невероятно быстро нашел тот самый переулок Мандрагорцев и мы вблизи изучили нужное нам здание бюро.
Приземистое, представительное, в два этажа с почти плоской крышей и большими окнами, оно было старинной каменной кладки из светлого известняка, как и все прочие на этой тихой улочке, а ещё радовало большой строгой вывеской «Сыскное бюро», широким крыльцом с коваными перилами и пятью ступенями, симпатичной лавочкой, ухоженным газоном и самой сложной магической защитой из всех, что я видела по дороге сюда.
Кстати, дверь по случаю выходного дня была закрыта, но этому никто из нас не удивился.
Полюбовавшись на место своей будущей работы, мы прошлись по всему переулку и выяснили, что обычных жилых домов тут нет, сплошь конторы и лавки, причем весьма респектабельные: ювелирная, салон мод, нотариус, книжный, ресторанчик и всё в таком духе.
После переулка Альбус привел нас на центральную площадь с красивущим фонтаном, до которой оказалось буквально рукой подать, и я почти сразу опознала в одном из домов тот самый, где располагалась канцелярия князя.
Но, как уже водится, прежде всего для аристократов и втридорога.
Кстати, мы туда даже заглядывать не стали, лишь полюбовались фонтаном и клумбами, после чего Альбус уверенно повел нас на следующую улицу, по его словам, точно заслуживающую нашего внимания, и всего через пару кварталов и один сквер, выслушав весьма интересное повествование о необычной статуе, изображающей огромную пушистую кошку, однажды спасшую целый квартал от пожара, дошли до набережной реки Тилль.
Широкая, каменная, благоустроенная, в этот вечерний воскресный час набережная была полна прогуливающихся горожан, одетых так нарядно, словно сегодня был какой-то праздник. Но нет, как объяснил Альб, демоны просто любили и умели отдыхать.
– Думаю, к морю в следующий раз сходим, – пообещал он нам, когда я спросила, почему он привел нас именно сюда. – Там сейчас прохладно, не сезон. Через пару недель будет получше, можно даже искупнуться, а сейчас по вечерам только уши морозить. В идеале бы конца весны дождаться, вот тогда там самый шик, но нас тут в это время уже не будет.
Подумал…
– Ну или кому как повезет. Кстати, кто слышал о славной бессмертной традиции отмечать начало практики дегустацией того национального напитка, в стране которого мы сейчас находимся?
Стыдно признаться, но, кажется, одна я… не слышала!
Остальные так бурно и горячо поддержали желание Альба продолжить прогулку в ближайшем кабачке, что меня туда снесло исключительно волной их энтузиазма и уже спустя полчаса, сидя между Джулианом и Харви, заказав в качестве основного блюда копченую свиную ногу, а к ней подозрительную лепешку с ветчиной, томатами и сыром, я с интересом наблюдала, как Альбус и Винс помогают официантке нести к нашему столику полноценный бочонок апельсинового сидра.
На самом деле сидр был изначально яблочным, но в процессе настаивания в него добавлялась весомая доля апельсинов, куча специй и банальный спирт для крепости, так что на выходе получалось нечто вроде шипучего коктейля средней градусности. С приятной кислинкой, с бодрящей горчинкой, с веселящей безуминкой…
В общем, весело стало быстро!
– А я предупреждал.
Вздох.
– Ну и что делать будем?
Мрачный взгляд.
– Или ничего не будем?
Цыкнул.
– Лучше б они дома пили… Вот как теперь их тащить?
– Сами пили, сами теперь пусть и добираются, – в итоге решил куратор шести балбесов и… На выходе прихватил с собой лишь одного из них.
Точнее одну.
Её он им больше не доверит.
Оболтусы!
Сначала было хорошо.
Потом очень хорошо!
Под конец просто замечательно!
А потом я не помню.
Странно, да? Вроде и выпили не так много, вроде и закусывали сытно, веселились, танцевали, пили, спорили, флиртовали, пели, снова пили… а потом вдруг срубило так качественно, словно магической кувалдой шандарахнуло.
И вдруг тьма.
Кругом тьма…
Но теплая, мягкая, уютная. Подозрительно знакомая и такая… Шоколадная!
Уже почти зная, что увижу, когда открою глаза, тянула до последнего, но время неумолимо близилось к утру, а в девять я должна быть уже в бюро.
Тьма, ну почему?!
– Ты очень мило притворяешься, чудо, но я слышу каждый твой рваный выдох. Неужели так страшно?
– Не страшно, – ответила тихо, но глаза открывать не спешила, кутаясь в самообман, словно в спасительное одеяло. Ну и в него тоже. – Мне хорошо.
Хмыкнул.
Помолчал.
– Ну хоть кому-то хорошо… Кстати, голова не болит?
– Неа. А должна?
– Ну, учитывая то, сколько вы выпили… Удивлен, что ты вообще так рано проснулась.
– А я и не спала, – возразила, даже не солгав, потому что ту отключку невозможно было назвать сном. Меня просто как будто не было. И вот я появилась. Интересные ощущения, кстати. Неужели именно так ощущается похмелье? Хотя в книгах это описывалось совсем иначе.
Но нет. Ни тошноты, ни головокружения, ни дезориентации, хотя последняя меня и посетила, но ещё в кабаке. Сейчас же я идеально трезва. Аж неловко.
Нет, не за то, что трезва. А за то, что здесь. С ним. Так. Ну как так, а?
Как я здесь оказалась?! Не сама же пришла. На такое в полной отключке даже я не способна!
– Может и не спала, – не стал спорить маг, на чьей груди я так вольготно лежала и даже не пыталась сползти.
Это было бы прямым признанием тому, что я очнулась окончательно и осознаю каждое касание, выдох и биение пульса.
Не своего, естественно.
Его.
Это было так… приятно. Я искренне наслаждалась каждым мгновением.
И тут он всё испортил.
– Чудо, выходи за меня замуж.
– Ну заче-ем? – протянула плаксиво, чувствуя, как мгновенно портится настроение, и сразу сползла с мужчины в сторону, внимательно осмотрелась и, взяв верное направление, попыталась сползти и с кровати.
Не дали.
– Затем, что я тебя… – шумно выдохнул через нос, когда я пожертвовала одеялом, лишь бы отделаться от него и его загребущих рук, и осталась в одном белье, но затеи с побегом не оставила. Так, а где моя одежда?! – Эмилия, что ты делаешь?
– Это экспроприация, – произнесла сурово, старательно кутаясь в покрывало, найденное на кресле, потому что других вещей в поле моего зрения не наблюдалось. Ни моих, ни его. Покосилась на внимательно наблюдающего за мной некроманта, который сел на кровати и скептично изогнул бровь, поняла, что до адекватности нам обоим далеко, насупилась сильнее и закинула мешающийся край покрывала на плечо. – Временная. Вечером верну. Где тут выход?
Спросила я не зря. Спальня была не моей и такой огромной, что окон тут было целых три, как и двери. Нет, я могла бы и каждую проверить, но не хотела выглядеть глупо. Точнее ещё глупее, чем сейчас.
– Значит, опять сбегаешь? – помрачнел Сэверин, откидываясь на высокую резную спинку кровати и складывая руки на груди. При этом одеяло сползло даже ниже талии и явило моему весьма удивленному взору отнюдь не пояс брюк.
И даже не трусы, как можно было надеяться.
Правда и «то самое» не явило, всё-таки до него ещё ползти и ползти (одеялу вниз, а не мне!), но обнаженная полоска кожи там, где я обычно видела на Сэверине брюки, вызвала у меня закономерный и отчасти возмущенный вопрос:
– Ты голый?!
Проследив за моим взглядом и опустив взгляд вниз, некромант тихо хмыкнул и с нескрываемой иронией снова взглянул на меня.
– Допустим. И что?
– Ты… – Несмотря на то, что ситуация была вроде как возмутительной, я всё никак не могла возмутиться по-настоящему.
И очень этому озадачилась. Да так сильно, что тоже сложила руки на груди и нахмурилась.
– Слушай, а зачем тебе это?
– Это? – Маг выразительно приподнял левую бровь.
– Да, это. – Я неопределенно взмахнула рукой, отчего едва не потеряла с трудом закрепленное на теле покрывало. Но нет, успела перехватить. – Я тут что делаю? Ещё и так.
Ох уж эта проклятая косноязычность! Как же она не вовремя!
– Соглашаешься выйти за меня замуж? – усмехнулся Сэверин, но темные глаза намекали на немалое напряжение некроманта.
– Не, – мотнула головой. – Неправильный ответ. Ещё варианты будут?
– Чудовище моё, капризное, это единственный верный ответ…
Судя по зловещему прищуру, Сэверин начинал злиться, но и я была отнюдь не ромашкой, потому что упрямо вскинула подбородок и с вызовом заявила:
– Вообще-то это статья 126 – похищение, статья 127 – незаконное удержание и статья 233 – принуждение к браку! В совокупности до двадцати лет лишения свободы!
– Умница, горжусь тобой, – обманчиво довольно улыбнулся маг и тут же мрачно сверкнул глазами, – вот только ты не учитываешь немаловажный нюанс, чудо. Мы не в Айсаравии. А в княжестве Лайдаросском свои обычаи в отношении желанных невест, очень древние и безумно уважаемые обществом. Хочешь, расскажу?
Догадываясь, что сейчас услышу что-то такое, что перевернет весь мой мир, естественно, не хотела. Но и оставаться в неведении – последнее дело. Особенно когда в противниках архимаг тьмы.
В итоге пришлось пересиливать себя и небрежно кивать:
– Слушаю.
– Да ты присядь, – ласково предложил Сэверин, при этом похлопав ладонью рядом с собой.
Ха! Нашел дуру!
– Спасибо, постою. К тому же всё равно на практику собираться пора. Ты ведь уложишься в пару минут?
Как-то странно на меня взглянув, маг цыкнул и уязвленно поинтересовался:
– Почему с тобой так сложно, Эмилия? Ты же понимаешь, что предположение Харви бред, и между нами нет никакого силового отторжения, а всё с точностью до наоборот.
Пожала плечами, не собираясь развивать эту тему, которая могла слишком близко подвести его к той правде, которая была для меня опасна, и скучающим тоном напомнила:
– Ты хотел что-то про обычаи рассказать…
– Ах да, обычаи. – Видя, что я не собираюсь идти ему на уступки, маг снова пустил в тон ядовитой язвительности. – Всё просто. Если девушка нравится – нужно просто её похитить. Так похитить, чтобы как минимум трое свидетелей видели, как похититель уносит её на плече. В идеале – завернутую в красный ковер, но можно и без него обойтись, это не критичное нарушение. Кстати, из кабака я тебя именно так и вынес. Свидетели имеются. Затем необходимо приглянувшуюся девушку обесчестить и вуаля – наутро она уже твоя жена по самым древним и уважаемым обычаям. Калым родне отправляется по факту замужества.
– Какое… – вот тут я наконец возмутилась всерьез, – варварство! А если девушка против?! Это нарушение всех прав и свобод личности согласно положению международной конвенции одна тысяча семьсот тридцать шестого года!
– Тю… – усмехнулся Сэверин, приглушая блеск своей откровенно веселящейся тьмы ресницами. – Где та конвенция, а где мы? Ты правда считаешь, что среднестатистическая женщина знает о ее существовании? А меж тем этим традициям тысячи лет и они до сих пор уважаемы старейшинами родов.
Ухмыльнулся особенно пакостно и вкрадчиво добавил:
– Особенно князьями и их ближайшими родственниками…
И вот тут я испугалась. Всерьез.
Он выглядел так убедительно… И кончик языка не щипало горечью. Почему-то именно последнее сильнее прочего убедило меня в том, что он способен поступить именно так. Именно со мной. Причем прямо сейчас.
– Но я… – прошептала жалобно, – правда не хочу…
Взгляд мага нехорошо заледенел и несколько минут он рассматривал меня так, словно прикидывал, с какой стороны начать препарировать. Не представляя, что ещё сказать, но понимая, что лучше пока не шевелиться, чтобы его тьма не набросилась на меня в решающем ударе, спустя целую вечность услышала едва различимое:
– Уходи.
Недоверчиво зашарила по его лицу глазами, всё ещё не шевелясь, но вместо того, чтобы повторить, Сэверин спустил с поводка свою тьму и она, словно огромная живая лапа…
Просто выставила меня вон из спальни.
Пошатнулась, потеряв равновесие, но сумела удержаться на ногах, скорее чувствуя, чем видя, что за моей спиной закрывается дверь и отрезает меня от абсолютно безжизненных глаз архимага тьмы. Таким я не видела его ещё никогда.
И это было страшно.
Но я ведь правду сказала! Всё, как он любит!
Что ему опять не так?!
– Сэв?
Тишина.
– Сэверин.
Мрачная тишина.
– Сэ-э-в…
– М?
– Но мы же не отступимся?
– А смысл? – Его голос был безжизнен и безразличен. – Она не солгала. Понимаешь? Никакой горечи. Ни единого намека. Никогда не думал, что возненавижу правду…
Тишина.
Вздох.
Шорох…
И задумчивое рассуждение фамилиара вслух:
– Но она ведь только замуж не хочет… Ты сам-то ей нравишься. Что, если она просто слегка не доросла до брака? Страх обязательств, там… Ну, не знаю. Близости? Я понимаю, френдзона нам как бы ни по возрасту не подходит, ни по статусу, но что если всё-таки попробовать начать с неё? Вдруг у нее просто какие-нибудь комплексы и страхи, а мы ей вот так в лоб? Она ж девочка. А девочки, они… Иногда очень странные.
– Очень, – согласился мрачно. – Очень странные.
Тишина…
Долгая. Тягучая. Вязкая.
– Ты прав. Не отступимся. Переходим к плану В.
Миновав бесконечные покои некроманта и между делом выяснив, что я не на втором этаже, а на третьем, кое-как нашла лестницу вниз и уже там опозорилась окончательно. Мало того, что я встретила на своём пути как минимум десяток слуг, которым с какой-то стати всем резко понадобились те же коридоры, что и мне, так ещё и гневно сопящую горгулью обходить пришлось.
Почему обходить? Так тетка встала в центре коридора, как истукан, и так уничижительно на меня смотрела, что будь я простой смертной – давно бы устыдилась.
А так лишь поправила на плече покрывало и невозмутимо произнесла:
– Все претензии к магистру Ламбертсу, я от него.
И аккуратно обошла окаменевшую бабищу слева.
Увы почти сразу за ней обнаружился бледно-зеленый Винс, медленно бредущий по стеночке в сторону лестницы, но стоило графу увидеть меня, как в его явно похмельной голове случился окончательный коллапс и левый глаз подозрительно дернулся, а выражение лица стало глупым-глупым.
Сильно глупее, чем обычно.
Но и это был не конец!
Я уже подходила к своей двери, оставались считанные метры, когда распахнулась соседняя и одетый буквально в одно короткое полотенце Джул с намыленной головой возмущенно заорал в сторону всё той же лестницы:
– Кто отключил горячую воду?! Что за гребаное средневековье?! Я как по-вашему мыться должен?! – Заметил меня, заинтересованно хмыкнул и одобрительно заявил: – Новая мода? Тебе идет.
– Тебе тоже, – вернула комплимент, заодно показав большой палец в жесте «класс». Ну а что? Тело у него и впрямь супер! Мускульную анатомию изучать можно! – Так что там с водой?
– Ледяная!
– И давно? – прищурилась с подозрением.
– Да минуты три, как, – скривился Джул и глянул на меня с возросшим интересом. – Слушай, ты ж у нас вроде как бытовик…
– А ты стихийник, – осклабилась в ответ, даже и не думая ему помогать.
Ещё чего? Может и спинку потереть, как горничная в романе Элен Кор, в итоге выскочившая замуж за графа, которому, собственно, и терла спинку.
– Злыдня, – скривился будущий герцог, но тут же попытался меня разжалобить. – У меня магия с похмелья шалит. Раньше обеда лучше не рисковать. А ты, я смотрю, бодрячком… Кстати, как добралась? Сама или помог кто? Мы, когда проспались, тебя не нашли.
– А давно вы проспались? – уточнила на всякий случай, нагло избегая отвечать на вопросы, которые мне не нравились.
– Да где-то с час назад, – снова поморщился Джул. – Мощная штука, этот апельсиновый сидр, не думал, что так шибанет. Вроде и выпили-то немного, а как отключился – не помню. Ладно хоть проснулся не мордой в салате, как Винс, а всего лишь под столом, заботливо прикрытый скатертью. – Усмехнулся, вспоминая что-то явно забавное, и добавил: – Но погудели мы, конечно, знатно. Бармен обещал в следующий раз сделать скидку. Так что? Поможешь с водой боевому товарищу? Пожа-а-алуйста… – И заметив, что я колеблюсь, попробовал подкупить: – С меня пирожные.
Ох, знает, чем девушку соблазнить, паршивец!
– Ладно, идем. Только учти, это разовая акция милосердия и не вздумай никому о ней рассказать.
– Ты ж моя радость! – чересчур громко обрадовался Джул, моментально привлекая к нам внимание и горгульи, которая так и продолжала стоять в конце коридора, буравя нас мрачным взглядом, и Винса, который уже никуда не шел, страдальчески охлаждая лоб о стоящую в углу вазу, и даже откровенно растрепанного Харви с подозрительным отпечатком чужого ботинка на правой щеке, который в этот самый момент выглянул из своей комнаты и невинно уточнил:
– А вы чего в таком странном виде? Случилось что? Кстати, не знаете, что с водой? Почему-то нет горячей.
– Думаю, тебе стоит обсудить этот животрепещущий вопрос с управляющей, – заявила я ему предельно серьезно и ткнула пальцем в сторону горгульи. – Кстати, вот и она. А у нас дела.
После чего пихнула Джула пальцем в грудь, загоняя обратно в спальню, шагнула следом и быстро закрыла за нами дверь, на всякий случай ещё и заперев магически. Ну а что? Время, между прочим, уже к семи! Всего через пару часов у нас начнется практика и что-то мне подсказывает, что на нее нам опаздывать не стоит.
В итоге мы справились быстро и без эксцессов. Джулиан, прекрасно осознавая, что не стоит шутить с бытовиком, в чьих руках переливается всеми оттенками алого нагревающая печать, попросил меня отвернуться буквально на пару секунд и душ принимал уже в плавках и спиной ко мне, не рискуя светить передо мной своим голым задом.
А я что? Я только одним глазком взглянула!
Кстати, попа у него оказалась, что надо, под стать остальному телу, и даже ткань плавок не помешала мне оценить её на твердую пять. Даже жаль, что отношения меня не интересуют. Я бы эту попу потрогала…
Задумавшись над этой внезапной и очень любопытной мыслью, попыталась её развить, но почему-то дальше «потрогать» мне не фантазировалось. Нет, я понимала, что, когда двое состоят в романтических отношениях, они трогают друг друга везде (парочка романов Элен Кор были ух, как горячи и подробны, особенно «Селянка и дракон»), но в том-то и дело, что мне этого не хотелось.
Достаточно было представить, что не только я трогаю Джулиана, но он и меня, как в душе росло стойкое отвращение ко всему, что было с этим связанно. Психологическая травма прошлого тела, ага. Но при этом с Сэверином всё иначе... Только ли во тьме дело? По идее мне надо бы со всем этим разобраться, ведь как ни крути, а это слабость. А мне слабой быть ну никак нельзя.
Что ж, может позже… Лет через пять, например.
Пока у меня есть дела поважнее.
– Я всё, – выдернул меня из пространных размышлений Джулиан, выходя из душа и берясь за большое полотенце, и я сразу перекрыла подачу подогретой воды. – Спасибо. Ты, между прочим, так и не ответила: что за странный наряд? Подозрительно похоже на покрывало. А под ним что?
– А под ним я, фантазер, – усмехнулась беззлобно, первая выходя из ванной и сразу беря курс на выход. – Кстати, ты не сказал: вы домой-то все добрались или кто-то пал в процессе смертью храбрых?
– Все, – подозрительно весело ухмыльнулся Джул. – Но это было эпично. Даже жаль, что тебя с нами не оказалось. Так откуда ты, говоришь, такая красивая?
Прекрасно понимая, что таким образом мы можем пикироваться очень долго, я предпочла многозначительно промолчать и удалиться.
Всё равно хуже, чем есть, уже не будет.
Я ещё никогда так не ошибалась!
Так как времени ещё хватало, то первым делом я приняла бодрящий душ, не став слишком сильно нагревать воду и предпочтя приятную прохладу. Странно, конечно, что образовались какие-то неполадки с водой. Надеюсь, ненадолго.
Мелькнула у меня мысль, что в этом виновата тьма разозлившегося Сэверина, но доказательств не было, да и у меня нашлись дела поинтереснее, чем думать об этом. Нет и нет. Уверена, наладят.
Куда сильнее воды меня интересовало то, что я надену сегодня!
Пропавшие брючки и блузку было дико жаль, и я искренне надеялась, что к вечеру мне их вернут, но пока стоило подыскать что-то не менее симпатичное и удобное. Платье или… платье? А может юбку? Вторые брючки тоже хороши, но рассчитаны больше не прохладную погоду, а если верить ясному небу, сегодня будет тепло.
Очень тепло.
Почти лето!
Люблю лето.
В принципе, я обожала платья, в них я выглядела особенно мило, но если нам придется сегодня побегать по городу, то в брюках это делать намного удобнее. А если не придется? Если целый день проведем в офисе за разбором документации и тех самых пресловутых дел, обещанных магистром?
Тьма, как же сложно определиться окончательно, не зная четкого плана!
В итоге я всё-таки надела легкое струящееся платье по колено из небесно-синего шелка с рукавами-фонариками и декоративной шнуровкой под грудью, здраво рассудив, что всегда сумею зайти в какую-нибудь лавку готовой одежды и уже там подобрать себе обновку. Пока же уложила волосы в простенькую, но элегантную прическу, надела чулки и туфельки на устойчивом каблучке, мазнула по ресницам тушью, нашла подходящую к наряду сумочку и даже перекинулась парой слов с Тьмой.
Эта лентяйка шлялась где-то всю ночь и вернулась буквально только что: сытая и такая довольная, словно это она отмечала первый день практики, а не я. В целом так и оказалось – Тьма нашла на окраине города заброшенный частный склеп и знатно порезвилась, гоняя по нему не только жирных крыс, но и мелких сущей, проникших в этот мир с изнанки.
Заинтересовалась этим моментом, который стоило взять на контроль, и на всякий случай запомнила адрес. Выясню при случае, что это за район такой подозрительный, где сущи чувствуют себя настолько вольготно, что шляются целыми толпами.
А ведь там, где одна (пять-десять!) тварь, там может быть и другая. Но уже крупнее, опаснее и намного непредсказуемее. Или кто-то призвал их в этот мир намеренно? Надо разобраться!
Ну а пока можно и на завтрак спуститься, как раз без пяти восемь.
Да я просто мисс Пунктуальность!
Так, развлекая саму себя и на всякий случай прихватив соломенную шляпку (на небе не было ни облачка), я спустилась вниз, но нашла в столовой лишь накрытый стол и безмолвных лакеев. Удивилась, конечно, но глупых вопросов задавать не стала и села там, где сидела вчера – подальше от места хозяина дома.
Я уже активно намазывала на пышную булочку джем, когда ко мне присоединился сначала Джулиан, но при виде еды скривился и предпочел обойтись одним кофе. Ещё через пару минут спустилась вялая Янина и, слабым голосом попросив у лакея воды, растворила в ней какой-то порошок, до конца завтрака попивая мелкими глотками только его. Альб и Харви спустились одновременно, причем демон выглядел вполне бодрым, но завтракать не стал, предпочтя лишь чай с лимоном, а вот однокурсник так жадно набросился на еду, словно голодал неделю.
Мы все с таким интересом за ним следили, что парень это заметил, немного смутился и попытался оправдаться:
– Я только с пробежки вернулся, утром всегда много ем.
– С пробежки? – слабым голосом уточнила Янина, глядя на парня, как на сумасшедшего. – Сегодня?
– Я каждое утро бегаю, – предельно серьезно подтвердил Харви. – Это помогает проснуться и в принципе поддерживать тело в тонусе. Боевые искусства мне плохо даются, к силовым тренировкам в принципе нет предрасположенности, так что бег для меня – оптимальный вариант. А что?
– Ничего. Ты молодец, – невероятно серьезно заявил Джул, насмешливо глядя на то, как к нам присоединяется всё ещё зеленоватый граф. – Не то, что некоторые. Да, Винс?
– Добейте меня, – голосом несвежего зомби простонал парень. – Давно мне так хреново не было… Почему вы такие отвратительно бодрые? Я вас ненавижу…
– Потому что, в отличие от некоторых, не мешали сидр с самогоном, – фыркнула Янина, тем не менее вынимая из кармашка ещё один пакетик с порошком и сама разводя его прямо в чае графа. – Пей, болезный. Я не собираюсь из-за тебя завалить практику в первый же день. Бери пример с них!
И кивнула на нас.
– Мне не пойдет покрывало, – вяло схохмил граф, явно намекая на меня. – Как и платье…
– Зато саван всем к лицу, – мило улыбнулась я, не особо пряча язвительность в тоне. – Могу организовать.
– Ваша забота о ближнем, адептка Кейтри, достойна всяческих похвал, – прозвучало у меня за спиной убийственно одобрительным тоном, аж не по себе стало.
Лишь после этого безупречно одетый в светло-серый костюм-тройку магистр Ламбертс присоединился к завтраку и, внимательно изучив каждого из нас, уделил особое внимание полуживому Винсенту. Неодобрительно поджал губы…
И удивил так, что даже я заподозрила мага в скрытом коварстве, что уж тут говорить об остальных – они просто замерли, округлив глаза от шока.
А всё потому, что вместо новой порции сарказма, который был нам давно привычен, некромант отправил к Винсу облачко целительского заклинания уровня архимага, чем моментально вылечил графа от похмелья.
Тьма! Зачем?
Но больше всех, конечно, удивился сам Винсент. И не просто удивился, а взглянул на некроманта со здоровым опасением и аккуратно уточнил:
– Мне паковать чемоданы?
– Зачем? – поинтересовался маг, невозмутимо отхлебнув чаю из своей кружки и примеряясь к аппетитному стейку на своей тарелке. – Вы нас покидаете, адепт Наркизо? Я чего-то не знаю?
– Кажется, чего-то не знаю я… – ещё сильнее растерялся Винс и покосился почему-то на меня. Нахмурился, почесал нос, но благоразумно промолчал, а через несколько секунд снова взглянул на куратора и громко поблагодарил: – Спасибо.
– Пожалуйста. – Сэверин был сама невозмутимость.
В отличие от нас, потому что данное поведение было для него настолько же нетипично, как если бы к нам на завтрак заглянул архилич с собственноручно испеченными пирожками и пожелал приятного аппетита.
В общем, не знаю, как остальные, а я насторожилась. Ох, не к добру это. Попой чую!
– Кстати, чудесно выглядите, адептка Кейтри, – миролюбиво отметил некромант спустя какое-то время, заставляя меня снова замереть, не веря своим ушам. – Давно заметил, вам необычайно идет синий. Особенно платья.
И я уже почти поверила, что с утра его покусали какие-нибудь особо бешеные зомби, но тут он исправил ситуацию и я поняла, что это всё тот же гадский гад.
– Впрочем, без них на мой взгляд намного лучше. Горничная занесет забытую вами одежду в течение дня, не беспокойтесь на этот счет. Надеюсь, покрывало в порядке?
– В полном, – улыбнулась одними губами, пока взглядом метала молнии, благоразумно не вливая в них силу. – Спасибо за беспокойство, магистр Ламбертс. Вы удивительно чуткий и заботливый куратор. Нам безумно повезло проходить практику именно под вашим руководством.
Если Сэверин и удивился моим словам, то вида не показал. Наоборот, чинно кивнул и произнес:
– Я тоже так считаю.
После чего поднял взгляд на остальных своих практикантов, которые с особым усердием следили за нашей беседой, и с пугающе дружелюбной улыбкой поинтересовался:
– Все поели? Тогда не будем тянуть и отправимся к месту вашей практики.
Янина почему-то испуганно икнула.
Тем не менее всё оказалось не так плохо, как я себе уже надумала. По крайней мере сначала.
Выйдя из-за стола и небрежно сообщив, что встретит нас на месте, магистр Ламбертс покинул нас персональным порталом, после чего по столовой пронесся дружный вздох облегчения. Клянусь, вместе с нами выдохнули и лакеи!
При этом, что удивительно, никто из моих однокурсников не рискнул начать задавать мне каверзные и просто глупые вопросы. Наоборот, Джулиан подозрительно быстро переключил внимание на себя, попросив всех присутствующих определиться, нужно ли нам чего наверху, и если да, то быстренько туда наведаться, потому что выйти лучше всего уже через пять минут и всем вместе.
Спорить не стал никто, даже удивилась. Ладно, Винс, он привык быть невидимой правой рукой будущего герцога, и про себя я уже давно называла их неразлучниками. Янина вроде как с Винсом. Я (ну допустим!) с Джулианом. Харви, как все. А Альбус?
Перехватив мой задумчивый прищур Альб хитро подмигнул, а когда сам Джулиан ушел наверх за сумкой, как и Янина, демон подошел ко мне и дружелюбно полюбопытствовал:
– Ты в порядке?
Озадачилась.
– Да, в полном. А разве не похоже?
Хмыкнул.
– По тебе вообще сложно сказать хоть что-то определенное. Но я правда беспокоился. Утром тебя рядом не было, а официанты говорили какую-то ерунду, что тебя похитили по древнему обычаю горцев. Но раз ты сейчас здесь, с нами, ты им, судя по всему, хорошенько наподдала, да?
Невесело фыркнув, качнула головой, но расписывать в красках своё утро не стала, ограничившись кратким:
– Можно и так сказать. Кстати, я бы почитала про все эти ваши обычаи. Оказывается, не так уж у вас и безопасно в стране. Особенно беспомощным и незамужним юным девам.
– Ну, насчет незамужней я понял, – в голос хохотнул Альб. – А беспомощную ты где нашла?
И начал показательно озираться.
Нет, я смотрю, эта страна на всех мужиков как-то странно влияет. Воздух тут что ли какой-то особенный? Или магические аномалии чудят? То Джул хохмит, то Харви умничает, то Сэверин любезничает. Вот и Альб тоже чудить начал.
Ох, не к добру это!
– Вообще-то я не про себя, – усмехнулась, когда демон перестал паясничать, а сверху спустились и Джул, и Янина. – Если ты не заметил, в нашей группе практикантов я не одна красивая и незамужняя.
– Это вы сейчас о чем? – мигом насторожилась Янина, переводя напряженный взгляд с меня на Альба и обратно. – Кстати, спасибо за комплимент.
Да, пожалуйста, мне не жалко. Тем более это правда. Янина хоть и пухленькая, но дико миленькая девушка, а вчера в кабаке ей не отвесил комплимент только ленивый. Оказывается, демоны дико охочи до барышень с аппетитными формами!
Кто бы мог подумать?
– Думаю, о том, что мне надо приглядывать за тобой получше, булочка, – шутливо подмигнул ей Альб, предлагая свой локоть, на что Янина… Дико смутилась, стрельнула взглядом в Винса, но локоть демона приняла, и мы отправились на улицу, по дороге слушая откровения наследного княжича о местных варварских обычаях в целом и про похищение невест в частности. – Кстати, я не одобряю подобные традиции. На мой взгляд, это откровенный пережиток прошлого, к тому же не самый приятный. Это я с позиции брата и будущего отца говорю. Ладно, если зять вменяемый и уважаемый в обществе демон и существует определенная договоренность хотя бы на словах. Да и будущей жене люб. А если проходимец какой без гроша за душой? Мерзавец? Или бандит? Негодяй, склонный к рукоприкладству? И ведь ничего уже не изменить, разводов данный обычай не предусматривает. Нет, можно, конечно, обратиться в суд и с прошением непосредственно к князю, но ведь это прошение должно идти от обиженной стороны, а кто её до князя просто так отпустит, если муж самодур? Да и к нему на прием попасть не так-то просто. Особенно из какой-нибудь мелкой деревушки, затерянной в горах. То-то же…
– Тогда почему эти традиции просто не запретить? – спросила то, что для меня было логично. – Это ведь ущемляет права женщин! А их, как мы все знаем, уравняли с правами мужчин ещё несколько сотен лет назад.
– В большом мире, – хмыкнул Альбус, согласно кивая. – Там, где прогресс шагает в ногу со временем и всё на виду. У нас же с традициями… Всё намного сложнее, чем у людей. Мы живем дольше, наше воспитание в некоторых моментах существенно отличается от вашего, мы изначально чтим старость, для нас это синоним мудрости. А как не уважить то, что уважали старики? Это попросту кощунство. Нет, в последние пару-тройку десятков лет прогресс добрался и до нас, но преимущественно лишь в крупных городах. В деревнях и поселках до сих пор поклоняются духам, в четырнадцать посвящают мальчиков в воины, отправляя их выживать на неделю в горы с одним ножом, а девушку, потерявшую невинность до свадьбы, могут и вовсе камнями забить.
– За что? – ужаснулась Янина, при этом бросив на меня извиняющийся взгляд, который я предпочла не заметить.
Да, у меня с невинностью не сложилось. Не по моей вине, кстати, это тело досталось мне уже таким – оскверненным насилием. К сожалению, о том инциденте знают все мои однокурсники. К счастью, только со слов.
Впрочем, давно дело было, сейчас меня другое интересует. Как и Янину.
За что?
– Тут всё… сложно, – поморщился Альб. – Сразу скажу, я это категорически не одобряю и считаю откровенным варварством. Но раньше считалось, что тот, кто будет у женщины первым, навсегда оставит свой след в её ауре и все до единого дети (даже от другого мужчины!) будут похожи на него. Бред, конечно, но раньше во что только ни верили. Сложная тема на самом деле… Кстати, мы пришли.
Последние слова Альбус произнес с отчетливым облегчением, и я его понимала. Есть немало тем, которые сложно обсуждать, я сама частенько вообще ухожу от ответа, когда мне не нравится вопрос, но момент с традициями надо будет проработать как можно более плотно.
Не хочу однажды проснуться замужем за каким-нибудь одичалым горцем, а через час оказаться забитой камнями!
Смерть – позорнее не придумать! Особенно для такой умной и красивой сущи, как я.
Несмотря на то, что до девяти оставалось ещё минуты три, дверь в бюро была уже открыта и первым в неё вошел Джулиан, а мы следом за ним. Сразу попав во вместительную прихожую, отделанную деревом приятных медовых оттенков, мы мгновенно поняли, куда идти: конечно же направо, где после широкой арки располагалась приемная с длинным столом, мягким диваном напротив, крупным ухоженным растением и несколькими креслами. Нет, я бы и по лестнице наверх прошлась, больно уж интересно, что находится там, но сначала всё-таки в приемную.
Именно там за длинным столом восседала чопорная, но довольно приятная дама лет пятидесяти. Как мне показалось – вампирша, причем чистокровная. Стройная брюнетка со строго уложенными наверх волосами, одетая в белую блузку с кружевным воротничком, так пристально глянула на нас поверх стильных узких очков, что я без труда разглядела в них багровые отблески, присущие лишь магам крови.
Точно вампирша.
Ну а когда она улыбнулась, едва заметно обнажая клыки, у меня не осталось ни единого сомнения.
– Доброе утро, дамы и господа. Меня зовут донна Рузанна Те-Айгарро, я секретарь сыскного бюро. Чем могу помочь?
– Донна Те-Айгарро? – шумно выпалил Харви, выступая вперед и глядя на женщину, как на мечту всей своей жизни. – Профессор Те-Айгарро?
– Уже не профессор, я на пенсии, – добродушно улыбнулась донна, взглянув на парня с особой приязнью. – Мы знакомы?
– Да! То есть… нет… – смешавшись, наш командный ботаник попытался сбивчиво объяснить: – Я читал ваши труды по сбору и анализу данных. Они… Они великолепны! Скажите, как вы догадались разделять преступления по половому и возрастному признаку? Это же в разы упростило работу для полицейских аналитиков!
– О, мне так приятно, что вы читали этот мой опус, – мило смутилась женщина, но при этом не забыла и о нас. – Мы обязательно побеседуем об этом позже, если позволите. Но для начала я бы хотела услышать причину вашего к нам визита.
– Мы практиканты магистра Ламбертса, – сказал Джул, на что милая донна улыбнулась ещё очаровательнее и понятливо кивнула.
А у меня не то, чтобы кончик языка горечью защипало… Но близко, очень близко. В общем, я догадалась, что всё она прекрасно знала. Ну и к чему это представление?
– Господин Ламбертс ждет вас в переговорной. Это сюда. Пожалуйста, прошу.
Непосредственно из приёмной шел узкий коридор с несколькими дверями и нам указали на ближайшую слева. За ней и впрямь находилась переговорная: безликий вместительный зал с длинным столом в центре и рядом стульев по обе его стороны. Два окна со строгими серыми шторами, светло-серые стены, темно-серый дощатый пол. Добротный деревянный стол безо всяких украшательств, крепкие стулья с высокими спинками и умеренно мягкими сидушками, на дальней стене любопытная доска, похожая на ученическую, но с прикрепленными к ней листиками и магографиями, остальные стены пусты.
Ни картин, ни цветов, ни ваз.
Зато трое мужчин, дожидающихся нас за оживленной беседой, но нам знаком лишь один из них – куратор.
– А вот и мои практиканты, – продолжил пугать нас некромант непривычно дружелюбным тоном. – Рассаживаемся по командам: Кейтри, Изандер и Милтон справа, вашим советником станет детектив Джефри Рамирес, – нам кивнул смуглый массивный демон лет сорока со смешными висячими усами аж до ключиц и обманчиво добрыми глазами серийного маньяка, – Ромуш, Наркизо и Джаркхад – слева, вам будет помогать детектив Гаспар Герреро.
Второй мужчина оказался полной противоположностью первого: не слишком старый, но почти седой, высокий, тощий, гладко выбритый и с колючим взглядом серых глаз, один из которых был обезображен старым шрамом аж через половину лица.
Впрочем, кое-что их и объединяло: длинные волосы у обоих, собранные в низкий хвост, и типичная для данной местности одежда: темные брюки, белые рубахи со шнуровкой на вороте и замшевые жилеты со множеством карманов. У Герреро я заметила на боку длинный кинжал в простых кожаных ножнах, а на правой руке Рамиреса приметила несколько массивных серебряных перстней, которые с легкостью могли заменить кастет. Оба были демонами, а ещё глядели на нас с насмешливой снисходительностью, тем самым давая понять, что не воспринимают всерьез.
Знаю я эти взгляды, сполна в полицейском участке Кентербурга насмотрелась.
– С донной Те-Айгарро вы уже познакомились, она отвечает в том числе за архив, а последний член нашего дружного коллектива подойдет ближе к полудню, – тем временем продолжил говорить магистр, дождавшись, когда мы рассядемся. – Это наш специалист широкого профиля: доктор Марселло Крус. В его ведении находится штатная лаборатория, где он анализирует собранные улики, но кроме этого док оказывает услуги и иного профиля, вплоть до лечения или вскрытия. Тут как повезет.
Присмотрелась к Сэверину внимательнее, замечая в уголках глаз некроманта морщинки, а в глубине зрачков темные искорки и поняла, что это он так пошутил. Ага… Ладно, понятно. Обязательно попрошу Тьму проверить магический фон местности. И этот уже шутить вздумал.
Следующие полчаса нам рассказывали о распорядке дня, который станет нашей обыденностью на следующие два месяца. Ровно в девять мы должны находиться здесь – куратор будет проводить совещание и распределять дела на день. Уважительная причина для отсутствия – смерть.
– Ну или слежка за особо опасным преступником, но этим постарайтесь не увлекаться.
Обед-чай по желанию в любой желаемый нами час, за продуктами и наличием горячего обеда следит приходящая кухарка, остальное наше время будет занято отработкой текущих дел, в том числе добровольной помощью полиции города. Официально рабочий день завершается в шесть, к этому времени должны быть готовы и переданы секретарю все бумажные отчеты по закрытым делам, но в случае форс-мажора день продляется до того часа, когда это перестанет быть актуальным. То же самое и с выходными – мы имеем полное право на отдых, но в случае форс-мажора куратор вправе вызвать любого из нас и загрузить работой по самую маковку.
– Сегодня вы будете осваиваться на своих рабочих местах и разбирать те дела минувших лет, о которых я упоминал ранее. Рабочие кабинеты детективов находятся напротив переговорной. Кухня в конце коридора, как и санузел. Вопросы?
– Я не совсем понял про помощь полиции, – взмахнул рукой Альб. – Бюро же частная организация. Где связь?
– Прямая, – едва заметно усмехнулся Сэверин и на удивление не стал скрывать. – Как вы уже знаете, мы с князем довольно близкие родственники и это его личная просьба в обмен на помощь в получении лицензии на частную практику. Около года назад в полиции города произошли серьезные кадровые перестановки: были выявлены высокопоставленные взяточники и просто те, кто не слишком ответственно следил за законностью расследований и арестов. К сожалению, новый начальник полиции, как и ряд его помощников, ещё не до конца освоились на своих рабочих местах, да и население не спешит облегчить им работу – статистика преступлений говорит сама за себя. Только за последний год число краж по столице в целом выросло на пятнадцать процентов, грабежей на девять, а убийств с отягчающими на шесть. И это только верхушка айсберга, подробности узнаете сами. В наше бюро будут спускать самые запутанные и магически сложные дела, господа будущие маги. Именно от того, как качественно вы их отработаете, не нарушив закон, будут зависеть итоги вашей практики.
Обвел пристальным взглядом всех нас, особенно задержавшись на мне (ну кто бы сомневался!), и строго произнес:
– Постарайтесь меня не разочаровать.
Выдержал паузу, чтобы мы прониклись серьезностью ситуации, после чего с едва уловимой улыбкой вивисектора поинтересовался:
– Ещё вопросы?
– А чем будете заниматься вы? – деловито уточнил Харви, поправляя на носу свои бессменные очочки.
– Следить, чтобы вас не убили.
Взгляд на Винса.
– Не покалечили.
Взгляд на Янину.
– Не похитили.
Пристальный взгляд на меня.
– И чтобы сам город остался цел.
Насмешливо прищурился, когда я сердито поджала губы. Это на что он намекает?
– Ну и за советом обращаться можете, мой кабинет располагается на втором этаже, как и комнаты отдыха. Ещё вопросы будет? Нет? Замечательно. Можете пройти со старшими детективами по местам и приступить к практике.
Кабинет, который нам выделили, оказался не сильно большим, но в целом места хватило всем. Думаю, изначально он был рассчитан максимум на троих, в идеале вообще на двоих, но сейчас туда дополнительно впихнули три небольших стола (большой у окна принадлежал детективу Рамиресу) и места практически не осталось.
Кроме столов и стульев кабинет вмещал в себя один широкий стеллаж под документы, заполненный папками где-то на четверть, и небольшой мягкий диван с чайным столиком в дальнем от двери углу. Парочка стульев для возможных посетителей стояла непосредственно у двери, как и шкаф под верхнюю одежду. На единственном окне с широким подоконником вместо цветов стопка папок и строгие занавески, на стенах вместо картин ещё одна доска с приколотыми к ней цветными листочками.
Всё достаточно безлико и не особо уютно, но в целом типичный офисный кабинет с поправкой на благосостояние бюро.
В секунду оценив диспозицию, я прошла за самый дальний от двери стол и заняла его, Харви, проявив необычайную прыть, занял соседний, ну а Джул, понимающе хмыкнув, присел за тот, что стоял сразу у двери.
– Ну что, детки, будем знакомиться, – добродушно усмехнулся в усы детектив, проходя за свой рабочий стол. – Обращаться ко мне можете по имени, расшаркиваться не приучен. Кнопка, а организуй-ка нам чаю для начала.
– Простите? – Я высокомерно вздернула брови, даже и не думая срываться с места.
– Чаю, – мягко улыбнулся детектив. – Нам. Всем.
– Спасибо, я не хочу, – улыбнулась в ответ не менее любезно. – Да и вы, насколько вижу, вполне самостоятельны в обслуживании. Кстати, если плохо с памятью, напоминаю: меня зовут Эмилия Кейтри. Мисс Эмилия Кейтри. И никак иначе.
– С гонором, – неопределенно хмыкнул детектив, пристально щурясь. – Но эт ты зря. Мы-то девчат не обижаем, но преступник бывает всякий, с ним одним гонором не справиться. Что ещё умеешь?
Вздохнула. Ну вот где их таких делают? Прямо как под копирку! Да, я не выросла до двух метров. И мышц у меня в разы меньше, чем у него. На лицо опять же посимпатичнее буду.
Но разве это недостатки?
– Эм, только без убийств, – предельно серьезно попросил меня Джул, первым заметив мой нехороший прищур. – Но если что, я тебя отмажу. Мы слышали, он первый начал.
– Детектив Рамирес, – морально поддержал меня и Харви, – мы почти дипломированные маги со стихийным даром выше среднего. При этом научно доказано, что женщины в этом плане намного непредсказуемее и изобретательнее мужчин. Неужели вы думаете, что в прямом противостоянии с преступником, мы не воспользуемся этим своим преимуществом?
– Детки, – с противным умилением разулыбался демон, – да кто ж спорит-то? Вот только и преступники у нас не яблоки воруют, а подкованы так, что не каждый полицейский патруль арестовать может. И маги встречаются, и полноценные чернокнижники, через одного смертельными артефактами обвешиваются, про целенаправленные порчи вообще молчу, как и про внезапную атаку из-за угла. А самостоятельно сорвавшийся с крыши кирпич – вообще милое дело! На это что скажете?
– Скажу, что вы сильно забегаете вперед, детектив, – произнесла я и напомнила: – До того, как мы приступим к расследованию нашего первого дела, стоит изучить те предыдущие, о которых упоминал господин Ламбертс. Заодно вы расскажете нам о своих легендарных похождениях и мы обязательно ими восхитимся, взяв на вооружение ваши методы и несомненно бесценные советы. Но для начала можете организовать нам чаю.
И очаровательно улыбнулась, изобразив ресничками нечто непонятное, но милое.
Секунда.
Две.
Три…
Демон загоготал так, что я расслышала дребезжание стекла в оконной раме, а затем с такой силой грохнул ладонью об стол, что забеспокоилась за его целостность. Но нет, ни единой трещинки.
– Во даешь, а! – с искренним восхищением выдал детектив, когда просмеялся. – Ладно, уела. Кстати, я в курсях, что ты в Кентербурге сержантом подрабатывала. Честно скажу – дурь, но мы тут все не без греха. – Искоса глянул на парней и ухмыльнулся. – У нас на всех вас компромат собран, детки. Вплоть до младенческих лет информация известна. Но сейчас это к делу не относится. Что же насчет чая, этим у нас донна заведует, лучше нее в этом городе чай никто не заваривает, предками клянусь!
– Льстец, – усмехнулась вампирша, входя в беззвучно распахнувшуюся дверь вместе с подносом, который был густо заставлен чайными принадлежностями, кружками и блюдцами со сладостями. – Женись уже, остолоп, будет хоть с чем сравнивать.
Проходя мимо меня, секретарь игриво подмигнула, ловко оставляя свою ношу на чайном столике, а когда возвращалась обратно, слегка склонилась ко мне и «по секрету», но достаточно громко произнесла:
– Так его, милая. Никакого спуску этим мужланам! Мы, женщины, способны на гораздо большее.
И чинно удалилась, проплыв мимо заворожено следящим за ней Харви бесшумным видением. Я так понимаю – прекрасным видением. И не могу не согласиться – есть в этой женщине определенный шарм и загадка, даже несмотря на возраст.
– О, донна Рузанна, – мечтательно вздохнул детектив Рамирес, поднимаясь из-за своего стола, чтобы взять с подноса самую большую кружку. – Кабы всё так просто было! Вот ты, кнопка, – детектив явно намеренно снова обратился ко мне не по имени, игриво подмигивая, – пойдешь за меня замуж?
Тут уже заржал Джулиан. Громко, сочно и абсолютно неприлично.
Интересно, это всё-таки магический фон виноват или какое-то массовое проклятье?
– Пра… кха… стити… ы-ы-ы, – довольно долго не мог успокоиться будущий герцог. Я уже съела и конфетку, и печеньку, и вторую кружку действительно вкусного чая себе налила, а он всё никак не мог остановиться, под конец уже чуть ли не рыдая. Но нет, справился. – Фу-у-ух! Боги, нельзя так! Джефри, вы, конечно, шутник, но не надо так больше. Пожалуйста.
– Чего так? – мрачно скривился демон, явно обидевшись на Джула. – Мордой не вышел?
– Нет-нет, – снова захрюкал будущий инквизитор, – с лицом всё в порядке. Мужественное. В остальном вы тоже мужчина… кхм, уверен, достойный. Просто… Эмилия у нас… Как бы вам так сказать…
– Не хочу замуж, – договорила за него прохладным тоном, только сейчас сообразив, что Джул наверняка вспомнил тот весьма резонансный эпизод с новогоднего бала, когда я при всех аристократах города отказала Ламбертсу. Одному из самых завидных женихов Айсаравии, ага. И до кучи родственнику князя Лайдаросского. А тут какой-то безродный детектив. Нда, смешно. – В принципе не хочу. Как и обсуждать это. Кстати, мы сегодня работать будем или как?
– А чего не хочешь? – искренне удивился демон, окидывая меня не самым приличным, по-мужски оценивающим взглядом. – Девка ты справная, хоть и мелковата на мой вкус. Но и на таких любители есть. Или характер шибко поганый?
– Характер у меня – золото, такой же тяжелый, – улыбнулась ему мило, хотя больше всего хотелось приголубить каким-нибудь проклятьем. Например, на понос. Резкий и продолжительный. – Но что мы всё обо мне? Давайте о вас! Вам какие женщины нравятся?
– В смысле? – опешил детектив. – Этот тут с какого краю?
– Как с какого? – удивилась, почти не сфальшивив. – Вы ведь хотите жениться? Дело это серьезное, требует вдумчивого подхода. Сейчас вы нам всё-всё расскажете, Харви проанализирует, я запущу поиск, а Джул прикроет, пока вы даму своего сердца похищать будете. Всё честь по чести и абсолютно законно согласно местным незыблемым традициям. Здорово я придумала?
– Ты это… – с опаской взглянул на меня Рамирес и даже его усы нервно дернулись в стороны, – брось.
Покосился на старательно прикрывающегося ладонью Джула, чьи плечи подозрительно тряслись, на возмутительно спокойного Харви, старательно жующего печенье, и спросил:
– И часто она у вас такая?
– Согласно моим наблюдениям – редко, – последовал невозмутимый ответ от нашего глазастого умника. – Обычно она презирает окружающих молча. Но вам повезло, вы ей понравились.
И пока детектив вполголоса бормотал что-то явно ругательное, запивая стресс чаем, Харви повернул голову ко мне… И подмигнул.
Всё. Это заговор! Точно заговор!
Тьма! Ты где шляешься, поганка?! У нас тут катастрофа княжеских масштабов! Все до единого окружающие сошли с ума!
Муркнув по мысленной связи что-то невнятное, мол, сама я с ума сошла, люди просто развлекаются за мой счет, тем не менее кошка пообещала подойти где-то через часик. А сейчас она занята.
Причем чем – так и не сказала.
Решив поверить ей на слово (иначе совсем жуть берет!), я переключилась с детектива на доску за его спиной и, слегка прищурившись, чтобы сфокусировать зрение на мелком корявом почерке писавшего, начала читать весьма любопытные заметки. Ну а что ещё делать, раз нас учить не хотят? Приходится занимать себя самой!
– Так, ладно! – минут через десять шлепнул ладонью по столу детектив, привлекая к себе наше внимание. – Позубоскалили и хватит. Можно сказать, проникся и оценил сплоченность вашей команды. А теперь к делу! – И щелкнул пальцами в направлении Джулиана, следом указывая на подоконник. – Парниша, дотянись до верхней папочки, перекинь мне.
– Детектив Рамирес, – почти дружелюбно произнёс будущий герцог, но в глазах промелькнуло грозное предостережение, – у вас и впрямь с памятью не очень. Я не заставляю вас обращаться ко мне согласно титулу, но будьте любезны звать меня по имени. Джулиан.
После чего четко выверенным аристократичным жестом указал на меня.
– А это Эмилия. Не детка, не крошка, и уж тем более не девка. Эмилия. Понимаете? А это Харви. А папочку вы и сами способны взять. Мы приехали на практику отрабатывать методику раскрытия преступлений, захвата преступников и освобождения заложников, а не на должность принеси-подай. Я понятно изъясняюсь?
– И этот с гонором, – скривился демон, тяжко вздыхая и переключая внимание на нашего однокурсника. – Ну а ты что скажешь, умник?
– Ваше желание с первых минут знакомства показать свою значимость и нашу некомпетентность, несомненно любопытно, но неэффективно, – занудным тоном произнёс Харви, поправляя на носу вечно сползающие очки.
Приклеить их ему туда что ли? Бесит!
– Мы уже давно не первокурсники, а взрослые, состоявшиеся личности, уверенные в себе и своих силах. Иначе бы нас здесь просто не было. Магистр Ламбертс пригласил к себе лучших и у меня нет причин сомневаться в его решении. Да, у нас нет вашего многолетнего опыта полевой работы, но это не значит, что мы чем-то хуже вас. Более того, согласно статистическому исследованию, именно молодые специалисты способны взглянуть на запутанные дела свежим, незамутненным взглядом и предложить самое нестандартное решение из всех возможных, просто потому, что не связаны условностями каждодневной стандартной текучки. К этому хочу добавить…
– Всё-всё! – замахал на него руками демон и торопливо поднялся из-за своего стола, подходя к окну и бурча себе под нос что-то о занудах и умниках. – Всё, понял. Мне дико повезло, а вы гении. Так, читаем, разбираем! Кто из вас самый выразительный чтец? Ты!
И указал на меня, тут же вручая папку.
Усмехнулась, но возражать не стала. Мне уже и самой не терпелось приступить к работе, а препираться мы можем ещё очень долго. Нет, хватит. А будет снова умничать, отправится в санузел обниматься с унитазом.
Первое же дело, которое нам повезло изучить, оказалось умеренно магическим и с подвохом. Начиналось всё нелепо: одна пожилая дама пожаловалась на то, что по ночам вокруг её дома бродит жуткий призрачный пес, воет, пугает и просто не дает спать. Естественно, на место прибыли маги, изучили магический фон и прочие возможные следы, ничего не нашли и, отписавшись об этом начальству, закрыли дело.
Но через несколько дней пес появился снова. И снова. И снова…
Тогда дама обратилась в бюро. Первая же проверка ничего не показала, магический фон был ровнее некуда, но детективы сыскного бюро Ламбертса были приучены отрабатывать свой немалый гонорар на совесть, поэтому в течение всей следующей недели дежурили у дома пугливой женщины по ночам и наконец додежурились.
Пес появился снова.
Проявив недюжинную сноровку и смекалку, а так же каким-то чудом сообразив, что странно светящийся, жуткий лохматый монстр, воющий дурниной – не нежить и даже не нечисть, а вполне себе живое существо, детективы провели грамотный захват противника и путем нехитрых манипуляций с водой и прочими подручными средствами выяснили, что это самый обычный пес, просто укутанный в дополнительную старую медвежью шкуру и испачканный светящейся краской.
Поиск хозяев данного пса тоже надолго не затянулся, ею оказалась юная племянница этой женщины, таким образом мстящая тетке за… А вот тут начиналось интересное. Шестнадцатилетняя девица была сиротой, с пяти лет живя при храме, потому что её родители погибли при пожаре, успев выкинуть в окно лишь дочь, а родня отказалась брать на себя непосильные обязательства. Девочка, получившая жуткие ожоги в том числе на лице, росла молчаливой, замкнутой и дичилась всех, особенно женщин.
А всё потому, что помнила. Помнила, как тетка приходила в их семью и скандалила, требуя у своего брата, её отца, внушительное денежное содержание. Мол, он зажиточный купец и может себе это позволить. Угрожала. Доводила до слез мать девочки. А за сутки до пожара пришла снова и в память тогда пятилетней Шанталь навсегда врезались злые слова тетки:
– Гореть вам в аду, твари!
А на следующий день случился пожар.
Была ли виновата в этом тетка? Детективам пришлось поднять полицейские архивы прошлых лет и стало ясно, что следствие провелось довольно халатно, тетка предоставила алиби с поездкой в соседний город к подруге, и в протоколе поставили штамп «неосторожное обращение с огнем».
Но сотрудники сыскного бюро Ламбертса всегда делали свою работу на совесть, да и сам Сэверин не остался в стороне. Вызвав на допрос заказчицу и надавив так, как умеет только он, некромант добился от неё чистосердечного признания в преступлении более чем десятилетней давности. Да, она не поджигала дом сама, но наняла троих забулдыг, которые и подбросили к дому специальные огненные амулеты, перед этим крепко заблокировав двери, чтобы жильцы не спаслись. Не учли лишь окна, но и так выжила только Шанталь.
Не поленившись воспользоваться своими связями в инквизиции, Сэверин возобновил делопроизводство о поджоге и двойном умышленном убийстве, тетку приговорили к пожизненной каторге с полной конфискацией имущества, а Шанталь стала единственной законной наследницей остатков состояния своих родителей (тетка и тут подсуетилась, каким-то неведомым образом, ну и с помощью взятки, переписав на себя лавку ее отца) и смогла оплатить дорогостоящие услуги целителя, который свел шрамы с ее лица и тела.
Последнее в отчете не значилось, это нам рассказал уже Рамирес, заодно упомянув, что в процессе следствия у девчонки обнаружили крохотный темный дар, которым она и подчиняла пса, заставляя приходить к определенному дому и жутко выть.
Вот такое неоднозначное дело, в котором он сам участвовал больше двух лет назад.
– А что с ней стало потом? – невероятно серьезно спросил Харви. – Я имею в виду Шанталь. Её хоть как-то наказали?
– Небольшим формальным штрафом за нарушение общественного порядка, – усмехнулся демон. – Тут сложно беспристрастно судить. Да, она изначально пострадавшая сторона, но на допросе призналась, что планировала доводить тетку до полноценного сумасшествия, а может даже и убить. Её сил хватило бы на то, чтобы приказать псу напасть на женщину, а это уже полноценное умышленное убийство с отягчающим в виде применения темной магии. Но мы успели раньше. Судить за намерения и сказанные в запале слова? Ну, не знаю… К тому же на тот день девчонка была несовершеннолетней и наш штатный док подтвердил у нее наличие небольшого расстройства личности. Шизофрении то есть. А это уже смягчающее и в принципе медотвод от полноценного суда. Насколько я знаю, господин Ламбертс лично проследил, чтобы с ней должным образом поработали лучшие целители и девчонка не меньше полугода пролечилась в клинике для душевнобольных. Потом вернулась в монастырь и приняла постриг, став сестрой милосердия. Ну а там мне уже неизвестно. Ну что, детки, как вам история?
– Неоднозначная, – согласилась я, закрывая папку. – И лишний раз доказывает, что надо всегда докапываться до сути мотивов всех сторон, не веря никому на слово. Кстати, а не прерваться ли нам на обед?
Меня поддержали все и из кабинета мы перебрались на огромную кухню, которую нашли в конце коридора. Условно поделенная на две зоны большой аркой, но всё же одно помещение, она вмещала в себя и рабочий угол с холодильным шкафом, тумбами под посуду, печкой и раковиной, и обеденный угол с длинным столом и кучей стульев.
Нам повезло, мы пришли на кухню первыми, так что сразу познакомились с уже немолодой кухаркой расы демонов – улыбчивой румяной донной Мальтой, которая сновала по кухне так шустро, что сразу и не заметишь её немалые габариты. Донна Мальта оказалась говорлива, весела и опытна в своём деле, так что не прошло и трех минут, а мы уже сидели за накрытым столом и уплетали наваристый суп. На второе нам предложили безумно вкусное рагу и сдобный пирог с курицей, а на сладкое – чай с вишнёвыми слойками.
Спустя несколько минут подошла вторая команда со своим детективом, но и им хватило и места, и еды. Не было лишь магистра Ламбертса, но не думаю, что хоть кто-то огорчился этому факту.
И не знаю, как остальные, а я объелась.
– Всё хорошо, – вздыхала я, допивая чай крохотными глоточками, – но когда еды много и она вся очень вкусная, так сложно удержать себя в руках…
– Детка, да за что тебе себя держать?! – всплеснула руками донна Мальта. – Одни кости да кожа! Ещё слоечку?
– Нет!
Сидящий рядом Джулиан несдержанно хохотнул и склонился ко мне, шепнув:
– Не бойся, Эмми, я тебя спасу.
После чего уже куда громче обратился к кухарке.
– Донна Мальта, я можно мне парочку? Восхитительный вкус! Скажите, а вы вишню туда прямо свежую клали или сначала засахарили?
Как бы то ни было, обед прошел в теплой и дружеской атмосфере, я аж удивилась. Или это только потому, что с нами Сэверина не было? Уж ему-то по силам испортить любой праздник, не говоря уж о банальной трапезе. Хотя…
Я и раньше замечала за ним определенное благородство (взять хотя бы помощь мне!), но случай с Шанталь снова заставил задуматься о том, что всё слишком неоднозначно. Но поможет ли это мне? Не уверена. И вообще, пора бы уже начать собирать информацию о лорде. Мне его ещё женить!
Вернувшись в кабинет и подспудно радуясь, что сегодня мы работаем на месте, а не мечемся по городу в поисках неведомых преступников, я безо всяких напоминаний прихватила с подоконника всю стопку ждущих нашего внимания дел и раскрыла верхнее.
Дело о якобы убийстве.
Именно якобы! Снова запутанное так, что без вдумчивого анализа и подробно описанных итогов не разобраться. Снова всё началось слишком просто: убили тещу. Убили так, что все улики указывали на зятя, комар носа не подточит. Зять, правда, ушел в глухой отказ, но как только одна сомнительная улика указала на молодую и горячо любимую жену – дочь погибшей, тут же взял всю вину на себя и написал чистосердечное.
И тут в бюро обратилась его дочь. Что примечательно – уже совершеннолетняя девушка, но нагулянная на стороне. Об этом знала лишь её собственная мать и отец, но никак не молодая супруга, для которой эта новость стала ещё одним ударом. Но не в этом суть.
Детективы взялись за дело не слишком азартно, всё же улик было много, плюс внушительное завещание, переписанное буквально недавно (и всё на зятя!), так что дело, казалось, не стоит и выеденного яйца. Но дочь настаивала на том, что отец – глубоко порядочный мужчина и элементарно никогда бы не пошел на убийство. Ни-ког-да.
И детективам пришлось напрячься, заведомо понимая, что ошибаться могут все.
И что бы вы думали?
Ни за что не догадаетесь!
Именно в процессе расследования выяснилось, что старуха была той ещё мегерой и буквально ненавидела своего зятя, до кучи гнобя и дочь, ежедневно наведываясь в гости и морально унижая, но в последние пару лет резко сдала и пересела в инвалидное кресло. И от этого стала ещё вреднее. Вынужденная ухаживать за матерью, подвергаясь ежедневным упрекам и давлению, несчастная женщина изредка рассказывала об этом супругу-фармацевту, и он утешал её, как мог, прося потерпеть. Всё же матери не вечны, однажды они выдохнут…
Выдохнули. Мать мертва, отравленная одним редким лекарством для сердечников (которое как раз изготавливалось в аптеке зятя!), зять в тюрьме, его супруга в прострации, внебрачная дочь пытается обелить имя отца.
И вы знаете, у неё получилось! Следствие длилось несколько недель, был найден ряд крайне неоднозначных улик, детективы опросили десятки людей, даже минимально связанных с семейством, и лишь когда лечащий врач покойной признался, что она и так была одной ногой в могиле, Сэверин добился от официальных властей разрешение на призыв духа покойной и допросил его.
Старуха убила себя сама. Ненавидя всех и каждого, презирая дочь за недостойный выбор, а зятя за наличие внебрачной дочери (и как только узнала?!), она намеренно приобрела через соседку нужное лекарство именно в аптеке зятя, в один из визитов подбросила в его дом пустой флакон, а сама выпила смертельную дозу, за неделю до этого переписав завещание и объявив об этом за семейным ужином, на котором присутствовали в том числе и умеренно дальние родственники.
И у неё бы всё обязательно получилось, если бы не внебрачная дочь, её вера в непогрешимость отца и сыскное бюро Ламбертса.
– Ну? Что думаете?
– Людскому коварству и жестокости нет границ, – усмехнулась тонко, думая о том, что сущи в этом плане намного честнее. Мы просто нуждаемся в пище, тогда как люди, больные душой, получают наслаждение от чужих страданий. И только. – Но в то же время удивляет вера Жанет в своего отца. Он ведь не женился на ее матери, считай, опозорил. Скрывал от всех эту связь, даже от молодой жены. Почему она его… Любит?
– Понимаешь, кроха, – хмыкнул демон, разводя руками, – заделать дите – много ума не надо. Может, молодые были, глупые? А потом присмотрелись друг к другу и поняли, что быть вместе банально не судьба. Ну или ещё что? Чужая душа – она ж потемки. И в то же время не бросил, помогал финансово, хотя и стыдился. А старуха, как оказалось, ещё и шантажировала его этим, грозя всё рассказать молодухе. Опять же, чем не мотив? Но больше всего в этой истории, конечно, поражает продуманность и коварство старой карги. Это ведь надо было столько всего предусмотреть! Улики подкинуть, по времени просчитать, жизни лишиться! И ради чего? Чтобы просто нагадить окружающим! Не за реальное дело, а из вредности. Поверь моему опыту, такие преступники самые коварные и изворотливые. Ну что? Третье дело сегодня читать будем или уже завтра?
– Сегодня, – решительно заявил Джул и я была с ним полностью согласна, открыв следующую папку.
Кража. Банальная кража драгоценностей. У богатой молодой вдовы, слабо разборчивой в любовных связях, но это выяснилось не сразу. Изначально баронесса Огинская обратилась в бюро с просьбой найти фамильное колье, которое годами лежало в сейфе и вдруг пропало буквально за неделю до выхода в свет. И всё бы ничего, но колье принадлежало семье безвременно почившего супруга, а грядущее мероприятие как раз было посвящено юбилею свекра. Явиться на праздник в других украшениях женщина элементарно не могла. Какие-то аристократические заморочки, не иначе.
В общем, времени было мало, любовников много, прислуга безответственной, а супруг…
Не таким уж и мертвым. Но это выяснилось не сразу. Сначала детективам пришлось хорошенько побегать по городу, побеседовать с десятками уважаемых (и не очень) господ (в том числе пекарем, конюхом и тремя лакеями), поймать слабый след и выяснить, что в особняке живет невидимка.
Ну, как невидимка? Кто-то в общем живет. Еду с кухни таскает, по ночам паркетом скрипит и прочие мелкие подозрительные несуразности.
Казалось бы, при чем тут украденное колье? Но нет!
Устроив засаду, в первую же ночь бравые сыщики спеленали таинственного призрака, которым оказался… Да-да, ничуть не умерший муж баронессы. Уже не слишком молодой (чуть за тридцать), но всё ещё гуляка, картежник и просто повеса, проигрался одному влиятельному лорду и задумал провернуть аферу – инсценировал свою смерть. Ради этого подкупил знакомого целителя при морге и, найдя подходящий труп, так его обезобразил, что тело признали только по относительному сходству в размерах и фамильной печатке на пальце. Сам же, слегка сменив внешность, перебрался жить в одну из бесконечных гостевых комнат особняка, целый год успешно избегая встреч со слугами и безутешной вдовой.
Кстати, не сильно безутешной.
Будучи сама из обеспеченной семьи, баронесса недолго горевала и пустилась во все тяжкие, тем самым искренне сердя супруга. Но официально он поделать ничего не мог. Ведь мертв!
К счастью, барон не додумался до банальных пакостей неверной жене (тем более брак был договорным, а не по любви), а сам пустился в загул, периодически продавая из особняка то серебряный подсвечник, то ценную картину известного мастера, то ещё безделушку-другую, благо дом был огромным и этого никто не замечал. Вот только будучи тем еще бездарным повесой, барон снова крупно проигрался и не придумал ничего лучше, чем залезть в сейф. Почти свой, ага. К сожалению, денег на тот момент там не было, зато лежало фамильное колье и барон, вспомнив обо всех своих обидах на развратную супругу, забрал его.
Итоги? Забавные.
Узнав о том, что больше не вдова, баронесса со скандалом развелась с бароном (прошение подписал сам император), а сам барон, существенно обеднев из-за выплаченных долгов, отделался крупным штрафом за ряд противозаконных нарушений, в том числе инсценировку своей смерти.
– Выводы? – прищурился детектив Рамирес.
– Не пакости там, где живешь. Хочешь умереть – умирай и не возвращайся туда, где тебя могут узнать, – фыркнула насмешливо, думая о том, что как бы мне не пришлось поступать так же. Ох, как же не хочется! Но, может, обойдется?
– Тьфу! – смачно сплюнул демон. – Я не с позиции преступника, кроха!
– А с чьей? – удивился Джул. – Какие ещё можно сделать выводы из этого дела? Лично у меня не вызывает сочувствия ни муж, ни жена. Оба хороши, как говорится. Одно радует, – хмыкнул, – любовники не пострадали. Кстати, сколько их было в итоге? Я не совсем понял. Две дюжины или три?
– Да как бы не четыре! – хохотнул Рамирес, звонко шлепая себя по бедру. – Помню, пытался тогда встретиться аж с министром, так пришлось его в едальне караулить, иначе никак не получалось. И мужичок-то плюгавый, вот что она в нем нашла? А?
И почему-то взглянул на меня. Ох, ну что за шовинисткие намеки? Мне откуда знать?
– Женский вкус – вещь необъяснимая, – тактично ответил за меня Джулиан, снова переводя внимание детектива на себя. – Но всё же: что по выводам? Какие мы должны были их сделать?
– Э, нет, – разухмылялся усач. – Моё дело маленькое, путь указать, а итоги вы сами должны мне предоставить. Кстати, об этом. Раз уж мы с вами так раненько закончили, то нате вам моё текущее дельце. Простота полнейшая, но времени на него никак нет. Почитайте пока, определитесь с очередностью, а я отойду.
Куда и зачем, Джефри уточнять не стал, но не думаю, что это интересовало хоть кого-то из нас. Демон еще не дошел до двери, перед этим перекинув папку мне, а парни уже перебрались ближе и нагло заглядывали мне через плечо.
У-у… И это дело?
– Ерунда какая-то, – пренебрежительно скривился Джул, прочтя бланк подробно заполненного заявления на оказание услуг по слежке за неверным супругом. Естественно, после того, как его прочла я. Передал Харви и скептично взглянул на меня. – Он нас совсем за дураков держит?
– Мне кажется, – деловито заговорил Харви, поправляя на носу очки, – что детектив Рамирес хочет нас проучить. Это классика жанра, понимаете? Он опытный сыщик, а мы новички. По его словам – чересчур с гонором. И не взять это дело мы не можем, это будет прямым признанием нашей некомпетентности и провалом практики. Хотя честно скажу, мне не доставит удовольствия им заниматься.
– Разделим обязанности, – кивнула отрывисто, и сама ощущая определенное разочарование от задания.
Хотя с чего бы? Последние полгода я расследовала еще менее интересные дела, а тут всё-таки слежка за живым человеком. Таким я ещё не занималась, к тому же это одна из неприглядных, но неизменных сторон частного сыска и не стоит ею пренебрегать сейчас, когда есть возможность потренироваться впрок.
– Каким образом? – заинтересованно взглянул на меня Джул. – Сразу отмечу, никто из нас не спец в слежке за обычным живым человеком.
– Демоном, – педантично заметил Харви.
– Не принципиально, – отмахнулся инквизитор.
– Да не скажи, – не согласился с ним наш умник. – Все без исключения расы имеют свои отличия и особенности, а демоны крупнее, сильнее и чувствительнее людей во многом. Даже не будучи магом, он может почувствовать на себе пристальное стороннее внимание, что моментально усложнит нашу задачу. Эмилия, что скажешь? У тебя есть в арсенале следящие печати, которые могут облегчить нам задачу?
– Поищу, – кивнула уверенно, – но для этого необходимо взглянуть на дона Альварго вживую и скопировать образец его ауры. Хотя…
Прикинув, что копированием можно озадачить кошку, главное указать ей на нужного мужчину, ещё раз кивнула, беря в руки уже заметки детектива. Всего несколько листов, но в них Джефри расписал примерный маршрут якобы неверного мужа за последние три недели. И ни единого намека на встречу с любовницей.
– Да, проблем не будет. Кстати, тут указано, что по понедельникам и пятницам ближе к вечеру он захаживает в любимую табачную лавку, где приобретает наисвежайший табак с фруктовыми добавками, вошедший в моду не так давно. Вам не кажется это странным?
– Намеренно травить себя грязным дымом? – хмыкнул Джул. – В принципе не понимаю данного увлечения.
– Да я не о том, – цокнула с возмущением. – Почему так часто? В стандартной пачке сто грамм, то есть табака там в среднем на двести порций. Это ему надо курить минимум сорок-пятьдесят раз в день, чтобы скурить всё до пятницы. Это чересчур много, понимаете? Что?
– А ты откуда знаешь? – удивленно поинтересовался Харви, хотя и Джул глядел на меня с немалым подозрением. – Ты куришь?
– Смешно, – фыркнула. – Вообще-то нет. Но у меня есть знакомый курящий лейтенант, с которым мы как раз не так давно обсуждали этот вопрос. Но мы отвлеклись. О чем я? Ах да! Почему он так часто туда ходит?
– К любовнице? – сделал логичный вывод Джул, приподнимая бровь.
– Сомнительно, – отрицательно качнул головой Харви. – Рамирес тут отметил, что он не задерживается в лавке дольше, чем на несколько минут. Сомневаюсь, что… – косой взгляд на меня и у парня краснеют кончики ушей, а продолжение звучит сконфуженно: – он посещает женщину так быстро.
– Я тоже так думаю, – кивнула, старательно не замечая неловкости, которая возникла между парнями. Вообще-то я в курсе, чем занимаются люди разных полов, и сколько при этом примерно тратят времени, но если им так сложно обсуждать подробности, то ничуть не настаиваю. – И всё же это очень подозрительно. Нужно будет приглядеться к лавке и тем, кто внутри, повнимательнее. Дальше! Какие ещё места он посещает с такой же регулярностью?
Перечитав записи и обнаружив, что у дона Альварго есть ещё три подобных любимых места, куда он захаживает регулярно, мы решили для начала осмотреть их все. Почему нет? Трактир «Жирный гусь» по четвергам, мужской клуб «Дон Карлос» по субботам, цирюльник по вторникам (зачем так часто?!) и цветочный магазинчик по средам, где он приобретает для дражайшей супруги какой-нибудь букет.
По средам. Почему именно по средам? Почему не по пятницам? Или в выходные? Кстати, в воскресенье он захаживает в кондитерскую за тортом. Поздно вечером, ага. Какой в этом смысл?!
– Странный тип, – задумчиво тер кончик носа Харви, перечитывая собранные данные уже по пятому разу. – Такое ощущение, что он просто водит нас за нос. Ну, не нас, конечно, а Рамиреса. Что думаете?
– Думаю, мне надо встретиться с донной Альварго лично и уточнить, зачем ей каждое воскресенье на ночь глядя торт, – фыркнула я. – Ладно бы ещё в обед! Но на ночь? Какой в этом смысл? Если ради понедельника, то не проще ли пойти туда именно в понедельник с утра и приобрести свежий? Кстати, она сама чем занимается кроме того, что подозревает мужа?
– Тут написано, что домохозяйка, – зачитал информацию Джул и с интересом взглянул на меня. – Но магкарточки нет, только на дона. Кстати, а он ничего такой, видный демон. Что думаешь? Чисто по-женски. Может такой изменять?
Скептично сдвинув брови, потому что считала, что изменять могут все и дело отнюдь не во внешности, тем не менее взяла магснимок в руки и присмотрелась к объекту внимательнее. И впрямь видный, чем-то на комиссара Вискански похож. Рослый, плечистый, чуть за тридцать. Одет с намеком на пижонство: черные кожаные брюки, туго обтягивающие зад, белая рубаха, алый шейный платок, черный кожаный жилет и надраенные до блеска ботинки. Загар и черные волосы с бордовым отливом, убранные в косу, подчеркивают мужественность подбородка и высокие скулы, темно-зеленые глаза насмешливо щурятся, а полные губы изогнуты в улыбке опытного ловеласа. Удивлена, что в принципе женат. И всё сильнее хочу взглянуть на его супругу.
Что-то тут не так…
– Эмми? – напомнил о себе Джул, когда я чересчур глубоко задумалась. – Твой вердикт?
– Не нравится он мне, – скривилась, причем абсолютно честно и парни странно переглянулись. – Что?
– Почему? – удивленно спросил Харви. – Этот дон выглядит, как воплощенная женская мечта. Да, я читал исследование и об этом, так что могу уверенно заявить, что такой не может не нравиться. Это несознательное, понимаешь? Интуитивный поиск самого сильного и привлекательного самца, который может дать здоровое, обильное потомство. – Парень внезапно смутился и поморщился. – Знаю, звучит не очень, но это факт. Мы все основываем свой выбор на ряде первоочередных факторов, заложенных в нас генетически, и лишь малый процент опрошенных предпочитает глядеть глубже и искать в первую очередь общие интересы и духовное родство, но при этом все до единого сначала обращают внимание на внешность, ведь это первое, что мы видим. Это уже потом мы начинаем общаться и узнавать собеседника ближе. Уже потом его характер, привычки и устремления могу вызывать негатив, но сейчас-то… Сейчас что тебе не так?
– Мне не так? – фыркнула и посмотрела на парней по очереди, но они были серьезны, и я задумалась. Может и впрямь это важно? Но для чего?
Ладно. Что мне не так?
– Он… – Я изучала магснимок ещё минуты три, после чего уверенно произнесла, – фальшивый. Не знаю, как объяснить. Раздражает его идеальная безупречность. По нему не видно, что он много курит и пьет каждую неделю, хотя Рамирес написал, что дон покидает и трактир, и мужской клуб поздней ночью и изрядно пьяным. А ещё эта его улыбочка… Просто бесит. Кстати, он маг или нет? Почему это не указано в документах? И кем работает? Тоже нет? Ну что за жена! Она вообще ему жена? Адрес где?
И ни одного ответа. Как так?
– Мне одному кажется, что детектив намеренно не предоставил нам эту информацию? – хмуро выдал нашу общую мысль Джулиан и мы с Харви синхронно кивнули. – Ну и смысл? Вообще-то это полноценный саботаж. А если мы не учтем какой-нибудь важный фактор и вляпаемся? Вдруг он архимаг? Или чиновник высшего звена? Или местный глава какой-нибудь преступной группировки? Или вообще работает на тайную канцелярию князя? Да нас живьем съедят, если поймают!
– Не поймают, – усмехнулась с вызовом, уже решив для себя, что не буду выставлять претензии Рамиресу, а просто щелкнул его по носу идеально отработанным делом. – Поступим так…
– Уточни, пожалуйста, почему я на это согласился? – с печальным вздохом поинтересовался у меня Джулиан, с которым мы прогуливались под ручку в направлении нужной табачной лавки.
– Потому что мы лучшие, – заявила не без самодовольства, и будущий герцог не мог это не признать. – Я на девяносто девять процентов уверена, что это проверка наших способностей, причем как обычных дедуктивных, так и магических. И без Ламбертса тут точно не обошлось. Он обещал за нами присматривать, помнишь? Да и Рамирес не похож на того, кто будет поступать с нами подло без высочайшего дозволения руководства. Магистр не единожды говорил, что в его команде работают лучшие, он им доверяет и чего точно не терпит, так это лжи.
– Почему, кстати? – заинтересовался моими словами Джул.
Заколебалась, не зная, стоит ли открывать не свою тайну, но потом поняла, что вряд ли это такой уж большой секрет, раз его доверили мне, и сказала:
– Он архимаг. Но не нейтральной стихийной силы, а темной. Она чует куда больше, чем ты можешь себе представить. В его случае это ложь, которая горчит. А люди так лживы…
– Это он тебе сказал?
Повернула голову к парню, какое-то время просто на него смотрела, а потом… кивнула.
– Да. Мы жили вместе, ты знаешь. В смысле, в одном доме у миссис Муариф. Ну и беседовали иногда. С ним интересно, очень, особенно когда не язвит. Он ужасно умный, но…
– Ты просто не хочешь замуж, – с тихим понимающим смешком закончил за меня Джул и шутливо пихнул в бок. – Никогда не забуду, какая поднялась шумиха, когда ты сбежала с новогоднего бала. Это было… эпично. Кстати, он тогда даже не поморщился, только венок на арке пожух и шампанское скисло.
А вот я поморщилась. Нет, мне не стыдно за свой ответ, ведь он был честным, а то, что сам Сэверин прилюдно оскандалился, так в этом тоже нет моей вины. А не надо было так поступать! Предложил бы в укромном уголочке наедине, ничто бы и не узнал. Но нет, он решил шикануть… И проиграл. Бывает.
– Я бы, наверное, со стыда сгорел, – продолжал рассуждать будущий герцог, – а он ничего, просто встал на ноги и спокойно вышел за тобой. Кстати, догнал?
– Нет, – слегка удивленно качнула головой, невольно вспоминая, что тогда умудрилась добежать до дома за какие-то пятнадцать минут в одном платье и легких туфельках, лишь на крыльце вспомнив, что забыла манто и не применила ни одного заклинания для тепла. – Мы с ним после этого в принципе не разговаривали до вчерашнего дня. И… Закрыли тему, хорошо?
Заметила, как загадочно щурится парень, которому явно хочется продолжить, и пригрозила:
– Иначе найду тебе жену и женю!
– Боги! – Джул аж за сердце схватился, но в глазах инквизитора так и плясали смешинки. – Вот ты злыдня! Меня-то за что?!
– Как показывает статистика, человек, имеющий активную личную жизнь, меньше всего интересуется чужой, – произнесла я занудным тоном, копируя Харви, на что Джул звонко расхохотался, моментально уловив схожесть. – Кстати, мы почти дошли. Помнишь, что делать?
– Конечно, милая. – Будущий герцог включил своё обаяние на полную мощность и обнял меня за талию крепче и увереннее. – Ради тебя – хоть на край света!
Хмыкнула, не скрывая иронии, потому что сразу ощутила на кончике языка легкую горечь, но говорить об этом парню не стала. Пусть эта способность будет моим козырем. Сама же расслабилась, приказав себе получить удовольствие от происходящего, заодно отдавая мысленную команду Тьме крутиться поблизости.
План был прост до безобразия. Идем в лавку в качестве покупателей, попутно изображая парочку, потому что иначе будет просто подозрительно, крутимся там, прицениваемся-присматриваемся, может что-то даже покупаем, дожидаемся дона, Тьма лезет ему под ноги, оставляя на теле объекта шерсть и темную метку, после чего благополучно расходимся в разные стороны и уже дома я плету подходящий поисковик-следилку, который запитываю на Джулиана.
Харви мы отправили в книжный покупать самую большую и подробную карту города, чтобы отмечать на ней время и места, которые будет посещать объект, ну а детектива мы просто не видели. Нет, мы честно хотели его предупредить! Ну, почти… Просто, когда Джул выглянул в приемную и поинтересовался у милейшей донны Рузанны, где так долго задерживается Рамирес, она ответила, что детектив ушел по персональному поручению господина Ламбертса, а мы, если всё сделали, тоже можем быть свободны.
Ну вот и кто он после этого? А нас предупредить?
В общем, мы вернулись в кабинет, обсудили очередной некрасивый поступок детектива, следом свои действия и разошлись каждый в свою сторону: Харви в книжный, а мы с Джулианом в табачную лавку.
Кстати, а ничего так лавочка… Сама я в такие места раньше не заходила, просто не было повода, так что сейчас с интересом изучала и саму лавку, и прилавки, и товар, и даже немолодого добродушного лавочника, пока Джулиан, пользуясь тем, что мужчина, завел с ним пространный разговор о сортах, дозировке, упаковке и даже трубках. Ведь мы же не просто так пришли, а чтобы купить подарок для одного нашего ну очень хорошего друга!
Почему нет? Отправлю посылочку детективу Форестли, порадую экзотикой.
Прошло минут десять, я с интересом читала необычные названия смесей и их состав, Джул с азартом уточнял, в чем отличие глиняной трубки от той, что вырезана из бриара, когда в лавку зашел очередной покупатель и я затылком ощутила – он!
Яркая энергетика не самого слабого мага-стихийника была словно намеренно выставлена напоказ, так что я сразу приказала Тьме не дергаться и не соваться в подозрительную ловушку. Нет, я справлюсь с этим сама. Без метки. Без других видимых следов.
Просто буду собой. Милой и очаровательной девушкой безо всякой морали и прочего ненужного стыда.
– Дорогой! Кажется, я нашла то, что нам нужно! Смотри, какое забавное название! Ох…
Момент был выбран идеально. Объект стоял точно так, чтобы я, резко обернувшись, не менее резко отшатнулась от внезапно возникшего препятствия на моём пути, испугалась, оступилась, начала падать…
И не упала.
– Мисс, аккуратнее, – ласково пророкотал перехвативший меня прямо у пола демон и бережно поставил на ноги, но до конца не отпустил, придерживая за талию. – Прошу прощения, не хотел напугать. Вы в порядке?
Глядя на громилу, который живьем оказался ещё крупнее, чем на снимке, я пыталась понять, что чувствую. Естественно, я не была напугана. Нет. Я была… Очарована.
Сильными руками. Мощными плечами. Широкими ладонями. Доброжелательной улыбкой. Сочной зеленью бездонных синих глаз…
Стоп. Не синих. Зеленых.
Сморгнув и откровенно запоздало сообразив, что на меня сейчас каким-то образом влияли, насильно вызывая абсолютно не свойственные мне желания, я не спешила вырываться из мужественных объятий дона Альварго. Наоборот, очень быстро сообразив, что это будет крайне неразумно, я слабо улыбнулась и, искренне надеясь, что выгляжу естественно, пролепетала:
– Не уверена. Нога…
– Эмми, ты в порядке? – К нам подскочил Джулиан, причем выглядел парень искренне встревоженным. Сразу заметил мужскую руку на моей талии, смерил демона неприязненным взглядом и потребовал: – Дон, будьте любезны, отпустите мою девушку.
– Да-да, конечно, – миролюбиво согласился бугай, убирая свою руку. – Прошу прощения, я всего лишь не позволил вашей девушке упасть. Так вы в порядке? Что с ногой?
Спрашивал он уже у меня, причем с таким натуральным беспокойством, что лишь легкая горечь на языке позволила понять, что он сейчас лукавит. Но в чем? В беспокойстве? Или дело в ответе Джулиану?
– Не знаю, я… – говоря всё ещё слабым голосом, но прижимаемая уже к крепкому телу «своего парня», я продолжала безотрывно глядеть в лицо своему «спасителю», пытаясь понять, что с ним не так.
Магическое плетение? Артефакт? Личная способность?
Но зачем?
– Всё же напугал вас, – ответил за меня демон, расстраиваясь так сильно, что горечи на языке стало больше. – Простите, не хотел. Могу ли я хоть как-то загладить свою вину?
Было очень забавно наблюдать за тем, как гордо отказывается от этого Джулиан, заявляя, что сам способен позаботиться обо мне, и как настойчив дон, уже представившийся нам Мигелем, но минут через десять активных препирательств, упоминаний богов и прочих местных традиций, мы вдруг оказались приглашены на ужин в ближайший ресторанчик. Именно этим дон Альварго планировал загладить свою вину за то, что так некрасиво меня напугал.
Думаю, не одна я была обескуражена напором этого странного демона. Джул в принципе выглядел откровенно дезориентированным, словно воздействию подверглась не одна я, но если мне смуглый красавчик расточал цветастые комплименты и просто обворожительно улыбался, то «моему парню» доставались громкие и напористые фразы типа: «ты меня уважаешь, брат, я тебя уважаю, я себя уважать не буду, если ты меня сейчас не уважишь» и всё в том же духе.
Интересный метод. Жаль, на вооружение взять не получится, больно у нас менталитеты и пол разные.
Как бы то ни было, заверив беспокоящихся о моей ноге мужчин, что вполне способна дойти до нужного ресторанчика сама (Мигель всё порывался нести меня на руках), первым делом я прильнула к «своему парню», сразу отметив негативную реакцию демона, которая выразилась дернувшимися зрачками, после чего на меня обрушили новый поток извинений и комплиментов, вынуждая отвечать, смущаться и главное – смотреть на собеседника.
И это я тоже для себя отметила.
А вообще, конечно, странно. Чего он добивается? Он ведь не может знать, что мы пришли сюда за ним следить? Или… Он в сговоре с Рамиресом?
Это будет… Забавно. И я, кажется, уже ничему не удивлюсь.
Приехала, называется, на практику!
Тем не менее, стоило разобраться с этим необычным демоном до конца и всего через десять минут, сидя в роскошном отдельном кабинете, куда нас привел расторопный официант, попутно сообщивший, что повару сегодня особенно удалось каре ягненка, уже я проявила инициативу и, усаженная в удобное плетеное кресло, начала плести свои словесные кружева.
Всё, как учили умные книги.
Немного лести, немного кокетства, немного блеска в глазах, слегка прикушенная губа – и вот дон уже громко и обстоятельно рассказывает о том, что владеет сетью ресторанов и даже парочкой клубов для настоящих мужчин, периодически нуждающихся в отдыхе от семьи, при этом сам бесконечно одинок и находится в активном поиске.
Стараясь не обращать внимания на раздражающую горечь, окончательно поселившуюся на кончике языка, я кивала, сочувствовала, охала, всплескивала руками и под конец радостно сообщила:
– У меня есть незамужняя подруга! Я вас обязательно познакомлю!
– О, вы не просто бесконечно красивы, Эмилия, но и невозможно добры! – якобы обрадовался моему предложению дон, но в глазах эта радость не отразилась. – Буду искренне признателен. Надеюсь, она так же прелестна, как вы? Давайте выпьем за это!
Тост был далеко не первым, а принесенное официантом вино довольно крепким, так что я почти не удивилась, ощутив уже после второго бокала легкое головокружение и дезориентацию.
Почти, да. Учитывая то, что сидящий рядом Джулиан выглядел откровенно пьяным, хотя выпил не больше меня (а вчера показывал поразительную стойкость!), я догадалась, что с вином тоже непорядок, и постаралась больше закусывать.
Но, кажется, не учла всю величину коварства радушного демона, потому что в какой-то момент просто моргнула… И отключилась.
– Красивая…
– Я тебе сейчас руки выдерну и запрещу доку пришивать их обратно.
– А ты всё такой же. За что детишек невзлюбил?
– Практиканты, – ограничился ироничным хмыком один из собеседников. – Разве Рамирес не сказал?
– Сказал, – хохотнул второй. – Но без подробностей. А тут такая… цаца! Даже жаль, что твои. Думал, опять недоброжелатели подослали. Знаешь, я бы её покурировал.
В тоне демона прозвучали откровенно похотливые нотки, но я даже не вздрогнула, хотя очнулась ещё несколько минут назад и сейчас старательно прислушивалась к чужому диалогу.
– Обойдешься, – жестко отрезал тот, кого тут в принципе быть не могло. – Адептка Кейтри, не забывайте дышать. Если уж очнулись и намереваетесь подслушивать, то не выдавайте себя хотя бы этим.
Ну, вот как так, а? Ну почему он такой внимательный?!
Медленно открыла глаза, обнаруживая себя лежащей на коротком диванчике всё там же – в отдельном кабинете ресторана, медленно села, аккуратно расправляя неприлично задравшийся подол, и очень милым голосом спросила, причем не у куратора, а у дона:
– А что случилось? Я уснула?
– Ага, – хохотнул демон, разглядывая меня так, словно впервые увидел. – Порошок сонника плюс расслабляющий артефакт – эффект стопроцентный. Но вырубает минимум на два часа, а сейчас прошло всего сорок минут. В чем твой секрет, милашка?
Естественно, я не стала высокомерно заявлять, что организм сущи, даже воплощенный в физическую оболочку, способен переварить в том числе смертельный яд, вместо этого многозначительно прикрыла глаза ресницами и мысленно ругнулась. Сорок минут! За это время нас можно было убить сотню раз и как минимум десяток раз изнасиловать!
Плохо. Очень плохо. Если Ламбертс хотел таким образом показать нам, что местным преступникам мы на один зубок, то у него прекрасно получилось.
Да, мы облажались. Сильно облажались. Понадеялись на обманчивую легкость задания и не предусмотрели очевидное.
Первое – отправились на задание без единого защитного амулета. Второе – не обеспечили себе прикрытие, не предупредив руководство. Третье – без опаски ели и пили то, что нам предлагал объект.
Кто сегодня в дураках? Мы, конечно!
Обидно…
Но пусть будет обидно не только мне!
– Я расскажу его вам, дон Мигель, – обворожительно улыбнулась демону, всё ещё демонстративно не замечая некроманта, но чувствуя, как его темная аура начинает давить с каждым мгновением всё сильнее. – Если вы пригласите меня на свидание. Вы очень… Интересный мужчина. Не откажусь узнать вас ближе. Что скажете?
– Это… очень… заманчивое предложение, – удовлетворенным котом прищурился демон и насмешливо покосился на стоящего рядом мага. – Как насчет завтра? Знаю одно роскошное местечко с видом на море. Вам обязательно понравится.
– Море! – Я восторженно сверкнула глазами. – Мне уже нравится! Значит, завтра?
– В семь, – кивнул дон. – Зайду за вами.
– Буду ждать, – проворковала любезно и даже протянула демону руку для поцелуя, когда он шагнул ко мне и склонился, протягивая свою.
Мне не сложно, а без этого устроенное представление не будет полным.
А ещё я не лгала даже в мыслях. Море я действительно хочу увидеть, а с демоном пообщаться. Лучше бы, конечно, вскрыть… Но и так попробую расспросить, откуда он весь из себя такой умный и предприимчивый явился. И много ли тут таких еще. Иначе не практика получится, а полное безобразие.
Коснувшись кожи моего запястья губами, но не разрывая визуальный контакт, демон снова удовлетворенно прищурился, тем самым намекая, что в полном восторге от происходящего, любезно распрощался и вышел. К этой минуте аура некроманта начала давить так, что не заметить это мог бы только мертвый. Хотя и они бы заметили, воскреснув и возмутившись, кто тут такой несдержанный тревожит их покой.
А Джул спит… Везет парню! На полу правда, о нём никто не позаботился так же, как обо мне, но для него это уже привычно.
Кстати, я же ещё десерт не доела!
Как ни в чем не бывало, я вернулась за стол, с интересом присматриваясь к еде и гадая, куда именно был добавлен усыпляющий порошок. Только ли в вино или в еду тоже? И как его определить на глазок? Мы такое в академии не проходили!
– Снотворное было в вине, – глухо произнёс Сэверин, садясь напротив и глядя на меня ну очень тяжелым и темным взглядом. – Что за беспечность, Эмилия? За одно только это я могу засчитать вам провал всей практики.
– Не можешь, – ответила ему намеренно легкомысленным тоном, подогревая крошечным импульсом уже остывший чай и берясь за десертную ложечку. – Потому что ты не подлый. Хотя удивил, не спорю. Чья была идея?
– Ты сейчас о чем? – Маг слегка наклонил голову на бок, внимательно следя за тем, как я ем суфле.
– Брось, – усмехнулась. – Не так уж и мало я слышала, да и додумывать не разучилась. Рамирес намеренно подкинул нам это липовое дело, точно зная, что Мигель нас проучит. Но кто-то видно очень сильно торопился, потому что и сама заявка, и собранная информация пестрит такими дикими дырами и несостыковками, что не обратить на них внимание просто невозможно. В чем смысл?
– А смысл в том, умная моя девочка, – саркастично усмехнулся некромант, – что вы поступили так, как поступать нельзя ни в коем случае. Нашла несостыковку? Молодец. Информируй об этом своего детектива и выясни, почему это произошло. Вас кто-то отпускал в свободное расследование? Нет. Вы предупредили о том, куда идете, хотя бы донну Рузанну? Нет. Вы намеренно засветили свои лица перед объектом слежки, чего делать категорически нельзя. Не говорю уже о совместных посиделках в непроверенном месте. Ну и какой из тебя после этого сыскарь, Эмилия?
Было обидно. Очень. Даже вкус суфле перестал радовать. И пускай до всего этого я уже додумалась сама, обида всё равно жгла грудь, а в носу защипало, словно я вот-вот заплачу.
Не заплачу!
– Ты просто паршивый эгоист, – заявила я смело, с вызовом вздергивая подбородок и глядя ему в глаза. – Сам занимаешься тем, чем хочешь, а мне не даешь. Почему? Почему ты ко мне прицепился?! Что тебе от меня надо?! Почему я?!
Под конец я уже почти кричала, а Сэверин сидел и смотрел на меня так спокойно, что хотелось просто встать и ударить.
Бесит!
Бесит-бесит-бесит!!!
– А я уже думал, никогда не спросишь, – усмехнулся маг едва заметно, когда я замолчала, тяжело дыша. – Всё просто чудо. Ты нужна мне. Только рядом с тобой я ощущаю себя по-настоящему живым. Некромантия, она… Не просто тьма. Это мертвая тьма. А вот твоя, она… Живая. Чувствуешь разницу?
– Но я читала, что тьма едина, – пробормотала с оторопью, откровенно растерявшись от его признаний. – Ты сам дал мне эту книгу!
– Просто не успел дать следующую, – снова усмехнулся маг, глядя на меня крайне задумчиво. – Именно о некромантах. Хочешь?
Это было соблазнительно. Очень. Узнать о нем больше, понять, выяснить все до единой слабости, но…
– Я не хочу замуж, – буркнула, глянув на мужчину чуть исподлобья.
– Я уже понял. А почему? – И столько искренней заинтересованности, что мне становится страшно. Намного страшнее, чем тогда, когда он просто молча давил тьмой.
– Потому, – произнесла тихо, не зная, что сказать ещё.
– Это как-то связано с тем, из-за чего в тебе проснулась тьма? – обманчиво ровно спросил некромант, а у меня от его тона мурашки по спине пробежали.
Хм… Плохой вопрос. Очень плохой. У меня нет на него верного ответа.
В итоге я просто дернула плечом, решив не отвечать. Пусть додумает сам, что хочет. Правда ему точно не понравится, а реакция на эту правду не понравится уже мне.
– Эмилия… – вздохнув и потерев костяшкой пальца нос, Сэверин снова посмотрел на меня. – Не отталкивай меня. Пожалуйста. Я редко прошу, но… Ты действительно нужна мне.
– В качестве кого? – усмехнулась.
– В идеале? – насмешливо приподнял бровь и сам же ответил: – Жены.
– Опять?! – вспылила и даже сорвалась с места от всколыхнувшихся эмоций, которые никуда не делись и просто ждали новой возможности проявить себя. – Хватит! Сэверин! Правда хватит!
– Хорошо, – согласился мужчина, причем таким спокойным тоном, что я снова осеклась и замерла, уже не зная, чего ожидать от него в следующий момент. – Хорошо, как скажешь.
Я даже отступила на шаг, как никогда остро чуя перед собой смертельно опасного хищника, который затаился, но вот-вот бросится на меня. Что он сказал? Хорошо? Что хорошо?
– Будем друзьями?
– Что?
Мне показалось, что у меня начались слуховые галлюцинации.
– Друзьями, – с улыбкой повторил маг. – Как раньше. Нам ведь было интересно вместе, согласись. Есть теплые булочки миссис Муариф с холодным молоком, разбирать темные плетения, обсуждать неоднозначные итоги громких судебных разбирательств… Тебе ведь нравилось?
– Ну… – я нервно дернула плечом, ещё не ощущая себя в безопасности, – допустим.
Впилась в некроманта взглядом и недоверчиво уточнила:
– И ты больше не будешь заводить разговор о женитьбе?
– Не буду. – Улыбка на его губах была подозрительно натуральной, а язык не щипало.
Не лжет. Хм-м…
– И тебе этого… Хватит?
– В идеале? – Улыбка мага дала трещину, но до конца не пропала. – Нет. Но я буду рад хотя бы этому. Что скажешь, чудо? Согласна?
– Дружить? – уточнила зачем-то и Сэверин размеренно кивнул. Усмехнулась. – Знаешь, я…
Замолчав, обхватила себя руками, а потом и вовсе отвернулась, словно это могло помочь. Я не хотела говорить «нет». Я не могла сказать «да».
Но проблема в том, что я не умею дружить.
Я умею лишь пользоваться.
– Почему мне кажется, что я знаю, о чем ты думаешь? – прозвучало мне на ухо, а на дрогнувшие плечи легли широкие ладони мага, легонько сжимая. – Ты не хочешь назвать то, что между нами происходит, дружбой? Я тебя понимаю… Но что нам делать, чудо? Предложи свой вариант.
В его руках мне было… комфортно. И в то же время я понимала, как обманчив этот комфорт. Только до момента, пока он пребывает в неведении. Но долго ли оно продлится, если мы действительно станем друг другу ближе и узнаем всё?
Он не выносит ложь. Я не могу сказать правду.
Мои эмоции… человеческие эмоции. Они хотят… Его. Его тепла. Его силы. Его внимания, наконец. Но холодная расчетливость сущи знает, что это тепло обманчиво и исходит из жерла вулкана. Оступлюсь – не останется и пепла.
– Просто оставь…
– Нет, – отрезал жестко, не давая договорить. – Не этот вариант. Думай, Эмилия. Думай лучше.
Тяжело вздохнув, одновременно откинулась слегка назад, прижимаясь спиной к его груди. Теплый. Слишком теплый для мертвой тьмы. Притягательный. Манящий. Сильный. Неоднозначный. Загадочный… Производное от «гад»!
– Я не умею дружить.
– Я тоже.
– Я не хочу замуж.
– Я помню.
– Мы будем просто иногда общаться на темы, которые интересны обоим.
– Согласен.
– Ты меня сейчас пугаешь.
– Не поверишь, себя тоже.
– Ты извращенец…
– Ещё какой.
Едва различимо усмехнувшись и мимолетно поцеловав меня в висок, Сэверин явно хотел сказать что-то ещё, но тут с пола протяжно простонал Джулиан, и маг, с досадой поморщившись, шагнул к нему, присаживаясь рядом.
И снова некромант сделал то, что никогда бы не сделал раньше – пустил по телу парня исцеляющий импульс, позволяя окончательно прийти в себя, но без конфуза всё равно не обошлось: медленно сев и глянув на нас всё ещё слегка дезориентированным взглядом, Джул вдруг позеленел, сложился пополам и его обильно вырвало.
– Какая интересная реакция на компиляцию разноплановых воздействий, – заинтересованно произнёс Сэверин, поднимаясь на ноги и отходя на пару шагов в мою сторону. Дождался, когда Джулиан отдышится, и уже своим обычным высокомерно-язвительным тоном продолжил: – Адепт Изандер, ваша халатность и беспечность час назад стоила жизни вам обоим. Завтра в девять жду развернутый отчет по проваленному делу лично от вас, от его полноты и содержания зависит то, продолжите ли вы эту практику или отправитесь на отчисление с отрицательной характеристикой. И да… Будете уходить, приберитесь здесь, не позорьтесь.
Договорив, магистр Ламбертс как ни в чем не бывало отправился на выход, даже не взглянув в мою сторону, зато я глядела ему вслед безотрывно и с нескрываемым возмущением. Ну он… Вообще!
Тьма побери, теперь я не понимаю его совершенно!
– Эм… – слабым голосом позвал меня Джул и пришлось переключиться на всё ещё бледного напарника, – дай воды, а? Мне утром так хреново не было, как сейчас… Что было-то?
Целых двадцать секунд я решала для себя серьезный вопрос: помогать или нет? Не буду помогать – долго он без меня не протянет и куратор в два счета выполнит свою угрозу. Но нужен ли мне в будущем враг в лице герцога Шантаросского? Это не сирота Харви, у него возможностей и связей куда как больше. Но если помогу…
Да, лучше помочь.
– Это была показательная порка, дружочек, – усмехнулась невесело, беря со стола пустую кружку и наполняя водой из графина. Присела рядом с парнем, подавая ему попить, заодно одним ловким жестом и тройным бытовым плетением ликвидируя всю ту грязь, что он тут нам явил, попутно освежая воздух от неприятно кислого запаха. – Мигель оказался в сговоре с Рамиресом и намеренно вывел нас из строя. Я пришла в себя минут пятнадцать назад, удалось немного подслушать разговор между доном и куратором. Мне уже высказали всё о том, какие мы бездари и бестолочи, не беспокойся. Как думаешь, что нам за это сделать с Рамиресом? Не знаю, как ты, а я это прощать не собираюсь.
– Я подумаю об этом позже, хорошо? – мрачно проворчал Джулиан, отхлебнув из кружки ещё немного и страдальчески прикладывая два пальца к виску. – Но никакого прощения и снисхождения, ты права. Дерьмовые у них тут методы обучения, скажу я тебе… А кто этот Альварго на самом деле? Выяснила?
– Ещё нет, – усмехнулась и прикрыла коварный блеск глаз ресницами. – Но уже завтра вечером иду с ним на свидание и всенепременно узнаю. Не беспокойся, моя месть будет ужасна.
– Спасибо, напарник, – от души поблагодарил Джул и со стоном прислонился к моему плечу лбом. – Боги, да что ж так дерьмово-то, а?
Он выглядел сейчас таким беспомощным, этот сильный и красивый парень, что я невольно сжалилась над ним ещё и хотя не была особо сильна в целительстве, всё равно запустила пальцы в каштановые вихры Джулиана и напрямую потянула на себя тьмой источник его боли. Ещё немного, ещё чуть-чуть… Не самое приятное ощущение, ну да ладно.
– Спасибо, – уже куда бодрее поблагодарил меня будущий инквизитор, даже не подозревая, что его только что избавил от боли истинный враг всего живого.
– Сочтемся, – усмехнулась, первая поднимаясь на ноги и решая для себя куда более насущный вопрос: а заплатил ли за ужин дон Альварго?
Это мы выяснили быстро. Достаточно было выйти из кабинета и найти официанта, как нас моментально заверили, что счет оплачен и мы можем об этом не беспокоиться. Этот нахал даже уточнил: всё ли нам понравилось, на что Джул скорчил такую неприязненную мину, что официант поспешил удалиться, так и не дождавшись ответа.
– Ну что ты? – шутливо пихнула парня в бок, когда мы вышли из ресторанчика на улицу и Джул шумно и с нескрываемым наслаждением вдохнул свежий вечерний воздух. – Еда-то вкусная была. Это вино оказалось с добавкой. Кстати, речь ещё шла про какой-то артефакт, но подробностей я не услышала. А жаль. Надо будет у Харви и Альба уточнить, что это за схема такая интересная. Может знают?
– Да, надо, – отрывисто кивнул будущий герцог, без лишних слов подхватывая меня под руку и безошибочно выбирая направление к особняку некроманта. – А расскажи-ка мне, напарник, что ты там ещё сумела подслушать…
Скрывать мне было нечего, тем более самой ужасно хотелось обсудить произошедшее, заодно выплеснув всё своё искреннее негодование на всех этих бессовестных мужчин, так что до самого дома мы шли, бурно обсуждая наш провал.
Между делом я как-то совершенно запоздало спохватилась о том, где всё это время находилась Тьма, на что кошка откровенно язвительно передала мне по нашему ментальному каналу целый клубок из эмоций, обиженно поведав о том, что это только благодаря ей я очнулась так быстро и в принципе не ощущаю никаких негативных последствий от отравления. Мол, это она вытянула из меня всю ту дрянь, которой на меня воздействовали, а сейчас пугает содержимым своего желудка ближайшую помойку.
Ну, прости. Вообще-то это твоя прямая обязанность. Ладно-ладно, не ворчи, с меня причитается. Спасибо.
Буркнув что-то ещё на своём темнокошачьем, Тьма отключилась, а я снова сосредоточилась на разговоре с Джулианом. Кто бы только мог подумать, как прочно объединяет месть! Придя в себя, Джул уже предложил как минимум с полдюжины способов испортить жизнь Джефри, на что я лишь одобрительно кивала, поддакивая в нужных местах. Беспристрастен и справедлив, говорите? О, да! А ещё на темной стороне есть печеньки. Все к нам!
– Вы где так долго ходите? – встретил нас недовольным вопросом Харви, когда мы поднялись на свой этаж и заглянули к нему. Что-то такое прочел по нашим лицам и аккуратно уточнил: – Случилось чего?
– О, да, – мрачно подтвердил Джул. – Карту купил? Идём в кабинет к Эмилии, там всё обсудим.
Да, я решила окончательно превратить свой кабинет в комнату для сбора нашей группы. Почему нет? Не в спальнях же у парней на полу сидеть. Да, у них есть рабочие столы, но всё равно это совсем не то. Да и мне удобнее.
В итоге, расположившись точно так же, как вчера: я за столом, парни напротив, мы ещё раз обсудили то, что приключилось с нами за последние два часа, вспоминая и записывая даже самые незначительные на первый взгляд нюансы. Я не стала скрывать в том числе и то, что ощутила при первом взгляде на дона – искренний женский интерес, сразу четко обозначив, что это точно наведенное.
– А ещё в нём есть тьма, – произнесла уверенно. – Самые крохи, но есть. И это не артефакт, я такое очень остро чую. Он очень грамотно скрывает это своим сильным стихийным даром, но пользуется весьма умело. Ну и кем он может быть?
– Ещё одним детективом из столичного агентства? – не слишком уверенно предположил Джул.
– Нет, – отрицательно качнула головой. – Точно нет. В разговоре они вели себя так, словно не виделись довольно давно. Да и не как начальник с подчиненным. Он упоминал недоброжелателей, а значит фигура не самого малого ранга. И тьма эта…
– Знаете, я пока вас ждал, прогулялся по первому этажу особняка и посидел в библиотеке, – подал голос Харви. – Нашел один любопытный стеллаж со старинными фолиантами, посвященными как раз демонам: их традициям, истории, видам и прочему. Так вот, листая одну из книг, я нашел весьма интересное упоминание о том, что в темные века демоны нередко связывали свои судьбы с псевдодемонами с изнанки: инкубами и суккубами. Это такие сущи, которые…
– Мы знаем, дальше, – перебил его Джулиан, бросив косой взгляд на меня.
– Так вот, – немного уязвлено сморщил нос наш умник, – наш объект может быть потомком именно такой порочной связи. Не сущь, но демон с тёмным даром и способностью вызывать… кхм, желание у противоположного пола.
– Точно! – Я звонко щелкнула пальцами, наконец определившись с тем, почему мне это всё показалось таким знакомым, но в то же время фальшивым. – Он потомок инкуба! Точно!
Подумала, прищурилась и с чувством выпалила:
– Вот мразь, а?!
Это что такое получается? Меня едва не околдовала какая-то там рядовая сущь? Ладно-ладно, не совсем рядовая и давно не сущь, а её физически воплощенный потомок, но всё равно. Всё равно обидно! Я-то чистокровная!
Парни посмотрели на меня с нескрываемым сочувствием, а Джулиан предложил:
– Может, не пойдешь с ним на свидание?
– Это ещё почему? – вскинулась.
– Ну… мало ли, – смутился будущий герцог. – Вдруг он тебя… Снова на тебя будет влиять. Мы же не знаем о нём ровным счетом ничего. А если он не так уж и законопослушен?
– Тогда магистр Ламбертс просто выдерет ему руки и прочие выступающие места, – произнесла с милой улыбочкой, даже не пытаясь скрыть кровожадные нотки в своем тоне.
– А если будет поздно? – уже куда более серьезным тоном спросил Джул, глядя мне в глаза. – Это не шутки, Эмилия.
– Спасибо, что беспокоишься, – усмехнулась кривовато, ведь понимала, на что он намекает. Да-да, на то самое событие, послужившее отчислению пятерых адептов ещё по осени. – Но я справлюсь, правда. На крайний случай у меня всегда есть тьма и поверь, она не будет медлить и щадить. В этот раз мы не ожидали подвоха, да и я, даже чувствуя воздействие, хотела прежде всего понять, до каких пределов разрослось желание кураторов показать нашу несостоятельность, но теперь всё будет иначе.
Прищурилась, кивнула самой себе, зловеще кривя губы, и твердо повторила:
– Всё. Будет. Иначе.
– Как всё-таки хорошо, что ты не моя девушка! – с чувством произнёс Джул и Харви ему с какой-то стати поддакнул. – Кстати, из тебя бы вышла замечательная злодейка. Почему ты выбрала сторону закона, Эм?
Несколько раз сморгнула, не ожидая от него такого вопроса, и задумалась. Иронично хмыкнула, пожала плечами и сказала то, о чём уже неоднократно думала:
– Злодеи обычно плохо кончают, а такие неопытные, как я, и подавно. Да, у меня есть амбиции и желание жить достойно, самой обеспечить себя всеми необходимыми благами, но я так же понимаю и то, что всего лишь женщина. Без связей, без прикрытия в виде высокопоставленной родни. Начинать с низов? Доверять свои жизнь и будущее аморальному руководству? Перебиваться крохами, пока меня не оценят по достоинству? Ложиться под того, кто захочет дать мне протекцию? Знать, что любая ошибка окружающих может зацепить меня, тогда как закон не дремлет? Нет, не моё.
Вы прочитали ознакомительный фрагмент. Если вам понравилось, вы можете приобрести книгу.