Купить

Тайник тётушки Исории. Кристина Гладышева

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Чтобы получить наследство от тётушки, мне нужно в течение трех месяцев выйти замуж. Обычное требование, пока не посмотришь на завещание магическим зрением.

   Всё бы ничего, но условие родственницы сужает круг "счастливчиков" до одного человека. Того, кто радушно предложил мне роль пугала в своем огороде...

   

ПРОЛОГ

– Хорошо висишь, показательно так, – резюмировал сосед тетушки. Его породистое лицо венчала злорадная ухмылка, а синие, как грозовое небо, глаза взирали на меня с долей снисхождения.

   – Снимете? – Да, именно вопрос, потому что в благородности этого индивида я сомневалась.

   – Давно собирался обзавестись огородным пугалом.

   Я сверкнула глазами и возмущённо зашипела, в очередной раз попытавшись выпутаться из силков.

   – Вот именно таким взглядом и будешь отпугивать поганцев, позарившихся на мой урожай.

   – Эй!

   – Что "эй"? В столице читать не учат? Али ты слепа на оба глаза?

   Я скосила взгляд на ворота, припоминая то огромное количество табличек с предупреждением.

   – Ну, знаете ли! Хозяева порой такого напишут о своих питомцах, а на деле к тебе с крыльца выскочит жалкое подобие бритой кошки! А драконов, уважаемый, истребили!

   – Повесишь до заката, гляди, ума наберешься. – и мое общество покинули, громогласно стукнув входной дверью.

   – Вот поганец, – пришла к выводу я, – так и знала, что скромное условие тетушки еще выйдет мне боком! Бесплатный сыр (в моем случае – запрещенную библиотеку) подают только в мышеловке…

   

ГЛАВА 1 НЕЖЕЛАННЫЙ ГОСТЬ

АРИАННА ЛОРЕН

   Я часто приходила на побережье Сиаша, ища уединения. Буйство стихии отпугивало горожан, предпочитающих отдыхать близ спокойного озера. Мне же нравился непокорный нрав моря, когда волны накатывали на берег, унося на дно оставленные ранее ракушки. Одна такая хрустнула под моими ногами, вытянув в реальность.

   Небо заволокли грозовые тучи, и море стало еще беспокойнее. На мысках осталась пена, добравшаяся и до оголенных щиколоток. Я скинула лодочки и блаженно закатила глаза, стоило ступням коснуться песка, остывшего без внимания солнца. Как бы хорошо мне ни было, но нужно возвращаться.

   Недалеко от побережья в мобиле дремал мой личный водитель, приставленный после неудачного заезда. Стыдно признаться, но карточки водителя я лишилась на второй день после ее получения. А ведь добивалась разрешения отца на сдачу экзаменов целых четыре года. В то время как все мои подруги обзавелись собственными мобилями в двадцать лет, я никак не могла убедить родителя в своей состоятельности.

   Кинула прощальный взгляд на танцующие волны и подалась в сторону каменной лестницы, отделяющей меня от шумной улицы. Весь путь до дома провела в полудреме, из–за чего начала раскалываться голова.

   – Мисс, мы приехали, – донесся голос водителя, и я нехотя разлепила веки.

   Туфли, забитые песком, так и не надела. Мокрый асфальт неплохо бодрил, как, впрочем, и накрапывающий дождик. Этим летом погода в столице радовала только одиночек, любящих прогулки по пустынным улицам. Себя к ним я не причисляла, поэтому рванула вперед по садовой дорожке, ощущая, как на ноги летят капли грязи.

   Позади хлопнула дверь, у которой начала разрастаться бурая лужа. Не успела я достигнуть порога дома, как с неба обрушился водный поток такой силы, что сбивал с ног.

   – Опять опустошила резерв до дна. – Посмотрела на маму, стоящую у каминной полки, и мученически застонала.

   Мои родители были полными противоположностями, но одна схожесть у них все–таки имелась. Они безумно любили поучать свою нерадивую дочь. Резерв мой действительно был пуст, в противном случае возвела бы купол и не выглядела сейчас, как утопленник, которого чудом вытянули из моря. Только вот исчерпала весь магический запас я на тренировках, на что мама с папой всегда закрывали глаза, считая блажью.

   Малик помогал мне в изучении рунной магии, которой пользовались только в его провинции. Но то ли парень скрывал какие–то местные хитрости, то ли руны меня не жаловали. Вот уже шестое занятие кряду я выжимала резерв до последней капли, но успехов не добилась. Родители на это занятие смотрели с толикой недовольства. Не нравилось им, что дочь вместо свиданий бегает к безродному мальчишке.

   – Ма–м–м, – протянула раздраженно. Надоело выслушивать нотации каждый день. Будто кроме поисков жениха у девушки не может быть других увлечений!

   – Пожалуйста, приведи себя в порядок к семи часам. На семейный ужин приедет коллега твоего отца.

   Внутри что–то хрустнуло, видимо, остатки терпения. Не успела я получить диплом, как на меня со всех сторон посыпались предложения руки, сердца, места домашней зверушки в имении и хранительницы очага влиятельного господина. Правда те, как на подбор, были один «краше» другого, но упорно мнили себя лучшими женихами, закрывая глаза на залысины, тройные подбородки и внушительный семейный авторитет, болтающийся спереди.

   – Косой али хромой? – Насмешливо изогнула бровь и отошла в сторону, утащив за собой и грязь.

   – Арианна! – возмутилась мама, стрельнув таким жалящим взглядом, будто надеялась отыскать у нерадивой дочери совесть. Боюсь, родители плохо постарались, и такая прелесть во мне не прижилась.

   – Что, мама?! Сколько можно говорить, что замуж я не пойду. Ни за самого богатого человека всего Лейриса, ни за самого влиятельного. Пусть ко мне хоть весь Сенат идет свататься, решения не изменю. – И показательно прошлепала босыми грязными ногами в сторону второй лестницы. Да простят меня слуги, но сил никаких больше нет выслушивать, как тебя пытаются продать.

   – Кто ж тебя замуж возьмет после двадцати пяти! Никому ведь не будешь нужна … – Донеслось вслед. Хорошо, что мама хотя бы не побежала за мной.

   – Себе. Я себе нужна буду, – буркнула под нос, мало заботясь о том, – была ли услышана.

   Третий этаж встретил идеальной тишиной и полумраком. Из всех комнат жилой являлась только моя, так как старшая сестра давно съехала. Вот кто точно мог претендовать на звание идеальной дочери! Кара по указке родителей вышла замуж в неполные двадцать три года, а еще…

   Еще сестра была менталистом, как и все Лорены. Я даже здесь умудрилась уродиться не такой, как хотелось папе, унаследовав дар матери. Впрочем, стойкое ощущение того, что Кару любят больше, никак не повлияло на мое к ней отношение. Сестру я любила, чего нельзя было сказать о ее супруге. Иногда даже казалось, что именно он–то и отбил всякое желание выходить замуж.

   Заперла дверь и поплелась в ванную, где проторчала в обществе баночек не меньше часа. Мне нужен был покой, иначе резерв не восполнится и до утра.

   До злосчастного ужина оставалось около двух часов, которые я решила провести за чтением любимой книги, но мечте не суждено было сбыться. Под боком замерцала сфера. Судя по розовому цвету, ко мне взывала Эри́ка, и я не представляла, как буду отпираться, если девушка вновь предложит пойти на вечеринку к Варейсу. Как бы мне ни хотелось, но от ужина отвертеться не удастся.

   – Какие люди, – попыталась натянуть счастливую улыбку, но потухшие глаза никак не желали загораться от радости.

   – Ты чего такая серьезная? – дополнила, внимательнее посмотрев на подругу. Не упомню, когда вообще в последний раз видела Рику такой смурой.

   – Меня больше смущает, почему ты такая довольная, – удивилась подруга. Ее огромные глазища с черными ресницами пытались прожечь во мне дыру, из–за чего я неосознанно начала ерзать по постели.

   – Ну, по правде говоря, день выдался паршивым, но повода для самоубийства еще не нашлось. Вряд ли очередной ухажер, годящийся мне в отцы, сойдет за достойную причину.

   Поразительно, но Эрика впервые ничего не ответила на мою тираду. Девушка действительно начинала пугать.

   – Ари, помню, что с тетей ты даже не была знакома, но твое поведение смущает даже такую эгоистку, как я.

   Не успела спросить, при чем здесь вообще сестра папы (у мамы их попросту не было), как ответ преподнесли и без всяких вопросов.

   Подруга была права, – мне ничего не сказали. Мало того, – родители еще и решили устроить семейный ужин, позвав на него очередного противного мужлана. Если мама действительно могла не знать, то отец точно был в курсе. И тем гаже я себя ощущала.

   – Новостную колонку открой, – посоветовала Рика, сочувствующе смотря мне в глаза, – утренний выпуск.

   Я занемевшими пальцами мазнула по экрану, уменьшая проекцию подруги. Сбоку высветился бегущий столбец, который и поспешила развернуть на другой части. Новость нашла практически сразу. Кричащее название помогло, конечно же, не без упоминания моего отца. Какая же сенсация без имени одного из сенаторов?

   Глаза забегали по экрану, но меня не покидало чувство, что строчки смазываются в одну неразборчивую кашу. Общий смысл уловила, но вряд ли смогла бы пересказать написанное журналистом.

   – Две недели. Она пропала четырнадцать дней назад. Проклятие, Рик! Отец не мог не знать…

   – Дальше читала? Думаю, это и станет ответом, почему твой папа умолчал. Он ведь в ссоре с сестрой.

   После совета подруги опустила взгляд вниз колонки и от удивления выругалась. Эрика права, это вполне может быть причиной, почему родители скрыли от меня, что тетя Исория вот уже две недели не появлялась дома и не выходила на связь.

   Отец разочаровался во мне, когда вместо ментального дара открылся стихийный. Был недоволен, когда его дочь проявляла повышенный интерес к учебе, а не мальчикам, как ему того бы хотелось. Но больше всего мужчину выводило из себя другое. Мое увлечение драконами, когда–то жившими в провинции Ирасе. Почти тридцать лет назад их уничтожили, посчитав угрозой для людей, но я придерживаюсь мнения, что просто нашли повод избавиться от более могущественных существ. Тетушка Исория тоже была помешана на них. Это и стало камнем преткновения для родных брата и сестры.

   Дело в том, что папа, будучи одним из сенаторов, отдал свой голос за уничтожение драконов, и сестра не смогла этого простить. Младшая Лорен переселилась из столицы на другой конец Лейриса, избрав новым домом провинцию, ранее населенную горячо любимыми ею существами.

   И вот. Тетя пропала, а так как источник, имеющийся у каждого дома, нужно подпитывать каждый месяц, то властям провинции пришлось обратиться к моему отцу. Без подпитки хозяина неприступная крепость перестанет таковой являться. Если с подпиткой ни один вор не сможет проникнуть в дом мага, то без связки…

   «У мисс Исории, как неудивительно, имелось завещание. Мы не знаем, чем обусловлен выбор, но все наследство затворница решила передать одной из дочерей брата – небезызвестного Билла Лорена», – вещал мне предпоследний абзац. Пусть никто и не хоронил на странице вестника тетю, но послевкусие было отвратительным.

   Сестра отца действительно была затворницей и к своим пятидесяти годам не обзавелась семьей. Наше сходство характеров очень беспокоило моих родителей, из–за чего они были категорически против общения с тетей, но нам это не помешало. Правда, увидеться с Исорией удалось лишь единожды. Больше выезжать за пределы Ирасы она не согласилась, зазывая меня в гости. О нашей встрече мои родители не знали. Да и не нужно им знать…

   – Ты еще здесь? – окликнула меня Рика. – Что будешь делать?

   Я лишь пожала плечами. После прочитанного не осталось сил даже на ответ да и не понимала, что делать дальше. Закатить скандал при сенаторе не могла, – отец не спустит подобное поведение с рук. Не ударит, конечно, но его нотации хуже всякой физической порки. Поднять вопрос после ужина? Тоже проблем не оберусь, но и пустить все на самотек не могла. Изнутри душила злоба на родителя. Как он мог? Никакая ссора с сестрой это не оправдает.

   Поняв, что от меня сейчас бессмысленно чего–то требовать, подруга отключила связь, дав понять, что перезвонит после ужина.

   Думать о том, что тетушки может не быть в живых, просто не могла. Отказывалась в это верить, ибо знала Исорию лучше остальных. Положа руку на сердце, могла сказать, что женщина вполне способна уйти в тень на неопределенный срок. Слишком она была непредсказуемой. Но одно не укладывалось в голове, – как тетя допустила отсутствие подпитки? Неужели ввязла в темную историю и пришлось бежать?

   Стук в дверь вышиб из раздумий. Резко подняла голову, переведя расфокусированный взгляд на деревянную хранительницу моего спокойствия, и коротко бросила:

   – Входи.

   Мама недовольно поцокала языком, высказав что–то о моем упрямстве. Слова проходили вскользь, и вскоре родительнице надоело разговаривать со стеной. Принесенное ею платье жалило руки посильнее дикой магии. На этот раз как–то уж слишком она расстаралась. Кого там к нам в гости занесло?

   Окинула наряд ненавидящим взглядом, но все же надела. Спорить с родителями бесполезно. Тут даже сломанная нога не поможет, – вызовут лекаря, а после заставят спуститься на ужин.

   Мое непослушание стояло костью поперек горла отца. Все сенаторские детки обзавелись семьями. Так уж повелось в нашем государстве, в коем буйным цветом распускался патриархат. Насколько помнила, помимо меня была еще одна свободолюбивая птица. Правда, мужчину никогда не видела, так как он проходил обучение в другом учебном заведении, а от приемов в Сенате я открещивалась всеми возможными способами. Удивительно даже, что родителям так и не удалось ни разу меня туда затащить.

   В голову стукнула дикая мысль, но я тут же поспешила ее прогнать. Ну не его же притащит отец на ужин? Речь ведь шла о коллеге, а не о его сыне? Попыталась вспомнить, что говорила мама, но думы крутились вокруг Исории.

   Собрала светлые волосы в пучок, зная, что эта незамысловатая прическа мне никогда не шла. Шпильки доставляли уйму неприятных ощущений, из–за чего хотелось запустить пятерню в волосы и растормошить этот улей.

   Загар меня не баловал своим наличием, и на бледном лице сейчас отчетливо виднелись землистые круги. Пустой резерв всегда накладывал отпечаток на внешний вид, даже если маг был здоров и бодр.

   К сожалению, пучок и бледность не портили облик до той степени, к которой я стремилась. А все дело было в платье. Мама слишком хорошо знала, какие линии моей фигуры нужно подчеркнуть, а что скрыть. И на этот раз ей это блестяще удалось.

   Платье с корсетом подчеркивало тонкую талию, а небольшую грудь делало визуально больше. Только у меня был один вопрос к родительнице, – как я должна дышать? Или это расчет на то, что во время ужина нерадивая дочь будет только томно вздыхать (ибо есть–то хочется, а с таким корсетом вряд ли получится), молчать и взирать на еду голодным взглядом? А там, гляди, сойду за невинную овечку, и меня быстренько выдадут замуж?

   Стянула наряд через ноги, не желая убивать пучок чопорной дамы. В моем гардеробе найдутся платья поуместнее этой обертки для торгов. Хоть вещь и было жалко, но мне был необходим повод, чтобы ее не надевать. Выглянула в коридор и позвала нашего кота. Пятна легко свести магией, а вот затяжки от проворных лапок куда сложнее.

   – Иди сюда, мой пушистый спаситель, – кискала и озиралась по сторонам, дабы не набрать на свой хвост свидетелей.

   Поймала черное облачко и затянула в комнату, не забыв хлопнуть дверью. Симон пакостным не был, зато мог заиграть кого угодно: начиная от дохлой мухи, заканчивая несчастными служанками. Вот на этом и сыграем.

   Испорченный коготками наряд спрятала в гардеробной комнате, а сама облачилась в льняное платье. Объемные рукава визуально делали плечи шире, отсутствие ремешка скрадывало талию, а вырез лодочкой уж точно не подчеркивал грудь.

   – Красота. – Довольно улыбнулась своему отражению. – Надеюсь, выживу после испепеляющего взгляда мамы.

   К ужину спустилась за две минуты до начала, чтобы сразу обозначить свою позицию и выказать нерасположение к гостю. Каблуки утопали в длинном ворсе светлого ковра, чьи щупальца щекотали щиколотки, вызывая жгучее желание почесаться.

   Мне не нужно было видеть родителей, чтобы ощутить их убийственные взгляды. От недовольства искрил воздух. В прямом смысле. Кажется, я умудрилась вывести маму из себя.

   – Дорогая, – прозвучало устрашающе. Смесь из досады и желания выпороть непослушную дочь нависла над моей головой дурным знамением.

   Постаралась натянуть глупую улыбку и похлопала ресницами. На лице отца явственно заходили желваки, а мама мученически закатила глаза.

   От кары небесной меня уберегла противная трель звонка. Мы одновременно повернулись к входной двери, к которой уже спешила служанка. Насмешка ли – узреть фигуру молодого мужчины, подсвеченную отблеском молнии, на пороге своего дома?

   До скрежета стиснула зубы, из–за чего, полагаю, с моего лица стекла прибитая на гвозди улыбка. Тем временем гость, передав свой зонт служанке, ступил на паркет, оставив на нем грязный след. Такой же красовался и на моей душе, так как я осознала неприглядную истину – этот не сдастся.

   Отец не был до конца честен, говоря, что на ужин придет его коллега. На самом деле, сенатором тот еще не стал, но собирался занять место своего родителя. Только для получения кресла нужно быть женатым – это обязательное условие. А что выгоднее всего в этом случае? Конечно же, жениться на дочери такого же сенатора. Ведь это гарантировало, что место достанется именно ему.

   – Добрый вечер, Рэд. – Взгляд матери тут же подобрел, а сжатые губы растянулись в улыбке. О да, мама, я поняла, на кого ты сделала ставку.

   – Добрый вечер, миссис Лорен. Благодарю за приглашение.

   «Блягадаю за пихашение», – передразнила мужчину.

   Три пары глаз переключились на меня, ожидая, когда я изъявлю желание представиться гостю. Хотя, ошиблась, их было четыре, потому что служанка тоже косилась с любопытством. Даже не удивлюсь, если среди работников уже сделали ставки.

   – Добрый вечер, мистер…

   – Рэд, – подтолкнул меня блондин. Его глаза зажглись плутовским огнем, который мне вот вообще не понравился. Не надо принимать правила моей игры, считая, что я так пытаюсь набить себе цену! – К чему эта официальность?

   Хотелось сказать: «К чему эта встреча?». Только я, прижатая взглядом отца, промолчала.

   – …мистер Рэд, – закончила таким тоном, будто запихнула в рот весь лимон разом.

   Родители, опасаясь, что нерадивая дочурка ляпнет что-нибудь лишнее, быстро перетянули внимание на себя. Я же с ненавистью смотрела вслед удаляющимся людям и отмерла только в тот момент, когда они скрылись за дверью столовой.

   По помещению летали самые разнообразные запахи. Наш повар постарался на славу, но я все равно к «приятного всем аппетита» про себя добавила «и несварения вам за мои поруганные нервы». Поправила подол платья и присела на единственный свободный стул. Конечно же, в соседи мне достался мистер «я очень хочу стать сенатором». Окинув мои колени оценивающим взглядом, мужчина вновь переключился на разговор с отцом.

   За полчаса услышала о себе столько нового, что чуть не пустила скупую слезу. Если записать все перечисленные качества в резюме, то место сенатора достанется мне, а не Невиллу. Пока родители и гость обсуждали товар, ой, то есть – меня, я скрупулезно выискивала в закромах своей памяти сведения о семействе Невилл. К сожалению, о сенаторах знала мало, так как они всегда стояли костью поперек горла. Зато сейчас эти знания очень бы пригодились.

   – Арианна, как вы смотрите на то, чтобы завтра посетить побережье? Выходной для сенатора – настоящая редкость. Так почему бы нашим семьям не провести это время вместе? – Чуть не подавилась, когда синие глаза уставились на меня. Учитывая незначительное расстояние, что нас разделяло, складывалось впечатление, будто тебя препарируют.

   Отложила столовые приборы, чей звон выдал всю мою нервозность, и с вызовом посмотрела на потенциального… Нет, не жениха, а самоубийцу. Из стихий мне лучше всего давалась именно вода. Интересно, какова статистика утопленников среди боевых магов?

   – Как жаль, но у меня на завтра назначено занятие. – Улыбнулась самой печальной улыбкой, коя только имелась в арсенале. – И его никак не перенесешь.

   Осталось убедить самого Малика в том, что он должен провести занятие в свой выходной, потому что пересидеть без потерь нервных клеток я могу только у него. Вариант с Эрикой не рассматривала, – девушка проведет выходные со своим молодым человеком.

   – Я думаю, Малик без проблем перенесет ваше занятие. – Удивительное и невероятное! Билл Лорен знает имя моего друга!

   – Я даже в этом не сомневаюсь, – подыграла ему мама. Ух, предательница!

   Скрипнула зубами и тяжело, показательно так, выдохнула. Продумали каждый шаг, значит. Ну–ну. И побережье выбрали вовсе не из–за моей любви к морю, да?

   – Хорошо. – Знали бы вы, дорогие родители, чего мне это «хорошо» стоило. – Я обсужу с Маликом наш график и попробую перенести занятие. – Только попробую!

   В момент, когда на лицах родителей расцвели победные улыбки, а глаза сенаторского сынка засияли довольством, я поняла одну вещь. Обсуждать пропажу тети с отцом не стану. Что–то подсказывало, — это знание может помочь мне избежать страшной участи в виде посещения храма.

   

ГЛАВА 2 ЖЕНИХИ И ПЫТКИ

АРИАННА ЛОРЕН






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

100,00 руб Купить