Купить

Все ведьмы - стервы, или Ректору больше (не) наливать. Катерина Цвик

Все книги автора


 

Оглавление

 

 

АННОТАЦИЯ

Все ведьмы – стервы? Ну нет! Это не мы такие. Это обстоятельства вынуждают действовать рисково и радикально. А как иначе, если тебя вместе с двумя подругами переводят учиться из любимой ведьминской академии к магам? А мне так и вовсе «повезло» встретить своего будущего ректора по дороге на учебу, а потом еще и подлить ему в напиток любовное зелье. Я-то рассчитывала, что он больше никогда меня не увидит, и эффект от зелья скоро пройдет. Но все пошло не по плану… Эй-эй! Ректору зелье больше не наливать!

   

ПРОЛОГ

— Матильда, М-ма-ть-т-тильда! — рявкнул ректор, и я еще крепче зажмурилась. — Открой глаза! Хватит тут непонятно что изображать!

   А я не изображаю! Я боюсь этого злобного дракона, которого пару дней назад ну вот совершенно случайно опоила любовным зельем. Или не случайно… или совсем неслучайно… Да какая разница?! Все равно он ведет себя неадекватно и совсем не так, как задумывалось!

   Вон меня даже демонический пес уже защищать начал от его нападок. И не только пес:

   — Бруно, фу! — услышала я голос профессора эр Ритера. — А ты, Майкл, не рычи, девочка вон с какой высоты упала, наверняка сильно ушиблась, а тут ты еще.

   Стало себя жалко, и я всхлипнула. Посмотрела в бессовестные глаза ректора и почти пустила слезу. Он нахмурился. Вот-вот! Пусть ему станет стыдно!

   Болела нога. Кажется, я ее подвернула.

   — Какая нога? — хмуро глядя на руки магистра на моих плечах, спросил ректор.

   А ведь добрый мужчина просто помог мне сесть!

   — Правая. Ай! Больно! — вскрикнула, когда он до нее дотронулся.

   — Насколько я могу судить, сильный вывих, — констатировал дракон. — Я не силен в целительстве, но притупить боль смогу. Не двигайтесь.

   Его рука чуть засветились, и я ощутила приятную прохладу в пульсирующей болью лодыжке.

   — Спасибо, — облегченно выдохнула и не сразу заметила, что он не спешит убирать ладонь с моей коленки, на которую случайно положил свободную руку.

   Еще и поглаживал ее, задумчиво рассматривая ветку, с которой я упала. И эти поглаживая оказались неприлично приятными!

   Нет, что он себе позволяет?!

   Я с возмущением уставилась на нахальную конечность, перевела взгляд на ректора:

   — Кхм-кхм! — не скрывая негодования, привлекла его внимание.

   Ректор посмотрел на меня, перевел взгляд на свою руку, на которую я красноречиво косилась, и, уставившись на нее, искренне удивился. Потом резко одернул и встал.

   — А что вы вообще делаете на экспериментальном огороде? — спросил он. — И зачем залезли на дерево?!

   Пришлось путано и так, чтобы не засветить своих подельников, объяснять ситуацию. Кажется, почти получилось, я даже попробовала предпринять попытку улизнуть, но… не дали:

   — Стойте, адептка, — усмехнулся оборотень. — Господин ректор вас, конечно, обезболил, но это не значит, что ваша нога здорова и уже можно бегать.

   — Ничего, я аккуратненько.

   — Давайте я лучше донесу вас до лазарета.

   Я улыбнулась, собираясь отказаться — не хватало еще, чтобы меня магистры по академии на руках таскали, — но ничего сказать не успела.

   — Не нужно, — опередил меня ректор.

   А я подумала, что, конечно, ни у кого на ручках ехать не собиралась, но все же… обидно. Чешуйчатый мог бы и пожалеть пострадавшую адептку.

   Но все эти мысли уже через несколько секунд вымело из головы, потому что ректор окинул меня хмурым взглядом и заявил:

   — Я сам.

   

ГЛАВА 1. ПИСЬМО ИЗ МИНИСТЕРСТВА

Главная Ведьма Академии ведьмовства и ведьмачества

   — Нет, ну ты только посмотри, что они нам предлагают?! — Возмущенный голос Главной Ведьмы Академии ведьмовства и ведьмачества разрезал тишину ее кабинета. Она редко позволяла себе такие вспышки, но наедине со своим фамильяром могла расслабиться и выплеснуть эмоции. — Обмен адептами! Хотят заграбастать себе моих девочек! Знают, что ведьмаков у нас слишком мало, и я их все равно не отдам. Но и на ведьмочек пусть не рассчитывают! Они думают, с ними легко управиться? Это у магов пока не освоишь заклинание, его не применишь. А ведьминская сила работает иначе. Если ведьму обидеть, она без умений проклянет так, что не отплюешься. — И в негодовании отбросила письмо к краю стола. — Что за остолопы сидят в Министерстве образования?

   Большой черный ворон слетел с замысловатой жердочки, любовно заказанной для него у лучшего мастера, и уткнулся клювом в письмо.

   — Зррря! — наконец, произнес он.

   — Вот и я говорю, зря они хотят наладить взаимодействие между магами и ведьмами. И вообще…

   — Зррря, говорю, горячишься, — оборвал ее ворон, и ведьма удивленно посмотрела на своего мудрого фамильяра.

   Плохие советы он давал редко и так же редко ошибался в оценке ситуации.

   — Поясни.

   — Тебе что, магов жалко?

   — Да с чего бы? — удивилась женщина.

   — Тогда скажи, Миневррра, есть у тебя в академии пррроблемные ведьмы?

   — Есть, конечно, как не быть? Скорее у нас нет не проблемных. — И поправила выбившийся из идеальной прически волос. — Тебе ли не знать?

   — Я не о том. Вот скажи, сколько у тебя ведьм к тррретьем курррсу не прошли инициацию?

   — Есть такие… — задумчиво протянула ведьма. — А ведь какие талантливые девочки. У одной такие привороты — закачаешься, другая с проклятьями на «ты», а третья изучила уже почти все учебники по рунологии — самородок! — И с досадой покачала головой. — Чем-то им наши ведьмаки не приглянулись. А ведь уже пора. Потенциал нужно раскрывать.

   — Чем-чем? Кхе-кхе-кхе, — то ли прокашлялся, то ли рассмеялся ворон. — Заносчивые наши ведьмаки, не хотят ухаживать за ведьмами, ждут, что те сами им в ррруки упадут. И ведь падают! Больно симпатишные и для инициации лучше не пррридумаешь, да и мало их. А наши ведьмы любопытные, особенно когда кого-то из них подррружки расписывать начинают. Но все ррравно всех соколиков до окончания академии окольцуют. Наши ведьмы своего не упустят. Так что нос они до поррры до времени задирррают. Кхе-кхе.

   — Думаешь, наши три красавицы и на третьем курсе спешить с инициацией не станут? Может, дома с кем уже погуляли?

   — Уверррен, эти три ослицы даже не подумали об этом, а ррродители у них не из ведьминского племени, ситуации не понимают. Одна вбила себе в голову, что ее первый ррраз будет только по большой любви, как у ррродителей. Вторая — в детстве что-то там намудрррила с клятвой — и ей принца, а то и короля подавай, иначе… А что иначе — не признается. Ну а тррретья — заучка каких поискать. Ничего и никого, кроме своих фолиантов, не видит. Кошмаррр! — И возмущенно захлопал крыльями, отчего письмо улетело на другой конец стола, а из крыла выпало перышко, которое ворон тут же ухватил клювом и вставил обратно.

   — Это да… Ведьма — ведающая. Должна познать все аспекты жизни. И чем одареннее будет ее первый мужчина, тем ярче раскроется она миру во время инициации.

   — Вот! — назидательно поднял крыло ворон и зорко проверил, чтобы все перья остались на месте. — А в Магической академии много сильных магов, а магэсс, наоборррот, — мало. Их ррродители дома держать предпочитают. Девственность их беррррегут. Кхе-кхе. Как будто они там ее лишиться пррри желании не смогут. Кхе-кхе.

   — Думаешь, полугодие в обществе магов пойдет нашим девочкам на пользу? — женщина задумчиво переплела пальцы.

   Главная ведьма уже давно занимала свой пост и знала, что не стоит грубо вмешиваться в выбор молодых ведьмочек — себе дороже выйдет. Давить на ведьму в таком серьезном вопросе чревато непредвиденными разрушениями не только своих планов, но и стен академии. Но вот так подтолкнуть к знакомству… почему нет? Может, что-то и выйдет из этой затеи. Нужно помочь девочкам, иначе продолжать учиться на курсе им будет очень сложно. Третий курс — время познания своих возможностей, которые они будут оттачивать потом еще два года.

   Внезапно женщине вспомнилось сморщенное в пренебрежении лицо бывшего ректора магической академии Амалии Шаболданской.

   «Вы потакаете разврату в стенах учебного заведения! Ни одна ваша выпускница не стоит внимания приличного человека!»

   Дура! Да что бы она понимала в ведьмовстве! Мы — познающие мир и себя, как его неотъемлемой частицы. И лучше уж пройти инициацию с мужчиной, чем через познание смертью, когда путь к силе открывает кинжал в сердце.

   У самой Шаболданской было целых шесть только официальных мужей, про любовников лучше вообще промолчать, а лезла осуждать ее девочек! С каким же удовольствием она наслала на нее порчу. Ммм…Целый год к этой грымзе не мог прикоснуться ни один мужчина — та сразу начинала квакать и плеваться тараканами. Детская выходка. Это проклятие как-то ведьмочки-первокурсницы придумали, но оно такое стойкое, что снять его мог только тот, кто наложил. В обычной жизни не мешает, а официально обратиться с жалобой... Если тебе уже прилично лет, мужья давно в гробу переворачиваются от того, что их женушка веселится с молодыми магистрами, а ты сама ректор одной из престижнейших академий, официально обращаться с такими проблемами и в чем-то обвинять, мягко говоря, неудобно. Терпела она долго, тайно обращалась к другим ведьмам, но-таки пришла к Миневре на поклон и извинилась за свои слова. Ведьма проклятие сняла, но любви друг к другу им это не прибавило. И если бы ее недавно не заменили на ректорском посту, Минерва не стала бы даже думать об обмене учениками.

   Интересно, кого взяли на ее место? Нужно будет переговорить с новым ректором, прежде чем отдавать ему своих девочек. И если он ей понравится… то, возможно, стоит попробовать этот обмен. Да и ведьмочкам здесь, в академии, веселее будет. Такая возможность опробовать свои чары на молодых магах! Может, они ведьмаков в чувство немного приведут, а то взяли моду петухами ходить. Ведьмы — не курицы, перья в итоге пообщиплют, но здоровая конкуренция еще никому не вредила.

   А если у магов в их академии из-за ее девочек возникнут проблемы — сами себе тупоголовые дятлы. Нечего было ввязываться в авантюру министерства. И пусть только попробует кто их обидеть!

   Решив так, Минерва взяла ручку, чистый лист бумаги и, немного помедлив, начала писать письмо…

   

ГЛАВА 2. ПО ДОРОГЕ В АКАДЕМИЮ

Экипаж выехал за ворота дома, и я вздохнула с облегчением. Я любила свой дом и родителей, но во время этих каникул они так настойчиво хотели меня с кем-нибудь обручить и по-быстрому выдать замуж, что я устала отбиваться от женихов и бесконечных разговоров о том, что приличной леди быть ведьмой зазорно. Было обидно.

   И я прекрасно понимала, почему они с каждым разом действуют все настойчивей — переживают, что общественность узнает, что я учусь в Академии ведьмовства и ведьмачества, и тогда нормальную партию мне уже не найти. Видите ли, слухи об этом заведении и ведьмах ходят слишком неоднозначные.

   И что мне до этого? Я ведьма! И горжусь этим. Сейчас ведьмы даже в Совете королевства официально заседают. И до этого за каждым видным политиком всегда можно было найти лукавую ведьминскую улыбку. А разве можно представить без ведьмы хоть один процветающий город или село? Вот то-то же! Это только в высшем свете продолжают считать нас людьми второго сорта. Но, по-моему, в этом высшем свете без этого никак. Им обязательно нужно разделить людей на сорта и себе присвоить высший.

   Ну и пусть. Я выучусь. Стану независимой ведьмой, и плевать я хотела на родовитых женихов. Выйду замуж только по любви! Я решила так еще в детстве, а ведьмы — существа упрямые и свои решения меняют редко.

   Конечно, во все эти рассуждения вкрадывается такое понятие как инициация. Наша куратор говорила об этом с каждой из ведьмочек отдельно, но… У меня и так сил достаточно. Главное ведь — приобрести умения. А станет сил больше, так их просто будет хватать на большее количество манипуляций. больше манипуляций.

   Рассуждая так, я смотрела на тетушку Сесиль — полненькую веселую блондинку средних лет, которую отправили со мной, чтобы соблюсти приличия. Женщина она очень общительная и закрывает рот только в присутствии моего отца, который как-то пообещал отправиться ее в монастырь, если она произнесет при нем хоть одно слово.

   Вот и сейчас она болтала и обмахивалась надушенным платочком, пока я, отрешившись от всего, думала о своем.

   — Ох и душно же в этом экипаже. А ты как, деточка? Хорошо себя чувствуешь? Грустно, наверное, снова покидать отчий дом? И ведь почти нашли жениха. Густав был страсть как хорош! Брови вразлет, глаза пронзительные. Ох, и силен оказался по мужской части. Ни одной служанки не пропустил… — И спохватившись. — Ох! Да кому ж я о таком говорю?! Свят-свят! Но ты, деточка, все равно на ведьму учишься. Вас там еще и не о таком просветят. Свят-свят! И зачем только твой отец в свое время согласился тебя отдать в эту академию? Никак чары на него ваша главная навела. Свят-свят! — Тетушка встретила мой фирменный прищуренный взгляд и быстро съехали с ведьминской темы. — Так, о чем это я? А! Не понимаю, почему ты его отвергла. А Вернон? Ну такой красавчик! Щечки — яблочки, сразу видно, что здоровый молодой человек и хорошо питается. А Дуглас? Вот где порода! Такой представительный молодой человек, а какой перспективный! Род у него хоть и не очень богат, но знатен, а сам мальчик на мага учится. Чем он тебе не угодил?

   — Заносчивый засранец, — пробубнила я под нос, но забыла о феноменальном слухе тетушки, который обычно просыпался в самый неподходящий момент.

   — Матильда! — взвилась она. — Что за слова ты употребляешь?! Ты же дворянка!

   И понеслось…

   Я покаянно опустила голову и снова углубилась в мысли. А потом тетушка устала, и мы с ней, убаюканные мерным движением экипажа, задремали.

   

***

К постоялому двору, где планировали переночевать, мы подъехали с опозданием. Тетушка съела в обед в придорожный таверне что-то несвежее и слишком часто во время пути дарила свое бесценное внимание придорожным кустам.

   Вот и сейчас вместо того чтобы идти и договариваться с хозяином таверны о ночлеге, она бросилась искать туалет, а я тяжело вздохнула, посмотрела на невероятно звездное небо и, немного размяв ноги после длительного сидения в экипаже, пошла в таверну.

   А там меня встретил шум и гам полного заведения. Во время других моих путешествий я с такой многолюдностью в трактирах не сталкивалась. Немного опешив, застыла в дверях и… получила тычок в спину!

   — Ох, простите! — тут же подхватил меня под локоток и заглянул в глаза невероятно красивый мужчина. Темные омуты глаз, острые скулы, волевой подбородок, прядь черных волос, упавшая на лоб. Но даже не это было главным. Харизма! Вот что буквально сшибало с ног. — Вы встали прямо в дверях. Думаю, вам стоит отойти от них чуть дальше.

   — Ага, — завороженно глядя на него, ответила я.

   «Нет, ну какой красавчик!» — в мыслях запорхали розовые сердечки.

   — Что ж, от двери я вас отвел. Теперь о вас точно никто не споткнется. Прошу меня простить. — Он отвернулся и пошел к трактирщику.

   «Не споткнется… Ах… — умилялась я, продолжая плавать в непривычном розовом тумане. — В смысле не споткнется? Я что, пенек, чтобы об меня спотыкаться?! — Тряхнула головой, отгоняя наваждение, расправила плечи и мстительно подумала: — И не такой он и красивый. Мужчина как мужчина. Обычный!»

   И тоже направилась к трактирщику. Я подошла как раз, когда тот протягивал брюнету ключ с увесистой биркой:

   — …Вот, господин, наш лучший номер к вашим услугам! Подождите минуту, сейчас подойдет мой помощник и проводит вас наверх.

   Трактирщик так увлекся новым постояльцем, что не обратил на меня внимания! Мне пришлось изобразить покашливание.

   — Да, госпожа, — наконец, соизволил он повернуться ко мне.

   — Мне нужна комната на ночь, — озвучила я и бросила косой взгляд на брюнета.

   Он отошел и рассматривал общий зал.

   — Извините, госпожа, но мест больше нет, — развел руками трактирщик.

   — Как это нет? — не поверила я.

   — Скоро ярмарка в городе. Уже с обеда номеров нет. — И поправил прилизанные волосы.

   — Но… Вы же только что отдали этому господину ключ от номера! — возмутилась я.

   — Отдал, и больше нет, — состроил трактирщик скорбную мину.

   Я растерянно огляделась, не зная, что предпринять — в таком ситуации я оказалась впервые. Встретилась взглядом с брюнетом. Неужели он, зная, в каком положении оказалась девушка, оставит все как есть? Нет, такой мужчина точно не может бросить даму в беде!

   Я опустила расстроенный взгляд, потом подняла глаза и умоляюще на него посмотрела. Обычно этот взгляд на мужчин действовал безотказно.

   К удивлению, этот не бросился тут же предлагать мне ключ от своего номера, а смерил оценивающим взглядом, что-то там себе прикинул и наконец шагнул ко мне.

   — Если желаете, могу вам предложить переночевать в моих апартаментах.

   — Правда?! — с плеч словно камень свалился. Все-таки он настоящий джентльмен и красавец каких поискать! — Спасибо вам огромное! — искренне улыбнулась я, собираясь протянуть руку за ключом. — А где будете ночевать вы?

   Поинтересовалась чисто ради приличия. Все же человек из-за меня будет терпеть неудобства и будет невежливо совсем не проявить интерес.

   — Там же, где и вы. — И он так обаятельно и призывно улыбнулся, что я только хлопала ресницами, не осознавая до конца, что он только что сказал.

   И вот стою я такая с застывшей улыбкой на губах, смотрю на этого лыбящегося индюка и думаю: что красивого я в нем нашла?! У него же на лбу написано: самовлюбленный кобель!

   Мысленно перебрала все нецензурные эпитеты, которыми желала наградить этого… гада.

   А гад тем временем продолжил:

   — А еще я буду рад, если вы со мной отужинаете. Сейчас сразу сделаем заказ. Что предпочитаете?

   — Леди предпочитает джентльменов. — Улыбка сползла с моего лица, и я вздернула свой острый носик. — Обойдусь как-нибудь без вашего ужина и номера.

   — О, поверьте, соответствующая приставка к благородной фамилии у меня имеется, — не растерялся мужчина и смерил меня насмешливым взглядом.

   — Не сомневаюсь. — Я улыбалась своей самой ядовитой улыбкой. — И поверьте, если я когда-нибудь решу провести ночь с приставкой, обязательно дам вам знать.

   — Так, может, запишете адрес? — усмехнулся он.

   — Не стоит. Я и так прекрасно представляю, по какому адресу стоит вас посылать.

   Развернулась и пошла в зал, решив поужинать, а потом решать проблему.

   — Маленькая стерва, — хмыкнул сзади не сильно расстроившийся мужчина.

   Я чуть притормозила, показывая этим, что услышала его, потом хмыкнула, вздернула повыше подбородок и пошла дальше.

   

ГЛАВА 3. ЗЕЛЬЯ БЫВАЮТ РАЗНЫЕ

Найти свободный столик удалось с трудом. Нет, так-то меня зазывали почти за каждый, где не было особ женского пола, но меня такой вариант не устраивал. Хотела уже наплевать на конспирацию, которую просили соблюдать родители до академии, нахлобучить на голову ведьминскую шляпу, выбрать столик и, мило улыбаясь, сказать сидящим за ним «прокляну» (однажды приходилось такое проворачивать — подействовало безотказно), но ситуацию, как ни странно, спасла тетушка.

   Отдуваясь, она появилась в зале, оглядела собравшихся и, развернувшись, шагнула к трактирщику. И я даже не представляла, о чем она там с ним щебетала, но дюжий детина на входе по знаку хозяина заведения тут же расчистил от выпивох один из столов, и мы вполне комфортно смогли за ним устроиться.

   — Какой милый мужчина. Он даже номер нам нашел, хотя из-за ярмарки трактир переполнен, — и улыбнулась в сторону трактирщика.

   Я только и смогла что недоуменно похлопать ресницами.

   — Тетушка, а ты уверена, что не ведьма?

   Она только заливисто расхохоталась, но тут же схватилась за живот и поморщилась.

   — Если бы, деточка. Знаешь, какая самая действенная магия в общении с лавочниками и трактирщиками? — усмехнулась она, глядя на мое вытянувшееся лицо. Чем-чем, а магией тетушка точно никакой не обладала, и подобное заявление оказалось очень интригующим. — Магия денег. Твой отец выделил нам достаточно, чтобы немного переплатить этому пройдохе. — И вдруг вопросительно на меня посмотрела: — Тильдочка, у тебя случайно никакого зелья от живота нет?

   — Тетушка, но ты же первая дома кричала, что никакой гадости из рук ведьмы не примешь, — припомнила я ее яростные заявления!






Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

199,00 руб Купить