Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
АННОТАЦИЯ
Родственники — это не то, о чем можно забыть. Розе придется отправиться в столицу, чтобы поздравить свекровь с Днем рождения, а еще повидаться с отцом и познакомиться с дедом. Ну и представить ему мужа. Чего волноваться, это же родственники? Но иногда родные люди могут устроить неприятности не хуже врагов.
Остальные проблемы тоже сами почему-то не рассасываются.
ГЛАВА 1
Как все закрутилось с новой территорией, так и не переставало крутиться. Мы с Миртом почти не бывали дома, что моего мужа, кажется, только радовало. Я все никак не могла выкроить время, чтобы разобраться с призраком, да и не могла придумать, как это сделать. Он периодически пугал моего мужа, не давая ему спокойно спать, но в целом больше не буйствовал, еду не раскидывал и не портил. Мы даже немного успокоились, начали обживать дом: купили кровать в нашу спальню, матрас, не «энциклопедический», но тоже удобный, и постельное белье, шторы на окна, холодильник и кухонную утварь. Но до того момента, как можно будет пригласить гостей на новоселье, было еще далеко.
Теперь, если выдавалась свободная минутка, я старалась прибежать домой и приготовить нормальной еды, прибраться и что-нибудь еще обустроить.
На окошках с южной и восточной стороны у меня теперь стояли горшки с цветами. Их мне подарила Мика. Фиалки рядом с магом и ведьмой, периодически одаривающими их магической энергией помимо воды, расцвели пышным цветом, радуя меня ажурными розово-белыми цветами и бархатными фиолетовыми. Кактус не цвел, но толстел на глазах. Я подумывала завести еще и какие-нибудь магические растения, желательно с какими-нибудь полезными свойствами. Вообще, эти цветы на окошках были для меня каким-то символом стабильности, знаком, что этот дом — мое постоянное жилье, что все у меня теперь идет правильно, раз даже домашние цветы появились. Мама горшечные цветы не любила, поэтому в ее доме их никогда не было.
Ларон Палиевич на работу вышел. Он был приставлен к новой территории. Там была выстроена прекрасная сторожка, более просторная, чем на старой, и со всеми удобствами.
Чейн Алтович вроде исправился и стал нормально ходить на работу, но мы с ним все равно не справлялись. Я старалась привлекать Мирта, но у него были и основные обязанности. Я просила его перейти с должности смотрителя на должность штатного мага, но что-то у нас все с этим не складывалось.
Клетки и вольеры нам достроили, только вот содержать там было некого. Всего три бестии на всю новую территорию. Яс Ясович меня жестоко разочаровал. Они отдали моего крокотту кому-то. Дядюшка оправдывался тем, что нам все равно его сажать было некуда, что я не подтвердила, что возьму его, а держать бестию на базе они больше не могли. Но я все равно разочаровалась.
И как решать этот вопрос — непонятно. То не знали куда сажать, а то теперь некем заполнять.
Картович предлагал купить кого-нибудь на черном рынке, но у нас с Армуровичем от этого предложения чуть волосы дыбом не встали. Как потом объяснить комиссии, где мы взяли бестию? А если все еще и раскроется!
Но с бестиями надо было что-то делать. Лот Валидович в своих требованиях написал, что к моменту следующего визита комиссии, новая территория бестиария должна быть заполнена хотя бы на треть. Хоть самой в лесу кого-нибудь лови. Или садись в свободную клетку с табличкой «Ведьма дикая. Близко не подходить. Кусается».
И главное, когда не было места, то и дело кого-нибудь старались подсунуть, а сейчас все затихло.
Лота Иввовна все еще лежала в больнице. Она уже перехаживала срок, но ребенок будто и не собирался рождаться. Переживали все. Врачи предлагали операционное разрешение от бремени, но она отказалась наотрез, как и от искусственного ускорения родов. Так что все ждали и переживали.
И вот как-то в один из выходных, когда я решила, что все, надо передохнуть, иначе я просто лягу и не встану, в дверь нашего дома раздался стук. Мирт ушел к соседу в гости, надеясь в очередной раз умаслить и уговорить его подписать разрешение, Агеша отправился с ним. Упрямый Спатт Паутович так ничего и не подписывал. Еще и это висело камнем на шее, не давая покоя. Ведь в следующий визит комиссия может все же проверить документы.
Мирт ключи что ли забыл?
Я возлежала на диванчике в гостиной на первой этаже и читала книгу. Телевизор мы пока не купили, а вот несколько художественных книг было среди вещей Мирта.
С трудом заставив себя сползти в диванчика, был он, кстати, братом-близнецом нашего диванчика из секретарской, только розово-бежевым, я пошла открывать.
— Фиррт, ты обнаглела? — поинтересовалась красивая рыжеволосая ведьма, стоящая на пороге.
Меня окатило волной радости и стыда одновременно.
— Лира! — я качнулась вперед, за порог, и заключила подругу в объятья.
— Погоди обниматься! — меня отстранили недрогнувшей рукой. — Ты скажи мне, у тебя совесть есть?
Я только виновато улыбнулась.
— Ты вернулась и даже не вспомнила обо мне! О том, где ты, что ты, я узнаю от твоей матери!
— Прости, Лирочка. Вот так все закрутилось, завертелось.
Она все-таки притянула меня к себе и обняла.
— Поросенок ты, Фиррт.
— Я больше не Фиррт, — сказала я в воротник из пушистых перышек. — Я теперь Рохх.
— Я же говорю — поросенок! Даже на свадьбу не позвала! — меня снова отстранили.
— А мы ее еще и не справляли.
Лира только укоризненно на меня посмотрела и покачала головой.
— Что? Некогда? Работа не дает?
— Ну... В общем... Да.
— Понятно. Основное заболевание прогрессирует, значит. Хоть дом-то покажи, с мужем познакомь. Мама твоя сильно обижается, что вы ее до сих пор не пригласили в новый дом.
— Да стыдно пока приглашать. Мы дом никак в порядок не приведем, — я посторонилась, давая Лире дорогу. — Заходи. Мирт в гостях у соседа.
— Один? А тебя почему не взял с собой?
— Да этот сосед ведьмоненавистник. А нам очень нужно получить от него разрешение на размещение бестиария рядом с его участком. А то мы не может открыться.
— Понятно. Ничего себе у вас домик! — Лира оглядывалась. — Там второй этаж?
— Да.
— А там? — она указала на лестницу вниз.
— А там нулевой этаж. Кухня, ванная, котельная. И второй выход.
— Здорово! Показывай!
Мы спустились вниз. Пожалуй, самой оборудованной у нас была кухня. Я успела туда много чего накупить.
Лира осмотрела все с восторгом, даже в ванную заглянула, потом посмотрела в окно.
— Какой шикарный дом! Дорого заплатили?
— Я не знаю. Мирт покупал. Чаю? Кофе?
— Давай чаю. Я же и торт принесла, — она продемонстрировала коробку в руке.
А я и не заметила его от удивления и неожиданности. Мне все еще было стыдно. Действительно, все из головы вылетело. Могла ведь хотя бы позвонить. Так, коря себя, я поставила чайник, усадила Лиру за стол.
— Ну и как оно, живется мужней женой?
— Хорошо живется.
— А что у тебя случилось с тем красавчиком? Я так и не поняла. Ты так за него рвалась замуж, а вышла за другого. Кстати, а где кольцо и браслет?
— Да их тоже еще никак не купим. Мы вот только кровать с холодильником купили и то хорошо.
— Ну вы даете, — Лира округлила глаза и укоризненно покачала головой.
Вопрос про Кейра, от упоминания которого меня всю прошило холодом, я решила проигнорировать, отвлекла Лиру нарезанием торта, потом мы уселись за кухонный стол, чтобы попить чаю. Ну точнее, чай пила Лира, а я заварила себе кофе.
Тортик оказался очень вкусным, с меренгой, сливочным кремом и ягодным конфитюром, так что мы быстренько уговорили почти половину. Под сладости беседа пошла куда приятнее, да и больше острых вопросов не поднималось.
Лиру интересовало мое новое замужество. Как это чувствовать себя замужней женщиной? Ругаемся ли мы? Как проводим время вместе?
Тут, спросив, Лира захихикала.
— Ну, об этом можно не спрашивать. Вы вместе РАБОТАЕТЕ!
Я только улыбнулась в ответ.
— А как там твой поклонник? — вспомнила я про Контика. — Ты-то замуж не собираешься?
— А к моему поклоннику приехал отец из деревни. Пришел ко мне ругаться, что я мальчика с пути истинного сбиваю.
— И что?! — напряглась я.
Я почему-то боялась, что Лира не примет избранника, младшего по возрасту, а о том, что ее могут не принять его родители, даже не подумала.
— Я — ничего. Я с самого начала знала, что ничем хорошим это не закончится.
— Он отступился?
— Если бы! Отец уехал, и этот опять тут как тут. Но вот теперь ему! — Лира потрясла над чашкой чая сжатым кулаком. — Пусть учится, образование получает. Я сказала, что без высшего образования пусть даже не приближается!
— Жестоко!
— Роза, — подруга посмотрела на меня серьезно и немного грустно. — Я — взрослая женщина. Мне некогда играть в игрушки. Я хочу нормальных отношений. Даже если они не закончатся браком, а не эту возню в песочнице. Хочу вот такой вот дом, — она развела руками, — и детей.
— Прости, — я разломала остаток торта в тарелке ложкой. — Я тебя понимаю.
— Ладно! Не будем скисать! Чаю попили! Показывай дом дальше!
Мы быстренько прибрали на кухне, и я дальше повела показывать Лире дом. Она заглянула в каждую щель.
— Да, вам тут еще обустраиваться и обустраиваться. Но вы все равно молодцы! Дом прекрасный!
— Спасибо!
Мы спустились в гостиную и устроились на диванчике.
— Как вы его разыскали только? — Лира осматривала потолок.
— Это Мирт как-то сумел. Он говорил, что на него еще и снизили цену.
— Почему? Тут должен быть какой-то подвох! Вы фундамент проверяли?
— Дом стоял законсервированный, так что все сохранилось почти идеально. Но подвох есть.
— Вооот! — со значением потянула Лира. — Какой?
— Неупокоенный дух.
Подруга аж воздухом подавилась.
— Что?! Ты серьезно?!
— Вполне.
— А что же, ты с ним справиться не можешь? У тебя же к эдакому способности.
— Не могу. Дух сильный. При жизни это был сильный ведьмак. Умело прячется. Мне ни разу не попался, только пакостит. А Мирта пугает. Особенно ночью, когда я сплю. Шумит.
— Ну, Роза, — Лира смотрела на меня круглыми глазами и качала головой. — Я бы не смогла тут жить!
— Да решим мы этот вопрос. Я бабушку позвала на помощь, — я вздохнула. — Но она сказала, пока дом не обустроим, не приедет. Велела самой разбираться.
— Понятно. Вы тут поосторожнее. Я бы помогла, но ты же знаешь, что я, кроме лекарского дела, ни в чем другом не сильна.
— Да что ты, Лира. Я сама, конечно.
Мы посидели еще, Мирта так и не дождались. Я предложила Лире остаться на ужин, но она засобиралась домой, ей завтра рано надо было на смену.
— Ты только не пропадай больше! Звони! А то обижусь! Навсегда! И мне свой телефон дай. А то от вас, трудоголиков, действительно, весточки не дождешься!
Я оделась и проводила Лиру до остановки трамвая.
— Как удобно. До работы совсем близко, — Лира оценила близость нового дома к бестиарию. — А вот там, мы проходили, что, тоже бестиарий будет?
— Да, откроется, когда все будет доделано. Там пока бестий не хватает для открытия, ну и подписи от вредного соседа.
Мы шли, болтали. Я поняла, что ужасно соскучилась по Лире. И чего я, действительно, не позвонила ей раньше.
Посадив подругу в трамвай, я отправилась обратно. По пути заглянула в бестиарий, проверить, как там справляется Чейн Алтович. Он справлялся никак. Его просто на рабочем месте не было. Вот только похвалила мысленно и обрадовалась, что за ум взялся, а он опять. Не иначе сглазила. Я подошла к охранникам, поинтересовалась, приходил ли он вообще на работу.
— С утра не был, — ответили мне.
Ну это совсем наглость! Он должен был дежурить сегодня! Прийти утром проверить фон, а потом еще раз вечером. Я открыла администрацию, переоделась и пошла работать. Из-за того, что меня теперь не хватало на весь бестиарий, я больше просто проверяла, добавляла магической энергии только там, где ее уровень серьезно снизился. Так было у Карады с котенком. Малыш рос, потребляя магическую энергию. И почему-то у химер с перитонами. Упырей я обделила, остальных, где было необходимо, чуть подзарядила.
Я провозилась около часа. А Чейн Алтович так и не явился. Это было уже просто подло. Он решил, что его сегодня никто проверять не будет и просто не пришел. Он знает, что мы быстро не найдем необходимого специалиста, поэтому позволял себе наглеть. Про то, что Мирт — маг, он так и не догадался. Но, учитывая то, что я практически всего полспециалиста, нас с мужем на обе территории не хватит. Нужен срочно еще один бестиолог или маг смежной профессии. Где только, где его взять?! Но Чайнику я спускать больше не намерена!
Домой шла злая и взбудораженная. Хотелось рвать и метать.
Мирт с Спаттом Паутовичем стояли у забора между нашим и его домом. Мирт заметил меня, улыбнулся и помахал рукой.
— Доброго вечера, — я поздоровалась, сердито глядя на соседа. Опять, наверное, не подписал разрешение. Мне уже из мэрии звонили, напоминали.
Спатт Паутович в ответ на приветствие только сухо кивнул.
— Ты откуда? — все еще улыбался Мирт.
— Ходила провожать подругу, а потом зашла в бестиарий. Представляешь! Чайника опять не было на работе! Он уже совсем обнаглел! — эмоции захлестнули так, что я перестала обращать внимание на вредного деда.
— Кто? — опешил Спатт Паутович. — Чайник?!
— Это прозвище нашего бестиолога, — пояснила я. — Он пользуется тем, что у нас не хватает специалистов, и является на работу как пожелает! — сосед тоже оказался прекрасным объектом для выслушивания жалоб.
— Почему тогда его не уволить? — удивился Спатт Паутович, он, кажется, даже забыл на минутку, что разговаривает с представительницей ненавистных ведьм.
— Потому что у нас тогда совсем некому будет работать! У меня проблемы с даром, а Мирт один не справится! — я эмоционально жестикулировала, Спатт Паутович даже немного отпрянул, глядя на меня круглыми глазами.
— Кстати, а вы не хотите устроиться к нам? — вдруг поинтересовался Мирт у соседа.
— Я? — удивился Спатт Паутович. — Но я же старый.
— Думаете не справиться? Дар гаснет? — спросил Мирт. — Так при наличии практики он быстро восстановится. А с воспрянувшим даром и тело оздоровится.
Спатт Паутович кхекнул от неожиданного предложения.
— А что, у Спатта Паутовича подходящая специальность?
— Не совсем, — ответил он сам за себя. — Но бестиологией я тоже занимался, смежная специальность.
Я посмотрела на вредного старикашку совсем по-другому, оценивающим взглядом. Это был бы выход. Живет он недалеко от места работы, а от новой территории вообще через забор. Если устроится к нам, то точно подпишет разрешение.
— Так что, Спат Паутович? — Мирт искушающе улыбнулся. — Жалование будет приятным бонусом к разнообразившемуся досугу.
— Мне надо подумать. Но ответ скорее будет отрицательный. Я слишком стар для такой работы.
— А вы приходите к нам в бестиарий. Хотя бы на новую территорию. Я вас проведу. Там пока мало бестий, но одна совершенно уникальна.
— Я должен подумать, — но говорил он это уже не так категорично.
Мы не стали больше настаивать, распрощались и разошлись по домам.
ГЛАВА 2
Остатки тортика после визита Лиры замечательно скрасили наш ужин. Я поделилась с Миртом своими переживаниями. Рассказала о том, как мне стыдно, что я забыла про подругу. Муж не стал ничего ни выговаривать, ни оправдывать меня, просто пожалел. Эти невинные ласки переросли совсем в другие, завершившиеся в спальне. На кровати этим заниматься гораздо удобнее, чем в на полу в спальном мешке, так что мы старались наверстать.
Потом снова проснулся аппетит, мы открыли дверь, за ней нас поджидал недовольный Агеша, которого выгнали из комнаты, чтобы не мешал. Ворон обругал нас всеми возможными словами, которые знал.
Мирт хмыкнул.
— Завидовать нехорошо.
И тогда Агеша выдал скрипучим голосом, не похожим ни на мой, ни на Миртов.
— Агеше нужна жена.
От неожиданности мы грохнули хохотом. Меня так скрутило, что я согнулась пополам, обхватив живот руками. Мирт снял очки и утирал льющиеся градом слезы.
— Агеша, мы очень постараемся найти тебе супругу. Но ты бы лучше сам, — сказал Мирт, чуть-чуть придя в себя.
Ворон обиделся, ушел мимо нас в комнату, взлетел на подоконник и замер там, уткнувшись клювом в стекло.
Кое-как успокоившись, мы спустились вниз, на нулевой этаж.
— Мамочки! — я прижала руки к щекам. — Опять началось!
Все наши продукты вперемешку валялись на полу. Дверцы шкафов и холодильник были открыты. Мешанина из еды успела частично начать гнить, частично заплесневеть. У меня к горлу подкатила тошнота, я кинулась в туалет. Несколько минут меня выполаскивало, казалось, сейчас все внутренности окажутся в унитазе.
В зеркале, когда отпустило, я увидела опухшую физиономию с покрасневшими глазами. Долго умывалась ледяной водой и полоскала рот, чтобы хоть немного прийти в себя. Даже направила к все еще бунтующему желудку и лицу потоки магической энергии. Надеюсь, Мирт догадается убрать все магией. А если и ему станет плохо? Придется нанимать кого-нибудь. Есть же специальные уборщики. Еле справившись с дурнотой, я побрела проверять, как там муж.
Мирт стоял в центре кухни, хорошо хоть не в куче гниющей еды, спиной ко мне. Поза у него была какая-то напряженная, изломанная. Будто это и не Мирт. У меня на загривке волоски встали дыбом. Будь я кошкой, сейчас раздалась бы в объеме раза в два. Спину окатило холодом.
— Мирт?
Муж повернул голову вбок и вниз, поглядев на меня из-за плеча. Мне показалось, что живой человек так шею вывернуть не может.
— Чужие, — слово прозвучало совсем невнятно, будто Мирт разучился владеть речевым аппаратом.
Да это и не Мирт вовсе. Ах ты тварь! Внутри вскипела ярость, прогоняя холод страха. Сверху спорхнул Агеша, приземлившись мне на плечо.
— Убирайтесь, — проскрежетал дух. — Воооооон! — завизжал он.
Этот звук полоснул по ушам, он старался добраться подавить меня, пробудить страх.
Я шагнула вперед, Агеша своими способностями направлял меня. Духа я по-прежнему не видела, но теперь могла с ним хоть что-нибудь сделать. Бабушка права. Это МОЙ! муж! И дом мой! Я в своем праве!
Только дотронуться до этой твари, пока он в теле Мирта, и я отправлю его по дороге мертвых.
Дух это почувствовал. Когда мои растопыренные пальцы были совсем рядом со спиной мужа, он вдруг застонал и начал оседать. Эта гадость снова улизнула!
Я силой придержала Мирта, не давая ему рухнуть в гниль, потом оттащила в сторону. Агеша метался по кухне, почти стукаясь о стены, он явно видел больше, чем я, но тоже не мог ухватить наглого духа. Я разрывалась между необходимостью позаботиться о муже и желание прищучить наглого призрака.
Вся гниль под действием моих эмоций и сил вспыхнула, повалил дым, впрочем, тут же исчезнув вместе с испорченной едой и копотью.
Агеша, не настигнув никого, вернулся ко мне, вцепился когтями в плечо.
— Ой! — я стряхнула ворона.
Только тут обратила внимание, как уже саднит плечо, разодрал, когда еще в первый раз сел. Но сейчас было не до моих царапин.
— Мирт! — я затеребила мужа. — Миртик!
Он не приходил в себя. С трудом подавив панику, я положила одну руку мужу на грудь, другую на лоб и направила в ладони магическую энергию.
Судорожно вздохнув, Мирт открыл глаза.
— Мирт!
— Роза. Что случилось? Я что, поскользнулся?
— Если бы. Можешь встать?
— Сейчас попробую.
С моей помощью он сел.
— Что-то мне как-то нехорошо. Будто съел что-то тухлое, — тут он вспомнил. — Продукты, они все испорчены.
— Да, наш нематериальный соседушка постарался. Сейчас, погоди.
Я встала, убедившись, что Мирт нормально сидит и не рухнет, расшибив голову о пол. Налила в кружку воды из-под крана и принесла мужу.
— Вот, выпей.
— Я не хочу. Меня и так мутит.
— Давай. Это тебе сейчас необходимо.
Воду я сдобрила изрядным количеством магической энергии, кое-как мне удалось ее залить в сопротивляющегося Мирта. Допив, он некрасиво рыгнул, смутился и прикрыл рот рукой.
— Извини.
— Ничего страшного. Давай я помогу тебе встать.
— Да я сам.
Но моя помощь понадобилась, и моей силы. Стоило Мирту подняться, как его затошнило. Пришлось срочно тащить в туалет, держать, чтобы он не рухнул.
— Что со мной? — бедняга был здорово перепуган.
Вместо воды из него выходила зловонная черная жижа. Как только позывы к рвоте закончились, я выпоила Мирту еще одну кружку воды. Она тоже ненадолго задержалась в организме.
— Такое случается с одержимыми. Мертвый дух, попав против воли владельца в человеческое тело, начинает его отравлять.
— Что?! Одержимый? Роза, ты о чем?
— Дух занял твое тело.
Мирт выругался, потом извинился.
— Надо продавать этот проклятый дом!
— Ну уж нет! Это мой дом! А тебя надо переселить в гостиницу, пока я не разберусь с этой тварью! Пей воду!
— Это уже не шутки. Это становится опасно, — Мирта опять согнуло над унитазом.
А потом мне пришлось выйти, так как полоскать беднягу начало отовсюду. Отпустило, обессиленного только где-то через полчаса. К этому времени я заварила крепкий сладкий чай.
На дрожащих ногах бледный до синевы муж добрел до стула и уселся рядом со мной.
— Роза, нам надо срочно переехать.
— Нет! Это значит, что он победил! Он мертв, ему давно стоит это понять и отправиться прочь из мира живых. Завтра же снимем номер в гостинице, и ты туда переселишься. Я еще раз позвоню бабушке. На это она уж точно должна отреагировать и приехать. Пей, — я подвинула Мирту чай.
Он поморщился, снял очки и начал протирать их краем футболки, руки дрожали.
— Не могу, я уже весь прополоскался насквозь.
— Это уже выйти не должно. Тебе нужно подкрепить силы.
Мирт взял кружку, подул, а потом сделал глоток. Прислушался к себе, но чай никуда не торопился, так что он отпил еще несколько глотков.
— Я думал, что он уже успокоился. Даже шаги слышно не каждый раз.
Я догадывалась, что произошло.
— Это из-за Лиры. Ему не понравилось, что в доме появились гости. К Спатту Паутовичу он отнесся равнодушно, это привычный сосед. И то что-то вроде натворил после его визита. А Лира — чужая. Да еще молодая ведьма и целитель вдобавок. Много живой магической энергии. Мы посмели кого-то водить в его дом. Да и после, помнишь, чем занялись? Вот дух и не выдержал.
Мирт вытер пот со лба ладонью. Мне было больно видеть такого растерянного и несчастного мужа. Я встала, подошла, обняла и прижала его к себе.
— Не переживай, я больше не допущу подобного.
Мирт положил голову мне на грудь, прикрыв глаза. Одной рукой я гладила его по волосам, а другой творила вокруг мужа защитные знаки, напитывая их магией. Почему я раньше не додумалась это сделать?! Ведьмовская защита штука хитрая, она работает не зависимо от сил ведьмы ее поставившей, подпитываясь силой из окружающего мира. От ведьмы требовалось только одно — искреннее желание защитить.
Да, мертвый тоже был ведьмаком, но живой силы не имел, так что моя защита будет действенна против него. В принципе, Мирту даже не обязательно куда-то переселяться, но так его нервы будут целее.
Впрочем, утром он категорически отказался это делать.
Ночь прошла довольно спокойно, словно дух выдохся. Хотя скорее побоялся связываться с разъяренной ведьмой. А утром мы, как обычно, отправились на работу.
Оба свободных участка рядом с нашим домом уже очистили, часть деревьев вдоль улицы оставили, остальное пространство разровняли и выстелили дорожным покрытием, теперь там была парковка для посетителей бестиария, о чем гласила крупная вывеска. Впрочем, судя по тому, что машины на ней оставались и ночью, парковкой пользовался и кто-то из жителей многоквартирных домов на другой стороне улицы.
День порадовал тем, что Чейл Алтович был на месте. Я демонстративно проигнорировала его приветствие, переоделась и отправилась проверять магический фон. Сегодня же поговорю о нем с Эмуарлем Армуровичем.
Пока занималась привычным делом, в голове крутились разные мысли. В основном о том, кем наполнить новенькие клетки. Следующей весной у нас может народиться новый интересный гибрид феникса и жар-птицы, а если сильно повезет, то и два, поселим их туда, никому не отдадим. Но этого нужно еще дождаться. Конечно, можно продублировать разную мелочь, вроде радужнохвостых белок и рогатых зайцев, но это будет не интересно. Им и на старой-то территории не уделяют особенно много внимания. Разве что радужнохвостых белок очень любят самые маленькие посетители бестиария.
Дойдя до середины территории, я уже привычно пошла звать Мирта на помощь. Я в очередной раз поделилась с ним переживаниями о нехватке бестий. Ведь, даже будь у нас разрешение Спатта Паутовича, мы бы не смогли открыть новую территорию. Что бы мы там демонстрировали? Облачко и двух перитонов.
— А Эмуарль Армурович что советует?
— Ничего. Мы пока толком не говорили на эту тему.
— Поговори с ним. Мне кажется, надо узнать о том, не продают ли какие-то бестиарии излишне размножившееся потомство или просто лишних бестий.
— Упырей, — скептично хмыкнула я. — Их всегда продают, потому что они никому не нужны. И где нам взять на это денег? Мы на строительство потратили почти все. Даже то, что дал на развитие мой отец.
— Можно попробовать тоже кого-то предложить на продажу.
— Кого? Упырей?!
— Роза, — Мирт укоризненно на меня посмотрел, — ты сама просила совета.
— Прости, — постаралась взять себя в руки. Все-таки бессонная ночь, когда я овчаркой охраняла мужа, сказывалась. Еще и вчерашний стресс.
— Можем и упырей. Вдруг кому-то надо.
А я всерьез задумалась. Кого в самом деле мы можем продать? Выходило, что можно обменять нескольких самок перитонов, а продать тех же радужнохвостых белок. Их у нас довольно много. Свежий летний помет подрастает. Да и у рогатых зайцев молодняка достаточно.
Пока мы с Миртом обходили территорию, Чейн Алтович отмерил зелья и добавки, чтобы показать, что он что-то делает.
Я тогда отправилась в администрацию. Секретаря пока не нашли, так что на телефонные звонки отвечал тот, кто был ближе к телефонному аппарату.
Устроившись за секретарским столом, я, первым делом, заказала разговор с бабушкой. Соединить обещали в три часа дня. Надо не забыть. Потом, подумав, набрала Яса Ясовича. Вдруг у них завалялся очередной подранок, а он забыл мне сказать.
Мы с Ясом Ясовичем сначала от души поболтали. У него было свободное время, у меня тоже. И только после этого я уточнила про бестий.
— Да вот коза чья-то приблудилась. Не надо тебе? Хотя у нее еще может найтись хозяин, — хулигански заржал егерь.
— Хватит издеваться.
— А не надо было отказываться от крокотты. Я же сказал, локти кусать будешь.
— Ну и все! Я вас еще не простила за него. Так, чтобы срочно кого-нибудь там спасли и мне передали!
— Как скажете, госпожа!
Нафыркав на дядюшку, я бросила трубку. Где мне взять бестий?! Посмотрела на часы. Скоро начнут приходить остальные сотрудники. Успею еще позвонить отцу и поговорить с ним.
Отца уже дома не было, но дворецкий как всегда как-то хитро переключил звонок, и я смогла поговорить с отцом, который сейчас ехал на работу. Вот это уровень маготехники!
— Доброго утра, Розочка.
— Доброго утра, отец.
— У тебя что-то случилось?
— Да нет, ничего особенного. Просто выдалось немного свободного времени, захотелось посоветоваться.
— Я очень рад слышать твой голос и готов дать тебе совет, если это в моих силах.
— Спасибо. Я соскучилась. Не хочешь приехать к нам в гости? Посмотришь на наш новый дом.
— Я очень хочу увидеться с тобой и посмотреть ваш дом, но пока нет возможности. Я буду рад, если ты приедешь. С тобой очень хочет познакомиться мой отец, твой дед. Он уже заявляет об этом в ультимативной форме.
Я выдохнула, прикидывая, как и что. Беоффан Лаффрович понял, что я тоже не обладаю свободным временем, и неожиданно начал уговаривать.
— Розочка, вы с супругом хотя бы на несколько дней приезжайте. Дед уже старый. Очень хочет познакомиться с единственной наследницей.
Мне тут же стало стыдно.
— Хорошо, отец. Мы очень постараемся. Я тогда с Миртом посоветуюсь и позвоню, сообщу, когда мы сможем приехать.
— Да, доченька. Мы очень ждем.
Я даже забыла спросить про то, где бы раздобыть бестий. Отец, конечно, меня озадачил. Я как-то не собиралась сейчас никуда ехать. И с домом надо разобраться, и с бестиарием еще не все доделано. Точно с Миртом посоветуюсь. И нагло спихну на него, как на главу семьи, решение.
Скоро пришли девочки. Мика снова явилась в черном платье с прилизанными волосами.
— О! У тебя свидание!
— Роза, не начинай! — Мика бросила на меня недовольный взгляд. — Мне уже Рина высказала все, что про меня думает.
— Ну высказала, так высказала. У меня к тебе просьба.
— Что нужно найти? — сразу подобралась менеджер, предчувствуя интересную задачу.
— Найди нам бестий, — я умоляюще посмотрела на Мику.
— Ууу! — она вздохнула. — Сделаю все, что смогу.
Дверь администрации открылась, впуская директора.
— Родила? — встретило его вместо приветствия.
— Отстаньте! — разозлился Армурович. — Я уже сам бы десять раз родил, чем все это переживать! Это невозможно дождаться уже! А тут вы еще!
— Все! Молчим-молчим! — Рина с улыбкой выставила перед собой ладони в защитном жесте.
Сердитый директор направился в кабинет, но у самой двери остановился.
— Что у нас с секретарем? Почему бестиолог секретарствует?
— Эмуарль Армурович, ну не хотят к нам идти. Боятся.
— Прямо ни одной смелой безработной девицы в городе?
Мика только пожала плечами.
Я как-то побоялась сейчас лезть к Армуровичу, очень уж он был не в настроении, может, к обеду тогда. А тут ко мне подошла Мика. Я так и сидела за секретарским столом, отвечала на звонки. В наш кабинет не хотелось идти, там Чайник.
— Роза, — Мика подтащила стул и села рядышком, положила на стол исписанный листок. — Смотри, что мне удалось узнать. Я сначала стала обзванивать все подряд бестиарии. Начала с тех, что поближе. Ну, там или нет ничего, или предлагают перитонов.
— Да там все родственные.
— Точно! А потом я позвонила в столичный бестиарий. Там со мной даже разговаривать не стали. И тогда у меня появилась ценная мысль — найти такие же частные бестиарии, как наш. Таких оказалось довольно много. Там оказались гораздо дружелюбнее. А поскольку они находятся далеко, то не конкуренты. Вот что я узнала. Оказывается, есть некая база бестий. Она неофициальная. Туда присылают данные о лишних бестиях.
— Это как черный рынок что ли? — я нахмурилась.
— Нет. Все официально. Ты смотришь, кто тебе нужен, а потом звонишь в тот бестиарий и договариваешься.
— И кто эту базу организовывает?
— Ну... — Мика смутилась. — Я не знаю. Но менеджеры рекомендуют. Если ты согласна, можно заказать списки, только это не бесплатно.
— Мика, это какой-то развод, — я поджала губы.
— И ничего не развод, — обиделась она, что я не оценила добытую ею информацию. — Если ты не хочешь, я закажу за свои средства.
— Нет уж, пойдем к Эмуарлю Армуровичу.
Оказывается, директор тоже слышал где-то про эту базу, только замотался и забыл про нее. Он выделил средства на покупку списков.
— Да, — Мика повернулась ко мне, когда мы вышли от директора, — если ты хочешь кого-то продать или обменять, то бестии в базу заносятся бесплатно.
— Ладно, давай.
Мы сели и составили список, кого хотим продать или обменять. Внесли туда с десяток радужнохвостых белок, четырех рогатых зайцев, двух самок перитонов, в том числе одну молодую, но этих хотели обменять на других. Напоследок, я решила пошутить и продиктовала Мике еще и упырей.
Списки предлагали прислать по магической почте после оплаты. И я точно уверилась, что это мошенники.
Однако минут через сорок охранник привел курьера магической почты, тот принес конверт из толстой серой бумаги на имя Эмурля Армуровича. Директору пришлось расписаться, потом он передал послание в наши с Микой нетерпеливые руки.
— Осторожнее, а то растерзаете, так и не прочитав.
Мы перестали перетягивать бумаги со списками и синхронно покраснели, потом переглянулись и устроились за столом вместе. В списке было около пятидесяти бестиариев, в основном частных, не только арританские, но и из других стран. И что меня несказанно удивило — наш уже тоже был в списке.
Я с жадностью принялась читать списки выставляемых бестий, Мика тоже. Мы почти соприкасались висками. Бестиарии указывали цену или возможный вариант обмена. Также были данные о том, кто предки, какая линия, чтобы не допустить близкородственного скрещивания. Мы как-то не подумали и цену на наших не указали.
Предлагали в основном перитонов. Я отметила для себя нескольких самок, тех что хотели поменять на неродственных. Такой вариант нам очень подходил. Было много химер, грифоны, несколько виверн, но этих выставляли по полмиллиона арров. Столько у нас и не было никогда!
— Может вот? — Мика ткнула в список.
— Золоторунные овцы? — Да, разный домашний скот с магическими свойствами тут тоже был. — Нет. Дорого. Да и капризные они. И не редкие.
Редких, впрочем и не было. Из всего списка меня больше всего заинтересовали трехлапые лягушки. Это крупные, размером почти с курицу, химерные амфибии с магическими свойствами. Они внешне довольно интересные. Я видела фотографии. И это довольно редкие бестии. Предлагали взрослую пару. За обоих хотели двадцать тысяч арров. Мы в принципе тянули такую сумму. Но! Лягушки находились в Тидоре. Предлагали их забрать самовывозом. Во сколько же обойдется транспортировка? Еще минимум в пятьсот арров. Еще и документы на выезд в другую страну надо будет оформлять. Но лягушек уже хотелось.
Еще предлагали гарпий. Это уже в нашей стране. Даже не так далеко. И не очень дорого. Гарпии в принципе зрелищные, но вонючие, ужас. Придется делать какую-то защиту, не пропускающую запах. Да и стоит ли хватать всех подряд? Заполнишь вольеры, тут же что-нибудь интересное подвернется.
Мы с Микой со вкусом обсудили весь список. Она моего восторга от лягушек не разделила. С мыслями про гарпий согласилась.
— Они еще и гадят мерзко. Не надо гарпий. Давай вот лучше теленочка возьмем.
Голубой вотарский бык был из разряда волшебного скота.
— Не. Они здоровенные. Ему луг нужен, а не вольер.
Оставались только лягушки. Мика обещала позвонить, узнать, можно ли как-то договориться с доставкой. И договорилась! Тидорцы согласились обменять пару лягушек на всех наших упырей. Я, когда услышала, чуть не упала.
— Они серьезно?!
— Да.
ГЛАВА 3
Переговоры с бабушкой в тот день так и не состоялись. Она не явилась на переговорный пункт, о чем мне по телефону сообщила телефонистка. Да мне было и не до разговоров. Мы с Микой организовывали стратегический обмен.
Армуровичу вариант тоже понравился. Мы избавлялись от неинтересного экспоната, получали взамен чудесных лягушек. С нас была только доставка упырей. Лягушек нам пришлют бесплатно.
Менеджер чужого бестиария прислал Мике договор магпочтой. Вот только он оказался на тидорском.
— Где же я найду переводчика с тидоркого в нашем городе, — растерялась Мика.
Мы с ней бестолково смотрели на непонятные строчки символов чужого языка.
— С переводом они никак прислать не могут?
— Нет.
— А как же ты общалась с ними, если не знаешь тидорский?
— Там менеджер говорит по-арритански.
— Понятно. Значит, будем искать.
Но искать далеко не пришлось. У нас оказалось целых два знатока тидорского языка. Оказалось, им свободно владеет Еран Наурович. Затруднение у него вызвали только специфические термины. Но тут на помощь пришел Мирт. Он языком свободно не владел, хотя при необходимости объясниться мог, но зато знал всю нужную терминологию. У меня появился новый повод для того, чтобы гордиться мужем.
Еран Наурович, помимо бухгалтерии, еще и с юриспруденцией неплохо был знаком, так что сказал, что договор составлен верно, без всяких подводных камней. Какого все-таки сверхценного специалиста мне прислал отец.
— Ну, Еран Наурович! Какой же вы молодец! — похвалила я. — Сколько всего знаете и умеете! Не скучно вам в нашей глуши с вашими способностями?
Бухгалтер сильно смутился.
— Перестаньте, Роза Линовна. В этом нет ничего такого. А в вашем бестиарии мне очень нравится работать. Нигде еще не встречалось такой душевной атмосферы, — а сам украдкой на Мику косится.
— Ну что же, я рада, что вам, как и нам, нравится работать в нашем бестиарии.
К вечеру мы взаимно подписали договоры, а Мика нашла организацию, которая может отвезти в Тидор упырей. Находилась она, правда, в столице, но за хорошие деньги нам обещали приехать к нужному числу и забрать упырей. Перевозка выльется в приличные деньги, но гораздо меньше стоимости пары лягушек.
После того, как бестиарий закрылся, а все разошлись домой, я поймала Мирта, и мы принялись обходить территорию, сначала старую, а потом новую. Там пришлось потратить много времени, чтобы просто пообщаться с Облачком. Свинке было скучно без посетителей — не на кого попялиться. Она очень просила, чтобы уже начали запускать к ней людей, ну или завели кого-нибудь поинтереснее, чем перитоны.
— Мы очень стараемся, — вздохнула я. — Но человек, который живет вон в том доме, — я указала на дом Спатта Паутовича, — не дает нам разрешение на открытие. Да и как открываться, если тут только ты и перитоны. На что людям смотреть?
Облачко огорчилась. Она была вовсе не рада новому просторному жилищу, в котором было так скучно.
— Потерпи немного. Вот скоро лягушек поселим. А вредного человека из того дома уговорим не только подписать разрешение, но и прийти к нам работать.
Честно говоря, из-за того, что мы перевезли и перестали демонстрировать Облачко, поток посетителей заметно снизился.
Облачко с нами нехотя распрощалась, и мы отправились на старую территорию. Чейн Алтович ловко удалился вместе с менеджерами, так что мне не удалось его подрядить дежурить, а днем я была занята и не смогла поговорить с Армуровичем насчет увольнения обнаглевшего мага.
Мирт обрадовался, что мы будем дежурить. Я еще раз попробовала уговорить его пожить в гостинице.
— Нет уж. Я не стану переезжать. Если я сейчас отступлю, то страх перед домом так и останется.
— Ну смотри.
В принципе, с моей защитой больше насильное подселение духа ему не угрожало. Я не думала, что дух решится на такое, иначе давно бы ее поставила.
Первым, кого мы встретили на старой территории, был Ларон Палиевич. В новой униформе, которую мы заказали для всех охранников, он выглядел бодрячком и молодцом. Да и в целом выглядел здоровее и моложе, чем в тот раз, когда я пришла к нему в гости.
— Доброго вечера! — с улыбкой поздоровалась я.
Мирт меня поддержал.
— Доброго вечера, Розочка, Мирт, — обрадовался нам старый сторож.
— Как вы? Как ваше здоровье? Настроение?
— Да все чудно. Вот с Жиробасиком каждый день вижусь. Он, бродяга, сразу узнал меня. Обрадовался! Я помню, — он подмигнул Мирту, — что для дракона полезно.
Поговорили немного и разошлись по своим делам. А по дороге к администрации заметили любопытное зрелище — мантикорыш сидел в материной кормушке и под ее умильным взглядом что-то там мусолил.
— Он сам начинает есть! — обрадовалась я. — Скоро наши ночные дежурства закончатся!
— Это замечательно, — а вот Мирт довольным не выглядел.
Мы сходили в магазин, купили кое-чего поесть, попили чаю, когда вернулись. Перед этим выпустили из клетки и покормили Агешу, а потом взялись с Миртом вдвоем просматривать списки и заново обсуждать. Лягушек он всецело одобрил. Мы сидели рядом за секретарским столом, как днем с Микой, я украдкой косилась на профиль мужа, на то, как он заинтересованно пробегал строчки глазами, любовалась им. Он словно почувствовал мой взгляд, резко обернулся, встретился глазами, едва улыбнулся.
— Роза?
— Да?
Больше слов было не нужно. Губы потянулись к губам, дыхание смешалось... В дверь раздался грубый стук, внутрь заглянул Ларон Палиевич.
— Там какая-то машина большая под воротами сигналит. Случилось что-то что ли.
— Что там еще за машина? — я недовольно посмотрела на сторожа, со вздохом отодвинулась от Мирта.
— Я-то почем знаю. Подите да посмотрите.
Пришлось идти. Ларон Палиевич рысил сзади. У ворот обнаружился внедорожник егерей. У отрытой двери стоял Яс Ясович. Увидев нас, он пошевелился и подошел к калитке.
— Я уж думал, что вы меня не пустите.
— Что случилось?
— Да привез кое-что. И кое-кого. А то ты обещала обидеться за то, что я твою крокотту отдал. Вот, привез замену.
— Что?! — я замерла в восторге. — Новая бестия! Ура!
Мы открыли ворота, давая внедорожнику доступ.
Оказалось, что Яс Ясович приехал один. Первым делом он вытащил с переднего сиденья большую картонную коробку, из которой торчали разные ростки.
— Это вот мы тебе по мелочи накопали. Ты говорила, что хочешь разного из леса в вольеры посадить. Тут совсем молодые сеянцы, сажай туда, где не затопчут.
— Вот спасибо! А бестия-то где?
Но сначала ценные растения занесли в администрацию. А потом Яс Ясович выгрузил из багажника переноску. Там явно не мог находиться кто-то большой, это меня несколько расстроило. Только бы не какая-нибудь радужнохвостая белка.
— Кто это?
— Сейчас покажу.
Переноску мы затащили в ветеринарный кабинет. Все равно Картовичу завтра с утра осматривать бестию.
— Ну кто же там?
Я суть ли не приплясывала перед переноской.
Яс Ясович отщелкнул застежки и жестом фокусника снял верх переноски. Внутри обнаружился взъерошенный, помятый, очаровательный в подростковой неуклюжести петушок жар-птица.
— Еще один! — поразилась я. — Вы что их сами отлавливаете?!
Это чудо, еще даже не отрастившее себе хохолок и пышный хвост, сидело на дне переноски, пачкаясь в своих же какашках, и лупало на нас темными, не перецветшими глазищами.
— Нет. Этот дурак в развилке между двумя деревьями застрял и так бился, что повредил себе оба крыла. Явно поздний слеток. Жар-птицы-то к этому времени уже взрослые совсем, а этот недоросток еще.
— Ко?! — возмущенно сказал петушок.
— Вот тебе и ко, — ответил ему Яс Ясович.
Петушок открыл клюв, горлышко у него заходило туда-сюда, а потом попытался угрожающе на нас заорать.
Вышло у него... Мы долго смеялись, никак не могли успокоиться, перепугали бедную птицу. Петушок прижался к дну переноски, даже голову на пол положил, вытянув шею.
Я вздохнула и вытерла слезы.
— Что-то он какой-то рахитный. И облезлый. Перья вон и не светятся совсем. Других болезней, кроме повреждений крыльев нет?
— Наш ветеринар его осматривала, ничего вроде не нашла. Но она у нас пока недоучка. Так что карантин вам в руки.
— Ну спасибо.
— Угодил?
— Угодили. Несите еще!
Яс Ясович снова засмеялся.
Петушка снова закрыли в переноске, а потом перенесли обратно в машину, и Яс Ясович перевез нас к новой территории. Я решила, что карантинить новичок будет по месту постоянного пребывания. На новой территории все равно почти никого нет, расстояния между вольерами и клетками большие, а после старого самца осталась хорошо оборудованная клетка.
Выпущенный из переноски в новое место обитания, петушок, смешно переваливаясь на максимально вытянутых, прямых лапах, убежал и спрятался за корягами в дальнем углу.
Проводив Яса Ясовича, мы с Миртом принесли малышу еды и воды. Надеюсь, ночью он освоится и поест. Еще пообщались с заинтригованной свинкой, а потом пошли кормить мантикорыша. Однако, тот от бутылочки с молоком отказался, даже отказался выбираться из-под маминого бока.
— Он не голодный, — я проверила состояние детеныша.
— Значит, все-таки сам поел.
— Ну утром еще попробуем покормить. Посмотрим, что будет. Куда мы тогда? Домой? Или здесь останемся?
Мирт ничего не успел ответить, все сказало выражение его лица.
— Ты знаешь, что-то я так устала. Давай здесь поспим. А завтра с утра высадим то, что привез Яс Ясович.
— Если ты хочешь.
Я поцеловала мужа.
Утром мы высадили растения, привезенные Ясом Ясовичем. Их там оказалось не так много. Пара крошечных сеянцев молодильных яблок. Несколько елей, я чувствовала, что у них есть какие-то необычные свойства, но какие, пока было непонятно. А вот еще одно растение определила, это оказалась химерная сосна тюльпаноцветная. Довольно редкое растение. Оно было хвойным и при этом покрытосеменным. Каждую весну эта сосна цвела крупными махровыми алыми цветами, издающими очень приятный запах, из них потом образовывались не шишки, а плоды, похожие на небольшие гранаты. Внутри кожуры находились очень твердые орешки. Они использовались во многих зельях. Собственно из-за этих плодов растение и стало редким.
Одну из яблонек и ели высадили в вольер к Облачку, огородив частоколом из прутьев, и строго-настрого предупредив свинку, чтобы она не выковыривала их. А сосну и вторую яблоню посадили там, где предполагались зоны отдыха.
Последним в коробке остался совсем крохотный росток борамца. Я не сразу его разглядела за другими растениями, чуть не вытряхнула, тем более, что маленькие листочки были покрыты золотистым пухом и почти сливались по цвету с коричневым картоном. И где посадить эту редкость? Во взрослом виде борамец был похож на бабашка. Его даже иногда хищные звери ели. Если надрезать стебель, то тек красный сок, похожий на кровь. На открытое место нельзя, найдутся любопытные, которые будут лезть к «барашку» и выщипают весь пух, в вольерах же могут затоптать или повредить. Хоть в отдельный вольер сажай эту редкость. Посоветовалась с Миртом. Он сказал, что лучше на клумбу, на видное место, а клумбу огородить декоративной решеткой. Но пока посетителей на новой территории нет, можно просто какие-нибудь палочки вокруг воткнуть. Так и сделали. Все высаженные растения щедро напитали магической силой.
Проверили, как там новичок. Жар-птиц снова спрятался, но было видно, что он ел. При этом большую часть корма раскидал из кормушки, поилку опрокинул. Все рассыпанное и разлитое было перемешано с пометом. То ли петушок такой неуклюжий, то ли дурной. Надо не забыть предупредить Картовича, что у нас новенький и попросить его осмотреть.
Вернулись на старую территорию, а там Чейн Алтович вовсю работает, проверяет магический фон.
— Чейн Алтович! Какими судьбами?
— Перестаньте ерничать, Роза Линовна, — он был явно обижен. — Нажаловались директору, а теперь издеваетесь!
— Директор у нас и сам не слепой.
Он только фыркнул в ответ. Значит, Армурович сделал выговор обнаглевшему Чайнику. Посмотрим, как долго продержится это трудолюбие.
Мы стали уничтожать следы ночевки, я сворачивала одеяло, как вдруг Мирт сказал:
— Роза, я хочу с тобой поговорить.
— Что случилось? — тут же переполошилась я. — Ты все-таки хочешь переселиться?
— Нет. Мне звонила мама. У нее послезавтра День рождения. Она очень хотела бы видеть нас с тобой.
Я даже впала в некоторый ступор.
— Что? День рождения?! А что же ты раньше не предупредил?!
— Да мама не любит справлять Дни рождения и обычно никогда этого не делает. Но тут, видимо, решила использовать как повод, чтобы мы приехали к ней в гости.
Я за голову схватилась.
— Это же надо срочно искать подарок!!! Что твоя мама любит? Светлые силы, что же делать?!
— Розочка, не переживай так. Не нужно никаких подарков.
— Ага, не переживай. Ты — сын. Тебе, может, и не нужно, а я — невестка. Не подарю ничего, еще сто лет будут припоминать. И тебе советую найти, что подарить. Так что она любит?
Мирт как-то задумался.
— Ну... Она очень любит разные духи. Дорогие украшения.
— Так. Украшения...
— Роза. Не надо. Обычные она не любит. А нужного уровня мы не найдем здесь.
Но я уже садилась за секретарский стол и подтаскивала к себе телефон. Мама еще не должна была уйти на работу.
Долго шли длинные гудки, только потом послышался мамин хрипловатый со сна голос:
— Алло.
— Мама, здравствуй. Это Роза.
— Роза? Никак небо на землю свалилось, ты про мать родную вспомнила. Со своим поругалась? Ты знаешь, что я всегда жду тебя дома. Мы в твоей комнате ничего не трогали.
— Спасибо, мамочка. Нет, я с Миртом не поругалась. У меня другая проблема. У Миртовой мамы День рождения.
— Тааак, — у мамы пропал весь сарказм.
— У тебя сохранились контакты того дядьки, который делает шкатулки для украшений?
— Да. Я поищу, тогда запишу и с Афроном передам. Хорошо?
— Спасибо тебе большое!
— Ты бы лучше в деревне у кого-нибудь попросила вырезать. Там мастера получше.
— Нужно срочно! К послезавтра.
— Ох. Что же ты досиделась?! Со своей работой обо всем забываешь!
— Ну, так получилось. Я очень жду контакты!
Распрощалась с мамой и посмотрела на мужа.
— Будет роскошный подарок!
— Что за дядька?
— Он вырезает хранилища для драгоценностей из магических пород деревьев и поделочных камней. Мама покупала такую в подарок. Они не только красивые, но и обладают разными интересными свойствами. А кто вообще будет на этом Дне рождения? Что одевать? Что брать с собой?
— Не переживай. Только мы и мама.
ГЛАВА 4
Когда пришел Картович, я ему сообщила о новом питомце, и мы вместе пошли его осматривать.
Ветеринар оценил загаженный пол клетки.
— Это ж засранец какой-то!
— Вы осмотрите, может, у него что с желудочно-кишечным трактом. Все-таки поздний птенец.
Мы с трудом выковырнули молодого петушка из-за укрытий, он орал, сопротивлялся, но, когда Картович ухватил его руками в прочных кожаных рукавицах, вдруг обмяк, точно мертвый.
— Ты гляди какой хитрый! Я такого ни за кем из жар-птиц еще не замечал.
Пока ветеринар держал, я быстренько провела осмотр с помощью ведьмовского чутья, но патологий и болезней не нашла. Тогда я перехватила «дохлого» пациента и настала очередь Картовича. Он спокойно взял мазки, а потом приготовился брать кровь. Хорошо, что я как следует зафиксировала лапу и на всякий случай поставила небольшой щит. Только игла вошла под кожу, петушок ожил, задергался, клюнул щит в попытке добраться до Картовича. Ветеринар, уверенный в защите, спокойно работал. Стоило извлечь иглу, как пациент снова распростерся в моих руках. Картович его тщательно осмотрел, замерил, записал данные.
Когда мы выпустили страдальца и вышли из клетки, он резко пришел в себя. Вскочил, отряхнулся, высказал нам что-то нелицеприятное и убежал прятаться, переваливаясь на выпрямленных ногах. Бегал он настолько потешно, что не улыбнуться было невозможно.
Картович не удержался и засмеялся. Из укрытия показалась головка на тонкой шейке, петушок снова нас обругал и исчез.
— Что-то мне кажется, что это не жар-птица. Слишком поведение не характерное.
— Да, я тоже обратила внимание. Думаете, химера?
— Не знаю. Вот результаты анализов придут, там посмотрим. Но уж больно умен. А смешной какой. Может, просто уникум такой. Крылья я осмотрел. У егерей ему хорошо шины наложили, я трогать не буду, пусть так заживает.
После того, как доложилась директору про нового питомца, петушка пошли смотреть еще и с ним. Также я показала наших новых растительных питомцев. Армурович идею, оградить борамец легкой решеткой, одобрил. Осталось это осуществить.
Днем я связалась с мастером-резчиком, он обнадежил, сказал, что у него есть несколько вариантов на продажу. Я отпросилась у Армуровича и поехала. Мирта не взяла, решила положиться на свой вкус и чутье.
На выбор было четыре шкатулки, без всяких вырезанных узоров, только природный рисунок самого камня. Две из пейзажных агатов, одна из змеевика и одна из сердолика. Агатовые смотрелись наиболее нарядно, мне сразу одна глянулась, но только не для подарка, а для себя, но сейчас не до лишних трат. А вот Миртовой маме я решила купить из сердолика, как-то он у меня больше с ней ассоциировался. Шкатулка была небольшая, где-то с раскрытую ладонь размером, внутри выложена красным бархатом. Деревянных в этот раз не было.
— Модель рассчитана на одаренного, — пояснил мастер. — Будущий владелец должен напитать шкатулку магической энергией, и после этого открыть ее сможет только он. Вы для одаренного берете?
— Да.
Шкатулочка вылилась в приличную сумму, но я была довольна. Мне ее упаковали в красивую деревянную лакированную коробочку с выжженным знаком мастера, которая сама по себе могла быть подарком для кого-то попроще, чем свекровь.
Так что в бестиарий я вернулась довольная. Там ждали хорошие новости. Мантикорыш снова поел сам. Мы с Миртом подумали и вечером, закончив работу, пошли домой. Муж немного побаивался, но виду старался не подавать, на выходе нас перехватил Валт Горович.
— Мирт, ты уже уходишь?
— Да.
— Там на завтра надо рулоны сена сверху снять, а что-то все разбежались, я один не осилю. Поможешь?
Мирт уже переоделся в городскую одежду, но отказать старшему смотрителю он не смог.
— Роза, подождешь? — спросил муж.
— Давай я лучше домой пойду и покушать приготовлю.
— Да? Это было бы замечательно.
На самом деле я хотела осмотреться в доме, все ли там в порядке. Агеша остался с Миртом в бестиарии.
Я быстренько заскочила в магазин к Норе, купила свежего хлеба, сливочного масла, творога, молока и всякого по мелочи, чтобы наскоро поужинать и завтра с утра перекусить. Мирт предлагал отправляться в столицу уже завтра вечером. Надо позвонить отцу и предложить встретиться, а то не знаю, когда мы еще выберемся в столицу.
Когда проходила мимо новой территории, так захотелось туда зайти, посмотреть, как там новичок, но времени много потеряю, а еще ужин готовить. А то еще Облачко остановит поболтать. Так что направилась прямиком к дому.
Сырников надо нажарить. Ими и поужинать можно, и на завтрак останутся. Только не забыть Мирта попросить их стазисом накрыть. По дороге я смотрела под ноги, тротуары здесь не самые хорошие, есть и ямки, и трещины, и выступы, так что подняла глаза, только дойдя до наших ворот, и обалдела. Даже глазам не поверила, поставила сумки и потерла веки. Между нашим и соседским домом стояли моя бабушка и Спатт Паутович и мило беседовали. Бабушка изменила своей привычной кацавейке и штопанной юбке, принарядилась в бордовое бархатное платье, украшенное черным кружевом, черные туфли на низком каблуке и черную кружевную шляпу. Рядом с ней стоял большой бордовый чемодан на колесиках, я такого у нее не помнила, кажется, это подарок от моего отца. Почувствовав мой взгляд, бабушка оглянулась.
— А вот и моя внучка, — сказала она соседу. — Рада была познакомиться, Спатт Паутович.
— Взаимно, взаимно, Дита Геаровна, — он склонился и поцеловал бабушке руку.
Она милостиво кивнула.
— Совсем ведь молодые без нас, стариков, ничего не могут, — на показ покачала бабушка головой. — Приходится помогать.
— Так на то мы и надобны, Дита Геаровна, — даже с какой-то подобострастностью поддакнул ей сосед.
Удивительное дело! На меня фыркал, а бабушке, матерой ведьме, умильно улыбается.
— Могу я воспользоваться вашим гостеприимством, Спатт Паутович? Внуки-то в доме еще ничего не оборудовали, кроме своей спальни. А я слишком стара, чтобы на полу спать. Не выгонять же молодых из супружеского ложа. Могу ли я у вас переночевать?
— Милости прошу! У меня три гостевые спальни! Выбирайте любую! Ремонт не так давно был.
Бабушка милостиво улыбнулась и похлопала Спатта Паутовича по руке.
— Вы очень милы.
Было уже темновато, но я могу поклясться, что дед покраснел. Бабушка стрельнула в него глазками и посеменила ко мне. Я судорожно принялась искать в сумке ключи, отперла ворота, подняла сумки с дорожки.
— Бабушка! Здравствуй! Почему ты не предупредила, что приедешь?! Я бы тебя встретила! Я тебе звонила вчера, ты на переговоры не пришла.
— Погоди тараторить. — Мы вошли за ворота. Бабушка остановилась и принялась оглядывать дом. — Хорошее жилье, большое. Внуков много поместится. Чтобы много мне нарожали наследников, а не как мать с бабкой по одной девке! Надо же кому-то наследие передавать. Вдруг будет хоть кто-то согласный мою науку перенимать.
— Ба! Ну сейчас же не к месту это! Ты мне лучше объясни...
— Да, не пришла на переговоры. Как Щепка квиток принес, так душа не на месте у меня была. Я подумала-подумала, да все-таки ехать решила. А то ты, неуч, натворишь еще что-нибудь.
— Чутье тебя, бабушка, не обмануло. Случилось у нас много всякого. Нехорошего.
Я отперла входную дверь и пропустила бабушку внутрь, но она первой входить отказалась.
— Ты хозяйка, ты и заходи.
Я пожала плечами и вошла.
— Прикрой дверь, пожалуйста. Ну, вот это вот наш с Миртом дом. Пойдем на кухню, я ужин приготовлю.
— Ох ты! — бабушка обратила внимание на лестницу. — Так у вас там еще этаж! Хорош домик, хорош.
— Бабушка, ты лучше расскажи, как тебе удалось очаровать нашего соседа? Он же ведьмоненавистник.
Она посмотрела на то, как я ставлю сумки на стул и начинаю выкладывать продукты на стол.
— Что-то хозяйствуешь ты скудно. А то приехали бы ко мне, овощей бы взяли, солений.
Она открыла дверцу одного из шкафов и заглянула внутрь. Там, после буйства духа, ничего не осталось. Бабушка подошла к столу и сдвинула пальцем коробку творога.
— Сейчас сырники пожарю, поужинаем.
Бабушка посмотрела на меня исподлобья.
— Бедный твой мужик.
— Ох, бабушка. Ты не представляешь, какой бедный, — и я принялась рассказывать о событиях позавчерашней ночи.
Бабушка присела к столу и слушала. Я же не могла сидеть спокойно, помыла руки, достала миску, высыпала в нее творог, добавила остальные ингредиенты, разогрела сковороду и обнаружила, что растительное масло дух тоже уничтожил. Пришлось жарить на сливочном.
Бабушка, глядя на мои действия, только языком цокала. Я давно привыкла к ее характеру, так что не обращала внимания, главное, чтобы она помогла с духом справиться.
Скоро я переложила готовые сырники на тарелку и поставила чайник.
— Я уж подкреплюсь, пока горяченькие, — бабуля ругала мою стряпню, но отложила себе три сырника, — не буду ждать мужа твоего.
— Кушай, бабушка. Сейчас чай заварю.
Наверху послышался шум.
— А вот и Мирт.
Муж сразу догадался, где нас искать, но первым вниз слетел Агеша. Он приземлился на пол, потом важно прошагал на кухню и взлетел на спинку стула.
— Привет, милок.
Пока я заваривала чай, бабушка успела скормить ворону пару сырников, пришлось убрать тарелку со стола, а то нам с Миртом ничего не останется.
Спустившийся на нулевой этаж Мирт оторопел, увидев меня в компании бабушки.
— Доброго вечера, — однако вежливо поздоровался он. — Приятный сюрприз. С приездом. А то Роза сказала, что вы не выходите на связь.
— Как не выхожу?! Вот вышла да приехала к вам. Садись давай, чего стоишь. Сейчас тебя жена кормить будет.
Мирту пришлось согнать фамилиара со стула, чтобы сесть.
— Благодарю.
Я быстро накрыла на стол. Бабушка уже все съела и теперь ждала чай. Я нарезала свежий хлеб, поставила на стол сливочное масло и сахар.
Бабушка тут же насыпала себе пять ложек сахара в чай, а потом взяла ломоть хлеба и стала тщательно намазывать маслом. Она вроде была поглощена этим занятием, но я чувствовала, как ее ведьмовская сила окутывает Мирта.
За ужином беседовали обо всем, кроме той проблемы, из-за которой приехала бабушка. Она расспрашивала про бестиарий, про дом, про то, как мы живем. Мирт рассказал ей, что мы завтра вечером отправимся в столицу, поздравлять его маму.
— Вы же останетесь здесь на время нашего отсутствия? — спросил Мирт.
— Нет, домой завтрева поеду. Сегодня все надо сделать. Тебе, соколик, есть где переночевать?
Мирт несколько опешил от перемены темы.
— Как это где-то переночевать?
— Да так. Если негде, пойди к соседу вон. А нам с Розой тут по уголкам пошуршать надо.
— А... Ладно. Я тогда пойду в бестиарий подежурю.
— Погоди! Я тебе сейчас с собой перекус какой-нибудь соберу! — засуетилась я.
— Вы б уж тогда переселялись бы сразу, в свой бестиарий. Зачем вам еще и дом?
— Мы подумаем над этим предложением, — хмыкнул Мирт.
Вскоре он и вправду ушел. Агеша хотел полететь за ним, но бабушка резко скомандовала:
— Стоять! Помогать нам будешь!
Ворон вернулся.
— Прибери со стола все, да порядок наведи, — велела мне бабушка. — Негоже важное дело начинать, если непорядок какой есть.
Я покивала и шустро навела на кухне порядок.
— А Мирта обязательно было убирать? — спросила я.
— Да. Он и так мужу твоему уже порядком нагадил. Если будем изгонять, опять в него вселиться может.
Бабушка между тем переоделась, сменив нарядную одежду на повседневную.
— Где он чаще всего проявляется?
— Чаще всего шумит ночью возле нашей комнаты. И на кухне все портит.
— А помер где?
— Этого я не знаю.
— Ничего, найдем сейчас.
Бабушка, согнувшись в при погибели, будто вынюхивала что-то, как собака-ищейка. Я не пыталась отследить как-то ее действия с помощью способностей, это могло ей только помешать. Если бы бабушке было нужно, она бы велела мне следить сама.
Я очень опасалась, что то самое место обнаружится где-то на верхнем этаже или вообще в нашей спальне, но, к счастью, бабушка остановилась возле лестницы на второй этаж.
— Здесь, — она указала пальцем вниз. — Так. Убирай эти половики.
Я живо собрала с пола ковры и оттащила в сторону. После этого мне еще пришлось там подмести и тщательно вымыть полы. После этого бабушка принесла свой саквояж, достала из него мел и черные свечи. Ловко нарисовала большой ровный круг, так что мы вдвоем с ней в него свободно поместились, после чего расставила на равном расстоянии по меловой границе восемь свечей. Чтобы зажечь их, бабушка использовала спички. На каждую свечу по одной спичке. Агешу она велела мне посадить на плечо.
— За моей спиной встань, — сказала бабушка.
Я послушалась. Бабушка начала что-то начитывать речитативом вполголоса, я не понимала почти ни слова, потом она добавила жесты. Сначала ничего не происходило, потом стало заметно, что в очерченном бабушкой круге по-прежнему светло, а вокруг будто наступили сумерки. Мир серел, краски выцветали. Я боялась сильно шевелиться, чтобы не помешать бабушке, но вот она закончила говорить и опустила руки.
Вокруг было не только темно, мир за пределами круга теперь выглядел странно и неправильно. Будто мы стояли во мраке и только спереди, куда падал взгляд, был круг света, слабого, но позволяющего увидеть хоть что-то. Бабушка, не оглядываясь, ухватила меня за руку, потом начала поворачиваться вокруг своей оси, заставляя меня сделать то же самое.
Мы так двигались, и круг света перемещался вместе с нами, выхватывая из темноты мебель, свернутые коврики, перила, двери. Все было серым и едва различимым. Таким же был и силуэт человека у стены в углу. Едва видимый, только глаза почти белые с черными точками зрачков, он вжался в стену, словно старался слиться с ней. Бабушка тоже его заметила, сжала до боли мою руку и снова принялась что-то начитывать.
Мрак вокруг становился гуще, а пятно света, напротив, ярче, у человеческой фигуры начали проявляться черты лица. Скоро стало видно, пусть и в черно-серых цветах, что перед нами молодой мужчина. Вроде бы Спатт Паутович говорил, что бывший владелец дома умер в почтенном возрасте, но духи чаще выглядят на тот возраст, на который себя ощущают. Помню, дух новорожденного олененка-перитона, умершего при родах из-за патологии, выглядел как полугодовалый.
Бабушка чуть повернулась ко мне, сделала какой-то знак глазами. Чего она хочет-то? Бабушка добавила жест рукой, будто что-то стряхивает пальцами. Она хочет, чтобы я его изгнала что ли? Я же только путь умею указывать. Я судорожно затрясла головой в отрицании, даже отодвинулась, чуть не вывалившись из круга. Бабушка только укоризненно головой покачала, потом с тяжелым вздохом обернулась к духу, воздела руки, зашептала, заухала. Звуки странно искажались, будто не одна старушка говорит, а сразу несколько человек, голоса переплетались.
Дух что-то почувствовал, вжался в стену еще сильнее, потом впился