Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1. Утро в пионах
- ГЛАВА 2. Непристойное требование
- ГЛАВА 3. Раскладной диванчик
- ГЛАВА 4. Она будет вести наш проект?
- ГЛАВА 5. Офисные будни
- ГЛАВА 6. Срыв
- ГЛАВА 7. Роковое признание
- ГЛАВА 8. Прощение
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
— Ты хочешь присвоить меня себе, — Виталина поставила бокал на стол. — Хочешь сделать меня своей вещью. А я не вещь.
— Ты спала со мной, чтобы получить работу? — задал Марков важный для себя вопрос.
— Да, — просто ответила она. — Именно за этим.
— Но ты решила не продолжать, потому что я тебе настолько невыносим? — начал распаляться Марков. — Невыносимо спать со мной, сколько бы денег я не пообещал?
— Деньги я получила за свои профессиональные услуги. Я работала как проклятая, — с отрешением напомнила Виталина.
— Хорошо, сколько? Сколько тебе нужно чтобы остаться? Сколько ты хочешь? — он схватил её, принялся целовать её лицо, шею, плечи. — Сколько ты хочешь, я дам тебе деньги! Столько, сколько нужно!
— Мне больше ничего не нужно, — ответила холодно, вырвалась, взяла свою сумку. — Я получила то что хотела и я ухожу.
— Не посмеешь! — заорал Марков.
— Посмею, — Виталина направилась к выходу. — Что ты сделаешь? Ударишь меня? Удержишь силой? Запрешь?
— Если нужно будет.
ГЛАВА 1. Утро в пионах
Впервые он увидел её в холле своей фирмы. Было чудное летнее утро. Свежее, покрытое росой, обласканное лучами тёплого солнца. Марков, как крупный руководитель, да ещё и мужчина солидных пятидесяти пяти лет, не должен бы замечать таких мелочей. А вот поди ж, как раз замечал!
С водителем ездить Виталий Валерьевич Марков не любил — сам себя уверенно чувствовал за рулем, нравилось водить машину, да и отвлекало это, помогало мыслям пускаться в свободное плавание. Когда ты за рулем, оно как-то выходит, а когда на заднем сидении — где ты? В телефоне или в бумагах, если собеседника нет.
А откуда взяться собеседнику? Виталий Валерьевич рано выезжает на работу и минут пятнадцать проводит в машине один. Потом ещё минут десять идёт с парковки до офисного здания, в котором располагается его фирма. Фирма солидная, уважаемая, занимает весь этаж. Сотрудников много — и молодых, амбициозных, ответственных в их числе хватает. И тех, кто мечтает, пожалуй, Маркова подсидеть. Но да это всё проза жизни.
Марков любит прогулки до офиса. Именно эти десять минут от парковки до дверей большого пафосного холла с деловыми консьержами и охранниками самые приятные. Дорога проходила через красивый, хорошо спланированный и удачно разбитый на свободном пятачке земли сквер. Ранним летним утром всё в этом сквере благоухало цветами. Сладкий медовый запах проникал в организм, зависал в подёрнутом лёгкой дымкой воздухе, дурманил и обещал что-то несбыточное, недосягаемое, сладкое. Виталий Валерьевич неосознанно вспоминал молодость. Старым и разбитым в пятьдесят пять он себя, конечно, не считал, он следил за здоровьем, ходил в спортзал. У врача наблюдался, чего уж там. Но какой-то авантюризм, романтика — чего-то такого хотелось и как будто не моглось. Уже и бизнес свой ведёт по хорошо накатанной дорожке. С умеренным риском, смелыми вложениями. Но всё же не так залихватски, как тогда, когда только начинал. Когда никто не знал его и он прорывался наверх, вгрызаясь в лестницу успеха зубами.
Зайдя в холл офисного здания, Виталий Валерьевич кивнул на приветствие охраны, прошёл было мимо, как что-то заставило его остановиться. Он услышал, как за спиной его хлопнула дверь, а потом стук женских каблучков. Походка лёгкая и быстрая — успел отметить Марков про себя. А потом раздался звонкий женский смех. Как колокольчик. Мелодичный, лёгкий, и такой душевный, что пробрал Виталия Валерьевича до мурашек. Глупости какие! — успел подумать Марков, и даже решил, что не будет поворачиваться, чтобы посмотреть, кто там в дверях? Взял себя в руки и уверенно пошёл к лифту. Поздоровался со спешащими к своим рабочим местам сотрудниками, и пока отвечал на приветствия, как-то невольно, неосознанно, всё же оглянулся.
Она была волшебной нимфой, спустившийся с неба. Дивной птичкой из райского сада, симфонией для сердца. Она была манящая, жаркая, знойная для мягкого утра, и какая-то пьянящая. По крайней мере, Марков почувствовал себя пьяным. Он не мог оторвать глаз он неё. Он хотел смотреть и смотреть.
Девушка флиртовала с охранником. Флиртовала ли? Как-то задержалась в проходе, это точно! Но не только внимание охранника она привлекла. И женщины подходили и ахали. Всё дело в том, что у девушки на руках лежал огромный букет пионов. Наверняка тяжёлых, влажных и дурманяще сладко пахнущих. Виталий Валерьевич подумал, что сейчас должно быть, так же пахнет кожа этой незнакомой девушки, и постарался как можно быстрее прогнать эти мысли. Но кровь уже разгорячилась в жилах, он почувствовал, как комок подступает к горлу, как разгоняется сердце и покалывает ладони. Как колени предательски дрогнули, и по спине прошёлся холодок. Да он словно школьник! Увидел красивую девушку и потерял дар речи! Кто хоть она? Откуда она здесь? Её, как будто, все знают, но не знает сам Марков. Не видел её никогда. Такую бы он не забыл.
Девушка, будто почувствовав его взгляд, вдруг посмотрела в его сторону. И, улыбнувшись, кому-то махнула рукой. Ну не ему же? Никто так не здоровается с ним, да и не знакомы они. Марков поспешил отвести взгляд.
— О, да там же Виталина! — услышал он за спиной. — Вот это да, какой у неё в руках букет!
— А что, пионы уже цветут? — спрашивает незнакомый женский голос.
— Ну видимо, откуда мне-то знать! — смеётся какой-то мужчина. Марков бьёт по кнопке лифта. Медленные они здесь. Какие медленные. Непорядок! Он как будто решил сбежать.
— Подержите лифт, пожалуйста! — кричит прекрасная незнакомка, Марков слышит стук её каблуков. Цок-цок-цок, потом что-то падает на пол. Краем глаза Марков замечает, что это выпало пару цветов из букета. Виталина наклоняется, подбирает цветы. На девушке высокие каблуки и узкая юбка. Из вертихвосток офисных? А ведь не похожа на вертихвостку, не похожа! Марков зажимает кнопку лифта сильнее, не отпускает руки. Только двери раскрываются, он заходит внутрь и тут же бьёт по нужной кнопке этажа и по той, что закрывает двери.
— Подождём, может? — робко спрашивает один из сотрудников, прощемившийся с руководством в лифт.
— Спешу, — коротко бросает Марков, двери лифта закрываются. Виталина успевает добежать в последний момент, но у неё заняты руки, чтобы схватиться за створку или нажать на кнопку. И никто из персонала не решается. Девушка стоит напротив Маркова, встретившись с ним взглядом. Может быть, ему только кажется, но как широко распахнулись её глаза! Она удивлена? Может быть, тем фактом, что её не подождали? Губы приоткрыты, ресницы длинные, глаза карие. Волосы густые и тяжёлые. Она шатенка. Приятная шатенка с мягким тёплым типажом внешности. Утро, лето, разлившаяся ленная нега, недавний смех, быстрый бег на каблуках, сбившееся дыхание — всё это её красило! Осознает ли она, как красива? Осознает ли Марков, что пялится на неё совершенно бессовестно, что не может оторвать взгляд?
Узкая юбка, высокая грудь, блузка небрежно расстегнутая на две пуговицы, да нет же, на все три. Тоненькая серебряная цепочка блестит на чуть тронутой солнцем коже. Что там на ногах — Марков не успевает рассмотреть, что-то по типу ретро, или винтажное. Она вся такая — лёгкая, мягкая, и, кажется, совсем не современная, без лоска и блеска нынешних красавиц. Такая настоящая. Марков любитель женских ног, но не успевает рассмотреть ноги — неожиданно для себя он смотрит в глаза. И всё это происходит за несколько секунд, пока двери лифта закрываются.
Виталина опечалилась, Виталина немного грустит. Виталина не отвела от Маркова взгляда. Виталина…. Кто же она такая?
Пока лифт уносит Виталия Валерьевича Маркова вверх, к его компании и кабинету директора, в мыслях Виталия Валерьевича уже накрепко обосновалась девушка-утро, девушка-лето, девушка-загадка. Девушка-мечта.
ГЛАВА 2. Непристойное требование
Самому себе признаться стыдно, но Марков весь день думал о Виталине. Очень хотелось узнать, кто она, откуда? В какой компании работает? Но как это сделать?
С одной стороны, узнать-то проще простого — вызвать своего же охранника и спросить у него. Борис, которого про себя Марков называет Полканом, он быстро всё про всех разведует. И даже если поймёт в чём предмет интереса Маркова, то и чего? Марков — человек давно разведённый, с женой в хороших дружеских отношениях, в связях, порочащих его, не замечен… Вот тут погодите. Связи как раз у Виталия Валерьевича имеются, с женским прекрасным полом. Например, с одной бойкой девицей из кадровой службы. Заглядывался Марков как-то и на одну помощницу бухгалтерши, но быстро понял, чем это может быть чревато, тем более с главным бухгалтером, Полиной Александровной, он на дружеской ноге. Нехорошо перед её глазами… Да и сам Виталий Валерьевич мужчина серьёзный. Он на работе не хотел бы крутить романы. Одноразовые отношения с женщинами его не радовали, да и мало какую женщину эти отношения устраивали. Может, это где-то там у них так принято — что люди друг с другом так, для здоровья и для удовольствия, а каждая новая зазноба Маркова то и дело норовила его оставить на вечер у себя дома, накормить борщом. Будто Марков совсем холостяком стал и от домашнего уюта отвык. С его деньгами уют себе не сложно обеспечить.
Марков никогда не думал о женщинах плохо. Вообще некогда было особо размышлять о женщинах. Вот разве что когда жена ушла и внезапно он остался один? Дети у Маркова были, точнее — один ребёнок. Сын. Так сын, Андрей, уже взрослый, почти тридцать лет ему. Марков с Катериной, женой бывшей, сильно не спешили, но и не затягивали с ребёнком, так что сейчас у Виталия Валерьевича сын, с которым можно поговорить и по делам, и о жизни, и съездить куда-то вместе комфортно. Эту самую пресловутую разницу поколений Марков если и чувствует, а иногда и с сыном остро пикируется из-за всякой ерунды, всё же общаться дружески вечные проблемы отцов и детей Маркову старшему с младшим не мешают.
Виталий Валерьевич даже сам не понял, как и почему мыслями переместился к бывшей жене и сыну. Андрей живёт отдельно, Катерина второй раз вышла замуж. И вроде как удачно, выглядит счастливой, родила ещё ребёнка — девочку Алину. Теперь у Андрея есть маленькая сестра. Катерина младше Маркова на четыре года, не побоялась родить в сорок лет. Алине, дочке её, сейчас одиннадцать. Ну и столько же примерно, на год больше, выходит, Марков холостяк. Вернее, разведённый, свободный, всё ещё в глазах женщин перспективный для серьёзных отношений мужчина.
Виталина, Виталина… Что-то разбередила эта девушка в Маркове за одну короткую встречу утром. Не надо было смотреть на неё, старому дураку, ругался Марков и с удивлением поймал себя на мысли, что назвал себя старым да ешё и дураком.
Решил вечером обязательно встретиться с женщиной, с которой у него отношения для взаимного удовольствия — с той самой кадровичкой. Неля её зовут. Брюнетка с пышными формами. На характер весёлая, за словом в карман не лезет, но никогда не сболтнёт лишнего. На продолжительный роман с Виталием, пожалуй, рассчитывает. Но замуж за него не собирается. Или уже поняла, что не судьба, или у неё изначально были другие цели. Марков дарит подарки, на помощь не скупится. Если у Нелли какие-то проблемы, он их решает, ему не сложно. Но и она слишком не навязывается и довольна тем, что есть. Вот к ней бы и заехать сегодня! Марков решил уже и успокоился. Внезапное напряжение нужно было снять и выкинуть незнакомку из головы. Поймала эта Виталина его в моменте, когда он слабым был, разнежился, расчувствовался. Как-будто приоткрыл утру своё сердце, а эта бесовка со своим букетом сладко-пахнущим успела проскочить. В лифт к Маркову не успела, а в сердце запрыгнула. Что за глупости?
День не то чтобы пошёл на смарку. Марков умеет с головой уходить в работу, так что собрался и к вечеру, к счастью, о Виталине не думал. И даже не приказывал разузнать о ней своего Полкана. Ничего не сделал, решил посмеяться над собой и ситуацию отпустить.
И вот, под конец рабочего дня, уже подходя к лифту, Марков про девушку вспомнил. И как-то с сожалением, как о чём-то упущенном. И с досадой на себя, что едет искать замену. Что собрался к Нелли, а хочет совсем другого.
Марков задержался, так что народу уже было немного, в лифте он ехал один. Не добравшись вниз, лифт остановился, чтобы подобрать ещё одного пассажира. Двери разъехались в стороны, и в лифт вошла она. Утренняя девушка, Виталина. В руках у неё теперь был всего-лишь один цветок. Он пах сладко, благоухал. Но Марков смотрел не на цветок, а на девушку. Она как будто узнала его и чему-то загадочно улыбалась. Виталина его, Маркова, беззастенчиво рассматривала.
— А где-же весь букет? Раздали? — решил спросишь Марков в шутливо-снисходительном тоне. Сказав это, он понял, что в горле пересохло, хочется прокашляться, но он сдержался.
— Оставила у себя в кабинете, — ответила красавица, и Марков получил возможность ещё раз услышать её мелодичный голос. Впрочем, Виталина не закончила. Она поднесла одинокий пион к носу, понюхала, сама в это время поверх цветка пристально вглядывалась в Маркова.
— Я из-за вас утром опоздала. Вы теперь мой должник.
— Не может этого быть, лифты ходят достаточно исправно, — сказал первое, что пришло в голову, Виталий Валерьевич. В мыслях он уже прикинул, что было восемь утра, без четверти, и опоздать девушка никак не могла. Разве что только расстроившись, что не успела запрыгнуть в лифт, она вышла на улицу, пошла гулять вокруг здания и заблудилась в цветочном сквере. Опять глупости.
— Я прихожу на работу без четверти восемь, чтобы успеть настроиться на рабочий день, а сегодня получилось добраться до своего стола только в семь пятьдесят пять, — сморщила она красивый носик.
— И где же вы потеряли драгоценные десять минут? — поинтересовался Марков.
— Пришлось ждать следующий лифт, после меня отвлекла знакомая, которая приходит позднее, и мы бы с ней не встретились, если бы вы меня подождали.
— Вам следовало пораньше выходить из дома, — заметил Марков, предательски улыбаясь.
— Меня задержал букет. Он, признаться, был тяжёлым, — Виталина опять посмотрела с укоризной. — Вы могли бы помочь его донести, вместо того, чтобы бросать меня в холле!
— Я не носильщик, — Марков ответил холоднее. Он не был уверен, что их разговор подходит под флирт. Может, эта девушка сумасшедшая и действительно обвиняет его во всяких глупостях?
— Мне эти цветы подарили на улице. Просто так, целой охапкой, — продолжила Виталина, проигнорировав последнюю фразу. — И пришлось тащить такой огромный букет в офис. И всё же, — она подошла ближе и пристально взглянула на Маркова. — Я считаю, что опоздала из-за вас. Вы мне теперь должны.
— Что я вам должен? — опешил Марков.
— Те самые десять минут, — девушка смотрела с хитринкой. — Прекрасные десять минут тишины и спокойствия, что есть у меня по утрам, потому что я прихожу раньше всех.
— Мне остановить лифт и десять минут помолчать с вами? — внезапно выдал какую-то несусветную глупость Марков.
— Это заманчивое предложение, — Виталина отреагировала на удивление тепло. — Но вдруг из-за нас кто-нибудь ешё потеряет свои ценные десять минут? Так что вы отдадите мне должок по-другому, — она снова поднесла цветок к лицу, но в этот раз не чтобы понюхать. Она оставила бутон на уровне губ, этим спровоцировав Маркова переместиться взглядом туда же. А дальше Виталий Валерьевич поступил так, как не ожидал от себя. Ему казалось, что Виталина хочет того же, но, возможно, его просто попутал бес. Как иначе объяснить самому себе, зачем он сгрёб девушку в охапку, прижал к стенке и жадно поцеловал в её красивые, манящие губы.
Оторвавшись на мгновение, он сказал, выдохнув куда-то в пьянящую, сладкую шею, в волосы, которые щекотали ему лицо.
— Десяти минут мне не хватит.
— Мы на первом этаже, сейчас дверь откроется, — взволнованно прошептала Виталина, и её пальцы быстро пробежались по кнопкам, выбирая нужную. Она снова отправила лифт вверх. Но сначала им пришлось пережить мучительно долгие пару секунд, пока лифт выполнил заданную изначально программу. Двери открылись и закрылись снова. Как только Марков и девушка оказались снова скрытыми от посторонних глаз, Виталина поцеловала Маркова. Теперь уже сама.
— Что вы делаете? — прошептал Марков, изумляясь.
— Похищаю вас, — ответила девушка с пионом. — Вы мне должны, и вы сами придумали, как расплатитесь, — она шутливо ударила Маркова по лацкану пиджака цветком. — В моём офисе никого нет. Нам никто не помешает.
ГЛАВА 3. Раскладной диванчик
Они добрались до её офиса, всю дорогу неловко целуясь. Марков послушно ждал, пока Виталина откроет дверь ключом, а потом затащил девушку внутрь. Набросился он жадно, пытаясь держать себя в руках, но плохо соображал. В горле у него окончательно пересохло, и, как будто поняв это по его хрипотце в голосе или проследив его взгляд, Виталина подвинула высокий графин, налила из него в стакан воды, подала стакан Маркову. Тот жадно выпил. Вода была вкусной и на удивление ледяной. Как так вышло?
— О, это я перед уходом достала из холодильника, чтобы попить, а назад не поставила, — объяснила Виталина, как будто поняв, что удивило Маркова.
— Очень вкусная вода, — прохрипел Марков, снова хватая девушку в охапку. Виталина рассмеялась. Марков поднял её, обняв за спину, оторвал от пола и понёс к столу. На нём, как специально, стояли те самые пионы.
— Неудобно ведь, — слабо запротестовала Виталина, пока Марков расстёгивал на ней блузку. Девушка сидела на столе и жарко отвечала на настойчивые поцелуи, смеялась и дурачилась. Это её поведение Маркова немного сбивало. Сам-то он был настроен страстно, пылко и решительно, а девушка, кажется, получала удовольствие от всего. Даже от общей неловкости.
Под блузкой оказалось красивое бельё. Не слишком вычурное, впрочем, Марков не особенно разбирался. Пожалуй, больше романтичное, чем сексуальное. И при этом наверное удобное. Но шло ей безбожно. Хотя, конечно, совсем без него будет лучше.
Кожа её пахла восхитительно, на вкус оказалась ещё лучше, только вот Виталина всё время как-то выскальзывала из его рук. Вроде и не отбивалась, и не отталкивала. И даже наоборот, прижималась, ласково его оглаживала.
— Что такое? — наконец-то спросил Марков. — Что-то не так?
— Всё хорошо, — Виталина быстро его поцеловала и погладила ладонями по лицу. — Но всё-таки на столе будет неудобно, — она повернула голову и едва кивнула. — Вон, у меня диванчик есть.
Виталий Викторович посмотрел на тот диванчик. И как он сразу не заметил его? Маленький, складной, он скромно ютился у стенки.
— Так ведь там совсем места мало, — растерялся Марков. — Разве мы там устроимся?
— Он раскладывается! — Виталина высвободилась из объятий, скользнула со стола, в один момент оказалась рядом с диванчиком, наклонилась, устроив руки под сидушкой, потянула на себя и вверх, потом от себя к стенке. Диван послушно разложился. Виталина похлопала себя по рукам, повернулась к маленькой тумбе, вытащила плед и аккуратно его расстелила, приготовив им ложе. Виталий Викторович за каждым её действием внимательно следил.
Девушка, такая милая, горячая, в сбившейся юбке, расстегнутой блузке, с взлохмаченными волосами, деловито и спокойно постелила им на диване.
— Постельного белья нет, — извинилась Виталина, устраивая рядом две маленькие подушки. — Но в остальном должно быть вполне удобно.
Усилием воли Марков заставил себя не спрашивать, откуда Виталина об этом знает? Она уже водила сюда кого-нибудь? Пробовала на этом самом диване? Девушка, снова как будто прочитав в его мыслях, быстро шутливо добавила.
— Я ночевала здесь пару раз, когда слишком засиживалась по работе. Так, бывает, заработаешься, очнёшься, а уже четыре утра! И вроде как домой не резон. Лучше часок другой успеть поспать.
— А персонал? Большой здесь штат? — Марков непонимающе осмотрел кабинет, пытаясь оценить на глаз обстановку.
— О, только я, приходящий бухгалтер и моя помощница, она тоже не на постоянке, — отмахнулась Виталина.
— А что же ты говорила про потерянные десять минут в одиночестве? — не понял Марков.
— О! Заказчики начинают осаждать с самого утра! — рассмеялась Виталина. — И соседи заходят