Как (раз)любить в академии льда и огня. Юлия Ханевская

Оглавление

• АННОТАЦИЯ:
• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18
• ГЛАВА 19
• ГЛАВА 20
• ГЛАВА 21
• ГЛАВА 22
• ГЛАВА 23
• ГЛАВА 24
• ГЛАВА 25
• ГЛАВА 26
• ГЛАВА 27
• ГЛАВА 28
• ГЛАВА 29
• ГЛАВА 30
• ГЛАВА 31
• ГЛАВА 32
• ГЛАВА 33
• ГЛАВА 34
• ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ:

Однажды я разбила сердце тому, кого считала наглым хамом. Сбежала в другой мир, ничего не объяснив. Я думала, что искать меня никто не будет. Но ошиблась.

   Но это не единственное, о чем приходится переживать. Рядом притаился враг. Если не объединимся, он очень скоро уничтожит все, что нам обоим дорого.

ГЛАВА 1

   Я сердито фыркнула и скрестила руки на груди. Отвела глаза от хмурого лица ректора Грейва, не в силах выдерживать его темный давящий взгляд.

   — Я еще раз спрашиваю, адептка Мерзе, вы все уяснили? Принадлежность к королевской семье не делает вас хозяйкой этой академии.

   На самом деле, очень даже делает. В будущем, когда я сменю отца на престоле, Гидрилхем перейдет в мою собственность. Вернее, не «когда», а «если», но этого сир Грейв конечно же не знает. Я ни за что не выполню условия папы, значит, не останусь наследной принцессой. Через каких-то восемь месяцев мы поставим точку в разговорах о моем замужестве раз и навсегда.

   — Если б это было не так, Сердце никогда бы мне не подчинилось…

   — Габриэлла, — мрачно протянул ректор, откидываясь на спинку своего «трона». — Отчислять адептов имею право только я! Доступ к артефакту имею тоже — только я. Что именно в этих двух предложениях вам трудно усвоить? Как бы вы не относились к мистеру Айерзену, проводить его имя через Сердце Гидрилхема крайне глупый и неосмотрительный поступок с вашей стороны!

   Я стиснула зубы, лишь бы не излиться речью, обличающей все мерзкие поступки Дестера — его домогательства и нападения со спины, гадкие слухи и сплетни, что он распускает обо мне. Нельзя. Сама справлюсь, без разборок с привлечением совета попечителей.

   Первое негласное правило Гидрилхема: стукачей — в расход. Не важно, на чьей стороне правда.

   — Теперь мистеру Айерзену предстоит сложный путь восстановления на курсе, — продолжал нудеть ректор. — Вы хоть представляете, что натворили?

   Я поморщилась.

   — У этого тролля было слишком много свободного времени. Теперь он займет его действительно важными делами.

   Грейв вдруг стукнул ладонью по столешнице и встал. Я внутренне сжалась, отпрянув к спинке стула, и посмотрела на мага снизу вверх. Его бледное лицо отражало весь спектр моих проблем. Очевидно, только что скончалась последняя нервная клетка, на которой он держал свое самообладание. Очень долго и весьма продуктивно, к слову. С учетом того, какой головной болью я была, когда только попала сюда…

   Почти два года назад отец забрал меня из межмировой академии, разлучив с тем, кого я…

   Мотнув головой, постаралась отбросить непрошенные воспоминания.

   «Тот-Кого-Я…» не стал меня искать.

   «Так, Габи, это пройденный этап!» — мысленно отчитала себя. — «Мы уже это проработали, не стоит начинать снова».

   Разум согласно закивал, а вот сердце упрямо сжалось.

   — У вас свободного времени тоже теперь поубавится, адептка Мерзе! — рявкнул глава академии.

   Сосредоточив на нем взгляд, облизнула отчего-то пересохшие губы. Впервые сир Грейв вот так вот запросто вышел из себя.

   А ведь учебный год только начался!

   — Месяц отработок, выговор в личное дело и, — тут он понизил голос, опираясь на стол кулаками, — я сегодня же отправлю письмо Его Величеству.

   — Месяц?!

   Он вскинул палец, пресекая мое недовольство.

   — Но! Если вы извинитесь перед сокурсником и поможете ему повторно пройти испытания приемной комиссии, я сокращу ваше наказание до двух недель.

   Я поджала губы, молча глядя на ректора. Скорее лава во всех жерлах вулканов планеты замерзнет, нежели я помогу этому мерзавцу. И уж тем более извинюсь перед ним! За что? Это ему следует просить прощения. Нет, умолять, ползая передо мной на коленях!

   — До одной недели, — сощурил глаза маг.

   Кажется, ему стало любопытно, на какой планке мои гордость и самоуважение помашут ручкой.

   Я молчала.

   — Что ж, — сир Грейв выпрямился, стряхнул невидимые пылинки с лацканов дорогой черной мантии и уселся обратно. Подвинул к себе чернильницу, достал позолоченное перо и развернул пергамент. — Можете быть свободны, адептка Мерзе. Месяц отработок начинается с сегодняшнего дня. Обновленное расписание возьмете у декана после пар.

   Я не особо расстроилась. Молча встала и ушла.

   В моем случае отработки являлись дополнительными занятиями, которые вел либо сам ректор Грейв, либо профессор МАиП*. С учетом особенности моей магии, это было даже полезно. Я уже научилась справляться с внезапными вспышками силы, умела контролировать огонь, отравленный вирусом «драконьей чумы», но никогда не чувствовала себя всецело уверенной, что в следующий раз смогу взять верх над ним. Если б не магистр Вальдес-Рейн из далекой межмировой академии, я бы и таких результатов не достигла. Потому что никто больше не отнесся к моей проблеме настолько внимательно.

   Все вокруг считали меня «счастливой» обладательницей стихии Огня, которая просто чуточку сильнее выявлена, нежели у кого-либо другого. А кто-то шел от обратного и думал, что я слишком слабая, дабы держать свою магию в узде. Дестер Айерзен — один из таких. Сыночек самого богатого и влиятельного герцога в нашем королевстве. Именно этого напыщенного козла отец желает видеть в роли моего жениха. И Дестер прекрасно это знает.

   А у меня внутри все инеем покрывается и душа в узел сворачивается, когда он смотрит на меня скользким взглядом. С началом выпускного курса гаденыш совсем берега потерял, зажимая и лапая меня при любом удобном случае. Противиться ему ой как сложно! Амбал выше меня почти на две головы! К тому же стихийник воды… знает все секреты стихий, а также способы справиться с любой из них.

   Как раз после очередного «раунда» наших взаимоотношений, когда он затащил меня в темную нишу, а я влепила коленкой ему по причиндалам, у меня и родилась идея воспользоваться, так сказать, положением. Я пробралась в кабинет ректора и активировала Сердце Гидрилхема — могущественный магический артефакт, воздействующий на магию замка.

   Академия принадлежала королю — моему папе. Я, как его наследница, имела власть и над Сердцем. Отчислить Айерзена было глупостью, на самом деле. Ректор прав. Тем самым я лишь разозлила Дестера… Но есть и плюс — он действительно сейчас будет очень занят своим восстановлением на пятый курс факультета стихийников и до меня ему дела не будет. Как минимум неделю. Я надеялась на это, во всяком случае.

   Широкий прозрачный браслет на моем запястье вдруг стал насыщенно красным. На кровавом фоне тревожно мигала шестиконечная звезда, пронзенная стрелой — эмблема боевого факультета. Нахмурившись, я замедлила шаг, а потом вовсе остановилась посреди коридора. Напрягла память, пытаясь сообразить, почему опаздывала на этот факультатив, если в расписании его не стояло. Или все же я что-то упустила?

   Возобновив шаг, я на ходу достала из сумки табличку из такого же материала, как браслет. Смахнула в сторону титульную страницу с информацией обо мне, как адептке пятого курса факультета стихий и взглянула на список пятничных дисциплин.

   — Черт!

   Сунув табличку обратно, я со всех ног побежала к лестнице. Мне уже десять минут как надо было находиться на шестом полигоне! В Гидрилхем явилась жутко важная делегация межмирового патруля, декан же вчера говорил об их прибытии. Мы с Катрин — моей единственной здесь подругой — в это время сидели на галерке и обсуждали через записочки, каким способом мне лучше отделаться от Айерзена. Она предлагала прекратить сопротивляться и начать уже встречаться с ним, ведь все равно в итоге стану его женой. Ага! Разбежалась и еще раз стала.

   У меня имелись совсем другие планы на будущее.

   Как только получу диплом, сбегу подальше от отца и его мнения, какой должна быть моя жизнь. Пусть он Санни Дестеру в жены отдает! Сестра училась тоже в Гидрилхеме, только на факультете целителей. Мы с ней редко пересекались, а общались того реже. Она была младше меня на год, но на том же курсе. Потому что поступила в академию как положено, ведь проблем с магией у нее никогда не было.

   Это меня до восемнадцати лет считали бездарной.

   Позором рода.

   А потом оказалось, что сил у меня хоть отбавляй! Вот только отец блокировал их из-за трагедии, случившейся через месяц после моего рождения. Магию запечатал как раз Зоргар Грейв — теперь уже ректор Гидрилхема, а тогда — ведущий целитель королевства. Только я не знала об этом вплоть до того, как пришло письмо из межмировой академии.

   Папа не только упрятал дар глубоко и надолго, но еще и позволил мне верить в его отсутствие. В свою ничтожность. Терпеть издевательства Санни и все те слухи, что многие годы ходили по королевству. А потом, когда я нашла свое место в другом мире, отец выдернул меня оттуда. Потому что вокруг дворца начали расползаться совсем другие сплетни и отсутствие в нем старшей дочери стало не выгодно.

   Наследной принцессе положено находиться «при батюшке», учиться в элитной академии и готовиться стать теперь уже завидной невестой. Ведь, будучи одаренной, я шла довеском с троном, а не только с мешками золота.

   Весь предыдущий год я надеялась, что мачеха осчастливит короля сыном, и от меня наконец отстанут. Позволят делать то, что хочется, и устраивать личную жизнь на свое усмотрение. Увы, этого не случилось. После выпускного меня ждало заключение брачного договора и пышная свадьба.

   Оставался только побег.

   Восемь месяцев на планирование и подготовку.

   На улице меня встретили еще теплое сентябрьское солнце и легкий ветерок. Вцепившись в лямку сумки, висевшей на плече, я торопилась к мерцающему щиту шестого полигона. Издалека я видела, что мои сокурсники выстроились в три ряда и внимали тому, что говорит один из прибывших «гостей». Виттор Орлен — наш декан — наблюдал за происходящим в сторонке. Видно, он уже представил состав межмирового патруля и теперь слушал речь их командира вместе с остальными.

   Я прошла через защиту купола и на носочках побежала к толпе, надеясь присоединиться к заднему ряду незамеченной. Выловила взглядом блондинистую шевелюру Катрин и двинулась к ней.

   Уже на подходе к группе сознания коснулся голос, который я не слышала почти два года.

   Замедлила шаг, а сердце мое, наоборот — ускорилось. Пульс зашумел в ушах и стало труднее дышать, хотя свежего воздуха было с избытком. Я во все глаза всматривалась в просветы между спинами парней и девушек, пытаясь «поймать» лицо говорящего. А когда мне это удалось, во рту стало так сухо, что заболел язык.

   Конечно, кто же еще мог обладать голосом Вилларса Вардена, как не он сам?

   Мой Тот-Которого-Я… оставила в далекой межмировой академии.

   От которого сбежала, не сказав ни слова.

   Который должен меня ненавидеть за то, что пролезла сквозь броню, коснулась сердца, а затем разбила его. Я так думала, что разбила. А может даже в глубине души — надеялась.

   Судя по тому, что он не стал меня искать, так оно и случилось.

   И вот теперь, спустя время и бесконечность звездного пути, я вновь смотрела на Ларса! Только совсем не на того, которого помнила.

   —

   Предмет четвертых и пятых курсов – «Магические Аномалии и Проклятья».

ГЛАВА 2

   Я вцепилась в лямку сумки до побелевших костяшек пальцев. Медленно шагнула за спину Ника Райса, спрятавшись за его могучей фигурой, как мышь за камнем. Опустила глаза к носкам своих туфель и мысленно помолилась всем богам, чтобы Ларс не заметил меня.

   Мне очень хотелось посмотреть на него — не мельком, а внимательно. Разглядеть каждую черту изменившегося лица, и потом спросить, почему он так повзрослел. Перед факультетом стихий стоял не парень из межмировой академии, которого я все еще помнила, а мужчина с сурово сдвинутыми к переносице бровями, волевым подбородком и жесткой линией рта. Он говорил четко, хорошо поставленным голосом и тоном, который просто невозможно воспринять как-то иначе, нежели серьезно.

   Он был стрижен более коротко, чем Варден из прошлого. И одет во все черное. Форма с военной атрибутикой и плащом-мантией, массивные сапоги, портупея с ножнами для магического жезла.

   Может, мне почудилось?

   Может, это не он?

   Нет же, ни уши, ни глаза меня не обманывали. Как и бешено стучащее сердце.

   — Ты чего? — шепнула Катрин, заметив мое присутствие.

   Она шагнула назад и в сторону, легонько пихнув меня локтем. Теперь мы обе прятались за широкой спиной Райса.

   — Ты наконец прикончила Айерзена, и тот явился к тебе мстительным призраком? То-то думаю, чего его здесь нет.

   Мне было не до шуточек. Прикусив губу, я подняла взгляд, снова вылавливая гостя из прошлого и украдкой его рассматривая. Он стал шире в плечах и будто бы выше ростом… или это кажется из-за осанки? Стойка по выправке — спина прямая, ноги расставлены, руки заведены назад. Годы боевого факультета не прошли даром.

   — Язык проглотила, что ли? — недовольно буркнула Катрин и сдула с глаз светловолосую челку.

   Она всегда так делала, когда испытывала раздражение.

   — Все нормально, — коротко ответила я.

   Надо хоть вслушаться, что он там говорит. Зачем вообще в Гидрилхем прибыл межмировой патруль? Надо было не отвлекаться вчера, когда декан об этом рассказывал! Я попыталась сосредоточиться на словах, но из-за странного тумана в голове не получалось вникнуть в суть.

   — Нормально? Да по тебе атлас некромантии составлять можно…

   — Меня Грейв только что отчитал, вот и расстроилась.

   — Ты? — чуть повысила голос она, — Расстроилась из-за какого-то выговора?

   Ник Райс оглянулся, окинув нас любопытным взглядом. Еще немного и привлечем лишнее внимание! Вон, профессор Орлен уже косится в нашу сторону.

   — Эй там, в третьем ряду, — гаркнул вдруг он, склонив голову на бок, чтоб разглядеть нарушителей. — Отдельно для вас никто повторять инструктаж не будет!

   Я не отводила глаз от Вардена. Кажется, ему было глубоко фиолетово, кто там что нарушает. Он отстегнул от пояса мерцающий серебряным светом круглый жетон и передал его рядом стоящему. Что-то сказал ему, а затем отвернулся и пошел в сторону Виттора Орлена. Видно, что хотел, он уже сказал и передал полномочия дальнейших действий другому члену патруля.

   — А теперь, достаньте свое расписание, — скучающим тоном заговорил молодой мужчина с жетоном. — Или вытяните вверх руку с информационным браслетом.

   Он был высокий и несколько худощавый, с длинными, собранными в низкий хвост волосами соломенного цвета. Впалые щеки поросли щетиной, а взгляд неестественно светлых голубых глаз источал холод.

   Ларс увлек декана разговором, и они оба двинулись к выходу из полигона. Я нырнула под рукой Райса и оказалась теперь перед ним.

   — В прятки играешь, Габриэль? — с улыбкой в голосе спросил Ник.

   Я поморщилась и отошла от него, снова равняясь с Катрин. Мне не нравилось это сокращение имени, и все мои однокурсники это знали. Либо Габриэлла, либо Габи — третьего не дано! Увы, некоторые особо веселые любили делать все наперекор. Или на зло, зависит от обстоятельств.

   — Все выполнили, что я сказал? — повысил голос худощавый.

   Спохватившись, я послушно подняла руку с браслетом. Большинство сделало так же, но были и те, кто полез в сумку за расписанием.

   — Сейчас я отправлю импульс, ваши артефакты словят его и внесут изменения в режим дня. Повторяю, мы будем встречаться с вами на этом полигоне три раза в неделю в течении следующих трех месяцев. Я очень не рекомендую пропускать эти тренировки или опаздывать на них, а также являться в неподобающем виде. Наша военная Академия— лучшее место для тех, кто желает посвятить жизнь этой сфере деятельности или же перебраться на постоянное место жительства в Агзарт. Думаю, никого просвещать не надо, что среди всех миров это самая труднодоступная и желанная планета. Не упустите шанс, он дается не каждому.

   Мой браслет поймал короткий изумрудный импульс, сразу же отобразив знак из трех сплетенных друг с другом рун.

   Инструктаж был окончен. Три иномирных мага из прибывшего патруля испарились прямо в воздухе, использовав свой артефакт для перемещения в пространстве. Толпа из двадцати двух моих сокурсников потянулась к выходу с полигона. Я пошла следом, пребывая в какой-то прострации. Впереди еще была пара по Защите, но все мысли конечно же были заняты подарочком из прошлого.

   — И кому оно надо? — с искренним недоумением в голосе протянула Катрин.

   Она постучала ярко-розовым ноготком по своему браслету и взглянула на меня.

   — Не скажи, — вдруг вырос рядом с ней Ник Райс, сразу же перетягивая внимание на себя. — Агзарт набирает адептов по другим мирам раз в пятилетку. Тот белобрысый верно сказал — их планета лакомый кусочек. Много кто стремится завоевать, но мало кому даже попасть сквозь сильнейшую охранную систему удается.

   Катрин фыркнула.

   — Еще перескажи мне учебник по мировой истории! Я это и без тебя знаю. Просто, зачем оно нам сдалось-то? Чем дома плохо? Эти агзартцы помешаны на обороне. Вон, даже по чужим мирам таскаются, добровольцев набирают. Своих мало, что ли?

   — Глупая ты, Альер, — подытожил Ник.

   Протянул руку и зачем-то взъерошил идеально уложенные волосы девушки, превратив прическу в гнездо.

   — Куда свои лапищи распустил! — взвизгнула она, уворачиваясь.

   Я закатила глаза.

   — Хватит вам, у каждого своя правда.

   Тут я была на стороне Райса. Далеко не всегда хорошо «дома», кому-то действительно хочется отсюда сбежать.

   Мысль пришла мгновенно.

   Я застыла, глядя перед собой широко распахнутыми глазами. А затем догнала препирающихся сокурсников, схватила Ника за рукав и быстрым шагом пошла рядом.

   — А ну-ка, перескажи мне инструктаж!

   — Чего? — он осекся на полуслове, недоговорив моей подруге колкий ответ. — А сама где была, когда командир Варден рассказывал?

   Услышать эту фамилию от другого человека — значит окончательно разобраться с «почудилось». Мой бывший парень здесь, и надо с этим смириться. Грудь опалило изнутри, но я тут же одернула себя. Хватит эмоций! Ларс может и не вспомнит меня.

   Я сбежала, он не стал меня догонять.

   Мы оба изменились.

   Может, Варден вообще уже женился! Тогда все мои волнения не только глупы, но еще и смешны.

   Что было, то было, нечего раскисать и терять из-за этого голову! А заодно и бдительность. Учеба в Гидрилхеме подразумевала в первую очередь быть всегда на чеку, готовой в любой момент отразить магическую атаку: будь то мой собственный дар или же проклятье случайного адепта, не сумевшего справиться со своей взбушевавшейся Силой. Ведь в элитной королевской академии учились не только наследники знатных семей, но еще и особо одаренные маги трех ближайших королевств. Их способности могли раскрыть лишь здесь.

   Гидрилхем — не просто академия. Это живая магическая система, имеющая Душу и Сердце. Ими являлись могущественные артефакты, которым аналогов не было вообще нигде. В границах нашего мира — так точно.

   — Я была на ковре у ректора, — покладисто ответила я Нику. — Давай же, заполни пробелы моих знаний, Райс! Грядут дополнительные занятия, которые мы будем посещать в течение трех месяцев. Что еще?

   — Только не говори, что ты тоже собралась подавать заявку! — воскликнула Катрин.

   Я одарила ее молчаливым взглядом, и подруга возмущенно фыркнула.

   — Да вы издеваетесь!

   — Ладно, слушай, — протянул Ник. — Сначала нас всех ждет письменный тест. Те, кто наберет достаточное количество баллов, сможет подать заявку, которую рассмотрит межмировой патруль в полном составе. Затем всех, кого они одобрят по каким-то своим критериям, будут собраны в одну или несколько групп. И уже только потом следуют те три занятия в неделю, о которых говорил белобрысый.

   Он пощелкал пальцами, вспоминая, а потом добавил:

   — Биар Финклот, так его, кажется, зовут. Надо запомнить, это кто-то вроде правой руки их командира. Серьезный мужик.

   Да-а-а, не так-то просто все оказалось. В эту группу попробуй еще, попади. Я задумчиво пожевала нижнюю губу и рассеянно пробормотала:

   — Взгляд у него страшный…

   — Так некромант, ему положено.

   — Некромант? — тупо повторила, выплывая из мыслей.

   — Ага. Стандартным составом прибыли: стихийник, артефактор, алхимик и, — тут он снова щелкнул пальцами, — спец по темной магии и трупакам. Практически на любой вкус! Тебе какого?

   Губы сами по себе растянулись в улыбке. Ник Райс умел расслабить и развеселить, не говоря при этом ничего смешного.

   Катрин, уже сменившая гнев на милость, вдруг проговорила:

   — А командир их ничего, кстати. Такой весь, — она устремила глаза к небу и вздохнула.

   — Какой это «такой», — прохладным тоном протянул Ник, сузив на нее глаза.

   Я тоже стрельнула в подругу взглядом, предчувствуя нехорошее.

   — Как надо, вот какой! — ответила она и ускорила шаг, оставляя нас позади.

ГЛАВА 3

   Ларс

   Это был четвертый мир, который я посетил лично. И шестая по счету академия, выпавшая на мой патруль. Стандартный план действий, отработанный до автоматизма режим.

   С одним единственным «но» — здесь училась Она.

   Та, которую я искал на протяжении двух лет, а нашел совершенно случайно.

   Я не заметил ее на полигоне во время инструктажа, зато столкнулся практически лоб в лоб в фойе академии. Огромный наполненный людьми шестиугольный зал с колоннами, тремя лестницами и разветвлениями коридоров. Здесь можно запросто потеряться в толпе, особенно в это время — общий перерыв между парами.

   Но Габриэллу я заметил сразу же, как только вошел.

   Взгляд словно магнитом направило в ее сторону, минуя все возможные препятствия. Едва увидел и осознал, что это именно Габи, меня пронзило разрядом с головы до пят. В паху и груди моментально налилось горячей тяжестью. Практически одновременно. Я и не знал, что такая реакция вообще бывает. И тело, и душа отозвались на одно лишь присутствие Габриэллы в одном со мной помещении! Меня, должно быть, разорвет на части, когда я к ней прикоснусь…

   Успел ли я забыть, какая Габи красивая? О, нет… Но образ ее изрядно смазался в памяти, ведь когда она была рядом я и думать не мог, что однажды она может исчезнуть. Иначе запечатлел бы, вырезал в сознании каким-нибудь изощренным заклинанием, чтобы навеки схоронить в себе каждую ее черту.

   Что я и делал сейчас, жадно поглощая взглядом любую мелочь, движение, эмоцию.

   Черт, это и правда была она.

   Габриела, в которую я без памяти влюбился в прошлой жизни. И не смог выкинуть из головы по сей день.

   Проблема в том, что влюбился только я.

   Ведь иначе, разве исчезла бы она, ничего после себя не оставив? Ни записки, ни устного сообщения, ни памятной вещи. Просто испарилась, не подумав, как это может отразиться на мне.

   Габриела де Мерзе была самой коварной и лживой девушкой, которую я когда-либо знал. Она лгала мне телом, когда я целовал ее и сжимал в объятиях, лгала душой, когда смотрела мне в глаза. Лгала словами, говоря, что хочет быть со мной.

   При всем при этом, она сумела пролезть в сердце и остаться там ядовитой иглой, не давая спокойно жить все эти месяцы. Вынуждая искать ее по мириадам миров, используя мощнейший родовой артефакт, со скрипом отданный мне отцом. И вносить коррективы в свои планы, совмещая военную карьеру с деятельностью пса-ищейки.

   Я должен был спокойно идти по стопам отца, двигаясь к званию генерала и не отвлекаться на глупости вроде разбитого сердца.

   В груди взвилась злость. Я сжал зубы и двинулся вперед, пока между нами не остался всего шаг. Остановился, глядя на Габи сверху вниз, стараясь вложить в этот взгляд все, что горело на языке. Хотелось ли мне ужалить ее словами? Назвать лживой подлой змеей, с которой я стремился встретиться только лишь для того, чтобы разорвать отношения как положено, глядя в глаза? Чтобы поставить точку. Закрыть гештальт, мучавший меня два года.

   Очень хотелось.

   Но я не мог себя заставить ударить ее. Даже злыми словами.

   Вместо этого я приветственно кивнул и выдавил:

   — Мисс Мерзе.

   А потом просто прошел мимо.

   Слишком близко — фатальная ошибка. Потому что стоило вдохнуть, как легкие наполнились ее запахом. Все тем же — цветочная легкость, разбавленная медом и молоком. Сжав пальцы в кулак, я продолжал двигаться, глядя четко перед собой. А когда услышал быстрые удаляющиеся шаги, бросил короткий взгляд через плечо. Успел заметить лишь темный огонь волос, исчезнувший в толпе.

   Габи

   Я думала, что наша встреча отбросит меня в прошлое.

   Туда, где Вилларс Варден смотрел на меня с интересом и азартом, но никак не с презрением, которым окатил сейчас. В этом его: «мисс Мерзе» было вложено столько всего, что мне стало не по себе.

   Когда он двинулся дальше, не задержавшись более ни на секунду, я сорвалась с места и практически убежала с места этого случайного столкновения. Как бы ни стремилась я избегать Вардена, делать это долго не вышло. В первый же день, сразу после пары Защиты мы пересеклись в фойе в самый «час пик». Там, где можно запросто заблудиться и потерять в толпе того, с кем шел за руку!

   Я чувствовала себя ужасно.

   Будто по мне сошла лавина, раскатав тонким слоем по скале!

   Огненная смесь из самых разных эмоций давила изнутри и не давала дышать полной грудью. Но очень скоро в битве чувств победило самое сильное по своей яркости — злость.

   Чертов Варден выставил меня виноватой во всех грехах! И даже не попытался узнать, что же случилось на самом деле. Почему я была вынуждена уехать. Что мной двигало, когда решила ничего ему не говорить. Неужели Ларсу наплевать на все это? Наверняка он уже давно все придумал и без моей помощи. И теперь будет издеваться, окатывая презрением, словно я человек низшего сорта.

   В общем-то, очень похоже на него. Помню, при самой первой встрече, еще в межмировой академии, в холодном взгляде его серых глаз не было ничего, кроме превосходства над всеми и каждым в отдельности. И меня тоже он ни во что не ставил. От души веселился над моим безвыходным положением, когда нас поселили вместе в комнате для отработок.

   Остановившись только на третьем этаже, в коридоре Дуэлей, я привалилась спиной к стене и отдышалась. Сердце яростно стучало о ребра, тоже несогласное с текущим положением дел.

   Ларс хочет делать вид, что мы друг другу никто? Ладно. На самом деле это даже хорошо. Мне не нужно мучиться и гадать, как исправить ситуацию или объясниться. Останемся каждый при своем мнении.

   Он пробудет здесь не так уж долго — всего три месяца. Если б не мое положение, мы бы вообще больше не увиделись за все это время. Я не стала бы сдавать их дурацкий тест и уж тем более не подавала заявку на место в группе будущих агзартцев.

   Но для меня это идеальный вариант избежать договорного замужества, а затем придворной кабалы в роли наследной принцессы. Я буду обязана сменить отца на троне после его смерти или когда он сам решит отойти от власти. До этого могут пройти десятки лет, за которые мне нужно будет нарожать наследников от приставучего, противного наглого и жестокого Дестера, которого я на дух не переношу.

   Это ужасно!

   Я планировала сбежать в соседнее королевство, но, если взглянуть правде в глаза, там меня очень скоро нашли бы. А вот другой мир — идеальный вариант. Тем более, Агзарт.

   На уроках истории ему уделялось вдвое больше времени, нежели другим мирам. Ник верно сказал, туда попасть очень сложно. Это очень богатая и процветающая планета с идеальными условиями для жизни. Что делало ее лакомым кусочком для всех, кто о ней знал. За всю историю существования межмирового союза, Агзарт пытались захватить более сотни раз! Враждебные расы нападали снова и снова, но всегда безуспешно, хоть и с разной степенью последствий.

   Раньше я не знала, откуда Варден родом. Мы не успели дойти до той стадии отношений, когда вместо жарких поцелуев появляются нудные разговоры о родственниках.

   А теперь это знание накладывало на образ Ларса определенный отпечаток. И объясняло некоторые моменты из его поведения в прошлом. Но самое главное, принадлежность моего бывшего парня к миру, куда я хочу сбежать, грозила стать серьезным препятствием в достижении цели. Кто знает, насколько сильно он на меня обозлился и на что способен пойти, чтобы побольнее ужалить?

   Просидев весь перерыв на подоконнике в пустом коридоре, я решила не накручивать себя еще больше. Будь что будет! Ничего изменить я уже все равно не в силах.

   Растерев слезившиеся глаза, я встала и побрела в сторону лестницы. На сегодня пары закончились, впереди маячила лишь первая в этом году отработка. Как бы не сорваться во время нее и не потерять контроль над своей стихией… Все может быть, когда я в таком расклеенном состоянии.

   Будто мне проблем мало было — на горизонте нарисовался Дестер Айерзен!

   Его оркоподобная фигура возникла словно из ниоткуда, перекрывая мне путь.

   — Да вы издеваетесь… — прошептала я себе под нос, моментально меняя направление и ускоряя шаг.

   Коридор Дуэлей так назвали, потому что здесь частенько проводили турниры и бои на спор. Он был широким, нашпигованным защитными чарами, а еще — сквозным. Двигаясь в одну сторону, можно было пройти к основной лестнице, прошивающей все учебные этажи, в другую — очутиться недалеко от читального зала и выхода на балкон, где находился активированный портал прямо в холл.

    — А ну стоять, Мерзе! — вопль Дестера пронесся через весь коридор и ударил меня в спину.

   Черт побери, да он в ярости! Что, в общем-то, не удивительно. Я ведь исключила его из академии. Восстановиться по щелчку пальцев в Гидрилхеме попросту невозможно, ведь имя Айерзена было проведено через артефакт. Теперь ему светили вступительные экзамены на пятый курс, а потом недели усиленного режима, чтобы нагнать пропущенный материал.

   — Оставь меня в покое, Айерзен! — рявкнула его же тоном и сорвалась на бег.

   Промчалась мимо поворота в читальный зал, свернула к выходу на балкон. Он опоясывал главный корпус замка по всему третьему этажу и был очень популярен у парочек, что любили устраивать свидания под луной.

   До заветной двери я не успела — меня схватили буквально в двух шагах от нее.

   Дестер рывком поднял меня в воздух и припер к стенке. Я не на шутку перепугалась! Носками туфель едва доставала пола, а сжатая пятерней у самого горла рубашка не позволяла свободно вдохнуть.

   Передо мной застыло перекошенной от злости веснушчатое лицо Айерзена. Его выцветшие светло-рыжие брови настолько сильно свелись к переносице, что образовали сплошную полосу, а голубые глаза полыхали ледяным огнем.

   — Ты перешла все границы, мерзавка, — прошипел он, брызжа слюной.

   Меня передернуло от отвращения. Захотелось немедленно утереться, а потом хорошенько умыться с мылом. Но для начала надо бы уйти от этого козла целой и невредимой.

   — Нет, это ты постоянно нарушаешь границы, — просипела я. — Мои границы, Айерзен. Отпусти немедленно, если не хочешь огрести еще больших проблем.

   Он, кажется, осознал, что погорячился.

   Ослабил хватку, и я сползла по стене, ощутив твердую поверхность под ногами. Схватилась за горло и прокашлялась.

   — Совсем сбрендил, придурок?! Ты меня чуть не придушил!

   Дестера перекосило еще больше. Ткнув указательным пальцем мне в лоб, упер мою голову в стену и выдал:

   — Королем меня пугать вздумала? Он мне, считай, родственник. Или ты забыла о нашем скором счастливом будущем, Габриэлла?

   Я оттолкнула Дестера в грудь, убирая прочь от себя его взмокший палец.

   — Будущем, а не настоящем. Пока не объявлена дата помолвки, держись от меня подальше!

   Он вдруг сменил настрой усмехнувшись.

   — Как же заводишь, своей строптивостью, детка, — его руки уперлись в стену по обе стороны от моей головы. — А поцелуешь добровольно, не стану наказывать за мое отчисление.

   Я скривилась, отворачиваясь, и уперлась кулаками ему в грудь.

   — Не в этой жизни.

   Усмешка стекла с его лица.

   — А, впрочем, кому оно надо, твое согласие?

   Схватив меня за подбородок, он впился в мои сжатые губы мокрым поцелуем. К горлу подкатила тошнота, а по венам разлился огонь. Вспышка магии полоснула по глазам алым заревом, и Дестера отшвырнуло от меня горячем потоком.

   Вытерев рот тыльной стороной ладони, я выскочила на балкон, а затем и в портал до холла.

ГЛАВА 4

   Магия Гидрилхема чутко следила за личными границами адептов. Правда, только на территории спальных башен, и только в женском крыле. Парни не могли пройти через разделяющую арку, а вот девушки — запросто. По своей воле или нет, уже другой вопрос, но за время моего здесь обучения, слишком уж громких инцидентов на эту тему не было. Подозреваю, если Дестер продолжит вести себя как свинья, как минимум один такой обязательно случится, причем в самом ближайшем будущем.

   После нашей с ним «встречи» адреналин бурлил в моей крови вплоть до следующего дня. Если б пары не закончились, и мне пришлось идти на одну из практических дисциплин, не обошлось бы без неконтролируемого выброса магии. Слишком много потрясений выпало на мою голову за короткий период, а «женишок» будто намеренно подкинул дров в пылающий костер.

   Выспаться мне, ожидаемо, не вышло.

   Картины скоропостижной и мучительной кончины Айерзена сменялись эпизодами слезных объяснений Ларсу, что я ни в чем не виновата. Где-то под утро в эти прекрасные мотивы сновидений ворвались монстры с пылающими мордами, которым я приказывала сожрать обоих кавалеров. На этой ноте я вынырнула из кошмаров и резко села на кровати, обливаясь холодным потом.

   Потом, пока мои соседки сладко спали, я ревела под холодным душем, изливая испуг, раздражение и щемящую в сердце тоску. Это помогло. Когда вышла из ванной, чувствовала себя не просто в разы лучше, а замечательно! Энергия била ключом, я снова была готова встретиться с Варденом, Айерзеном, ректором, да хоть с чертом лысым — не важно. Эмоции, сопли и самокопания остались там, каплями воды на каменных стенах.

   — Ты чего ни свет ни заря встала? — раздался сонный голос Катрин с соседней кровати.

   Нас разделяли два шага толстого зеленого ковра и пушистое белое одеяло, в которое с головой была закутана подруга. Из-за него она звучала глухо, но прекрасно слышно в тишине спальни. Две другие соседки еще тихонько сопели с противоположной стороны комнаты. С Розалиндой и Мари у меня сложились несколько натянутые отношения. Они считали меня избалованной принцессой со стервозным характером, которой все доставалось слишком легко.

   Не скажу, что повода у них так думать совсем не было.

   Когда папа забрал меня из межмировой академии, в Гидрилхеме я оказалась зачислена на второй курс. И это посреди года! Учебные программы двух заведений сильно разнились, то, что преподавалось на первом курсе там, здесь растягивали на два. А каких-то дисциплин и вовсе в планах не имелось.

   Я была так расстроена и зла на отца, что наотрез отказалась ехать в другую академию. В итоге магистры стали прибывать во дворец, впихивая в меня знания чуть ли не насильно. Следующий учебный год я встретила как положено — в стенах Гидрилхема, адепткой третьего курса на факультете Стихий.

   Можно сказать, что смирилась я быстро. Но ненадолго. Едва отец заговорил про замужество и единственную на его взгляд подходящую кандидатуру — наследника герцога Айерзена — я вернулась к прежнему упрямству и стремлению к свободе.

   Катрин стянула с головы одеяло и посмотрела на меня одним глазом, повторяя:

   — Чего так рано поднялась, а?

   — Не так уж и рано, — улыбнулась я, застегивая ремешок на форменном сиреневом платье. — Подъем уже минут через пять.

   Подруга застонала и вновь накрылась с головой.

   Я же закончила сборы, подхватила подготовленную с вечера сумку и на цыпочках пошла к выходу. Мне нравилось завтракать, когда в столовой совсем мало народа. Особенно после того, как опытным путем было выявлено, что Дестер любит поспать и частенько опаздывает на первые пары.

   Сталкиваться с ним нос к носу в дверях — мало удовольствия. Но я совсем забыла, что теперь мне нужно избегать подобного столкновения еще кое с кем. И он, в отличие от Айерзена, предпочитал ранний подъем.

   Войдя в просторный зал с множеством самых разных по вместимости столиков, я сразу заметила компанию из четырех мужчин в дальнем от входа углу. Сидели они здесь уже давно, судя по пустым тарелкам. Я даже не стала разглядывать их, в первые же секунды определила, что тот, который ко мне спиной — Ларс.

   Резко отвернулась и пошла в противоположную сторону, к двуместному столу. Села, быстро выбрала во всплывшем передо мной меню теплое какао с маковой булочкой, и принялась уминать завтрак со скоростью голодного дракона. Если б можно было выносить отсюда посуду, сразу ретировалась бы и поела в учебной аудитории.

   Я понимала, что это глупо. Но все равно торопилась, надеясь, что меня не заметят.

   Когда в поле бокового зрения попала высокая темная фигура, я чуть не подавилась. Сбегать было уже поздно — в следующую секунду Варден оказался напротив. Задержал на мне ничего не выражающий взгляд, затем отодвинул стул, повернул его спинкой к себе и оседлал.

   Я с трудом сглотнула непрожеванный кусок булки и подняла к лицу полупустой стакан. Нужно было срочно запить, пока не настиг кашель. Или икота, что еще хуже. Черт, я наверняка покраснела от натуги, а сухой ком теста застрял в горле, не позволяя свободно вдохнуть.

   — Рекомендую все же запить, — проговорил Ларс, глядя на меня, как удав на мартышку.

   Хотелось съязвить, что и без него знаю, но было не до пререканий.

   Припав к стакану, я прикончила оставшееся какао, со стуком поставила его на столешницу и поднялась.

   — Сидеть, — тут же приказал Варден, не двинувшись с места.

   От стальных ноток в его голосе у меня все внутри похолодело. Но слушаться я, конечно же, не стала. Сложила руки на груди и сузила глаза, ожидая продолжения.

   — Нам нужно серьезно поговорить, Габриэлла.

   — Вспомнил мое имя?

   Его «мисс Мерзе» во время прошлой встречи меня неоправданно задело.

   — Да, вспомнил.

   Ноль эмоций.

   Хотя бы ненависти добавь, раз уж мы начинаем с начала, но только не это показное равнодушие! Оно невероятно бесит.

   — Какое достижение.

   — Сядь.

   — Спасибо, я постою. Говори, что хотел, мне некогда.

   Боги, зачем я так? Хотелось дать себе оплеуху за эту ненужную строптивость. Нам ведь и правда нужно поговорить! Объясниться друг с другом. А если более точно — именно мне рассказать ему о причинах своего поступка. Почему я исчезла ничего не сказав, а потом не решилась написать письмо.

   Аноре Шанталь я ведь писала. Но ничего в ответ ни разу не получила… Это было обидно, если честно. Хоть мы и знакомы с ней совсем мало, успели сдружиться. Теперь я старалась не придавать большого значения дружбе и новых подруг не заводить. Катрин сама как-то завелась, я ничего для этого не делала. Какой смысл? Пройдет всего год, мы окончим академию и больше друг о друге не вспомним. Забудем, как Шанталь обо мне забыла.

   Ларс пошел на первый шаг, чего я бы сама ни за что не сделала. Если он сейчас встанет и уйдет, наша проблема навсегда останется нерешенной.

   Прежний Варден так бы и сделал, кстати… Просто психанул и умотал отсюда, бросив что-то вроде: «не особо-то и надо».

   Но нынешний продолжал оставаться на месте, спокойно на меня глядя.

   «Спокойно» равно «безразлично», ведь так?

   Сердце болезненно сжалось, и я сделал шаг обратно, устраиваясь напротив бывшего парня.

   — Хорошо. Нам действительно нужно обсудить наше… прошлое.

   Ларс на секунду сузил глаза, но это была единственная реакция на мои слова. Потом он выпрямился, полез в карман штанов и достал оттуда прозрачную сферу, размером с перепелиное яйцо. Внутри нее что-то темнело. Он протянул руку и положил этот шарик в центр стола. Затем посмотрел на меня и проговорил:

   — Он слишком долго был в стазисе. Я брал его с собой в каждый мир, который приходилось посещать… по работе. На случай нашей неожиданной встречи. И теперь с чистой совестью передаю тебе эту надоедливую тварь.

   Стало резко нечем дышать.

   Я прилепила взгляд к сфере, но разглядеть, кто в ней, было сложно. Хотя я и без того догадывалась.

   — Кто это? — все же спросила севшим голосом.

   Ларс дернул бровью и глянул в сторону своих товарищей. Прочистил горло, и только потом ответил:

   — Той фамильяр.

   Я прикусила губу, чтобы взять себя в руки, часто заморгала, избавляясь от тумана перед глазами.

   — Фир?

   — Ну, если у тебя другого не было, то да.

   Сапфировый дракончик, трепавший нервы всей межмировой академии, сам нашел ко мне путь — как в прошлый раз, так и сейчас. Помню, как он настойчиво пробирался ко мне, а потом сбегал, когда я пыталась дотащить его до монстрятника. Но ведь эти зверьки любят жить стаями, я терзала себя, понимая, что взять с собой этого вредину не смогу. В одиночестве он зачахнет и погибнет.

   Ларс первым нарушил затянувшееся молчание, поясняя:

   — Он всюду таскался за мной все оставшееся время обучения. Снова нашел брешь в куполе монстрятника, и делал это каждый раз, когда его туда возвращали. На мне видимо была твоя энергетика. Или магический след. Не важно. Все закончилось тем, что в один прекрасный день я обнаружил этого сумасшедшего зверя у себя под кроватью. Едва живым. Он просто лежал там, не интересуясь ни едой, ни питьем, вообще ничем. Знакомый целитель восстановил его силы, но зверь продолжал… тосковать. Тогда я принял решение. А теперь возвращаю этому прилипчивому, упрямому и глупому чудику его непутевую хозяйку.

   Я потянулась к сфере и аккуратно взяла ее. Сглотнула ком в горле, наконец различая знакомые очертания спящего дракончика.

   — Но они ведь стайные существа.

   Ларс облокотился на столешницу, становясь на несколько сантиметров ближе.

   — Этот экземпляр с легкой придурью, потому сделал выбор в пользу человека.

   Я поджала губы и откинулась на спинку стула.

   — Спасибо. Раз такое важное дело, мог бы отправить мне его порталом через магистра Магноди.

   Который, кстати, так и не выслал мне любимый арбалет. Я покидала межмировую академию в таком разбитом состоянии, что забыла свое оружие. Оно осталось висеть на стене над изголовьем кровати в нашей общей с девочками комнате. Учитель танцев обещал отправить его мне вдогонку. А потом, видимо, забыл. Когда писала Аноре, я просила ее напомнить об этом магистру. Но и от нее не получила ответа.

   — Выслать? — почему-то усмехнулся Варден. — Ах, да… Ты же оставила адрес. Как я мог забыть.

    — Не ерничай, — нахмурилась. — Узнал бы у Магноди. Или ректора. Да хотя бы поисковые артефакты настроил. Не такая большая проблема. Было бы желание.

   — Желание, говоришь? — его голос стал вкрадчивым и глубоким, отчего по коже пробежала легкая дрожь.

   Кажется, в Ларсе проснулась злость. Всяко лучше пугающего безразличия.

   — Ты исчезла, Габриэлла. В прямом смысле слова — стерлась, словно никогда не существовала во вселенной. Тебя не могли отыскать ни сильнейшие артефакты, ни люди. Даже те, кто знал о тебе хоть что-то.

   В груди стало горячо-горячо.

   — Глупости! — голос дрогнул. — Найти-то меня ты в итоге нашел.

   — Да. Когда не ставил поиск целью. Это действительно исключительная случайность.

   Тревога сдавила горло. Неужели отец наколдовал что-то? Потому и письма мои никуда не доходили… А если и доходили, то ответы терялись в пути. И тогда Ларс…

   Погодите.

   Он все же меня искал.

   От этой в общем-то хорошей новости стало почему-то так плохо, что захотелось расплакаться. Но размазывать сопли — не в моих правилах, потому я скрестила руки на груди и крепко сжала стеклянную сферу в ладони.

   — Почему ты ничего мне не сказала, Габи? — Ларс задал наконец самый главный вопрос.

   И мне без всяких уточнений было понятно, что он имеет в виду.

   Варден смотрел мне в лицо прямо и открыто, требуя ответ здесь и сейчас. Немедленно. А у меня растерялись все слова. Да и вообще, я вдруг поняла, что толком не знаю, почему так вышло. И вместо сложного разговора с объяснениями мне хотелось встать, обойти этот стол и сесть Ларсу на колени.

   Хотелось, чтоб он обнял меня так крепко, как делал это вечность назад, что лежала теперь между нами.

   Хотелось отмотать время вспять и все же сказать ему тогда, перед отправлением, что отец-король решил все за меня, договорился об отчислении чуть ли не задним числом и практически прогнал из академии. Я ведь сама узнала об этом меньше чем за час до активации портальной арки.

   У выпускного курса в самом разгаре шли пары. У меня просто не было времени, чтобы встретиться с ним.

   А еще, я боялась.

   Мне было страшно посмотреть ему в глаза, осознавая, что это в последний раз.

   Но, даже если бы я все же решилась… Как теперь выяснилось, папа озаботился, чтобы полностью отрезать от меня все связи. Если, конечно, я не зря его обвиняю.

   И мы все равно оказались бы в этой самой точке, в этом разговоре.

   Или нет?

   Я набрала воздуха в грудь, чтобы выдать краткую выжимку всего, что сейчас промчалось в моей голове, но тут вдруг раздался пронзительный сигнал тревоги. Под потолком вспыхнуло зарево красных магических импульсов, а стены академии содрогнулись, словно от мощного взрыва.

ГЛАВА 5

   Ничего подобного еще не случалось в Гидрилхеме!

   — Что происходит? — я вскочила озираясь.

   Ларс тоже поднялся, черты его лица стали жесткими и незнакомыми.

   — Оставайся на месте, — коротко кинул он мне, прежде чем уйти.

   Я проводила его взглядом, замечая, как весь состав межмирового патруля торопится прочь из столовой.

   Между тем раздался еще один взрыв, и стены снова тряхнуло. Я пошатнулась, схватившись за спинку стула. Редкие адепты — такие же ранние пташки — озадаченно глазели по сторонам, толком ничего не понимая.

   Оставаться на месте? Вот еще! Ждать, пока на голову потолок посыплется еще глупее, чем пытаться разобраться в происходящем. Потому я сунула сферу с дракончиком в ученическую сумку и побежала к выходу. Мне бы добраться до первой коридорной ниши, дабы остаться наедине с замком… Или забежать в пустой кабинет. Только так смогу связаться с Сердцем академии и через него узнать, что случилось.

   В холле людей оказалось значительно больше, здесь царил настоящий хаос.

   Чудом не оказавшись задавленной, я протиснулась ко входу в подземелья. Там сейчас было наиболее тихо.

   Два лестничных пролета вниз, узкий коридор, освещаемый зеленоватыми лампами, и наконец двери в лабораторию алхими. Она всегда заперта, потому я сразу же прострелила замочную скважину лучиком отпирающего заклинания. Раздался щелчок.

   Пол под ногами снова содрогнулся, и я припала плечом к каменной стене.

   — Да что ж такое!

   Оказавшись внутри, сразу же двинулась вправо, к подсобке. Даже если сюда вдруг кто-то войдет, меня не сразу заметят.

   Настроиться на связь с главным артефактом Гидрилхема задачка не из простых, но мне, как наследнице, по силам. Если, конечно, ректор не возвел вокруг Сердца особую защиту. После моей выходки с отчислением это было дело времени…

   Забившись в угол, я сползла по стене на пол, откинула голову и закрыла глаза, сосредотачиваясь. Меня окружала тишина. Даже творящийся наверху хаос никак здесь себя не проявлял.

   Минута, другая, третья.

   В какой-то момент я всерьез поверила, что артефакт мне больше не доступен. Я тянула магические нити все глубже в источник силы академии, и наконец, добралась до места. Будто в бездонный омут нырнула. И тут же оказалась высоко над замком, замечая каждую деталь снаружи и все, что было не так, как должно быть.

   Самое главное — огромное сияющее золотым светом кольцо портала, из которого лезли в наш мир… драконы! Не миниатюрные, как Фир, а самые настоящие, с шипастыми спинами и хвостами, кожистыми крыльями и огненным пламенем из зубастых пастей.

   Кто-то открыл пространственные врата прямо к стенам Гидрилхема! И запускал сюда иномирных тварей, поливающих стены замка огнем.

   Кто и зачем это сделал?

   Я ощутила резкий толчок в грудь и едва не задохнулась. Стремительно полетела вниз, обратно в черный омут и вынырнула в сознание. Обнаружила себя задыхающейся приступом кашля в углу лаборатории.

   Не сама я сорвалась и упала, кто-то вышвырнул меня из Сердца!

   Неужели ректор?

   Вот же сволочь престарелая!

   С трудом восстановив дыхание, я поднялась на ноги и медленно двинулась к выходу. Аккуратно, придерживаясь стены, пока окончательно не пришла в норму. Нужно было найти Ларса и рассказать ему… Хотя, он наверняка уже сам все увидел.

   Я даже представить толком не могла, что делать в этой ситуации. Единственное пришедшее на ум решение — вернуться в столовую, где, скорее всего, будут собирать всех адептов для дальнейших инструкций.

   Что я и сделала, столкнувшись по пути с Ником.

   — Где Катрин? — с ходу спросил он.

   — И тебе привет, — пробормотала я, протискиваясь между ним и тяжеленной дверью, что вот-вот должна была захлопнуться.

   В столовой людей сильно прибыло с момента моего ухода. Бегло осмотрев зал, я не нашла ни Ларса, ни его товарищей. Зато в центре материализовалась трибуна вместе с хмурым ректором Грейвом.

   — Габи, — не унимался Райс.

   — Да не знаю я, где она! Дрыхла вместе со всеми, когда я из спальни уходила.

   Ник чертыхнулся и дернулся обратно в коридор.

   — Чего с ней станется? — крикнула ему в след.

   Он обернулся на ходу, отвечая:

   — Одна из спальных башен пострадала. Появился пролом в стене.

   У меня по спине ледяная дрожь промчалась. Я последовала было за Райсом, но буквально перед моим носом створы дверей захлопнулись и скрылись магией. Ректор начал речь, и пока он ее не завершит, никто из зала не выйдет.

   Я отошла в сторонку, дабы не привлекать внимания, и обратилась в слух.

   — На территории Гидрилхема зафиксировано иномирное вторжение, — сухо декламировал Зоргар Грейв, сканируя присутствующих мрачным взглядом. — У врат открыт портал, на который не было получено разрешения. Детали выясняются. Скорее всего инцидент связан с прибытием патруля с Агзарта. Как все знают, это мир с повышенной оборонной сетью. Напрямую попасть туда сложно. Очевидно, кто-то решил пойти оригинальным путем и захватить заложников на территории дружественного с Агзартом мира. То есть, у нас. Панику разводить не стоит, вопрос решается. Расписание занятий начнется сегодня со второй пары.

   Когда ректор замолчал, в столовой еще какое-то время стояла гробовая тишина.

   Трибуна засветилась голубоватым мерцанием и исчезла, вместе с проекцией Грейва. Магический блок с дверей исчез, те с грохотом распахнулись, являя компанию из Ника, Катрин и еще двух парней курсом младше. Скорее всего иллюзорная копия ректора застала их где-то в холле, так как настолько важное объявление должны были услышать абсолютно все, а не только те, кто раньше спустился к завтраку.

   — Нет, вы слышали?

   — Это немыслимо…

   — И что нам теперь, просто не замечать сотрясающихся стен и взрывы?

   Со всех сторон повалил гомон голосов. Заскрипели стулья по каменному полу, зазвенели приборы о тарелки — многие решили последовать совету главы Гидрилхема и жить обычный, ничем не примечательный день. Но были и те, кто собирался в небольшие компании и двигались прочь из столовой, продолжая наводить панику.

   Я сглотнула неприятный ком в горле и нашла глазами Катрин. Не хотелось в этой ситуации оставаться в одиночестве.

   — С тобой все в порядке? — поинтересовалась я, поравнявшись с подругой.

   Она выглядела взъерошенной больше, чем обычно. Волосы распущены, форма надета, видно, что наспех, а ученической сумки и вовсе не было.

   — В стене башни парней вот такая дырень! — она развела руки в стороны, демонстрируя. — Никто не пострадал, к счастью!

   — Да, — мрачно добавил Ник. — Гидрилхем быстро восстанавливается. Там уже небольшой просвет только остался. Но с бытовой магией придется попотеть теперь. Пока от пыли все отчистишь…

   Катрин стукнула его ладонью по плечу.

   — Нашел из-за чего бухтеть! Спасибо, третьекурсники рано смылись в столовку, а то бы все… того! Там одну кровать вообще в щепки размозжило.

   Я пожевала губы, раздумывая, стоит ли говорить им, что на самом деле происходит снаружи. Перевела взгляд с Ника на Катрин и обратно. Райс это заметил и нахмурился.

   — Чего такое, Габриель?

   Меня переполняло столько эмоций, что даже это имя мимо ушей пропустила. Наклонилась чуть ближе к Катрин, понизила голос и проговорила:

   — Это драконы.

   Она расширила глаза и распахнула в удивлении рот.

   — Да ты что-о-о!..

   За что можно любить Катрин Альер, так это за ее доверчивость. Разыграть ее было раз плюнуть. Жаль, что сейчас не до шуток.

   — Издеваешься? — сузил глаза Райс. — Может, еще земля разверзлась, и демоны повылезали?

   — Ты ректора слышал? У врат академии открыт иномирный портал. Стены сотрясаются от взрывов. Драконы — это меньшее, во что можно сейчас поверить.

   — А ты откуда знаешь, что именно они всему виной?

   Я отвела глаза, мельком замечая рыжеволосую шевелюру моего личного кошмара. Айерзен, чтоб его! Надеюсь, сейчас я — последнее, на что он хочет тратить энергию.

   — Видела, — коротко ответила Нику. Потом посмотрела на него и добавила: — Это драконы, Райс. Огромные огнедышащие летающие ящеры. Живи теперь с этим.

   — Вот бы подсмотреть одним глазочком… Может, на смотровую башню поднимемся? — заговорчески проговорила Катрин.

   — Брось, все выходы магией перекрыты, — ответил ей Ник.

   Кажется, он тоже поверил в драконов. Скрестил руки на груди и теперь о чем-то сосредоточенно думал. Подруга вздохнула.

   — Думаете, ректор прав, что не нужно паниковать? Они быстро справятся с этим порталом?

   Я в этом сомневалась.

   — С порталом может и быстро, а вот с теми, кто из него вылез… вряд ли.

   Грудь сдавило изнутри, сердце налилось тревогой. Стало вдруг страшно за Вардена. Если Грейв прав, и некто явился сюда с целью захватить агзартский патруль, драконами дело может не ограничиться.

   А с другой стороны… Должно ли мне быть какое-то дело до всех этих разборок? Судя по тому, каким серьезным дядей стал Ларс, он разберется во всем и без моей помощи. Я только мешать буду. Учитывая наши непростые отношения, еще и навредить могу.

   Прижав к себе ученическую сумку, вспомнила про Фира. Стало стыдно и немного грустно. Бедный дракончик так страдал после моего исчезновения… Но кто бы мог подумать о таком развитии событий! За все наше с ним знакомство, он не проявлял настолько сильной привязанности ко мне. А учитывая особенности породы, я была уверена, что не смогу забрать его с собой. Стайное животное зачахнет и погибнет без семьи. Похоже, в какой-то момент Фир включил меня в свою стаю и отвел мне там не последнюю роль.

   Надо бы поскорее расколдовать его, вытащить из волшебной сферы. Но сделать это между делом, по пути на пару, я не могла. Столь важный момент требовал уединения, отсутствия лишних ушей и глаз. Фамильяру придется обживаться в новом мире, исследовать неизведанные территории. Вспомнив, какой занозой для всей прежней академии был этот звереныш, я мысленно посочувствовала себе и своим сокурсникам.

   — Ну, что? Пойдем проверять выход к смотровой башне? — выловил меня из мыслей голос Катрин.

   — Я же сказал…

   — Да-да, все выходы могли заблокировать, — она закатила глаза. — Но я буду не я, если не проверю!

   — Может, вы позавтракаете, для начала? — вступила в разговор я. — Первые пары все равно отменили, так что мы везде успеем.

   — Не факт! Сейчас драконов загонят обратно в портал, и все закончится!

   Катрин слишком громко это сказала и сидящие за ближайшим столиком все вчетвером обернулись, круглыми глазами уставившись на нашу компанию.

   Я пихнула подругу локтем и прошипела:

   — Еще громче про драконов проори, нам же так не хватает паники!

   — Прости, — пискнула она. Затем обернулась к адептам и добавила так, чтобы они услышали: — И приснится же такое!

   Схватив ее за рукав, я потащилась к выходу, пока эта девчонка еще чего-нибудь не ляпнула во всеуслышание. Райс ожидаемо пошел следом. В последнее время он словно на поводке у Катрин был.

   У них вообще все очень интересно вышло. На самом деле, первой влюбилась именно она, только случилось это на втором курсе, когда у Ника в голове свистел ветер и девушек он менял как перчатки. Катрин же он воспринимал не иначе, как младшую сестру, ведь выглядела она значительно младше своего возраста. Ровно до четвертого курса, когда она «изменилась за лето» так, что парни шеи сворачивать начали, глядя ей в след. Тогда-то Райс и посмотрел на нее иначе, да было поздно. Она уже встречалась с другим.

   В конце прошлого года Катрин рассталась со своим ухажером, и пообещала себе перерыв от любых отношений с противоположным полом. Я об этом конечно же сказала Нику, потому он пока не наседал и не звал ее на свидания. Судя по тому, как она смотрела вчера на состав межмирового патруля, джентльменское решение Райса дать ей время очень скоро полетит к чертям.

   Оказавшись в холле, я сразу же заметила серебристое мерцание магического щита, перекрывавшего всю стену с входными дверями. Отсюда были отчетливо слышны звуки разразившегося снаружи сражения. Вспышки заклинаний отличались свистящим шелестом, а плевки драконьего пламени сотрясали воздух взрывами и гулом огня. В холле столпились зеваки, пытавшиеся на слух определить происходящее, но вряд ли им пришло бы в голову, что у стен замка бесновались самые настоящие драконы.

   Ник первым двинулся в сторону выхода к смотровой башне, за ним засеменила Катрин, а потом уже я. Едва мы свернули в коридор, из холла донесся строгий голос какого-то магистра, решившего разогнать любопытствующих.

   — Невероятно… — протянул Райс.

   — А я знала! — восторженно прошептала Катрин.

   Я перестала постоянно оборачиваться, проверяя, не следует ли кто за нами, и едва не налетела на подругу, замершую столбом на моем пути.

   — Что за…

   Не успела я выругаться, как широкая ладонь Ника закрыла мне рот. Затем резко дернула в сторону, едва не свернув мне шею. В одну секунду мы оказались впихнуты втроем в тесную нишу за статуей бородатого волшебника с посохом.

   Я промычала, что если кое-кто не уберет свою лапу, то будет немедленно покусан! Вряд ли он что-нибудь расслышал, но руку медленно отнял, сразу же поднеся указательный палец к своим губам.

   Обратившись в слух, я различила шаги нескольких пар ног и приглушенные голоса. Кто-то только что спустился по каменной лестнице смотровой башни и двинулся в нашу сторону.

ГЛАВА 6

   Первым делом я подумала, что это команда Ларса, но потом узнала магистра заклинаний Гордона Стиверса и его практиканта из академии другого королевства — Люка. Принеприятнейшего типа, кстати! Как-то раз он замещал магистра у нас на паре, и того часа вполне хватило, чтобы разлюбить предмет. К счастью, больше мы этого Люка у преподавательской трибуны не видели.

   — Нам же нельзя снимать щиты с входных дверей! — с нотками легкой истерики прогнусавил практикант.

   — Портал скоро захлопнется.

   — Но… часть этих существ улетело в лес!

   — Потом отправим за ними поисковую группу ликвидаторов.

   — Они же еще могут повернуть обратно, на территории академии не безопасно…

   — Драконы уже не вернутся к замку. Агзартцы знают толк в надирании задниц всяким магическим тварям.

   Они сравнялись со статуей волшебника, за которой мы прятались, и стали отдаляться, быстрым шагом идя по коридору. Причитания Люка уже сложно было разобрать, как и терпеливые ответы магистра.

   Я наконец смогла свободно вдохнуть и первой выбралась из ниши. Отряхнула сарафан, поправила лямку сумки на плече и зыркнула на Ника.

   — Какого черта это сейчас было?

   — Если б они нас встретили, потащили бы за собой обратно в столовку. А мы зачем сюда пришли?

   Я вздохнула.

   Катрин воодушевленно ответила за меня:

   — Чтобы попасть на смотровую башню!

   — Верно, — усмехнулся Райс.

   — Так и знала, что ты только притворяешься правильным снобом, — пробурчала я.

   — Давайте поторопимся, пока еще можем что-то увидеть. Слышали, драконы повернули к лесу! — Катрин первой побежала к виднеющейся впереди лестнице.

   Я двинулась следом, раз за разом прокручивая в голове слова магистра Стиверса про «надирание задниц монстрам». В прошлом мы с Ларсом попадали в переплет, где он проявил себя надежным напарником, но вот в противостоянии какому-нибудь чудищу, а тем более дракону, я его не помню. Не встречали мы в ложном измерении никого, кроме волшебных страусов, что едва не затоптали нас в пустыне.

   Интересно, если бы мы сейчас оказались с ним в похожей ситуации, как бы он себя вел?..

   Представив себя один на один с Варденом в изолированном искусственном измерении, я не заметила, как поднялась по каменной лестницы башни до самого верха. Смотровая площадка открывала обзор не только на территорию Гидрилхема со всеми полигонами, теплицами и спортивным стадионом. Отсюда был виден непроходимый древний лес, кроны деревьев которого так плотно льнули друг к другу, что создавалось впечатление сплошного лиственно-хвойного моря. А если посмотреть в сторону запада, можно разглядеть темные волны океана, разбивающиеся о серые скалы.

   Другими словами, вид со смотровой башни был просто невероятный!

   Но сейчас нас привлекали отнюдь не красоты природы. Катрин подбежала к низкому бортику ограды и перегнулась в поясе, чуть ли не нырнув вниз рыбкой. Ник вовремя оказался рядом, обхватив ее за талию. Я встала рядом, с любопытством оглядывая двор.

   — Ух ты… — восхищенно вздохнула подруга. — Я таких больших порталов в живую не видела. Только в учебнике по мировой истории.

   Я молча согласилась.

   Во второй раз впечатление было уже не таким сильным, как во время «общения» с Сердцем Гидрилхема, но все равно, размеры огромного сияющего кольца впечатляли.

   — Из него же драконы должны были вылететь, — резонно заметил Райс. — Мелким он по определению быть не мог.

   Рядом с порталом фигуры магов казались микроскопическими, но я безошибочно угадала, кто из них — Ларс. Прилепила к нему взгляд, толком ничего не видя. Сейчас они закроют портал, и ослепляющее сияние иномирной магии исчезнет.

   — Ой, что-то не так! — вдруг пискнула Катрин.

   Я отвела глаза от Вардена и тоже заметила странность — золотое мерцание кольца стало неравномерным и дерганым, начали появляться ядовито-зеленые вспышки, разбрасывающие всплески магии далеко за пределы портала. Маги внизу тоже заволновались, начали отступать к ступеням замка.

   — Гадство, — выругался Ник. — Нам нужно убираться отсюда!

   Портал расширялся, увеличиваясь в размерах. Зеленый полностью заменил золото, показались кроваво-красные нити молний. Они били на большие расстояния, взрывая те места, куда попадали! Вот, одна из них врезалась в столетнюю нефритовую ель на окраине леса, и та моментально вспыхнула колдовским пламенем. Следующая попала в огромный булыжник прямо у подножия нашей башни, и тот разлетелся мириадами острых осколков.

   Я отшатнулась, испуганно охнув.

   Ник уже тащил Катрин к дверям на лестницу, и я в одну секунду нагнала их.

   Но тут, очередная алая молния разрезала небо, отскочила от нависшей над замком тучи и ударила в метре от моих ног!

   Мир завертелся радугой красок. Резко запахло озоном, вперемешку с горечью жженой древесины. Я услышала вскрик подруги и зажмурилась, ослепленная белой вспышкой. А когда открыла глаза, ужаснулась.

   — О, нет… Только не снова!

   Смотровой площадки уже не было. На многие километры вокруг простиралась степь, поросшая колючим кустарником, низенькими деревцами, лишенными листвы, и стелящейся по испещренной трещинами земле узколистной рыжей травой.

   В макушку пекло солнце. Воздух подрагивал, словно вот-вот на горизонте появится мираж.

   — Что это было? Где мы? Как нас сюда забросило? — заскулила позади меня Катрин.

   Какое облегчение, я же не одна!

   Обернувшись, тут же передумала радоваться. С земли пыталась подняться лишь подруга, Райса не было.

   — Где Ник? — вторила моим мыслям Катрин. — И что значит: «Только не снова»?

   Она наконец приняла вертикальное положение и вперилась в меня с паникой в глазах.

   — Ты уже тут была?

   — Сколько вопросов…

   Я, в отличие от нее, пребывала в каком-то заторможенном состоянии.

   — Так начинай отвечать!

   — Меня уже выбрасывало в искусственную реальность.

   Несколько лет назад, и в тот раз со мной был Ларс. Мы точно знали, что нужно найти арку, дабы выбраться. А теперь… никаких предположений.

   — Искусственная реальность? — прошептала Катрин, испуганно озираясь. — А ты уверена? Откуда знаешь?

   — На самом деле, нет, — я нахмурилась. — Не уверена. Просто это первое, что пришло в голову. Мы же стояли на смотровой площадке, потом ударила молния и теперь мы здесь. Нас явно перебросило куда-то.

   — Только вот куда?.. И где Ник? Он же с нами был! Мамочки, неужели его тем лучом пришибло…

   Кажется, ее сейчас накроет истерика. Глаза уже на мокром месте, кожа бледная, руки дрожат. И где твоя стрессоустойчивость, Альер? Мы же проходили на уроках безопасности все возможные сценарии бедствий, что могут постигнуть мага на протяжении жизни.

   Хотя, нет, не все. Вот этого в учебном плане точно не было.

   Я в одну секунду оказалась рядом с подругой, взяла ее за плечи и встряхнула. Не сильно, но ее голова дернулась так, словно шея была без костей. Клацнули друг о друга зубы, и истеричное скуление вмиг прекратилось. Катрин заморгала и посмотрела на меня с обидой.

   — Успокойся. Нам нужны светлые головы, дабы найти выход отсюда. Поняла?

   Она кивнула.

   — Ник жив. Он стоял дальше всех от места, куда попала молния.

   — Н-но его тут нет…

   — Либо его переместило в другие координаты, либо он так и остался в башне. Исчезли только мы. Значит, скоро он расскажет об этом, и нас начнут искать. А теперь, сделай глубокий вдох.

   Я показала, как, и Катрин повторила за мной.

   — А теперь медленный выдох. Раз — вдох, два — выдох.

   Мы стояли посреди неизвестности и дышали, взявшись за руки. Со стороны, наверное, выглядело комично, но нам не было смешно. Скоро мы обе более-менее успокоились. Несмотря на то, что видимости я не подавала, сама тоже не на шутку испугалась.

   — Ты в порядке?

   — Да, — подруга кивнула. — Извини, жизнь не готовила меня к таким потрясениям.

   Я вздохнула и огляделась. О себе того же сказать не могла. Полгода в межмировой академии, а затем тяжелую акклиматизацию в Гидрилхеме можно считать отличной подготовкой.

   — Так, прежде чем двинемся в путь, давай посмотрим, что у нас есть с собой.

   Скинув лямку сумки, присела перед ней и щелкнула замочками. Катрин последовала моему примеру.

   — Ты сказала, что уже бывала в похожей ситуации, — начала она, вытряхивая содержимое сумки. — Расскажи, как такое приключилось? Быстро ты вернулась?

   — Это случилось во время моей учебы в другой академии. Все произошло случайно, и оказалась я в искусственной реальности не одна. Со мной был… сокурсник.

   Рассказывать про наше с Ларсом прошлое совсем не хотелось, да и не место тут было для откровений. Катрин точно не отделается парочкой вопросов.

   — И как вы оттуда выбрались? — поинтересовалась она.

   Потом выудила из своей сумки свиток, несколько книг, два флакончика с зельями и нож. Пошуршала в другом отсеке, вытаскивая шоколадную конфету и яблоко.

   В моей был примерно такой же набор, только без провизии. Подруга любила пожевать чего-нибудь на паре, потому всегда таскала с собой вкусняшки.

   — Нашли арку-портал, которая вела обратно. Напарник быстро сообразил, что к чему. Надеюсь, и в этот раз найдется решение. Главное, не паниковать и мыслить логически.

   — А что было в той реальности?

   — Пустыня, как и здесь.

   — Тут скорее степь. К счастью, есть хоть какая-то растительность!

   — Вряд ли она нам поможет. В прошлый раз мы знали, что искать, и скоро нашли арку.

   — Можно подробнее про эту арку? — Катрин расстегнула боковой кармашек, доставая еще один свиток и пару амулетов. — И здесь нужно искать такую?

   — Вряд ли... Там арки распределяли на факультеты, и являлись чем-то вроде… неотъемлемой части академии. Здесь же скорее всего будет что-то другое. Если я вообще верно обозначила это место, как искусственную реальность. Главное, не паниковать и внимательно осматриваться. Кто знает, что нас здесь ждет.

   Я поднялась на ноги, вглядываясь в горизонт. Рыжая трава тихо шелестела под порывами ветра, а солнце палило нещадно. Нам нужно было найти укрытие и источник воды.

   И Ника. Нужно было найти Ника, если он тоже переместился с нами.

   — Давай, собираем все обратно, и в путь. Яблоко и конфета нас не спасут, если мы застрянем тут на долго. А вот нож убери в карман, чтоб был в свободном доступе.

   — Есть еще амулеты! — Катрин подняла вверх зажатые в кулаке голубые кристаллы. — Можно зачаровать их на защиту от солнца.

   — Побереги на нечто более полезное. Может, еще придется отбиваться от кого-нибудь.

   Она поежилась и опасливо осмотрелась.

   К счастью, в нашем ассортименте была еще и магия. Она не могла обеспечить нас настоящей едой, водой или тенью, а стихия огня в жаркой степи — как мертвому припарка. Но защититься в случае опасности, мы могли. Если враг будет в нашей весовой категории, конечно…

   Думать о плохом не хотелось, потому мотнула головой, отбрасывая мысли, и собрала сумку. Знала бы, куда меня занесет, озаботилась бы более полезным содержимым!

   Перекинув ремешок через плечо, замерла на секунду. Ларс же вернул мне Фира! Я потянулась за спрятанной сферой, но потом остановилась, задумавшись. Зверек наверняка захочет есть и пить, а еще будет совсем не в «боевом» состоянии сразу же после пробуждения. Только хуже сделаю, вытащив его сейчас.

   — Ну, куда двинемся? В какую сторону? — напомнила о себе Катрин.

   Я вздохнула, снова осматриваясь.

   Тяжелый воздух давил на грудь, словно свинцовый плащ. Катрин неуверенно переминалась с ноги на ногу, тоже оглядываясь по сторонам. Ее амулеты, которые она прикрепила заклинанием к цепочке на шее, слабо поблескивали в полуденном солнце, словно пытаясь рассеять гнетущую атмосферу неизвестности.

   — Может, сначала попробуем поискать Ника телепатически? — предложила она. — Помнишь, в конце прошлого года у нас был факультатив? У меня даже получалось передавать тебе мысли.

   Я покачала головой.

   — Боюсь, это бесполезно. Расстояние сейчас другое. Мы сидели за соседними партами, вряд ли Райс обзавелся шапкой-невидимкой и прячется за одним из этих кустов, — неопределенно махнув на покореженные засухой растения, я добавила: — Нужно полагаться на старые добрые ноги и интуицию.

   Собравшись с духом, мы двинулись вперед, продираясь сквозь колючую траву. Каждый шаг отдавался эхом в звенящей тишине. Вскоре вдалеке показались скалистые образования. Сначала я подумала, что это мираж, но когда мы подошли ближе, убедились в реальности этих камней. Возможно, там мы найдем тень и, если повезет, воду.

   Надежда, пусть и слабая, затеплилась в сердце. Нужно было верить, что мы найдем Ника и выберемся из этого проклятого места.

ГЛАВА 7

   Скалы оказались не просто безжизненной грудой камней, а зловещим лабиринтом узких проходов и зияющих, словно глазницы, пещер. Катрин, с тускло пульсирующим кристаллом в руке, шла первой, осторожно ощупывая влажные, холодные стены. Я следовала за ней, стараясь не упустить ни одной детали. Призывать огонь пока не хотелось, вдруг тут живут те, кого яркий свет может привлечь?

   По пути мы обменивались тихими фразами о случившемся, скорее, чтобы разогнать гнетущую тишину, чем ради осмысленного разговора. Но как-то незаметно наша беседа перешла в серьезную дискуссию.

   — И все же, что это было там, у академии? — бросила на меня взгляд подруга.

   — В смысле? — не поняла я. — Огромный портал, изрыгающий иномирных драконов… Разве тут есть место для вопросов? Все и так предельно ясно.

   — Нет, ты не поняла… Имею в виду сам факт портала! Серьезно? В нашем Гидрилхеме, где даже учебная тревога проходит с тройной репетицией? В нашем тихом королевстве, где за последние десять лет не происходило ничего… такого?

   — «Такого»?

   — Похожего на огромный портал с вылетающими из него драконами! — Катрин не на шутку загорелась этой темой.

   Но в этом она была права. Хотя, ректор ведь все объяснил…

   — Ты разве Грейва не слышала? Он же…

   — Не верится мне в это! Кто-то отследил агзартцев до нашего мира? У каждого из них наверняка целый арсенал амулетов и щитов, скрывающих их местоположение. Они ведь не дураки, чтобы лезть в патруль без защиты.

   Я остановилась, сраженная догадкой.

   — Думаешь, виной всему кто-то местный?

   Катрин обернулась, замирая на месте.

   — Разве не очевидно?

   Застывшая в воздухе фраза повисла тяжелым грузом. Я почувствовала, как по спине пробегают мурашки от внезапно нахлынувшего осознания. Действительно, что, если это тщательно спланированная акция? Кто-то, знающий о защите агзартцев и поджидающий их там, где они окажутся максимально уязвимыми, кто-то, достаточно влиятельный, чтобы организовать открытие портала прямо у стен академии.

   — Но кому это нужно? — прошептала я, больше самой себе, чем Катрин. — Кто способен на такое?

   Подруга пожала плечами, ее лицо в отблесках кристалла казалось бледным и напряженным.

   — Мотивы могут быть разными. Политическая борьба, жажда власти, месть…

   Я фыркнула.

   — О, да, ради мести тащить к стенам академии огромных огнедышащих тварей и подвергать опасности сотни адептов! Великолепный план, ничего не скажешь.

   — Звучит нелогично, согласна, — Катрин задумчиво почесала подбородок. — Но мы же не знаем всей картины, верно? Может, агзартцы были лишь пешками в чьей-то сложной игре. Отвлекающим маневром, если хочешь. А истинная цель – посеять хаос и дестабилизировать обстановку в королевстве.

   Я представила себе эту картину: закулисные интриги, тайные общества, плетущие сети заговоров… В прошлом королевства, конечно, бывали политические разногласия, но чтобы вот так, с применением межпространственных порталов и драконов? Это казалось невероятным.

   — Знаешь, все эти догадки окажутся абсолютно неважными, если мы сгинем в этом проклятом месте и не найдем способ вернуться домой.

   — Да… — Катрин поежилась.

   На короткое время нас окутала тишина. Затем мы обе, как по команде, одновременно двинулись вперед.

   Мы продолжили путь по лабиринту скал, погруженные в свои мысли. Кристалл в руке Катрин мерцал, отбрасывая причудливые тени на стены пещеры. Каждый шорох, каждый звук заставлял нас вздрагивать.

   Внезапно Катрин остановилась, подняв руку.

   — Тихо! — прошептала она. — Я что-то слышу.

   Я прислушалась. Сквозь тихий шелест ветра, проникавшего в пещеру, доносился приглушенный звук, похожий на чье-то бормотание. Он становился все громче и отчетливее, пока мы не смогли разобрать слова. Кто-то читал заклинание.

   Сначала мы подумали, что неизвестный колдун находится неподалеку, в одном из пещерных залов, но громкость его голоса продолжала увеличиваться. Слова отскакивали от стен, разносились эхом по коридорам, и становились все громче и громче. В какой-то момент я не выдержала и зажала уши руками.

   — Что за чертовщина?! — всхлипнула Катрин.

   Я взглянула на нее и похолодела. По бледной коже подруги текли тонкие струйки крови — из глаз и носа. Почувствовав неприятное щекотание, я провела пальцами по щеке и увидела на них багровые разводы.

   — Бежим отсюда, — прохрипела я, ощущая стремительно накатывающую слабость. — Скорее!

   Схватив застывшую от ужаса Катрин за руку, я потянула ее за собой. Мы сорвались с места, не разбирая дороги. Кровь стучала в висках, сердце билось о ребра, словно пойманная в клетку птица, а перед глазами плясали белые огни.

   Голос преследовал нас, как будто мы бежали по заколдованному кругу, не приближаясь к спасительному выходу. Но внутренний голос отчаянно шептал: нельзя останавливаться, выход близок.

   Наконец, впереди забрезжил свет.

   Мы вырвались наружу.

   И тут же оглохли.

   После хаоса пещерного лабиринта внешний мир предстал в звенящей, неестественной тишине. Во всяком случае, так нам казалось.

   Солнце обрушилось ослепительным потоком света после кромешной тьмы. Я зажмурилась, пытаясь прийти в себя. Катрин, шатаясь, оперлась о скалу и тяжело дышала. Ее лицо по-прежнему было испачкано, но кровотечение уже прекратилось.

   Мы стояли, оглушенные, и пытались понять, что произошло. Колдовство? Галлюцинация? Или нечто еще более ужасное? В голове пульсировала боль, мир выглядел нереальным, будто мы очутились в искаженной реальности.

   Я коснулась лица. Кровь больше не текла, остались лишь подсыхающие темные полосы.

   Катрин что-то пыталась сказать, но из ее горла вырывались лишь беззвучные движения губ. Я покачала головой, показывая, что не слышу ее. Она схватила меня за руку и потащила дальше, прочь от этих колдовских скал.

   Постепенно слух возвращался. Я стала различать наши шаги и тяжелое дыхание. Нужно было остановиться, перевести дух.

   Высвободив ладонь из хватки подруги и вдруг заметила нечто странное на своем запястье.

   — Катрин, посмотри… — растерянно пробормотала я, проводя кончиками окровавленных пальцев по странному знаку на коже.

   Это было похоже на ожог в форме круга, внутри которого по спирали к центру располагались непонятные знаки.

   — Ой, и у меня такая же печать, — в голосе Катрин зазвучала паника. — Мы вляпались в какой-то ритуал, да? Стали жертвами! Теперь нас поймают, чтобы довести дело до конца и убить!

   Ее самообладание трещало по швам. Мое, признаться, тоже. Такого точно не было в искусственной реальности иномирной академии.

   Знойный ветер, пахнущий сухой травой, принес новый звук, отвлекая от жуткой метки. Кто-то бежал, тяжело топая по иссохшей земле.

   — Ник! — закричала Катрин, первой заметив его.

   Я повернулась вправо, следуя за взглядом подруги. Она сорвалась с места и помчалась навстречу Райсу. Влетела в него, обхватила его торс руками и разрыдалась в голос.

   Ник выглядел таким же измученным, как и мы. На его лице и руках были те же следы крови, только масштабы кровопотери казались больше. Видимо, он забрел в те пещеры глубже и пострадал сильнее.

   Я подошла ближе и с тревогой осмотрела сокурсника.

   — Ты как, Райс? Выглядишь, словно тобой дракон чихнул …

   Он устало и несколько нервно рассмеялся, отстраняя всхлипывающую Катрин. Она совсем расклеилась и выглядела нездорово бледной.

   — Кто бы говорил, Мерзе… У вас видок не лучше. Что с вами случилось? Я слышал крики… какие-то голоса. И потом все стихло. Не думал, что вы тоже очутились здесь.

   Я протянула руку, показывая ему свой ожог.

   — Это что-то вроде метки. У тебя тоже такая есть?

   Он нахмурился, осматривая свои запястья.

   — Твою ж… Что за хрень здесь творится? Куда нас вообще засосало? Я думал, портал затянул меня в другой мир, но это все уже выходит за рамки нормальности!

   Я шагнула к нему, схватила его грязные ладони и повернула к себе. У Ника была точно такая же печать, только края ее были более выпуклые.

   — Понятия не имею, что это значит, но… нам нужно убираться отсюда. По крайней мере, от этих скал. Как можно дальше.

   Не сговариваясь, мы двинулись прочь от проклятых скал, в сторону пологого холма, возвышавшегося вдалеке. Катрин по-прежнему всхлипывала, но шла твердо, ухватив Ника под руку. Я следовала за ними, ощущая на себе тяжесть произошедшего. Тишина, царившая вокруг, казалась зловещей и неестественной. Солнце безжалостно палило, выжигая последние остатки влаги из пересохшего горла.

   Поднявшись на холм, мы огляделись. Пейзаж не внушал оптимизма: выжженная солнцем трава, редкие кусты, каменистая почва, уходящая вдаль. Ни деревьев, ни воды, ни признаков жизни. Только зловещие скалы, от которых мы так спешили убежать, чернели на горизонте.

   — И куда теперь? — прохрипела Катрин, вытирая слезы грязным рукавом.

   Никто не ответил. Вопрос повис в воздухе, словно тяжкое бремя. Мы оказались в незнакомом месте, с непонятными метками на запястьях, не зная, куда идти и что делать. Но одно было ясно: оставаться здесь было нельзя.

   — Нужно найти воду, — наконец сказал Ник, оглядывая горизонт. — И укрытие. Скоро стемнеет, а ночи здесь, наверняка, холодные.

   Я кивнула, соглашаясь. Других вариантов не было.

   — Пойдем туда, — предложила я, указывая на еле заметную лощину вдали. — Может, там найдем хоть что-нибудь.

   Мы двинулись с места, как вдруг, позади нас что-то сверкнуло. Холодно-синий свет вспыхнул ледяным заревом на волосах Катрин, а затем, на ее бледном лице, когда она обернулась.

   Я последовала ее примеру и, не веря своим глазам, увидела кольцо открытого портала! Точно такого же, что появился перед академией. Время словно остановилось, мы замерли, немо глядя на мерцающий магией круг.

   Ник очнулся первым.

   — Бежим! Скорее, мы должны успеть!

   Дернувшись, я сорвалась с места и помчалась за ним. Последней пришла в себя Катрин.

   — А нам точно туда надо? — задыхаясь кричала она. — Вдруг, это ловушка?

   — Скорее всего нас затянуло в портал, когда он захлопывался, — ответил на бегу Райс. — Мы сейчас в том мире, откуда к академии вылезли драконы!

   — Мамочки, — пискнула подруга, равняясь со мной. — Но кто же его снова открыл?

   — Да, интересно… — выдохнула я. — Драконов тут не вижу.

   — И это огромный такой плюс!

   — Наверное, в Гидрилхеме заметили наше исчезновение, — вставил Ник. — Быстрее, девочки, не уверен, что повторное открытие портала возможно удерживать длительное время.

   Мы бежали к мерцающему голубой магией кольцу, как к спасительному маяку, прочь от гнетущей тишины и ощущения чужого, незримого присутствия. Катрин, спотыкаясь, едва поспевала за нами, я же периодически оглядывалась. Слова Райса о драконах и о том, что мы попали в другой мир, а не в какое-то условное искусственное измерение, почему-то сжимало сердце тревогой.

   Я многого не понимала. Если мы случайно попали сюда, подхваченные схлопывающимся порталом, почему никого другого не затянуло также? Ведь Ларс и его команда были гораздо ближе в тот момент. А еще этот странный голос в пещерах, читающий заклинание, и печати на наших запястьях…

   Мне казалось, что я упускаю нечто очень важное.

   — Скорее, скорее! — подгоняла Катрин, хотя бежала последней.

   Возможно, она подбадривала так именно себя.

   За этой суетой и волнением не успеть, тревожное чувство затерялось в общей усталости и других эмоциях.

   К счастью, портал оставался стабильным, ожидая нашего возвращения. С каждым шагом надежда росла, а страх отступал на второй план. Еще немного, и мы вырвемся из этого кошмарного приключения.

   Первым в портал шагнул Ник. Задержав дыхание, он исчез в мерцающем свете, словно растворился в воздухе. Затем, подбадривая себя тихими шепотками, Катрин сделала решительный шаг вперед. Я осталась одна, на мгновение застыв перед неизвестностью. Что нас ждет по ту сторону? Там действительно Гидрилхем или новая опасность? Но выбора не было. Собравшись с духом, я рванула вперед.

   Мир перевернулся, краски смешались, и на мгновение я потеряла ориентацию в пространстве. Но вот, под ногами снова ощутилась твердая почва, а в лицо ударил знакомый, прохладный ветер. Я стояла посреди академского двора, в окружении взволнованных лиц. Ник и Катрин уже обнимались с подбежавшими к ним сокурсниками, а ректор Грейв, с мрачным лицом, что-то говорил охране.

   Кольцо портала моментально сузилось и исчезло, едва я осознала, что действительно вернулась в знакомые локации.

   Нас тут же окружили, расспрашивая, осматривая, пытаясь понять, что с нами произошло. В голосах звучали тревога и облегчение. Ректор, пробившись сквозь толпу, остановился передо мной и пристально посмотрел в глаза. В его взгляде я увидела не только заботу, но и какую-то мрачную решимость.

   — Мисс Мерзе, — произнес он твердым голосом. — Расскажите все, что видели. И не утаивайте ни единой детали. На кону стоит безопасность всего королевства.

   Я огляделась, пытаясь собраться с мыслями. Слишком много всего произошло за последние несколько часов. Пещеры, голос, метки, портал, драконий мир… Все это казалось безумным сном, но кровь на руках и уставший вид Ника и Катрин говорили об обратном.

   Вокруг было слишком много любопытных глаз и ушей, ректор Грейв понимал это.

   — Ко мне в кабинет. Все трое, — коротко приказал он.

   Отвернулся и сразу же испарился в воздухе.

ГЛАВА 8

   Мы обменялись взглядами и, не сговариваясь, направились в ректорскую. Ник шел первым — напряженный, собранный и хмурый. Катрин, бледная как полотно, держалась рядом со мной, время от времени дергая запястье, будто пыталась стереть оттуда таинственную метку.

   По пути я чувствовала на себе десятки взглядов — испуганных, жадных до слухов, настороженных. Академия словно затаила дыхание, ожидая, что мы скажем, кого обвинят, какую тайну откроют. После творившегося здесь балагана с драконами и странным порталом, не было никого, кто бы не хотел разузнать обо всем этом подробности. Особенно у тех, кто испарился с площадки смотровой башни, а потом возник из ниоткуда в столь ужасном виде: грязными, измученными, с окровавленными лицами и руками.

   В Гидрилхеме подобного еще ни разу не случалось, а значит, мы рискуем стать самой популярной темой на языках сплетников. И это после прибытия патруля из Агзарда! А ведь еще вчера я думала, что это станет наиглавнейшим событием учебного года.

   Ректор Грейв ждал нас у двери своего кабинета — высокой, массивной, из темного дерева с серебристой вензельной резьбой и фигурной ручкой в виде головы льва. Лицо ректора было каменным, но я заметила, как он чуть замешкался, прежде чем повернуть ключ в замке.

   — Проходите, — коротко бросил он.

   Мы вошли.

   Обстановка не сильно поменялась с моего последнего визита. Разве что теперь в дальнем углу мягко потрескивал камин. Увы, но его тепло не разгоняло ту тяжесть, что повисла в воздухе.

   Грейв опустился за стол и жестом пригласил нас садиться напротив. Я поймала взгляд Ника — он кивнул, будто подбадривая, хотя сам выглядел так, будто готов упасть от усталости.

   — Я вас слушаю, — сказал ректор, сцепив пальцы. — От начала и до самого конца. Ничего не упускайте.

   И я приступила к рассказу.

   О сражении с драконами, за которым мы решили подглядеть, о том, как портал затянул нас, о странном голосе в пещерах, о метках на запястьях. О безжизненных холмах, зловещей тишине, и снова о портале, только другом, ставшим нашим спасением. Катрин то и дело вставляла короткие замечания, дополняя мою речь, а Ник мрачно кивал, иногда уточняя детали.

   Когда мы закончили, в кабинете повисла тишина. Грейв сидел неподвижно, словно статуя, обдумывая услышанное. Наконец он медленно выдохнул.

   — Метки на ваших запястьях, — заговорил он наконец, — весьма тревожный знак. Их происхождение нужно выяснить незамедлительно. И я подозреваю, что это связано не только с недавними событиями, но и с теми, кто давно желает разрушить академию... и наш мир.

   Мое сердце забилось чаще. Ранее я ничего подобного не слышала. Если б королевству грозила настолько серьезная опасность, папа непременно сообщил бы мне об том!

   — Что это значит? — спросила я, чувствуя, как по коже пробегает холодок.

   Ректор прищурился.

   — Это значит, мисс Мерзе, что вас могут попытаться использовать в своих целях. Лично или через проклятия, заклятия, через ваши страхи. Вы должны быть готовы к этому.

   Он встал, подошел к окну и замер, глядя в сумеречный двор.

   — Вам предстоит проверка, — бросил он через плечо. — Специальная диагностика в западном корпусе. Уже завтра утром. А до тех пор — ни шагу за пределы общежития.

   Его голос был тверд и не терпел возражений.

   — Вопросы есть?

   Я покачала головой вместе с Катрин и Ником.

   Ректор повернулся к нам. Его взгляд задержался на мне дольше, чем на остальных, и это показалось мне странным.

   — Свободны. Отдыхайте. Завтра будет долгий день.

   Мы поднялись. Дверь кабинета тяжело закрылась за нашими спинами.

   — Отлично, — выдохнула Катрин, качаясь на месте от усталости. — Просто… прекрасно. Нас чуть не прикончили в другом мире, а теперь еще какая-то проверка...

   — Зато мы дома, — напряженно пробормотал Ник. — Хотя... возможно, самое страшное только начинается.

   Я почувствовала, как на запястье снова неприятно зазудела метка. И в глубине души знала — он прав.

   Самое страшное только начиналось.

   Единственное, на что меня сегодня хватило — это горячий душ, чистая пижама и мягкая кровать. Несмотря на раннее еще время, и только-только опустившиеся сумерки за окном, едва голова коснулась подушки, сон моментально овладел моим телом.

   И уже в следующую минуту наступило утро. Оно встретило меня серым неприветливым небом и колючим ветром, что ударил в лицо, едва я открыла окно для проветривания комнаты. В воздухе ощущалось электричество — ощущение, что мир замер в ожидании чего-то.

   Несмотря на то, что проснулась я как всегда рано, на соседних постелях уже никого не было. Я оделась, быстро привела себя в приличный вид и поторопилась в обеденный зал. Едва вышла в коридор, наткнулась взглядом на Катрин. Она сидела на подоконнике прямо напротив нашей двери и, обняв колени, задумчиво смотрела на серость за окном. На ней была лишь пижама: голубая майка на тонких бретелях и шортики.

   — Давно ты тут? — я подошла ближе и скрестила руки на груди. От одного вида тяжелых, несущих грозу туч, становилось зябко.

   — Розалинда Грин отшатнулась от меня, как от прокаженной, — пробормотала подруга слабым голосом. — Я столкнулась с ней в дверях уборной, когда встала пописать.

   Я нахмурилась, а Катрин продолжила:

   — Потом она растолкала Мари, и они спешно собрались на завтрак. Словно дышать одним воздухом со мной было опасно.

   — Они трусихи, вот и все. Ты же помнишь, в каком виде мы вчера вернулись в академию?

   — В кровище и пыли...

   — Вот именно. Над нами будто жертвенных петухов умертвляли. Да еще эти метки… Люди боятся всего странного.

   Подруга вздохнула и перевела на меня взгляд.

   — Я еще ни разу не была в такой ситуации. Меня не избегают, меня любят! А теперь я словно возглавила команду неудачников.

   Я усмехнулась.

   — Спешу напомнить, что вчера с тобой были я и Ник.

   — Прости… — поморщилась Катрин. — Я веду себя эгоистично.

   — Давай, бери себя в руки и иди одеваться. Нас ждет проверка, которую подготовил наш любимый ректор. Глядишь уже к середине дня мы избавимся от этих странных печатей на запястьях.

   Она запустила пальцы в свои светлые волосы, взлохматила их и вздохнула.

   — Ты права! Подожди меня, ладно?

   Я кивнула, забираясь на подоконник вместо подруги. На самом деле настроение у меня было далеко не такое беззаботное, какой я пыталась казаться. Мне было страшно до чертиков. Потому что я не верила, что от метки получится быстро избавиться, более того, она может создать очень много проблем.

   Катрин собралась непривычно быстро. По пути в столовую мы встретили Ника, и вошли в зал вместе. По пути перекинулись лишь парой вялых фраз, но разговор не заладился — слишком много всего стояло между нами сейчас. Слишком многое мы не понимали.

   На завтраке я почти не притронулась к еде. Даже горячие блинчики с медом казались безвкусными, как картон. Катрин сидела напротив и ковыряла ложкой густую овсяную кашу, бездумно глядя в одну точку. Ник ел машинально, будто выполняя приказ.

   Все вокруг будто знали, что сегодня будет что-то особенное. Некоторые ученики бросали на нас косые взгляды и шептались, другие — наоборот, отводили глаза.

   Я заметила, как один из преподавателей, магистр Сивер, переговаривается вполголоса с другим у стены. Их взгляды тоже скользнули в нашу сторону.

   Это уже начинало не хило раздражать.

   — Пошли, — негромко сказал Ник.

   Мы встали. Мой желудок сжался в тугой узел. Я машинально потянулась к запястью и растерла печать.

   Тут двери обеденного зала бесшумно открылись, впуская ректора Грейва. Его черная мантия сегодня выглядела по-особому траурно. За ним шли четверо магов, которых я раньше не видела: все, как на подбор — мрачные, облаченные в наглухо застегнутые темно-синие мантии, из-под полов которых виднелись сапоги с начищенными пряжками.

   Они остались стоять в дверях, а ректор направился к нашему столику. Когда он остановился перед нами, тишина в столовой стала почти осязаемой. Я поразилась тому, что он лично пришел сюда, а не послал декана или старосту. Обычно стены столовой наблюдали лишь его голограмму, когда та возникала в центре зала с каким-нибудь важным объявлением.

   — Следуйте за мной, — сухо сказал Грейв.

   Мы обменялись быстрыми взглядами и поспешили за ним, оставив позади столовую, завтрак и последние крохи ощущения нормальности.

   Шли молча, шаги отдавались гулким эхом по пустым коридорам.

   Перед входом в западное крыло академии, которое обычно было закрыто для студентов, я увидела Ларса. Он стоял в тени ниши рядом со статуей волшебника, и выглядел мрачнее тучи. Варден скрестил руки на груди и проводил нас тяжелым, внимательным взглядом. Я повернулась и пошла спиной вперед, отставая от всех, но, когда наши глаза встретились, Ларс отвернулся и двинулся в обратную сторону. Меня это сильно задело. Почему-то я ждала от него поддержки, несмотря на наше расставание и обиды прошлого.

   Я крепче сжала кулаки, глядя в спину Вардена до тех пор, пока он не исчез за поворотом.

   — Мисс Мерзе, не отставайте, — раздалось позади.

   Сглотнув ком в горле, я вздернула подбородок и обернулась. Плевать мне на Ларса! Сейчас я должна думать совершенно о другом.

   Коридоры западного крыла казались не такими, как во всем Гидрилхеме. Стены — темнее, массивнее, воздух плотнее, тяжелее, будто сама академия следила за каждым нашим шагом.

   Мы остановились перед высокой дверью, украшенной витиеватыми рунами. Они слабо мерцали, указывая на живую магию, которой были напитаны.

   Ректор приложил ладонь к одной из рун. Дверь дрогнула — по ней прошла невидимая, но ощутимая волна, а затем начала медленно открываться, являя проход в просторный зал.

   — Что это за место, Габи? — шепнула рядом с моим ухом Катрин. — Ты знала, что здесь такое есть?

   Я лишь отрицательно покачала головой. Несмотря на связь с Гидрилхемом, мне были известны далеко не все его тайны.

   Сопровождающие нас маги вошли первыми, затем двинулись мы с ребятами. Ректор завершал нашу процессию. Щелкнул замок, запирая всех присутствующих, и я осмотрелась.

   Окон здесь не было, хотя находились мы точно не в подземельях. Пол — черный камень с выбитыми в нем кругами силы. Потолок терялся в темноте. На стенах горели волшебные факелы с холодным, синим огнем, делая тени вокруг почти живыми и немного потусторонними. Никакой мебели, гобеленов, люстр, унизанных свечами. Лишь пустое, напитанное Силой пространство.

   Один из незнакомых мне магов поднял руки и начал творить заклинание. Очень скоро в центре зала вспыхнули серебром три пересекающихся круга.

   — Это ритуальный зал Гидрилхема, — негромко произнес ректор. — Если в ваших метках есть скрытая магия, представляющая угрозу, только здесь можно ее выявить и нейтрализовать.

   — Вы меня извините, но зачем так нагнетать? — проговорил Ник. По его напряженному голосу было понятно, что уровень его терпения дошел до предела. — Мы же не преступники, не опасные колдуны. Мы лишь адепты, а вы привели нас сюда под конвоем, словно на казнь!

   Трое незнакомцев никак на его речь не отреагировали. Их лица вообще казались безразличными масками. А вот ректор Грейв поморщился, явно не в восторге от того, что услышал. Приблизился к Нику почти вплотную и только потом ответил:

   — Вчера вы нарушили мои указания, адепт Райс. Полезли на смотровую башню, хотя я четко сказал не выходить за пределы обеденного зала. Только за это вам полагается самая жесткая мера наказания, и вы ее получите, как только решится вопрос с метками.

   — Но мы же не знали, что все так обернется… — тихонько добавила Катрин.

   — Вы подвергли опасности всех, кто находится в стенах академии! — жестко осадил ее ректор. — Когда я открывал портал по остаточному следу иномирной магии, то понятия не имел, что именно может просочиться сюда вслед за вами! Ваше непослушание и безрассудство могли дорого нам стоить.

   Я закатила глаза, скрестила руки на груди и пробормотала себе под нос:

   — Как будто это мы сюда драконов притащили.

   Но Грейв услышал и стрельнул в меня острым взглядом.

   — Его Величество доверил мне вашу жизнь, мисс Мерзе. Как думаете, сколько раз за вчерашний день я возвращался к мысли, что мне придется докладывать королю о смерти его глупой, своенравной, невыносимой дочери?

   Еще немного и вокруг него заискрит воздух. Поджав губы, я опустила глаза под ноги, решив не испытывать и без того разъяренного ректора на прочность.

   — Становитесь, — процедил он сквозь зубы, указывая на светящиеся линии. — Каждый в отдельный круг.

   Я шагнула вперед, чувствуя, как крошечные волоски на руках встают дыбом от магии, наполнившей пространство. Катрин прошла в соседний, нервно заламывая подрагивающие от волнения и страха руки. Ник был собранным, но я видела, как нервно сжимается его челюсть. Может он и был согласен с тем, что сказал Грейв, но точно не считал справедливым то, как к нам отнеслись в этой ситуации.

   Мы встали каждый в свой круг.

   Позади нас распределились маги, и теперь я поняла, что это были диагносты, специально вызванные в Гидрилхем из отдела по безопасности королевства. Если отцу еще не было известно о происшествии, в которое я вляпалась, то лишь благодаря невиданной удаче…

   Ректор Грейв отступил к стене, наблюдая за процессом.

   — Что будет происходить? — едва слышно спросила Катрин.

   — Диагностика магического следа, — коротко ответил один из магов, впервые подавая голос. Он был ровным, отстраненным, почти безжизненным. — По следу мы увидим, кто и как воздействовал на вас. И... если метки перенеслись на ваши души, мы это тоже узнаем.

   Холод пробежал по моей спине. На душах. Не просто на теле. Что бы там ни было, это могло оказаться еще глубже и страшнее.

   Маги начали распевать заклинание на древнем языке.

   Каменный пол под нашими ногами вспыхнул белым, и зал залился взявшимся из ниоткуда светом.

   Я на секунду прикрыла глаза, пытаясь сохранять спокойствие, и вдруг почувствовала, как что-то холодное и чужое, зашевелилось внутри меня, заскользило по венам и сдавило каждый сосуд в моем теле.

   Где-то справа Катрин задыхалась от паники, Ник стоял не шевелясь, но был бледен как мел.

   А я... я вдруг ощутила, что та самая метка на моем запястье начала пульсировать в такт произносимому заклинанию. И с каждым ударом сердца становилось все яснее: то, что нашли на нас, совершенно точно опаснее, чем мы думали.

ГЛАВА 9

   Внезапно один из кругов — тот, в котором стояла Катрин, — вспыхнул багровым заревом.

   Маги-диагносты переглянулись, и заклинание оборвалось. Один шагнул вперед, быстро начертил в воздухе защитный знак.

   — Что происходит? — испуганно пискнула Катрин, но никто не ответил.

   Я ощущала, как и мой круг начал странно вибрировать. Белый свет сменился тревожным оранжевым оттенком. Ник судорожно вздохнул: над его головой сплелась сеть тончайших нитей энергии, похожая на паутину. Она дрожала и темнела, будто в ней запутывалось нечто извне.

   — Остановите диагностику! Немедленно! — резко приказал ректор.

   Поздно.

   Круги вспыхнули ослепительным светом, заставив меня инстинктивно зажмуриться. Воздух взорвался невидимой волной. Маги-диагносты отлетели назад — их будто кукол тряхнуло гигантской рукой.

   Один из них остался лежать без движения.

   Меня опрокинуло на спину и вдавило в землю. Я застонала — удар о каменный пол оказался неожиданным и болезненным. Кажется, я разбила затылок, но это сейчас было не важно.

   Неведомая сила захватила мои тело и душу — стихийная магия огня, которую я с таким трудом приручила, сейчас рвалась на волю, словно дикий зверь! У меня едва получалось ее сдерживать! Грудь болела от жара, сердце колотилось о ребра, ладони немели от моего усилия не выпустить пламя из рук.

   Если это случится, никого в живых не останется. Нечто похожее я проходила лишь два года назад, в иномирной академии, но тогда вместо огня моя сила излилась раскаленной лавой, поранив лишь свою носительницу — меня.

   На мгновение напор стихии ослаб, и помимо магии я ощутила нечто иное — скрытое за меткой на запястье.

   Мне не принадлежащее.

   Чей-то холодный, расчетливый разум. Я буквально физически ощутила чужое присутствие в своей голове! Мне даже почудились отголоски ритуальных песнопений из пещеры. Я не понимала слов, но знала: в этот раз Некто не только наговаривает заклинание, но еще и смотрит на меня.

   А потом все прекратилось.

   Меня окутала тяжелая тишина, словно все звуки исчезли из мира. С трудом повернув голову, я увидела Катрин. Она так же лежала на спине и тяжело дышала. Нет, задыхалась в панической атаке. Похоже, мы все трое испытали одно и то же. Разве только реакция магии у каждого была своей.

   Опершись дрожащими руками на пол, я перевернулась на живот, подобрала под себя ноги, а затем встала. Катрин сорвалась в истерику — она плакала навзрыд, скрутившись калачиком в магическом кругу. Ник поднялся и теперь, шатаясь, держался за голову.

   Ректор Грейв молча стоял в стороне, его лицо казалось выточенным из камня. По глазам было видно — он потрясен, хотя пытался скрывать эмоции.

   — Это не просто метка, — пробормотал он едва слышно. — Это... якорь.

   Передо мной вырос один из диагностов.

   — Целы? Есть ранения?

   Я поморщилась, подняв руку к затылку и осторожно ощупав болезненное место. На пальцах оказалась кровь.

   Маг обернулся к Грейву.

   — Их нужно немедленно отправить в больничное крыло. Я сейчас поставлю временный блок на нейтрализованные метки, но этого недостаточно. Печати необходимо полностью убрать. Для этого придется пройти через сложный ритуал, для которого ребятам понадобится много сил.

   — Их души связаны с чем-то, так? — ректор пропустил речь диагноста мимо ушей. — С кем-то. И оно уже ищет их, верно? Может прийти по следу в наш мир.

   На секунду в зале повисла гробовая тишина. Даже Катрин плакать перестала.

   — Как я сказал, я поставлю временный блок, — терпеливо повторил маг. — Затем отправьте адептов к целителям, ректор Грейв. И обсудим подробнее предстоящий ритуал. Потребуется не менее десяти дней на подготовку.

   Я все еще чувствовала зуд под кожей там, где горела печать — будто кто-то тонкими когтями царапал ее изнутри. Но в целом меня охватило странное спокойствие. Безразличие. Наверное, это был шок.

   Грейв обвел взглядом зал и только потом кивнул диагносту. Тот сразу же начал чертить сложные символы в воздухе, затем по очереди прикоснулся к нашим запястьям.

   На кожу легло ощущение холодного пара, метка на мгновение вспыхнула — и потускнела, словно прикрытая вуалью.

   — Что это? — спросила Катрин испуганно.

   — Временная защита, — мягко ответил маг. — Я "ослепил" их. Тот, кто установил на вас метки, больше не сможет вас отследить. Но это ненадолго. Защита нестабильна. Нам нужно время, чтобы избавиться от этих печатей окончательно.

   — Благодарю, Рейфорд, — подал голос ректор. — Теперь отправляйтесь к моему кабинету, я сейчас подойду и все обсудим.

   Ректор жестом попросил магов покинуть зал, и молчал до тех пор, пока мы не остались с ним наедине.

   — Как же нам теперь учиться? — пробормотала Катрин.

   — Я переговорю с диагностами и дам вам четкие указания. На данный момент ваше расписание остается прежним. Как только в больничном крыле вам окажут помощь, отправляйтесь на занятия.

   — Но…

   — Слушайте внимательно, — напряженно произнес ректор, пресекая дальнейшие вопросы. — У вас на запястьях не простые клейма. Это древние метки принадлежности. Якоря, которые связывают душу с внешней сущностью. Они были установлены во время ритуала — тем, кому принадлежит голос из пещеры.

   Он сделал паузу, изучая наши лица.

   — Что это за сущность? — хрипло спросил Ник, сглотнув. — Может быть все не так мрачно, и нас околдовал какой-нибудь маг?

   — «Какой-нибудь»? — заговорила я. — Он должно быть очень сильный, просто невероятно могущественный колдун…

   На лице Грейва не дрогнула ни одна мышца, а голос его прозвучал ровно и безжизненно:

   — Не уверен до конца.

   По спине пробежал холод. Ректор внимательно посмотрел на каждого из нас, а затем кивнул на дверь, ставя точку в этом разговоре:

   — Отправляйтесь к целителям. Так и быть, сегодня у вас освобождение от занятий.

   Слова ректора прозвучали как приговор.

   "Не уверен до конца".

   Что это могло значить? Что сущность настолько древняя или могущественная, что даже он, ректор Гидрилхема, не мог ее опознать?

   Молча повинуясь его приказу, мы вышли из ритуального зала. Коридоры западного крыла казались еще более мрачными, чем прежде. Каждый шаг отдавался гулким эхом, словно подчеркивая нашу растерянность.

   В больничном крыле нас встретили целители. Они действовали быстро и профессионально. Осмотрели ушибы, залечили ссадины. Мне досталось обезболивающее зелье и что-то регенерирующее для разбитого затылка. Катрин, все еще бледная, получила успокоительное. Ник выглядел самым потрепанным, но держался.

   После осмотра нас развели по палатам. Ника — в мужскую, нас с Катрин — в женскую, небольшую, с шестью узкими койками. Едва за нами закрылась дверь, Катрин, до этого молчавшая, сдавленно выдохнула.

   — Что это было, Габи? Что это за "якорь"?

   Я потерла запястье, где под временной защитой все еще ощущалось странное покалывание.

   — Понятия не имею. Но мне это не нравится. Совсем. Во время ритуала… ты что-нибудь чувствовала?

   Катрин поежилась, словно ее снова пробрал холод.

   — Будто кто-то залез мне в голову. Давил… и этот свет… Кажется, печать влияла на мою магию.

   — У меня тоже было странное ощущение, — призналась я. — А потом… чье-то присутствие. Холодное. Следящее.

   Тишина снова нависла над нами. Каждая из нас была погружена в свои мысли, пытаясь переварить случившееся.

   — Габи… что мы будем делать? — тихо спросила Катрин, глядя на меня большими испуганными глазами.

   Я вздохнула, откидываясь на подушку. Несколько часов покоя, чтобы зелья подействовали. Но как тут успокоишься с такими мыслями?

   — Я… лишний раз удостоверилась, — сказала я, наконец, глядя в потолок. — Что буду участвовать в отборе межмирового патруля. Когда там их общий тест?

   Катрин удивленно приподнялась на локте.

   — Уверена? Но… это же Агзард. Ты никогда не проявляла интереса к боевым искусствам.

   Я невесело усмехнулась.

   — Теперь проявила. Мне нужно уехать отсюда, Катрин. Как можно дальше.

   — Почему? Что-то случилось?

   Я колебалась, не зная, стоит ли говорить. Но Катрин — моя лучшая подруга. Она заслуживает знать.

   — Меня… собираются выдать замуж. Сразу после окончания академии.

   — Замуж? За кого?

   — За Дестера Айерзена, — с отвращением произнесла я.

   Лицо Катрин вытянулось от изумления.

   — Дестера? Но ты же… ты его терпеть не можешь!

   — Именно. Поэтому мне нужно бежать. И патруль — мой единственный шанс.

   — Но, Габи… почему ты раньше не говорила? — тихо спросила Катрин, ее брови были сдвинуты от беспокойства.

   Я пожала плечами, отводя взгляд.

   — Не видела смысла. Думала, как-нибудь само рассосется. К тому же… это не та тема, которую хочется обсуждать. Особенно когда на запястье маячит непонятная метка, а ректор говорит о каких-то якорях для души.

   — Но Дестер… он же ужасный! Ты не можешь выйти за него замуж!

   — Вот и я о том же. Поэтому Агзард — мой билет в новую жизнь. Подальше от королевских свадеб и навязчивых женихов.

   В этот момент дверь палаты тихонько приоткрылась. На пороге показался Ларс. Его обычно непроницаемое лицо сейчас было напряженным, взгляд серых глаз скользнул по нам обеим и остановился на мне.

   — Мерзе, можно тебя на пару слов?

   Я удивленно вскинула брови. О чем ему может понадобиться поговорить со мной? Когда нас вели в ритуальный зал, словно на расстрел, он даже не попытался поддержать меня.

   — Уверен, Варден? Может, тебе не я нужна, все же?

   — Габриэлла. — Мрачно произнес он.

   Я закатила глаза.

   — Сейчас выйду.

   Я поднялась с кровати. Катрин проводила меня обеспокоенным взглядом. Выйдя в коридор, я оказалась лицом к лицу с Ларсом.

   — Что-то случилось? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.

   Его присутствие заставляло мое сердце биться быстрее.

   — Нам нужно поговорить, — коротко ответил он, его голос был ровным, но в глазах мелькнуло что-то неуловимое. — Насчет… того места, куда вы попали через портал. И еще… у нас остался незаконченный разговор.

   Я нахмурилась.

   — Незаконченный разговор? Ты о чем?

   — О том, почему ты просто исчезла. Не оставив толком объяснений.

   Внутри меня все похолодело. Эта тема была болезненной. Я не хотела ее касаться.

   — Сейчас не самое подходящее время, Ларс. У нас тут… свои проблемы.

   — Именно поэтому сейчас самое подходящее время. То, что вы видели там… это важно. Возможно, это напрямую связано с тем, что произошло здесь.

   Его настойчивость начинала меня раздражать.

   — И что именно ты хочешь услышать? Что там была выжженная степь и странные скалы?

   — Зачем вас вели в ритуальный зал? Что происходило с вами в мире, куда ты с друзьями угодила?

   Тут я поняла, что он не знает про метки. Вообще никто, кроме ректора, лекарей и магов-диагностов, о них не знает. Нас видели вернувшимися непонятно откуда, в крови и пыли, видели, как повел себя Грейв — и на основе этого наверняка напридумывали кучу всяких ужасов. Но про печать на моем запястье никому из адептов или магистров известно не было.

   Как и Ларсу.

   И мне вдруг захотелось, чтобы он об этом не узнал. По крайней мере, не так скоро.

   — Мы попали в пещеру, где слышали странный голос, читающий заклинание, — начала я, решив рассказать обо всем, кроме меток. — Оно повлияло на нас: разболелась и закружилась голова, пошла кровь из глаз, носа, ушей... Жуткое состояние. Но мы вовремя выбрались. Потом появился портал и мы вернулись домой.

   — И это все? — чуть помолчав, спросил Ларс. — Ты что-то утаиваешь, Мерзе. Я это чувствую.

   Я скрестила руки на груди, пряча запястья.

   — С чего ты взял?

   — Я знаю тебя. Лучше, чем ты думаешь.

   Его слова задели меня. Злость начала подниматься внутри.

   — Ты меня не знаешь, Варден. Ты знал ту меня. А сейчас все по-другому. И если ты хотел поговорить о том, почему я уехала… то ответ прост: так было лучше для нас обоих.

   Я развернулась, собираясь уйти обратно в палату. Этот разговор ни к чему хорошему не вел.

   Но Ларс вдруг шагнул вперед, преграждая мне путь.

   — Нет, Мерзе. Это ты так решила. Для тебя так было лучше. Но не для меня.

   Он сделал еще шаг, сокращая между нами расстояние. Я уперлась спиной в холодную стену коридора. Его глаза смотрели прямо в мои, и в их серебристой глубине было что-то такое… что заставило мое дыхание замереть в груди.

   — Это ты порвала со мной, Габриэлла. Не я. И для меня… — его голос стал ниже, чуть хриплым, — для меня наши отношения все еще в разгаре.

   Он поднял руки и сжал мои плечи. Крепко, требовательно.

   От волнения внутри все сжалось. Его близость, этот прямой взгляд… на мгновение мне захотелось забыть обо всем, просто прижаться к нему. Но тут же всплыли воспоминания о моем внезапном отъезде из межмировой академии. Страх снова взял верх.

   Я резко сменила тему, пытаясь сбить этот нарастающий жар.

   — Кстати, насчет Агзарда, — нарочито небрежным тоном произнесла я. — Я тут подумала… вы ведь набираете рекрутов в свою военную академию?

   Ларс удивленно приподнял брови, его руки все еще лежали на моих плечах.

   — Да. А ты вдруг заинтересовалась? Твой факультет вроде бы стихийный.

   — Ну, обстоятельства требуют, — уклончиво ответила я. — Так вот… если ты сейчас пытаешься… ну, затащить меня в койку, Варден, я, в принципе, не против. Но тогда ты обеспечишь мне место в вашей академии. Без всяких там отборов. По блату, так сказать.

   Я сама не понимала, зачем это сказала. Эти слова прозвучали вызывающе, даже грубо. Но мне почему-то хотелось увидеть его реакцию, ужалить его, проверить.

   Ларс замер на мгновение, его взгляд стал жестче. Затем его губы тронула кривая усмешка. Он медленно убрал руки с моих плеч и отступил на шаг.

   — Значит, вот как ты теперь решаешь вопросы, принцесса?

   В его голосе звучала насмешка, но я уловила и что-то еще… разочарование?

   — Я просто… реалистка, — огрызнулась я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — Ты сам сказал, что у нас незаконченный разговор. Вот я и пытаюсь найти ему… практическое применение.

   Ларс покачал головой, все еще усмехаясь.

   — Ты ничуть не изменилась, Мерзе. Все та же колючая девчонка. Что ж, твое предложение… весьма… интересно. Но я предпочитаю честную конкуренцию. Если ты действительно хочешь учиться в Агзарде, тебе придется пройти отбор на общих основаниях.

   Он окинул меня странным взглядом.

   — Удачи, принцесса. Увидимся на испытаниях.

   С этими словами он развернулся и пошел по коридору, оставив меня стоять у стены, в смятении и с непонятным чувством досады. Почему я всегда все усложняю?

ГЛАВА 10

   Он ушел, оставив меня стоять в коридоре с колотящимся сердцем и странным чувством… разочарования? Нет, скорее, досады на саму себя. Зачем я сказала эту глупость про "койку в обмен на Агзард"? Это прозвучало жалко и цинично. Совсем не так, как я хотела.

   Его слова эхом отдавались в голове: "Это ты порвала со мной... Для меня наши отношения все еще в разгаре". Что он имел в виду? Неужели он действительно… все еще чувствует что-то?

   Глупо. Конечно, нет. Он просто раздражен моим упрямством. Вот и все. Пытается задеть в ответ.

   Но почему тогда его глаза… в них было столько всего. И боль, и… что-то похожее на тоску.

   Я вздохнула и потерла виски. Этот разговор вымотал меня больше, чем ритуал с метками.

   Вернувшись в палату, я увидела, что Катрин смотрит на меня с любопытством.

   — Ну и о чем вы говорили?

   Я села на свою койку, чувствуя внезапную усталость.

   — Ни о чем важном.

   — Но чего бы командиру Агзардского патруля вообще вызывать тебя на какой-то разговор?.. Вы знакомы да? Давай, колись, о чем он спрашивал?

   — Так… интересовался, что с нами случилось в другом мире.

   Это была полуправда, делиться историей нашего с Варденом прошлого мне совсем не хотелось, даже с подругой. И Катрин, знавшая меня как облупленную, наверняка это почувствовала.

   — Ты выглядишь странно. Все в порядке?

   Я кивнула, хотя внутри все было далеко не в порядке. Поведение Ларса задело меня сильнее, чем я хотела признавать. И его неожиданное появление в Гидрилхеме напомнило о той части моей жизни, которую я так старательно пыталась забыть.

   — Да, все хорошо. Просто… устала.

   Я отвернулась к стене, не желая продолжать этот разговор. В голове крутились обрывки фраз Ларса, его взгляд, его прикосновение к моим плечам.

   "Для меня наши отношения все еще в разгаре".

   И что теперь мне делать со всем этим?

   Два часа в больничном крыле пролетели в тягостном полудреме. Зелья сделали свое дело, уняли боль и немного успокоили нервы. Когда целитель разрешил нам уйти, Катрин тут же засобиралась к Нику, который все еще оставался в мужской палате.

   — Ты пойдешь со мной? — спросила она, глядя на меня с тревогой.

   — Нет, ты иди. Мне нужно кое-что сделать, — уклончиво ответила я.

   На самом деле мне просто хотелось побыть одной. Переварить разговор с Ларсом и разобраться в собственных чувствах.

   Вернувшись в нашу комнату, я обнаружила, что две другие соседки еще не вернулись с занятий. Тишина давила, но сегодня она казалась мне спасительной. Я достала из сумки небольшую гладкую сферу, которую передал Варден за завтраком.

   Фир. Когда я покидала межмировую академию, мне показалось, что дракончику будет лучше с сородичами. Очевидно, это была ошибка…

   Я подумала немного и задвинула полог. Затем уселась на кровати поудобнее, держа сферу в ладонях, и глубоко вздохнула, настраиваясь на встречу с фамильяром. Из-за легкого свечения она казалась теплой, несмотря на свою холодную поверхность. Внутри, в состоянии стазиса, спал маленький синий дракон.

   Сосредоточившись, я начала читать простое расколдовывающее заклинание. Слова плавно сплетались, наполняя воздух подрагивающей золотистой магией. Сфера в моих руках начала вибрировать, а затем медленно раскрылась, выпуская облачко мерцающей пыли.

   Когда она развеялась, на кровати остался лежать маленький синий дракончик. В сравнении со своими громадными дальними родственниками, он был совсем крошечным — размером с упитанного кота. На спине у него были сложены перепончатые крылья, а за прикрытыми веками двигались глаза — как я помнила, умные и волшебно-золотистые. Мне невероятно захотелось посмотреть в них, и я осторожно погладила Фира по чешуйчатой голове, чтобы ускорить его пробуждение.

   Прошло столько времени… Я уже и забыла, какой он.

   Его путь из глубокого сна занял еще несколько минут. Сначала Фир слабо шевельнулся, затем настороженно повел ушами, и только потом открыл глаза. Уставился на меня, не двигаясь, словно пытаясь вспомнить.

   Внезапно он издал тихое рычание, вскочил на все четыре лапы, растопырил крылья и глянул исподлобья. Совершенно недружелюбно! Совсем как его сородичи из лабиринта, когда мы столкнулись с ними на втором испытании перед поступлением в межмировую академию. Ох и перепугалась тогда я!

   Резко подавшись назад, я выставила перед собой ладонь и воскликнула:

   — Не смей заявлять, что ты меня забыл, Фир!

   И тут он резко переменился. Фыркнул, бросился вперед и ткнулся мордочкой мне в руку. Я облегченно выдохнула и улыбнулась, ощутив, как тепло разливается в груди. Этот дракончик являлся частью моей прошлой жизни, той, где я только начинала постигать магию, где узнала тайну смерти мамы и в полно мере испытала опасность собственного стихийного огня.

   — Привет, малыш, — прошептала, почесывая Фира за ушами. — Рад меня видеть?

   Дракончик потерся о мою ладонь и довольно заурчал, прямо как кот. Кажется, это ответ: «Да».

   — Прости, что оставила… Я думала, так будет лучше. Теперь нас снова двое. Поможешь мне справиться с передрягой, в которую попала?

   Фир потерся мордочкой о мою ладонь, но вдруг замер, наклонив голову набок. Его золотистые глаза, обычно такие живые и озорные, сейчас были настороженными. Он внимательно уставился на мое запястье, туда, где под временной защитой скрывалась метка.

   Дракончик издал тихое, недовольное ворчание, наверняка учуяв нечто опасное. Он попытался лизнуть мою руку рядом с меткой, но тут же отдернулся, словно обжегся. Его игривое поведение сменилось беспокойством. Он начал крутиться вокруг меня, топая по кровати, как гиппопотам и издавая утробное рычание.

   — Ты прав, тут что-то явно нечисто, — прошептала я.

   Внезапно меня накрыла волна тоски. Фир… он был из того времени, когда все было иначе. Когда в моей жизни был Ларс. Настоящий, а не то бессердечное его подобие, которое явилось в Гидрилхем. Тогда и я была совсем другой…

   Я вспомнила его улыбку и серые глаза, смотрящие на меня с нежностью. Вспомнила его поцелуи… те первые, робкие, и те, что сжигали дотла. Те чувства, которые я впервые испытала.

   Ком подступил к горлу, и слезы невольно покатились по щекам.

   Я сгребла Фира в объятия и всхлипнула. Дракончик на секунду обмяк, словно мягкая игрушка, но очень быстро такое положение дел его не устроило, и он начал медленно, но упорно выкарабкиваться из моих рук. Отпустив его, я подтянула к себе подушку и свернулась калачиком в центре кровати.

   Прошлое нахлынуло с новой силой, смешиваясь с тревогой о будущем. Метка, испытания, иномирные порталы и драконы. А еще Ларс… и этот мерзкий Дестер, за которого меня хотят выдать замуж. Что же ждет дальше?

   Слезы текли, но вместе с ними приходило и какое-то странное чувство решимости. Я не позволю никому распоряжаться моей жизнью. Я избавлюсь от этой метки, даже если ритуал не поможет, избегу свадьбы и… разберусь наконец со своими чувствами к Ларсу.

ГЛАВА 11

   Остаток дня я провела в комнате. К вечеру вернулись соседки, но мы почти не общались — я сразу же ушла на ужин, оставив дракончика за пологом и пообещав принести ему вкусных котлет. Фир любил приготовленное мясо, в природе он поджаривал пойманную дичь, прежде чем ее съесть.

   В столовой я не стала задерживаться. Набрала большую тарелку всяких мясных вкусностей, добавила две чесночные булочки и горсть помидорок черри, а затем отправилась обратно в спальню, лавируя с этим добром мимо прохожих.

   По пути пришлось всего раз отшутиться от однокурсников, состривших на тему моей прожорливости, и пояснить магистру зельеварения, что нехорошо себя чувствую и хочу поесть в тишине. Все остальные встреченные люди предпочитали отводить глаза и перешептываться за моей спиной.

   Наше «яркое» возвращение из другого мира никому не давало покоя. Даже страшно представить, какие байки будут ходить по академии на наш счет.

   Добравшись до спальни, я прошествовала мимо удивленных девчонок до своей кровати.

   — Ты все это собралась сама съесть? — подала голос Розалинда.

   Она расчесывала копну своих рыжих кудрей, и даже на секунду прекратила это делать, уставившись на меня. Я вздохнула, взявшись за край полога. Скрывать Фира слишком долго вряд ли получится, так что… Дернув ткань в сторону, я улыбнулась нетерпеливо ожидающему меня дракончику. Даже удивительно, что он никуда не сбежал! А ведь вполне мог это сделать.

   — Нет, я поделюсь с фамильяром.

   — Фамиль… — она осеклась, наконец увидев зверя на моей кровати, выронила расческу и вскрикнула изменившимся голосом: — Это тут жить не будет! Мари, ты только погляди? Дикий зверь в нашей спальне!

   Я вздохнула еще раз. Взяла с тарелки, которую уже тяжеловато стало держать в одной руке, жареную куриную голень и продемонстрировала Фиру.

   — Смотри, какая вкуснота.

   Он рыкнул и бросился на меня! Я чудом успела повернуться боком и вытянуть руку подальше от себя. Фир вцепился в мясо зубами, а когда я разжала пальцы, шмякнулся на пол и начал жрать. Не есть, а именно жрать! Громко чавкая, хрустя косточками, брызжа слюной в разные стороны и утробно ворча.

   Мари взвизгнула и забралась на кровать, Розалинда заверещала что-то про опасных магических существ. Я скривилась, наблюдая за зверским убийством несчастной куриной ноги.

   — Фи-и-ир, ну ты и поросенок!

   Я и забыла, как он неопрятно ест. Но в этот раз видимо сыграл и голод, ведь дракончик проспал в магической сфере почти три года!

   Не дожидаясь, пока он окончательно прикончит голень, я доложила ему еще несколько кусков жареного мяса и две большие котлеты. Оставила себе одну, на пару с копченым крылышком, булочками и помидорами. Села на край кровати и принялась ужинать, держа тарелку на весу.

   — Чего ты молчишь, Габриэль?! — рявкнула Розалинда. — Что это за тварь, и почему оно здесь, а не в монстрятнике?

   Я скосила на рыжую недобрый взгляд.

   — Сама ты тварь, а это дракончик и зовут его Фир. Он мой фамильяр, я же сказала. Будет жить со мной, конечно же.

   Кажется, у нее случился приступ. Она покраснела, немо хватая ртом воздух и переводя взгляд с меня на трапезничавшего Фира и обратно.

   — Ты серьезно? — слабо пробормотала Мари.

   — Да не переживайте, он лапочка. Просто очень давно не ел.

   — Ну, знаешь ли! — обрела дар речи Розалинда. — Я так это не оставлю! Позову декана и он разберется!

   Затем повернулась и выскочила из комнаты так быстро, словно опасалась, что после куриной ноги дракончик накинется на ее ляжку. Я никак на это не отреагировала. Пусть хоть ректора зовет, в уставе Гидрилхема ничего не сказано насчет фамильяров. Уверена, в академии учится не один десяток адептов, которые привезли с собой магических зверей. Ранее я просто не обращала на это внимание.

   Фир приступил к котлетам. Все так же неопрятно и громко, но уже чуть медленнее. Мари подползла к краю кровати и с любопытством склонила голову на бок.

   — Бедный, сколько ты его не кормила?

   — Он в анабиозе три года проспал. Мне только вчера его привезли.

   — А из какого он мира? Не помню такой разновидности в наших справочниках по магическим существам.

   Я пожала плечами. Вообще, это первый настолько длинный разговор между мной и Мари, обычно соседки держались обособлено.

   — Он встретился мне в межмировой академии Ильсарры, так что… Фир может быть родом откуда угодно.

   — Как интересно… Он ведь хищник, да?

   — Конечно, как и все драконы, — я посмотрела на нее и дернула уголком губ в улыбке. — Не переживай, в его рационе только мелкая дичь.

   На щеках Мари вспыхнул румянец. Она убрала русые пряди волос за уши и села, спустив ноги с кровати. Взяла учебник с тумбочки и принялась листать его до нужной темы. Похоже, наш разговор подошел к концу.

   В этот момент вернулась Катрин. Увидев Фира, она сначала отшатнулась с испуганным вскриком, но стоило мне объяснить, кто это, ее глаза загорелись восторгом.

   Она тут же принялась гладить дракончика, осыпая его ласковыми словами. Фир, обычно довольно независимый, неожиданно благосклонно принял ее внимание, подставляя бока под девичьи руки.

   Потом Катрин забралась на мою кровать, и мы скрылись за пологом, чтобы немного пошептаться о произошедшем в ритуальном зале. Главные вопросы остались без ответов и страх перед неизвестным все еще витал в воздухе.

   Позже, готовясь ко сну, я украдкой посмотрела на свое запястье. Временная защита мага Рейфорда слабо мерцала под кожей. Надолго ли ее хватит? И что будет, когда действие рассеется?

   Засыпала я с Фиром, свернувшимся калачиком у меня в ногах. Его тепло и присутствие казались слабым, но все же утешением в этой тревожной ситуации.

   Утро началось с тягостного чувства неопределенности. Фир проснулся раньше меня и, зевнув, тут же исчез в воздухе, что было в его духе. Я вздохнула — знала, что он скоро объявится, но его внезапные исчезновения всегда немного нервировали.

   В обеденном зале было шумно и многолюдно. Едва я взяла себе тарелку с кашей, как рядом возник Дестер. Его рыжие волосы блестели в свете магических светильников, а на веснушчатом лице играла самодовольная улыбка.

   — Доброе утро, Габриэлла, — сладко протянул он, заглядывая мне в глаза. — Как спалось? Прошедшие два дня были такие насыщенные… Я не нашел времени, дабы тебя утешить. Но зато сейчас готов быть в полном распоряжении моей невесты.

   Его показная забота вызывала у меня только раздражение.

   — Прекрасно спалось, Дестер. И я тебе не невеста, так что свои утешения прибереги для другой несчастной.

   Он усмехнулся и наклонился ближе, касаясь дыханием моего уха.

   — Неужели? Выглядишь… задумчивой. Может, тебе нужна мужская поддержка?

   — Единственная поддержка, которая мне сейчас нужна, — это чтобы ты отошел и дал мне спокойно позавтракать.

   Дестер лишь пожал плечами, но отходить не спешил.

   — Ты такая колючая, Габриэлла. Но я знаю, что за этой броней скрывается нежная и ласковая киска. Рано или поздно она скроет коготки, заберется мне на колени и будет мурлыкать о том, как сильно меня любит.

   Я скривилась.

   — Меня сейчас стошнит, Айерзен.

   Его настойчивость была отвратительной. К счастью, в этот момент рядом появилась Катрин, и Дестер, бросив на меня многозначительный взгляд, наконец-то отступил. Аппетит у меня как рукой сняло. Особенно после слов женишка про киску и любовь. Этому козлу и приворотное зелье мне в овсянку подлить — раз плюнуть. Критично осмотрев содержимое своей тарелки, я прошептала диагностическое заклинание и провела рукой над кашей. Ладонь кольнуло.

   — Подлец!

   — Ты чего? — подруга вздрогнула и едва не расплескала свой апельсиновый сок.

   Она уселась напротив, поставив перед собой тарелку с гренками, политыми малиновым джемом. Я потянулась к ней и взяла одну. Катрин скосила глаза на мою овсянку.

   — Кашу не будешь? Я тогда съем.

   — Не рекомендую.

   Подруга замерла с протянутой рукой и вопросительно на меня посмотрела. Я пояснила:

   — Если не хочешь воспылать внезапной страстью к Айерзену.

   Катрин взглянула на молочную смесь с кусочками персика как на громадного слизня.

   — Там что, приворот?!

   Я откусила кусочек гренки и прожевала.

   — Магия не лжет.

   — Нужно рассказать об этом декану! Нет, лучше сразу ректору! И отнести доказательства.

   Вздохнув, я огляделась в поиске Дестера. Он нашелся через три стола, в компании своих друзей — парней с факультетов стихийников и целителей.

   — Диагностика покажет только наличие приворота, Катрин. Того, кто его подлил или сварил зелье — нет.

   — Точно, я и забыла. Но, как же так…

   Отложив свою гренку, я взяла тарелку с овсянкой и встала из-за стола. Окинула зал на наличие поблизости магистров и, не обнаружив никого, решительно двинулась к жениху. Заметив меня, он откинулся на спинку стула, подмигнул мне и усмехнулся.

   — Моя киска уже готова сесть мне на колени?

   Я расплылась в улыбке.

   — Отрава в моем завтраке так быстро не действует, милый.

   Размахнулась и надела тарелку с кашей Дестеру на голову.

   В зале повисла гробовая тишина.

   Каша с молоком и персиками стекала по рыжим волосам Айерзена, капая на воротник его формы. Он сидел, моргая ошеломленно распахнутыми глазами, будто не мог поверить, что я действительно это сделала. Его друзья замерли в полудвижении — кто-то с тостом на полпути ко рту, кто-то с кружкой на весу.

   А потом Дестер вскочил.

   — ТЫ СУМАСШЕДШАЯ СТЕРВА! — заорал он.

   Сбросил тарелку с башки, разбивая вдребезги, затем в ярости смахнул со стола все, что на нем было. Стекло разлетелось по полу, еда брызнула на соседей, один из студентов вскрикнул, получив в лицо куском запеченной тыквы.

   Я инстинктивно отступила на шаг, внутренне сжавшись от столь злобной реакции. Он подался навстречу, занося руку словно для удара. Но, прежде чем Дестер успел дотянуться до меня, между нами встал взявшийся из ниоткуда Ник.

   — Не смей, — сказал он тихо, но в его голосе звенела сталь.

   Айерзен, кипящий от злобы, был готов броситься вперед, но Ник не сдвинулся с места, и даже не дрогнул, когда тот ткнул ему в грудь пальцем.

   — Уйди с дороги, Райс, — прошипел Дестер. — Это между нами!

   — Нет. Пока ты орешь на девушку и хочешь пустить в ход кулаки, это уже между мной и тобой, — Ник поднял подбородок, глядя на него в упор. — Угомонись. Или я врежу тебе первым.

   — Что тут за шум?! — в дверях показался кто-то из межмирового патруля, но магистров все еще не было.

   Дестер отступил. Тяжело дыша, весь в каше, с перекошенной от ярости физиономией. Он сверлил меня взглядом, от которого становилось не по себе. Я чувствовала, как внутри все дрожит от негодования и… страха. Да, мне было страшно. Но я не отводила глаз.

   — Ты пожалеешь об этом, Мерзе, — процедил он. — Очень скоро.

   Именно в этот момент над залом прозвучал протяжный колокол — сигнал к началу занятий.

   — Отлично, — пробормотала Катрин и схватила меня за руку. — Пошли, пока не вляпалась в еще чего похлеще! И как тебя угораздило, Габи? Ты же в его самолюбие наступила! Теперь не отмоешься, отомстит ведь.

   Я не сопротивлялась. Просто пошла прочь, подхватив ученическую сумку со спинки стула, и чувствуя, как взгляды всего зала прожигают мне спину. А внутри — смесь липкого предчувствия, злости и… странного облегчения. Он сорвался. На виду у всех. Он показал свою гнилую натуру, дал понять, что может поднять руку на меня. Ранее такого не случалось.

   И пусть это еще не конец. Но теперь не только я знала, кто такой Дестер Айерзен, но еще и целая толпа свидетелей.

   — Не нужно меня отчитывать, Катрин, — буркнула я. — Этот козел подмешал мне в завтрак любовное зелье. И за него меня хотят выдать замуж. Ты либо будь на моей стороне, либо вообще ничего не говори на этот счет.

   Выдав эту тираду, поняла — слишком грубо прозвучало. Но подруга лишь вздохнула, прикусив губу.

   — Ты права, прости. Просто… Мы и так встряли с этими метками, а ты еще Дестера против себя настраиваешь. Я за тебя переживаю, только и всего.

   По пути в аудиторию нас нагнал Ник.

   — Все в порядке? — только и сказал он, взглянув на меня.

   — Ага. Спасибо, что прикрыл.

   Он лишь подмигнул мне на это.

   Первой парой была ритуальная магия у магистра Гедрика. Старый, вредный маг лет пятидесяти, он славился своей скупостью и любовью к неожиданным тестам. Сегодня не стало исключением. Едва мы расселись по местам, он объявил письменную работу на знание древних ритуалов. Фира рядом я не заметила, видимо, он снова решил попутешествовать по своим драконьим делам. А ведь вполне мог возникнуть из воздуха прямо на моем раскрытом учебнике и навести шороху.

   Вторая пара — практикум заклинаний. Сегодня у нас были тренировочные дуэли. Магистр Стиверс, разбил нас