Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ПРОЛОГ
- ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АНФИСА
- ГЛАВА 1. ЗАМУЖЕСТВО С ХИТРИНКОЙ
- ГЛАВА 2. НОВАЯ ЛЮБОВЬ ФИСЫ
- ГЛАВА 3. ПОДПОРЧЕННАЯ НЕВЕСТА
- ГЛАВА 4. ВТОРОЕ ЗАМУЖЕСТВО
- ГЛАВА 5. НЕЛЕПОСТЬ
- ГЛАВА 6. ЛЮДИ ГОВОРЯТ…
- ГЛАВА 7. Я НЕ БУДУ ВСЁ ТЕРПЕТЬ И ПРОЩАТЬ
- ЭПИЛОГ К ПЕРВОЙ ЧАСТИ
- ЧАСТЬ ВТОРАЯ. СЕРГЕЙ
- ГЛАВА 1. ТЕСТЬ СЫГРАЛ НЕМАЛУЮ РОЛЬ
- ГЛАВА 2. – МОЖНО, Я ТОЖЕ БУДУ НАЗЫВАТЬ ТЕБЯ НИКОЙ
- ГЛАВА 3. СЕРГЕЙ ЗНАЛ ОДНО, ЧТО ОНА САМОЕ ЛУЧШЕЕ, ЧТО БЫЛО В ЕГО ЖИЗНИ
- ГЛАВА 4. И ЭТА ПУСТОТА В ДУШЕ, КОГДА ЕЁ НЕТ РЯДОМ…
- ГЛАВА 5. ЗА ЧТО ТАКУЮ ЛАХУДРУ ЛЮБИТЬ?
- ГЛАВА 6. ЧТОБЫ УЖ НАВЕРНЯКА ПОЙМАТЬ КРАСАВЧИКА В СЕТИ!
- ГЛАВА 7. ТАК ТЫ МЕНЯ К БЫВШЕМУ РЕВНУЕШЬ?
- ЭПИЛОГ КО ВТОРОЙ ЧАСТИ
- ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ВЕРОНИКА И СЕРГЕЙ
- ГЛАВА 1. СВАДЬБУ КАК ТАКОВУЮ ДАВАЙ НЕ БУДЕМ ДЕЛАТЬ
- ГЛАВА 2. ВРАЧ ПОДТВЕРДИЛ ЕЁ БЕРЕМЕННОСТЬ
- ГЛАВА 3. ВИТАЛИК
- ГЛАВА 4. ОПЫТ ВЫДАВЛИВАНИЯ ЛЮБОВНИЦ
- ГЛАВА 5. А, ЕЩЁ, СКАЖУ, НЕ ЗРЯ НАРОД НАЗЫВАЕТ АНФИСКУ, «ЧЕРНОРОТКОЙ»,
- ГЛАВА 6. СЕЛЬСКИЙ ПЛЯЖ
- ГЛАВА 7. ХОЧУ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ ВСЮ…
- ЭПИЛОГ К ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ
- ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ. СЕДИНА В БОРОДУ, А БЕСОВКА В РЕБРО
- ГЛАВА 1. НЕЛЮБИМАЯ СНОХА
- ГЛАВА 2. ОНА ПРОСТИЛА…
- ГЛАВА 3. А, ВОТ НЕ НАДО ЗАКРЫВАТЬ ГЛАЗКИ-ТО…
- ГЛАВА 4. АНФИСА
- ГЛАВА 5. ЕМУ НРАВИТСЯ, КАК РАЗРУШАЮТ НАШ ДОМ
- ГЛАВА 6. РАЗВОД?
- ГЛАВА 7. ДАРМОЕД
- ЭПИЛОГ К ЧЕТВЁРТОЙ ЧАСТИ
АННОТАЦИЯ
Эта женщина идёт по жизни как тот бедоносец, разбивая на осколки не только свою жизнь, но и жизнь мужа, знакомых женщин и не очень знакомых. Казалось бы, став старше, должна бы уже остепениться, но её чёрная, насквозь прогнившая душонка не знает покоя.
Вводная часть
Представь себе, любознательный Читатель, полевой луг. Я уверена в сознании большинства людей луговые и полевые цветы ассоциируются с необъятным простором изумрудно-зелёного поля, а на нём - выразительными всплесками белых, голубых, жёлтых, розовых, красных природных цветов. Царство разнотравья и разноцветья. Над полем кружат бабочки, пчёлы и шмели. Шмель долго летает, выбирает тот единственный цветок. Но вот, наконец, один из всего моря цветов привлекает насекомое: запахом и нектаром.
Так и мужчину привлекает женщина настолько, что он хочет создать с ней семью. Женщина, сумевшая сохранить семью и придержать «шмеля», всегда поглядывающего на цветники, очень умная. И дело не в красоте, а в умении правильно выбрать направление своего семейного корабля, чтобы мужу всё реже и реже хотелось смотреть налево. Это труд. И это трудно.
Спросите: «Зачем так затягивать со вступлением? И при чём здесь шмель?»
Отвечу: «Чтобы ты, дорогой Читатель, понимал, о чём, и главное, о ком, пойдёт речь в повести».
Эпиграф
…- Ты видела, когда-нибудь, как цветок бегает за шмелём, и кричит: опыли меня!
- Нет, не видела…
ПРОЛОГ
декабрь 2024г.
- Тупиковая ситуация, возникшая на основе измены, случилась в твоей семье, – выслушав Веронику, подвела черту рассказа подруга Лариса и по совместительству психолог.
- Как выйти из запутанного положения? – вздохнув спросила Ника.
- Выйти можно, но вот сохранить достоинство личности, не потерять свою монаду (1) – это будет сложнее, но возможно.
Лариса внимательно посмотрела на Веронику, словно хотела проверить, выдержит ли? И кивнула, увидев прямой взгляд подруги – выстоит.
- Случившееся уже никак не изменить – оно уже имеет место быть. Ты согласна?
Теперь уже Вероника кивнула, упрямо сжав губы:
- Согласна!
- Вероника, тебе сейчас нужно освободить свою монаду из топи негатива? Нелёгкий труд предстоит пройти: принять и отпустить ситуацию. Но он и самый верный…
- Принять – это значит простить?
- Необязательно прощать, но принять надо.
- А помнишь стихотворение про стрекозу? – вдруг спросила Ника.
- Ну, конечно! - ответила Лариса: «Попрыгунья стрекоза лето красное пропела оглянуться не успела…Как зима катит в глаза…»
- Так вот, эта Анфиса мне очень напомнила и этот цветок, бегающий за шмелём. И стрекозу…
- А твой Серёженька, что ли, шмель?
Примечание:
Монада (1) в психологии — это психологический этап взросления, характеризующийся отделением от родительской семьи и формированием самостоятельной личности.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АНФИСА.
ГЛАВА 1. ЗАМУЖЕСТВО С ХИТРИНКОЙ.
1983-1984гг.
Давно откричали полночь первые петухи, а Мария Михайловна не спала, ждала дочь Фиску с танцев. Всю ночь ворочалась. И вздыхала шумно, ожидая заветный скрип створки окна в комнате дочери. Такое вот было негласное согласие между матерью и дочерью. Фиса, возвращаясь с гулянки, чтобы не тревожить сон матери, залезала через окошко, даже старую табуретку пристроила для удобства под своим окошком. И обоим было хорошо. Мать, услышав, что дочка вернулась, спокойно досматривала сны, а Фиса таким образом избегала надоевших вопросов: «Гулять-гуляет, а замуж, когда позовёт?»
Когда за окном небо порозовело, Мария Михайловна, поднялась с кровати.
Может, приспала, да и не услышала, что Фиска вернулась. – засомневалась Мария Михайловна, постучала в дверь комнаты дочери, открыла и осторожно заглянула. А увидев, что кровать Анфисы, заправленная - испугалась.
Выбежала за ворота дома. Огляделась. Трава у дороги была ещё в росе, звонко и радостно пели птицы. Деревня потихоньку просыпалась. Скоро Мария Михайловна услышала мычание коровы, доносившееся со двора Степаниды. Услышав дзиньканье ведра, обеспокоенная мать зашла на соседний участок.
- О! А ты чего так рано? Я ещё не доила. – удивилась Стешка.
- Да, я не за молоком. – нервно махнула рукой Мария Михайловна. – Фиску мою, не видела?
- Видела с парнем.
- С каким парнем? – взволновалась мама Анфисы.
- Да со студентом! Забыла, что у нас студентов на картошку пригнали? Да не волнуйся ты так. – огладила Стеша плечо соседки. – Она у тебя умная девушка…
Мария Михайловна развела руками:
- Умная да молодая совсем. Эти городские быстро охмурят. Где же её искать?
Постепенно к двум женщинам присоединились другие соседи. И вот у ворот Степаниды незаметно собрался народ. Мужики, бабульки, и все прислушиваются, как же пропустить такое событие – никто не хочет. Девка ночь не ночевала дома.
- Да говорю ж тебе, видела с парнем, крутилась возле моего сарайчика с сеном. – сказала Стешка.
- Где?
- Там. – махнула рукой в сторону Степанида.
Мария Михайловна, как в тумане в сопровождении толпы пошла к сараю. А в нём обнаружила крепко спящего парня, а рядом Фиса сидит.
- Опозорила! Себя и меня в грязь втоптала! – запричитала Мария Михайловна.
Боря-студент проснулся от криков.
- Ах, ты ирод окаянный! – кричала моложавая женщина, очень похожая на Анфису, или Фиска была похожа на неё.
Может она Анфискина мать…- тряхнув головой, подумал Борис.
- Чего зенки вылупил? Ух, глаза твои бесстыжие! Опо-о-о-зорил…испортил девку…– ещё громче выкрикнула женщина и хлопнула Бориса платком по лицу.
- Ма, не надо. – тихо сказала Анфиса.
- Да, что случилось-то? – возмутился Борис. – Всё было по обоюдному согласию, никого я не портил.
- Ах, ты ирод! Опозорил девку – женись! – выкрикнула бабулька, грозно тряся костылём.
- Да, как так? Я нищий студент! У меня ни кола, ни двора…Мне учиться ещё и учиться…
- А вот если хочешь доучиться – женись на нашей Анфисе! – сказала, как отрезала Степанида.
Борис весь сжался от слов, сказанных женщиной. В ещё не совсем трезвой голове, непривычной к крепкому самогону, нехотя заворочались мысли.
Пожалуются в деканат и меня выкинут из института…Вот я бестолочь, повёлся на красивые глазки…Захотелось попробовать деревенского первача…
- Я ведь и до твоего начальства дойду! – словно прочитав мысли парня, пригрозила Мария Михайловна.
Борис покачал головой.
- Да не собираюсь я сбегать и бросать девушку. – грустно выдохнув, сказал Боря и посмотрел на притихшую Анфису.
Фиса молчала, да на слёзы матери смотрела. Знала девка, что с Борькой сама закрутила. Но, что поделать, коли забеременела, а парень жениться не хочет. Собрался в свой город возвращаться. Пришлось арканить жениха старым бабским способом.
Вот не схитрила бы Фиса, не опоила бы Борю материным самогоном в сарае, да прилюдного потом обнаружения парня вместе с ней на сеновале, и куковала бы всю оставшуюся жизнь с ребёночком одна.
Правда, жалко было золотое колечко, которое Фиса подарила тётке Степаниде, за оказанную услугу и за предоставленный сеновал. Степанида сначала артачилась, но аргумент, приведённый Анфисой, сломал упрямство соседки.
- Если выгорит дело – будешь тамадой на нашей свадьбе! – пообещала Фиса.
***
Борис уехал в город, за бабушкой, Алевтиной Сергеевной, единственной родственницей, которая согласилась присутствовать на его свадьбе. Отец Бориса постоянно уезжал за границу по работе, прихватываю жену, мачеху, парня. Вот и в этот период родителей в стране не было.
Пока жених отсутствовал, Мария Михайловна пристала к Анфисе с расспросами.
- Как ты могла отдаться малознакомому парню! Да ещё и чужаку не из нашей деревни! – бурчала на Анфису мать.
- Я его любила… И думала, что он женится на мне…- тихо сопротивлялась материнским доводам, Фиса.
Девушка терпела упрёки матери. Деваться-то ей было некуда. Жилья своего у неё не было, и она полностью зависела от матери. Чувствуя свой позор перед нею и односельчанами, отдавала всю себя работе по дому. Поливала, полола огород, убирала и стирала.
Вскоре Боря на такси вернулся из города. Помогая выйти из авто холёной даме с модной стрижкой.
- Познакомьтесь – это моя любимая бабушка, которая вырастила меня и заменила маму, Алевтина Сергеевна.
Хвадко гостей ждали: нараспашку открыты ворота, во дворе под навесом стол стоял накрыт. По двору носились нарядные женщины в руках с полными подносами еды. Дети висели на заборе, ждали молодожёнов из сельсовета.
Марии Михайловне попотеть пришлось, чтобы уговорить председателя колхоза организовать роспись молодых. Но всё обошлось. День свадьбы был назначен, которую отыграли с деревенским шиком. Народ веселился от души.
…И только Алевтина Сергеевна недовольно кривилась, всё глазела со своего места на невестку.
О-хо-хо, внучок ты мой, влип так влип. А я говорила сыну: «Уделяй внимание Бореньке, не всё лелеять свою молодую жену!» Доигрались, что отец, что сын…- сердилась Алевтина Сергеевна на сына, отца Бориса.
***
А как отыграли свадьбу, молодые жить остались в деревне. Борис смог убедить жену, что до родов он не очень нужен, поэтому переведётся на заочное обучение после рождения ребёнка.
Иногда новоиспечённый муж Фисы, оставался в городской квартире, ссылаясь на занятия. И тогда Мария Михайловна отводила душу разговорами с дочерью о Борисе.
- Ты, Фиса такая спокойная, пока твой муженёк в городе. Нельзя мужика надолго без присмотра жены оставлять, уведут. – обняв дочь, сказала Мария Михайловна.
- Учёба у него пока, или скучно в деревне…со мной…не знаю. Знаешь, мам, я что-то его не понимаю, получается у нас с Борькой не любовь, а времяпрепровождение до родов. – вздохнула Анфиса.
- Вот те раз. Как это - нелюбовь. Ты же так добивалась внимания парня. Платья покупала, а у вас теперь, оказывается, вовсе и нет любви. – мать внимательно посмотрела на дочь.
- Я думала, что он любит меня, но, когда мы стали жить после свадьбы, я стала не уверена в наших чувствах. Какой-то он другой совсем стал. Меня старается изменить.
Мария Михайловна покачала расстроено головой. Анфиса прошла в кладовку, сняла с вешалки старенький халат, снизу не хватало несколько пуговиц, и от этого подол халата светился дырками. А, когда обула резиновые шлёпки и вышла на крыльцо, то обомлела. В калитку входил Борис.
А Фиса стояла в поношенном, дырявом халате и краснела, так как уловила взгляд мужа, словно первый раз её видит. Борис был в белой рубашке, заправленной в чёрные джинсы.
- Анфиса – это что? – выразил своё удивление Борис.
- Это – деревня! И это нормально! – выкрикнула женщина и забежала в дом.
В комнате быстро скинула с себя одежду, переоделась в шорты, напялила первую попавшеюся под руки майку и вышла к мужу.
- Вот так лучше! – заулыбался Боря, целую жену.
Но от Анфисы не укрылась растерянность во взгляде мужа.
- Я привыкла к жизни в деревне. А тебя, вижу, тяготит такая жизнь. Ты хочешь, чтобы я наряжалась как когда бегала к тебе на свидание, но праздник кончился, так что привыкай ко мне такой. – высказалась Фиса, с вызовом, глядя на мужа.
- И не собираюсь! – воскликнул Боря, ища глазами свой портфель. – Тогда я уезжаю!
- А как же ребёнок? – спросила Фиса.
- Не переживай! – крикнул Борис. – До родов я с тобой не разведусь.
- Что случилось? Ты выгнала мужа? – спросила Мария Михайловна, укоризненно качая головой.
- Пусть катится! – зло выкрикнула Анфиса и уже тише добавила, только чтобы мать её слышала: - Главное у ребёнка будет отец и алименты.
***
Отходив, положенные девять месяцев, Анфиса родила здоровую девочку. И назвала её в честь своей матери – Машенькой. Мария Михайловна оттаяла, как только впервые взяла внучку на руки. Полюбила кроху всем сердцем. В доме Хвадко, наконец-то, воцарился долгожданный мир. Самой Анфисе на тот период было - 20 лет.
ГЛАВА 2. НОВАЯ ЛЮБОВЬ ФИСЫ.
1985-1986гг.
Когда дочери исполнился годик, за Анфисой начал ухаживать Пётр Ждунов. Он пришёл из армии, гормоны в крови парня кипели, а увидев Фису, парень влюбился без оглядки. Семья Петра не бедствовала. У его родителей, дом был небольшой, но зато на подворье имелись: и корова, и свиньи, и куры. Вся свободная от хозяйственных построек земля была отдана под огород. Бескрайний огород, наполовину засаженный картошкой.
- Зачем нам столько картохи? – спрашивала мать Петра, отца.
- Нормально! – отвечал батька. – Зато и скотину будет чем кормить. У нас с тобой два сына, помогут родителям!
Когда Пётр пришёл из армии, его старший брат Юра успел жениться. И теперь в семье братишки ожидалось пополнение. Сноха носила под сердцем ребёнка.
Вечером в субботу Петя отправился покорять девичьи сердца, на танцы. Анфису он приметил и сразу выделил из подруг. Умела Анфиса впечатление произвести, когда ей это сильно нужно было. Применяя на деле любимую материну пословицу: «Рыба ищет, где глубже, а человек - где лучше». Так и вертелась она около Петра, кокетливо глазки строила, заманчиво «хвостом» крутила. И получилось у девушки вниманием парня завладеть. Весь вечер парень танцевал только с ней.
- Ох, Петечка, моя улица самая, тёмная в деревне, я прям не знаю, как дойду до дома? – промурлыкала Фиса, хлопая накрашенными ресницами.
- Я провожу. - тут же откликнулся на призыв парень. Быстро распрощался с друзьями и пошёл провожать приглянувшеюся девушку до калитки её дома.
Когда шли Анфиса, сказала:
- Что-то я замёрзла.
И тут же кавалер стянул с себя армейскую гимнастёрку, оставшись в нательной майке, галантно накинул на плечи девушки. Глаза Фисы сверкали благодарностью и смущением. Проводил парень девушку до калитки и тут же был приглашён на завалинку. Нацеловавшись до одури, молодые люди договорились встретиться в воскресенье на танцах.
Воскресный вечер для влюблённых пролетел незаметно и плавно перетёк в ночь. Петя не хотел расставаться и пригласил любимую в свой двор, где увлёк зазнобу на сеновал. Здесь среди душистой травы, дурманящей головы, Анфиса одарила своей любовью Петра. Только, когда петух пропел третий раз, влюблённые расстались.
Фиса была занята по хозяйству, помогала матери. Пётр уехал в районный центр и устроился в автопарк водителем. Ему доверили новенькую фуру и отправили в командировку.
Прошла неделя.
Наступила долгожданная суббота. Анфиса с нетерпением поглядывала на кучку парней, выискивая среди них Петра, но его не было. Расстроенная девушка ушла с танцев домой. В воскресенье вечером Петя объявился.
- Я уж подумала, что ты другую нашёл. – вздохнув обиженно сказала Фиса.
Пётр крепко обнял девушку за талию и ответил:
- Привыкай. Теперь я не всегда смогу приезжать к танцам, работа у меня такая.
- Тогда я без тебя не буду ходить на танцы. Буду ждать, когда ты придёшь за мной.
***
Пока было тепло, парочка ходила к реке либо на сеновал во двор Петра. После того, как Петя устроился на работу, встречи влюблённых стали редкими, оттого более жаркими. И снова любовь до третьих петухов. А потом дни ожидания.
Матери Анфисы ухажёр пришёлся по душе, хоть и боялась она, что глупостей наделают молодые и потом парень бросит её дочь, забыв о ней. Особенно Мария Михайловна переживала, когда Пётр уехал в длительную командировку. Мать только тихонько вздыхала, глядя на переживания Фисы, но молчала, не лезла дочери в душу с нравоучениями.
Анфиса все глаза проглядела, ожидая парня. И вот Пётр появился перед ней.
Фиса не стала ходить вокруг да около и выложила ему всё.
- Любимый, мой, я понесла от тебя…- смущённо опустив глаза призналась.
- Как? – взревел Пётр. – Не может быть! Так быстро?
- Ты забыл, сколько ночей у нас была любовь? – дрогнувшим голосом спросила девушка, приготовившись пустить слезу.
Петька вдруг заржал.
- Чего ржёшь, как жеребец! – разозлилась Фиса и отвернулась, недовольно пробормотав: - Точно жеребец, вона, как быстро от тебя залетела…
И опять Петька заржал. Довольный откинулся на спину и потянулся, почёсывая пах.
- Мы Ждуновы такие, настоящие осеменители! Вон мой братка не успел жениться, а его жинка уже с пузом выше носа ходит.
- Может, и нам того?
- Чего того?
- Ну пожениться, а то меня мать из дома выгонит.
- А, что? Давай поженимся! – воодушевился Пётр.
На рассвете, провожая Анфису до её дома, Пётр пообещал, что познакомит её со своими родителями.
- Так, что будь готова! – крепко поцеловав невесту, сказал Петя.
ГЛАВА 3. ПОДПОРЧЕННАЯ НЕВЕСТА.
Весь день Пётр ходил свой не свой. Мысленно строил разговор с родичами. Подсознательно парень чувствовал, что родители не согласятся на этот брак. Анфиса слыла в селе – подпорченная. Непонятное замужество и быстрый развод после свадьбы. В итоге - разведёнка с ребёнком. Но в то же время Петя не хотел терять Фису. В сексуальном плане она его удовлетворяла, была горячая и аппетитная. Да и фигуркой она ему нравилась. Росточком маленькая, ножки крепенькие, маленькие, остренькие грудки. Нет! Он не хотел терять Анфису. Хотя сам был ростом под два метра. Ему всегда нравились невысокие девушки.
Первая школьная любовь у него случилась как раз с такой вот девочкой маленького роста. На физкультуре, в строю - она стояла самая последняя. Однажды Юра подколол его:
- Зачем тебе эта Дюймовочка? Ни рожи, ни кожи, ни ж…
- Маленькие женщины предназначены для любви! – перебил брата Петька. Он не помнил, где услышал такое крылатое выражение или, может быть, прочитал, но оно запало глубоко в его душу.
Юра приподнял брови и озадаченно почесал затылок, припечатанный таким ответом младшего братишки. Больше он Петру не докучал расспросами, а просто тихонько наблюдал за ним. Вскоре маленькая девочка вместе с родителями уехала из села. Бедный Петя тосковал, но дело молодое и очень быстро его сердце успокоилось.
Поворошив сено на лужайке возле дома, накошенное отцом и братом накануне, Пётр решился на серьёзный разговор с родителями. Когда он вошёл в дом, мать возилась у печи, готовя обед. Отец лежал на диване, смотрел новости по телевизору.
Петя помыл руки под рукомойником, мысленно, настраиваясь на беседу.
- Мама, папа, я женюсь! – сказал, вытирая руки.
- Ой! – охнула мать, прижав край платка ко рту.
Отец приподнялся и сел на диване.
- С чего такая спешка? – спросил он, подозрительно прищурившись. – А ли девка твоя понесла?
- От-откуда, ты бать знаешь? – выдал с головой себя Пётр.
- А, ты думаешь, что водишь на сеновал девку, а твои родители совсем слепые и глухие? Да, я с первого дня засёк вас!
- Ну и хорошо! – с облегчением выдохнул новоявленный жених и улыбнулся: - Меньше рассказывать придётся.
- Э-э-э! Н-е-е-т, сын! – протянул отец. – Знать-то знаем, а кто твоя зазноба – не знаем! Давай рассказывай. Наша-то хоть деваха? А ли приезжая?
- Да, сынок, расскажи. – поддержала мать отца.
- Наша! Хвадко Марии Михайловны дочь, Анфиса. – на одном дыхании выпалил Петя.
- О-хо-хо! – снова охнула матушка и присела на край табурета. – Так она же разведёнка с ребёнком! Непутёвая! – расплакалась матушка.
- Никогда не думал, что ты позаришься на червивое, порченное! – добавил отец.
Петру было обидно слышать за свою любимую такие нелестные речи. Он нахмурился, запыхтел, сдерживая свою ярость, чтобы не нагрубить родителям.
- Она беременна от меня! Хотите вы или нет, я всё равно женюсь! – выдал Пётр и развернулся, чтобы уйти из дома.
- Стой, упрямец! – остановил Петю окрик отца. – Ребёнок точно твой?
- Не сомневайтесь! Она ни с кем не гуляла, пока я был, в отъезде. Мне бы друзья доложили.
- Ой-ё-ёй! – запричитала мать. – Что делается! Ещё не женился, а уже приглядывать приставил своих друзей за ней…значит, до конца не уверен в ней…
- Ладно. – обрубил отец. – Когда приведёшь её к нам в дом?
- Да сегодня и собирался познакомить вас.
***
С особой тщательностью Анфиса собиралась в дом к жениху. Хотела понравиться родителям Петра. Краситься не стала, даже волосы не завила, а собрала в хвост и закрутила в «ракушку».
Мария Михайловна от счастья расплакалась.
- Какая всё-таки ты у меня ушлая, доня! – похвалила мать дочь, наблюдая за её сборами.
- Рыба ищет, где глубже, а человек - где лучше. – негромко произнесла любимую пословицу своей матери Анфиса.
- Что это ты такое говоришь? Али не люб тебе Петька?
- Любый, любый, наверное, хорошим мужем будет… - задумчиво произнесла Фиса.
- Э-э-э…так ни в какие ворота не лезет. – сказала Мария Михайловна, и расстроено, покачала головой.
- Ничего, всё у меня будет хорошо.
ГЛАВА 4. ВТОРОЕ ЗАМУЖЕСТВО.
Варвара Ивановна, мать Петра, суетилась возле накрытого стола. Свою невестку, жену старшего сына, Светлану с утра загоняла. Юре на кухне тоже дело нашлось. Таскал банки из погреба с разносолами. И рада, и не рада, Варвара Ивановна была, что сын невесту в дом приведёт.
Покраснела Фиса, когда Пётр за руку ввёл свою невесту в дом. Поклонилась родителям жениха.
- Ну, что дети, хорошо подумали? – начал говорить отец Петра, Степан Архипович, когда все уселись за стол.
- Да, батя! – ответил Пётр, поднимая рюмку. – Мы решили пожениться.
Анфиса смущённо кивнула.
- Значит - быть тому! – провозгласил Степан Архипович. – А посему, жди Анфиса, сватов!
На следующие выходные, Пётр вместе с отцом и своим крёстным отправились в дом невесты.
Анфису засватали.
Осенью сыграли свадьбу. Родители Петра подарили молодожёнам дом. Этот дом достался Степану Архиповичу от родителей и долго пустовал.
Юра, старший брат Петра, надулся, он рассчитывал, что дом бабушки отпишут ему.
- Ты, Юрка, не злись. – успокаивал обиженного Степан Архипович. – Ты, наследник дома, в котором мы все сейчас живём. Так было заведено в нашей семье, что старший сын унаследует дом отца. А, бабушкин пусть будет Петру.
Вскоре молодожёны переехали в свой дом. С ремонтом заброшенного дома Петру помогли отец и Юра.
***
Анфиса была честна с собой и понимала, что вышла за муж не по большой любви. Муж, Петя, был простым человеком и работал водителем-дальнобойщиком. Жили они ни хорошо, ни плохо, как и большинство односельчан. Анфиса занималась домом, хозяйством и огородом. Она старалась быть хорошей хозяйкой и услужить мужу в благодарность за то, что он женился на ней, несмотря на то, что она была разведёнка с ребёнком на руках. Поэтому впервые узнав об измене мужа, она не устраивала Петру скандалов.
- Петь, я знаю, что ты мне изменил. – как-то за ужином сказала Фиса.
Женщина старалась изо всех сил, чтобы не учинить скандал изменнику, хотя внутри у неё всё клокотало от злости. Только дрожащая рука выдавала настроение Фисы. Она готова была визжать и топать ногами. И если бы Петя умел читать чужие мысли, он бы сильно удивился.
Нет! Анфиса не ревновала! Она боялась, что мужа уведёт какая-то там молодка.
Пётр заржал, довольный собой:
- Это не измена. Не волнуйся! Люблю только тебя. А эти…так для здоровья…ты же пузатая…я тебя не трогаю…
- Эти? – не выдержав, взвизгнула Анфиса. – Так у тебя много баб было?
- Ну а что тут такого? Я же говорю: «Для здоровья. От меня не убудет!» А вот когда родишь, ох и залюблю я тебя. Не отвертишься. Сутками будем из кровати не вылазить…
Пётр недоговорил, его прервал крик жены, наполненный болью. От нервного возбуждения у Анфисы начались схватки. Фиса родила девочку – Надежду.
- Спустя семь месяцев после свадьбы? Да враньё! – судачили кумушки. – Не иначе наша Анфиса до свадьбы гуляла с Петькой.
Анфиса хмурилась, но старалась не обращать внимания на сплетни. Ссора, состоявшаяся с мужем перед родами, не давала покоя. Не из тех она была женщин, которые закрывали глаза на измены мужей.
Долго она не подпускала к себе Петра, так и не сумев простить ему предательства.
А, когда случилось, что Пётр почувствовал холодность жены, мужчина занервничал.
Куда-то ушли жаркие, полные любви ночи.
Не понимал изменник, что сам разрушил своё семейное счастье. И злился на жену, считая, что мужчине можно ходить налево, что сама природа так задумала. Только он совсем не знал Анфису. Его жена относилась к той категории женщин, которые назло мужу идут тоже на измену.
Но так как Фиса от природы обладала лисьей хитростью, ей долго удавалось скрывать от Петра свои похождения.
Испытанный стресс от предательства мужа выбили Анфису из размеренной жизни. Женщина находилась в состоянии повышенного возбуждения. Она постоянно выискивала признаки измены.
***
- И давно ты плохо спишь? – обеспокоенно спросила Фису, двоюродная сестра, Маргарита, приехавшая в гости.
- Давно. Я испытываю постоянную усталость от навязчивых мыслей.
- Нет! Ты не должна изводить себя так из-за мужика. – возмутилась Рита, выслушав историю Фисы. – Я помогу тебе. Твой Петька не будет больше гулять. Я его приворожу к тебе. И никуда он от нас не денется!
- Спасибо тебе, сестрёнка. А, то я уже так устала от своих подозрений…
- Ну а сама ты как? Есть кто-нибудь на примете?
- Есть. – сказала Фиса. – Через три двора от нас живёт. Михаилом звать. Его жинка, Лизка, учительствует в райцентре. Только – за порог, а я ныряю в супружескую койку.
Маргарита покачала головой.
- Ты поосторожней там. А то побьют ещё. Да, чтобы твой не узнал – разведётся ещё. Что будешь тогда делать одна с двумя дочками? – спросила Маргарита.
- Прорвёмся! Да с твоей Магической помощью – не пропадём!
Маргарита снова покачала головой и спросила:
- Кстати, а как там моя племянница, Машенька? Я слышала, её часто забирает в город твой первый муж, Борис.
- Нормально. Он так и не женился. Живёт с бабушкой. И вот бабушка отписала свою квартиру моей Машеньке. Заметь не внуку, а правнучке!
Маргарита разулыбалась, довольная.
Анфиса посмотрела внимательно на сестру и спросила:
- Твоих, что ли, рук дело?
- А как же. – подтвердила Рита. – Моих. У моей крестницы всё будет хорошо. Я позаботилась об этом!
- Что бы я без тебя делала? – спросила Анфиса.
- Да, ладно! Это всё мелочи. – отмахнулась Рита и заговорщически, подмигнув, спросила: - Где ты смогла подцепить любовника?
Фиса улыбнулась и рассказала…
ГЛАВА 5. НЕЛЕПОСТЬ.
Ближе к ночи, свадьба стала затихать. Мужики и бабы потихоньку начали расходиться по домам. Пришлось Анфисе тоже прощаться с молодыми. После шума гуляющих, тишина осенней ночи оглушила женщину. Она свернула в свой проулок. На скамейке сидел Михаил.
- Ты заблудился, сосед?
Мужчина молчал.
- Тебя жду. - сказал чуть слышно
Анфиса стояла в нерешительности. Жена Михаила рано ушла с гулянки, а Петька совсем отсутствовал – отправили в длительную командировку.
Фиса подошла к мужчине, потянула за руки, а, когда тот поднялся с лавки, прильнула…
Хмель затуманивал голову, стало легко на душе. Глянула в лицо Михаила и ткнулась, головой в плечо. Мужчина крепко прижал её к себе. Анфиса, задыхаясь, поймала губами его горячие губы.
В эту ночь они не сомкнули глаз, оба, ошеломлённые случившимся. Снова и снова они любили друг друга, не думая о нелепости своего поступка.
На рассвете Михаил покинул дом Анфисы, шепнув на прощание:
- Завтра приходи после восьми ко мне, Лизавета как раз на работу уедет.
С той ночи повелось у любовников встречаться в доме Михаила. Только Лиза за порог, Анфиса тут как тут ныряет в супружескую постель. Были ограничения в выходные дни и когда Пётр был дома.
В деревне все жители как на ладони. Нескоро, но шашни любовников были замечены односельчанами, и вскоре поползли слухи…
***
Михаил вышел из детской.
Надо уезжать…хотя бы на время… - убеждал он себя. – Время покажет, как дальше будет…
Мужчина шагал из угла в угол, размышляя.
А, как же Лиза и сынок, Павлик? – внезапно остановил его вопрос.
Михаил плюхнулся на диван.
Лизавета вернулась с работы поздно. Вынула из сумки стопку ученических тетрадей, положила на стол.
- Вымоталась я сегодня. – устало произнесла и села рядом с мужем на диван.
Михаил встрепенулся, хотел подняться, но его остановил вопрос:
- У тебя что-то случилось? – спросила Лиза мужа.
- Мне надо по работе уехать. Надолго. – ответил Михаил.
- Неприятности? Раньше ты мне всё рассказывал. А сейчас…спим отдельно…что происходит, Миша?
- У меня…с Анфисой…
- Нет! Неправда!
- Правда. – Михаил вскочил на ноги, нервно прошёлся по комнате.
Лиза вся вдруг обмякла. Она невидяще смотрела перед собой…
***
Михаил бродил по улочкам, не зная, что предпринять, что же делать теперь…Вернулся домой поздно, приняв решение уехать в город к тётке. Пожить у родственницы некоторое время, пока сплетни утихнут.
А, там видно будет…терпенье и труд всё перетрут. Глядишь, и Лизавета оттает…– бормотал Михаил, устало опускаясь на сиденье автобуса.
Жене он оставил записку:
Я приму любое твоё решение…если сможешь, прости…за глупый поступок…
***
Лизе дом казался сиротливым. Вечера коротать приходилось одной. Даже ученические тетради не спасали от одиночества и пустоты. Прежде времени ни на что не хватало, а теперь девать было некуда. И вроде ужин приготовит, и Павлика спать уложит, а на часах и девяти вечера нет.
И тогда она доставала альбом и, смотря на фотографии, корила себя…
Какая же я глупая была, бросила учёбу, вот теперь мучаюсь. Хотя в этой ошибке повинен больше Миша. – вспоминала Лизавета. – Как пришёл к ней и сказал:
- В село еду! Дом, работу предложили.
- А я? – испугалась Лиза.
- Ты тоже.
- А как же институт?
- Не беда! Переведёшься на заочное обучение.
Перешла. Потом Павлик родился. Занятия были заброшены.
Эх, Мишка, Мишенька! Что ты натворил? И себе жизнь испортил, и мою, наперекосяк пустил…
Вон Павлик без конца спрашивает:
- Надолго папка уехал?
- Надолго.
А вчера, когда из детского сада забирала, весь в слезах:
- Мама, Сашка говорит: папка мой гулёна и бросил нас с тобой! Это же враньё?
- Да, сынок. Врут. Твой папа хороший. Он уехал надолго в командировку. – решилась на неправду Лиза, сдерживая слёзы.
Но рано или поздно придётся сказать сыну правду, что отец не будет с ними жить. Но как сказать?
А, Миша-то оказался трусом. Бросил семью. Сбежал от сплетен…
ГЛАВА 6. ЛЮДИ ГОВОРЯТ…
Пётр уже не впервые за последние дни замечал: мать что-то хочет ему рассказать, да не решается.
Наконец, не выдержав, молчаливых взглядов и горестных вздыханий матери спросил:
- Мама, ты хочешь мне что-то сказать и не решаешься? Что случилось?
- Ох! – охнула от неожиданности Варвара Ивановна. - А ты сам не слышал?
- Нет.
Варвара Ивановна очень внимательно посмотрела на сына.
- Тогда слушай…правда не знаю, правильно ли я делаю, но считаю, ты всё должен знать.
Тон и вступление матери в разговор, не на шутку встревожили Петра.
- Он человек женатый…дитё есть…
- Кто, он? Мам, ты про кого говоришь?
- Да Михаил, через три двора от тебя живёт.
- И, что, этот Мишка натворил?
Варвара Ивановна рассказала, что бабы языками чешут по углам.
- Будто твоя Анфиска, бегает к нему, когда Лизавета уходит на работу.
Пётр растерянно смотрел на мать. То, что она рассказала, было для Петра словно гром средь ясного неба.
- Как теперь жить? – спросил Пётр, схватившись за голову.
- Не знаю, сыночек. – не сразу ответила Варвара Ивановна. – Только я твою Анфиску вижу насквозь. Ведь предупреждали тебя с отцом перед женитьбой. Непутёвая девка. Ох! Непутёвая!
Варвара Ивановна стёрла слёзы уголком платка.
- Не пойду домой. Сегодня у вас переночую, не ручаюсь за себя. – сказал Пётр.
А сам весь вечер думал о Мишке и Анфиске. Никак не складывалось в голове измена жены.
Варвара Ивановна, понимая, о чём размышляет сын, сказала:
- Вот ты теперь на моём месте. Сколько я мучилась: поведать али проглотить. Не смогла. Чую нутром – надо тебе глаза открыть. А что теперь делать – ты уж сам мозгуй.
Что же делать? Морду набить Мишке? А как же его жинка Лизка? – всю ночь ворочался Пётр, думая о случившемся, но так ничего и не надумав, уснул….
Анфиса в эту ночь так и не смогла уснуть. Лежала и думала о Петре.
И всё острее чувствовала, что Пётр, узнав о её измене, не придёт домой. И страх пришёл: как завтра ему смотреть в глаза, о чём говорить? Да и вообще…как раньше хорошо жилось за мужниной спиной….
***
День ото дня отношения в семье Ждуновых осложнялись. Пётр домой не возвращался, жил у родителей, иногда приходил к Анфисе, выгадывал, когда той дома не было. Общался с дочерьми. Маша уже была большая, училась в пятом классе и присматривала за младшей сестрой – Надей.
Анфиса не раз собиралась уйти от мужа совсем. Они теперь почти не разговаривали, холод отчуждения всё больше разделял их. Жить под одной крышей была обоим в тягость. Постоянные ссоры и скандалы из-за измены бывших супругов не сближала. Так, конечно, не могло продолжаться. Дети не должны жить в хаосе разборок родителей. И развязка наступила. Пётр подал на развод и попросил Фису освободить жилплощадь.
У Анфисы был дом матери, но сестра Маргарита отговаривала её уступать Петру.
Развод в семье Ждуновых был громким. Анфиса призвала в помощь свою двоюродную сестру – Маргариту.
- Вот возьми этот заговорённый платочек. Из рук не выпускай, а когда судья будет тебе вопросы задавать, сначала рот оботри платком и только после отвечай. – напутствовала Рита сестру.
- А, что в нём, в платке-то? – спросила Фиса.
- После суда узнаешь. Главное делай, как я учу тебя. И правда, будет на нашей стороне.
Суд состоялся и вынес вердикт: «Разделить дом Ждуновых на две равные части».
ГЛАВА 7. Я НЕ БУДУ ВСЁ ТЕРПЕТЬ И ПРОЩАТЬ.
В последние дни Пётр не раз вспоминал о Лизе, жене Михаила. Мужчина намеривался зайти к Лизавете, но командировки надвигались одна на другую. Петру приходилось мотаться по всему району. Возможно, он ещё долго бы не собрался к соседке, но случайно встретил Лизу на просёлочной улице.
Женщина возвращалась из райцентра. Сумка была набита до отказа тетрадями и книгами.
- Вот работу несу домой, опять до ночи буду проверять контрольную работу. – пояснила Лизавета устало, когда Пётр предложил свою помощь.
- Трудно одной? – усадив соседку в кабину и плавно трогаясь с места, спросил Пётр.
Лиза внимательно посмотрела на него, прищурив глаза, и ответила:
- Конечно, были бы какие-нибудь родственники у меня здесь, сколько бы тогда проблем убавилось.
Вот характер! – восхитился Пётр. – Не затрагивает тему о муже, Михаиле. Настоящая женщина! Не жалуется, что подлец бросил и оставил её одну с дитём.
У калитки Лиза хотела взять тяжёлую сумку, но Пётр мягко отстранил её в сторону. Лизавета молча вошла во двор. От ворот до дома проложена дорожка из щебёнки.
- Проходи! Гостем будешь. – позвала хозяйка.
Пётр вошёл в просторный дом. Большая чистая комната просматривалась из прихожей.
- Присаживайся. А я сейчас нам кофе сварю. – Лиза хлопотала на кухне, а Пётр сидел на диване, подле журнального столика и осматривался. Дверь в другую комнату плотно закрыта.
Наверное, за той дверью спальня, где Фиска кувыркалась с Мишкой. Вон как дверь плотно закрыта. – аромат кофе отвлёк Петра от мыслей об измене жены.
Лизавета внесла кофе. Запах крепкого напитка заполнил всю комнату.
- Моя мамка прям-таки запилила меня: зайди, помоги женщине. Уж очень она переживает…
- Почему? – неохотно поинтересовалась Лиза, догадавшись, о чём сейчас пойдёт речь.
- Сложившейся ситуацией…- Пётр осёкся, когда заметил в глазах Лизы слёзы.
Лиза немного помедлила с ответом, но быстро справилась с волнением и, деланно, улыбнувшись, сказала:
- Что это вдруг твоя мама обо мне тревожится?
- Лизавета, тебе же одной трудно с ребёнком. Может, моя мама поможет тебе…может, простишь Мишку?
- Ой! – встряхнула Лиза руками. – Не надо. Ты сам простишь свою жену. Ведь она с моим мужем и тебе изменяла?
- А, что если он попросится обратно домой? Простишь?
- На что ты намекаешь? – начала сердиться Лиза.
- Да. – кивнул Пётр, обрадовавшись, что женщина рассердилась. – Я вот со своей развёлся. Не смогу с ней жить.
- Я не буду всё терпеть и прощать! И давай закроем эту тему. – с вызовом сказала Лиза.
Голос Лизаветы дрожал, казалось, ещё немного и она расплачется.
- Успокойся, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть. Просто, может, мы с тобой…того…
- Того? Ты, что же это удумал? Сойтись с тобой?
Пётр постучал по руке женщины и спокойно сказал:
- Не спеши, подумай. – встал из-за стола. – За кофе спасибо!
Пётр сел за руль. Ему хотелось петь. У него теплилась надежда на то, что Лизавета согласится создать с ним семью.
***
На следующий день Лизавета приняла решение уехать из села, вернуться к родителям и уже оттуда подать на развод с Михаилом. Лиза отработала день и подала заявление на увольнение. Вечером съездила на железнодорожный вокзал – купила билет. Теперь оставалось найти того, кто поможет отвезти её с Павликом к поезду. А вещи? Вещи она соберёт ночью.
Возле дома Лизавета увидела машину Петра. Мужчина обрадовался встрече с ней. Здороваясь, задержал руку.
- Лизонька, ты подумала над моим предложением? – спросил Петя.
Женщина отвела взгляд, сказала спокойно:
- Завтра у нас с Павликом поезд в десять утра. Поможешь нам добраться до вокзала. Вещей много, мне одной не управиться.
Пётр изменился в лице, услышав новость, но сдержался. Не стал уговаривать остаться, понимал – ей тяжело.
- Конечно, провожу. Во сколько подъехать за вами?
ЭПИЛОГ К ПЕРВОЙ ЧАСТИ.
1988 - 1989гг.
Утром следующего дня Петя приехал к дому Лизаветы. Да он понимал: не захотела с ним создать семью, ничего не поделаешь. Что уж там, пусть пока будет так. Подхватив два небольших чемодана, дорожную сумку, загрузил в машину. Затем помог Лизе взобраться в кабину, подал сына, захлопнул дверцу, обошёл машину, сел за руль, тронулся с места.
- Ну вот и прощай моя жизнь здесь…- тихо сказала женщина, сдерживая слёзы. Её голос дрогнул от волнения.
Пётр промолчал. Он, конечно, мог что-то сказать, но не стал. Никакие нужные слова не приходили на ум. На душе было муторно…
Уже, когда помог занести вещи в вагон поезда, присел на полку:
- Ты подумай, Лизавета. Я буду ждать. Хорошая ты баба, а Мишка-дурак. Добро на худо не меняют. – сказал и пошёл к выходу.
Как жить дальше? А может быть, всё же попробовать сойтись с Петей? – задумалась над вопросами Лиза под стук колёс…
***
Анфиса от стыда сбежала из деревни. Поселилась в квартире первого мужа Бориса.
- Имею права! – втаскивая чемодан в прихожую, объявила она мужчине.
Борис смирился, деваться ему было некуда. Так и жили. Мужчина занимал одну комнату, Анфиса с девочками жила во второй. Как-то вытирая пыль на полке шкафа, нашла свадебное фото, где она в платье невесты счастливо улыбалась, стоя рядом с Борей. Фотографию она решительно порвала, вложив в это действо всю злобу.
Она всегда была без комплексов. Считала, что утерянные чувства или лишние напоминания о прошлом лучше уничтожить. Поэтому говорила и делала то, что считала важным для себя.
Память о Петре была свежа в её душе. Их отношения были неясные и не совсем чистые. Ей казалось, что Петя просто уехал в длительную командировку, поэтому она его не может видеть.
Предательство Мишки, сбежавшего и бросившего «Её», которая сама бросает неугодных кавалеров, оставило гнетущую пустоту. Женщина вспомнила, как Петя любил её, даря радость и душевное равновесие. А теперь этой надёжной опоры нет. Не хотелось терять Петра. И с ним жизни не будет…и здесь всё надоело…
Не было у неё больше сил ворочать ящики с рассадой, деньги быстро кончались, и надо было работать. Работать, чтобы расплатиться с нанятыми строителями. Дом, отвоёванный у Петра и подаренный ему родителями, теперь был разделён на двух хозяев.
В коридоре, который соединял четыре комнаты, выросла кирпичная стена.
Прошло время. Ремонт закончился, сплетни поутихли, и Фиса вернулась в село. Её мать, не выдержав позора, слегла с сердцем и умерла. Но перед смертью составила завещание на дом в пользу младшей внучки – Надежды.
- У Маши квартира в городе, девочка обеспечена.
- Но почему? – психовала Анфиса, злясь на мать.
- Ты мне концерты не устраивай тут! – строго прикрикнула мать, с трудом приподняв голову от подушки: - Не пропадёшь! Вона оттяпала у Петра полдома и радуйся! Знаю, что после моей смерти сразу же продашь мой дом – для тебя деньги важнее, чем будущее твоей дочери. А так, не будет у тебя разрешения распоряжаться наследством Наденьки.
***
Когда Анфиса вернулась в село, Пётр ловил себя на мысли, что не может вычеркнуть из сердца бывшую жену.
- Может быть, попробуем сначала? – предложил Петя.
Анфиса поймала на себе заинтересованный взгляд Петра.
- Знаю, что разбитую вазу – можно склеить, но трещина никуда не денется, её будет видно и напоминать она будет…но попробовать можно…я навертел, и ты накрутила дел.
- Я подумаю. – ответила Фиса.
Она хотела придержать возле себя бывшего мужа, так, на всякий случай. Вдруг пригодится. Поэтому, живя отдельно, бывшие супруги относились дружески друг к другу.
И пригодилась дружба!
Как-то Пётр объявил новость:
- Двоюродные брат с сестрой едут в гости. Погуляем! – радовался бывший муж Анфисы приезду гостей.
Анфиса эту родовую ветвь семьи Ждуновых не знала, но с удовольствием бы познакомилась…
А, вдруг? – мелькнула шальная мысль в голове. - Едет мужчинка с сестрой. Не с женой, а с сестрой. Может, это судьба…и имя какое знатное…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. СЕРГЕЙ.
ГЛАВА 1. ТЕСТЬ СЫГРАЛ НЕМАЛУЮ РОЛЬ.
1987-1988гг.
Сергей Гордеев уже сбился со счёта, какой день, пребывал в полной неразберихе. Он расстался с женой Мариной.
И в этот раз, наверное, навсегда… - расстроенно подумал парень, наполняя очередную стопку водкой…
Он пил и вспоминал, как тесть «размазал его по стенке». Взгляд отца, теперь уже бывшей жены, выражал столько презрения к нему, что эту сцену Сергей будет помнить очень долго и нескоро забудет. Вот и пил, и топил своё горе в водке. Ему казалось, чем больше он выпьет, тем осадок в душе быстрее растворится… но помогало мало…
Металлическая дверь издала звук высокого тембра…
Опять кого-то черти принесли. – расслабленно подумал Сергей. – Не буду открывать! Надоели! – дал себе установку парень.
За дверью наступила тишина. Тот, кто колошматил по металлу, словно смог прочесть посул хозяина квартиры.
Сергей, пошатываясь, прошёл из кухни в комнату, плюхнулся на диван, и его накрыли воспоминания…
… в тот вечер он с друзьями отправился на вечеринку, где впервые увидел Марину. После гулянки пошёл провожать понравившуюся девушку до дома.
- Ты там осторожно с девкой. – напутствовал его друг, Андрей.
- А, что не так? – спросил Сергей.
- Так, она дочка самого Тихомирова! – выставив указательный палец к потолку, ответил друг.
- Мне это ни о чём не говорит. – скривился Сергей.
- Тихомиров, отец Маринки и мэр нашего города. Так ухватит за жабры… и не только… будешь пятый угол искать…
- Не пугай!
- Не пугаю. Главное я тебя предупредил!
- Лучше дай ключи от квартиры на вечер.
- Что будешь окучивать в первый же вечер?
- Не твоё дело! – огрызнулся Сергей. – Не на улице же нам шататься всю ночь.
Андрей достал ключи из куртки и вложил в ладонь друга:
- Ладно-о-о. – протянул друг. – Сегодня переночую у Томки.
Марина окинула взглядом Сергея. Он смотрел на неё карими повлажневшими глазами, в которых читалось большое желание. Такое настороженное ожидание её реакции, а потом, конечно, возник вопрос: «Как это будет – заниматься с ним любовью?»
У неё был опыт, и она не думала о сексуальном влечении, оно ей было не чуждо, но Марина боялась разочарования, как быстро оно наступает после интима. Как скучно становилось.
Собравшись с духом, Марина подошла к дивану. Сердце девушки бешено колотилось, когда она сняла свитер через голову и отбросила его в сторону. Марина без труда прочитала восторг в глазах Сергея. С улыбкой он прижал её к себе и коснулся её губ. Марина тут же ответила на этот опьяняющий поцелуй. Девушка не обращала внимания на ловкие руки мужчины, которые расстегнули её джинсы и стянули их вместе с трусиками. Её тело очень быстро среагировало на его ласки…
С этой ночи молодые люди начали встречаться, почти каждый день. Только если Сергей не дежурил в ночную смену. Влюблённые пользовались квартирами друзей. Это длилось недолго. Вскоре отец возлюбленной узнал, что его дочь не просто бегает на свидания, а спит с Сергеем.
- Я не позволю тебе совращать мою дочь! – как-то при встрече, начал отец Маринки.
Сергей сидел на диване, и ему было неловко перед родителями девушки.
- Папа, никто никого не совращает! Мы с Серёжей любим друг друга…
- Ах, любите! – перебил Тихомиров дочь и стукнул кулаком по столу. – Тогда нечего по чужим углам скитаться, а женитесь и живите как люди.
Сергей от такого предложения вздрогнул. Он совсем не хотел жениться. По крайней мере, не сейчас. Разговор перешёл в такое русло, которое ему не понравилось. Он поднялся с дивана, попрощался и покинул дом Марины. Но парень не знал, с кем он связался. Тихомиров, отец девушки, был не тот человек, предложения которого можно было просто проигнорировать.
Отец Марины быстро навёл справки о парне и пригласил для беседы родителей Сергея. Когда родители вернулись со встречи, то дома состоялся неприятный разговор.
- Ты девушку опорочил! – сказала мама Сергея, Татьяна Васильевна.
- Ты просто обязан теперь на ней жениться! – вторил матери отец, Николай Петрович.
Сергей плюнул в сердцах, слишком много человек насело на него. В общем, через два месяца молодых людей расписали. Была свадьба. Среди приглашённых на торжество, присутствовали именитые гости, что очень понравилось родителям Сергея.
Молодым родители Сергея подарили двухкомнатную квартиру.
***
Но жизнь молодожёнов как-то сразу не задалась.
Сергей приходил с работы, жены дома не было. Ужин тоже отсутствовал. Марина приходила поздно.
- Где ты пропадаешь целыми днями?
- С подружками.
- Я хотел бы посмотреть на твоих друзей.
Сергею не понравилась компания Марины. Он попытался привлечь жену на свои тусовки – ей не понравилось.
Начались ссоры, зародилось недоверие. Очень быстро выяснилось, что супруги не одного поля ягоды. Отсюда в отношениях мужа и жены возникла трещина раздора, которая, чем дальше, тем становилась всё шире и шире.
Сергей в душе желал, чтобы его с работы встречала жена. С вкусным ужином. Тихий вечер вдвоём. А слишком молодая жена, видимо, не догуляла. И постоянно отсутствовала дома. Сергей всё чаще стал прикладываться к бутылке, заглушая боль разочарования. В этот кризисный момент появился отец Марины. Дочь нажаловалась папе, что её муж спивается. В итоге, не прожив даже года, молодые люди развелись.
ГЛАВА 2. – МОЖНО, Я ТОЖЕ БУДУ НАЗЫВАТЬ ТЕБЯ НИКОЙ
1988-1989 гг.
Сергея выручила его сестра, Лариса, с необычным предложением:
- У нас намечается новогодний корпоративный вечер, и мне поручили найти Деда Мороза. Я подумала: «Не сыграть ли тебе эту роль?»
- Не знаю… - засомневался брат.
- Да тебе ничего такого знать и не надо! – воскликнула Лариса. – Поводишь больших дядей с тётечками вокруг ёлки, и всё!
***
Сергея затолкали в комнату, где уже находилась наряженная Снегурочка. Лицо девушки выражало испуг.
- Я никогда не была Снегурочкой. Не знаю, что говорить. Зачем только согласилась на авантюру Лоры?
- Лора, моя сестра. Меня тоже она уговорила. – одевая красное пальто и подпоясываясь кушаком, сказал Сергей. Шапка скрыла глаза, а лицо – искусственная борода.
- Вместе как-нибудь справимся! – бодро сказал он и улыбнулся: - Меня Сергеем звать. А тебя?
- Я Вероника. Близкие зовут меня – Никой.
- Можно, я тоже буду называть тебя – Никой.
Вероника нервно кивнула.
Они вышли в зал. Красивые женщины в новогодних нарядах, мужчины в элегантных костюмах. Столы ломились от дорогих закусок и элитного алкоголя. Руководство компании устроило работникам прекрасный праздник.
Когда в зал вышли Дед Мороз и Снегурочка, все дружно захлопали в ладоши. Первый раз находясь в качестве Снегурочки, Вероника смутилась и не спускала глаз с Деда Мороза. И только удивлялась, каким он оказался уверенным, находчивым. Она так не умела и чувствовала, как от смущения, у неё горят щёки.
А Сергей волновался не меньше Снегурочки. Шутка ли, сколько глаз смотрели на них. Смотрели и обсуждали красивую Снегурку.
- Какая красивая девушка. Откуда занесло такую?
- Фигуристая…
А наряд действительно подчёркивал красивую фигуру, длина до колена, давала возможность самым любопытным посмотреть и на стройные ножки. Глаза стоящего рядом Сергея излучали тепло, и Ника перестала обращать внимание на реплики.
Потом они переоделись и вышли к веселящейся компании. От внимания нового знакомого глаза Ники блестели. Она веселилась, пила шампанское и украдкой наблюдала за Сергеем. Высокий, под два метра ростом молодой человек, заставлял сердечко Вероники радостно стучать. Он ей очень нравился, до такой степени, что дух захватывало. А когда Сергей пригласил Веронику на танец, она поняла, что влюбилась с первого взгляда. Ей всегда нравились высокие мужчины.
Вечер подошёл к концу, и Лариса предложила Веронике довезти её до дома.
- Ты Нику знаешь? Откуда? – спросил Сергей, когда Вероника вышла у своего дома.
- Учились в одной школе…- расплывчато ответила Лариса. – Что, понравилась тебе девушка?
Сергей кивнул и рассеянно посмотрел в окно.
Вот и пришла зима. – подумал грустно мужчина. – Вон, как бережно укрыла природу одеялом чистого, белого снега, сковала реку льдом, остужает воздух сильными морозами. Ещё, конечно, случаются оттепели, но впереди быть долгой зиме. Ночи длинны, морозны и не уютны. Во всех домах наряжают ёлки, ведь скоро Новый год, а у меня никакого настроения…
- Ты меня совсем не слушаешь! – возмутилась сестра.
- Прости, задумался…
- Задумался он. – пробубнила недовольно Лариса. – Я предлагаю провести Новый год с нами.
- С кем, с вами?
- Вероника живёт в квартире одна, она ей от бабушки досталась. Мы с девочками договорились встретить у неё. Ты как? Всё равно лучше, чем одному.
- Не знаю…- протянул Сергей. – Я никого не знаю…
- Фиф. – выдохнула сестра. – Что ты не знаешь рыжую Юльку и её мужа Андрея? С Вероникой ты сегодня познакомился.
- Ну хоть ещё один мужик будет.
- Значит, ты согласен! – обрадовалась Лариса.
ГЛАВА 3. СЕРГЕЙ ЗНАЛ ОДНО, ЧТО ОНА САМОЕ ЛУЧШЕЕ, ЧТО БЫЛО В ЕГО ЖИЗНИ.
Снег - явление завораживающее. – включив настольную лампу, подумал Сергей. Подошёл к окну и, уткнувшись лбом в стекло, смотрел, как природа готовится к встрече Нового года. Вспомнилась русская поэзия. Например, у Бориса Пастернака:
Снег идёт, снег идёт.
К белым звёздочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплёт.
Снег идёт, и всё в смятеньи,
Всё пускается в полёт,-
Чёрной лестницы ступени,
Перекрёстка поворот.
Снег идёт, снег идёт,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод…
От этих строк душа Сергея наполнилась радостью, а оттого, что он будет встречать Новый год не один, а в компании друзей, настроение вообще сделалось приподнятым.
Торжественное настроение ночи почувствовалось, как только Сергей переступил порог дома Ники. Маленькая искусственная ёлочка была наряжена сверху донизу игрушками. Запах мандарин дополнял праздничную атмосферу дома.
Лариса с мужем, Юля со своим Андреем и Сергей собрались в большой комнате. Ника пригласила гостей за стол, чтобы проводить старый год. Андрей всё время посматривал на Ларису.
- Всё нормально, братик? – спрашивала Лора, переживая за него. Хорошо понимая, что он недавно пережил развод.
Но Андрей произнёс тост, благодаря уходящий год, с ним все согласились, что отпускают с благодарностью за всё хорошее.
За пять минут до Нового года все взяли бокалы с шампанским, весело отсчитывая вместе с курантами последние минуты уходящего года. Сергей стоял рядом с Никой, поздравил её с Новым годом и пожелал счастья.
Когда Сергей добрался до подушки, время было уже четыре утра. Но сон не шёл. Потому что перед глазами стояла Вероника. Ему никак не удавалось избавиться от картинки поцелуя с ней.
***
Последующие за Новогодними праздниками дни были счастливыми для Сергея. Он всегда был рядом с Вероникой, не мог удержаться от прикосновения к ней. Даже в присутствии других он держал её за руку. Или, если влюблённые были в гостях, прижимался своей ногой к её под обеденным столом. А когда танцевали, Сергей чувствовал, как её колени льнут к его ногам.
Влюблённым было хорошо находиться вместе. Сидя в театре или держа друг друга в объятиях в постели, обессилив от страсти. Сергей знал одно, что она самое лучшее, что было в его жизни.
Прошёл январь, февраль…
Мужчина всё чаще стал думать об их отношениях. Он не хотел, чтобы было так. И хорошо понимал, что Ника ждёт от него предложения руки и сердца. Но, он пока не был готов к созданию семьи.
Нет! Он давно не думал о своей бывшей жене. Перегорело. Вероника устраивала его во всём. Но что-то останавливало. Так, в сомнениях он и жил. И Нику не хотел терять и жениться, пока был не готов.
Его не интересовало ни уют в доме, ни вкусная еда. Женщина рядом с ним была прекраснее, чем любая другая, и сама, казалось, всего этого не замечала. Сергей был озадачен. Впервые в жизни он встретил женщину, не стремившуюся окольцевать мужчину. Это заставляло задуматься.