Темная княжна Империи 2. Дана Данберг

Оглавление

• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18
• ГЛАВА 19
• ГЛАВА 20
• ГЛАВА 21
• ГЛАВА 22
• ГЛАВА 23
• ГЛАВА 24
• ГЛАВА 25
• ГЛАВА 26
• ГЛАВА 27

ГЛАВА 1

На этот раз меня посадили в настоящую камеру депривации, тут было темно, тихо, ничем не пахло и не было других людей, как и не было возможности призвать магию. Но для меня теперь все это не представляло никаких проблем, наоборот, в этой тишине и темноте, отстранившись от мирского, разгрузив мозг, я могла спокойно подумать.

   Нет, сначала появились мысли выйти отсюда и убить их всех, но я попыталась затолкать их в самый дальний уголок моего сознания.

   Выйти отсюда? Легко. Мне не нужна местная магия, чтобы вынести эту дверь. Убить всех? Это сложнее, но с большей частью, уверена, я бы справилась. Оставался только один вопрос: что делать с братцем и его ближайшими приспешниками?

   Они были сильны, Виктор силен чрезвычайно. На уровне где-то высшего магистра, и я даже не уверена, что не выше. Это в его-то возрасте! Но опасные эксперименты с магией еще и не туда заведут. По крайней мере, чердак у него съехал основательно просто потому, что не готов он был к принятию и использованию такой силы.

   И да, того высшего магистра Хаоса в школе в Суздале убил именно мой брат. С Максинским, правда, по некоторым оговоркам я это поняла, он не справился. Но и Максим Максимович тоже как бы не сильно преуспел, учитывая то, что захватили не только нас, тех, кто был в портале, но и часть тех, кто был в обычном мире и кого наш куратор должен был прикрывать.

   А еще, по словам моего милого братца, он подставил отца, чтобы получить больше силы от ритуала. Но я в это не очень-то верю. Вернее, не так. Виктор действительно перетянул силы ритуала на себя (ну, скорее всего), получил ранг высшего магистра Тьмы, но ведь отец-то сам именно для этого проводил незаконный ритуал, и это раскрыли. То есть невиновных тут нет, просто один преступник, а другой – крыса, укравшая силу у своего отца.

   Наверное, такое признание было рассчитано на то, что Алиса расстроится, собьется с того спокойного настроя, который я демонстрировала, может расплачется или наоборот нападет. Но факт в том, что Даргомилов-старший мне отцом не был и эти разборки из-за силы мне не особенно интересны.

   Хотя выводы относительно личностных качеств братца я, конечно, сделала. Он и до этого симпатии не внушал, но я думала, может, дело именно во мне, в том, что меня он ненавидел, а с другими он себя так не вел? Но оказалось, что он со всеми такой.

   В общем, выводы какие-то невеселые получаются. Братец мой – тот еще типчик, но я сомневаюсь, что это все мог сделать совсем молодой парень. За ним кто-то стоит и это явно не безвременно почивший папочка, хотя сначала я подумала, что Виктор просто принял дела от старшего Даргомилова.

   Но вот это вот все!.. База, а это бывшая военная база, наверное, толпа каких-то то ли наемников, то ли фанатиков, под пару сотен пленников, если не больше, – это все требует денег и очень немалых. Откуда они могли появиться у брата, если от наследства нам не перепало практически ничего? Хотя, может это мне не перепало, а ему что-то удалось… Но нет, за Даргомиловыми пристально следили, особенно за финансами.

   По всему выходит, что отец заранее что-то продумывал и создал втайне целую систему, управление которой перехватил брат. Но ведь на это непохоже! Если бы эту военную базу создал отец, то несмотря ни на какую силу брату было бы сложно перехватить управление, потому что тут же возникли бы приближенные отца, которые не захотели бы упускать власть над такими ресурсами. Это не говоря про то, что маги ведь не дураки – понимают, как Виктор мог получить такую силу.

   Нет, конечно, существуют вероятность, что они подчинились сыну бывшего босса, также существует вероятность, что они сговорились заранее за спиной папочки.

   Но вот не верится мне в это! Полностью отвергать такую возможность неразумно, конечно, но больше похоже, что Виктор за спиной отца сговорился с кем-то третьим, кто дал денег на эту базу, возможно даже, что ее построил. А перетягивание ритуала на себя было просто проверкой преданности, получается?

   Просто, если человек так потратился, вложил такие ресурсы, так рисковал, да и сейчас немало рискует, убивая не последних людей в Империи и похищая детей, то ему ничего не стоит найти жертв для ритуала Виктора. Зачем вот это перетягивание силы ритуала? Только как доказательство своих намерений – других причин нет. Ну или я их не вижу.

   Вот только я немного знаю, как действуют подобные люди, поэтому мне сложно поверить, что управление такой базой и такими ресурсами доверили юнцу, никак себя до этого момента не проявившему. Это то же самое, что главарь банды доверяет ответственное направление деятельности своей организации вчерашней шестерке. Так просто не делается.

   И логично, что после ритуала брат отца просто сдал особистам. Потому что в противном случае Даргомилов-старший мог как-то повлиять на ситуацию. Вот почему тот не сдал Виктора после допросов – это вопрос, конечно. Хотя это же его любимый сынок, как можно?!

   Ладно, это все интересно, конечно, но что делать мне? Варианта, в общем-то, три. Первый – я остаюсь тут и жду развития событий. Но это крайне опасно, потому что брат меня ненавидит и, возможно, захочет в итоге прибить, а в том, что он выложит мне все их планы, я серьезно сомневаюсь. Второй – я отсюда сбегаю. Могу ли? Ну да, могу, даже устраивать для этого геноцид местных охранников не обязательно. Но тут есть две проблемы под названием: “дальше-то что” и “как оставить друзей”. Да, план, в общем-то, в том, чтобы сбежать и позвать на помощь. Но, во-первых, мне могут не поверить, а во-вторых, могут не успеть до того, как всех пленников тупо перебьют или перевезут.

   Это не тот, прежний мир, где перевезти такую ораву незаметно практически невозможно, тут достаточно портал открыть.

   Ну и третий вариант – попытаться вытащить хоть кого-то из друзей. Только вот я сомневаюсь, что мне это удастся. Во-первых, много раненых, а раненые – это балласт, на то, чтобы их вытащить тупо не будет времени.

   В-вторых, тихо все сделать вряд ли получится, а вступать в бой – значит заведомо проиграть. Если бы мы могли выиграть, то не оказались бы здесь.

   Вот такой вот выбор без выбора.

   Нет, третий вариант точно отпадает, я так просто всех подставлю без шансов на победу. Подождать развития событий – это мне тоже не очень нравится, хотя это разумно и логично, но в то же время лишает инициативы.

   Я встала, прошлась по камере. Она была, правда, меньше предыдущей, всего два на два метра, примерно, но несколько шагов можно было сделать. Размяла ноги, заставила кровь циркулировать по сосудам, а магию по каналам. Да, я не могу ею воспользоваться, но ведь она никуда не девается, так и остается в теле. Потом сделала комплекс простых упражнений из той жизни. Они позволяли сосредоточиться и войти в боевое состояние, не транс пока, ведь боя пока нет, а предельно сконцентрироваться, экономить энергию, двигаться и соображать быстрее.

   Что ж, меня по-прежнему нормально не обыскали, поэтому я с чистой совестью вытащила из пряжки ремня половинку лезвия. Несмотря на то, что я им подрезала веревки в прошлый раз, никто даже не догадался это проверить, думали, видимо, что я их порвала или как-то перетерла. Потрясающая беспечность!

   Поскольку сейчас я видела зазор двери, хоть и плотно подогнанной, но все же не монолитной со стеной, я аккуратно просунула в него лезвие на той высоте, до которой смогла дотянуться и повела руку вниз. Запора я не видела, но надо было понять, где он находится. Тут они, кстати, были электронные, но не артефактные. Не знаю, справилась бы я с последними, но открыть электронный замок не так уж сложно, если обладаешь соответствующими навыками и кое-каким самым простым оборудованием.

   Но этого делать даже не пришлось, я нашла то место, где задвижка входит в стену и оказалось, что ее довольно легко отжать. Нет, ну как легко? Если бы у меня не было маленького магнитика, то было бы нелегко, хотя и возможно. Но все эти мелочи у меня были рассованны по карманам всей одежды еще с того самого дня, когда я прошвырнулась по магазинам Екатеринбурга и купила свои кинжалы. Но купила я тогда не только их. Лезвия в ремнях, шпильки в них же, в карманах и в обуви заколки, магнитики, маленькие моточки шелковых нитей – вроде бы мелочь, на которую непрофессионал не обратит внимания. Да и профессионал не каждый.

   Я предполагала, что мои траты выборочно проверяют. Но когда девушка накупила себе заколок, ниток, набор ножниц и лезвий, а также магниты для доски – это ведь не подозрительно. Ну и пусть магниты были не совсем обычными, обычные бы в этой ситуации не справились, конечно. А небольшая магнитная доска у нас с Синой в комнате была – там наши расписания висели и мы друг другу записочки писали, типа: не волнуйся, приду поздно, буду в артефактной лаборатории. Завели мы такую практику после открытия в школе порталов, чтобы знать, кто где находится и чей труп где искать.

   В общем, все эти мелочи лежали у меня в одежде до поры до времени. Пришлось, правда, стаскивать полярный комбинезон, чтобы до некоторых из них добраться, а потом так же в темноте надевать обратно, потому что я не знала, где мы и что там за воротами базы. Только сомневаюсь, что тропики.

   А ведь, что самое смешное, в своем мире я таким параноиком не была и все эти милые мелочи стала носить совсем незадолго до смерти, после того, как меня заказали одни очень нехорошие люди. И нет, заказ в даркнете был не на убийство, а на захват. Конечно, в случае с настоящими профессионалами все эти детские ухищрения не сильно помогут, но где вы видели тех профессионалов? Это ведь штучный товар, подобных людей долго обучать и в каждой стране их десятки, в то и единицы, всего лишь навсего. Против же дилетантов и так сойдет.

   Ну кто вот делает задвижку в электронном замке из магнитящегося материала, да еще такую короткую? Я бы в этой камере сделала штыри по всем четырем сторонам двери, да и саму ее не такой хлипкой. Впрочем, это комната депривации, а не нормальная тюремная камера. К тому же тут люди без магии будто теряются, не понимают, что здоровый мужик это дверь бы плечом вынес без всяких проблем. Если бы нашел в темноте…

   По моим прикидкам, несмотря на электрическое освещение за дверью, сейчас было около трех часов утра – самое время, чтобы отсюда слинять. Нет, часов у меня не было – мобильник отобрали как раз, но я всегда хорошо ориентировалась во времени, мои внутренние часы никогда не ошибались. К тому же, когда меня завели в кабинет брата, я заметила, что уже начало смеркаться. К сожалению, больше я ничего не видела – окно выходило на другие постройки базы. И была она большой.

   Так, замок я открыла, теперь осталось только надеяться, что тут нет звуковой сигнализации при открытии двери. Теперь пропустить охранника, который прогуливался мимо камеры каждые пятнадцать минут, и в путь.

   Вот загромыхал подошвами о металл пола охранник. Я это слышала, потому что чуть, буквально на пару миллиметров приоткрыла дверь, чтобы проверить, не взвоет ли оповещение, но нет, дверь поддалась легко и, главное, тихо. Я все еще прижимала лезвие к запору, не давая ему защелкнуться, а магнитик убрала, вдруг он мне еще понадобится? Все же магнитик-то не простой. Я глазам не поверила, когда увидела усиленный магнит из специального промышленного сплава, пусть и совсем маленький, в канцелярском магазине. Суровая тут канцелярия, однако. Но иногда такие вещи нужны для изготовления артефактов и рун.

   В общем, я прижала задвижку лезвием, услышала, как мимо прошагал охранник. Резкий рывок, шаг, и лезвие, зажатое между пальцами, перерезает сонную артерию. Я аккуратно зажимаю рукой рот парня, стараясь, чтобы на меня не попала кровью. Потом втаскиваю его, не отпуская, в свою камеру и выхожу наружу, захлопывая дверь. Конечно, вокруг море крови и прятать следы не имеет смыла – кровавая дорожка вела аккурат к двери моей камеры, так что я осмотрелась, поняла, что нас снимает скрытая камера, но живых охранников на горизонте нет, поэтому пошла быстро к выходу.

   Да, я не могу спрятаться от всевидящего взора камеры, но так и на монитор тоже должен кто-то смотреть, и если этот кто-то не видел самого момента убийства, то он сначала должен понять, что не так, что он видит, за что зацепился глаз, потом попытаться найти охранника по камерам, а уже потом поднять тревогу. То есть, какое-то время у меня есть. Ну, раз тревогу сразу не подняли, значит, момента моего фееричного выхода из заточения никто в прямом эфире не видел.

   В этом коридоре с металлическим профлистом на полу, положенным, похоже, на решетку, были только едва различимые двери камер, которые можно было опознать лишь по электронным замкам, и больше никого и ничего. Я, стараясь не шуметь и не грохотать подошвами, по стенке двинулась к той стороне, где был выход.

   Все как в киношной тюрьме – решетчатая дверь с подвесным замком, который открывался с той стороны. Но ведь это решетка, а руки у меня тонкие! Просунуть их в дырки и ощупать замок труда не составило, сложнее было вскрыть его заколкой на ощупь. Ну во-первых, шпильки и заколки не предназначены для открывания амбарных замков! А во-вторых, я совсем забыла, что у меня есть магия.

   Но я не торопилась ею пользоваться, потому что мне подсказывало чутье, что вот именно это и могут засечь. Мало ли какие тут есть артефакты? Несанкционированное применение магии охранником значит, что что-то идет не по плану – это повод посмотреть камеры. Применение же магии кем-то другим значит, что что-то стопроцентно идет не по плану и тогда сыграют тревогу. Оно мне надо?

   С замком справиться удалось, но минуты текли неумолимо, надо было скорее отсюда выбираться. Ведь чем дальше я пройду до объявления тревоги, тем лучше. Но вокруг была тишина. Что-то, наверное, все то же чутье, а может, ментальный дар, мне подсказывали, что охранник на пульте просто заснул. Волчий час ведь, я это время не просто так подгадывала.

   Второй коридор был тих, пуст и узок. Но, что самое неприятное, шел в две стороны, а я лишь примерно представляла, куда мне идти. Ведь когда меня водили к брату, я видела только дорогу к его кабинету, и я вовсе не уверена, что по тем же коридорам можно выйти наружу, скорее наоборот. Так что я пошла в другую сторону.

   Мне так и хотелось побежать, но сильно торопиться было нельзя – так можно пропустить что-то важное.

   Камеры в коридоре тоже были, и я искренне надеялась, что они выводят изображение на тот же пункт охраны, что и ранее. Коридор меня вывел в еще один, перпендикулярный. И здесь тоже никого не было.

   Тут я задумалась. В принципе, меня тащили сюда с мешком на голове, но я могла бы попытаться воссоздать путь. Точнее, я пыталась, но без натурных испытаний у меня не особенно получилось. Теперь же я разматывала клубок воспоминаний с обратного конца. Вот меня втащили в камеру, она была другая, этажом ниже, но там такая же планировка, до этого мы повернули дважды направо, значит мне нужно налево. Один раз я уже повернула, сейчас повернула второй.

   Так я и шла по пустым коридорам, стараясь не потеряться и не запутаться. Благо, идти было не очень долго. И я ошиблась в своем предположении – это была не бывшая военная база, а бывшая тюрьма, мне кажется. Это я определила по количеству камер и по тому, что было видно, как во многих местах были спилены решетки, отгораживающие коридоры. Все же на военных базах отгораживают только арсенал, а не каждый коридор.

   Но и слава богу, потому что я себе не представляю, как бы я через каждую пару десятков метров открывала амбарный замок. И хорошо, если не электронный или артефактный. Это в камере депривации такой ставить нельзя, а просто-то в коридоре вполне можно.

   Только странно, что тут народ не особенно озабочен тем, что люди отсюда сбегут – это слегка напрягает. В смысле, тут столько одаренных, да детей, но это не значит, что они совсем слабаки. Они могут объединиться и разнести все тут в клочья. Ну или как минимум попытаться.

   Хотя с другой стороны, в Суздале даже взрослые сильные одаренные не очень помогли. Вот только я сомневаюсь, что сильные боевики тут находятся постоянно.

   Так, миновав еще несколько коридоров я притормозила у последнего поворота перед выходом на улицу и тут была одна маленькая такая проблема в виде пропускного пункта с двумя охранниками, которые не спали.

   По какой-то странной причине у них не было мониторов, на которые выводят изображение с ближайших камер. Да, тут нужны не все, как на главном пульте, но вот из пары окрестных коридоров должны быть. Только вот эти люди очень уж полагаются на магию и артефакты, о чем говорит стандартный артефакт-идентификатор, который стоит на столе. У нас в лаборатории был такой же и он сигнализировал, если что-то шло не так и кто-то применял больше магии, чем должен.

   Хм… Они реально не верят, что кто-то может пройти такое расстояние свои дары не применяя? Ну что ж, будет им сюрприз.

   Вот только как бы их двоих без магии-то заблокировать? Нет, это не проблема, но надо успеть до того, как они натянут на себя щиты и сыграют тревогу. Просто, если у них будет защита, я не смогу их убить без магии.

   Да, я отобрала у первого охранника укороченную винтовку, которой он вооружен. Но, во-первых, винтовка - это шум, а во-вторых, это как бы не снайперка и даже не пистолет. Эту модификацию я знаю, и у нее довольно посредственная меткость и большой разброс, ее больше для устрашения используют непрофессионалы.. Хотя тут она почему-то популярна и у армейских. Но честно говоря, так себе огнестрел.

   По крайней мере, с такого расстояния мне не удастся уложить сразу двоих, хорошо, если только одного, а второй тут же нацепит щит. Это если у них вообще щитовых артефактов нет, а я в этом не уверена. Логично, что должны быть.

   Армейский нож, тоже отобранный у охранника, я воспринимала только как оружие ближнего боя. Бросать его в одаренного – бред.

   Но тут мне повезло. Я стояла в шести метрах от них, прямо за последним повтором коридора, так что прекрасно слышала, о чем они говорят.

   – Спать хочется… – протянул более коренастый мужик.

   – Время такое, – расслабленно ответил напарник и углубился в кроссворд, который разгадывал.

   – Что-то мне неспокойно, – продолжил первый. На этом моменте я напряглась, потому что многие опытные бойцы чувствуют угрозу пятой точкой, а значит будут настороже.

   – Тебе и вчера было неспокойно. И позавчера, – не отрываясь от журнала, буркнул второй.

   – Ощущается что-то в воздухе, – тот покрутил рукой. – Ладно, пойду я покурю на улице.

   – Там ветрище такой… Лучше иди на плац, там хотя бы стенами все закрыто.

   – Да я под козырьком, – тяжело вздохнув, ответил первый и, не открывая ту дверь, через которую меня протащили в прошлый раз, скрылся в каком-то закутке прямо напротив стола дежурных.

   Я не видела со своей позиции, что именно там было, но услышала, как грохочут его ботинки по металлической лестнице. Интересно…

   Дождавшись, когда коренастый мужик пройдет четыре пролета вверх, скрипнет дверь, взвоет ветер, потом дверь скрипнет опять, я молнией метнулась к его напарнику. А я всегда говорила, что увлечение кроссвордами хорошо для мозгов, но плохо для выживания. Особенно, если гадаешь их тогда, когда нужно бдить.

   Мужик этот, второй, был то ли не профессионалом, то ли уже очень давним оставником и реакция у него была соответствующая. То есть практически никакая. Он только начал поворачиваться в мою сторону, когда я вонзила нож ему в глаз. Он даже не попытался прикрыться щитом!

   Аккуратно положив его на пол за стол, чтобы сразу видно не было, я решили проверить первого. Он на улице, может, там его удастся пристрелить так, чтобы выстрелов за завываниями ветра слышно не было.

   В любом случае, этот коренастый тип более опасен, и оставлять его за спиной – ошибка. Не знаю, что ждет меня на плацу, но не хотелось бы получить пулю или фаербол сзади.

   По лестнице вверх я кралась, искренне надеясь, что он еще не успел докурить. Не хотелось бы с ним столкнуться на этой узкой, по всей видимости, пожарной лестнице, на которой двое могут разойтись с трудом. Это не то место, где удобно драться.

   Но удобно устраивать засады.

   Я поднялась на последний лестничный пролет и встала так, чтобы меня не было видно, когда откроется дверь. Открывалась она, кстати, наружу, так что за ней расположиться было невозможно. Я заняла последнюю ступеньку, прижалась к стене и стала ждать.

   Прошло не больше минуты, когда дверь распахнулась, взвыл страшный ветер, а мужчина шагнул в проем. И тут же получил две пули в голову. С такого расстояния, почти в упор, я не опасалась промахнуться даже из этой чудо-винтовки.

   Естественно, выстрелы меня оглушили, загудел металл лестницы от эха, но я не была уверена, что это кто-то услышал. На лестнице было пусто, хоть она уходила еще на несколько этажей вниз, в том числе под землю.

   Но даже если и услышали, что мне еще было делать? Устраивать тут магический спарринг глупо – это бы точно не осталось незамеченным. Но сирена пока не выла, а мужик кулем свалился на пол при входе. Я его чуть оттащила, а сама шагнула в дверь… И остолбенела.

   Да, вероятно, раньше это была тюрьма. Но до этого, задолго до этого, в этом здании располагался старый форт. И сейчас я вышла на крепостную стену. На месте двери, наверное, раньше была бойница, потому что за моей спиной находилась дозорная башня. От нее-то, собственно и шла метровой ширины стена, по которой можно было ходить сверху и нести дозор.

   Только сейчас, из-за почти ураганного ветра и темноты, тут никого не было. Я прижалась к стене так, чтобы меня не было видно снизу с плаца и посмотрела на другую сторону.

   Будь я в старом мире, разглядеть что-то было бы проблематично, все же сейчас полчетвертого утра, сплошная темень. Но здесь есть такая вещь, как магическое зрение. И сейчас я все видела если не как днем, то где-то около того.

   Подо мной, почти под ногами бушевало холодное северное море. Это, насколько я поняла, был остров с фортом, почти как Алькатрас, в котором я была на экскурсии в своем прежнем мире. Только там до Сан-Франциско через пролив два с половиной километра по прямой, и то достоверно выживших после побега не было.

   Тут до земли было дальше. Не меньше пяти, судя по огням на горизонте. Плюс ледяная вода, ветер. Шторм был не сильный, но он был. Вот только возвращаться или идти на плац смысла уже не было.

   Я глубоко вздохнула, собралась с силами и рыбкой сиганула с десятиметровой стены в белые буруны, постаравшись оттолкнуться как можно сильнее. Даже магию применила, чтобы упасть подальше. Оставалось только искренне надеяться, что я не разобьюсь о скалы.

ГЛАВА 2

Это было непросто, очень непросто. Преодолеть пять километров в бушующем северном море в кромешной темноте практически нереально для обычного, пусть даже и очень хорошо подготовленного человека. Мне почему-то казалось, что там, в том мире, я бы не выжила, хотя был один забавный случай, когда я из самолета без парашюта выпрыгнула и осталась в живых, отделавшись только ссадинами и синяками. Ну да, самолет летел низенько, почти над кромками деревьев, но это все равно смертельная высота для обычного человека.

   Здесь я подготовленной не была, но я была магом и со мной остались мои старые знания и частично восстановленные умения.

   Только чудом я не разбилась о прибрежные скалы, но откатывающейся волной меня отнесло от них на безопасное расстояние. Тут же я обнаружила, что помимо волн, тут еще и течение сильное и тянет оно вовсе не к берегу.

   Впрочем, я напитала свое тело магией и поплыла, яростно ругаясь про себя на тут же заливающуюся за шиворот ледяную воду и слегка потяжелевший костюм. Да, полярный комбинезон был непромокаемый, но статус непромокаемого вовсе не делал его гидрокостюмом, он не мог прилегать настолько плотно ко всем участкам тела, поэтому начал медленно тяжелеть. Это было нехорошо.

   Но я все же маг огня. Я сначала думала, что это худшая стихия в данной ситуации, потому что с помощью льда или воды, я бы быстрее добралась до берега вплавь, а с помощью ветра попробовала бы улететь, хотя не уверена, что они так умеют. А огонь в море – такое себе.

   Да, я не могла себе помочь плыть огнем, но я могла не замерзнуть насмерть, высушить вещи и поддерживать вокруг себя комфортную температуру.

   Так что я отплыла, борясь с волнами, где-то метров сто от форта, а потом активировала не скрытую, внутреннюю магию, такую как напитка тела или магическое зрение, а самую обычную, внешнюю. Тут же высушила свою одежду внутри комбинезона, поставила ближний щит вокруг тела, чтобы она опять не намокла и активнее поплыла к берегу.

   Не знаю, так ли совпало или это от того, что я активировала магию, но в этот момент в крепости взвыл сигнал тревоги. Тут же включились прожекторы, стали водить по воде, но я, во-первых, была уже довольно далеко и до меня они не доставали, а потом каждый раз, когда луч света перемещался даже приблизительно в мою сторону, я ныряла. Да, это было очень опасно, но что делать?

   Потом уже, на берегу, все проанализировав, я поняла, что скорее всего срабатывание тревоги все же было случайностью. Если бы нет, они все же нашли меня в воде, или хотя бы подсветили. Не уверена, что стали бы спасать. Хотя нет, стали бы, потому что не только я маг, но и они. В том мире такая операция стала бы смертельной ловушкой для спасателей, в этом все проще.

   Прожектора бесцельно метались по воде, а я отплывала от форта все дальше и дальше. Я, правда, не была уверена, что мне хватит сил добраться до берега, не только физических, но и магических. Как только у меня закончится резерв – все, я пойду ко дну.

   Но сил мне хватило, прямо впритык. Я уже практически ничего не соображала из последних крупиц магии держа щит, когда под ногами почувствовала землю. Улыбнулась устало, прекрасно понимая, что ничего еще не закончено. Как минимум здесь мне надо выбраться из воды так, чтобы не оставить следов и никому не попасть на глаза.

   Сейчас я стояла в воде, недалеко от берега, стараясь, чтобы меня не утянуло обратно волнами, и приглядывалась.

   Справа был какой-то то ли рыбацкий поселок, то ли небольшой городок. Отсюда было не очень хорошо видно, потому что две улицы с домами уходили за сопку. Одноэтажные домики отдавали какой-то чужеродностью, не похоже это было на обычную деревню. На первой линии перед морем, на небольшом возвышении, чтобы их не заливала бушующая стихия, стояли здания хозяйственного назначения, скорее всего, это было что-то типа лодочных гаражей.

   На улицах никого не было и это меня порадовало, но я все равно не собиралась выходить из пучин морских на глазах у изумленной публики.

   Преодолевая сопротивление воды, я отплыла левее метров на двести, туда, где за песчаным пляжем тут же начинался лес из низеньких и хиленьких деревьев.

   Не песке, конечно, остались следы, и я их за собой разравнивала руками, ведь магию засекут, если будут искать место, где я могла выйти. Дошла до деревьев, на поверку оказавшихся маленькими северными соснами, под ногами захрустела подложка из хвои.

   Очень хотелось отдохнуть, отдышаться, но я знала, что стоит мне присесть, я сразу же засну от усталости, а это не то место и не то время, когда стоит расслабляться.

   Я брела через сопки, стараясь выбирать не самый простой и очевидный маршрут по низинам и в результате вышла к двухполосной дороге и линии электропередач, которые, видимо, тянулись к этому то ли городку, то ли деревне.

   Что ж, это вполне могло служить ориентиром, но теперь мне точно надо отдохнуть. Машин пока не было, хотя уже и рассвело, но думается, что тут не особенно интенсивное движение.

   Разумеется, к дороге я подходить не стала, а решила устроиться на отдых неподалеку на сопке, но так, чтобы меня не было видно и ко мне нельзя было подойти незаметно. Для этого как раз хорошо подходили заросли какого-то колючего кустарника с уже облетевшей листвой. Это было плохо, конечно, но мой серый комбинезон на фоне серо-коричневого кустарника заметен не будет.

   Естественно, ни о каком костре не может быть и речи. Естественно, не может быть и речи о том, чтобы заявиться в этот рыбацкий поселок. Наверняка там есть у них свои люди.

   Уехать? Хорошо бы, да только опасно это. Мало ли что за люди согласятся меня подвезти. Я не к тому, чтобы это могут быть маньяки, а к тому, что это могут быть сами бандиты или их пособники. Так что до ближайшего крупного города придется, наверное, идти пешком. Только вот вопрос, где он, этот город?

   На побережье северных морей Российской Империи от рыбацких поселков до более-менее крупных городов, где можно затеряться, могут быть сотни километров, если не тысячи. Преодолеть такое расстояние пешком нереально.

   Вот только я не уверена даже, что в Российской Империи, потому что уж очень планировка и постройки в видимой с воды части поселка были непривычные. Я бы сказала, что это может быть какая-то Скандинавия. Хотя что я знаю о местных рыбацких поселках, может, они не такие, как там?

   А еще у меня нет денег, чтобы заплатить за проезд, а выгляжу я так, будто мной в футбол играли. Нечего и пытаться скрыться от любопытных глаз, потому что я в грязном просоленном комбинезоне все равно привлекаю внимание. А под ним у меня обычный спортивный костюм, который можно привести в порядок, только он будет слегка не по погоде.

   В общем, выбраться я выбралась, но надо думать, что делать дальше. Хотя, думать надо было раньше, да. Вот только я прекрасно понимала, что оставаться было лично для меня опаснее. Если бы не брат, я бы, может, и не решилась на эту авантюру.

   Итак, что мы имеем? Кому я могу позвонить? Если доберусь до города, получить телефон – не проблема. Багряков, которому я, в целом, доверяю, к сожалению, сразу отпадает – его номера я не знаю. Максинский? Ну, допустим, но я не имею представления, в каком он сейчас состоянии. Из друзей я не в курсе, кого не поймали. Служба безопасности? У меня есть их номер. Вернее, был в телефоне, но у меня профессиональная привычка запоминать важные номера наизусть. И да, номера телефонов нескольких друзей я тоже помню, но не всех.

   Так вот, что касается службы безопасности… Они вели себя странно именно в том, что касалось нападения на школы, и Максинский им не доверял. Могу ли довериться в этом случае я? Не уверена.

   Тогда остается только уходить в свободное плавание? Без денег и документов? Нет, это ерунда, на такое решатся только дилетанты, которые думают, что это в принципе возможно. Но факт в том, что если ты не живешь глубоко в тайге в шалаше и не питаешься дичью, подстреленной из самодельной рогатки, уйти с радаров так просто не получится.

   Поэтому слона надо есть по кусочкам, а начать с того, чтобы определить свое местоположение, а потом все же попытаться добраться до города.

   Будто услышав мои мысли, где-то издалека послышался шум двигателя. Сюда явно кто-то ехал, и очень надеюсь, что это не за мной, потому что я еще не восстановилась настолько, чтобы хотя бы попытаться драться. Правда, если судить по шуму мотора, это обычная машина, но мало ли, вдруг в ней сидит сильный маг, который сейчас меня засечет.

   Я легла на землю, внимательно уставившись в небольшой прогал между корней кустов, и постаралась сделаться как можно незаметнее. Естественно, я отключила все внешние виды магии, в том числе щит, который не давал мне замерзнуть, оставила только магическое зрение. Может, удастся что-то интересное разглядеть в самой машине?

   Обычный легковой автомобиль проехал мимо, но я увидела все, что хотела. Там были пожилые мужчина и женщина, видимо, просто местная семейная пара отправилась в город за покупками – ничего подозрительного. Примечательным было другое – номера на машине были с гербом Скандинавского королевства. Как я и предполагала, форт оказался не в Российской Империи – не было у нас в традиции таких построек.

   Что ж, теперь мне точно надо добраться до большого города и обратиться в консульство или посольство. И чем посольское учреждение будет дальше от этого места, тем безопаснее. А то что-то не доверяю я местным. Никаким местным.

   Изначально я планировала немного отдохнуть, может даже поспать, но поняла, что сейчас это не вариант. Просто-напросто, температура тут была около нуля, и без щита и своей магии я начала замерзать, а пользоваться ею пока не стоит.

   Так что план я поменяла и пошла ближе к дороге. По-хорошему, мне придется тормозить машину, идеально, если это будет фура или автобус, если тут такие ездят, конечно. Вот только денег у меня нет. Ни документов, ни денег, ни телефона, только два ножа и пистолет за поясом.

   Винтовку я решила оставить там, в форте. Не нужна она мне здесь, только плыть с ней тяжелее. А вот еще один хороший нож у последнего поверженного охранника и его же пистолет я прихватила. Но эту всю полезную нагрузку пришлось спрятать. Я вообще-то не планировала угрожать людям в автобусе или водителю фуры, только если в самом крайнем случае, но вряд ли до этого дойдет.

   Но тут план пришлось срочно менять. По дороге двигалась еще одна машина, я только успела сигануть в канаву у дороги, когда она выскочила из-за поворота – тихая, с плавными обводами недешевого автомобиля. Вот только ехала она довольно медленно, будто высматривала кого-то. И я даже знаю, кого.

   Поскольку следы на снегу, оставленные мной, были неплохо видны усиленным зрением любого мага, то я не сомневалась, что эта машина сейчас начнет притормаживать. На дорогу я выйти не успела, так что на холме следы были, а на снегу у дороги – нет, они должны были с этим разобраться.

   Все же решили проверить, вдруг я не только смогла сбежать, но и выжила в бушующем море. Наверное, если бы я не была магом огня, которому это все должно быть не под силу, они бы организовали погоню сразу, но тут решили на всякий случай проверить уже когда рассветет.

   Что ж, мне это только на руку.

   Как я и думала, у холма со следами, прямо напротив того места, где я сейчас лежала в канаве, машина остановилась. Я вся обратилась в слух и активировала все остальные свои чувства. И практически тут же поняла, что тот, что сейчас спускался ко мне, имеет одну из тех аур, что я почувствовала, когда меня вели к брату. Выходит, я не ошиблась, это они.

   Парень этот крикнул что-то второму, увидев, что я лежу ничком в канаве и начал спускаться. Языка этого я не знала, но что-то похожее на немецкий, возможно, шведский. Местные? Или на каком тут, в Скандинавском королевстве, говорят? Немецкий я знала еще в той жизни, но тут фразу поняла только примерно и то лишь потому что, предполагала, что он должен был сказать напарнику.

   Я лежала так же не двигаясь. Бежать? А зачем? У них есть то, что мне нужно, в смысле, машина, оружие, деньги. Так зачем мне от них убегать, если они сами ко мне идут?

   В последнее время я в силе прибавила, конечно, но не настолько значительно, чтобы справиться с бывалыми магами в честном бою. Оставалось только рассчитывать на эффект неожиданности, как в форте. Поэтому я постаралась лежать расслабленно, даже сердцебиение и дыхание замедлила, чтобы создать впечатление, что я без сознания.

   Ну а что? Это должно выглядеть так, что я дошла до дороги, но сил забраться на насыпь не хватило, так я и свалилась в канаву. Я даже следы соответствующие успела в последний момент оставить.

   Парень подошел, к чему-то прислушался, потом наклонился надо мной. Я еще сильнее замедлила дыхание. Он схватил меня за плечо и совсем неаккуратно перевернул. И тут же получил нож в сердце. А надо было аккуратнее переворачивать, моя бессознательная тушка – это все же не мешок с картошкой.

   Хотя вру, конечно, я так и собиралась сделать изначально, ведь лежала я на своей руке, в которой был зажат нож. Оставалось только надеяться, что он не будет подходить к бедной несчастной девочке под щитом, ведь его я пробить вряд ли бы смогла. По крайней мере, сразу и без магии. А затягивать и ввязываться в драку мне тем более невыгодно, потому что я не смогу в ней победить.

   Профессионал никогда бы не подошел к противнику, пусть даже и предположительно лежащему без сознания или мертвому, без страховки или, как в этом мире, магического щита. Ну просто не бывает такого. Я вот тоже его сразу же накинула, как ножом ударила. Попала, куда хотела, потом еще дважды на всякий случай.

   Теперь внимание, вопрос: что делать со вторым? Дождаться, пока он сам появится, потому что пока он сидит в машине, или самой к нему подняться? Первое – рискованно. Он будет готов ко всему. Но и второе тоже не проще. Хотя есть шанс, что с одним я справлюсь, даже если он маг посильнее меня. Но ведь профессиональные навыки не пропьешь!

   Я ощупала себя, поняла, но ноги и руки чуть затекли от неудобного лежания на холодной земле, но я в порядке. Встала и начала подниматься по насыпи.

   – Эй! Эй! – я почти влезла и замахала руками, привлекая внимание сидящего в машине напарника. – Там ваш друг упал! Помогите ему! Вы меня понимаете? Помогите ему, он, кажется, голову расшиб.

   Я, не останавливаясь, кричала и причитала, размахивала руками, чтобы сбить мужчину с толку, отвлечь внимание. Наверное, была бы я в прошлом теле, мне бы никто не поверил, но я в теле невысокой стройненькой милашки-блондинки, так что мне нельзя не поверить.

   Мужик выскочил из машины, приблизился, заглянул вниз с насыпи… Его ауры я не помнила, но ведь он явно из этих, а если я не права, то там наверху разберутся, куда его. Он получил пулю в голову, потом еще две уже в летящее в канаву тело. Я сразу почувствовала, что он погиб, но кто их, этих магов, разберет, так что предпочла действовать наверняка.

   Хотя честно говоря, я не думала, что все будет так просто, потому что мужчина, выйдя из машины, прикрылся щитом. Только то ли щит был слабеньким, то ли патроны у пистолета необычные. Ну а что, оружие, кажется, наградное, так что все может быть, хоть ничего артефактного в них я и не почувствовала. Но факт в том, что щит я пробила с первого выстрела.

   Жалко ли мне этих двух? А им было жалко тех несчастных школьников в Суздале или даже в нашей школе? Я уверена, что они не только захватывали там, у порталов, но и поубивали кучу народу. Так что пусть считают меня санитаром леса. Никогда мне не нравилась роль судьи, но здесь я этих тварей жалеть не собираюсь. Мои друзья остались в этой крепости-тюрьме, мне их надо вытащить, а если при этом умрет кто-то из их похитителей, то сами виноваты. А не надо было похищать и убивать детей!

   Я внимательно осмотрела дорогу, на ней не осталось никаких значимых следов, чтобы можно было сразу обнаружить лежащие в канаве два тела. Как раз вовремя поднялся ветер, с моря наползали черные снежные тучи, так что последние следы скоро заметет. Что ж, это мне только на руку.

   Сев в машину, растерла замерзшие пальцы, тут же посильнее включила отопление и стартанула. Решила отъехать на какое-то расстояние и только потом сориентироваться на местности. Хорошо что машина хоть была и новая, но в условиях севера тут предпочитали ее заводить с ключа, по-старинке, а не новомодными электронными приблудами или через опознающий водителя артефакт, а то я могла так и не справиться.

   Но мне опять повезло. Не слишком ли много везения?

   Жаль только, что потратила столько времени на заметание следов после обыска второго, который после выстрелов тоже в канаву упал – пришлось лезть за ним. Первого-то я сразу обыскала. Забрала все: телефоны, бумажники, артефакты, какие нашла. Ну а что, мне нужны деньги, хоть немного. Картами я, конечно, пользоваться не планировала, но там было немного налички. Их будут искать и очень быстро найдут, но вот просто проезжающие мимо два тела заметить не должны. Что же касается их подельников, то когда они спохватятся? Думаю, часа три у меня есть.

   Отъехав на десяток километров, я залезла в один из телефонов, тот, который был даже не запаролен – потрясающая беспечность! Мне нужно было сориентироваться по карте, где я, посмотреть, где можно обратиться в посольство или консульство, запомнить номера телефонов на всякий случай. Найдя всю нужную информацию, тщательно ее запомнив и даже записав номера на какой-то салфетке, которую нашла в бардачке, я выбросила телефоны, банковские карты и все артефакты, назначения которых не знала, в пересекающую трассу речушку. Пистолет и нож, которым убила первого парня из машины, я тоже выбросила, было безумно жалко, но это надо быть полной идиоткой, чтобы два орудия убийства оставить себе.

   Посидела пару минут, собираясь с мыслями, потом вдавила педаль в пол и рванула вперед.

ГЛАВА 3

До ближайшего крупного города ехать было порядка двух сотен километров, но по дороге было несколько более мелких поселений, которые мне предстояло объехать. Или поехать через них.

   Тут даже не знаешь, что привлечет больше внимания, засветившаяся по камерам угнанная машина, которую в скором времени могут подать в розыск, или эта же приметная машина, пытающаяся объехать города по лесным дорогам для лесовозов и прочих самосвалов. Я даже не уверена, что на этой городской тачке с низкой посадкой там удастся проехать.

   Но выбрала все же второй вариант, искренне надеясь не встретить какой-нибудь пост полиции, не отмеченный на карте. То, что по трассе вряд ли будут камеры – это очевидно, местность тут глухая, тратить деньги на съемку медведей никто не будет, да и местные вряд ли все законопослушные зайки. Линия электропередач идет чуть в стороне от дороги, но на ней самой даже освещения нет.

   Так что следующие тридцать километров я проехала без всяких проблем, потом свернула на дорогу для грузовиков и объехала небольшой городок. Лесная дорога была не очень хорошей, но терпимой. Но тут возникло две проблемы: первая – у меня скоро кончится бензин. До того большого города я точно не доеду, максимум, километров пятьдесят еще, а второе – начинается буран.

   И тут даже не знаешь, что из этого хуже, застрять на этой дороге без бензина или застрять из-за сугробов. Нет, замерзнуть магу огня не удастся, даже если он очень постарается, но чувствую я, что вопрос скоро придется решать.

   Да, город я объехала и рванула дальше по трассе, надеясь найти подходящее место, не слишком далекое от следующего населенного пункта, чтобы скинуть машину. И молясь всем богам, чтобы просто не заглохнуть посреди дороги. Кто ж такие улики-то оставляет?

   Карту я смотрела внимательно, специально искала, где предположительно можно сбросить машину в овраг, например. И даже пару мест для этого присмотрела, надеясь все же до них добраться. Бензина мне должно было хватить до первого такого места впритык, там как раз дорога, идущая между фьордами, выныривает к небольшому заливу, судя по карте, пустынному. Вот там, учитывая уклон, было бы идеально сбросить машину, и пусть полиция разбирается, авария там или что. И тела искать она будет в первую очередь на дне залива.

   Но мне опять повезло. Или не повезло, тут уж как посмотреть. Потому что до места я не доехала, начался буран, причем такой силы, что я, даже со всеми моими навыками, практически мгновенно потеряла ориентиры. Он налетел так стремительно, что я сначала даже не поняла, что происходит, я думала, что это магическая атака. Вокруг будто на секунду все замерло, а потом потемнело, почти как ночью, взвыл ветер и все затянуло белым покрывалом.

   Не просто так мне за все два часа моего путешествия, встретилась только одна машина, и ту я видела издали, когда сворачивала на лесную дорогу с трассы. К тому же мне показалось, что она не столько поворачивала, сколько разворачивалась.

   Тут же какое дело… Север и у нас, в Российской Империи был излюбленным местом спонтанного прорыва других планов. Здесь все было тоже самое. И часто, очень часто, такое происходило перед или после сильных бурь, штормов и прочих погодных неприятностей. Будто ткань реальности этого мира истончалась и открывались порталы.

   То есть мало выжить в буране, нужно еще пережить возможный наплыв монстров из порталов, поэтому местные очень заранее запираются у себя в домах и сидят тихо, как мышки. То есть стандартная ситуация, когда за несколько часов до бури в будущем ее эпицентре открывается портал. Или же в течение нескольких часов после нее.

   Я нажала на тормоз, но, кажется, не успела, вместе с ужасающими по силе порывами ветра машину продолжило волочь куда-то вперед и вбок. В этом месте дорога проходила между двух холмов, так что опасности упасть куда-то с обрыва не было, но все же сама по себе трасса была отгорожена довольно глубокими канавами, куда скидывали снег и сливалась вода во время оттепелей. Так что автомобиль либо продолжит тащить вперед по дороге, либо скинет в одну из них. И с одной стороны, это хорошо, с другой, неплохо было бы, если бы при этом, я смогла бы из нее выбраться без применения магии.

   За все время нахождения в этом автомобиле я ни разу не использовала свою магию и не собиралась – мне моя родная параноичка не позволяла. Не знаю, через сколько тут возможно считать следы магической ауры, но не собиралась оставлять ничего, что могло бы указать на меня. Ничего реального, с предположениями-то понятно, но на них дело не построишь…

   Как вы себе это представляете? Приходят такие мои похитители в полицию и говорят, что вот это оружие, нож и пистолет я украла у вот тех товарищей в форте, которых убила, а потом убила и этих двух, а машину украла. А их и спрашивают, что я, собственно, в том форде вообще делала, как там оказалась? Они и признаются добровольно, что меня похитили, после чего полицейские предлагают им пройти в камеры.

   Смешно же!

   Так что трупы, наверное, найдут, как и машину. Может, даже пистолет в реке отыщут. Но причем здесь я, уважаемые господа полицейские? Тем более что в полицию я идти не собираюсь, только в посольство.

   Как выбралась, так пешком пошла, попробуйте доказать обратное. А про мои художества в форте, я думаю, и вовсе никто ничего не узнает. Но даже если и узнает, меня похитили, я свою жизнь спасала. Тут вам не там, это в том мире было бы превышение необходимой самообороны, а здесь я даже действовала относительно в рамках закона, потому что благородная, а на пути у меня стояли обычные люди.

   Так вот, магией я не пользовалась и не собиралась, поэтому было бы желательно свалиться в канаву так, чтобы я и в машине никаких следов не оставила, и смогла из нее выбраться. Но подумав, я поняла, что это маловероятно. Машина упадет, я оставлю след, например, ударившись, а потом не смогу его убрать или не замечу.

   Нет, так дело не пойдет. Поэтому я решила выйти в самый буран. Сумасшествие ли это? Отчасти. Не будь я магом огня, я бы никогда на это не решилась. Но все же у меня был план.

   Я с трудом открыла дверь, но буквально на несколько секунд не успела. Практически выпала из машины я уже в канаву и повезло, что меня не накрыло ею сверху. Мне и дверь-то удалось открыть лишь потому, что авто несло другой стороной, а пока я вываливалась и катилась по склону, машину оттащило еще на пару метров и она только после этого рухнула в канаву окончательно.

   Ну, это для меня тут было высоко катиться, а как для машины, то не очень. Но я все равно подошла и посмотрела – упав, авто перевернулось на крышу и так и осталось лежать. Вовремя я решила его покинуть. Учитывая то, что это низкая, прилизанная жестянка, меня бы могло зажать. И даже если бы я не пострадала, без магии бы точно не выбралась.

   Тут в канаве, было по-прежнему темно и ветренно, но по крайней мере, можно было идти и дышать. Я завязала капюшон максимально, натянула на нос ворот кофты – шарф где-то потерялся еще то ли в форте, то ли когда плыла – не помню, обогнула машину и практически поползла по оврагу, потому что идти в полный рост при таком сильном ветре было нереально.

   Мне нужно было отползти на несколько сотен метров. И я честно не знаю, сколько на это ушло времени. Будь я обычным человеком, я бы давно замерзла, но я заставила магию циркулировать по своему телу, не давая ему застыть. Это если и оставит следы, то минимальные, но без этого просто не выжить. И да, будь я обычным человеком, я бы не поняла, какое расстояние преодолела, потому что несчастные полкилометра я ползла или шла пригибаясь больше часа. Мне бы уже давно показалось, что я ушла достаточно далеко, если бы не магическое зрение. Нет, я по-прежнему ничего не видела в этой белесой мгле, но я могла ощущать искорки артефактов в машине и расстояние до них.

   Где-то через полкилометра я наконец остановилась, села прямо в сугроб и активировала свой огненный щит, который тут же этот сугроб и проплавил. Да, именно поэтому я не хотела использовать магию сразу. Но сейчас мне требовалось отдохнуть и отогреться перед последним броском до города.

   Мне придется идти пешком по лесной дороге, чтобы меня никто не увидел, и надеяться, что поблизости не открылись порталы. А до города километров десять еще. И надо в него войти так, чтобы и намека не было, что я иду с трассы.

   Пока сидела, сняла и осмотрела комбинезон на наличие любых улик, отрезала единственным оставшимся ножом шеврон Российской Империи на плече и тут же его сожгла. Пока я не готова открывать всем свое инкогнито. А полярный комбинезон? Да тут все в таких ходят, даже те два деятеля, у которых я машину экспроприировала, были в похожих. Пришлось его только хорошенько почистить снегом, точнее водой, потому что тот таял около моего огненного щита.

   Но уже через полчаса я была одета в чистый и сухой комбинезон и готова к дальнейшим подвигам. Тем более что буря начала стихать, а мне желательно уже начинать искать дорогу, чтобы следы успело замести, а порталы, если они будут, не успели открыться.

   Так что я встала, устало вздохнула, и пошла, утопая в глубоком пушистом снегу. По моим прикидкам съезд на объездную лесную дорогу должен быть километров через семь и мне их придется пройти по снегу, при этом магией желательно пользоваться минимально. Это то место, где я сидела, могут пропустить, а если на дороге будет оплавленная проталина – этого метель, уже не такая яростная как раньше, не скроет.

   Осталось только заставить циркулировать магию внутри тела и механически переставлять ноги. Господи, как же я устала! Я ведь не железная, а в этом теле и подавно!

   Пока я брела по снегу, о многом успела подумать. Например о том, что я нахожусь примерно в районе Норвегии в том мире, и что-то я не слышала, чтобы там были такие бураны. В России – да, но про Скандинавию я такого не припомню. Интересно, тут просто другой климат или это из-за разрывов реальности?

   Спросить бы у кого, но чувствую, что после вопроса про погоду в параллельном мире меня упекут в какое-нибудь веселое заведение. Хотя в данный момент и спрашивать не у кого.

   На самом деле этот поход по глубокому снегу можно сравнить разве что с заплывом в ледяной воде. Но там я хотя бы прикрывалась щитом, тут же такой возможности не имелось. Устала я настолько сильно, что хотелось просто лечь в снег и заснуть. В данном случае, навсегда. Но я как-то уже умирала – так себе ощущения. К тому же мне этот мир даже нравится, и я не хочу, чтобы меня закинуло в какой-нибудь радиоактивный гадюшник постапокалипсиса. Нет, ну а вдруг?

   Так что я прошла по объездной дороге еще несколько километров, хорошо хоть тут был какой-никакой, а лес, и ветер был не таким сильным. Но от усталости мысли уже путались, так что я даже не заметила, когда на автомате свернула на съезд к городу. Метель уже окончательно утихла, шел небольшой снежок, как последний заряд непогоды, но это было даже кстати, потому что заметало следы.

   Когда я вошла в город, скорее даже поселок тысяч на десять человек, народ еще не торопился выходить из домов. Так что я шла по улицам практически одна. Но пока это меня не смущало, поскольку я зашла с той стороны, где располагаются всякие склады и фабрики. Тут просто, в этом мире, не только в Скандинавском королевстве, запрещалось большегрузам ездить по городам, так что окружная дорога была для них, а вся инфраструктура рядом со съездом с нее, а вот основная трасса, по которой я ехала до этого, наоборот шла через центр города.

   Довольно странное и нелогичное решение, но, видимо, повсеместно принятое в этом мире. Я не знала, почему так, Алису это никогда не интересовало, но еще в Тобольске я заметила, что по городу не ходят машины, крупнее наших газелек. Правда, до того, как мне не пришлось изучить внимательно карту, чтобы не попасться на камеры, я не придавала этому факту особого значения.

   К чему это я? А к тому, что я шла сейчас по совершенно пустынному району складов, потому что всех работников распустили по домам, видимо, еще до бури, ведь непонятно, сколько бы она продлилась. Сейчас, кстати, уже вечер, стемнело и на этот раз не из-за туч, закрывающих солнце, а по естественным причинам.

   Будем честны, если бы это была не я, а настоящая Алиса, никакие бы магические способности не помогли ей выжить в той ситуации, в которую я попала. Даже если бы ей удалось сбежать из форта и переплыть пролив, в чем я сомневаюсь, в бурю она бы погибла – это сто процентов. Тут была не столько нужна ее магия, сколько знания и навыки выживания. И это касается не только Алисы, но и любого мага уровня посвященного или ученика, учитель, может, еще бы побарахтался. Но так учителями становятся годам к двадцати семи в среднем, а это уже взрослые люди с опытом.

   Когда я вышла в обжитые районы, люди уже стали появляться, начала чистить дороги техника, народ махал лопатами, но уже окончательно стемнело. Причем, фонари не горели нигде, ни на улицах, ни в домах, что могло говорить о том, что в городе отсутствует электричество. Вероятно, ветер порвал провода или, что хуже, повалил столбы.

   Меня никто не видел – это плюс, минус в том, что я не понимала, куда мне идти и где можно найти пристанище. Мне жизненно необходимо отдохнуть. А не ела я уже почти трое суток. Если так пойдет дальше, то мне никакие бури и преследователи не нужны будут – умру просто от истощения.

   Я не собиралась останавливаться в этом городе, однако намечала, где смогу заправиться. Так что я целенаправленно шла к заправке, там точно есть придорожное кафе. Но это на другом конце города и я не была уверена, что до него дойду. Поэтому я стала оглядываться вокруг и почти сразу мне в глаза бросился магазин. Не огромный супермаркет, в котором без электричества наверняка ничего не работает, а самый обычный местный. И вроде бы там горел свет.

   Ну да, люди начали постепенно включать автономные генераторы. Мы же не в средневековье!

   Я толкнула дверь и вошла, тут же на меня пахнуло теплом так, что заломило все тело. Несмотря на магию, я очень замерзла. За прилавком стоял молодой парень.

   – Добрый вечер, фру, могу чем-нибудь помочь? – спросил он меня на шведском.

   И нет, я не знала, почему на территории Норвегии они говорят на шведском. Да и какая разница? Хорошо хоть, я его понимала.

   – Добрый вечер, герр, будьте добры пару булочек с мясом и кофе нальете? – я ответила на немецком, понадеявшись, что он меня поймет, и с вожделением смотря на кофейный аппарат.

   – О, фру не местная?! Сей момент, – парень тут же легко сам перешел на немецкий.

   – По делам приехала в ваш город и не смогла уехать, – я криво улыбнулась и кивнула на улицу.

   – О да, такое у нас бывает. И в эту пору часто. А уехать вы не сможете еще пару дней, пока трассу не очистят. Только после этого автобусы пойдут и разрешат легковушкам ехать.

   Что ж, что тут есть автобусы – однозначно радует. А то угонять машину не очень-то хотелось – это все же след. А чем ближе к крупным городам, тем больше камер. Не хочешь попасться – иди по лесу пешком, а если лень, то лучше на автобусе, проще затеряться в толпе.

   – Вот засада! – совсем даже не притворно вздохнула я и отпила обжигающий кофе. Протянула парню деньги. Их было не очень много, даже в этом мире мало кто пользовался наличкой. Об этом я словоохотливому продавцу и сказала: – Герр, а подскажите, есть ли тут место, где можно переждать пару дней, но не дорого, а то наличных практически нет. Сами понимаете, терминалы сейчас не работают, а я как-то не рассчитывала тут задерживаться и много не взяла.

   – О, понимаю! Есть студенческий хостел через четыре дома по этой стороне улицы. Условия там не очень, но зато дешево.

   – Студенческий хостел? Тут много студентов?

   – Нет, колледжей тут нет, но есть лаборатория по наблюдению за порталами, а туда часто на практику студенты приезжают. Сейчас как раз сезон, так что он открыт. Там вроде бы одна группа живет, они сюда за продуктами перед бурей приходили, но, может, и еще кто-то приехал.

   – Что ж, будем надеяться, что у них есть места, – кисло ответила я.

   Честно говоря, я надеялась, что он мне предложит снять комнату у него или его знакомых, там можно попробовать обойтись без документов, тут же явно придется что-то придумывать. Но выбора не было. Я не могу мотаться по городу в поисках жилья, просто потому что мне нужно отдохнуть, я еле на ногах держусь!

   Я поблагодарила продавца, купила еще пирожков, суп быстрого приготовления и с неохотой вышла на улицу. Тут сильно похолодало, так что моя обмороженная тушка вовсе не сказала мне за это спасибо. Но было уже, честно говоря, все равно. Горячий кофе и еда действовали усыпляюще, и я из последних сил переставляла ноги и уговаривала себя не падать в сугроб.

   На удивление, в хостеле все прошло нормально. Мою историю про то, что я приехала по делам, а когда начался буран, потеряла сумку с документами (да, это я только что придумала) выслушали благодушно и заселили в женскую комнату на троих за наличку и без всяких документов. Кстати, я там была одна, потому что группа студентов действительно была, но девушек там было всего две и они занимали другую комнату. Так что эта была в моем полнейшем распоряжении.

   Я только смогла стянуть с себя полярный комбинезон, переложить деньги в спортивный костюм, ничком рухнуть на койку и отрубиться.

   Проспала я, как оказалось, почти сутки. Проснулась абсолютно разбитая, кстати, с ломящей болью во всем теле и с сильным насморком, что логично, учитывая мои приключения. С трудом встав с кровати, сходила в душ – давно пора! Жаль только, что запасной одежды у меня не было, зато была магия огня, помогшая быстро просушить постиранное. После приведения себя в относительный порядок, я вышла на кухню, чтобы заварить себе купленный суп. А там встретила всю группу из шести студентов, которые приехали изучать портал аж из Стокгольма.

   Я послушала о чем они говорили, оказывается, порталы, целый кластер, открылись в той стороне трассы, откуда я пришла, прямо посередине между соседним поселком и безымянной рыбацкой деревушкой. Если я их правильно поняла, конечно.

   Про себя я улыбнулась. Есть, есть шанс, что трупы двух незадачливых похитителей просто съедят.

   Но заинтересовало меня другое: кластер порталов Хаоса не привлекал студентов, у них была какая-то научная работа по порталам Тени, опять же, если я правильно поняла, и они ездили по таким отдаленным населенным пунктам, ждали буранов и надеялись, что неподалеку откроется портал нужной первостихии. Поэтому как только расчистят трассу, они отсюда уедут.

   И тут у меня созрел вполне конкретный план, как выбраться из этой деревни. Я улыбнулась и подсела к ребятам. Что ж, мне есть что рассказать про порталы, поддержать, так сказать, беседу. Может, тоже что-то новое узнаю.

   А через день я уже ехала со студентами на их микроавтобусе в Берген. Не Осло, конечно, но это довольно крупный город, и консульство там тоже есть.

   Мне снова везет и мне это не нравится!

ГЛАВА 4

Меня довезли только до окраины Бергена – студентам поступил сигнал, что в стороне от города открылся портал Тени и они поехали туда, лишь краем задев кольцевую дорогу и съехав с нее через пять километров.

   Но и за это я была благодарна, меня оставили не в чистом поле, а на пустынной автобусной остановке около каких-то предприятий. Был рабочий полдень, так что имелся шанс отсюда все-таки уехать, ну или найти людей, которые подскажут, на чем я могу добраться в центр.

   Где конкретно консульство в Бергене, я не знала, был телефон посольства, но для того, чтобы им позвонить, лучше у кого-нибудь попросить телефон, потому что телефоны-автоматы тут почили в веках так же, как и в том мире. Можно еще на предприятие зайти и попросить позвонить с проходной, но там камеры, так что лучше не надо. Никто ведь не скажет мне, какая скорость реакции у бандитов, вдруг я в консульство не успею доехать?

   Это, конечно, очень маловероятно, но все же…

   Когда я нормально отдохнула и мозги заработали не на автопилоте, я смогла обдумать ситуацию, и чем больше я думала, тем больше мне она не нравилась. Мне не везло, меня, похоже, вели. По крайней мере, до того, как я прыгнула в море или до убийства тех двоих на дороге – таких решительных и профессиональных действий они не ожидали.

   Думаю, дело было так: как я убила первого охранника, они видели, но, поскольку я сестра босса, решили не поднимать тревогу, а доложить ему. Что ж, это понятно и логично. А потом они просто смотрели, что я буду делать. Может, брат хотел посмотреть на мои способности или просто поиздеваться, дать иллюзию возможности сбежать? В таком случае он крупно облажался.

   Все же он не предполагал, что я настолько хладнокровно завалю еще двух охранников на выходе. Похоже, обо мне их не предупредили, собирались взять во дворе форта, дать понять, что мне некуда бежать.

   Вот только я пошла полюбоваться морем, думаю, это они тоже видели по камерам, но и оттуда, они считали, что я не сбегу, что вернусь и попробую выйти во двор. Вряд ли они могли предположить, что я сигану вниз.

   А вот дальше вопрос, следили ли они за тем, как я плыву или потеряли? Могло быть и так, и так, ведь если у них был хороший сенсор, он мог отследить меня по передвижению магической ауры, потому что я прикрывалась щитом.

   Но не факт, что у них был такой человек, к тому же следить на море в шторм сложно, они реально могли меня потерять. Или сразу же не смогли найти – не знаю, к определенному выводу я так и не пришла.

   Но потом я наткнулась на тех двоих, которые должны были либо просто проверить окрестности, либо целенаправленно шли за мной. Хотя все же скорее первое – слишком уж они были беспечны, учитывая то, что я до этого ликвидировала без проблем троих их коллег. Или думали, что я настолько устала, что уже не представляю угрозы? В общем, это под большим вопросом.

   А потом, когда я и их убила и забрала машину, то спутала все карты преследователям. И вот тут возникает еще один вопрос: как быстро они смогли бы меня найти, если бы не буря? Возможно, очень быстро.

   Так что я не обольщалась. Была вероятность, что после моего звонка в посольство, у ворот консульства меня уже могут встречать.

   Я постаралась вспомнить все, что знаю о Бергене, но все достопримечательности, которые пришли на ум, мне не подходили. Глупо искать их в районе фабрик и складов. А потом я вспомнила кое-что из прошлой жизни, что ж, надеюсь, что и тут есть этот завод. Только вот поблизости я его не вижу, да и помню я, что был он в другой части города, вроде как.

   Обернувшись, я посмотрела вокруг и увидела пару каких-то молодых мелких клерков, бредущих вдоль заводской стены к остановке.

   – Хей, привет! – сразу заговорила с ними на немецком. – Вы мне не поможете?

   – Чем вам помочь, фру? – спросил один из них, а второй хлопал глазами, кажется, он не знал немецкого и плохо меня понимал.

   – Герр, я заблудилась, кажется, села не на тот автобус, я не местная. Мне нужен завод Берген Энерджи, знаете такой?

   – Энерджи? Знаю, – мужчина, кивнул, задумавшись. – Да, вы точно сели не на тот автобус, потому что он совсем в другой стороне.

   – Вы мне не подскажите, как туда добраться? У меня на телефоне нет местного тарифа, – я растерянно улыбнулась, как бы извиняясь.

   Тут была интересная вещь с телефонами. Мы – аристократы, могли в любой точке мира иметь связь без всяких проблем. По специальному артефакту-идентификатору, встроенному в аппарат, мы просто подключались к сети. С простолюдинами же все было иначе. Некоторые страны всем людям, которые оказалась на их территории, давали доступ к сетям связи, но некоторые наоборот ограничивали – иностранцы были вынуждены доплачивать за подключение, а местные получать разрешения, чтобы на своих телефонах подключаться к сетям других стран. Или покупать местный телефон.

   Именно из последних была Священная Римская Империя, куда входили территории, говорящие на немецком. То есть их гражданке нужно было получать разрешение или покупать другой телефон, что, естественно, делали немногие. Смысл, если ты приезжаешь на пару дней в командировку или по личным делам? Говорят, удовольствие это недешевое. Хотя цен я не знала, потому что Алиса всегда была княжной, а про эту особенность случайно услышала, когда была с классом в экскурсионной поездке на Сицилии.

   Так вот, девушка, говорящая на немецком и без средств связи не вызывала подозрений. Можно было бы сказать, что я потеряла телефон, но кто будет в своем уме помогать подозрительной растяпе, которая и телефон посеяла, и не на тот автобус села, да и вообще выглядит не слишком презентабельно. Одно дело бегать в полярном комбинезоне по деревне и фьордам, другое, по второму по величине городу Норвегии. Не знаю, как в этом мире, а в том было именно так. Но в любом случае, Берген – крупный город.

   – Конечно, фру. Вот, прошу, – мужчина протянул мне свой телефон с уже открытой картой.

   Естественно, я при нем ввела название нужного завода, стала внимательно рассматривать карту, детально уделив внимание центральному району. Это было логично, потому что мне придется ехать через центр и там пересаживаться на другой автобус. Что ж, мне от остановки до консульства нужно будет пройти всего два квартала.

   Я вернула телефон и от души поблагодарила мужчину. Все, что мне надо, я выяснила, осталось только автобуса дождаться.

   А через час-двадцать я же стояла у ворот консульства. Хорошо, что успела до его закрытия, а то тут все работает как-то странно. Например, сегодня пятница, а консульство работает до трех.

   Я подошла к сидящим в будке на проходной охранникам, а внешних, из местных полицейских, я проигнорировала. Естественно, чтобы пройти дальше, требовались документы, но я надеялась обойтись без них.

   – Добрый день, – сказала я по-русски мужчине с российским шевроном на рукаве. – Меня зовут княжна Алиса Даргомилова, меня похитили шесть дней назад, но я сбежала. Мне нужна помощь.

   – Добрый день… – до мужчины, кажется, не сразу дошло, что я сказала. Он пару секунд смотрел растерянно, потом начал кому-то звонить, а меня попросил присесть.

   Тут же прибежал еще один мужчина, в костюме, а не в форме охраны. Он достал телефон и, кажется, сверился с моим портретом. Что ж, уже то, что нас объявили в розыск, это хорошо. Не знаю, правда, насколько хорошо, что эта информация есть у посольских. Неужели служба безопасности подозревала, что нас могут вывезти за границу. Хотя тут это логично – с помощью порталов можно такое провернуть.

   – Княжна, это действительно вы? – еще раз уточнил мужчина. – Я офицер безопасности консульства в Бергене, виконт Давыдов.

   – Да, это действительно я, княжна Алиса Даргомилова, похищенная группой лиц во время полевого выезда учеников первого года обучения Тобольской старшей магической школы к кластеру порталов Хаоса. Мою личность могут подтвердить граф Багряков, профессор Максинский и другие преподаватели, – я криво улыбнулась.

   – Пройдемте внутрь. Вам нужна медицинская помощь?

   – Нет, я в порядке, только очень устала.

   Офицер безопасности понятливо кивнул, пообещал скорую встречу с консулом и попросил потом, когда я отдохну, ответить на несколько вопросов. Что ж, куда без этого?

   – Я бы предпочла ответить на них как можно скорее, – я внимательно посмотрела на виконта. – Как вы понимаете, похитили не только меня.

   – Я понимаю, но нужно дождаться офицера охраны посольства и еще нескольких сотрудников службы безопасности. Я написал им, они уже выезжают из Осло. А пока все же будет лучше, если вас осмотрит врач, вы поедите и поспите. Нужно ли сообщить кому-то из ваших родственников? В вашем личном деле указано, что у вас есть брат.

   – Вот ему как раз сообщать не стоит! – я резко развернулась к мужчине.

   – Он замешан? – тут же сообразил тот.

   – Да, но я не знаю степени его участия.

   – Я понял, – кивнул Давыдов. – Вы можете пока отдохнуть тут, еду и что-то из одежды вам сейчас принесут. Вы не пленница, княжна, но вам лучше отсюда никуда не выходить. Это для вашей же безопасности.

   Меня завели в небольшую гостевую комнату, и оставили на некоторое время одну, дав время прийти в себя и привести себя в порядок. Что было приятно, меня не заперли снаружи, чего я опасалась, но я сама не только заперлась, но и подперла ручку двери стулом.

   Не то чтобы посольство или консульство – проходной двор, но все же тут много посторонних людей, а как я с виконтом иду через внутренний двор, кто-то мог видеть.

   Правда, очень скоро пришлось открывать, мне принесли еду, одежду и даже телефон. Думаю, он прослушивался, конечно, но я должна была подстраховаться. Перед тем, как приступить к еде (надеюсь, не отравят), я набрала знакомый номер. Пусть еще хоть кто-то знает, что я в консульстве в Бергене, надеюсь, он не сильно пострадал и снимет трубку.

   Гудки шли за гудками, но никто не отвечал. Я уже готова была положить трубку, когда на той стороне послышался незнакомый голос. Вернее, он вроде был знаком, но это точно не тот, кто мне нужен.

   – Алло, я могу поговорить с магистром Максинским? – спросила я, судорожно соображая, где я слышала этот голос. Ну не могла же я номером ошибиться?

   – А кто это? – спросили на той стороне, немного помолчав.

   – Это одна из его учениц. А вы кто?

   – Я – граф Багряков, представьтесь, пожалуйста.

   – Клим Николаевич? – удивленно переспросила я. – Клим Николаевич, это княжна Даргомилова. Я нахожусь в консульстве Российской Империи в Бергене, Скандинавское королевство, хочу, чтобы вы это знали.

   – Алиса? Что вы там делаете?

   – Я сбежала от похитителей.

   – Так, подождите, – на той стороне трубки послышалась какая-то возня. – Вы сбежали и оказались в Скандинавии?

   – Да, именно так. Я хочу, чтобы еще кто-то знал, что я тут, не знаю, кому могу доверять. Чтобы прояснить мою личность вы можете позвонить в консульство.

   – Вряд ли мне ответят, – сказал Багряков, и я вынуждена была с ним согласиться. Кто он, заместитель ректора по воспитательной работе в школе? Вряд ли ему позволят влезть в расследование службы безопасности. – Мне потребуется больше времени, чтобы удостоверить вашу личность.

   – Хорошо, я отсюда никуда не денусь, – криво усмехнулась я. – Что с профессором Максинским? Я ведь не ошиблась, это его телефон?

   – Его. Он сильно пострадал тогда, но он жив. Алиса… – мужчина на том конце провода замялся.

   – Да?

   – Вы знаете еще что-то про кого-то из похищенных?

   – Я пересекалась только с Марго Гориной и еще четырьмя, – я назвала фамилии и имена девочек, с которыми я была в первой камере. – Больше никого не видела. Но это было в первый день, на тот момент они были живы, сейчас не знаю – нас разделили.

   – Понял вас. Ладно, мне надо все проверить, вы держитесь, скоро будете дома.

   – Хорошо. Клим Николаевич… Не давайте никакую информацию обо мне моему брату. Он замешан, я пока не знаю степень его участия, но если вы ему скажете, где я, то возможно повторное похищение.

   – Понял вас. Удачи, Алиса.

   – Спасибо, – ответила я и отключилась.

   Максинскому я доверяла без сомнений больше, чем Багрякову, просто потому, что я последнего плохо знала. Но после подслушанного разговора, когда я сидела под их окнами, я поняла, что они дружат, а значит все же Клим Николаевич какого-то доверия заслуживает. С другой стороны, а какие у меня варианты? Других телефонов я не знаю, есть только телефон этого Ивана Ивановича Иванова, но уж больно он мутный.

   К тому же тут скоро будут представители службы безопасности, если они посчитают нужным, то доложат этому самому Иванову.

   После этого я все же поела и только собралась немного отдохнуть, как пришел врач меня осматривать. Но у меня ведь каких-то особенных ранений не было, не считая шишки на голове, когда меня еще при похищении пытались вырубить, и пары небольших обморожений. Но все же я старалась травм не допускать.

   Вообще для похищенной и сбежавшей от похитителей я выглядела подозрительно здоровой и бодрой. Ну так чего вы хотели, господа хорошие, если мастерство-то не пропьешь?

   В той, прошлой жизни, мы с моим шефом в шутку разрабатывали способы побега из Гуантанамо. Но в каждой шутке, как известно, есть только доля шутки, и если уж честно, я могла там когда-нибудь оказаться. Так что полезное это было дело. А еще это отличная тренировка мозгов и навыков. Мы ведь не только на бумаге разрабатывали.

   Правда, этого я никому рассказывать не собиралась. Все же по голове меня не настолько сильно ударили.

   Если честно, я думала, что мне дадут выспаться, тут же ехать километров пятьсот, то есть раньше чем через восемь часов безопасников из посольства можно было не ждать. Но, видимо, они на чем-то прилетели, потому что меня попросили пройти в переговорную уже через два часа.

   Я поправила свою новую одежду – простую блузку и брюки. Не знаю уж, откуда они их взяли, но они были почти моего размера, лишь чуть великоваты. Но может это я так похудела за эти дни? Хотя куда уж больше, и так почти прозрачная.

   – Виконт, – я кивнула местному главе охраны.

   – Ваше сиятельство, успели отдохнуть? – именно он лично меня провожал к гостям. – Ваша личность подтверждена. Вас отправят домой в ближайшее время, но было бы замечательно, если вы смогли все рассказать прямо сейчас.

   – Разумеется. Я готова ответить на все вопросы. В конце концов, там остались мои друзья.

   – Хорошо, прошу, – мужчина открыл дверь и пропустил меня вперед.

   В переговорной за столом сидели трое, глава охраны из Осло и два безопасника, один из которых сказал, что тут по просьбе Иванова. Быстро они, как-то подозрительно быстро. Я даже порадовалась, что не стала ему звонить, а сообщила о своем местонахождении человеку не участвующему в расследовании.

   А дальше последовал почти трехчасовой допрос, во время которого за дверь выходили то один безопасник, то другой, отдавая кому-то распоряжения по телефону. Я своим суперслухом все слышала, теперь я его не отключала, так, на всякий случай. Но пока ничего подозрительного не было, они и правда отдавали распоряжения по проверке фактов.

   Разумеется я не думала, что они тут же побегут захватывать форт. Во-первых, такие операции готовятся неделями, а то и месяцами, а во-вторых, это, на секундочку, другая страна. За такое самоуправство, могут и по голове настучать, причем, чем-то очень тяжелым, вплоть, до объявления войны.

   Радовало то, что к моим словам отнеслись серьезно. Хотя, честно говоря, я думала, что будет более подозрительное отношение. То, что я сбежала из форта я оправдала только тем, что брат был в курсе, что я сбежала и хотел посмотреть, чем это кончится, но просто не думал, что я прыгну в воду. Тут безопасники со мной согласились, что это наиболее разумное объяснение того, что меня не остановили раньше.

   А вот о тех двух в машине, как и планировала, я умолчала. Это было бы уже просто слишком, не стоит пугать безопасников своими способностями, они и так пуганные. А вот про студентов, которые мне помогли, все рассказала, им это ничем не грозит.

   В общем, после этой беседы мне дали несколько часов отдохнуть, а потом объявили, что отправляют домой. Документы мне восстановили очень быстро, ну так консульство, все бланки у них есть, консул подписал без проблем.

   Единственное, что решали, отправить меня прямо из Бергена или из Осло.

   – Я думаю, лучше отсюда, – внесла я рациональное предложение.

   – Почему, ваше сиятельство? – уточнил Давыдов. – Из Осло самолеты летают чаще, а еще оттуда ходят дирижабли, вам, как княжне…

   – Чем быстрее я покину территорию Скандинавского королевства, тем спокойнее будет и вам, и мне. Никаких дирижаблей, только самолет.

   – Ближайший самолет в Российскую Империю будет в город Санкт-Петербург, а мы планировали отправить вас в столицу. Но самолет в Москву будет только завтра.

   Я хотела возразить, что мне вообще-то надо в Тобольск, но вряд ли я теперь туда скоро попаду.

   – В Петербурге меня смогут встретить безопасники?

   – Разумеется.

   – Тогда я думаю, что логично, если я полечу туда. Виконт, вы же сами понимаете, что чем дольше я тут пробуду, тем меньше шансов меня вывезти? По крайней мере, без проблем.

   – Да, я понимаю. И в целом я согласен с вами, но служба безопасности может возражать против этого решения.

   – Я – свободный человек, хоть и свидетель тяжких преступлений, мне никто не может помешать купить билет на ближайший рейс. Если вы дадите мне доступ к моему счету, я именно так и сделаю.

   – Я попробую их убедить. Вы пока отдохните, поужинайте. Если они согласятся, то у нас будет мало времени для вашего комфорта.

   – Обойдусь без комфорта, поверьте, лететь в самолете – это лучше, чем брести по фьордам по колено в снегу.

   Кстати, для большей достоверности я им сказала, что переждала бурю в какой-то хозпостройке на окраине того городка. А то это было бы совсем невероятно, что я выжила. Вот только без машины за это время я никак не могла до него добраться, но, надеюсь, хотя бы они не будут сопоставлять время, а если потом сопоставят, то это будет потом. Разберусь, как-нибудь.

   В общем, не знаю, как Давыдов это сделал, наверняка, его желание избавиться от проблемы подстегнуло красноречие, но уже через полтора часа я входила в терминал местного аэропорта. Безопасники меня довели до отдельного коридора для аристократов, убедились, что я прошла проверку, и только после этого уехали.

   Я очень переживала, что что-то случится на последних этапах. Не хотелось бы драться на глазах у всех, но, как ни странно, обошлось. Сев в самолет, я продолжила нервничать ровно до того момента, как мы вошли в воздушное пространство Российской Империи. Нас никто не развернул, меня не пытались в очередной раз похитить.

   А в Петербурге меня встретил ни кто иной, как товарищ Иванов собственной персоной.

   – Ну а что вы хотели, княжна, – мужчина развел руки, – лететь-то всего полтора часа. Решил лично вас встретить. Все же такое не каждый день случается.

   Ага, не доверяет значит. Интересно, кому больше, мне или местным безопасникам?

   – Куда дальше?

   – В Москву, и прямо сейчас, если вы не возражаете. Нам сюда, – он указал дорогу в соседний терминал.

   – Я только за, хочу с этим побыстрее разобраться и вернуться в Тобольск.

   – Мы это обсудим, – загадочно ответил Иванов.

   Я напряглась, ожидая, что он меня попытается посадить на частный или военный борт, и тогда я откажусь и может даже буду сопротивляться – мало ли куда тот полетит, я же не смогу это проконтролировать. Но мы подошли к обычной стойке регистрации.

ГЛАВА 5

Старший следователь особого отдела по работе с аристократами

   Иван Иванович Иванов (в миру, граф Алексей Семенович Федосеев)

   Алексей Семенович последние дни почти не спал, но подвижек не было. Он в очередной раз перечитал отчет о похищении последней партии школьников. То, что подозревалось в Суздале и Тобольске, нашло подтверждение при нападении на школу в Петропавловске – среди детей были пособники похитителей.

   Это случилось через два дня после Тобольска. По большому счету, именно этой школе, затерянной в лесах, не повезло больше всех, им просто не успели прийти на помощь. Когда военные с Тихоокеанского флота прибыли, спасать было уже некого, из под обломков зданий живыми достали всего несколько человек.

   Чего граф Федосеев не понимал, так это откуда такая звериная жестокость? Зачем убивать тех, кто не нужен? Нет, он понимал, что похитителям нужна часть учеников, причем именно этих, из отверженных родов, но зачем уничтожать всех остальных?

   Да, в Петропавловске почти не было трудных детей, которые отбывали там наказание, но так в Суздале и Тобольске их не трогали, если кто из них погиб, то случайно. Даже у порталов Хаоса, где произошло нападение на учеников из Тобольска, именно тех, у кого нет семейных проблем, так сказать, просто оттеснили в сторону, а убили только тех, кто пытался сопротивляться.

   Зачем, например, убивают тех, у кого из-за клановых войн не осталось родителей, семей, кланов? Что эти дети им сделали? Столько древних родов прекратило свое существование за этот месяц? Ведь по свидетельствам очевидцев этих детей специально искали и убивали. Лишь немногим удалось выжить, и тем по чистой случайности.

   Например, Муравьева вытащили из портала Хаоса, где его бросили не только с пулевыми ранениями, но и уже искусанного монстрами. Еще бы пять минут и его бы просто съели и следов не осталось. Силовской вот повезло меньше – ее убили сразу, а тело бросили на съедение тварям.

   Граф Федосеев еще раз стал перебирать бумаги: свидетельские показания выживших, результаты экспертиз. Но тут, постучав, вошел его помощник.

   – Ваше сиятельство, срочные новости.

   – По школам? Что там?

   – Да, только что звонил виконт Давыдов – начальник охраны консульства в Бергене, в Скандинавском королевстве, говорит, что полчаса назад в их консульство пришла Алиса Даргомилова.

   – Сама пришла? Это точно она?

   – Судя по фотографии – она. Сейчас личность подтверждают по слепку магической ауры, но с вероятностью девяносто пять процентов, это она.

   – Так… – граф задумался. – Известно, что она делала в Скандинавии?

   – Она говорит, что сбежала от похитителей и что замешан ее брат. Но пока ее подробно не допрашивали.

   – Она сильно пострадала?

   – Нет, внешних подтверждений нет, но она выглядит, по словам главы охраны консульства, очень усталой и даже потрепанной. Хотя внешне это не сильно проявилось, но чувствуется, опять же, по его словам, что девушка держится непонятно на каких силах.

   – Есть в ней что-то… – пробормотал граф. – Держите меня в курсе. И ее как можно быстрее надо переправить сюда. Посольские наверняка захотят отвезти ее в Осло, а то и в Стокгольм, но стоит настоять, чтобы ее отправили в Российскую Империю прямо из Бергена, пусть летит в любой город ближайшим рейсом. Это в интересах всех.

   – Думаете, ее могут перехватить даже с посольской охраной? – нахмурился помощник. – Я передам нашему сотруднику.

   – Лучше передайте это виконту Давыдову, он – дельный человек, все сделает в лучшем виде. Я служил с его отцом когда-то.

   – Будет сделано, – щелкнул каблуками помощник и развернулся, чтобы выйти.

   – Да, при поступлении любой новой информации о ней, немедленно докладывайте мне. Свободны.

   – Есть! – помощник вышел, а граф задумался.

   Сказать, что у он удивился, нельзя. Он, когда узнал, что похитили Даргомилову, предполагал, что она станет для похитителей большой проблемой. Есть в ней что-то… Только, если уж честно, он думал, что рано или поздно они найдут ее труп. Строптивых эти люди быстро укорачивают на голову.

   Но если, по ее словам, замешан ее брат… Впрочем, мы его подозревали, вот только доказательств до этого не было. Хотя именно для нее вмешательство брата могло стать тем последним камнем на могиле, может, поэтому она и сбежала?

   Нет, ну какова девчонка! Графу захотелось куда-то бежать и что-то делать, хоть самому за ней лететь, но это была глупость. Во-первых, его никто не впустит в Скандинавское королевство, а во-вторых, не выпустит. Так что старший следователь Федосеев усилием воли заставил себя успокоиться и заняться делами, а если будут новости, его проинформируют.

   И через пару часов ему уже принесли сухую выжимку первого допроса. Нет, понятно, что это лишь часть информации, что девочку надо допрашивать нормальным профессионалам, которые на этом собаку съели. А самому сильному менталисту Империи – сам бог велел. Но все же кое-что стало понятно.

   Например, что ничего не понятно.

   Нет, форт, о котором говорила Алиса, подходит для тюрьмы, но как она оттуда сбежала? Граф посмотрел по карте, пролив почти шесть километров в самой узкой точке, а она маг огня. Потом она появляется прямо во время бурана в этом городке, как его, Одда, по сути, не город, а поселок в сотне километров от Бергена, но вся проблема в том, что до него от приблизительной точки выхода на берег, еще километров семьдесят примерно. И как она их преодолела? Кто-то подвез или она угнала машину? Вот только в личном деле Алисы нет информации, что она умеет водить.

   Ладно, у него будет возможность спросить лично, потому что виконт Давыдов сообщил, что княжну Даргомилову было решено отправить ближайшим рейсом в Санкт-Петербург. И она сама на этом настояла!

   Какая продуманная девушка!

   Что ж, тут уж граф на месте не усидел и приказал заказать билеты на ближайший рейс. Нет, он мог взять самолет службы безопасности или даже свой личный, но внезапно в нем взыграла то ли паранойя, то ли предчувствие, что этого делать не стоит, что нужно лететь обычным гражданским рейсом и быть в толпе. А старый менталист не привык от своих предчувствий отмахиваться.

   Всего через несколько часов он встретил в международном терминале княжну Даргомилову. Она прошла через коридор для аристократов, огляделась, увидела его и устало усмехнулась. Теперь граф Федосеев понимал, о чем говорил Давыдов. Девушка, если приглядываться, выглядела скверно.

   Она и раньше была тонкой и хрупкой, теперь же стала практически прозрачной, похудела еще минимум на несколько килограммов, хотя куда там худеть? Черты лица заострились – видны были только пронзительные синие глаза, кое-где присутствовали следы обморожения, хотя целитель консульства и начал лечение, но этого было явно мало.

   Но этот взгляд, холодный, спокойный, где-то даже насмешливый. Она лишь слегка удивилась, когда его увидела, но потом просто кивнула.

   И тут Алексей Семенович понял, почему интуиция ему подсказала лететь не на самолете компании – она бы отказалась. Повадки, о эти повадки человека, профессионала, который подозревает, что за ним следят.

   Никто бы ничего не понял, уж слишком она осторожна и профессиональна. Но то, как она сканирует взглядом толпу, как подошла к зеркальной витрине поправить шарфик, а на самом деле оглядела весь зал… Это пусть было не очень заметно, но кое-какие выводы граф сделал. Вот только он не спешил их не то что озвучивать, но и обдумывать как следует.

   Ничего в ее прошлом не намекало на то, что Алиса Даргомилова получила специальную подготовку. Если только это не гениальная мистификация, но вряд ли. Тогда что, талант?

   Они практически молчали всю дорогу, а потом неожиданно для себя, граф Федосеев повел девушку не в допросную, а в гостиницу при их службе, в ее почти тюремную часть. Нет, там не было никаких заключенных, там были условия, как в гостинице, но войти и выйти оттуда можно было только по спецпропуску.

   Просто следователь понял, что пока она нормально не отдохнет, разговора не получится. Даже ему, как менталисту, будет сложно работать с уставшим, вымотанным человеком, ведь у него мысли путаются, а эмоции притупляются.

   В общем, он проводил Алису в номер, пообещал, что ей скоро принесут еду и одежду, он даже не знал, что практически повторил то, что было в консульстве, но это было неважно. По-хорошему, ее надо было в медблок, но его почти не охраняют, все же он для своих, а не свидетелей или преступников, да и народу там всегда много. В какую категорию Даргомилову отнести – пока непонятно, а вот то, что ее нужно охранять – очевидно.

   Когда девушку разместили в приличном номере, он отдал соответствующие распоряжения по поводу ее обеспечения и комфорта, а сам отправился в свой кабинет. Туда сейчас стекалась вся инфомация по инциденту, шли проверки ее слов. Хотя граф сомневался, что без привлечения местных властей многое удастся выяснить. А их ставить в известность пока рано.

   Возможно, только возможно, форт удастся проверить своими силами, есть у него одна идея. Насколько она реальна – пока вопрос открытый.

   Беседа с менталистом такой силы – это было интересно. И нет, это не я такая гениальная и мой дар меня предупредил. Куда там! Между нашими уровнями реально пропасть. Это он сам сказал, а чтобы подтвердить свои слова, не стал скрывать применение дара. Постоянно было ощущение, что где-то в черепной коробке перебирают лапками маленькие жучки – не больно, скорее дискомфортно и напряженно.

   Хорошо еще, что он мне дал как следует выспаться, потому что до этого спала я урывками, последний раз нормально только в студенческом хостеле, но и там не удалось в полной мере отдохнуть, потому что я постоянно была в напряжении и ожидала неприятностей, а ребята все это время еще и бузили, громкой музыкой и разговорами за стенкой не давая заснуть.

   Так что к моменту разговора, а точнее, допроса, я наконец-то смогла отдохнуть и привести себя в порядок, надеть чистую новую одежду, в конце концов.

   – Давайте по порядку, – предложил товарищ Иванов, хотя надо даже про себя прекращать называть его товарищем, а то еще сболтну случайно. – Итак, на вас напали в портале, дальше что было?

   Ну я и рассказала, как меня протащили через еще один портал, как бросили в камеру с другими девочками, где я встретилась с Марго.

   – Как вы считаете, могла ли госпожа Горина воздействовать на вас с помощью ментального дара?

   – Камера была антимагическая, к тому же я тоже какой-никакой, а менталист, и разница в силе у нас не такая уж большая. Я, после посвящения первостихии, старалась свой дар развивать.

   – А вам ее поведение не показалось подозрительным?

   – Нет, не показалось, – задумавшись, ответила я. – Она не сделала ничего такого, что бы в сложившейся ситуации смотрелось чужеродно.

   – Может, кто-то другой в камере сделал?

   – Да нет, – отозвалась я. – Многие участвовали?

   – Что?

   – Многие ученики замешаны?

   – С чего вы взяли?

   – Ну я же рассказывала, как нас захватили. Ангарский точно был замешан. Если бы не светошумовая граната, которую он кинул, мы бы, может, еще побарахтались. Плюс, там был еще один, явно его соратник, но как его зовут я не знаю – не пересекались. Так что выводы сделать несложно – некоторые ученики участвовали.

   – Логично. Так что скажете?

   – Нет, в той камере, где я сидела, не было ничего подозрительного, – ответила я, потому что поняла, что Иванов мне тут ничего интересного докладывать не планирует.

   – Что потом?

   – Потом меня вызвали к брату. Я, пока меня вели, запоминала ауры людей, которые встречались в коридоре. По идее, я должна их вспомнить, если увижу.

   – К сожалению, это нам мало поможет, – покачал головой менталист. – Аура, если это не слепок, а просто опознана прямо с человека, ничего не дает, потому что ее могут искажать артефакты. К тому же… Они что, все держали щиты?

   И вот тут я задумалась и было о чем. Вот она, инерция мышления! Я почувствовала – я запомнила. А, собственно, что я запомнила? Я подумала, что это аура, но ведь ауру можно опознать только в момент применения магии. Да и тот деятель, которого я первого убила в канаве, осознав в нем знакомую ауру, тоже щитом не прикрывался, иначе мне не удалось бы его так просто убить.

   – Не держали, – я помотала головой. – Тогда что это было?

   – Вероятно, какой-то артефакт, – пожал плечами товарищ майор… Точнее, господин Иванов, и я без понятия, в каком он звании, но думается, куда выше майора.

   – Ауры были разные.

   – Сколько вы людей видели?

   – Ну, человек десять, может быть, – я прикрыла глаза и начала вспоминать. – Девять, да точно девять нам тогда встретились. Это не считая моего брата и провожатых.

   – И у всех были ауры?

   – Да.

   – Было в них что-то общее.

   – Я не умею…

   – Просто по ощущениям.

   – Я ничего такого не заметила. Но я не так чтобы часто ауры сканирую. Они были обычные, – ответила я, а сама подумала, интересно, почему это его так интересует? Если они не держали щиты и это какой-то артефакт, то что с того? А потом до меня как дошло! – Это точно были человеческие ауры и они были какие-то нестабильные!

   – Нестабильные? Интересно. Ладно, давайте дальше, о чем вы говорили с братом?

   Разговор я в подробностям пересказала несколько раз, ответила на все, в том числе, каверзные вопросы.

   – Значит, ваш брат перехватил управление ритуалом, а потом сдал вашего отца?

   – По его словам.

   – Но вы в это не верите? – пытливо посмотрел на меня Иванов.

   – Я не то что не верю, зная моего братца, все возможно. Просто мне кажется, что тут что-то не так, что-то цепляет. Но я не могу понять, что именно.

   – Например, то, что ваш отец подавал заявку на официальный ритуал получения звания высшего магистра. И заявка эта находилась в процессе согласования. Еще месяц, может, два, и она была бы согласована. Там не было никаких юридических препятствий. Ваш отец даже успел уже все оплатить.

   Я ошарашено посмотрела на Иванова.

   – Но зачем тогда?

   – Мы тоже не понимали, а от князя Даргомилова мы так внятного ответа и не получили. Хотя теперь многое становится понятным.

   – Что именно?

   – Ритуал, по всей видимости, проводил ваш брат, а отец взял вину на себя. Не то чтобы он был совсем не виноват, но Виктор слишком молод и слаб, чтобы принять столько силы, сколько высвобождается в этом ритуале. Вероятно, ваш отец ему помогал подчинить магию. Иначе ваш брат уже давно бы умер, не переварив такое количество энергии.

   – Но разрешение? Он же мог его получить как отец. Если были деньги, а препятствий не было.

   – Ему бы как раз никто не разрешил. Да и не думаю, что ваш отец был в курсе до того момента, когда не стало поздно.

   – Сумасшествие какое-то! Виктор, конечно, та еще тварь, но он ведь не идиот?

   – Вы меня об этом спрашиваете? – усмехнулся Иванов. – Я не знаю, что вам ответить. Такой ритуал очень опасен, но это путь к большой силе, многие рискуют.

   – Силе? – я усмехнулась. Не чувствовала я в Викторе этой большой силы. Да и с магами, которые явно владеют магией лучше меня, я справлялась пусть и не играючи, но все же это было не так сложно, не так, что мышцы рвутся от напряжения, нет, ничего такого. – Это ведь пустая сила.

   – Где-то я с вами согласен, – в ответ Иванов тоже усмехнулся. Видимо, он понял, о чем я подумала. Ну еще бы, он же сильный менталист! – Теперь расскажите о побеге.

   Я поняла, что он не слишком хочет обсуждать ритуал и отвечать на мои вопросы. Ну а что? Получается, их служба ошиблась, обвинив во всем моего отца, и мало того, что казнила невиновного, так еще и получила из-за своей невнимательности кучу проблем и десятки, если не сотни, трупов. Хотя если бы не Виктор, то использовали бы кого-то другого с тем же результатом.

   Впрочем, моя семья в любом случае была виновата, не отец, так брат. Так что не исключено, что и я тоже получу свою порцию санкций. Может, меня даже разжалуют из княжон. А не хотелось бы, я уже привыкла. К тому же в этом мире аристократкой быть очень важно, обычный человек тут никто.

   Что ж, о побеге я рассказала, намеренно путаясь во времени. Не знаю, поверил он или нет, но мне надо было, чтобы он меня не связал со смертью тех двух деятелей. Нет, мне бы никто ничего не предъявил, но не слишком ли это круто для обычной школьницы?

   Там и так могут вопросы возникнуть, зачем я по карманам распихала кустарные средства для взлома замков. Как я вообще электронный замок сломала. Теперь, когда я уже могла рассуждать здраво, у меня тоже возникали такие вопросы. Такое ощущение, что все это было какой-то бутафорией, постановкой, но в то же время реально. Я ведь не могла просто открыть дверь и выйти, нет, пришлось идти на ухищрения, правда, не очень сильные, я убила тех охранников, что тоже вполне по-настоящему.

   О своих сомнениях я Иванову говорить, конечно, не стала. Пусть сам разбирается. Я только прошлась по фактам. Он вполне может определить вру я где-то или нет. Но я не соврала нигде, вплоть до прыжка в море.

   – Я только одного не понимаю, Алиса?

   – Чего? – спросила я, чувствуя, что сейчас будет какая-то подстава.

   – Как вы прыгнули в море и проплыли такое расстояние в штормовом море в ледяной воде, если не умеете плавать? В вашем личном деле стоит пометка, что вы панически боитесь воды.

   “Я не умею плавать?!” – про себя удивилась я. Плавала я всегда очень хорошо и воду любила. И тут до меня дошло, что я не совсем Алиса, а эту часть ее воспоминаний мне даже в голову не пришло распаковать. Я просто даже об этом не знала, не было у нас в школе бассейна и плавать мне было негде, и думать об этом не было повода.

   Так вот почему Виктор не думал, что я прыгну!

   – Вы удивлены?

   – Немного, – почти честно ответила я, потому что удивлена я была много.

   – С того момента, как вы тонули в пятилетнем возрасте и ваша мать ценой своей жизни спасла вас, вы боитесь воды, – уже не так уверенно ответил Иванов, внимательно следя за моим выражением лица. Он-то как менталист понимал, что я на самом деле удивилась. – Похоже для вас это новость?

   Я, кажется, начинаю догадываться, за что меня так ненавидел брат и недолюбливал отец. Вероятно, я полезла туда, куда не должна была, из-за моих действий Виктор лишился матери, а отец жены.

   – Честно говоря, да, новость. Я не особенно люблю воду, – соврала я, – да, но плавать умею. Однако, если бы не магия, я бы в море утонула.

   – Вы никогда не плавали в пансионе. В личном деле отметка, что у вас патологическая боязнь воды.

   – Я бассейны не люблю, – поморщилась я. Что, кстати, была правда. Мне все время казалось, что там можно что-то подцепить. – К тому же, когда я прыгала в море, я не очень хорошо подумала, если честно. Но и другого варианта сбежать я тоже не видела.

   И это тоже была правда. Иванов это понял, задумчиво посмотрел на меня, но больше ничего не сказал, а предложил продолжить наш разговор позже.

ГЛАВА 6

Я уже три дня жила в гостинице при Службе Имперской безопасности, и мне было откровенно скучно, поэтому я, в очередной раз, когда мне принесли еду, попросила передать господину Иванову, что я прошу разрешения воспользоваться библиотекой или чтобы мне принесли какие-то книги.

   Разрешения выходить в общественные места, такие как столовая или библиотека, я так и не получила, зато что получила, так это компьютер с доступом в интернет. Телефон у меня уже был, но вы попробуйте учиться или просто даже что-то читать с телефона постоянно! Естественно, куда я захожу и что я там читаю, строго контролировалось. Кстати, надо потом будет озаботиться чистым аппаратом.

   Только тут это не так просто, как в том мире. Это там, хоть сим-карты и контролировали, но так, спустя рукава, по крайней мере, в нашей стране, тут же такого понятия вообще не существовало, телефоны работали на артефактах, и контролю подлежал каждый аппарат. Продавался он только по документам и подключался по идентификатору магической ауры, если человек – маг, а если не маг, то по отпечаткам пальцев, которые записывались на этот самый артефакт. Поэтому купить новый аппарат, если поехал в другую страну, было сложно и дорого.

   Нет, я уверена, что где-то был черный рынок, где можно купить чистый аппарат, оформленный на какого-нибудь бомжа или давно умершего старика, тело которого где-то спрятали или уничтожили. Может, есть и еще какой-нибудь способ достать записанный на другого человека телефон, но тут я была не в курсе тонкостей работы артефакта-идентификатора, так что гадать можно до бесконечности.

   Но до момента, когда я даже смогу поискать информацию об этом, еще дожить надо. Сейчас же у меня был только ноутбук и обширнейшие библиотеки, в том числе, наша школьная, университетская, да и обычные, у которых были каталоги с оцифрованными книгами, тоже были в моем распоряжении. Поэтому надо возвращаться к жизни, а не выживанию, и думать, как я буду действовать дальше.

   Товарищ, тьфу ты, господин Иванов вызывал меня за эти три дня на допросы еще два раза и сказал, что сейчас решается вопрос с переправкой выживших учеников всех трех школ в защищенное место. Сейчас школы тоже охраняют, но это временная мера. Поэтому в гостинице я проведу еще неделю, максимум, две.

   То есть через две недели передо мной встанут все те же вопросы, что были до этого. Первый – вопрос безопасности. Он меня и раньше волновал, потому что меня и до этого пытались похитить, и скорее всего те же самые люди. Нет, на сто процентов это утверждать нельзя, все же казнь моего отца многим могла развязать руки, но более вероятно, что за мной охотятся не все подряд, а одни и те же бандиты.

   Да, когда я приехала в школу, вопрос выживания несколько отодвинулся, но сейчас его смело можно ставить на первое место. Мне нужно восстановить свой запас полезной канцелярии, рассованной по всем карманам. Как показала практика, в этом есть больше смысла, чем во всяких шокерах. Но и их не стоит сбрасывать со счетов, как и любое другое оружие, которое я смогу достать. Надо приложить к этому больше усилий, а не оставлять на самотек.

   Второе – деньги. Да, тов… господин Иванов обещал мне премию за информацию, верно понимая, что я нахожусь в довольно стесненной финансовой ситуации. Я даже было чуть не отказалась, потому что делилась всем, что знаю о похищениях, не для того, чтобы заработать. Но премия – это единоразовая акция, я как бы не собираюсь попадать в плен и сбегать на постоянной основе. Мне же нужен источник постоянного дохода.

   Мы с ребятами планировали развивать бизнес простых артефактов, но кто из ребят выжил, было не ясно.

   Я точно знала, Иванов сказал, что Катю, нашу светлую, и Линского тоже похитили, что Муравьев жив, но сильно ранен, что с занозой Миних почти все в порядке, но она получила прикладом по голове, когда поняла что происходит и рванула к порталу, где был Денис. Ее из школы забрал отец и теперь не выпускает из поместья. Мне очень хотелось ей позвонить, но пока было нельзя, никто не должен был знать, что я сбежала. Близняшки тоже в порядке, но у них та же ситуация, как и Светы, семья у них есть, а в школу этих двух оторв отправили исключительно в силу поганого характера и отсутствия каких бы то ни было тормозов, но домой их не забрали.

   К сожалению, погибла Сина, ее не просто случайно убили, ее казнили выстрелом в голову. Ее и в прошлый раз по какой-то причине хотели убить, хотя она не потеряла семью, но думаю, что тут дело в ее отце-дипломате.

   Непонятная ситуация с Гориными. Именно поэтому господин Иванов меня расспрашивал о Марго подробно. Дело в том, что их похитили на день раньше, Багряков тем же вечером ездил в полицейское управление, писал заявление о пропаже. Но странно то, что они вовсе не сироты, семья у них есть, да, не очень сильная, да, они отправили детей в государственную школу просто потому, что хорошее частное учебное заведение для аристократов не могут оплачивать. Но это явно не тот типаж, который похищают или убивают, они были по своим параметрам ближе к Миних и близнецам.

   У меня было подозрение и я им поделилась: думаю, дело в том, что Марго – менталист. И в отличие от меня, она уже ученик, а значит детям, не владеющим ментальным даром, может промыть мозги. По крайней мере, попытаться. Наверняка у них есть взрослые менталисты с более развитым даром, но почему бы не воспользоваться, если само в руки плывет? И ее заставят сотрудничать, потому что ее брат тоже у них.

   Иванов признал, что это моя версия может быть правильной.

   Так вот, о бизнесе… Минимум половина из нашей компании сейчас в форте, по остальным непонятно, но безопасник обещал узнать. Только было это три дня назад. То ли он забыл, хотя такие люди ни о чем не забывают, то ли не захотел сообщать плохие новости.

   Но в любом случае мне надо хотя бы для своей безопасности заняться производством артефактов, и как можно более продвинутых, поэтому я открыла университетский курс по артефакторике, нашла в школьном каталоге справочники, чтобы обращаться к ним, если что-то непонятно, и приступила к изучению.

   Может, производство артефактов для школьников и не лучший вариант, но вот прямо сейчас я ничего другого придумать не могу. И вряд ли на новом месте, куда отвезут остатки нашей и других школ, будет возможность делать что-то другое. Сомневаюсь, что нас будут оттуда выпускать, чтобы чем-то заняться в городе. Если, конечно, город вообще будет поблизости.

   Если я правильно поняла Иванова, перевезут нас не в Тобольск.

   От нечего делать я начала в перерывах между учебой заниматься спортом в своем номере. Тут тренажеров не было, конечно, но и просто отжиматься и качать пресс не помешает. Да, за мной, вероятно, наблюдают, но это ничего не меняет.

   Я же не могу проводить здесь эксперименты с артефактами, тут нет подходящих условий, да и у меня ничего нет из оборудования. Интересно, кстати, я смогу как-нибудь забрать свои вещи из Тобольска? Ладно шмотки, хотя и их жалко. Но у меня там артефактный набор, плюс моя заначка полезной канцелярии.

   Но требовать встречи с безопасником из-за такого пустячного вопроса я не решилась. Хотя бы потому, что это можно уточнить, когда меня будут перевозить. Если не разрешат заехать, я хотя бы близняшкам позвоню, чтобы они мои вещи собрали. В нашем блоке остались только они.

   А на следующий день меня еще раз вызвал к себе Иванов и попросил нарисовать план крепости, если я помню как и куда бежала. Помню ли я? Ну я же его сама специально запоминала, а потом в памяти восстанавливала. Но естественно, я видела далеко не все, так что не знаю, чем этот маленький кусочек коридоров и переходов поможет безопаснику.

   – Вы что, собираетесь его штурмовать? – спросила я, когда закончила со схемами.

   Иванов долго на меня смотрел, но ничего вразумительного на этот вопрос не ответил.

   – Будьте готовы, вас перевезут через пару дней, – в итоге сказал он и пошел к двери.

   – Это ошибка, – в спину ему бросила я. Безопасник будто споткнулся, но опять промолчал.

   А я подумала, что может с помощью магии у них что-то и получится, но скорее нет, чем да. Слишком опасно, слишком много переменных, слишком много тех, кто попадет под огонь. Надо что-то другое придумать. Это если всех вообще в другое место не перевезли после моего побега.

   Ведь думаю, что братец уже знает, что я не только выбралась, но и уже в Российской Империи. Надеется, что его прикроют Скандинавские власти? Ну не знаю, не знаю, это все же международный скандал. И я бы играла именно на этом. В том мире. В этом, к сожалению, не получится, заложников тогда точно перевезут.

   За день до отъезда меня опять вызвал товарищ Иванов, хотя мне казалось, что мы уже все обговорили. И да, я себя, с одной стороны, корила за то, что сказала ему, что штурм – это плохая идея, но с другой, я не могла этого не сказать.

   Поскольку от меня принятие решения не зависело, надо было хотя бы себе показать, что я сделала все возможное, чтобы тот не состоялся. Да, да, они лучше знают, более компетентны в этом вопросе, хорошо представляют реалии этого мира, в отличие от… не будем показывать пальцем. Но мне все равно казалось, что штурмовать нельзя.

   Пока лодки причалят к берегу, пока спецназ взберется на стены, бандиты уже успеют перестрелять заложников или минимум ими прикрыться. Не говоря про то, что далеко не каждое спецподразделение учат штурмовать средневековые крепости. Да, с магией все проще, но так она есть не только у нападающих штурмовиков. И тут будет сложно застать похитителей врасплох, как это сделала я.

   Не говоря уже о том, что пострелушки в помещениях, где сидят дети – так себе идея. Они, конечно, сидят в закрытых камерах, только я на собственной шкуре видела, какие там двери и стены. По-сути, это наспех составленная бутафория, рассчитанная на страх и неумение здешних людей обходиться без дара. Любой парень из нашей школы может вышибить дверь антимагического карцера ногой, да и если на стену приналяжет, тоже ее снесет. Временная постройка ведь.

   Хотя, тут я не уверена. Временными были антимагические карцеры, но далеко не факт, что все остальное такое же. Все же, скорее всего, это бывшая тюрьма и там были нормальные камеры с прутьями, решетками и прочими замками, а не это вот непотребство. Но я своими глазами этого не видела, к тому же одаренные детишки из таких камер выберутся настолько быстро, что “ой” сказать не успеешь. Вот и пришлось им, видимо, думать, как их всех размещать. По крайней мере, больше нечем объяснить хлипкость конструкции.

   В общем, штурм - опасная затея. Я подробно это все объясняла Иванову, но он, кажется, не очень понимает, насколько это все зыбко. Впрочем, что я могу сделать? Попытаюсь еще раз его убедить, конечно, раз он меня все равно позвал.

   В сопровождении дежурного я прошла в переговорную. В последние дни, когда мы общались, то делали это не в допросной, а во вполне себе комфортабельном кабинете без всего этого тюремного антуража. Не знаю уж, в первый раз он меня попугать хотел или это по недомыслию он запихнул девочку, которая сбежала из плена, в комнату с серыми стенами и прикрученной к полу мебелью. Даже если бы я что-то учудила, думаю, он бы со мной справился, так что смысла в этом не было никакого.

   Я поздоровалась с безопасником, села на предложенное место за круглый стол напротив него.

   – Алиса, у меня серьезный разговор к вам и серьезное предложение. Сразу скажу, что если вы откажетесь, то никаких санкций не будет.

   – Вот как? Интересно, – кивнула я, почувствовав, как под черепной коробкой поползли жучки ментального дара. Скривилась.

   – Простите, это необходимо, – абсолютно без раскаяния в ответ сказал мужчина.

   – Слушаю вас.

   – Завтра вы поедете в новую школу. Сейчас там собрали всех выживших в трех нападениях. В основном, конечно, из вашей бывшей школы в Тобольске, – я кивнула, принимая информацию. Он так и не сказал, где именно будет эта самая школа, но это и не важно, все равно я туда поеду, хочу или нет. – Так вот, у меня к вам деловое предложение.

   Иванов, кажется, замялся, подбирая слова, что было на него абсолютно не похоже. Но я не стала его торопить, чувствую, вопрос серьезный. И мне не понравится то, что он мне скажет.

   – Вы же знаете и сами об этом говорили, что в школах были ученики, которые были заодно с похитителями, – я кивнула. – Мы не уверены, что они все ушли со своими начальниками или хозяевами – не знаем пока, какие в этой группе отношения.

   – Это логично, – насторожилась я.

   – Так вот, я бы хотел, чтобы вы помогли их выявить.

   – Каким образом? Поймите меня правильно, Иван Иванович, но я не следователь. Почему бы вам просто не допросить учеников?

   Была, была у меня мыслишка, как их можно выявить, но мне она активно не нравилась. Все же я диверсант, а не следователь и не разведчик.

   – Допросить? – мужчина усмехнулся. – Если бы все было так просто, то мы бы уже давно всех выявили, – ответил он, но пояснять, в чем проблема, не стал.

   – Хорошо, зайдем с другой стороны. Что конкретно вы от меня хотите и что предлагаете?

   – Мне бы хотелось, чтобы вы поехали в школу и просто начали учиться, при этом постарались наладить отношения, дружеские или деловые, с как можно большим количеством учеников.

   – Деловые, говорите? – я побарабанила пальцами по столу.

   – Мне доложили, что вы с вашими товарищами до нападения хотели развивать бизнес, связанный с артефактами.

   – Да, вот только Линского похитили. А что с остальными – я не знаю.

   – Я предоставлю вам эту информацию.

   – Я еще не согласилась. Не совсем понимаю, как я смогу выяснить интересующую вас информацию, – прикинулась я дурочкой.

   – Это и не требуется. Они, думаю, выйдут на вас сами.

   – То есть это ловля на живца? – я усмехнулась.

   – Вы удивительно догадливы для своих семнадцати лет.

   – А какие еще варианты? Либо я как-то завожу со всеми подряд разговоры, не предатели ли они, что глупо, либо они заводят со мной подозрительные разговоры, что еще глупее, либо же мы ждем, пока на меня нападут, – я посмотрела в глаза Иванову.

   – Вы должны присматриваться и прислушиваться к разговорам.

   – Только в кино бывает так, что злобные преступники при посторонних начинают обсуждать свои страшные планы, – хмыкнула я.

   – Тем не менее. Вы умная девушка, если услышите что-то подозрительное, что-то что цепляет слух, кажется неправильным, вы мне об этом сообщите?

   – Допустим. Что с ловлей на живца? Как вы сможете прикрыть меня в школе?

   – Вы не сможете выйти с объекта, а если вас попытаются вывезти, то мы пресечем попытку.

   – Зыбко. Что если они захотят меня не захватить, а убить?

   – Мы думаем, что вы зачем-то нужны вашему брату.

   – Я в этом сильно сомневаюсь. Единственное желание Виктора – поиздеваться и убить меня собственноручно. Но вряд ли он из-за этого поставит под угрозу планы своего руководства. Он уже один раз облажался и сомневаюсь, что ему это скоро забудут.

   – В ваших словах есть зерно истины. Но что вы предлагаете? Вы же не можете остаться тут навсегда.

   Вообще, логично, конечно. В школу все равно придется возвращаться. И хорошо бы, чтобы меня прикрывали.

   – Тревожная кнопка? – я опять забарабанила пальцами по столу. – И относительная свобода действий.

   – Если вы о том, чтобы убивать тех, кто на вас нападет?..

   – Я не собираюсь никого убивать специально, но такая ситуация может возникнуть.

   – Если вашей жизни будет угрожать опасность – вы в своем праве. Вам за убийство бретера ведь никто ничего не предъявил. Хотя могли.

   – Не могли, все было по правилам.

   – Ладно, допустим. Ваша идея с тревожной кнопкой принята. Но вы должны понимать, что она позволит не только вызвать на помощь, но и контролировать, где вы находитесь. Это для вашей же безопасности. Мы не сможем вам оперативно помочь, если не будем знать, где вы. Фото людей, которые будут в курсе, я вам покажу. Доверять только им.

   – Я поняла.

   – Как я понимаю, вы согласны? – хитро усмехнулся он.

   – Иван Иванович, – я вернула безопаснику усмешку. – Я пока в вашей конторе не работаю, а за любую деятельность должна быть награда.

   – Пока? – Иванов еще раз усмехнулся, видимо, подивившись моей наглости.

   Ну а что он думает, я не понимаю что ли, что меня в наглую вербуют? Сначала одно задание, потом другое. И ведь как все обставил – молодец! Если бы он предложил мне быть доносчицей, я бы отказалась. Не из-за того, что это какой-то позор – плевать мне на это. А из-за того, что после этого можно было бы смело отказываться от титула, со мной бы просто никто общаться дальше не стал, а он, титул, в смысле, мне нравится, потому что решает многие проблемы. В предложенной же Ивановым авантюре, я как бы сама участвую в расследовании и не на последних ролях. Правда, роль хоть и главная, но все равно техническая. Впрочем, пока меня это устраивает. Пока.

   – Что ж, ваш намек я понял. О сумме договоримся.

   – Не оскорбляйте меня, – поскучнела я.

   – Чего же вы хотите?

   – Протекцию.

   – Протекцию? – брови безопасника взметнулись вверх. – Какого рода.

   – Протекцию в Академию Госбезопасности, – я ласково, как на ребенка, посмотрела на Иванова.

   А что? Я люблю свою работу, я приду туда в субботу… Тьфу ты! Но я действительно любила свою старую работу и в этом мире не собиралась от нее отказываться. Что еще делать девушке, у которой из всего богатства только титул? Выходить замуж за богатого барона или виконта какого-нибудь?

   Нет уж, у меня есть идея получше. Я хочу работать в том же отделе, что и господин Иванов. Или в похожем. Понятно, что мне, княжне, никто не позволит выполнять точно ту же работу, что у меня была, но отдел по работе с аристократами выглядит перспективно.

   – Хах, удивили, – безопасник задумался на несколько секунд, потом улыбнулся. – Договоримся.

   – Тогда обсудим детали дела, – посерьезнела я.

ГЛАВА 7

Мне все же разрешили позвонить близняшкам и попросить их собрать мои вещи. Конечно, лучше бы все держать в тайне, пока меня не перевезут в новую школу, но ведь там меня все равно увидят.

   Да, немного странноватый подход к ценному свидетелю, но тут с людьми не особо церемонятся. Я себе представить не могу, что было бы в том, прошлом мире, если бы кто-то напал на три школы и вырезал половину учеников. Это могло случиться в какой-нибудь Африке, был вроде случай, когда религиозные фанатики напали на школу для девочек, но не в цивилизованной стране.

   Тут же, ну да, напали – трагедия, но мы живем дальше. А как вы хотели, если прямо сейчас идет шесть клановых войн в острых фазах конфликта, когда выкашивают целыми семействами, а еще несколько кланов находятся на грани открытого противостояния, но пока умучивают друг друга по-тихому. И так по всему миру.

   Нет, то, что произошло, ненормально, но в целом ни у кого какого-то шока не было. Хочешь жить – выгрызи это право зубами, убей всех, кто тебе мешает. С одной стороны, этот мир более жестокий, с другой, и более честный.

   Девочки обрадовались, когда меня услышали. Но, мне кажется, до конца не поверили. Впрочем, я им сказала, что если у них есть сомнения, пусть спросят у Багрякова. Наш главный воспитатель был в курсе дела, но я просто не хотела, чтобы он собирал мои вещи сам, а кому там еще это можно доверить – я не знала.

   В общем, Марину, а я разговаривала именно с ней, удалось убедить, что я – это я, но она сказала, что поверит, когда меня увидит. И что я ей должна потом все-все рассказать о своих приключениях. Но вот с этим проблема – с меня взяли подписку.

   Последний разговор с Ивановым прошел хорошо, мы обо всем договорились. Я же как считала (и небезосновательно), что я из рода, сильно запятнашего себя в разных очень сомнительных схемах, так что Академия Госбезопасности мне не грозит просто потому, что я ненадежна. Нет, меня могут взять потом в Службу Имперской Безопасности, но в качестве кого? Правильно, в качестве девочки на побегушках и расходного материала, а меня это не устраивает.

   И дело не в том, что я сама по себе уже квалифицированный специалист и хочу заниматься чем-то похожим на то, чем занималась раньше. Дело в первостихии. У меня нет таких денег, чтобы развивать ее за свой счет и вряд ли они появятся в ближайшем будущем, а Служба о своих сотрудниках заботится. И чем ценнее сотрудник, тем лучше она будет заботиться – это же очевидно.

   Так что да, я не маленькая семнадцатилетняя девочка, чтобы не думать о будущем, так что я все распланировала заранее.

   Утром, после завтрака, за мной пришли. Мне позволили взять то, что я захочу, но я взяла только одежду и телефон, потому что только его потеряла. Все остальное, в том числе учебный планшет, оставшийся в школе, должны были собрать и привезти девочки. Очень хотелось взять ноутбук, но мне показалось, что это перебор, тем более что я именно в нем ничего не записывала, только просматривала учебные материалы, а писать предпочитала в тетрадке от руки. Нет, ничего секретного, просто я не знала, позволят ли мне взять технику. Позволили, но в последний момент мне казалось, что это неправильно.

   Меня привели на вертолетную площадку. Ну, точнее, тут же авиатехника шагнула немного вперед и даже самолет выглядели как флаеры из фантастических книг. Вместо вертолетов тут были те же флаеры, только поменьше, буквально как в книжках про летающие машины. Только правила полетов на таких были как в том мире, то есть не каждый мог рассекать по небу на такой вот штуке. Нет, четыре колеса и по земле – это для обычных людей, а летающая техника для привилегированных, богатых или просто специальных служб.

   В общем, меня погрузили в такую машинку и мы быстро поднялись в небо, но летели невысоко, может, где-то на километре, так что был хороший обзор. Видимо, эти маленькие флаеры слишком легкие, чтобы подниматься выше – там с ветрами не справятся.

   Полетели мы куда-то на Юго-Восток, мне показалось. Но я рано подумала, что новая школа где-то недалеко, мы летели шесть часов и опустились на такую же вертолетную площадку где-то в горах.

   Я вышла и огляделась. Это однозначно была военная база из тех, что выглядят, как крепости. Впрочем, сейчас везде велись работы, вероятно ее укрепляли. Но как по мне, это глупо. Нападавшие уже убили и захватили всех, кого хотели. Этим надо было раньше заниматься. И не из-за меня они тут стройку затеяли. Если бы Иванов всерьез думал, что мне угрожает опасность, он бы меня сюда не отправил.

   Хотя да, честно, я беспокоилась, что наш флаер просто собьют. И не только я, учитывая то, что иногда мы делали очень резкие виражи и летели в другую сторону, петляя по маршруту. Сомневаюсь, что на нас там ракеты наводили, но вот следы мы, кажется, пытались запутать.

   Высадив меня, флаер тут же улетел, потому что посадочная площадка тут была одна, а на посадку уже шел другой аппарат, побольше моего. Учеников начали перевозить еще вчера, как я знала, так что воздушное движение тут было интенсивное.

   Это все я, разумеется, рассматривала с приличного расстояния, не с самой площадки – пришлось отойти, но куда дальше, я не знала.

   – Даргомилова! – мне помахали от ближайшего здания. Кто-то подозрительно знакомый помахал.

   – Максим Максимович, здравствуйте, – я подошла к преподавателю. – Как вы? Мне сказали, что вас сильно ранили.

   Так-то Максинский выглядел прилично и даже стоял почти прямо, хотя нет-нет, да и тянулась его рука к боку – то ли подстрелили, то ли техникой какой-то приложили.

   – Уже лучше, спасибо, – мужчина даже не стал кривиться, хотя мой вопрос несколько выходил за грань дозволенного. – Мне тут про вас интересную историю рассказали… Поделитесь?

   – Вы же знаете, – я внимательно на него посмотрела, – что я подписывала документы о неразглашении. Но да, я сбежала от похитителей – это правда.

   – Я в этом почему-то не сомневался, – хмыкнул тот. – Ладно, пойдемте, разместим вас.

   Максинский подвел меня к одному из невысоких зданий. Таких было на территории новой школы пять или шесть. Три этажа, судя по всему, возведены недавно из быстрых сборных конструкций. Это все намекало на то, что готовить новое место начали раньше последних нападений, уже после Суздаля. Ну или эти сооружения строили для кого-то другого, но в итоге отдали под школу.

   Мы поднялись на третий этаж, тут был коридор с десятком дверей. Все было похоже на то, что у нас было раньше, но менее обжитое.

   – Проходите, вот ваша комната. Ваша соседка еще не приехала, – магистр открыл одну из дверей, пропуская меня вперед.

   – Это будет кто-то из моих знакомых?

   – Нет, девочка из Петропавловска, одна из немногих выживших. Вы ведь знаете?

   – Да, я в курсе, – ответила я, скривившись.

   – Сначала хотели вас с Миних поселить, – усмехнулся Максинский. – Мне показалось, что вы уже притерлись друг к другу, так что будете не против.

   – Я слышала, что ей скостили наказание и отправили домой.

   – Верно, но она опять отличилась и потребовала, чтобы ее вернули обратно. Приедет она завтра, так что обживайтесь.

   Ну, Светалина в своем репертуаре! Нет, я подозреваю, что дело в Линском, но ведь его здесь нет. И не факт, что он появится, по крайней мере, в ближайшее время. Хотя, может, тут еще и жажда приключений, она же – шило в мягком месте, что во всех действиях Миних играет важную роль.

   – И что же? Почему ее поселили не ко мне в итоге?

   – Миних поселили пока отдельно, ей надо прийти в себя. Да и вам будет интересная компания, – загадочно ответил магистр, но развивать тему не стал. А я не стала настаивать. Когда она приедет, сама спрошу.

   – А близняшки Заверниские? Они должны были собрать мои вещи и привезти.

   – Они прилетят после обеда. Но жить будут в другом корпусе, эм… – Максинский достал свой телефон, с чем-то сверился. – Четвертый корпус, второй этаж, комната пятнадцать.

   – Спасибо, – поблагодарила я преподавателя.

   – Да не за что. Обед в корпусе номер один, это такой большой, ближе к центру территории.

   На этом мы с Максинским распрощались. Мне показалось, что ему даже стоять по прошествии этих десяти минут стало тяжело, так зачем он взял на себя миссию разводить студентов по комнатам? Это мог сделать любой. Или это только я такой чести удостоилась?

   Я осмотрела помещение, в котором теперь предстояло жить. Ну, обстановка спартанская, хотя не сильно отличается от той, в которой я жила в Тобольске. Тут был шкаф, кровать, стол и стул на каждую – все. Ни тумбочек, ни комодов, ни зеркал.

   Была только при входе еще одна дверца, я ее толкнула, и оказалась в крошечном санузле. Но зато он был на двоих! Не нужно было теперь нестись, чтобы очередь занять. Хотя кто ее знает, какая у меня будет соседка?

   Я выбрала кровать, разобрала свои вещи и поняла, что уже пора идти на обед. Есть хотелось зверски, потому что я сегодня перекусила только очень рано утром, а в полете мне предложили только бутылку воды. Впрочем, это же был не пассажирский рейс со всем его комфортом.

   Быстро разобравшись с немногочисленным скарбом, я закрыла дверь и пошла в столовую. И да, в отличие от того общежития, тут все двери запирались на ключ. Не знаю уж, что и от кого эти замки призваны защитить.

   Слава богу, что тут никого не заставляют ходить строем, потому что когда я при приземлении увидела военных, напряглась, что теперь мы в армии, как пелось в одной песне там. Не знаю, есть ли такая здесь, но сомневаюсь. В этом мире призывных вооруженных сил нет, а армия – единственный способ для неаристократа хоть немного пробиться, так что всегда много желающих.

   Я без приключений дошла до столовой, меня никто не остановил, документы не потребовал, маршировать не заставил. Да и в целом у меня было время нормально осмотреться. На самом деле, жилых модулей тут было больше, чем мне сначала показалось. Они и с другой стороны от административных корпусов находились – за ними прятались.

   Отметила для себя место жительства близняшек – это было соседнее строение.

   В столовой народу было немного – еще мало кого успели перевезти. Как я поняла, тут находились те, кого везли из Петропавловска и те, кого из Суздаля переместили прямо сюда, минуя Тобольств. Точнее, их должны были везти в нашу старую школу, но не успели до инцидента, поэтому решили отправить прямо сюда.

   Оглядев зал, я увидела Ксению и помахала ей рукой. Поскольку она сидела одна, я решила составить ей компанию. С пользой для дела. Та увидела меня и помахала в ответ.

   – Привет! – подошла я к ней с подносом. – Можно?

   И тут неожиданно Ксения вскочила и обняла меня. Я аж растерялась. Хорошо хоть поднос успела поставить. Мы ведь с артефакторшей просто хорошие знакомые, друзьями не были, так что такое проявление чувств от всегда тихой и спокойной девушки меня немного удивило.

   – Ты как? Я слышала, тебя ранили?

   Да, такова была легенда для тех, кого там не было и кто меня не знает. Понятно, что слухи поползут, потому что часть думает, что я была в лазарете, часть там реально была и меня не видела, а кто-то, например, Миних, знает точно, что меня похитили. На самом деле, мы обговорили этот момент с Ивановым и решили, ну, точнее, он решил, сделать так специально. У людей появится много вопросов, они захотят их обсудить, возможно даже со мной. Чем не повод пообщаться, присмотреться?

   – Да, по голове сильно стукнули, – ответила я, присаживаясь. – Ты-то сама как?

   – Как? Это хороший вопрос, – тихо ответила Ксения. – Ты ведь знаешь, что Мишу Савьянова убили?

   Я кивнула. Да, мне безопасник предоставил уже информацию по участникам нашего бизнеса. Жаль парня, к тому же он был нашим боссом и главным по поиску клиентов.

   – А Денис Линский пропал.

   – Да, это я тоже в курсе.

   – Я опять одна осталась. А заказов стало очень много – все боятся. Хорошо хоть ты вернулась, теперь возьмешь на себя хоть часть. Возьмешь ведь?

   – Возьму, – с готовностью ответила я. – Только мне артефактный набор должны привезти в ближайшее время – пока его нет.

   – Это ты не видела нашу новую лабораторию! Там все необходимое есть, приходи – пользуйся. Даже заготовки просто так дают всем желающим.

   – Прям бесплатно?

   – Ну не то чтобы, – хмыкнула Ксения. – Если для себя делаешь или тренируешься в рамках учебного курса, то да, бесплатно. А вот если для продажи, то платишь по себестоимости, но там реально копейки.

   – А если нужна тренировка не в рамках учебного курса?

   – Вот это я не знаю, я же стандартные делаю. Да и сейчас времени нет особо что-то придумывать. Если уж честно.

   – А для себя? – ухмыльнулась я.

   – У тебя есть конкретные предложения?

   – Ну, я пока лежала в госпитале, кое-что почитала из университетской программы. Думаю, смогу адаптировать, но надо пробовать. Поможешь с тестами? Если получится, мы больше заработаем.

   – Давай так, – Ксения задумалась, – начнем с тех заказов, что уже есть, а в свободное время займемся твоими разработками. Может, я тоже что-нибудь подскажу или придумаю. Но сейчас надо выполнить заказы. К тому же, любой заказчик – потенциальный клиент в долгосрочной перспективе.

   – Верно мыслишь. Когда начнем?

   – Ну, пока всех не перевезли, занятий почти нет, еще даже не все преподаватели приехали. Кстати, не забудь посмотреть расписание, всем уже разослали на планшеты. Может, у вас, первого курса, и есть что-нибудь.

   – Нет у меня пока планшета. Девочки, соседки бывшие, должны привезти мои вещи.

   – А, ну ладно. Я это к чему? Так вот, пока занятий нет, можно ударно поработать в лаборатории. Как тебе идея?

   – Я всецело за, но сначала дождусь девочек, они после обеда должны приехать и вещи заберу. Потом к тебе присоединюсь, договорились?

   – Хорошо, – кивнула девушка, и мы все же начали есть.

   А под конец обеда в столовую стали заходить те, кто прилетел на последнем флаере. Звук его посадки мы прекрасно отсюда слышали.

   Близняшек я тоже увидела, но они были в компании однокурсников и я пока не стала подходить, решила дождаться, когда они поедят. К тому же, они-то как раз знали достоверно от Миних, что меня тоже похитили, и мне пока не хотелось, чтобы они при всех стали меня расспрашивать.

   Я, тем временем, подробно расспросила у Ксюши, где артефакторная лаборатория, а потом пошла к корпусу девочек и, просто сев на крыльцо, стала их ждать. Была мысль, конечно, вместе с артефакторшей пойти сразу посмотреть, что там и как, но я боялась упустить близняшек. Вряд ли ведь они будут до вечера сидеть в своей комнате и меня дожидаться.

   Девочки подошли после обеда, но не одни, а в компании своих новых соседок по общежитию. Видимо, их всех вместе сегодня привезли и заселили.

   – Привет, пойдем, – сказала Марина и повела в свою комнату.

   Вот когда мы трое вошли и дверь за нами закрылась, мы обнялись.

   – Мы подумали, что не стоит всем говорить, что мы твои вещи привезли, – усмехнулась Марьяна.

   – Все правильно, – кивнула я этим доморощенным шпионкам. А я, пока мы шли к их комнате, думала, чем их обидеть успела, что они сделали при виде меня постные лица.

   – Расскажешь?

   – Простите, – я развела руки, извиняясь. – Подписывала бумаги о неразглашении. Могу сказать только то, что я действительно сбежала, но остальным помочь я в тот момент не могла. Служба Имперской безопасности в курсе всего.

   – Да это понятно, тебя никто не обвиняет, – махнула Марина. – Просто все это как-то…

   – Страшно?

   – Сложно. Непонятно, по какому принципу выбирали, кого похищать, а кого убивать. А в Петропавловске вообще всех убили.

   – Не всех. У меня новая соседка оттуда. Правда, я пока ее не видела.

   – Ты поаккуратнее с ней, – враз посерьезнела Марьяна.

   – Почему это? – заинтересовалась я. Нет, мне-то было все понятно, а вот что понятно девочкам – это вопрос.

   – Ходят слухи по всей школе, что кто-то из учеников тоже участвовал в похищениях. Миних даже говорила, как видела, что несколько человек переглядывались с нападавшими и их не трогали. А потом эти люди пропали из школы. Ну, так говорят. Вообще, ничего достоверно неизвестно. Жаль, что она уехала.

   – Она вернется – мне сегодня Максинский сказал. Попросила, чтобы ее обратно отправили.

   – Сумасшедшая! – с некоторым восхищением, переглянувшись, воскликнули сестры.

   – Есть немного, – хмыкнула я. – Но все, я побежала, меня там ждут. Вас, кстати, тоже, так что не буду задерживать. Давайте на ужине встретимся. Только это…

   – Да, мы поняли. Молчим о твоих приключениях. Хотя подробностей мы все равно не знаем.

   А мне Иванов не говорил, что Света ему кого-то сдала, но по всему выходит, что так и есть. А еще мне тогда понятна идея поселить ее отдельно от меня. Что-то мне кажется, что она такая же наживка, как и я. Не знаю только, согласился ли на это ее отец, но если нет и если он узнает, то скандал будет страшный. А Миних, что Миних? Она за любой кипеш, кроме голодовки.

   – Вот твои вещи, кстати. Только сразу хочу сказать, что несколько дней назад приходил какой-то человек с Багряковым, обыскивал твою комнату. Только мы не знаем, его твои вещи интересовали или Сины. Ты, кстати, знаешь?

   – Да, знаю. Жаль ее, хорошая она была. А за информацию спасибо, – я взяла чемодан.

   Еще раз поблагодарив девочек, решила все же не отступать от плана и идти искать Ксеню. К тому же близняшек уже звали на прогулку соседи. Они хотели и меня захватить, я же тоже еще ничего не видела, и я была бы не против, если бы не обещала артефакторше. А негоже начинать совместную трудовую деятельность с такой мелкой необязательности – она же будет меня ждать.

   Так что, закинув чемодан в комнату и достав из него только планшет, я пошла искать артефакторную лабораторию. Благо, новую карту кампуса нам тоже скинули вместе с расписанием.

ГЛАВА 8

Весь оставшийся день я работала над артефактами, помогала Ксении. И надо было действовать быстро, потому что к нам уже начали подходить заказчики. По совету покойного уже теперь Миши Савьянова, мы за заказчиками не бегали, ничего им сами не относили, в долг не работали и вели себя максимально строго. Ну а что, это бизнес, что вы хотите?

   Вечером мы вместе пошли на ужин, но там уже народу прибавилось, поэтому я не удивилась, когда напарница увидела своих одногруппников и убежала к ним. Мне же опять помахали близняшки и наши ребята из группы Смиляны. Сама она тоже была похищена, Муравьев серьезно ранен, но вот двое оставшихся парней были тут и жаждали поделиться новостями.

   – Как там ваша отмороженная? – спросил один из них, явно обращаясь ко мне.

   – Ты про кого? – нет, я подозревала, конечно…

   – Миних. Говорят, ее убирали из школы, но она чуть ли не с боем прорвалась обратно.

   – Вот завтра приедет, и спросишь у нее сам.

   – Так это правда?

   – Максинский сказал, что да. Она, видимо, надеется, что они будут вместе, когда Дениса вернут из плена.

   – Если вернут, – тут же поник второй парень, потом резко поднял голову и посмотрел на меня: – Кстати, я слышал, что тебя тоже похитили.

   – Нет, просто ранили, – ответила я. Своим, тем, с кем я более-менее знакома, я решила озвучивать именно это прикрытие, а там как пойдет. Все равно слухи поползут, потому что предатели-то точно знают, что это неправда.

   – Странно, я слышал другое… – протянул тот.

   – От кого это? – сделав вид, что это такая шутка, интересная сплетня, ухмыльнулась я. А на самом деле подобралась.

   – Данияр Солобаев сказал. Ну ты его не знаешь, наверное, третьекурсник, он руководил погрузкой и эвакуацией раненых, когда все произошло. С нами же был только Максинский и теневик, которого вообще убили, а магистра серьезно ранили в бою. Так что командовал всем тот, кто мог себя адекватно вести и отдавать распоряжения. Так вот, он всех описывал, а теперь говорит, что тебя там не было.

   – Интересно, а с чего он вообще это говорит? – тут же, сузив глаза, спросила Марина. – Ты специально что ли ходил, вынюхивал?

   – Да нет, как-то так получилось. У нас сегодня после обеда занятия были по рукопашке, мы в одной группе с ним, в продвинутых, ну вот он и спросил. Точнее, удивился, спрашивал, не видели ли мы тебя и точно ли это ты. Ну я его и спросил, с какой целью он интересуется.

   – Странный парень, – пожала плечами я. – Ничего не могу по этому поводу сказать, я была без сознания. Но скорее всего он просто ошибся или обознался, потому что раненых было много.

   Парней мое объяснение, похоже, вполне удовлетворило. А я вот о чем подумала: с одной стороны, этот Данияр реально мог всем командовать и все описывать, потому что был за старшего, и увидел теперь несоответствие. С другой, а откуда такой интерес к моей персоне? Ведь он, при наличии потока пострадавших, запомнил, что меня не вынесли и я сама не вышла из портала, а потом как-то тут появилась.

   Значит, это больше, чем просто любопытство. Поэтому я занесла себе в мысленный блокнотик первое имя. Его бы проверить как-нибудь, не знаю пока, как именно. Но в любом случае я прямо сегодня вечером отправлю товарищу Иванову эту информацию – пусть работает. Естественно, опишу в письме все подробно, кто, почему и от кого я это узнала. Сейчас у меня тут друзей почти нет, есть только объекты для наблюдения.

   Более-менее я могу доверять только близняшкам. Даже Миних под вопросов – уж слишком она сюда рвалась вопреки доводам логики и разума.

   Солнце тут, в горах, садилось рано, так что после ужина я пошла в свою комнату и застала там свою новую соседку. Это была высокая девица со странным, не побоюсь этого слова, выражением лицо. Даже сложно было сказать с первого взгляда, что не так, но она то ли хмурилась, то ли кривилась постоянно.

   – Привет, – первой поздоровалась я. – Мы, кажется, соседки.

   – Тебе не кажется, – недовольно ответила она, но руку протянула и представилась: – Ники Вишневая, второй курс Петропавловской школы, первостихия Хаоса.

   – Алиса Даргомилова, первый курс Тобольска, стихия Тьмы, – я пожала ей руку. Странное имя, но она так внимательно смотрела на меня, когда представлялась, что невольно закрадывалось предположение, что из-за необычного имени над ней многие насмехаются. И этого лучше не делать.

   Вообще, если сделает лицо попроще, вполне симпатичная девушка, выше меня ростом, среднего телосложения, с такими, обычными чертами лица – никакого аристократического изящества и с длинными темными волосами.

   – Ну рассказывай, Алиса, – кивнула девушка на кровать, явно предлагая присесть.

   – Что именно?

   – О том, как мы будем тут жить. Ты давно приехала?

   – Сегодня перед обедом.

   – Бросила вещи и убежала? Давай так не будем делать.

   – Давай я со своими вещами сама разберусь? – мило улыбнулась я, но мои глаза вмиг похолодели. Не терплю я воинствующих аккуратистов. Сама порядок люблю, но не до фанатизма и прогнуть себя не позволю. – Тем более что мои вещи тебе никак не мешают.

   – Так значит?

   – Ники, послушай, я не хочу с тобой конфликтовать, но указывать мне тоже не позволю, – спокойно ответила я. Я видела, что она хочет что-то сказать, но тут же совсем невежливо ее прервала: – Закончим дискуссию на этом.

   Девушка недовольно поджала губы, но возражать не стала. Я же прилегла на кровать, скинув берцы, и углубилась в изучение расписания на планшете. Завтра нам поставили одно занятие – боевое применение стихий с профессором Максинским и еще вечером будет факультатив по рукопашному бою с Говоровой, на который я тоже планирую пойти. У меня, конечно, еще не все ожоги от холода зажили, но вряд ли на тренировке будут жестить.

   Краем глаза, тем не менее, я наблюдала за тем, как Ники недовольно покосилась на мои не слишком ровно поставленные ботинки и начала облюбовывать и облизывать свое новое место жительства. Еще через полчаса я поняла, что попала, потому что у девушки… Как там это называется? Обсессивно-компульсивное расстройство, вот! Не знаю, есть ли такой диагноз в этом мире, но в том он назывался именно так. Я даже в сеть залезла, чтобы выяснить – тут оно называлось синдромом навязчивых состояний.

   Да уж, это более четкое и понятное сходу определение, потому что я сейчас наблюдала, как она застилает свою кровать по линейке, и ботинки ставила так же – пять сантиметров от стойки кровати. Реально прямо линейку взяла и померила! Как она раскладывает вещи в шкафу я смотреть не стала, чтобы не травмировать свою нежную психику.

   В итоге, когда она закончила, я все же разобрала свои вещи, порадовалась, что близняшки мастерски справились с задачей и реально все нажитое непосильным трудом запихнули в чемодан. Да, в Тобольск я ехала с чемоданом и сумкой, но вот им разрешили взять с собой только один мой баул. К тому же, я кое-какими зимними вещами еще разжилась, но все равно как-то утрамбовали – это талант. Хотя, возможно, они просто на нем попрыгали.

   И хорошо, что девочки такие умницы, потому что мне совсем не улыбалось остаться без теплых вещей. Да, мы, похоже, не в Сибири теперь, а где-то в предгорьях Кавказа, но это не говорит о том, что тут нет зимы. А вот что тут есть, так это пронизывающие ветра, я сегодня в своей тонкой курточке уже успела в этом убедиться.

   Поэтому я с нежностью посмотрела на теплый пуховик типа Аляска, который купила, когда была в Екатеринбурге. Вообще та поездка прошла в высшей степени удачно, я тогда много хороших вещей прикупила.

   А вот, кстати, и ножики мои, кинжальчики! Я их тогда в порталы не брала – их сложно было крепить на полярный комбинезон, а мелкую живность удобнее тыкать чем-то длинноклинковым, типа шпаги или рапиры, пусть даже меча, но уж точно не кинжалом, хотя мы вообще магией обходились. Так что сейчас я любовалась на мою прелесть, к счастью, не потерянную при похищении.

   Скинув казенные шмотки, которыми меня одарили еще в ведомстве товарища Иванова, я приняла душ и легла спать под недовольное бухтение Ники, что я забрызгала зеркало в санузле. Вы меня простите великодушно, конечно, но две капли – это не забрызгала, к тому же зеркало там и предназначено для того, чтобы на него брызгать.

   Мы в предыдущих апартаментах жили вшестером, так у нас ни разу не было, чтобы мы поссорились из-за уборки или чьих-то привычек! А с ней только познакомилась, а у меня уже глаз дергается, м-да… Никогда не думала, что скажу такое, но можно вернуть сюда Миних?!!

   Все же мне удалось уснуть, но проснулась я вовсе не от будильника, а от крика. Я тут же подорвалась с кровати, вытащила кинжал, который теперь клала под подушку (да, я параноик, имею право!), осмотрелась, но ничего подозрительного не заметила.

   – Ники, эй, Ники! – я позвала соседку, потом потрогала ее за плечо.

   – Ты чего? – недовольно буркнула она.

   – Ты кричала.

   – Сон, наверное, плохой приснился, – через паузу ответила она, окончательно просыпаясь. – Эй, а ты чего?

   Она с ужасом покосилась на мой кинжал.

   – Прости, я испугалась. Ты так душераздирающе орала… Я думала, на кого-то напали, – смущенно ответила я и поскорее спрятала кинжал в ножны и под подушку.

   – А ты когда-нибудь проводила двое суток под завалами, придавленная плитой? – я покачала головой. – Ты бы и не так заорала.

   Тут я с ней, пожалуй, согласилась. Нет уж, я как-нибудь без такого экстрима обойдусь, мне и так приключений достаточно. Мне, в общем-то, и быть заваленной деревянными балками террасы ресторана не особо понравилось.

   – Ты это, не пугай меня больше своими ножами.

   – Лады. Извини еще раз – рефлексы.

   – И ты меня извини, что разбудила, – как бы нехотя ответила Ники. – Ладно, давай спать, у нас еще есть время выспаться.

   Я кивнула больше себе, чем ей, и полезла обратно в кровать. До утра мой сон больше никто не побеспокоил, но встала я до будильника, потому что соседка подорвалась почти на полчаса раньше и начала довольно шумно собираться, в том числе, ходить туда-сюда, топать.

   Чувствую, ее не только я прокляну, но и соседи снизу. И вот за что мне такое наказание, а?

   Утро было недобрым. С трещащей головой я встала, выслушала порцию фырканий, видимо, по поводу того, что я раскидала вещи, когда собиралась. На самом деле, нет, не раскидала, но я уже поняла, что для Ники все, что не по линейке – не считается. Впрочем, уточнять я не стала. Если ей что-то не нравится, пусть сама скажет вслух, но я вовсе не гарантирую того, что последствия будут благоприятными для ее здоровья.

   Сегодня у нас было одно занятие с Максинским, но не с самого утра, а через два часа после завтрака. Так что после еды, где выслушала порцию сплетен от близняшек, я пошла в артефактную лабораторию. Ксеня вчера выделила мне фронт работы – надо сегодня закончить большую часть, пока основные занятия не начались и нагрузка не увеличилась.

   Время пролетело незаметно, и я чуть не опоздала на занятие, где обнаружила уже прилетевшую Миних. И судя по ее взгляду, нам придется поговорить, потому что ничего хорошего ее глаза мне не говорили, в них читалась откровенная злость.

   Я даже понимаю ее чувства, ведь я тут, а Денис где-то там и далеко не факт, что с ним все в порядке, что он еще жив. Но перед началом занятий поговорить мы не успели, вошел Максинский, к тому же нам нужно некоторое уединение – не устраивать же разборки у всех на глазах?

   Махнув рукой, чтобы мы садились, профессор сам сел за стол. Как мне и в прошлый раз показалось, ему явно было не очень комфортно, тяжело стоять.

   – Здравствуйте, студенты, представляюсь для тех, кто меня еще не знает, – среди нас и правда было довольно много новых лиц. Большинство из Суздаля, но кое-кто из Петропавловска тоже присутствовал. Откуда я знаю? У нас форма разных цветов, у первых – темно-зеленая, у вторых – бордовая, а у нас и вовсе синяя. – Меня зовут профессор Максинский, Максим Максимович, я высший магистр первостихии Тьмы. Преподаю теоретическую и боевую магию.

   Потом он проводил перекличку. Такого раньше не было, но теперь он объявил, что на каждом занятии и факультативах будут отмечать явку, по сути они тоже станут обязательными.

   – Как вы понимаете, программа существенно меняется. Теперь упор у нас будет на боевой магии. Вы, наверное, пока об этом не знаете, но вчера днем и сегодня утром напали еще на две школы. На две обычные школы, даже не дворянские. Большую часть детей не тронули, только похитили тех, у которых были хоть какие-то магические задатки.

   Насколько я знала, такие дети должны учиться в магических школах для простолюдинов, но они были очень дороги, а в интернат отправлять ребенка не все хотели. Так что получалось, что простолюдины, имеющие магические способности, часто учились в обычных школах.

   От известия по кабинету пронесся слаженный вздох. Нет, мы все понимали, что защитить все школы – нереально, тем более от людей, обладающих такими силами, что практически раскатали в пыль две магические школы с учениками-дворянами, все же таких у нас было большинство. Но, честно говоря, это было неожиданно. Хорошо они хоть простолюдинов не магов не тронули, что впрочем, не говорило о том, что жертв не было вообще, были, просто их было гораздо меньше, чем у нас.

   – Второе нововведение, мы отказываемся от команд с разными первостихиями. Как показала практика, при угрозе жизни это не помогает. Каждый тренируется и отвечает теперь только за себя, но а старосты за всех, – усмехнулся профессор. – Вы должны научиться сражаться с каждым из представителей четырех основных первостихий. Порядок мы пока выносим за скобки, во-первых, среди вас таких студентов почти нет, хотя после последних событий появилось аж двое, но у них будут отдельные тренировки. Но дело не только в первостихиях, вы должны научиться эффективно действовать против любой стихийной магии, а так же против оружия, огнестрельного и холодного, всему этому мы с вами будем учиться. Кое с чем нам даже обещали помочь военные, которые всех нас тут охраняют.

   Что-то я сомневаюсь, что они добровольно согласились.

   – Итак, начнем…

   Следующие полчаса Максинский повторял ту теоретическую основу, которую мы и так знали, а потом повел нас на полигон. Там мы становились парами с рандомными партнерами и отрабатывали удары магией – один в защите, второй в нападении.

   Я уже уверенно держала огненный щит. Его океан и буран не смогли продавить, когда я была на пределе, куда там первокурсникам? Так что даже тех двух ударов, которые в меня реально попали, а я ведь еще и уклонялась, я даже не заметила. С атакующей магией было не так просто, ведь за все время побега я не использовала ее ни разу, да и в целом мне отточить приемы было негде и не на ком.

   За полтора часа практических занятий все адски вымотались. У меня лично поменялось четыре партнера, и под каждого из них пришлось подстраивать стиль боя, если так можно выразиться относительно наших потуг. Правда, этим, похоже, только я заморачивалась. Но если я хочу научиться эффективно сражаться не только на школьном полигоне – без этого никак. Меня даже Максинский в конце похвалил и отметил, как одну из самых отличившихся на этом занятии, в положительном смысле, учениц. Отличившиеся в отрицательном смысле тоже были – близняшки в этом соревновании получили почетное первое место.

   Мелочь, а приятно! Это я про себя, не про них.

   Когда занятие закончилась, я придержала Миних, которая уже собиралась уходить.

   – Света, можно тебя? Нам нужно поговорить.

   – Да, нужно, – вперив в меня немигающий и крайне злобный взгляд, ответила та.

   – Отойдем?

   Неохотно, но та кивнула. Мы пошли к глухой стене одного из корпусов. Не знаю, что там находится – еще не успела все изучить, вроде какие-то лаборатории, но не уверена. Он прямо напротив того, где мы сегодня учились, и их разделяла огромная площадка для магических тренировок на улице, то есть полигон. Я надеялась, что здесь нас не смогут подслушать, потому что с этой стороны окон не было, а подход просматривался – от угла мы отошли довольно далеко.

   – Свет, давай сразу без эмоций.

   – Без эмоций! Ты его бросила там. Его там, возможно убивают, уже убили!

   – Послушай… Я ничего не могла сделать, правда. Да, я сбежала, ты это и сама знаешь, – Миних уже неуверенно кивнула, – при побеге я убила троих. И это я бежала одна. И оказалась, кстати, не в нашей стране.

   – Как это не в нашей? – по ходу того, как я говорила, Света бледнела. – А где?

   – Этого я не могу сказать, я давала подписку о неразглашении. Все, что я тебе могла сказать и даже больше, я сказала. Кстати, ты про другую страну не говори никому.

   – Это было логично… – та медленно кивнула.

   – Так вот, если бы у меня даже получилось организовать массовый побег, нас бы всех, скорее всего, просто убили. Выбраться из того места, где нас держали, было очень непросто.

   – Ты кого-то из наших еще видела?

   – Да, но я не могу сказать кого. Не Дениса.

   – Ладно… Как думаешь, он еще жив?

   – Он им для чего-то нужен. Они все. Но я не знаю, для чего. Меня сначала посадили в общую антимагическую камеру, потом в одиночку, но больше ничего не делали. Так что есть шанс, что ни Дениса, ни кого-то еще пытать и убивать не будут.

   Миних замолчала на некоторое время, обдумывая информацию.

   – Ты меня прости, что разозлилась.

   – Ничего, я понимаю, – честно ответила я. – Ну все, мир?

   – Мир. Слушай, ты ведь не работаешь на них и они не отпустили тебя специально, чтобы следить за нами и за этой школой? – прищурившись, спросила та.

   – А тут мало тех, кто следит? – хмыкнула я. – К тому же, я думаю, что они уже получили всех из наших школ, кого хотели.

   – Ну вообще, да, – усмехнулась она в ответ. – Всех, кроме тебя.

   – Вряд ли они из-за меня будут организовывать нападение в предгорье. Тут помехи для рукотворных порталов могут быть, – блеснула своими знаниями я, хотя далеко не была в этом уверена.

   Не в смысле, что помехи будут. В этом я как раз была уверена, во-первых, в горах появляются только спонтанные порталы, да и то не везде, в этом плане Кавказ практически безопасен – тут добывают какие-то металлы, которые не позволяют изнанке прорываться в этих местах, а сделать тут рукотворный и вовсе нереально.

   Я не была уверена, что они не будут организовывать нападение, чтобы выкрасть или убить меня. Что-то мне кажется, братец мой – та еще зловредная и мстительная тварь. Впрочем, не кажется даже, так и есть.

   Будто в подтверждение моих слов, где-то в стороне бахнуло. Довольно сильно, аж земля под ногами вздрогнула. А потом над нашей базой взвыла резким, поворачивающим всю душу звуком сирена тревоги.

ГЛАВА 9

Мы с Миних не были дурами и вовсе не горели желанием оказаться в центре событий. Поэтому аккуратно приблизились к углу здания и не менее аккуратно, высунули головы, чтобы осмотреться. Тут бы нас и пристрелили, если бы захотели, да… Но все же, несмотря на опасность, нужно было посмотреть, мало того, что нам было любопытно, что случилось, надо оценить происходящее, чтобы сориентироваться.

   Но когда мы осмотрелись, то решительным образом ничего не увидели. Во-первых, взрыв, или что там это было, произошел где-то на значительном отдалении. Я даже не уверена, что на территории базы. А во-вторых, он был в другой стороне. Даже ребята, которые еще не успели уйти с тренировочной площадки и остались позаниматься, в недоумении оглядывались, пытаясь установить источник шума.

   За эту минуту сирена успела взвыть диким голосом, но так же неожиданно выключиться. В целом она работала не больше полуминуты. Значит, скорее всего, ничего критичного не случилось. Да, на Юго-Западе была слышна какая-то возня, вроде крики или шипение техник – не разобрать – слишком далеко. Но не было видно ни столбов дыма, ни какой-то мощной магии.

   – Надо бы сходить, разобраться, – предложила Света.

   – Согласны, – хором подтвердили ее слова образовавшиеся рядом с нами близняшки.

   Судя по всему, эти две ушлые девицы ждали, пока мы с Миних наговоримся. Ну мы же сейчас все вместе занимаемся, как мы пошли поболтать, многие видели, кто не успел сразу разойтись. А Марина с Марьяной не успели, они так увлеченно гоняли друг друга по площадке, что их даже окрики Максинского не останавливали. В итоге, наш бравый преподаватель махнул рукой на эти невинные развлечения и прекратил попытки поставить их с другими партнерами по спаррингу.

   – Мне кажется, не стоит, – попыталась отговорить их я.

   Нет, я сама безусловно пойду – надо узнать, что происходит, а то мало ли, вдруг там уже десант высаживается. Тогда придется где-то искать винтовку – еще раз в плен я не хочу, вряд ли мне второй раз предоставят возможность так легко выбраться.

   – Ну ты же сама пойдешь? – будто прочитала мои мысли Марьяна.

   – Даже если так, вам лучше пойти в общежитие.

   – Такой команды не было, – пожала плечами Миних. – Если бы было что-то опасное, нам бы дали инструкции по громкой связи.

   В этом она, безусловно, права, но все же мне не хотелось тащить девчонок с собой.

   – Мы пойдем с тобой или без тебя.

   – Ладно, – нехотя отозвалась я, пошли. Я развернулась и пошла в сторону учебного корпуса.

   – Эй, Алис, взрыв был в другой стороне, – ехидно окликнула меня Света.

   – Да чтоб вас всех! – буркнула я. – Ладно, ладно, пойдемте. Но давайте только посмотрим, без геройства. Ладно?

   Девицы пожали плечами, но взгляды у них всех троих были ну очень кровожадные. Ну, Миних – понятно, она готова всех, кто покусился на Линского, на лоскуты порвать. А близняшки-то что? Просто за компанию что ли?

   Ну мы и пошли. На самом деле, идти было недалеко. Едва мы вышли из-за лабораторного корпуса, как увидели вдалеке пыль и довольно большую толпу людей, часть из которых были военными.

   Честно говоря, я не знала, что находится в той стороне, вроде, какие-то хозяйственные постройки и часть еще неоткрытых общежитий. Заселяли-то сначала ближайшие к учебным классам, думаю, нас осталось не настолько много, чтобы занять все здания.

   В общем, полной картины мы не видели как раз из-за россыпи небольших строений, но то, что там никаких боевых действий не идет и на прорыв монстров тоже не похоже – это было ясно. Обстановка была хоть и настороженная, но, тем не менее, почти мирная.

   – А что тут происходит? – спросила Марьяна у одного из старшекурсников, которые тоже стояли поодаль.

   Народ здесь вообще бесстрашный. После того, что случилось во всех трех школах, дети должны были разбегаться от любых громких звуков. Но куда там! Вон уже тонкими ручейками люди начали просачиваться сюда, с целью узнать, что случилось.

   – Вроде как драка какая-то была! – пожал плечами парень из, судя по цвету формы, Суздаля. – Вроде даже кого-то магией знатно приложили, от того так и бахнуло.

   – Драка между учениками? – уточнила я.

   – Ну, это то, что я слышал. А так, если только военные точно скажут, они поблизости тренировались, сам-то я, – парень почесал затылок немного смущенно, – не видел. Но так говорят, да.

   – В общем, ничего непонятно, – буркнула опять Марьяна. – Пошли что ли?

   – Идите, – пожала плечами я, потому что мне-то хотелось разобраться. Вот только, к сожалению, за спинами ничего видно не было.

   Но тут откуда ни возьмись появился человек, который нас немного просветил.

   – О, народ, привет! – нам от другой группки студентов помахал никто иной, как Муравьев.

   Он оторвался от тех, с кем стоял, и пошел к нам. Находился он ближе к месту событий, значит, подошел намного раньше. Кстати, я думала, что он еще в госпитале, но судя по дорожной одежде, вот только что прилетел. Вроде там что-то заходило на посадку, пока мы тренировались на полигоне.

   Шел Саша даже слегка пошатываясь, не в том плане, что он на ходу сознание терял, а у него то ли с одной ногой что-то было, то ли с двумя – не мог стоять твердо. Да и в целом он выглядел не очень – бледный, похудевший, с запавшими глазами, с тонкой складкой губ.

   – Привет, плохо выглядишь, – я сама первая подошла к нему. Мы же тогда в портале были вместе, он видел, что меня похитили. – Но я очень рада, что ты жив и что тебе уже лучше.

   – А я рад, что ты вырвалась. Нет, ничего не говори, – он покачал головой, – я знаю, что это секрет – меня предупредили. Трепаться не буду.

   – Хорошо, буду благодарна, если хоть кто-нибудь не будет поднимать эту тему, – скривилась я.

   – Что ж, я понимаю.

   – Не в курсе, что тут произошло?

   – Да, группа студентов напала там на одного третьекурсника, но он их и приложил чем-то.

   – Чем это? – спросила подошедшая Миних. – Рада тебя видеть, кстати. Ты как?

   – В норме, что мне будет? – криво ухмыльнулся Муравьев. – Не знаю чем, мне показалось, что это была не техника, а какой-то артефакт. Но я самого применения не видел. Меня в этом коттедже поселили, я только вошел, когда бахнуло, был у двери, а не у окна. Там аж кратер остался, небольшой, правда.

   – М-да… – я задумалась. Интересно, кто на кого и зачем напал.

   – Но знаете, что я думаю? Это были какие-то запланированные разборки. Они все выглядели так, будто на дуэль пришли, а не напали толпой на одного. Кстати, именно он шарахнул. Какой-то третьекурсник из наших.

   Мы с Миних переглянулись.

   – Я знаю, о чем вы думаете. Я этого парня у порталов не видел. И его сейчас сразу увел Максинский, так что задать ему пару вопросиков не получилось. Как, впрочем, и тем, другим.

   – А чего там тогда толпятся?

   – Да не знаю. Те парни, что на него напали, видимо, чего-то такого ожидали и успели прикрыться, так что серьезно не пострадали, но их все равно сопроводили под конвоем в медблок. А вот территория пострадала, у меня вот например, в комнате окно выбило. Только приехал ведь!

   – Ну поменяют, не оставят же так, – пожала плечами Марина.

   – Сказали, что переселят. Но, как я понимаю, ничего еще не закончилось. Я имею в виду, в общем, не этот конкретный инцидент.

   – Может, это и не связано, – покачала головой я. – Разборки были и до этого. Помните, как на меня напали и избили?

   – Ты можешь быть права, конечно. Но боевой артефакт…

   – Если это вообще был артефакт. Ты же не видел.

   – Так говорят…

   И опять вот это: “так говорят”. А кто говорит? И этот первый парень так сказал, и теперь Муравьев. А откуда информация-то, насколько надежен этот источник?

   Ладно, тут должны быть особисты, хотя бы те, что за мной присматривают, так что пусть сами разбираются. Но все равно слишком подозрительно и демонстративно. Так что может это все с похищениями и не связано.

   Или связано, но ведь именно применивший артефакт может быть целью, именно на него напали.

   Где бы теперь достоверную информацию достать? А может, у Иванова запросить? Ну а что? Мне же нужно с чего-то начинать, к кому-то присматриваться, так почему бы не к этой компании? И даже если не нужно за ними присматривать, необходимо знать, кто они и есть ли от них угроза. Так что в любом случае придется писать товарищу безопаснику.

   Мы еще немного походили вокруг, поговорили с людьми, но ничего нового не узнали. А потом военные устранили безобразие, в смысле, всех разогнали, ибо нечего студентам просто так болтаться по территории и людям мешать работать. Непонятно только, почему это было не сделано раньше.

   Я пошла, в итоге, в артефактную лабораторию, до обеда оставался час, даже больше, поэтому хотелось провести его с пользой. Но там я встретила бледную как полотно Ксению.

   Когда я увидела артефакторшу, мне самой чуть не стало дурно, потому что я подумала, что что-то еще случилось, кого-то украли-убили. Почему-то сразу на ум пришел Муравьев, но мы ведь только расстались и он был в порядке.

   – Ксеня, что? – она стояла, молчала и с ужасом смотрела на меня, не отвечая. Взгляд был такой, что меня саму бросило в холодный пот. Меня! – Ксюша, не молчи! Что случилось?

   Я подошла к кулеру, налила ей воды, взяла ее руку, вложила в нее стаканчик. Она перевела взгляд на него и будто не понимала, для чего ей это.

   Ой, плохо дело, как бы она тут в обморок не грохнулась.

   – Ксюша! – я аккуратно взяла ее за свободную руку, подвела к стулу, посадила, потом заставила сделать несколько глотков воды.

   – Это я все! Я! – в ее глазах появилась осмысленность, но теперь ее начало трясти.

   – Что ты? Ксеня, что ты сделала?

   – Это я сделала артефакт, – отбивая зубами чечетку, наконец ответила она.

   – Какой ар… А-а-а… Тот, который сегодня взорвался?

   – Да! Меня теперь посадят или вообще казнят!

   – Стоп! Давай по порядку, что за артефакт и почему тебя должны посадить.

   – Ну, артефакт, который взорвался, его я сделала!

   – Я это уже поняла. И что?

   – Нельзя делать артефакты типа бастион – это опасно!

   Вот теперь я начала догадываться, что случилось. На парня напали, и он активировал не атакующий, а защитный артефакт. Но это не просто защита, а такая, которую не только сложно пробить, но и которая отражает нападения. От того-то и случился взрыв, точнее, не совсем взрыв. Вложенная в техники энергия нападавших отразилась от силового поля и распространилась обратно взрывной волной.

   – Эм… Ксюш, а где написано, что нельзя делать артефакты типа бастион?

   – Ну как же, мы же школьники, мы не имеем права делать атакующие артефакты.

   – Так формально это не атакующий артефакт, а как раз наоборот.

   – Но все равно… – уже не так уверенно ответила девушка. – Там же люди погибли!

   – Кто там погиб? Насколько я знаю, никто. Атаковавшие были под защитой в то время, когда напали. Они даже серьезно не пострадали, – я, конечно, не знала точно, Муравьев так сказал. Самого момента атаки и взрыва он не видел, но потом-то к окну подошел.

   – Мне сказали… Мне сказали, что Костя погиб. Ну тот, которому я артефакт делала.

   – И как он мог погибнуть, если при нем был такой артефакт? Да еще сработавший.

   – Не знаю, – растерялась она. – Может, слишком много силы вложил.

   – Бастион не требует много силы, он сам защита. Но даже если он с перепугу перестарался, то он бы в самом худшем случае сознание потерял, а не умер.

   Тут Ксения со мной согласилась. Мне даже удалось ее кое-как успокоить, а потом, когда к ней пришли для допроса, все же артефакт делала именно она, я пошла с ней. Нет, ее ни в чем не обвиняли. И артефакт остался цел, ведь он не одноразовый, поэтому он нормально сработал и не пострадал, и делать такого рода артефакты не незаконно.

   Проблема была в другом. Костя, тот парень, действительно умер. Через час, уже в допросной. Просто сидел-сидел на стуле – все с ним было нормально, он разговаривал с кем-то из особистов. Кстати, парня тоже ни в чем не обвиняли, просто хотели выяснить детали.

   Так вот, сидел он, сидел, а потом взял и умер. Просто остановилось сердце у физически абсолютно здорового и крепкого парня. А так не бывает. Маги здоровее обычных людей, так что невыявленные проблемы с сердцем, смерть от стресса – это вообще не про нас.

   Это мы все с Ксенией узнали, уже когда ее решили допросить. Собственно, спрашивали, не заложила ли она в артефакт что-то лишнее или, может, где-то ошиблась.

   Но тут такое дело, приехала ведь уже мастер-артефактор из школы Суздаля, которая будет у нас артефакторику преподавать. Она проверила артефакт и не выявила в нем чего-то угрожающего. Он был эталонным слабеньким бастионом без единой ошибки. Хоть сейчас Ксении экзамен можно зачесть.

   А значит что? Значит, Костя умер по другой причине, с артефактом и его действием не связанной. Собственно, безопасники это тоже быстро поняли и перестали Ксению мучать. Я тоже ушла, со мной никто ни говорить, не делиться сведениями в принципе не собирался. Просто слух у меня в последнее время хороший, да.

   Мне сейчас интересно другое: что это, несчастный случай или охота продолжается?

   Что-то мне подсказывает, что бедный Костя умер не сам. Ведь, по словам Ксении, он пришел три дня назад и заказал очень срочно артефакт типа бастион. Он третьекурсник, в магии кое-что умеет, а значит за свою жизнь опасался вполне серьезно и осознанно и понимал, что сам, своими силами не справится. Заплатил, кстати, большие деньги, чтобы артефакт ему сделали срочно. И отдала его ему Ксюша вчера вечером.

   Что меня напрягает помимо самого факта смерти парня? Ну, во первых, не слишком ли нагло его убивать на глазах у особистов? Значит, с ним что-то сделали заранее, возможно, отравили. Мага так убить сложнее, но ненамного по сравнению с обычным человеком. Ядов и токсинов, действующих на магов предостаточно. Хотя, может, еще что-то сделали, а не отравили, какая-то техника магическая или еще что-то в этом духе, но это вскрытие разберется.

   Во-вторых, это непонятность самого действия. Вроде бы выкрали и убили кого хотели, но получается, что не всех и