АННОТАЦИЯ
Он – дух, олицетворение мороза и холода, а она хрупкая смертная. Их миры пересекаются лишь на один единственный день в году – в Рождество. И чтобы быть рядом с той, что стала светом в его вечной зиме, Ледяной Джек должен разорвать оковы своей природы.
ПРОЛОГ
Зима в городок нагрянула внезапно.
Вроде только вчера шли проливные дожди, а уже сегодня легкий пушистый снежок покрывал крыши домов, еще не успев улечься на размытых ливнями дорогах.
Парочка воришек поджидала за углом темного переулка респектабельного горожанина, который, припозднившись, возвращался домой под хмельком. Он шел вразвалочку, слегка пошатываясь.
Оборванцы, затаившись, следили за ним от самой таверны, где он с друзьями весь вечер пировал за богато накрытым столом. Уж они–то знают, у кого водятся деньжата, и кто слегка перебрал, чтобы стать легкой добычей!
Стоило жертве ступить туда, куда не проникал свет уличного фонаря, как ворюги накинулись на него, прижав к мокрой кирпичной стене.
– Кошелек или жизнь? – просипел один из них, приставляя к горлу опешившего господина портняжное шило.
– К–к–к–кошелек, – заикаясь проговорил мужчина, потянувшись за пазуху, чтобы отдать прохиндеям деньги. Но то, что произошло дальше, заставило его брови в удивлении взлететь.
Один из преступников без видимой на то причины упал, как подкошенный, стукнувшись головой о невесть откуда появившуюся у него под ногами корку льда. Второй резко обернулся, не выпуская из грязных рук ворот горожанина.
– Эй, Косой, ты чего? – растерянно спросил подельник.
Но Косой, по всей видимости, сильно приложился и не удостоил ответом. Сотоварищ по ограблению потрогал его ногой. Обнаружив, что друг находится в полной отключке, воришка вновь перевел взгляд на испуганную жертву.
– Че уставился, доставай… – он не успел договорить, как с крыши прилетела большая сосулька, стукнув прямиком в макушку. Преступник закатил глаза и рухнул на склизкую землю.
Горожанин, изумленно взирая на лежащих у его ног грабителей, одернул ворот пальто и поспешил покинуть переулок, неловко споткнувшись о распростертую тушу Косого.
Его догнал шквал ледяного ветра и насыпал снега за шиворот, будто кто–то пытался над ним подшутить, бросив огромный снежок.
Мужчина, чертыхнувшись, ускорился. От холода он мгновенно протрезвел и побежал по направлению к дому, словно за ним гналась стая собак.
В воздухе раздался звонкий мужской смех. Его подхватило эхо и понесло по пустым улицам городка. Горожанин опасливо оглянулся, но так никого и не обнаружив, подумал, что ему показалось.
Даже если бы он поднял голову, все равно не увидел бы, что на крыше здания, беззаботно качая ногой и весело глядя ему вслед, сидел молодой парень в белых одеждах. Отсмеявшись, он медленно поднялся и, подхватив тонкий длинный посох, играючи крутанул им.
Он шагал по крышам танцующей походкой и, легко перепрыгивая с одного дома на другой, насвистывал незатейливую мелодию. Ловко спрыгнув вниз, он ударил посохом о мокрую землю. По дорогам поползла ледяная поземка, и снегопад усилился, укрывая город белоснежным покрывалом.
Зима вступила в свои законные права, принеся с собой морозы и колючий ветер.
ГЛАВА 1
Эта история произошла в те далекие времена, когда небо еще не бороздили самолеты, а вместо шума автомобильных двигателей были слышны цокот копыт и ненавязчивое поскрипывание колес повозок и дилижансов. Технический прогресс в мире только набирал мощь, но уже подарил людям телеграф и железные дороги.
Зимы в той местности стояли долгие и суровые, а сон людей был гораздо короче, чем длилась ночь. Леса застывали, закованные в серебряный лёд, а реки и озёра засыпали, покрытые толстой зеркальной коркой.
И лишь колкий морозный ветер мог потревожить это хрупкое безмолвие, проносясь сквозь ветви дремлющих деревьев, заставляя их громко стонать под тяжестью белых покрывал.
По заснеженным дорогам неспешной походкой шел Ледяной. Не человек и не божество. Бессмертный дух, который шагал по земле, оставляя за собой мерцающий след, похожий на россыпь звезд.
Вечно молодой и прекрасный, но обреченный бродить по миру, выдыхая холод и погружая природу в зимний сон, усмиряя тем самым пламя жизни.
Он приносил покой, хотя люди нередко считали его злом, так как он лишал их тепла. Но Джек знал, что земля тоже нуждается в отдыхе, иначе она попросту выгорит и погибнет. Ведь без заморозков не случится весеннего пробуждения, без ночи — не будет рассвета.
Он – хранитель равновесия.
Его имя редко произносили вслух, ведь даже упоминание о Ледяном Джеке приносило людям дрожь и мороз по коже. Его дыхание могло остудить кузнечный горн, а прикосновение превращало слёзы в кристаллы.
Джек был рожден из дыхания северных ветров и осколков павшей звезды. Высокий, стройный и гибкий, он не был злым или добрым, его дело – привести в этот мир зиму. Его волосы – белее снега, а глаза, словно прозрачный голубоватый лёд.
Джек наслаждался возложенными на него обязанностями. Он имел легкий нрав и не был лишен воображения, юношеской непосредственности и присущего людям любопытства.
Он заглядывал в окна домов, рисуя кистью узоры на стеклах, такие тонкие, будто нити судьбы. Он веселился, касаясь облаков, и они осыпались пушистым снегом. Он смеялся, и его смех проносился над крышами воем вьюги.
Иногда он садился на высокий холм и любовался миром, залитым холодным лунным светом. Всё вокруг было его творением — чистым, хрупким и совершенным.
И когда над горизонтом поднимался бледный рассвет, Ледяной Джек вздыхал, зная, что где–то уже просыпается весна, его вечная соперница.
Джек никогда не чувствовал одиночества, пока в один прекрасный день не встретил ЕЁ. Ту, которая поселила в его сердце яркую искру, грозившую растопить своим теплом привычный ему холод.
Ее звали Вивьен.
Даже ее имя, означало саму Жизнь.
В тот день, когда он впервые заглянул в окно небольшого особняка, где проживала ее семья, Ледяной Джек почувствовал, что ожил.
В том буквальном смысле, когда в душе, вопреки царящему там холоду, прорывается хрупкий росток, несущий огромное количество жизненных сил, чтобы впоследствии превратиться в могучее дерево, разрывающее оковы окружающего его льда.
Это случилось в канун Рождества.
Джек как обычно шагал, напевая песенку и закручивал снежные вихри тонким посохом, своим извечным спутником. Стоило ему взмахнуть этой длинной палкой, украшенной драгоценными кристаллами, как пушистый снег, повинуясь магии, поднимался ввысь и начинал вращаться по спирали, подгоняемый потоками воздуха.
Великолепное зрелище.
Жаль, что люди так редко проявляли желание выйти на мороз и насладиться волшебством, которое неустанно творил Ледяной Джек.
Свет из окон домов, мимо которых проходил Дух Зимы, пробуждал в нем непреодолимое любопытство. Джек иногда позволял себе припасть к запотевшим стеклам, чтобы увидеть, чем в этот праздничный вечер заняты жители земель, по которым он проходил.
Он не спеша приблизился к отделанному светлым мрамором дому в викторианском стиле и, приложив ладони к стеклянной поверхности окна, посмотрел на происходящее внутри.
Посреди просторной залы, украшенной ветвями сосны и остролиста, стояла огромная ель. Ее пушистые лапы покрывал разноцветный серпантин и чудесные стеклянные игрушки, вперемешку с конфетами в яркой обертке.
Судя по обстановке, здесь обитали состоятельные горожане. Миловидная женщина сидела в глубоком, обитом бархатом кресле, одетая в нарядное платье с изысканными украшениями в светлых волосах.
Рядом с ней в таком же кресле восседал солидный мужчина приятной наружности с лихо закрученными усами и тщательно уложенной стрижкой.
Джек отстранился от стекла и взглянул на свое отражение. Интересно, как бы он выглядел с такими же усищами?
Он провел ладонью по своему гладкому юношескому подбородку, на котором никогда не было растительности. Белоснежные длинные пряди упали ему на лоб, и Джек запустив в волосы пальцы, небрежно откинул их назад.
Он снова заглянул в окно.
Взгляды пары были обращены вглубь комнаты, где происходило какое–то действо. Рождественская ель, загораживая ветвями обзор, мешала разглядеть, что именно там происходит.
Судя по умиленным лицам людей, которые хлопали в ладоши, они наблюдали за чем–то действительно интересным.
Джек подвинулся чуть правее, но все равно ничего не увидел. Он уже хотел было уйти, как вдруг из–за праздничного дерева появилась тонкая фигурка девочки в невероятно красивом платье.
Она танцевала.
Ее движения, несмотря на юный возраст, казались хорошо отточенными и профессиональными. Она явно много трудилась, чтобы исполнить перед родителями этот полный изящества танец, чем–то похожий на полет снежинки, подхваченной легким ветерком.
Ее длинные светлые волосы были завиты в спиральки, которые смешно подпрыгивали при каждом движении. Она делала плавные взмахи руками, вращаясь, как фарфоровая статуэтка в драгоценной шкатулке.
Ледяной Джек улыбнулся, пораженный грацией юной танцовщицы. В таком возрасте подростки обычно угловаты и неповоротливы. Но только не эта девчушка.
Еще мгновение и Джек, следуя примеру ее родителей, захлопал бы в ладоши, выражая неподдельное восхищение ее исполнению.
Неожиданно девочка повернулась к окну и посмотрела на Ледяного Джека. Не просто посмотрела, а УВИДЕЛА его, немигающим взглядом уставившись прямо ему в глаза.
Джек резко отпрянул.
Как у нее вышло?
Люди вообще не способны обнаружить его присутствие, если только он сам не решит ущипнуть их за нос. И то в этом случае они почувствуют только резкий укол холода, когда внезапно хочется прикрыть лицо ладонью или шарфом, чтобы согреться.
Но он знал, что Рождество – время чудес. Возможно, что их миры по странному стечению обстоятельств соприкоснулись именно сегодня. Ведь только эта девочка, единственная из всех, обратила на него внимание.
Джек осторожно заглянул внутрь.
Родители танцовщицы приступили к чаепитию, разливая горячий напиток в чашки, расставленные на низком столике перед креслами.
Казалось, они по–прежнему находились в неведении о присутствии постороннего свидетеля их семейного торжества.
Девочки в комнате не наблюдалось.
Джек внимательно осмотрел все помещение, но все же нигде ее не обнаружил.
Что ж, концерт окончен, зрителям пора расходиться. Возможно то, что его заметили, Джеку попросту померещилось.
Он разочарованно отступил назад, чтобы уйти. Но вдруг услышал, как дверь особняка отворилась, и на его пороге появилась девчушка, которая спешно накидывала на себя шерстяную шаль, казавшуюся слишком длинной для ее роста.
Ледяной Джек ошарашенно уставился на юное создание. А она, не мигая, глядела на него. В первый раз в жизни Джек примерз к месту, где стоял, не имея возможности пошевелиться.
– Кто вы? – донеслись до него слова девочки.
Он на всякий случай оглянулся, чтобы убедиться, что за его спиной никого нет, и девочка обращается именно к нему.
– Меня зовут Вивьен, – продолжила девчушка. – Вивьен Бофорт. А вас как зовут?
– Я Джек, – наконец ответил дух. – Просто Джек.
– Разве у вас нет фамилии? – полюбопытствовала Вивьен.
– Эмм, есть, – отозвался Джек. – Моя фамилия Фрост.
– Приятно познакомиться, Джек Фрост, – улыбнулась девочка. – Почему вы не празднуете Рождество дома, а заглядываете в чужие окна? Вы грабитель?
– Нет. Я вовсе не желал вас напугать, – произнес Ледяной Джек. – Я проходил мимо и услышал музыку. Мне стало любопытно, и я засмотрелся, увлекшись вашим танцем. Вы прекрасно танцуете, смею заметить.
Вивьен снова улыбнулась, и на щеках появились очаровательные ямочки. Ее глаза искрились весельем.
Незнакомец, которого она обнаружила за окном, показался ей несколько необычным. Она не сдержалась и решилась как следует разглядеть его, выйдя за порог.
Конечно, родители не знали, куда она направилась, иначе никогда не разрешили бы заговорить с Просто Джеком. Да и вообще выходить за пределы дома в такое позднее время.
– Что ж, мне пора идти, Джек Фрост, – проговорила Вивьен. – А что это за палка?
Она указала на сверкающую длинную трость, которую держал в руках молодой человек.
– О, это посох, – Джек рассеянно крутанул магическим инструментом в привычной ему манере. Потоки воздуха подхватили снежинки, и они, закружившись, заплясали хороводом, создавая вокруг Джека мерцающий вихрь.
– Вы фокусник? – удивилась Вивьен, и ее огромные голубые глаза на тонком личике стали еще больше.
– Вроде того, – усмехнулся Ледяной Джек.
Он вовсе не намеревался демонстрировать человеку чудеса, на которые способен. Скорее сделал это по привычке, как делал тысячи раз до этого без свидетелей.
Но заметив восхищенный взгляд девчушки, ему внезапно захотелось показать ей больше подобных «фокусов», лишь бы снова увидеть это выражение неподдельного удивления на ее лице.
– Прощайте, – девочка, помахав ему ладошкой, сделала шаг по направлению ко входу. – Надеюсь, мы еще увидимся.
Шаль, в которую она куталась, не помогала уберечься от холода. Вивьен успела продрогнуть, стоя на морозе в шелковых туфельках. А еще она переживала, что ледяные сквозняки, проникающие в дом через открытую дверь, привлекут внимание слуг, и они поспешат проверить, что их юная хозяйка делает на пороге.
Вивьен спешно прикрыла створку, оставив Ледяного Джека в полном одиночестве.
Он некоторое время стоял, погрузившись в свои мысли.
Затем сделал едва уловимое движение рукой, и на его ладони появилась переливающаяся, подобно горному хрусталю, ледяная фигурка северного оленя с ветвистыми рогами.
Он поставил свое произведение на широкие перила лестницы, ведущей к дому. В качестве подарка для Вивьен.
– Непременно, – тихо произнес Ледяной Джек, хотя девочка уже не могла его услышать. – Непременно увидимся. В следующее Рождество.
ГЛАВА 2
С той встречи под Рождество Джек навещал семью девочки каждый год. Он с интересом наблюдал, как взрослеет Вивьен. Пребывая в месте, где заря никогда не касалась небосвода, он с нетерпением ждал, когда настанет его очередь ступить на землю, провозглашая тем самым смену сезона.
Ледяной Джек проходил по миру привычным маршрутом, выработанным за многие века, но старался нигде не задерживаться, стремясь успеть заглянуть в знакомое ему окно в канун Рождества.
Через год после первой встречи он, прижавшись к стеклу, обнаружил, что в семье произошло пополнение. Мать девочки держала на руках младенца. Судя по одежде, это был мальчик.
Выходит, у Вивьен появился маленький братик?
Джек искренне порадовался, что теперь Вивьен не будет одинока, ведь у нее есть тот, кому можно довериться и обратиться за поддержкой.
Вивьен, как и в прошлый раз, исполнила полный изящества танец. Она не слишком изменилась за прошедший год и по–прежнему казалась хрупкой и тонкой тростинкой. Разве что волосы стали длиннее, и слегка изменилась прическа. Сегодня ее кудряшки уложили в высокий хвост и повязали яркую ленту в тон ее новому платью.
Когда она закончила танцевать, то подбежала к младенцу и ласково поцеловала его розовый носик. Ее отец, сбрив, наконец, усы, выглядел гораздо моложе, чем ранее показалось Джеку. Он приобнял дочь и вручил ей небольшую бархатную коробочку.
Мать, захлопав ладоши, с восторгом смотрела на Вивьен, когда девочка завертевшись от счастья, позволила родителям надеть ей на шею драгоценную подвеску на тонкой цепочке.
Ледяной Джек сделал для себя пометку, что юной танцовщице очень нравится получать подарки. И он мысленно пообещал Вивьен, что непременно подарит ей что–нибудь такое же прекрасное, как и она сама.
Джек, наблюдая за общением членов семьи друг с другом, учился и подмечал детали, о которых ранее не имел понятия.
О, как бы ему хотелось вырасти в такой же любви и доброте!
За всю бессмертную жизнь он видел бесконечно много семей –счастливых и не очень, благополучных и бедных. Семьи, где дети росли на радость родителям или были обузой и лишним голодным ртом.
Он не понимал, почему в праздничный день прилип именно к этому окну, где не происходило ничего такого, чтобы могло бы его заинтересовать. Но благодаря неожиданному поступку, у Джека появилась возможность общаться с человеком.
Не так, как обычно, когда он, оставаясь незамеченным, щипал за носы и подшучивал над людьми, кидаясь снежками с крыши дома. Он мог говорить. Говорить и отвечать на вопросы. Его впервые заметили и проявили интерес. Его увидели.
А значит, он больше не одинок.
Тем временем, Вивьен, кинув мимолетный взгляд в окно, покинула родителей и снова незаметно выбралась из дома.
Ледяной Джек, успев подготовиться к встрече, организовал для девочки чудесный спектакль.
Когда Вивьен появилась на пороге, предусмотрительно надев шубку, вокруг нее закружил легкий ветерок, всколыхнув ее светлые кудряшки. Он поднял с обочин дороги снежную пыль, которая заскакала перед изумленной девочкой пушистым белым кроликом.
Вивьен, радостно смеясь, кинулась в погоню за ушастым, но стоило ей прикоснуться к нему, как он рассыпался и снова поднялся белоснежной лисицей с длинным хвостом.
Лиса прошмыгнув мимо девочки, превратилась в птицу, резко вспорхнувшую ввысь. Немного полетав над головой Вивьен, крылатое создание растворилось в воздухе, и вокруг хохочущей девчушки закружила стая мерцающих бабочек.
Ледяной Джек, наблюдая за весельем Вивьен, улыбался. Никогда еще он так не наслаждался реакцией человека на творимое им волшебство.
Правда, сегодня, он действительно постарался, чтобы удивить девочку. До этого людям доставались лишь искусные морозные узоры или, к примеру, кружева сосулек на низких крышах, которые дети с удовольствием трогали руками.
Для Вивьен же ему пришлось приложить фантазию, чтобы ей точно понравилось.
Когда бабочки разлетелись, Вивьен горящими от восторга глазами посмотрела на Джека.
– Спасибо, – с улыбкой произнесла она. – Я никогда не видела ничего прекраснее. Кажется, вы не просто фокусник, а настоящий маг! Теперь я знаю, кто оставил ту ледяную игрушку у нас на перилах. Она не таяла до самой весны!
Ледяной Джек сделал изящный поклон, приняв похвалу девчушки.
Вивьен, осмелев, приблизилась к нему и дотронулась до посоха, который сжимал в руке Джек.
– Ох, какой он холодный! – отдернула руку девочка и перевела взгляд на голые ступни духа. – Вы не боитесь простудиться?
Джек, слегка смутившись, посмотрел вниз, будто видит свои ноги впервые.
– Я никогда не простужался, – задумчиво отозвался он. – Я не чувствую холода.
– В следующий раз я велю оставить вам на пороге войлочные сапоги, – деловито произнесла Вивьен. – Меня учили, что ноги должны быть в тепле, иначе можно промерзнуть до зеленых соплей.
– Да, не думаю, что зеленые сопли будут мне к лицу, – согласился Ледяной Джек, переминаясь с ноги на ногу.
– Почему вы появляетесь только в Рождество? – поинтересовалась Вивьен. – Вы путешественник, Джек Фрост?
– Вроде того, – улыбнулся дух.
Девочка даже запомнила, как его зовут. В его груди внезапно разлилось тепло. Джеку незнакомое ощущение доставило некоторый дискомфорт. Он слегка передернул плечами.
– Ну вот, я же говорила, что вы замерзнете! – Вивьен посмотрела с укором. – Я сбегаю на кухню и принесу вам кружку горячего чая.
– Не стоит, прошу вас, – отозвался Джек.
Он хотел еще немного поговорить с девочкой, но на пороге появилась полноватая румяная женщина в белом переднике.
– Мисс Вивьен! – позвала она, вглядываясь в темноту ночи, освещаемую только тусклым светом из окон. – Что вы тут делаете совсем одна? Матушка ищет вас.
– Мне пора, – заговорщицки прошептала Вивьен. – Еще раз спасибо за представление.
Она спешно зашагала по направлению к дому, и тяжелая дверь захлопнулась следом за ней.
Ледяной Джек, вновь оставшись в одиночестве, улыбнулся. Какую чудесную традицию подарила ему судьба! Жаль, что от встречи до встречи проходит целый год.
Но что для него год, если жизнь духа длиною в целую вечность!
В следующее Рождество Вивьен поведала Джеку, что ее отец планирует обогатиться за счет вложений в железные дороги на другом континенте. Она мало что соображала в делах, но отец так много об этом говорил в течение всего года, что вся семья, включая младенца, с нетерпением ждала несметных богатств.
Братишку Вивьен звали Питер. Девочка с гордостью, присущей старшему ребенку, рассказывала о том, как он сделал первые шаги. Она души не чаяла в этом крохотном карапузе, вокруг которого вертелась вся жизнь в доме.
Джек с интересом слушал болтовню Вивьен. Маленькая танцовщица сильно вытянулась за то время, что они не виделись. Он сидел на снегу сложив ноги, а она на толстой ватной подушке, на ступеньках возле крыльца.
Они говорили полушепотом, чтобы никто из домашних не подумал, что Вивьен разговаривает сама с собой. В тот вечер он оставил на ее пороге чудесные коньки взамен старых. По соседству с ее домом находился большой замерзший пруд, где детвора проводила дни напролет, катаясь по толстому льду, который не таял до самой весны.
Заглянув в знакомое окно через год, Ледяной Джек обнаружил, что обстановка в доме изменилась.
Из гостиной пропала красивая мебель, а в углу стояли упакованные ящики и накрытые чехлами предметы интерьера.
Великолепную сосну заменила небольшая покосившаяся ель, которую украсили остатками прежних стеклянных игрушек. В доме было довольно тихо и не похоже, что в этот день что–то праздновали.
Ледяной Джек с тревогой ждал, пока Вивьен покажется на пороге. Она все–таки вышла, но чуть позже, чем обычно. Девочка будто стала гораздо старше своих лет, а под ее глазами залегли тени.
– Мой отец потерпел крах, – проговорила она, кутаясь в ставшую ей не по размеру прошлогоднюю шубку. – Наша семья потеряла все имущество, кроме этого дома. Папа говорит, что во всём виноват кризис, и он ударил по всем, кто вложил…
Она подняла грустные глаза в темное небо, пытаясь вспомнить сложное для нее слово.
– Инвестиции, – продолжила она. – Но маме от этого не легче. Она все время плачет и ругается с отцом. Я как могу ухаживаю за Питером.
При упоминании о братишке, ее лицо озарилось.
– Он уже говорит кое–какие слова, – поделилась Вивьен. – И вообще, он удивительно смышленый!
В этот день Джек покинул дом Вивьен в подавленном настроении. Он даже забыл оставить ей на ступеньках сюрприз, улетев за много миль от ее городка. Но вспомнив, все же вернулся и положил у порога очаровательные варежки и шарфик белоснежного цвета, похожие на мех сотворенного им когда–то волшебного кролика.
Ледяной Джек никогда не задумывался о деньгах. Духу они попросту не были нужны. Но для людей они – суровая необходимость. Кому–то деньги сохраняли жизнь, а кто–то с их помощью получал власть.
По всей видимости, для семьи Вивьен разорение отца означало потерю привычного образа жизни. Джек мог раздобыть для нее небольшие подарки, шастая по миру, но чтобы помочь деньгами...
Он не представлял, каким образом можно это сделать. И сколько этих самых денег нужно, чтобы мать Вивьен перестала лить слезы и занялась детьми?
И как бессмертному духу, который призван сохранять равновесие, вмешаться в дела человеческие и пойти против своей сути?
Но ведь он иногда позволял себе покуражиться, если видел проявление зла или прямую угрозу жизни. Или это другое?
Тревожные вопросы долго не выходили из головы Ледяного Джека, который обычно ни о чем не беспокоился, отличаясь некой беспечностью, думая только о том, чтобы зима пришла вовремя.
Главное, что Вивьен жива, здорова и находится в безопасности. А уж её отец, он на то и отец, чтобы решать семейные проблемы самостоятельно.
Но на следующий год в благосостоянии семьи ничего не изменилось. Только вот мать перестала плакать и ходила по дому, словно тень, механически занимаясь домашней работой.
От прислуги давно избавились. Рождество они отмечали втроем: мать с подросшим Питером и Вивьен, которая совсем повзрослела.
Она превратилась в прекрасную девушку, от детских черт которой ни осталось и следа. Высокая и стройная, она стала серьезной и рассудительной.
– Я думаю устроиться на работу, оставив гимназию, – посетовала она Ледяному Джеку, сидя как обычно на промерзших ступеньках перед домом.
Вокруг особняка наблюдалось некое запустение. Необрезанные растения и кустарники померзли и производили весьма удручающее впечатление.
– Но ты так любила уроки танцев… – проговорил Джек.
Вивьен в ответ на его слова грустно усмехнулась.
– Отец уехал на заработки, и письма от него приходят все реже и реже. Да и в гимназии мне давно не нравится.
– Почему? – обеспокоенно спросил Ледяной Джек.
– Высокое общество, чьи отпрыски учатся вместе со мной, всегда отвергают тех, кто больше не равен им по статусу, – Вивьен задумчиво глядела в темноту ночи.
– А твоя мать? – Джек недоумевал, почему Вив должна жертвовать своим будущим.
– А что мать? Она давно находится в меланхолии, да и ей тоже не особо сладко. Брак моих родителей изначально был построен не на любви, а на долге. Слияние двух уважаемых и состоятельных родов – вот фундамент на котором зародились их отношения. Пока всё было хорошо, все были счастливы. А когда отец потерял и приданное матери…
Джек молча уставился на незатейливые рисунки, которые Вивьен выводила палочкой на рыхлом снегу. Ему стало невыносимо грустно.
Он достал из–за пазухи мягчайший плед из шерсти невиданного животного, живущего далеко на востоке. Его очередной подарок Вив.
Он бережно укутал ее поникшие плечи, и девушка, замолкнув, следила за движениями Джека Фроста.
– Если бы не твои сюрпризы, я, наверное, давно считала бы себя сумасшедшей, – усмехнулась Вивьен. – Ведь только я вижу и слышу тебя. Ты появляешься раз в год и исчезаешь, будто тебя и не было. И если бы не эти восхитительные подарки, которые ты оставляешь…
– Всего лишь мелочи, – попытался оправдаться Ледяной Джек, но Вив его перебила:
– … только они доказывают, что ты действительно существуешь, а не являешься плодом моего воображения.
– Я действительно существую, Вивьен, – отозвался он. – И ты мой единственный друг на этом свете.
– Мама говорит, что я должна повзрослеть и подумать о выгодном замужестве, а не о поисках работы. Когда я выйду замуж, ты останешься моим другом, Джек Фрост?
ГЛАВА 3
Джек сначала не сообразил, о чем говорит Вивьен. Но потом вскинул на нее глаза цвета замерзшего озера.
– О каком еще замужестве она говорит? Ты же еще так юна… – с недоумением проговорил дух.
– Очнись, Просто Джек! – она пощелкала пальцами у него перед носом. – Может ты, бессмертный, слишком мало знаешь о жизненном цикле человека, но мне вообще–то уже семнадцать!
– И что? – спросил он.
– А то, что в твоей вечности это всего лишь миг, а моем мире в семнадцать люди уже вполне себе взрослые. Моя мать, к примеру, в девятнадцать уже имела дочь, будучи замужем целый год, – Вивьен уставилась на его лицо, которое стало похоже на окаменевшую глыбу льда.
– Так что возможно, когда ты заявишься в следующий раз, я уже буду замужней матроной, понятно? – она отвернулась, будто в ее душе сидела некая обида на чрезмерную беспечность и оторванность от жизни Ледяного Джека.
– Хотя вряд ли кто–то из благородных согласится взять меня замуж, – тихо продолжила Вивьен. – В гимназии все посмеиваются над моим положением. Над тем, что мой отец уехал в неизвестном направлении.
Подшучивают над моими старыми платьями, над стоптанными башмаками. Над тем, что мои ровесницы выходят в свет, проводя вечера в танцах и знакомясь с кавалерами, а я занята домашними делами.
– Ты бы стала танцевать со мной, если бы я пригласил тебя? – неуверенно спросил у нее Джек.
– Возможно, – Вив лукаво посмотрела на духа. – Только опять–таки, я бы выглядела душевно больной, станцевав с невидимым всем партнером. Чем вызвала бы очередной шквал издевок.
Джек опустил голову, раздумывая над всем, что сказала Вивьен. В его груди щемило так, что казалось он не может дышать.
– Почему люди цепляются за материальные ценности, будто это самое важное на свете? – наконец отозвался он.
– Тебе не понять, – категорично отрезала Вив. – Ты живешь в ледяном доме, созданным природой. Не нуждаешься ни в пище, ни в тепле. Тебе даже не нужны чёртовы ботинки! Не считай меня зацикленной на деньгах. Просто наш мир так устроен. Без них ты никто. Тебя не замечают. Мимо тебя проходят, будто ты вовсе не существуешь.
Эти горькие слова засели острой занозой в ледяном сердце Джека. Если бы Вив попросила достать с неба звезду или остудить центр земли, ему было бы проще сделать нечто подобное, чем решить накопившиеся у нее проблемы. Хотя…
Ему в голову пришла одна идея. Он пока не имел понятия, как ее осуществить, но задался целью попытаться помочь Вивьен. Может, на всё уйдет чуть больше времени, чем ему хотелось бы…
А сейчас он решил хоть немного развеселить печальную Вив. Он поднялся со ступеньки лестницы и отложил посох, который прежде никогда не выпускал из рук.
Элегантно поклонившись, словно приветствуя Вивьен, он протянул ей руку.
– Могу я пригласить вас на танец, прекрасная леди? – спросил он, застыв в ожидании.
Вивьен засмеявшись, вложила тонкие пальцы в его холодную ладонь.
– Не стану вам отказывать, – весело ответила она и сошла вместе с ним со ступенек на улицу.
Джек тряхнул головой, откидывая непослушные локоны со лба и сделал взмах рукой.
С темного неба на них посыпалась мерцающая пыль. Нежнейшие снежинки, медленно падая, стали кружить вокруг пары, создавая атмосферу волшебства.
Со всех сторон послышался легкий перезвон сосулек, свисающих с крыши и ветвей деревьев, которые, пробужденные легким ветерком, создавали имитацию необычной, но такой прекрасной музыки.
Ледяной Джек повел Вивьен в вальсе, придерживая рукой ее за спину. Несмотря на то, что дух впервые танцевал с девушкой, он двигался легко и непринужденно, руководствуясь природной ловкостью и гибкостью.
Вивьен наслаждалась мелодией, создаваемой самой зимой, и погрузилась в давно забытую беззаботность, двигаясь с отточенной годами грацией и изяществом.
Девушка не сразу заметила, что ее ноги перестали касаться земли. Вивьен и Джек, как оказалось парят в воздухе, подгоняемые порывами морозного ветра.
Ей совсем не было холодно, несмотря на ледяные объятия ее партнера и ветер. Напротив, ее щеки горели от жара, источаемым ее пылающим от наплыва эмоций сердцем.
Вивьен звонко смеялась, когда Джек пытался выдать какие–то сложные па, и хваталась за его плечи, боясь, если отпустит его, то немедленно рухнет вниз, прямо на заснеженную дорогу. Но магия Хранителя Зимы удерживала ее в воздухе, не давая упасть.
Когда они все–таки опустились, и Джек поклонился, поблагодарив ее за прекрасный танец, она, хитро прищурившись, спросила:
– Зачем тебе посох, если ты способен справляться с волшебством и без него?
– Скорее привычка, – ответил Джек, мягко улыбнувшись. – Он помогает мне сконцентрироваться. Что не отменяет его магической сущности, конечно.
– Мне пора, – проговорила Вив, сообразив, что уже довольно припозднилась. – Рада была снова тебя увидеть Джек Фрост.
Она протянула к его лицу тонкую руку и поправила белоснежный локон, снова упавший ему на глаза.
Этот простой жест всколыхнул волну чувств в Джеке, заставив сердце – условно существующий орган в его груди, болезненно сжаться. Будто подобный момент прощания не происходил уже много раз, предвосхищая неизбежную встречу ровно через год.
Джеку внезапно стало очень тревожно и тоскливо. Что если он действительно не дождется Вивьен на этих холодных ступеньках в следующий канун праздника?
– Увидимся в следующее Рождество? – неуверенно спросил он Вив.
– Конечно, увидимся, Просто Джек. Когда ты придешь, я буду на том же месте, здесь, на лестнице, ждать тебя.
Джек лишился покоя на все оставшиеся дни зимы. Он брел по миру, накрывая страны и континенты белоснежным покрывалом, но его мысли находились очень и очень далеко.
Он оставил частичку своей бессмертной души там, на холодных ступеньках, где его каждый год встречала Вивьен.
Когда соперница весна заступила ему на смену, Ледяной Джек, не удалившись как обычно в свою обитель, начал поиски того, что, по его мнению, могло помочь семье Вив.
План, придуманный им, казался довольно простым. Джек решил пуститься на поиски сокровищ. Но не тех, что прятали пираты или закапывали скряги. Он знал, что чужие деньги никому не принесут счастья.
Ему было известно, что земля хранит много богатств, созданных природой. И достаточно одного драгоценного камешка или слитка, чтобы разжиться приличным состоянием.
Он путешествовал по золотым приискам и месторождениям алмазов, пробирался в глубокие пещеры и спускался в расщелины, заставляя камни раскалываться слой за слоем под действием лютого холода.
То тут, то там, несмотря на приближающееся теплое время года, вспыхивали внезапные заморозки. Будто зима, не сдавая позиций, возвращалась вновь и вновь, принося снег и морозы. Где ступал Джек, вопреки весне, возникали снегопады и возвращались ветра.
Равновесие пошатнулось. Поэтому в распоряжении духа оставалось совсем немного времени, чтобы найти желаемое.
И однажды его поиски увенчались успехом. Он напал на жилу, когда уже совсем отчаялся. Земля щедро одарила его, отдав Ледяному Джеку то, что было скрыто в ее недрах.
Он ударил посохом по скале, и та осыпались ему под ноги камнями с крупными переливающимися прожилками чистейшего золота. Торжеству Джека не было предела. Его бурная радость обрушилась на головы удивленных людей, проживающих в горной местности, неожиданным апрельским снегом.
Наспех собрав сокровища, Джек покинул территорию весны и вернулся домой, в обитель мрака и холода, ожидая, когда вновь придет его время ступить на землю.
С окончанием осени дух засобирался в дорогу. Он взял с собой столько золотых самородков, сколько уместилось в заплечном мешке, и пустился в путь.
Заморозки наступали резко, напористо – Ледяной Джек слишком торопился, чтобы плавно сменить пору опавших листьев и дождей. Он шагал по земле быстрым шагом, не задумываясь о последствиях.
Безрассудно, опасно и опрометчиво?
Да.
Но Джеком руководило сердце, и он, не осознавая того, что бесповоротно и окончательно влюбился в ту, что многие годы считал другом, беспечно подстраивал саму природу под свои прихоти.
Он слишком боялся опоздать и позволить девушке пожертвовать собой в угоду матери. Ради Вивьен он готов был нарушить правила, которым следовал тысячелетиями.
Джек с ужасом представлял, как Вив выходит замуж за чопорного светского хлыща или еще хуже – за состоятельного старика. И все только затем, чтобы вытащить семью из бедственного положения.
Он даже не надеялся, что Вивьен однажды посмотрит на него, как на мужчину. Ведь ему никогда не стать тем, кто сможет подарить ей счастье и защиту. Ему никогда не стать человеком.
К чему ей бессмертный дух, который только и может, что подарить ей один единственный день в году?
Кто он для нее?
Просто прохожий, с которым она когда–то заговорила, только и всего.
Но сейчас он хотя бы был способен сделать ее жизнь чуть легче, не требуя ничего взамен. Пусть она распорядится его подарком так, как ей вздумается. Даже если Вивьен и соберется замуж, то это будет брак по взаимной любви, которую она непременно найдет.
А что будет с ним?
Он так и останется сторонним наблюдателем ее счастливой жизни, в которую он сможет заглянуть только мельком, через запотевшее окно ее дома…
Ледяной Джек заявился в небольшой городок, где жила Вивьен на пару месяцев раньше Рождества. Зима на континенте грянула громом и ледяным ливнем, перешедшим в снег, заставляя людей прятаться по домам, спасаясь от холода и ветра.
Когда Ледяной Джек подошел к жилищу Вив, то застал спешно покидающего дом разъяренного молодого мужчину в модном пальто. Лицо парня раскраснелось, и он, зло стукнув тростью по дверце ожидающего его экипажа, залез внутрь и велел гнать прочь.
Джек, волнуясь, спешно припал к окну и заглянул внутрь гостиной. Он неожиданно для себя застал сцену ссоры матери с дочерью.
– Не понимаю, чего ты добиваешься? – кричала мать Вивьен. – Это уже пятый отказ за прошедший год!
– Зачем вы принимаете всех этих людей, если знаете, что я не хочу выходить замуж, – ответила Вив, не смея повысить голос в ответ.
– Посмотри, что с нами стало! – не унималась женщина. – Думаешь, за тобой всегда будет очередь? Чем тебя не устраивает Мистер Саттон?
– Матушка, я знаю его с детства. Он отвратительный, – отозвалась дочь. – Может, он и неплох собой, но у него скверный характер. Да он издевался надо мной весь прошлый учебный год! А теперь внезапно заявился просить моей руки…
– Люди меняются, – безапелляционно заявила мать Вивьен. – Мальчишки часто цепляют девушек, чтобы привлечь внимание.
– Нет, матушка, – Вив покачала головой. – Он не просто цеплялся, он высмеивал наше положение. А теперь пришел спасти принцессу из башни, будто герой.
– Ты далеко не принцесса, – мать сделалась жёсткой. – Еще немного и мы потеряем этот дом. И тебя уже никто не придет спасти. Все, что у нас есть, это знатная фамилия. И твоя красота, которая, как я тебе скажу, не вечна.
Вивьен стояла, опустив голову. По ее щекам катились предательские слезы. Она вовсе не пыталась вызвать у матери жалость. У нее не осталось сил терпеть напор родительницы.
Джека безумно разозлила эта сцена. Будь его воля, он превратил бы эту женщину в ледяную статую. Но он стоял, приросший к окну, не имея возможности вмешаться.
По стеклу, к которому он прикасался, пополз иней, замораживая рамы. Вивьен обернулась, привлеченная потрескивающим звуком.
Джек понял, что она его не видит, и это для него не стало сюрпризом. Вив глядела мимо него, рассматривая наледь на окне. Она отвернулась, так и не почувствовав присутствие друга.
Джека безумно разозлила эта сцена. Будь его воля, он бы превратил эту женщину в ледяную статую. Но он стоял, приросший к окну, не имея возможности вмешаться.
По стеклу, к которому он прикасался пополз иней, замораживая рамы. Вивьен обернулась, привлеченная потрескивающим звуком.
Джек понял, что она его не видит. Что для него не стало сюрпризом. Вив глядела мимо него, осматривая наледь на окне, а затем отвернулась, так и не почувствовав присутствие друга.
ГЛАВА 4
Ледяной Джек отошел от окна, раздумывая как ему поступить.
Он на некоторое время исчез, а затем вернулся с небольшим холщовым мешком, который доверху набил золотыми самородками.
Чтобы никоим образом не оскорбить Вивьен и не бросить тень на ее репутацию, он приложил небольшую записку. Джек постучался в дверь, оставив огромный кошель на пороге.
Не было смысла скрываться от кого–либо, так как его никто, кроме Вив, не увидит. Да и для нее присутствие Джека так и останется тайной до того, как наступит канун Рождества. Поэтому он стоял неподалеку и ждал. На пороге дома появилась Вивьен. Никого не обнаружив снаружи, она опустила глаза вниз и заметила странный мешок.
Подняв его, она удивилась невероятной тяжести содержимого. Сзади подошла Миссис Бофорт.
– Что это? – поинтересовалась мать, заглядывая за плечо дочери.
– Не имею никакого понятия, – отозвалась Вив, развязывая крепко затянутый толстый шнур.
Когда она наконец раскрыла увесистый кошель, то, вскрикнув, чуть не выронила его из рук.
– Это… это… – она никак не могла подобрать слов, чтобы описать увиденное.
– Это золото, – заключила Миссис Бофорт, уставившись на блестящие самородки округлившимися глазами. – Ну–ка…
Мать спешно вытащила из мешка торчащую бумагу, которую раскрыла трясущимися от возбуждения руками.
– Тут написано, что твой отец прислал нам часть заработанных средств, чтобы мы могли поправить дела, – прочитала она и ошарашенно посмотрела на дочь. – Распорядитель его финансами передает поздравления с грядущим Рождеством и пишет, что это не последняя посылка мистера Бофорта для его семьи.
– Отец? – Вивьен прижала к лицу ладони и посмотрела сияющими глазами на мать. – Отец вовсе не оставил нас! Он помнит о семье и по–прежнему заботится!
Она, несмотря на недавнюю ссору, бросилась на грудь матери. Женщины обнялись, счастливо смеясь. У Миссис Бофорт на глазах выступили слезы, и она, преисполнившись радостными эмоциями, будто помолодела лет на двадцать.
Джек, наблюдая за трогательной сценой, приложил руку к сердцу. Он почувствовал невероятное тепло, разливающееся в груди. Ради одной такой улыбки Вивьен, он готов был перевернуть весь мир.
Вив тоже плакала, продолжая бормотать сквозь слезы:
– Мамочка,