Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
- ГЛАВА 14
- ГЛАВА 15
- ГЛАВА 16
- ГЛАВА 17
- ГЛАВА 18
- ГЛАВА 19
- ГЛАВА 20
- ГЛАВА 21
- ГЛАВА 22
- ГЛАВА 23
- ГЛАВА 24
- ГЛАВА 25
- ГЛАВА 26
- ГЛАВА 27
- ГЛАВА 28
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
В течение десяти лет Розалин Кейн была любящей и примерной женой. Но муж увлекся молоденькой аристократкой и выслал ненужную жену в дальнее поместье. Разбитое сердце, старый дом и засохшие кусты роз — вот и все, что осталось от брака. Но с помощью своего природного дара Рози собирается возродить сад. И возродить свою жизнь, ибо хочет жить долго и счастливо. Желательно без бывшего, который вдруг зачастил в гости. Потому что брошенная жена неожиданно расцвела, а еще проявила характер — выдала мужу лопату и отправила… в сад. Окучивать розы.
ГЛАВА 1
— Леди Кейн, к вам посетительница, — сообщил дворецкий, предварительно постучав в дверь. — Она дожидается в малой гостиной.
— Кто же это? — удивилась Розалин.
Поставщиков тканей она ждала лишь на следующей неделе, а продукты были доставлены накануне. Возможно, это декораторы? Их визит был запланирован на сегодня — нужно было осмотреть гостевые комнаты и предложить варианты обновления интерьеров.
Домом Розалин занималась сама. Экономку они с мужем так и не наняли, а штат слуг ограничивался лишь дворецким, кухаркой и старенькой горничной, больше походившей на реликт прошлого, нежели на работницу. Она помогала хозяйке зашнуровать платье и наполняла ванну ароматной пеной, но на что-то большее была не способна. Остальных слуг супруги нанимали через агентство — по мере надобности. Не потому, что семья не могла себе позволить приличный штат прислуги. Закари Кейн был одним из пяти советников короля и аристократом из древнего богатого рода. Но он не терпел лишних людей в особняке: у него работали только верные люди, которые знали еще родителей Зака и хранили семейные тайны.
Розалин отложила книгу и, бросив быстрый взгляд на свое отражение в зеркале, прошла в малую гостиную.
У окна стояла девушка с рыжими, словно пламя, волосами. Платье из светлого бархата, расшитое золотыми нитями, говорило об изысканном вкусе. А украшения с крупными драгоценными лондринами намекали на ее богатство. Розалин невольно залюбовалась тонкими аристократическими чертами лица незнакомки и полными карминовыми губами, ярко выделявшимися на фарфоровой коже. Девушка выглядела одновременно невинной и чувственной. Она была красива, молода и напоминала редкую экзотическую птицу. Самой Розалин недавно исполнилось двадцать восемь, и в своем домашнем платье темного цвета, со стянутыми в простой пучок волосами, она вдруг почувствовала себя старой тусклой молью на фоне юной яркой бабочки.
Когда Розалин жила в Мьельвиле, южной столице Шетландских островов, ее кожа сияла, в глазах отражалось ясное небо, а волосы напоминали шелк. Она словно расцветала под лучами южного солнца, и на лице появлялись краски. Но в северной столице, среди дождей и туманов, Розалин увядала. При взгляде на незнакомку Рози охватило чувство собственной неполноценности. В груди возникло тревожно-щемящее чувство. А своим чувствам она привыкла доверять.
— Доброе утро. Разрешите представиться — Катарина Макгвайр, дочь четвертого министра. Уверена, ваш муж рассказывал обо мне, — первой произнесла девушка, ослепительно улыбаясь.
— Доброе, — холодно откликнулась Розалин, не предложив присесть гостье. Ее задело упоминание мужа. — С чего бы ему вас упоминать?
Катарина прикусила губу, словно над чем-то размышляла, а потом снова улыбнулась:
— Просто... лорд Кейн дружен с моим отцом и бывал у нас. Мы не раз встречались на светских раутах и балах.
— Мой муж не посещает рауты и балы, — ровно заметила Розалин. — У него на это нет времени. Простите, какова цель вашего визита?
Девушка оглядела хозяйку дома, не скрывая интереса, и заявила:
— Считайте это дружеским визитом. Я решила с вами познакомиться и принесла приглашение на музыкальный вечер у мисс Арно. Там будут все сливки общества.
Катарина, не дожидаясь реакции хозяйки, аккуратно положила конверт на стол и добавила:
— Мисс Арно пригласила певцов из Венецики. Вам точно понравится.
— Вы так считаете? — с легкой иронией переспросила Розалин, наблюдая за сияющим лицом слегка навязчивой гостьи.
Возможно, Катарина только недавно закончила пансион, вернулась в столицу и теперь искала подруг среди бомонда. А Рози встретила ее чересчур холодно, превратив беседу в допрос. Но предложить чай Розалин не успела: Катарина уже направилась к дверям.
— Уверяю, вам будет любопытно посмотреть на представление! — заверила гостья. — Я несколько лет жила в Венецике и знаю, что такое настоящее искусство. Что ж, рада была знакомству, но мне пора. Надеюсь, вы придете.
С этими словами девушка резко развернулась и стремительно покинула гостиную. Через секунду в коридоре раздались шаги дворецкого — он сопровождал гостью к выходу.
Розалин еще некоторое время стояла, глядя на оставленный конверт, будто в нем скрывалось не приглашение, а предупреждение. Затем, глубоко вздохнув, она вернулась к своим делам — вскоре должны были приехать декораторы.
К обеду домой из дворца вернулся Закари. Про утреннюю гостью Розалин решила не упоминать — в конце концов, министров у короля много, и у каждого из них наверняка имеется по паре дочерей. Но вот о приглашении на вечер она все же рассказала.
— В музыкальном салоне мисс Арно... — начала она нерешительно, наблюдая, как муж после обеда листает документы, — этим вечером будет концерт. Нас пригласили.
— У меня нет времени на светские глупости, — буркнул муж, не отрываясь от бумаг. — Сходи одна, развейся. Все равно ты целыми днями сидишь дома.
Фраза ударила больнее пощечины. Не из-за грубости, нет. Из-за равнодушия. Он даже не взглянул на нее. Не задумался, что она хотела провести вечер с ним, как прежде бывало.
Розалин с Закари жили в роскошном особняке, в непосредственной близости и от королевской резиденции, и от главного столичного театра, но светские рауты и музыкальные вечера в последние годы посещали редко. При том, что Закари являлся значимой фигурой в Гринвальде, и приглашения приходили пачками. Но лорд Кейн был слишком занят на службе. В свои сорок лет Закари обладал привлекательной внешностью — высокий, широкоплечий, с темными чуть вьющимися волосами и карими глазами, напоминавшими искрящийся на солнце янтарь. Как представитель древнего рода, Закари Кейн выглядел гораздо моложе своих лет, но на это была и еще одна причина. Тайна, которую он и шесть представителей семейств — основателей Шетландских островов, тщательно скрывали.
Муж Розалин являлся человеком дела и не одобрял бесполезного времяпровождения. К жене он относился снисходительно, а в последний год и вовсе прохладно. Ведь Рози, вопреки ожиданиям супруга, так и не смогла подарить ему наследника.
Розалин тоже происходила из древнего рода, который давно обеднел, и замужество с лордом Кейном стало для родителей Рози спасением. Вот только ее отец не сумел правильно распорядиться деньгами, которые получил в качестве отступных за дочь. Он проиграл все в рулетку, включая дом в южной столице. И не выдержал позора. Мать пережила отца лишь на год, сгорев от горя. У Рози из родных осталась только бабушка Леонардия, но два года назад умерла и она, отписав внучке в наследство полуразрушенное поместье в Мьельвиле и легендарный розовый сад.
Когда-то цветы обладали целебными свойствами, и настойки из розовых лепестков могли вернуть здоровье и молодость. Но природная магия в роду угасала, у бабушки уже не было сил поддерживать сад и чудесные цветы, а Розалин в себе этот дар не развивала. Она покинула родной Мьельвиль, будучи восемнадцатилетней и страстно влюбленной в своего мужа. Закари стал ее светом и смыслом жизни. Рози не поступила в Академию магии, не завела в столице близких подруг, не нашла увлечений, которые могли бы стать жизненной целью. Она обустраивала дом и быт, все это время надеясь, что боги даруют ей детей. Увы, за десять лет брака этого так и не произошло.
В итоге Розалин чувствовала себя брошенной в большом и роскошном доме. Сегодня она решила это изменить и написала мисс Арно, что непременно посетит концерт.
ГЛАВА 2
Рози готовилась к событию полдня. Она достала из гардероба платье из дорогого шелка цвета ясного неба, который, как ей казалось, прекрасно подходил к светлой фарфоровой коже и льдисто-голубым глазам. Модный куафер, которого Розалин пригласила домой, убрал пышные белоснежные локоны в строгую прическу, украсив цветами и бусинами. Образ получился неброским, но изысканным.
Рози предупредила о своем отъезде дворецкого, и ровно в восемь вечера паромобиль подвез ее к дому, где проживала мисс Арно.
Трехэтажный особняк, расположенный на одной из центральных улиц, выглядел немного вычурно, что придавало строению определенный шарм. Светлые мраморные колонны и белый портик прекрасно оттеняли стены, выложенные темным камнем. А зеленые оконные рамы и такого же цвета входная дверь бросали вызов окружающим особнякам, выдержанным в ином, классическом стиле. Но мисс Арно славилась эксцентричностью, и этот дом отражал ее суть.
Розалин передала накидку слуге, у зеркала поправила прическу и, сдерживая волнение, вошла в зал для приемов. Хозяйка дома, высокая дама средних лет, в шелковом струящемся наряде и в модной чалме на голове, тут же бросилась к гостье:
— Леди Кейн! Как я рада, что вы пришли! — звонко воскликнула она, целуя Розалин в обе щеки.
Подобные поцелуи сама Розалин называла «поцелуями змеи», ибо дамы, тепло поприветствовав друг друга, источали яд и шипели, разнося за спиной сплетни, словно ядовитые гадюки.
— Благодарю за приглашение, — сдержанно улыбнулась Рози в ответ. — Когда начнется концерт?
— Скоро. Потом фуршет… А далее, — глаза мисс Арно азартно блеснули, — я надеюсь, нас ждет любопытное представление.
Рози заняла место в зале, взяла бокал с искрящимся легким напитком, а хозяйка представила ее соседям — молодой чете Блюмс и вдовствующей графине фон Шпиц. Так как Розалин редко бывала в высшем обществе, она никого не узнала. Но заметила Катарину. Рыжеволосая гостья сияла в алом, как пламя, платье и стояла в окружении ухажеров. Леди Макгвайр заливисто смеялась над шутками поклонников. Слишком громко для воспитанной леди.
Соседка, пожилая графиня, недовольно заметила:
— Юная леди Макгвайр ведет себя как лавочница. Выставляет напоказ, не следит за манерами. Хотя что с нее взять? Говорят, она несколько лет прожила в Венецике, а там свободу путают с распущенностью.
— Может, она подыскивает мужа и по этой причине хочет привлечь к себе внимание? — мягко заметила Розалин.
— О, да! Вот только для этой цели девица высматривает почему-то чужих мужей.
Разговор с соседкой пришлось прекратить, потому что в зале приглушили свет. Концерт начался.
На импровизированную сцену вышел скрипичный квартет, который виртуозно исполнил несколько пьес. Их сменила арфистка, а следом за ней выступила известная певица из Венецики — кьяра Джордани. Ее голос разливался нежным колокольчиком и вызывал у присутствующих неподдельный восторг. Розалин блуждала взглядом по залу, наслаждаясь пением, и ей вдруг почудилось, что в первом ряду, рядом с леди Макгвайр, сидит ее муж. Но это невозможно! Закари явно дал понять, что на концерт не пойдет. Да и зачем бы ему садиться рядом с кем-то еще, когда собственная жена в зале? Если только он не слушал, о чем говорила ему за обедом Розалин.
После окончания выступления Рози заметила, что мужчины, похожего на ее мужа, в зале уже не было. Но пожилая графиня не позволила Розалин покинуть зал и отправиться на поиски. Дама повела новую знакомую к фуршетному столу. К ним подходили знакомиться, кого-то Рози знала и приветствовала. Но ни с кем из присутствующих настоящей дружбы не водила. Поэтому ее удивили вопросы некоторых дам, почему же она здесь одна.
— Муж занят и не смог посетить концерт, — ответила Розалин, стараясь подавить раздражение.
Но одна из приглашенных матрон вдруг заметила:
— Разве? Мне кажется, я видела его в коридоре, что ведет к библиотеке.
Розалин извинилась и торопливо покинула зал. Она непременно захотела убедиться в том, что собеседница ошиблась. Поэтому блуждала по коридорам первого этажа, пытаясь обнаружить собственного мужа. Пожурив себя за глупый поступок, она решила вернуться в зал. Но вдруг в одном из альковов, украшенном декоративными колоннами и лепниной, она заметила влюбленную парочку. Розалин остановилась как вкопанная, потому что в мужчине узнала собственного мужа, а к нему прижималась рыжеволосая соблазнительница. Ярко-алое платье дамы притягивало взгляд, как и ее огненные волосы.
— Что происходит? — спросил лорд Кейн.
Розалин замерла, прислушиваясь к каждому слову.
— Я больше не намерена скрывать наши отношения! — слишком громко произнесла леди Макгвайр. — Ты же не любишь жену!
— Наши отношения?.. — переспросил Закари, но девушка, не дав договорить, прильнула жарким поцелуем к его губам.
Розалин прислонилась спиной к стене, почувствовав, как из-под ног уходит пол. Она едва дышала, наблюдая за тем, как Катарина обвивала тонкими руками шею ее супруга и прижималась яркими губами к его губам. И муж — тот, который клялся хранить ей верность и когда-то объяснялся в любви, не оттолкнул соблазнительницу.
Розалин не выдержала и громко всхлипнула.
Закари Кейн и его спутница обернулись, заметив непрошеную свидетельницу интимной сцены.
— Рози? Что ты тут делаешь?! — удивился Зак.
А вот леди Макгвайр ничуть не удивилась. На ее губах змеилась победная улыбка.
— Пришла посмотреть на представление, — ответила Розалин охрипшим от волнения голосом, при этом смотрела не на мужа, а на рыжеволосую разлучницу, которая, похоже, спланировала эту сцену и заманила соперницу в ловушку.
ГЛАВА 3
— Рози, это не то, что ты думаешь... — попытался оправдаться Закари Кейн, но договорить ему не дали.
Послышались шаги и голоса: в конце коридора стояла мисс Арно с группой гостей. Они воззрились на разыгравшуюся драму с тем интересом, с каким наблюдают за спектаклем.
От подобного позора Розалин не знала куда деть глаза. Она растерянно смотрела на мужа, который сохранял каменное выражение лица.
Розалин не желала участвовать в этом чудовищном представлении, поэтому не нашла ничего лучше, чем сбежать в дамскую комнату. Только оказавшись наедине с собой, Рози наконец-то разрыдалась. Сквозь слезы, она смотрела на свое отражение в огромном зеркале и понимала, почему Зак выбрал другую. По сравнению с яркой соперницей Розалин выглядела блекло. Ее бледно-голубое платье, которое прежде казалось удачным, лишь подчеркивало недостатки — слишком светлую кожу и белоснежные тусклые волосы, украшенные нелепыми бусинками и вычурными цветами.
— Ну-ну, дорогая, не стоит так убиваться, — раздался знакомый голос.
В дамскую комнату вошла ее новая знакомая, графиня фон Шпиц, и предложила Розалин свой платок.
— Все знали, да? Это было подстроено? — спросила она у графини, вытирая слезы.
— Нет, я ничего не знала. Но я и не интересуюсь жизнью молодых повес. А вот мисс Арно, возможно, была соучастницей.
Розалин тяжело вздохнула. Высший свет узнает об измене Зака и станет потешаться над глупой женой. Недаром эта интриганка Арно привела в коридор местных сплетниц, устроив из ее, Рози, семейной трагедии настоящее представление.
— А сейчас вы возьмете себя в руки, — строго приказала собеседница, — и покинете этот дом, как следует леди, а не обиженной провинциальной простушке.
— Я не смогу… — жалобно прошептала Розалин.
— Должны! — возразила графиня. — Полагаю, у входной двери вас дожидаются хозяйка и муж. Ни в коем случае не устраивайте истерик. Да и дома не советую.
— Но что же делать? Смириться? — растерянно спросила Розалин.
— Это решать вам. В любом случае у вас лишь два варианта: принять измены мужа, как неизбежное. Поверьте, это в первый раз лишь больно, а потом привыкаешь. Знаю по себе, — неожиданно призналась графиня.
— А второй вариант? — уточнила Рози.
— Поступить как ваш муж и завести любовника, — удивила ответом женщина.
— Вряд ли я на это способна. Но в любом случае благодарю за совет, — кивнула женщине Розалин и решила, что ни один из вариантов ей не подходит. Должен быть и третий, который позволит сохранить остатки самоуважения.
Уговорив себя, что подумает об этом позже, Розалин вышла из дамской комнаты, гордо расправив плечи.
У входной двери, как и предполагала вдовствующая графиня, Рози поджидала хозяйка дома. К счастью, рыжеволосой разлучницы поблизости не наблюдалось.
— Как вам вечер? — со сладким ядом в голосе поинтересовалась мисс Арно.
— Музыка резала слух, закуски были несвежими, а от финального представления разило пошлостью, — спокойно ответила Розалин.
Своими словами она ввела мисс Арно в ступор.
— И мне интересна ваша роль в финальной сцене представления, мисс Арно, — поинтересовался подошедший к Розалин муж, а ее плеч коснулась бархатистая ткань накидки.
— Нет-нет, это недоразумение… — попыталась оправдаться хозяйка салона.
— Мы с супругой по достоинству оценили это «недоразумение». И поверьте, я это так не оставлю, — пообещал Закари, отчего хозяйка дома побледнела.
Она явно не ожидала подобного развития событий. Но надо было дважды подумать, прежде чем расставлять ловушки для действующего советника короля. Это не какой-нибудь обедневший аристократ или опальный министр.
Только вот Розалин не интересовали ни угрозы мужа, ни реакция на них мисс Арно. Она была совершенно раздавлена и просто хотела как можно скорее оказаться дома.
Уже в автомобиле Закари Кейн обратился к жене:
— Благодарю тебя, что не стала прилюдно устраивать сцен. Но что ты делала в доме мисс Арно?
— Видимо, как и ты, слушала музыку, — рассеянно ответила Розалин, глядя в окно. — Я говорила тебе о том, что нас пригласили. Но ты, как всегда, был невнимателен.
— Послушай, Рози, — Зак сжал ее ладонь, но Розалин дернулась, как от ожога, и он отпустил ее руку. — Я все объясню. Позже, не здесь. Могу лишь сказать, что все не так, как выглядит.
Холодный деловой тон мужа еще больше оскорбил Розалин. Тем более ни в автомобиле, ни дома он так и не попросил у нее прощения за свою измену. Как и ни удостоил объяснений.
На следующий день Закари был занят на службе, обедал с каким-то министром в ресторации и домой вернулся за полночь. Важного разговора между супругами опять не случилось.
Розалин все это время убеждала себя, что произошедшее — это какая-то нелепая ошибка и поведению мужа найдется объяснение. Но действительность оказалась иной.
ГЛАВА 4
Розалин проснулась рано, прислушиваясь к звукам. Дом отвечал ей пустотой.
Закари уже ушел. На подушке не было ни записки, ни цветов — как попытки загладить вину. Муж уехал во дворец, оставив за собой едва уловимый шлейф мужского парфюма и недосказанности.
Рози не плакала. Просто сидела, обхватив себя за плечи, и наблюдала, как капли дождя стекают по стеклу. Будто небо оплакивало за нее и неудачный брак, и безответную любовь.
Эти два дня Рози провела дома, словно в заточении. Она стыдилась показаться в высшем обществе, не желая столкнуться с удушливыми сплетнями и неприятными вопросами. Но ей нужно было узнать правду, чтобы принять окончательное решение. Поэтому Розалин Кейн отправилась к своей единственной в этом городе приятельнице — Элеонор Уолдберг. Муж Эль тоже служил во дворце, но занимал более низкую должность. Да и аристократом не был. Но для Розалин это не имело значения. Улыбчивая Элеонор ей нравилась, и они сдружились в тот год, когда Рози только прибыла в столицу и посещала свои первые балы в статусе леди Кейн. Сейчас Эль воспитывала двух близнецов, мальчика и девочку, и женщины в последние годы немного отдалились.
— Дорогая, как ты? — спросила Эль, встречая подругу на пороге дома.
— Все хорошо, — стараясь не выдать волнение в голосе, ответила Розалин.
— Я все знаю — о Закаре и его новом увлечении, — призналась Элеонор, отчего сердце Рози ухнуло вниз.
— Откуда? — спросила Розалин.
Подруги прошли в уютную небольшую гостиную. Служанка принесла чай, а гувернантка увела детей, которые использовали комнату как игровую. Четырехлетние Эмма и Виктор поздоровались с Розалин и тут же побежали за гувернанткой, пообещавшей им почитать любимую книгу.
— Газеты. Да и наши знакомые как-то видели Зака в компании леди Макгвайр, — призналась подруге Эль. — Говорят, он посещал с ней картинную галерею и был в ресторации. Возможно, это просто слухи, Рози… Я даже не стала тебе ничего говорить.
Розалин едва сдерживала слезы. Получается, что Закари встречался с этой Катариной в то время, когда собственная жена сидела дома. Более того — он лгал, рассказывая, что занят на работе.
Рози больше не слушала подругу. Она размышляла, как лучше поступить. Воспользоваться ли советом графини и простить мужа? Нет, она не сможет делать вид, что ничего не произошло. Или завести любовника ради мести? Тем более не сможет — это мерзко и низко. Оставался третий вариант — расстаться. Разводы в обществе уже не были чем-то необычным, как двадцать или тридцать лет назад. Возможно, именно на это и рассчитывал Зак: чтобы она, узнав об измене, ушла. Только куда?
Розалин вдруг вспомнила о бабушкином поместье в Мьельвиле. Там, где жила душа ее рода и где она провела счастливые детские годы.
Мысль о возвращении была робкой, как первая капля дождя. Но в Гринвальде дом стал золотой клеткой, а ее брак оказался ошибкой.
Оставшуюся часть дня Розалин не находила себе места.
Ближе к вечеру внутри зашевелилось решение. «Может, пора вернуться туда, где я была собой? — подумала Розалин. — Туда, где цветы обладали магией, а воздух был наполнен надеждами…» От принятого решения на сердце неожиданно стало легче. Рози подошла к письменному столу и достала шкатулку, в которой лежали пожелтевшие от времени письма и документы. Розалин положила шкатулку в дорожный саквояж. В него она поместила несколько летних платьев и комплекты белья. Она взяла с собой кольца и серьги, подаренные Закари. Украшения можно было продать и какое-то время жить на вырученные деньги. Фамильные драгоценности рода Кейн остались нетронутыми в футлярах.
Рози попросила дворецкого вызвать наемный экипаж, затем тепло попрощалась со слугами, поблагодарив за работу. Она окинула долгим прощальным взглядом дом, в котором прожила десять лет, и ушла.
Розалин попросила водителя отвезти ее в известную адвокатскую контору к поверенному семьи Кейн — почтенному мистеру Грейвсу.
Контора пожилого поверенного была погружена в сумерки, в комнатах витал запах старых книг, чернил и табака.
— Леди Кейн, чем обязан? — спросил мистер Грейвс, приветствуя ее легким поклоном.
— Я хочу оформить развод. — Голос Рози дрогнул, но она взяла себя в руки. — Я не претендую на имущество мужа, его титул и дом. Фамильные драгоценности я тоже оставила, забрала лишь несколько украшений, что Закари покупал для меня.
— Даже так? — с удивлением протянул мистер Грейвс. — И что же вы хотите получить после развода?
— Я прошу выделить мне небольшое содержание.
— Вы уверены? — вновь удивился мистер Грейвс и одновременно восхитился выдержкой леди Кейн.
— Да. Я уезжаю в Мьельвиль, в старое поместье моей семьи. Письма можно отправлять на этот адрес.
Розалин не видела смысла скрывать, куда направляется. Зак, если захочет, найдет ее. Но что-то подсказывало: искать ее никто не станет.
Расспрашивать леди Кейн о причинах такого неординарного и даже трагического решения Грейвс не стал — он читал газеты. Как и не стал отговаривать. Мужчина лишь посмотрел на Розалин долгим участливым взглядом.
— Хорошо, я подготовлю все необходимые документы. Хотите, чтобы я уведомил лорда Кейна?
— Да, пожалуйста, — тихо ответила Рози.
Попрощавшись с поверенным, Розалин покинула контору и попросила водителя отвезти ее на стоянку дирижаблей.
Ей повезло: ближайшее судно в Мьельвиль отправлялось через полчаса. Она замерла у трапа, подняв голову: серебристый дирижабль возвышался над городом, словно огромный воздушный кит, готовый унести ее прочь.
Вскоре Розалин поднялась по трапу. Внутри салона были мягкие удобные кресла, и витал легкий цитрусовый аромат. Она заняла свое место возле иллюминатора и посмотрела на Гринвальд — город, где не суждено было сбыться ее надеждам. Пальцы сжали обручальное кольцо из темного золота, унизанное синими мерцающими камнями, — свадебный подарок мужа, который она забыла вернуть. Вряд ли оно что-то значило для него, ведь парное кольцо Зак не носил.
«Я не знаю, что будет дальше, — подумала Рози, глядя на проплывающие облака. — Но знаю, чего хочу».
ГЛАВА 5
Мьельвиль встретил Розалин теплым, ласковым ветром, наполненным солью и ароматом цветущих кустарников. В закатных лучах солнца город сиял, как драгоценный лондрин. Море играло всеми оттенками бирюзы и сапфира. Волны неспешно разбивались о камни, оставляя белую пену, будто изысканное кружево на платье. А на высоком утесе напротив бухты словно вырастал из скалы удивительный замок из синего камня. Силуэт замка был различим из любой точки города. Семь высоких башен устремлялись пиками ввысь и олицетворяли семь древних родов Шетландских островов. В далеком прошлом считалось, что в этих семьях появлялись избранные защитники Островов. Драконы. О них слагали легенды, как видели древних защитников в небе в ворохе серебристо-синих искр. Но реальность была такова, что несколько последних десятилетий ни один истинный дракон не показывался миру.
Розалин ехала в нанятом конном экипаже по улицам курортного Мьельвиля и не могла отвести глаз от ярких зданий, цветущих деревьев и нарядных отдыхающих, которые совершали вечерний променад. Город, в котором она родилась, выросла и который всем сердцем любила, предстал перед ней незнакомцем.
Набережная, выложенная светлым камнем, была полна жизни. Целые семейства останавливались у уличных витрин, в которых красовались товары со всего мира. Торговые лавки сменялись ресторациями, где звучала живая музыка и раздавался смех, а воздух был наполнен ароматом специй. По улицам неторопливо катились конные экипажи, украшенные гербами и позолотой. Паровых авто здесь было заметно меньше, чем в северной столице Островов. Но именно в этом и заключалось очарование Мьельвиля — казалось, город сошел со страниц старинной книги и явился из другой эпохи.
— Как же здесь все изменилось... — прошептала Розалин.
Ее сердце колотилось: от волнения, от воспоминаний и от предчувствия чего-то нового.
Последний раз она была здесь два года назад — на похоронах бабушки. Тогда воспоминания о городе были окутаны серой дымкой: траур, черные шторы на окнах, холодные слова сочувствия нотариуса и собственные сожаления о том, что не успела проститься и многое сказать. Едва взглянув на родовое поместье, Рози уехала в столицу, к мужу. В душе тогда не было места для воспоминаний — только боль утраты.
Теперь все было иначе. Она возвращалась, чтобы жить. И особняк в Мьельвиле — единственное место, где она могла найти пристанище после расставания с мужем.
Прежде чем ехать в особняк, Розалин попросила возничего остановиться у здания с вывеской «Нотариальная контора и посреднические услуги мистера Крэпса». Та самая, в которой два года назад огласили завещание бабушки. Тяжелые дубовые двери и бронзовые ручки намекали на то, что в заведение обращались только солидные клиенты.
Розалин вошла внутрь, но на лестнице ее чуть не сбил мужчина, шустро сбегавший со ступеней и изучавший какой-то документ. Рози пошатнулась, но незнакомец вовремя поднял взгляд и ринулся к ней, поддержав за талию.
— Прошу прощения! — прозвучал низкий баритон с теплыми нотками.
Рози с интересом посмотрела на стоящего перед ней молодого мужчину. Ему было лет двадцать семь, возможно, чуть больше. Высокий, с каштановыми волосами и с искрящимися весельем серыми глазами — полная противоположность ее мужу. Он задержался взглядом на ее фигуре чуть дольше, чем полагалось, и на его лице появилась восхищенная улыбка. Которая, впрочем, тут же сменилась тревожным выражением.
— Вы в порядке? — поинтересовался он у Розалин.
Та кивнула, чувствуя, как щеки заливает румянец от явного мужского интереса. После предательства мужа она ощущала себя дамой второго сорта.
— Да. Простите, я тороплюсь, — произнесла она и сделала шаг в сторону.
— Это вы меня простите, я слишком увлекся изучением документа и не заметил такую очаровательную леди. Генри Фостер, — представился мужчина, все