Призраки завтра. Дарья Иорданская

Оглавление

• ГЛАВА 1. 15 декабря 2023 года
• ГЛАВА 2. 16 декабря 2023 года
• ГЛАВА 3. 16 декабря 2023 года
• ГЛАВА 4. 16 декабря 2023 года
• ГЛАВА 5. 16 декабря 2023 года
• ГЛАВА 6. 17 декабря 2023 года
• ГЛАВА 7. 17 декабря 2023 года
• ГЛАВА 8. 17 декабря 2023 года
• ГЛАВА 9. 18 декабря 2023 года
• ГЛАВА 10. 18 декабря 2023 года
• ГЛАВА 11. 18 декабря 2023 года (вероятно)
• ГЛАВА 12. 18 декабря 2023 года
• ГЛАВА 13. 18 декабря 2023 года (вероятно)
• ГЛАВА 14. 18 декабря 2023 года
• ГЛАВА 15. 19 декабря 2023 года
• ГЛАВА 16. 19 декабря 2023 года
• ГЛАВА 17. 19 декабря 2023 года
• ГЛАВА 18. 19 декабря 2023 года
• ГЛАВА 19. 20 декабря 2023 года
• ГЛАВА 20. 20 декабря 2023 года
• ГЛАВА 21. 21 декабря 2023 года
• ГЛАВА 22. 22 декабря 2023 года
• ГЛАВА 23. После 1 января 2024 года
• ГЛАВА 24. 10 января 2024 года

\

   Призраки завтра,

   Лао-цзы

ГЛАВА 1. 15 декабря 2023 года

3 день 11 лунного месяца

   17-30, час Петуха

   Сквозняк. Порыв ветра распахнул дверь, натужно скрипнувшую, и по помещению магазина пролетел холодок, тронувший голые лодыжки. По каменным плиткам пола, истертым временем, скользнула поземка.

   - Носки надень, неслух!

   Скрипучий голос Бабули досаждал сильнее любого сквозняка, но у него были и свои плюсы: когда говорила она, почтенный матриарх семьи Е, все прочие почтительно замолкали, прятались по углам, сливаясь с тенями.

   - Шерстяные, с тем узором... ну, ты знаешь! Я вязала.

   - Бабушка, - вздохнул Шисан, поднимая голову от работы и вглядываясь в полумрак магазинчика, - тех носок нет уже и в помине лет тридцать. И я бы все равно их не надел.

   - Шерсть яка.

   - Да хоть шерсть бойи1! Бабуля, я это не надену.

   - Неслух!

   - Я уже большой мальчик, Бабуля, - напомнил Шисан, возвращаясь к работе, - мне уже тридцать.

   - Вот именно!

   Шисан бросил короткий взгляд на часы. Циферблат, подсвеченный зеленым, показывал половину шестого. Самое время заканчивать и отправляться домой. В пятницу людей в магазинчике было немного, это не говоря уже о том, что в услугах семьи Е все меньше и меньше нуждались. Родители Шисана когда-то полагали, что в наступившие времена люди будут становиться все рациональнее и рациональнее, пока не утратят совсем веру в сверхъестественное. Это, конечно, не уничтожит голодных духов и глых призраков, но ослабит их, ибо питаются они прежде всего страхом и собственными сожалениями, а на одних сожалениях долго не протянешь. В действительности же одни суеверия сменились другими, и к гадателю обращались со все большей неохотой, предпочитая модных «интренет-фэншуистов», которые разбирались в фэн-шуй еще хуже, чем Шисан, скажем, в бейсболе. Ну а кто-то и вовсе охотнее верил в инопланетян, чем в демонов, хотя по сути это было одно и то же: чуждая, неподвластная человеку сила.

   Шисана это только радовало. Сначала дорогу к магазинчику семьи Е забудут люди, затем и призраки уйдут, и все закончится. Возможно, сам он будет еще не слишком стар, чтобы насладиться жизнью.

   - Ты ей, можно подумать, не наслаждаешься! - взровалась Бабушка.

   Шисан поморщился. Он совсем позабыл, что, будучи главой семьи, Бабуля может с легкостью прочитать его мысли, даже не подходя ближе. Но она все же приблизилась, и он ощутил неприятный холодок, прикосновение призрачных пальцев к затылку. Настойчиво, Бабушка повернула его голову, заставляя посмотреть на округлую стеклянную вазу, полную цветных шариков: красный, черных, зеленых.

   - Многовато желтого2, - сварливо заметила Бабушка.

   На этот Шисан предпочел не отвечать. Глупо было напоминать, что они относятся не просто к разным поколениям — эпохам, и сейчас подобное уже в порядке вещей. От молодых людей не ждут целомудрия, даже показного. Скромность, конечно, приветствуется, но на взгляд Шисана мало что было хуже фальшивой скромности. Он предпочитал честность во всем, что его касалось, и ни одну из своих подруг не обманывала, обещая нечто несбыточное.

   Хотя... взгляд зацепился за шарики и невольно пересчитал их. Девять желтых. Пожалуй, перебор. Особенно учитывая, что близился конец солнечного года, а в памяти ни одного имени не осталось.

   Необходимость подсчета моральных прибылей и убытков и подведения балланса до того, как солнце завершит свой годовой круг, было одной из самых неприятных особенностей семьи Е. И вековой опыт подсказывал, что к этому не следует относиться легкомысленно.

   - Ты восемь раз отказывал в помощи, - принялась Бабушка перечислять достаточно безжалостно. - Ты разбил сердце по меньшей мере трем девушкам!

   - Я еще и комаров летом прихлопнул несколько дюжин, - пробормотал Шисан и заработал подзатыльник, призрачный, но от этого не менее ощутимый. Прочие члены семьи, все еще прячущиеся по углам, заволновались в предвкушении зрелища. Шисан был одним из немногих, кто решался перечить Бабушке, вступая с ней в продолжительные перепалки. Когда приходится коротать загробную вечность в тени и сумерках, что угодно сходит за развлечение.

   - Ты — тринадцатый3 в семье Е, - вздохнула Бабушка, и кожи коснулся скорбный холодок. Она стояла совсем рядом. - И я уже смирилась с тем, что ты — последний. Я уважаю твой выбор, но я не приниаю твоего поведения. Если уход твой не будет достойным, если за свою жизнь ты накопишь достаточно дурного, то вся семья от этого пострадает, и некому будет отмолить твой грех. Этого ты хочешь? Вечных мучений для всех твоих предков?!

   Начала Бабуля, слов нет, хорошо, но в конце концов скатилась в обычную свою театральную патетику. Водился за ней такой грешок: в свободное время, а этого у древнего уже призрака было навалом, она прошмыгивала в ничем незащищенные соседские дома и смотрела с упоением мелодраматические сериалы. Особенной популярностью у Бабули в последние несколько лет пользовались корейские, и при упоминании некоторых имен и названий у Шисана даже глаз начинал дергаться. Фанатеющая от айдолов трехсотлетняя старуха-призрак — что может быть хуже?

   - У тебя есть шесть дней, чтобы все исправить! - Бабуля отвесила новый подзатыльник, но на этот раз Шисан сумел от него увернуться. - Ты должен совершить что-то крупное, спасти жизнь, или даже две, если не хочешь попасть в неприятности, мальчишка.

   Последовала пауза, а затем Бабуля самым зловещим тоном добавила:

   -А если нет, так я их тебе устрою!

   В этом Шисан ничуть не сомневался.

   Он отложил кисть, все равно работа не шла, опустил крышку бюро и поднялся, потягиваясь. Со временем он научился воспринимать призраков, как фон, отдаленное гудение насекомых, назойливое, но не слишком опасное. Он видел их с детства повсюду, а к такому рано или поздно привыкаешь, и бледные тени перестают казаться такими уж страшными. Главное не присматриваться, чтобы не разглядеть тех, на кого по-настоящему больно смотреть.

   - Я что-нибудь придумаю.

   Снова скрипнула дверь, распахнувшись под сильным порывом ветра, холодного, мертвенного, дующего прямиком с иных, пустых полей, поросших красными цветами драконьей лапы4. Шисан обернулся, ощущая странное недоброе предчувствие. Посланники с пустошей Диюй5 не приносят добрые вести. Из морозной дымки возник невысокий плотный силуэт, маленький, неуверенный в себе паренек помоложе Шисаня, переминающийся с ноги на ногу и попискивающий подошвами модных кроссовок. А сквозь него проступали призрачные очертания красивой и очень растерянной девушки. Шисань бросил взгляд на часы.

   Шесть. Середина часа петуха. Сегодня — благоприятное время для обращения за помощью.

   * * *

   Все, казалось, подернуло туманом. И в голове ее был туман. Она не знала, кто она такая, как ее зовут, где она находится. Иногда из сумрака проступали едва узнаваемые очертания города, и почти сразу же пропадали. Она жила здесь когда-то? Или же просто бывала раньше?

   Люди... Люди тоже встречались ей на пути, но они ее не видели, а она не могла к ним прикоснуться. Была ли она бесплотной, или же люди — сотканные из тумана миражи?

   Пожалуй, единственное, что она могла сказать с уверенностью: мертва. Она мертва, и бродит где-то на границе миров, не способная пройти дальше. Что там за «дальше» и куда надо стремиться она толком не знала. Свет? Ангельское пение? Мост Найхэ-цяо?6 Она не знала, и все, что ей оставалось, это бесцельные скитания среди сумрака.

   Иногда из тумана возникали ориентиры, напоминающие неоновые вывески, яркие, кричащие, но пугающие ее. Она сторонилась такого. Один или два раза ее привлекал звук храмового колокола, но приблизиться не удавалось. Он все время ускользал, терялся, таял в плотном влажном сумраке.

   А потом на какое-то мгновение она обрела вдруг твердую почву под ногами. Едва не потеряла ее. Удержалась с трудом, балансируя, как акробатка на канате. Дорога была до того узкой и хрупкой, что пропадала почти каждое мгновение, ощущаясь лишь изредка, точно биенье сердца. Тап-тап-тап. Мерное и прекрасное. Она боялась идти быстрее, чтобы не потерять эту дорогу. Двигалась медленно, опасливо, прислушиваясь, нащупывая растворяющийся в небытие путь. Спустя целую вечность она увидела дверной проем, косяк из очень старого дерева, покрытый порядком облупившейся зеленой краской. Распахнутую дверь с криво наклеенным перевернутым «счастьем». И человека.

   Он был невероятно красив. Она не видела никого настолько красивого в своей жизни: высокий, стройный, грациозный. С тонкими и правильными чертами лица, словно у старинной статуи. Он походил на киноактера, определенно, хотя она и не могла вспомнить ни одного.

   А еще он тоже ее не видел.

   Из груди вырвался разочарованный вздох. Подумалось отчего-то, что ей и при жизни, должно быть, не везло с парнями. Такие вот красавцы не обращали на нее внимания. Наверняка она бегала за кем-то в старших классах, еще совсем недавно, или в университете — она ведь еще совсем молода, верно? - пыталась подсунуть любовное письмо в шкафчик. И провалилась.

   По коже пробежал холодок, и словно что-то отделилось. С нарастающей брезгливостью она поняла, что через ее бесплотное тело прошел человек. Словно в насмешку он был маленький, худенький, в безразмерном нелепом пуховике и огромных кроссовках, распухших, похожих на клоунские ботинки. Она всегда такие терпеть не могла.

   - Г-господин Е?

   - Заходите, - спокойно прозвучало в ответ.

   Она также шагнула внутрь, но не смогла продвинуться дальше порога. Что-то держало ее. Хотелось войти, прикоснуться, обнять. Она отчего-то знала, что этот человек ей сможет помочь отыскать себя. Но пути вперед не было.

   А мелкий прошел спокойно, поскрипывая дурацкими своими кроссовками и взобрался на предложенный табурет. Хозяин — господин Е — сел напротив, вытянув длинные ноги в старомодных тапочках с вышивкой, скрестил руки на груди и кивнул.

   - Рассказывайте.

   Гость промямлил что-то нечленораздельное.

   - У вас есть час, - безжалостным тоном сообщил господин Е. - Час собаки уже не годится для просьб о помощи.

   Гость помялся еще немного и наконец представился, но имя его даже в памяти не отложилось, до того оно показалось неважным. Она стояла на пороге и рассматривала господина Е.

   Впрочем, к истории она в конце концов начала прислушиваться, та была о призраках.

   - Мой друг... мы вместе учимся... в общем, у него появилась подружка. Красивая такая. Мы сначала обрадовались, у него вечно с девчонками не ладилось, а тут настоящая принцесса. И имя прям как у этой, героини старинной — Мудань7.

   - Мулань, - поправила она с тихим смешкой. - Мулань ее звали, дубина ты. Героиню.

   - Ну, в общем... Все было хорошо сначала, а потом... мой приятель, в общем, он начал болеть. Мы сначала думали, вирус какой-то, все в таком духе. А потом мы заметили, что его подружка странно себя ведет. И в общем... Мы не смогла найти, где она живет. Проследили ее до кладбища, и там она пропала.

   - Призрак? - господин Е изогнул одну бровь.

   - Н-не знаю... - неуверенно пробормотал жалкий. - Но мне посоветовали вас. Дядя. Сказал, если что-то странное творится, всегда надо идти в магазин семьи Е.

   - Адрес, - господин Е подвинул по прилавку небольшой блокнот и ручку. - Друга. Я навещу его.

   - Но... нужно спешить... наверное...

   Хозяин посмотрел на часы, затем причудливо пошевелил пальцами.

   - Я навещу его завтра около часа дня.

   - Но...

   - Блогоприятный час, - спокойно, но тоном не предполагающим споров сообщил господин Е. - Я буду у вашего друга завтра около часа дня.

   - А...

   - Об оплате мы поговорим, когда будет результат. Вот. Моя визитка, - выудив из ящика стола, господин Е протянул гостю кусок зеленоватого картона. У него были длинные, красивые пальцы, и она невольно залюбовалась и упустила момент, когда жалкий снова прошел через нее.

   Ощущение было не из приятных. Какая-то особенно противная разновидность щекотки. Ее передернуло. Боясь покинуть это сияющее место и этого красивого мужчину, она обернулась через плечо, но маленький нелепый человечек в пуховике и огромных кроссовках уже скрылся в тумане.

   - Ерунда какая-то... - пробормотала она. - «Некий студент, овдовев, предался тоске...»

   Она и сама не знала, откуда в памяти возникли эти строки. Но они были хорошо знакомы. Она знала эту легенду о студенте и призраке красавицы с пионовым фонарем.

   - Там все плохо закончилось.

   - Все нравоучительные истории заканчиваются одинаково.

   Мягкий голос прозвучал совсем рядом, над ухом. Она обернулась, едва не подпрыгнув от неожиданности, и пришлось запрокинуть голову. Он был высокий. Просто огромный. Головы на полторы выше. И все такий же красивый вблизи, хотя теперь она могла разглядеть небольшие шрамы на левой щеке и у виска и несколько нитей седины в небрежно падающих на лоб темно-каштановых волосах. На подбородке у него была родинка, показавшаяся до того привлекательной, что сразу же захотелось коснуться ее губами. Она даже привстала на цыпочки, но вовремя остановилась.

   - Ты... ты видишь меня?

   - Это не такая уж редкость.

   Она протянула руку, ткнула господина Е пальцем в плечо, ожидая как всегда провалиться в пустоту. Плечо оказалось плотным и теплым.

   - Ты! Я могу тебя коснуться.

   - Как и я, - господин Е вдруг сжал ее плечи, после чего развернул и вытолкнул за порог. - Всего хорошего.

   Под ногами разверзлась пустота. Она поняла, что если сейчас уйдет, то больше никогда уже не найдет дорогу к этой двери. Никуда не найдет дорогу и обречена будет вечно скитаться в тумане. Развернувшись, она бросилась назад, но только снова наткнулась на невидимую стену. Господин Е уже ушел вглубь магазина и возился там, запирая шкафы и старинную кассу.

   - Постой! Помоги мне! Ты же можешь, верно? Если что-то странное творится, нужно идти в магазин семьи Е, так?

   - И что творится странного? - спросил господин Е, не скрывая насмешку.

   - Ну... вокруг туман. Я ничего не помню, даже своего имени. Меня никто кроме тебя не видит. И все такое странное и бесплотное...

   - Ты умерла, - спокойно сказал мужчина. - Так что все совершенно нормально. Совершенно ни-ка-ких странностей.

   - Я знаю, что умерла, - кивнула она, хотя из уст чужого человека эти слова прозвучали обидно и горько. - Но почему я не пошла... ну, куда я там должна пойти? Почему я брожу тут?

   - Есть масса причин, по которым человек после смерти может стать блуждающим духом, - пожал плечами господин Е. - Сожаления. Страсти. Невыполненные обещания. Насильственная смерть, оставленная без отмщения. Выбирай любую и иди себе дальше.

   - Но... я так не могу!

   Слова человека, в которого она почти влюбилась, звучали до того жестоко и обидно, что она разозлилась. И злость, должно быть, придала ей сил, потому что медленно, шаг за шагом она преодолела невидимую стену и снова встала с господином Е практически лицом к лицу. Ну, если, конечно, она заберется на табуреточку, или он соизволит нагнуться. Она видела в v-образном вырезе его дымчато-серого свитера ровные, красивые ключицы, и снова «поплыла». Пришлось головой тряхнуть, чтобы собраться с мыслями.

   - Помоги мне! Это... как его... добрые дела полезны для кармы.

   - Да, но я не помню среди негативных действий8 «выставления призрака за дверь», - спокойно парировал господин Е. Затем он замер, чуть склонив голову и словно к чему-то прислушивась, после чего кивнул. - Ладно. Идем за мной.

   - К-куда? - ей стало страшно. Подумалось отчего-то, что в арсенале господина Е наверняка должны быть средства для изгнания духов. Какая-нибудь там мантра, мандала, колокольчик и тому подобное.

   - На двор. Магазин закрывается, часы работы окончены. Я устал и хочу есть.

   Пройдя мимо, господин Е запер входную дверь, а затем снова прошел через весь магазин и скрылся за шелестящей шторой из бамбуковых и каменных бусин. До нее донеслось приглушенное: «Ты идешь?»

   - Да! Да!

   Она бросилась вперед и удивилась тому, что штора весьма ощутимо ударила по груди и плечам. Она была почти плотной. А во дворе было холодно, и шел снег. Он ложился на каменные плитки, которыми было вымощено небольшое почти идеально квадратное пространство, и поскрипывал под ногами. Слева росла хурма, усыпанная оранжевыми плодами. Справа высились огромные керамические горшки, должно быть с соусом. Впереди приветливо горела желтым теплым огнем распахнутая дверь.

   - Ну, ты идешь? - снова донеслось до нее, и она прибавила шаг, пересекая двор.

   Дверь вела на небольшую кухню, в которой причудливо смешивалось старое с новым: темная от времени мебель и многократно скобленный поколениями кухарок стол с рисоваркой, а помятая немного утварь с блестящими бутылками какого-то иностранного алкоголя.

   Господин Е стоял у плиты, засучив рукава до локтей, и она увидела еще один шрам — на левой руке. Он тянулся от запястья на внешней стороне до самого локтя и выглядел старым. А еще — болезненным.

   - Сядь, - сказал господин Е не оборачиваясь. - Табурет под столом.

   Ей удалось достать его со второго раза, а сесть — с третьего. Но теперь она себя чувствовала увереннее, словно наконец-то закрепилась в этом мире. Потом господин Е поставил перед ней миску с рисом и кусочками тушеной говядины, а также несколько зеленых рисовых клецок на половинке бамбукового стебля.

   - Остались с прошедшего праздника Цинмин9, съешь.

   Клецки были зеленые, и она не могла бы сейчас сказать, это оттого что тесто покрасили при помощи матча, добавили в него традиционные травы, или же просто с апреля прошло так много времени.

   - Эм...

   - Съешь, - отрезал господин Е. - Если не хочешь стать голодным духом.

   - В смысле?

   Господин Е указал сперва на клецки, затем на рис с мясом, стоящие перед ней.

   - Духов подпитывает еда, которую им оставляют живые. Ты не можешь знать, собирают ли для тебя поминальный стол, жгут ли благовония, помнят ли тебя вообще. Так что вот эта еда может как насытить тебя, так и обратить в чудовище. Так что ешь клецки и не выпендривайся.

   Проглотив дальнейшие возражения, она отправила в рот одну за другой все три клецки цинтуань, оказавшиеся недурными на вкус, с начинкой из ее любимой сладкой фасолевой пасты. А потом принялась за рис с говядиной, обнаружив, что очень проголодалась и устала за бесконечное время скитаний.

   - Итак, чего ты хочешь?

   Она посмотрела на господина Е, неспешно и весьма элегантно поглощающего свой ужин и смутилась. Она почти наверняка чавкала, словно и в самом деле какой-то голодный дух.

   - Хочу?... эм... - она отложила палочки и сложила перед собой ладони. Зажмурилась. - Я хочу узнать свое имя и причину пребывания тут.

   - Хорошо.

   Она приоткрыла глаз и посмотрела на спокойное до полной безмятежности лицо господина Е.

   - Но если выяснится, что тебя убили — мстить я не стану, - спокойно продолжил он. - Это все?

   - Да, господин Е, - кивнула она. - Я не смею просить о большем.

   - Шисан.

   - Что?

   Поднявшись, хохяин собрал пустые миски и сунул их в самую прозаическую посудомоечную машину, спрятавшуюся в одном из старомодных резных шкафов.

   - Меня зовут Шисан. Пишется как «Тринадцать». Господином Е был мой отец.

   - Хорошо... Шисан, - имя очень приятно, мягко легло ей на язык. А потом она смутилась. - Я... не могу представиться в ответ, к сожалению.

   Господин Е — Шисан — смерил ее взглядом.

   - Я буду звать тебя Ятоу.

   - Ятоу?! Ятоу10?!

   - Что-то не так? - приподнял бровь Шисан.

   Она остаыла так же быстро, как и вспыхнула.

   - Нет. Никаких проблем.

   Ятоу так Ятоу.

   - Я иду спать, - сказал Шисан, вытирая руки полотенцем. - Завтра с утра посмотрим, что можно сделать. А до той поры сиди тут смирно и ничего не трогай. И не покидай дом, если не хочешь снова заблудиться.

   Она — Ятоу, хотя имя ей совершенно и не понравилось — кивнула.

   - Умница, - Шисан потрепал ее по голове, точно какое-то животное, и вышел с кухни.

   Постояв немного в нерешительности, Ятоу последовала за ним.

   1. Бойи — упомянутое в «Классике гор и морей» похожее на козла существо с девятью лисьими хвостами и с глазами на спине; ношение его шкуры увеличивает храбрость человека

   2. Желтый — в современной китайской культуре этот цвет часто ассоциируется с порнографическими материалами

   3. Имя Шисан означает – 13

   4. Лунчжаохуа (龍爪花) — буквально «цветок — драконья лапа», одно из китайских названий Ликориса лучистого

   5. Диюй — загробный мир в представлении китайцев. Чистилище, где души ожидают своего перерождения

   6. Найхэ-цяо («мост беспомощности») - мост, который пересекают души по пути в Диюй. Здесь они выпивают суп Мэнпо и забывают свою земную жизнь

   7. Мудань - «пион». Мулань (нам более привычно Мулан) — героиня китайского эпоса, девушка, отправившаяся на войну, переодевшись юношей. Ее имя переводится как «Магнолия»

   8. Десять негативных действий, ведущих к дурным последствиям: убийство, воровство, прелюбодеяние (три физических деяния), ложь, клевета, оскорбительная речь, пустословие (четыре деяния речи), а также жадность, недоброжелательство и невежество (три умственных деяния). Грубо говоря, это «грехи», отягчающие карму

   9. Цинмин — день поминовения усопших, приходится на начало апреля. Среди традиционного угощения для мертвых в этот день готовят зеленые рисовые клецки, называемые Цинтуань.

   10. Ятоу — девчушка или служанка

ГЛАВА 2. 16 декабря 2023 года

4 день 11 лунного месяца

   9-30, час Дракона

   Спустившись поутру, Шисан застал свою призрачную гостью сидящей на диване в самой большой из комнат дома. Замерев неподвижно, она уставилась в выключенный экран телевизора, словно надеялась что-то разглядеть в его матовой поверхности. Прислонившись к дверному косяку, Шисан некоторое время разглядывал девушку. Она была невысокая, стройная, и какая-то среднестатистическая: хорошенькая, но без особых запоминающихся черт. Разве что, чуть скуластее большинства его знакомых. И одежда на ней словно нарочно была самой обыкновенной: синие джинсы, бледно-розовая, почтти белая водолазка и красно-коричневая курточка с меховым воротником. Одежда, которую в это время года можно найти почти на каждом углу. Впрочем, призраки были обобщением, образом прежде жившего человека. Они никогда не являлись в одежде из момента своей смерти и с припорошенным мукой лицом. Если, конечно, сами этого не хотели. Просто призраки были другими.

   Шисан видел их с самого раннего детства. Этот дар был в семье Е уже очень много поколений, и в конце концов привел их сюда, в этот магазинчик, торгующий амулетами. Члены его семьи делали предсказания и боролись с демоническими проявлениями, усмиряли призраков и помогали решать зависшие во времени и пространстве вопросы, но сам Шисан старался этого избегать. Обычно помощь заблудшим душам ни к чему хорошему не приводила. В этот раз он согласился на просьбу девушки из-за одного только назойливого шепота Бабули. Это хорошее, правильное дело. Помоги ей, это разом снимет много твоих прегрешений.

   Если бы не острая необходимость подвести под конец года свой «балланс», он выставил бы девушку за дверь. Ограничился только помощью студентам-дурачкам, заигравшимся с призраками. В эту историю Шисан не слишком-то верил, в большинстве своем такие вот байки о встрече с призраками оказывались городскими легендами, видоизмененными порой до неузнаваемости древними байками. Так призрак с пионовым фонарем из «Новых рассказов у горящего светильника»1 превратился в девицу по имени Мудань. Это могло быть вовсе не историей о спасении жизни, а и вовсе чьей-то глупой шуткой.

   Шисан вздохнул.

   - Кофе хочешь?

   Девушка резко подскочила.

   - А?! Н-нет... Я его, кажется, не люблю... не любила.

   - Тоже верно, - кивнул Шисан. - Меньше стимуляторов.

   Он прошел на кухню, чтобы включить кофеварку, и девушка хвостом последовала за ним. Как приклеенная. Этим призраки также раздражали. Рядом с членами семьи Е они, пусть ненадолго, обретали иллюзорную плотность, реальность, и некоторые ухитрялись пристратиться к этому, как к наркотику. От таких сложновато было избавиться. Обычно отогнать их помогали амулеты, но отчего-то не в этот раз.

   - Вспомнила что-нибудь?

   Девушка покачала головой.

   - Сяоду, сяоду. Открыть новости, - вызвал Шисан голосовой помощник. - Запрос: умершая девушка. Возраст 23-30 лет. Новости за последний год по провинции.

   Погудев немного, колонка принялась выуживать из глубин всемирной паутины скорбную череду новостей о девушках, но Ятоу только качала головой. Затем пошли пропавшие, чьи описания почти никогда и близко не походили на его призрачную гостью, и наконец — неопознанные тела.

   - Национальный розыск? - Шисан посмотрел на дно почти опустевшей кружки. - В другой раз. У меня сейчас дела в городе, так что посмотрим, может быть ты что-нибудь узнаешь.

   Ятоу обхватила себя за плечи и мотнула головой.

   - Нет!

   - Пока я рядом, ты не потеряешься, - страх ее был понятен без труда. Призраки скитались в вечном тумане, лишь изредка сталкиваясь с себе подобными, и еще реже — с живыми людьми. Лишь те из них, кто приблизился к бесам, жестоким плотоядным чудовищам, мог закрепиться на границе между мирами, и это была незавидная судьба. - Вот, надень.

   Браслет из персиковых косточек сделал еще дед Шисана, и обычно он использовался, чтобы помочь живому в его духовном путешествии. Иногда клиентам семьи Е требовалось побеседовать с кем-то уже ушедшим за грань. Тогда браслет становился защитой и гарантировал безопасное возвращение человека в мир живых. Но точно так же он мог помочь и призраку, заплутавшему в пустоте.

   Девушка его брать, однако, не спешила, глядя с подозрением, немного исподлобья.

   - Что он делает?

   - Считай, что это навигатор, - хмыкнул Шисан. - Фитнесс-браслет. Все в таком духе.

   - Со мной же ничего не случится? - нахмурилась Ятоу.

   - Я обещал тебе помочь, а я всегда держу свои обещания.

   Поколебавшись немного, девушка наконец протянула руку, и Шисан осторожно надел на ее тонкое запястье браслет, поморщившись и постаравшись, чтобы это не было слишком заметно. Прикосновение к призраку было не из приятных, хотя описать его было непросто. Это была физически ощущаемая тревога.

   Шисан отстранился.

   - Отлично. Пора идти.

   Ополоснув кружку, он принялся собирать вещи. Девушка ходила за ним, как привязанная, и приходилось сдерживаться, чтобы на нее не прикрикнуть. Это было бы непростительно грубо, и легко было нарваться на грозную критику Бабули. А еще это было бесполезно. Призраков тянуло к нему, как магнитом.

   Забрав из шкафа коробку с заранее подготовленными амулетами, Шисан через боковую дверь вышел на улицу. За ночь снегу намело, и теперь он задорно поскрипывал под ногами. Легкий едва заметный холодок — было чуть ниже ноля — покусывал щеки, и Шисан поднял повыше шарф.

   - Где мы? - спросила девушка, оглядываясь.

   - Сиань, провинция Шанси. Знакомо что-то?

   Девушка, задумавшись на мгновение, покачала головой.

   - У меня только обрывки памяти. Вчера я вспомнила ту историю, о призраке и пионовом фонаре, вспомнила книгу, в которой ее прочитала, и что автора зовут Цюй Ю. Но больше — ничего. Я не могу сказать, откуда я это знаю.

   - Любишь читать, - пожал плечами Шисан. - Идем.

   В этой части города сохранились несколько кварталов старой застройки, с узкими улицами и высокими стенами, отделяющими усадебки друг от друга. Под небольшим слоем снега это смотрелось загадочно, а еще так, словно ты угодил на съемочную площадку. Иногда у Шисана возникало желание бросить все и перебраться туда, где сверкают огнями огромные небоскребы, но там ведь было еще больше призраков, и они были злее. А еще, он ничего не умел кроме как толковать предзнаменования и делать амулеты. И он был бы в том новом мире совершенно беспомощным, как новорожденный котенок. Беспомощность Шисану казалась отвратительной.

   Здесь, на улицах где он вырос, Шисан мог пройти с легкостью в кромешной темноте и полной тишине, ни разу не оступившись. До конца стены, затем направо, мимо нескольких магазинчиков и дешевых забегаловок, торгующих едой навынос, мимо жутковатого на вид подвала, где торгуют порнографией, мимо зала борьбы, где собирается по вечерам быковатая местная шпана. Там повернуть еще один раз, на этот раз налево, и можно добраться до аптеки дядюшки Ана. Их семьи давно и тесно дружили, и старый аптекарь всегда заказывал особые амулеты для всех своих родных под новый год, а еще шутливо пытался сосватать Шисану одну из своих внучек.

   Уже пройдя полпути, Шисан уловил знакомый аромат. Уникальный, можно сказать. Больше никто в этих краях не пользовался люксовой косметикой и сладкими парижскими духами. Сестрица Сяо, черт бы ее побрал!

   Схватив Ятоу за руку, Шисан метнулся в проулок и притаился за выступом стены. Мимо процокали энергичные каблучки. Такая походка также была только у одного человека.

   Ятоу с интересом выглянула и проводила сестрицу Сяо взглядом. Потом посмотрела на Шисана немного насмешливо.

   - Бывшая подружка?

   - Я предпочитаю ни к чему не обязывающие случайные связи, - покачал головой Шисан.

   - А она, значит, нет?

   Издалека послышался стук и громкий, гневный голос сестрицы Сяо.

   - Е Шисан! Е Шисан! Открывай немедленно!

   - Сменим маршрут, - вздохнул Шисан и углубился в проулок, который, как он знал, заканчивается небольшой калиткой. Ее никогда не запирали. Через нее можно было попасть на территорию заброшенного дома, а уже оттуда — на улочку, где располагалась аптека старика Ана. Эта дорога была дольше, да и проходить через пустой дом было не слишком приятно, зато не было опасности столкнуться с сестрицей Сяо.

   Ятоу нагнала его возле калитки и насмешливо спросила:

   - И чего вы, интересно, не поделили?

   - Дерзишь? - Шисан обернулся через плечо. - Не твое дело.

   - Ты обещал на ней жениться, но передумал? Нет, - Ятоу весело тряхнула головой. - Ты с ней переспал, а наутро сбежал.

   Тут оставалось только закатить глаза.

   - Я отказался с ней спать. Девушки, которые носят Джимми Чу, такое не прощают.

   Справившись наконец-то с калиткой, Шисан шагнул во двор.

   - А почему? Она — красотка.

   - А ее отец связан с организованной преступностью и его со дня на день посадят.

   - А?.. - начала Ятоу и осеклась.

   * * *

   Едва она ступила на двор старого дома, сразу же стало не по себе. Когда-то она услышала выражение «словно кто-то прошел по твоей могиле», и именно это сейчас ощутила. Нечто темное, враждебное, заставившее ее закрыть рот, утратив разом всю свою веселость. И, судя по тому, как напрягся стоящий рядом Е Шисан, опасность была вполне реальной.

   - Иди точно за мной, - приказал он. - Строго по моим следам.

   Двор дома при этом выглядел заурядно. Ятоу не знала, почему ей об этом подумалось, но, должно быть, при жизни она видела подобные дворы не раз. Возможно, сама когда-то жила вот в таком же старом доме. Всюду были следы запустения: мусор, упавшая с крыши черепица, переломанная мебель. Это все скрывал, словно стыдливо пытался спрятать, слой белого снега. Но стоило сделать несколько шагов, и обстановка вдруг поменялась. Прежде всего — стало темно, как ночью. Испуганная, Ятоу вцепилась в пальто идущего впереди Шисана.

   - Что случилось?

   - Заклинание, - спокойно, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся, ответил молодой мужчина. - Кому-то понадобилось, чтобы здесь было постоянно темно, как ночью.

   - А... зачем?

   - Очевидно потому, что здесь прячется цзянши1.

   Осторожно выглянув из-за плеча Шисана, Ятоу увидела в нескольких шагах впереди неестественно прямую фигуру неясного пола в темно-синем, почти черном халате. Выглядел цзянши точно так, как это обычно изображают в кино или интернете: прямой точно палка, с вытянутыми вперед руками и бледный до синевы. На лоб у «зомби» приклеена была желтая полоска бумаги с неразличимым на таком расстоянии знаками. Ну хоть здесь масс-медия не соврали.

   - Ч-чего он хочет? - дрожащим голосом спросила Ятоу. Она понимала, что уже мертва, и едва ли чудовище может ей что-то сделать, но страх при этом никуда не девался. В самой сути цзянши было нечто удивительно неправильное.

   - Пока рядом нет заклинателя, который бы им управлял, он хочет просто нас сожрать. Меня, - поправился Шисан. - Тебе-то чего сделается?

   - И ч-что мы б-будем делать?

   Теперь страх обрел реальность, потому что без помощи Шисана она ничего бы не смогла сделать. Он пообещал вернуть ей имя и память, и теперь Ятоу цеплялась за эту надежду обеими руками. Даже зубами, если потребуется.

   Не отвечая, Шисан подтянул повыше рукав, сдернул с запястья браслет — почти точно такой же, как и тот, что был сейчас на руке Ятоу, собранный из косточек — и потряс им в воздухе. Косточки каким-то образом издали звук, похожий одновременно и на звон колокольчиков, и на стук ветра, и на плеск воды. «Зомби» отступил. Сжав пальцы Ятоу в горячей ладони, Шисан пошел медленно, обходя чудовище по кругу и при помощи браслета держа его на расстоянии. Когда до главных ворот оставалось всего несколько шагов, цзянши понесся вперед.

   Он был неуклюжий, неповоротливый, но очень быстрый, и, хотя передвигался нелепыми скачками, в мгновение ока оказался совсем рядом. Не выпуская руки Ятоу, Шисан отскочил в сторону, швырнув браслет в лицо чудовища. Твердые, несгибаемые руки ударили их обоих по лицу, и даже будучи призраком она смогла ощутить могильный холод, исходящий от «зомби». На щеке Шисана и вовсе выступил красноватый след, как от ожога.

   - Попробуем по другому... - пробормотал мужчина, сунул руку в карман, и мгновение спустя раздался приглушенный петушиный крик. Он звучал несколько неестественно, но тем не менее напугал чудовище.

   Двигаясь все теми же нелепыми прыжками цзянши умчался в дальний угол темного двора, а Ятоу и Шисан вывалились на тихую, припорошенную снегом улицу. По-прежнему был светлый день, и даже прохожие были. Они косились на молодого человека, неплохо одетого, но валяющегося на земле, и наверняка не видели рядом с ним девушку-призрака. Ворча что-то, прохожие отворачивались и уходили прочь.

   Шисан поднялся и отряхнул пальто от снега.

   - Надо сделать какой-нибудь «Гуй2-эй-пи-пи». Звуки и мантры, отпугивающие всех видов демонов. Вставай.

   Руки он не предложил, и пришлось подниматься самой. Ноги все еще немного дрожали, хотя Ятоу и понимала разумом, что причин для страха у нее особых не было. Чудовище не могло причинить вред призраку. Да и Е Шисан, как оказалось, не был таким уж беспомощным. У него при себе были средства для борьбы с нечистью.

   - Ты в порядке?

   - Все хорошо, - Ятоу тряхнула головой. - Просто я раньше не видела цзянши.

   - Они вообще не часто встречаются, - Шисан с тревогой оглядел дом. - В этом беда заброшенных мест. Вечно тут что-то заводится. Придется что-то придумать. Идем, сначала нужно закончить другие дела.

   Ятоу кивнула и поспешила нагнать долговязого Шисана. Хотелось снова взять его за руку, ощутить тепло его живого тела, но на это она не решилась.

   1. «Новые рассказы у горящего светильника» - книга фантастических новелл Цюй Ю, рубеж 14-15 веков

   2. Цзянши — китайский «зомби», оживший труп с жестким телом, выставленными вперед руками, как правило передвигающийся прыжками. Движим примитивными инстинктами. Как правило на лоб у них наклеено даосское заклинание на полоске желтой бумаги. Боятся солнечного света и рассыпаются под ним в прах

   3. Гуй — общее название для разного рода нечисти в китайском фольклоре

ГЛАВА 3. 16 декабря 2023 года

4 день 11 лунного месяца

   11-00, час Тигра

   Дом столько времени простоял необитаемый, и нет ничего удивительного, что в нем в конце концов поселилась какая-то нечисть. Вот только цзянши — не мыши, и сами по себе не заводятся. У них всегда есть хозяин, укрощающий чудовище. Шисан обернулся и посмотрел на ворота заброшенного дома. Возле них плясали еле различимые зеленоватые огоньки. Кто ты? И что тебе здесь понадобилось?

   Магов-заклинателей он всегда недолюбливал, хотя, поговаривали, много веков назад предки семьи Е были в близком родстве с Фанями, прославленными создателями могущественных магических предметов. В слышанных им в детсве легендах, похожих на страшилки, Фани однажды связались с темными силами и предали все, что им приходилось прежде защищать. Тогда предки взяли себе фамилию Е, отдалились и занялись созданием собственных амулетов, не полагаясь больше на опасную магию Фаней. Впрочем, с той поры много воды утекло, и единственными магами, кого Шисан сейчас знал, были члены семьи Сянь, высокомерные, самодовольные и одержимые жаждой силы. До таких скромных людей, как живущий практически в трущобах гадатель Е Шисан, они не снисходили, но и едва ли стали бы создавать зомби и селить его в старом районе Сианя. Тогда как он здесь оказался?

   Погруженный в размышления, Шисан не сразу почувствовал неладное, хотя, учитывая остроту его обоняния, рано должен был уловить запах крови.

   - Впереди что-то плохое.... - напряженным тоном пробормотала Ятоу.

   - Да.

   Выносной знак с рекламными надписями и добрыми пожеланиями, который старый Ан каждое утро ставил перед своей аптекой, был повален. На пороге валялись осколки от нескольких пузырьков и обрывки бумаги. Дверь несмотря на холодную погоду была распахнута настеж. Дядюшка Ан давно страдал ревматизмом, от которого не помогала ни современная медицина, ни традиционная, и потом всегда просил посетителей закрыть дверь, и обычно в холодные дни прятался в подсобке. Колокольчик, который дверь задевала, открываясь, вызывал его к гостям, и старик выходил, покряхтывая и добродушно ворча, и всегда первым делом предлагал посетителям выпить чаю.

   Шисан ускорил шаг.

   Внутри также царил беспорядок: под ногами похрустывали осколки аптечной посуды, пару раз Шисан спотыкался о ящики, вытащенные из длинных шкафов. В воздухе висел густой запах трав, специй, сушеных грибов и прочих снадобий.

   - Мне здесь не нравится... - пробормотала Ятоу, и Шисан с ней согласился.

   Ему все это тоже не нравилось.

   Он обогнул прилавок, нырнул в подсобку и почти сразу же споткнулся о тело дядюшки Ана. Тот лежал ничком в луже крови, и ее запах не могли заглушить никакие благовония или травы. Опустившись на корточки, Шисан коснулся холодной руки старика, потом вытащил из кармана телефон и вызвал полицию.

   Пока вокруг царила суета — с мигалками, криками, ограничительной лентой и мгновенно налетевшими зеваками — Ятоу держалась в стороне, почти слившись со стеной дома напротив. Шисан старался держать ее в поле зрения, разговаривая с полицейскими, которых неплохо знал. Одного даже слишком хорошо. Дядюшка Чжоу служил в полиции уже тридцать с лишним лет, хотя так и не поднялся по службе из-за своеобразного сочетания неуживчивости и огромной, во вред себе, доброты. Если только речь заходила о повышении, у него всегда на примете был более достойный человек, или же «паренек, по-настоящему нуждающийся в прибавке к жалованию». Он был одним из тех ярких детских воспоминаний, что Шисану никак не удавалось вытравить из памяти, хотя прошло уже два десятилетия. Дядюшка Чжоу был большой, плотный, неуловимо похожий на французского актера Жана Габена. Его всегда сопровождал стойкий запах овечьей шерсти — от толстого свитера, который дядюшка упрямо надевал под униформу — и дешевого табака. Кажется, это было первым, что Шисан ощутил тогда, очнувшись. Даже запах лекарств в больнице был не настолько стойким и не напоминал настолько ярко о случившейся трагедии.

   Трагедии для Шисана всегда теперь пахли табаком и шерстью.

   - Попытка ограбления, - мрачно покачал головой дядюшка Чжао и сплюнул на мостовую. - Пфэй! У кого только рука поднялась на почтенного человека.

   Шисан молча покачал головой. Его мнения никто не спрашивал, но он чувствовал, что здесь дело нечисто.

   -Брать-то у старика нечего, - проворчал брат Ли, полицейский помоложе, теснее всего связанный с местным обществом. - Хороший, почтенный человек. Как такое только возможно? У кого из местной шпаны рука-то поднимется? Невольно поверишь во все эти слухи!

   - Что за слухи? - насторожился Шисан.

   Неприятности по его опыту всегда гуляли компаниями, рука об руку.

   - Да ерунда это, - отмахнулся дядюшка Чжоу. - Сплетни.

   - А может и не сплетни! Братец Е у нас тоже местный, - брат Ли похлопал Шисана по плечу, - так что ему тоже надо быть начеку. Поговаривают, конгломерат Лю-У задумал скупить здесь землю под застройку. Все, конечно же, против и не хотят покидать привычные места, так эти бандиты могут на что угодно пойти, чтобы добиться своего.

   - Что за Лю-У? - спросил Шисан, который крайне редко следил за новостями.

   - Пф-ф! Завидую я тебе, юный Е, такой молодой, вот, с новеньким смартфоном ходишь, а ухитряешься быть не в курсе дурных и темных дел на грешной этой земле, - хмыкнул братец Ли. - Лю и У — крупнейшие семьи сейчас в городе, инвесторы, застройщики и бог знает что еще. Может и бандиты, как говорится, Небу-то за всем не уследить. Они вроде как собрались породниться и обтяпать какое-то крупное дело. Так что как знать, может началось?

   - Работай, а не языком чеши! - потребовал дядюшка Чжоу, отвесив своему младшему коллеге отеческий подзатыльник, после чего повернулся к Шисану. - Но ты все-таки будь поосторожнее, парень. Если что-то уви... узнаешь, ты лучше сообщи нам. Хорошо?

   - Хорошо, - кивнул Шисан. - Я пойду? Работа.

   Дядюшка Чжоу похлопал его по плечу.

   - И что же за работа нынче у молодежи?

   - Как обычно, - слабо улыбнулся Шисан. - Иду ловить призраков.

   * * *

   Оказалось, что самым страшным в этот день были не зомби и не чужая смерть, а толпа и протяжный вой полицейских сирен. Казалось, они прошивают Ятоу насквозь, как острые ледяные иглы. Она схватилась за голову, пытаясь унять боль, упала на колени, моля, чтобы все исчезло, она почти сорвала с руки браслет, надеясь раствориться в спасительном тумане. Шисан перехватил ее руку, стиснул запястье своими горячими пальцами и потянул за собой, прочь от толпы, в сплетение узких старинных улочек. Ужасный вой все удалялся, удалялся,, делаясь тише, растворяясь в спокойствии этого странного места. Совсем рядом ударил храмовый колокол, и его гудение прогнало все прочие звуки. Тяжело, как после бега, словно у нее все еще есть настоящее тело и натруженные легкие, Шисан уткнулась лицом в грудь Шисану, а он обнял ее за плечи. Прижавшись, можно было уловить неровный, тревожный ритм сердца. Кажется, Е Шисану тоже было нехорошо.

   - Ты в порядке?

   Ятоу подняла голову, задрала ее и посмотрела на молодого мужчину. Такой красивый, но дело ведь не только в этом. При взгляде на него Ятоу становилось очень спокойно, словно он может без проблем решить все ее проблемы.

   - Я... - она попыталась собраться с мыслями и побороть неуместное сейчас желание снова зарыться лицом в мягкий кашемир джемпера и слушать чужое живое сердце. - Кажется я... когда я слышу сирены, мне становится так страшно...

   Шисан кивнул.

   - Если тебя убили, то тут ничего удивительного нет. Я вечером еще раз проверю всю криминальную хронику за последнее время, может быть найдутся зацепки. А сейчас нужно зайти в еще одно место.

   Ятоу с неохотой сделала шаг назад и огляделась.

   - Это недалеко, - уверил ее Шисан. - Соседняя улица.

   - Можно спросить, что ты хочешь узнать?

   - Полицейские упоминали сплетни. Правда это или нет, но мне подобные разговоры не нравятся. Ну и если хочешь сплетен — ищи сплетника.

   Некоторое время они шли молча. Страх постепенно рассеялся, и Ятоу даже начала получать удовольствие от прогулки. Подумалось, что ей, возможно, нравилось вот так бродить по городу, пока она была жива. Прохладный ветерок, легкий снег, летящий с серебристого неба. Тишина и покой.

   - Что за сплетни? - спросила Ятоу, нарушая эту тишину, потому что любопытство в конце концов оказалось сильнее.

   Сперва показалось, что Шисан не ответит. Он шел неспеша, и все равно вырвался вперед благодаря своим длинным ногам. Притормозив немного, он дождался Ятоу и бросил на нее задумчивый взгляд.

   - Якобы какие-то местные богатеи хотят скупить здесь земли и заставляют владельцев продать дома. Обычная на самом деле история, таких в любом старом городе хватает. Но есть три факта, которые меня очень беспокоят. Во-первых, дядюшка Ан ни за что не продал бы свою аптеку ни за какие деньги. Магазин принадлежал его семье на протяжении многих поколений, они тут почти такие же старожилы, как и наша семья Е. Во-вторых, в заброшенном доме объявилось вдруг чудовище, которое само по себе там никак не могло возникнуть. Ну и наконец...

   Шисан копнул снег мыском ботинка и нервно передернул плечами.

   - Тот, кто убил дядюшку Ана, обладает огромной силой.

   До Ятоу медленно дошел смысл сказанного.

   - Ты думаешь... Это цзянши сделал?!

   - Не знаю, - пожал плечами Шисан. - Но я вот тоже не собираюсь продавать свой дом и магазин, и мне вовсе не хочется увидеть однажды зомби на своем пороге. Поэтому пошли, расспросим о сплетнях, а потом займемся пионовой подружкой того студента. Вечером я примусь за твои поиски, обещаю.

   Он снова пошел вперед явно обычным для себя размашистым шагом, и Ятоу опять пришлось его нагонять.

   - Я могу чем-то помочь? Ну, как-то ускорить дело? Ну то есть... вдруг у меня там всего какие-нибудь 49 дней1?

   - Нет, только если ты не практикующая буддистка, - хмыкнул Шисан. - Не беспокойся, блуждающим призраком можно быть примерно вечность. Я встречал тех, кто затаил при жизни злобу на У Цзэтян2. Если ты на стала голодным или злым духом, тебе бояться нечего. Даже охотники тебе ничего не сделают.

   Ятоу засеменила, стараясь нагнать мужчину.

   - Хорошо. Как мне не стать голодным или злым духом?

   - Первого можешь не бояться, ты вчера съела подношения с Цинмин, что касается второго — тоже едва ли. Для того, чтобы стать злым духом, ты должна быть одержима жаждой мести. А для этого, следовательно, ты должна помнить свою жизнь. Ну что ты так семенишь? Какая же ты мелкая, все-таки!

   - Уж извини, какая уродилась! - огрызнулась Ятоу. Она и опомниться не успела, как Шисан взял ее под руку, прижимая к себе и заставляя идти с ним в ногу. Теперь приноровиться к его шагу оказалось значительно проще. - Ты наверняка странно выглядишь, идя под руку с воздухом.

   - Мне на это, представь, совсем наплевать, - ответил Шисан. - Я вообще довольно странный.

   Они снова замолчали, хотя Ятоу была не прочь продолжить расспросы. Особенности загробного мира интересовали ее. Всегда была вероятность, что она так и не сумеет отыскать свое прошлое, и тогда будет обречена навечно скитаться среди живых, как те призраки, что знали еще императрицу У. Промелькнула мыслишка, что это не так уж и плохо. Тогда она еще много-много лет сможет ходить вот так, под руку с Е Шисаном.

   Ятоу от нее отмахнулась. Если ничего не выйдет, Шисан ее прогонит. Кому захочится жить бок о бок с призраком многие годы?

   - Мы на месте, - Шисан остановился и указал на распахнутые ворота еще одной старой усадьбы. Изнутри доносились звуки какой-то модной песенки, которой подпевал не самый стройный голос. - Постой в стороне. Матушка По призраков, конечно, не видит, но почуять может, и тогда проблем не оберешься. Может сплетню пустить, а может и бобами закидать.

   Ятоу не знала, чем лично ей грозят эти самые бобы, но предпочла не рисковать и остаться у входной двери, а вот Шисан храбро шагнул на двор, поприветствовал устроившуюся в плетеном шезлонге хозяйку и послушно опустился на пластмассовую табуреточку. Та была для него явно маловата, и в итоге Шисан сидел комично скрючившись и едва не подбородок на коленях пристроив и обхватив ноги руками для устойчивости. Матушка По — розовощекая молодящаяся дамочка весьма средних лет — щелкала семички, щедро засыпая шелухой все вокруг.

   О чем они говорят, Ятоу не знала, но приблизиться не рискнула. Ее если не пугала, то определенно нервировала эта женщина. Стараясь оставаться в стороне, она осматривала двор, как и все здесь представляющий причудливую смесь старины и современности. Деревья и кустарники, занесенные снегом. Припорошенные тем же снегом обломки каких-то скульптур.

   Там, в тенях между ними что-то мелькнуло. Сперва Ятоу подумала, что это просто порыв ветра, или крыса, и обнаружила, что крыс не боится совершенно. Но потом, когда тень, проскользнув между кусками камня, уплотнилась, ей стало страшно. То темное, что появилось перед Ятоу, походило на сгусток черной сажи и было ощутимо опасным и враждебным. Дыбом встали все волоски на ее несуществующем, бесплотном теле. Ятоу сделала шаг назад, тень заметила ее и двинулась вперед, скользя как змея — зигзагами — и оставляя на свежевыпавшем снегу четкий след, припорошенный той же черной сажей. Долго отступать было нельзя, и очень скоро Ятоу уткнулась спиной во внешнюю стену. Надо было закричать, позвать на помощь, но горло сдавило от ужаса, и она не могла издать ни звука. Только беспомощно шевелила губами, как выброшенная на берег рыбина.

   Тень подобралась уже совсем близко, к самым ногам Ятоу, но тут ее словно порывом ветра подхватило и отшвырнуло в сторону. Во все стороны полетели искры. Между неведомой тварью и Ятоу встал Е Шисан, закрыв собой.

   - Ты в порядке?

   - Д-да, - пробормотала Ятоу, закрывая глаза и стараясь выровнять дыхание.

   - Что это такое, Сяо Е? - хозяйка дома подошла вразвалочку, сдвинула на кончик носа очки в ярко-розовой оправе и склонилась, рассматривая останки чудовища.

   - Не знаю. Выясню в ближайшее время. Вот, - Шисан достал из-за пазухи коробку и протянул женщине. - Амулеты старого Ана. Ему уже не понадобятся. Раздайте в округе на всякий случай.

   Встряхнув коробку пару раз, женщина прищурилась и попыталась заглянуть Шисану через плечо. Появилось неприятное ощущение, что она видит Ятоу.

   - Кто это с тобой?

   - Никого, - не глядя Шисан взял Ятоу за руку и потянул за собой. - Мне пора идти. Если что-то узнаете, позвоните мне.

   Стараясь не издавать ни звука, Ятоу позволила увести себя прочь, за пределы дома.

   1. Ша — в китайском календаре три типа неприятностей, которые могут произойти в определенные дни года. В день, отмеченный ша грабежа вероятнее всего быть ограбленным или потерять что-либо ценное

   2. В азиатских культурах считается, что у души есть 49 дней между смертью и загробным миром, или же новым перерождением. В буддизме это называется «бардо»

   3. У Цзэтян (624-705) — китайская императрица, присвоившая себе титул хуанди (императора). Единственная из всех китайских женщин-правительниц, которая правила напрямую, а не используя титулы «вдовствующей императрицы» и положение регентши

ГЛАВА 4. 16 декабря 2023 года

4 день 11 лунного месяца

   13-00, час Козы

   Шисан прежде не встречал ничего подобного, а неизвестность и неопределенность всегда его нервировали. В них крылось слишком много неприятных возможностей. Однако, загадочное существо, едва не напавшее на призрака (что само по себе было совершенно невероятно) пришлось отложить на потом. Шисан проверил время и обнаружил к своей досаде, что приближается час Козы, на который он условился встретиться с пресловутым «одним студентом», которого вроде как преследовало привидение. Если упустить сейчас подходящий час для оказания помощи, нового можно долго дожидаться.

   Шисан вытащил из кармана листок бумаги и протянул Ятоу, которую била нервная дрожь, призракам обычно не свойственная.

   - Что там за адрес?

   Постепенно девушка успокоилась, выровняла дыхание и, собравшись с мыслями, прочитала несколько строк, то и дело морщась, на этот раз из-за кривого почерка. Теперь уже, услышав адрес, поморщился и Шисан. Студент жил в общежитии, которое располагалось неподалеку, но уже за пределами квартала старой застройки, там где годах в семидестых выросли уродливые многоквартирные дома, с тех пор успевшие обветшать. Их не раз и не два пытались снести, но все время дело оканчивалось совершенно ничем, словно место это было проклято. Скорее всего это было недалеко от истины. В окрестностях Сианя хватало древних захоронений, с точки зрения геомантии обстановка тут была своеобразная, и потому случиться могло что угодно и завестись, прорвавшись из-за завесы иного мира, тоже что угодно.

   А еще где-то на полпути, в границах старых кварталов располагалось небольшое кладбище, теперь уже закрытое, но до сих пор не перенесенное, хотя и об этом также велись разговоры. Последние захоронения там были двадцать лет назад.

   Шисан вздохнул. Он соблюдал все ритуалы, зажигал благовония и каждый день поминовения накрывал для своих усопших родных и предков стол с угощениями, но ни разу с момента похорон не был на могиле родителей. Его трясти начинало от мысли, что он окажется где-то поблизости.

   Если призрак Мудань действительно существует и приходит с того самого кладбища, то придется перебороть себя.

   - Идем, - Шисан потянул Ятоу за собой. - Нам лучше поторопиться.

   - Ты нервничаешь, - неожиданно проницательно заметила она, сама окончательно успокоившись.

   - Я не люблю покидать привычные места, - неохотно ответил Шисан. - Мне там не по себе.

   - Почему?

   Шисан пожал плечами. Ему и самому нелегко было дать ответ на этот вопрос. С одной стороны, вариантов объяснения было множество, и каждый по своему верный. С другой в то же время ни один не подходил в полной мере.

   - Наверное, потому что там слишком много призраков, - сказал он наконец. - Агрессивных, молодых, злых призраков, которые всегда пугали меня. Я видел их с детства. Я всегда предпочитал оставаться там, где обстановка для меня привычнее.

   - Наверное, это жутко — жить в окружении призраков... - задумчиво проговорила Ятоу.

   Шисан покачал головой, улыбнувшись.

   - Вовсе нет. Вернее, не так уж и страшно, особенно когда к этому привыкнешь. Трудно было в первые годы жизни, когда я еще не умел отличать живых от мертвых. А со временем... Это как жить в постоянном шуме, гуле, среди чужих голосов. Но разве не все живут так в городе? Между ревом моторов, блеском неоновых огней и призраками не такая уж большая разница. К тому же, призраки страшны, когда ты постоянно сожалеешь о прошлом, а я привык жить настоящим.

   Все же, проходя мимо кладбища, он споткнулся на ровном месте, опровергая собственные слова. Кинул короткий взгляд туда, где клубился густой могильный сумрак. Кладбище было обитаемым, и его жители, пусть и не представляли угрозу для живых в округе, сами по себе безобидными не были. Кого-то удерживал на месте возраст и определенные представления о том, как себя должно вести приличное приведение. Иным не позволяли выйти за ограду печати и амулеты. Насколько знал Шисан, где-то здесь, в этом районе проживала еще пара таких же как он — шаманов, или заклинателей. Знакомы они не были, даже случайно ни разу не сталкивались, но на глаза то и дело попадались следы их присутствия: магические печати или след колдовства.

   - Там кто-то есть, - прошептала Ятоу, напряженно всматриваясь вглубь кладбища.

   - Да. Безусловно. Пошли быстрее.

   Еще пара кварталов, уже достаточно шумных, и они оказались на краю широкой автострады, отделяющей старый район от остального города. Дорога всегда была оживленной, и машины проносились мимо на сумасшедшей на взгляд Шисана скорости, обдавая немногих рискнувших приблизиться прохожих холодным ветром и мелкой снеговой крошкой.

   Машин он тоже боялся последние двадцать лет, предпочитая всюду добираться пешком. Его мир был невелик.

   Чтобы перебраться на противоположную сторону дороги, туда, где в окружении заснеженных деревьев стояли несколько ветхих общежитий, пришлось подняться на пешеходный мост по крутой лестнице, цепляясь за покрытые инеем перила. Холод прожигал даже сквозь перчатки, а то и дело налетающий ветер выбивал дух не только из Шисана, но и из призрачной Ятоу. Оказавшись наверху, они выбились из сил и остановились, чтобы перевести дыхание, прислонившись к установленной для безопасности сетке. Отсюда открывался потрясающий вид на город, и его было видно почти во всех подробностях.

   - Я... я знаю Сиань! - через некоторое время сказала Ятоу. - Я жила тут. Никогда не была в этих старых кварталах, но остальной город я, кажется, знаю хорошо. Это же там Пагода диких гусей2?

   - Вероятно, - кивнул Шисан.

   - Я... часто там бывала. Мне там нравилось, очень. Мне нравятся старые здания... - Ятоу потерла лоб и спросила жалобно: - Может быть я историю изучала или что-то такое?

   - Пока нам достаточно того, что ты местная, - улыбнулся Шисан. - Идем, разберемся для начала с другой проблемой.

   Спускаться с моста было проще, отчасти из-за того, что с этой стороны от ветра защищало множество деревьев. Квартал выглядел ухоженным, дороги были вычещены, лед убран, и первое впечатление было самым хорошим. Впрочем, когда они подошли к домам, стало понятно, насколько они в действительности старые и ветхие. Они были построены намного позднее дома, в котором жила поколение за поколением семья Е, но едва ли смогли бы протянуть еще одно десятилетие. И сложно сказать, что здесь нужно было винить: нарушения при строительстве, плохие природные условия, или же некие темные силы, обитающие в этом месте. Шисан ощущал здесь что-то темное, но назвать его не мог.

   - Кажется, нам нужен тот дом... - пробормотала Ятоу, - но... честно говоря, мне тут не нравится.

   Шисан порылся в карманах и отыскал небольшой амулет из цветных нитей, сделанный когда-то уже и не вспомнить по какому случаю. Взяв девушку за руку, он вложил амулет в ее ладонь.

   - Не выпускай это. И постарайся молчать. В подобных местах могут обитать по-настоящему опасные сущности.

   - Например?

   - Я сказал «молчать», - напомнил Шисан. - Твой голос может кого-то привлечь. Не навлекай на себя неприятности, в которых я помочь не смогу. Поняла?

   Ятоу медленно кивнула и вцепилась пальцами в рукав пальто Шисана.

   Когда они подошли к нужному корпусу, неприятное ощущение усилилось многократно. Казалось, воздух сгустился и начал давить, густой, тяжелый, обладающий особым, дурным запахом, которому никак не удавалось подобрать определение. Зеленоватый свет, подчеркивающий очертания стен и некоторых предметов, подтвердил худшые опасения Шисана. Это место было опасным само по себе. Он взял Ятоу за руку, сжал ее холодные пальцы и не глядя надавил кнопку лифта. Этаж сейчас не имел значения. Лифт охнул, дернулся и медленно, кряхтя, потянулся вверх.

   - Не оглядывайся, - шепнул Шисан, прижимая к себе девушку.

   - Что там? - пискнула та и, проявляя неуместное упрямство, попыталась извернуться и посмотреть назад. - Там... там кто-то стоит?!

   Пришлось прижать ее голову к своему плечу, укрывая краем пальто. Тот, кто стоял за их спиной медленно прошел мимо, принюхиваясь, и скрылся за дверями где-то между этажами. Еще раз содрогнувшись, лифт остановился, и двери медленно разъехались. Шисан подтолкнул Ятоу в коридор, не желая больше оставаться в замкнутом пространстве.

   - Кто это был?

   - Какая разница? Можно много кому угодить на зуб.

   Ятоу содрогнулась, прижалась к нему на долю секунды и отстранилась. Огляделась нервно, пытаясь, должно быть, уловить признак присутствия чего-то столь же опасного, но насколько мог судить Шисан, этаж был совершенно чист. Взгляд ее упал на одну из дверей.

   - Четвертый этаж. Нам нужно выше, тот парень живет в квартире 517.

   - Четвертый этаж безопасен и чист, - хмыкнул Шисан. - Какая ирония3. Воспользуемся лестницей.

   На лестнице снова стало тревожно, но Ятоу все еще сжимала в руке амулет из ниток, а у Шисана была припасена пара сюрпризов на случай возникновения настоящих неприятностей. К тому же, сейчас было светло, а темные силы предпочитали все же проявлять активность по ночам. В конце концов, главным их оружием был страх.

   Пятый этаж был ярко освящен, и только в самом конце, как раз напротив 517 номера лампа мигала и подрагивала, вызывая очень неприятное ощущение. Поморщившись, Шисан надавил кнопкну замка и сделал шаг назад. Дверь открывалась в коридор. Ничего не произошло, и тогда он еще раз позвонил, и еще раз. Только спустя несколько минут в квартире кто-то зашевелился, дверь наконец-то приоткрылась, и в образовавшейся щели появилось бледное, осунувшееся лицо.

   Возможно, студен был одержим прекрасным призраком. Возможно — слишком засиделся за комптьютером, играя в онлайн игры.

   - Кто?

   - Меня зовут Е Шисан, ко мне обратился ваш друг, господин Бао И.

   - И чего Булка от меня хочет? - нахмурился хозяин.

   - Это довольно сложный разговор, - Шисан улыбнулся самой профессиональной и обаятельной из своих улыбок. - Можно войти?

   - Опять он из-за Даньдань? - хозяин издал странный сиплый смешок, скользнул по Шисану взглядом и отчего-то отдельно остановился на растрепанных ветром волосах. - На монаха ты не похож.

   - Ни чуточки, - согласился Шисан. - Я был бы очень плохим монахом.

   Дверь на мгновение закрылась, прозвучало тихое лязганье цепи, а после она распахнулась настеж. Изнутри пахнуло теплом, потом, запахом дешевого вина и карамели.

   - Проходите. А это кто?

   Ятоу вздрогнула.

   Молодой человек, очевидно, видел ее. Взгляд ее медленно прошелся по всему телу девушки, жадный, почти похотливый, и Ятоу поспешила спрятаться за спину Шисана.

   - Моя ассистентка, - Шисан нахмурился. То, что этот человек видел призрака, было не самым лучшим знаком. Говорило о том, что темные силы уже затянули его достаточно далеко. - Благодарю, мы войдем.

   И перешагнул порог, потянув Ятоу за собой.

   * * *

   «Один студент» ей не понравился с первого взгляда. Впрочем, чего вообще можно было ожидать от человека, который вероятно спутался с призраком? Его взгляд, практически осязаемый, раздевал, добираясь, кажется, до самый потаенных мест ее души, не то, что тела. Ятоу, идя в берлогу чудовища, вцепилась в Шисана обеими руками.

   Внутри было грязно, повсюду разбросаны были нестиранные мятые вещи, коробки еды навынос, покрытые засохшим соусом палочки. Взгляд, скользящий по комнате, падал то на беспорядок, то на стопкой сложенные порнографические журналы и диски, то на тоже не самого пристойного вида аниме-фигурки. На самом видном месте висел плакат с персонажем онлайн-игры в весьма провокационном виде, явно не от игровой студии. Краснея, Ятоу пробормотала:

   - Бедная Сенхимэ1...

   - Играешь? - оживился хозяин.

   - Предпочитаю джанглеров2, - пробормотала Ятоу и села, стараясь держать молодого человека в поле зрения. Он ей не нравился.

   Хозяин плюхнулся в кресло, сплел пальцы на начавшем уже проявляться животе и осмотрел своих гостей с усмешкой.

   - Так что вам наплел Булка? Все еще думает, что Даньдань — привидение? Совсем свихнулся со своими ужастиками.

   Шисан склонил голову к плечу, рассматривая молодого человека.

   - Вы плохо спите, вас мучают кошмары. Иногда вы просыпаетесь от того, что кто-то сидит у вас на груди. Вы включаете свет, но рядом нет никого. Вас охватывает паника без причины. Вы иногда слышите странный шепоток и замечаете нечто неприятное краем глаза, но расслышать и разглядеть не можете, - спокойно перечислил Шисан.

   Студент хмыкнул.

   - И что, это симптомы одержимости призраком?

   - Да. А еще недосыпа, употребления некоторых наркотиков или того, что вы слишком много времени проводите за компьютером. Но помочь я могу всего в одном случае, - Шисан достал из-за пазухи маленькую коробочку и бросил студенту на колени. - Амулет. И там внутри мой номер телефона. Позвоните, если передумаете. Пошли, Ятоу.

   Обратно они шли молча, все больше ускоряя шаг, и Ятоу была рада, когда домовой комлекс со всеми его чудовищами оказался позади, а еще большее облегчение испытала, когда они пересекли автостраду. За стенами старого квартала она ощущала себя в безопасности, словно принадлежала этому месту всегда. И в то же время, Ятоу была убеждена, что жила она там, за границей этого уютного тихого мирка, среди ярких реклам, небоскребов и быстрых машин. То и дело перед глазами мелькало что-то яркое, но разглядеть не удавалось не то что детали — самые общие очертания.

   Шисан тоже словно бы выдохнул, оказавшись неподалеку от дома. Он расправил плечи и пошел широким размашистым шагом, сунув руки в карманы пальто. Пришлось прибавить шаг, чтобы его нагнать.

   - Этот парень, он действительно встречается с призраком?

   - Узнаем завтра, - пожал плечами Шисан. - Но он достаточно неприятный тип, чтобы с ним поизошло что-то плохое.

   - Мне всегда казалось, что дело обстоит ровно наоборот, - покачала головой Ятоу. - Плохие вещи происходят исключительно с хорошими людьми, а с мерзавцев все как с гуся вода.

   - Речь о немного разных «плохих вещах», - улыбнулся Шисан. - Несчастья с кем угодно случаются. В мире живет восемь миллиардов человек, и кому-то на голову неприятно нагадит птица. Это объективные неприятности. Но есть еще неприятности более индивидуальные, так сказать кармические.

   - Это когда ты расплачиваешься за то, что в прошлой жизни обижал слабых? - хмыкнула Ятоу.

   - Если ты буддистка, то да, - кивнул Шисан. - Но тут речь о более быстрой карме. Темным силам, духам и демонам нравятся дурные люди. Чем больше плохих поступков человек совершает в своей жизни, тем он лакомее для тьмы. Только в нравоучительных текстах демоны желают совратить праведников. В действительности же каждый дурной поступок — путь во мрак, где тобой кто-нибудь непременно полакомится. Есть, конечно, и хорошие люди, накликавшие на себя беду, но у них всегда есть особенная сила. Обычный же хороший человек живет себе и живет, и если становится жертвой каких-то несчастий, то лучше тут никого не винить.

   Ятоу непонимающе покачала головой.

   Шисан вздохнул. Остановившись, он прислонился к стене, пропуская нагруженный коробками с заказами скутер. На каске у паренька-разносчика была нарисована эмблема какого-то ресторанчика, и у Ятоу в животе заурчало. Она вспомнила, что не ела со вчерашнего вечера. А до того — и вовсе, наверное, последний раз при жизни.

   - Пошли, - Шисан снова взял ее за руку, и исходящее от его тела тепло согрело Ятоу, заставив почувствовать себя почти живой.

   Идти далеко не пришлось. Уже за углом обнаружился маленький ресторанчик, подле которого несмотря на зиму, было поставлено под навесом несколько столиков. Рядом — пара газовых обогревателей, покрашенных в радостный красный цвет.

   - Дядюшка По, две порции твоей лапши, - Шисан подвел Ятоу к самому дальнему столику и сел напротив.

   Хозяин, сухонький морщинистый старичок с хитрым прищуром, принес две тарелки, два прибора, чайник и две чашки и не стал задавать никаких вопросов. Кажется, его ничуть не удивляло, что клиент будет есть в одиночестве.

   - И часто ты водишь призраков по округе? - спросила Ятоу, ощутив при этом странное чувство, удивительно и неприятно похожее на ревность.

   Шисан улыбнулся.

   - Только тетушку Синсин. Свои лучшие годы она провела в довоенном Шанхае, блистая в местных клубах, и ей тяжело усидеть дома.

   Ятоу облизнула губы.

   - Ты... ты видешь призраков своих родных тоже?

   Новая улыбка вышла кривой и немного неловкой, и Шисан отвел взгляд.

   - Ешь.

   - А что станет с едой в реальности? - сменила тему Ятоу, поняв, что продолжать расспросы не следует. - Я ведь бесплотная, и не ем ее по-настоящему, верно?

   - Дядюшка По сожжет лапшу, как поступают со всей ритуальной едой, - ответил Шисан.

   - Здесь все соблюдают традиции?

   Шисан пожал плечами.

   - Это место в основном населяют люди старшего поколения, которые могут себе позволить быть в глазах других суеверными. Людей моего возраста или младше тут почти нет. Еще, как я слышал, здесь живут несколько заклинателей и шаманов, но я с ними не встречался.

   - Почему? - с любопытством спросила Ятоу. - У вас конкуренция? Как в кино? Война кланов и сект и все такое?

   Шисан с задумчивым видом покачал головой.

   - Даже и не знаю. Моя семья всегда сторонилась других заклинателей. Времена, когда такие как мы играли большую роль и обладали властью давно прошли. Семьи перессорились из-за разлчных пустяков. Сейчас, кажется, из старых родов остались одни только Сяни, а они и в лучшие-то годы судя по рассказам моих родных были невыносимы. К чему тогда с ними связываться сейчас?

   Ятоу облокотилась на стол и подперла щеку рукой.

   - А если ты столкнешься с чем-то, что тебе будет непонятно, и с чем ты не сможешь справиться? Что тогда?

   - А вот тогда и посмотрим. Доедай и пошли. Будем искать твое имя.

   1. Тян И — Небесный врач; в этот день звезды благосклонны к тем кто просит о помощи врачей; подходит для поиска хорошего врача, лечения, подходящего лекарства

   2. Пагода диких гусей — одна из достопримечательностей Сианя, кирпичная пагода, построенная в 652 году и затем после разрушения восстановленная и надстроенная до десяти ярусов в 704. На настоящий момент сохранились семь ярусов, и она имеет высоту в 64 метра

   3. Четверка считается в Азии несчастливым числом, поскольку она созвучна слову «смерть». Звучит в обеих случаях как «Сы» (si), только с разными тонами

   4. Сенхимэ — персонаж онлайн-игры «Onmyoji Arena», девушка с русалочьим хвостом

   5. Джанглер (Jungler) – одна из позиций для размещения персонажа в некоторых онлайн-играх

ГЛАВА 5. 16 декабря 2023 года

4 день 11 лунного месяца

   Вечер

   Кабинетом Шисан почти не пользовался, и все здесь было оставлено так, как предпочитал даже не отец его — дед. Тот был поборником идеального порядка, и потому книги и бумаги были тщательно рассортированы и аккуратно расставлены на полках и в ящиках большого лакового шкафа. На стене висели ключи, пронумерованные педантично арабскими и китайскими цифрами. Над столом между двумя каталожными шкафами висела картина в стиле се и2, изображающая пару ворон на снегу. Других украшений в комнате не было, дед не любил излишеств. Даже поставленная на стол рядом с подставкой для кистей умная колонка смотрелась удивительно чужеродно и неуместно, так что даже становилось немного неловко.

   Повторив утренний запрос, и расширив его немного — вполне возможно, девушка погибла больше года или даже двух назад — Шисан указал на книжные шкафы.

   - На третьей и четвертой полке стоят словари, поищи в них описание того черного существа, что пыталось на тебя напасть. А я загляну в картотеку.

   Сняв со стены несколько ключей, он принялся отпирать ящики, из которых пахло временем и старой бумагой. Ятоу бросила на него заинтересованный взгляд, а потом повернулась к книгам.

   - Да, многовато... Можно как-то сузить круг поиска?

   Шисан неуверенно покачал головой.

   - Кажется тома с седьмого по девятый посвящены различным гуаям3, но я не очень уверен. Я редко заглядывал в эти книги, даже когда учился. Ловля демонов — немного не мой профиль.

   - Сказал человек, который собирается ловить призрака, - хмыкнула Ятоу и, привстав на цыпочки, вытащила несколько книг.

   Шисан подвинул кресло к шкафу и начал быстро перебирать карточки, без особой, впрочем, надежды. Семья Е никогда специально не занималась изучением нечисти. Но, возможно, встречалась с чем-то подобным. И тогда эту встречу должны были записать.

   - А кто этим занимается? - Ятоу устроилась с ногами на диванчике и принялась листать книги, но тоже без особого энтузиазма. То и дело ей приходилось щуриться, чтобы разобрать иероглифы. В книгах, как запоздало вспомнил Шисан, использовалось традиционное написание4.

   - Ты... Не трудно это прочесть? - осторожно спросил Шисан.

   Ятоу покачала головой.

   - Как оказалось — нет, - хмыкнула девушка. - Я даже вот этот вот ужас знаю: полет дракона.5 Откуда только — ума не приложу. Так что со специалистами? Может кто-то тебе помочь? Не то, чтобы я тебе не доверяла, но эта черная дрянь, зомби... меня это немного пугает. И если с тобой что-нибудь случится, я останусь без помощи.

   - Спасибо сердечное за заботу, - проворчал Шисан, задвигая бесполезный ящик и вытаскивая следующий. - Помочь... Когда-то всем этим занимались четыре семьи, но все закончилось еще до конца 19 века. Фани — наши родичи, к слову сказать, связались, как говорят, с темными силами и сами пополнили ряды демонов. Ю отошли от дел лет сто назад. Последний из их мастеров пропал, и семья предпочла заняться чем-то попроще, вроде аптечного дела или чего-то такого. Ю бы нам, к слову, помогли, они занимались отловом демонов. Были еще Мо и Сянь. Вернее, насколько мне известно — есть. Но с Сянями связываться бесполезно, все, что их волнует, это богатство и власть. Этакие рок-звезды от заклинателей. А что касается Мо, он них я тоже ничего сто лет не слышал. Мир чудес проходит.

   Ятоу вернула книги на полку и, скрестив руки, прислонилась к ней спиной.

   - Здесь ничего. Обычные сказочные персонажи. В смысле, я о них уже слышала, или быть может читала. Видать я действительно интересовалась историей. Или фольклором? Неважно, - девушка тряхнула головой. - У тебя что?

   Шисан запер ящик на ключ.

   - Ничего. Сяоду, сяоду, озвучь результаты поиска.

   Тут тоже ничего не было. С одной стороны приятно было слышать, что в таком большом городе, как Сиань, за последние несколько лет произошло не так-то много убийств и исчезновений. С другой начинало казаться, что Ятоу — призрак во всех смыслах, гуай, видение или явление с иной стороны.

   Шисан присмотрелся, но вынужден был признать, что девушка выглядит точно так же, как и все видимые им духи. Очень красивое, но все же на редкость обыкновенное привидение.

   * * *

   Предыдущую ночь Ятоу провела на диване в одной из комнат первого этажа, и так же собиралась поступить и на этот раз, но в конце концов ее одолело любопытство. Наверное, она и при жизни не умела ему противиться, во всяком случае, мысль еще только едва оформилась, а ноги уже несли ее вперед.

   Дом казался очень старым, и уже поэтому интриговал. Ятоу так ничего и не вспомнила о своей жизни, но была совершенно уверена, что привыкла к другой обстановке. К чему-то современному и модному. А еще, что ей это совершенно не нравилось. Ее сердце лежало к другому. К старому, истертому за годы использования дереву, к потемневшему лаку. К вышитым занавесям с бахромой, как бы они порой не смотрелись нелепо. Проходя по комнатам первого этажа, пустым и необжитым, хранящим чей-то чужой уют, Ятоу едва-едва касалась вещей пальцами.

   Здесь совсем не было Е Шисана. Ятоу не могла сказать, отчего так уверена, но она готова была заложить всю память, что у нее еще осталась, что Шисан ничего не поменял в этих комнатах за прошедшие годы. Они застыли в прошлом и хранили отпечаток совсем других, давно умерших людей.

   Побродив по первому этажу, Ятоу собралась с духом и поднялась по тихо скрипящей лестнице, боясь каждым шагом потревожить спящего хозяина. Шисан не запрещал ей ходить по дому, но отчего-то не хотелось попадаться ему сейчас на глаза. Словно он мог застать ее за чем-то непристойным.

   За первой дверью на втором этаже была ванная комната в европейском стиле, также обставленная очень давно. С фарфоровой сантехникой, расписанной цветами; с ванной на изогнутых ножках; с цепочкой, свисающей с высоко установленного сливного бачка. На конце ее болталась забавная фаянсовая груша. Прислушавшись к царившей кругом тишине и немного осмелев Ятоу пошла дальше.

   За второй дверью была родительская спальня. Ятоу и сама не могла сказать, почему это пришло ей в голову. Но комната определенно выглядела так, словно бы в ней когда-то жила старомодная супружеская пара. И словно пара эта оставила комнату внезапно, оставив щетку для волос валяться возле столика с трюмо, а букет цветов засыхать в фарфоровой вазе не подоконнике. Ощутив собственную неуместность и смущение, Ятоу покинула комнату.

   За третьей дверью спал Шисан.

   Ятоу застыла на пороге, затаив дыхание и боясь сделать хотя бы один шаг. Ей казалось, половицы скрипят оглушительно, и любое ее неосторожное движение разбудит и разозлит хозяина.

   Злить его не хотелось.

   Комната выглядела несколько по иному, хотя точно так же была обставлена старинной мебелью, даже кровать словно из музея сбежала: резной каркас, чуть тронутый серебром, крыша-сетка, тонкие газовые занавеси. Несколько портила впечатление полосатая простынь из какого-то интернет магазина и разбросанные по постели разномастные подушки, одну из которых Шисан обнимал, словно ребенок.

   Стараясь ступать осторожнее, Ятоу подошла и присела рядом с постелью на корточки. Шторы на окне не были задернуты, и свет с улицы падал на красивое лицо молодого мужчины. Такие как он нравятся женщинам: красив, умен, с отличным чувством юмора. И призракам тоже. Ятоу протянула руку, едва коснулась прямой переносицы, но сразу же отодвинулась. Призракам не следует тянуть свои руки куда попало. До хорошего это не доводит. Призраки изводят живых и, как подумалось ей сейчас, себя тоже изводят. Все должно оставаться на своих местах.

   Осторожно поднявшись, Ятоу сделала несколько шагов назад, размышляя о прошлом. Был ли у нее молодой человек? На какого он был похож? Любили ли они друг друга по-настоящему? В легендах всегда рассказывают о вечной любви, которая длится три жизни подряд, но как узнать, было ли у тебя что-то подобное? И как встретить свою судьбу в следующей жизни?

   Ночную тишину прорезал истошный крик. Ятоу, продолжавшая отступать к двери, запнулась о порог и едва успела ухватиться за дверной косяк, хотя едва ли падение причинило бы ей вред. Почему-то подумалось, что она отскочила бы от пола, как воздушный шарик.

   Шисан проснулся и резко сел на постели, собранный и сосредоточенный, как днем.

   Крик повторился.

   - Оставайся на месте! - приказал он, ничуть не удивленный и не задетый присутствием Ятоу в комнате.

   И то верно, о чем тут вообще думать. Всего лишь маленький любопытный призрак. Ятоу шмыгнула носом.

   - Оставайся на месте, поняла? - повторил Шисан, занятый поисками под кроватью тапочек.

   Он был в одних пижамных штанах, без рубашки, и внимание Ятоу привлекли мышцы у него на спине. Стыд какой! А если она и при жизни любила пялиться на полуголых мужчин? Ятоу, должно быть, покраснела, но взгляд от привлекательного зрелища отводить не стала. В конце концов, должны быть у посмертия хотя бы какие-то преимущества.

   Затем похотливый к стыду ее взгляд стал выхватывать мелкие пугающие детали. Шрам на руке она уже видела. Еще несколько были на спине и на левом боку. Что-то произошло в прошлом, оставившее их и сейчас тревожащее Ятоу безо всякой причины.

   Шисан тем временем отыскал наконец свои тапочки и, не одеваясь и не обращая на нее внимания, выскочил в коридор. Заскрипели ступени старой лестницы. Почти сразу же нарушив данное обещание, Ятоу последовала за ним.

   Когда она выбежала на улицу, основной переполох был уже окончен, и люди стали понемногу успокаиваться. О произошедшем напоминали только следы крови на снегу. Неподалеку лежала, постанывая, немолодая женщина в ночной сорочке, вокруг нее столпились соседи, кто-то звонил в скорую.

   Шисана нигде не было.

   Опасливо сделав шаг со двора, Ятоу огляделась, пытаясь отыскать высокую фигуру. Шисана довольно сложно было пропустить. Нет. Только встревоженные соседи, плачущая от боли женщина, кровь и истоптпнный снег. Изнутри начала подниматься паника.

   Развиться она, впрочем, не успела: в конце улицы показался знакомый силуэт. Шисан, в пальто на голое тело, даже не потрудившийся надеть рубашку и позабывший переобуться. Хорошо, хоть шарф догадался на шею намотать. На щеке красовалась свежая царапина.

   - Убежал, - бросив короткий недовольный взгляд на Ятоу, Шисан повернулся к соседям.

   - Кто это был?

   - Я не разглядел, тетушка. Я потерял его в паре улиц отсюда.

   - Мы уже вызвали полицию, - кто-то из тетушек потрепал Шисана по плечу, привстав на мысочки. - Иди отдыхать. До утра все равно никто не приедет. Совсем нас позабыли.

   Кивнув, Шисан направился к своим дверям, по дороге схватив Ятоу за локоть.

   - Я же сказал тебе оставаться дома!

   - Но я... - Ятоу обнаружила, что не знает, что ей возразить. Действительно, говорил. И проку от нее снаружи не было никакого.

   - А если бы это была та черная тень? - хмуро спросил Шисан. - И она бы тебя сожрала? Ведь не поморщилась бы, слопала.

   - Прости, - потупилась Ятоу. - Больше не буду.

   - Надеюсь.

   Выпустив ее локоть, Шисан резким движением открыл холодильник, вытащил оттуда небольшой контейнер и принялся есть холодный клейки рис руками, даже не морщаясь. У Ятоу к горлу подступил комок, и она отвернулась.

   - Кто это был на самом деле?

   - Цзянши, - облизнув губы, Шисан закрыл контейнер и убрал его обратно в холодильник, после чего вытащил из шкафа аптечку. - Помоги мне. Там должно быть обеззараживающее средство где-то на дне. Зомби я не стану, но воспаление получить неохота. Как представлю, сколько грязи у него на когтях. Бр-р!

   Ятоу отыскала в коробке нужный пузырек и пару ватных палочек и опасливо приблизилась. Шисан замер на стуле, повернувшись к ней одной стороной лица, так что можно было во всех подробностях изучить его красивый, скульптурный профиль. Моргнув, прогоняя наваждение, Ятоу склонилась ниже и принялась обрабатывать порез. Когда лечебная жидкость коснулась царапины, Шисан даже не вздрогнул, продолжая смотреть в стену неподвижным взглядом.

   - Откуда эти шрамы? - Ятоу безотчетно коснулась виска мужчины.

   - Старая история.

   - Было больно? - кончиками пальцев Ятоу провела по шраму.

   - Очень, - Шисан наконец посмотрел на нее. - Я едва глаза не лишился. И руки. Но это было очень давно, и тут говорить не о чем.

   - И это не мое дело, да? - вздохнула Ятоу, отстраняясь.

   - И это тоже, - согласился Шисан и поднялся. - Спасибо. Мне нужно выспаться и завтра с утра отыскать одного человека. Мне может понадобиться помощь. Нет, не может. Точно понадобится.

   1. Тянь Си Син — Звезда небесного счастья. Дни, отмеченные этой звездой, подходят для заведения новых отношений

   2. Се И — один из стилей китайской живописи, достаточно абстрактный, склонный к минимализму

   3. Гуай (guai) – можно перевести как «странный, необычный». В китайской низшей мифологии так называют все неизвестное и загадочное, имеющее очевидно нечеловеческую природу или ей противоречащее. Сюда же относят и упомянутых ранее цзянши

   4. В материковой части Китая была проведена реформа, упростившая написание более чем двух тысяч самых сложных иероглифов. Традиционные иероглифы используются до сих пор на Тайване, в Гонконге и в Макао. Пример упрощения слова «электричество»: 電 (трад.) и 电 (упр.)

   5. 龖 — (da) — полет дракона, в полном виде содержит 48 черт

ГЛАВА 6. 17 декабря 2023 года

5 день 11 лунного месяца

   Утро

   На записную книжку отца Шисан не слишком надеялся. Там было множество имен, но почти наверняка все эти люди давно уже умерли, и совется спросить было попросту некого. Номера были мертвы. Наконец, когда Шисан позвонил по номеру, помеченному как «уши1 Бао» - это была, кажется, сороковая попытка за утро - он услышал характерный щелчок, означающий соединение. Сердце подскочило в груди. Но радоваться было рано, вполне возможно телефон принадлежит уже совсем другому человеку.

   - Алло? - голос к разочарованию Шисана был молодой. Шаманке Бао по его подсчетам должно было быть уже больше семидесяти лет. - Кто это?

   Судя по выговору, женщина жила где-то на севере страны.

   - Это... Это Е Шисан из Сианя. Могу я поговорить с госпожой Бао?

   Последовала пауза, после чего женщина с сожалением ответила.

   - Нет. Бабушка скончалась несколько лет назад.

   - Примите мои соболезнования, - пробормотал Шисан. Оборвалась одна из последних нитей.

   Он уже собирался нажать отбой, но женщина остановила его.

   - Вам было что-то нужно от бабушки? Ей никогда не звонили по пустякам. У меня, конечно, способностей поменьше, но может и я вам могу помочь?

   - Мне нужны были сведения, и я не уверен... Госпожа, знаете ли вы кого-то с по-настоящему хорошей библиотекой. Я столкнулся с явлением, которое не могу опознать, и мне очень нужна информация. Или быть может вы видели что-то подобное?

   Шисан коротко описал черную тень, надеясь, что они с молодой женщиной сейчас говорят об одних и тех же вещах, и что покойная бабушка посвятила ее в тонкости своего дела. В противном случае он выглядел полным идиотом, сумасшедшим или пранкером.

   - Нет, к сожалению, ничего подобного я не встречала, - ответила женщина после паузы. - Мы живем в лесу, людей тут немного. Возможно, это что-то городское. Знаете, кто вам может помочь? Господин Мо!

   - Мо? - удивился Шисан. - Вы имеете в виду Мо из семьи Мо? Кто-то еще жив?

   От внезапного облегчения даже кончики пальцев закололо. А еще зачесалась царапина, оставленная ночным визитом зомби. Чтобы не начать ее нервно расчесывать, Шисан крепче стиснул карандаш, который держал в руке.

   - И даже расплодился сверх меры, - рассмеялась женщина. - Тройней. Отчего стал еще сварливее. Но в помощи теперь не отказывает, и несомненно может вам помочь. Ни у кого больше нет настолько полного архива. Запишите номер.

   Шисан включил громкую связь и нажал на кнопку умной колонки.

   - Сяоду, сяоду, внести номер в книгу. Мо.

   Теперь у него был телефон. И человек, который должен был обладать настоящими знаниями. Семья Мо много столетий собирала информацию, став в какой-то момент почти официальными историографами, хронистами и хранителями невероятных по ценности знаний. К ним стекались все карты, дневники исследователей, байки о встречах со сверхъестественным, досужие сплетни и подлинные свидетельства. Было по-настоящему большой удачей, что кто-то из них еще жив.

   - Его зовут Мо Гуй, - сказала женщина. - И он тот еще подарочек. Если вдруг откажеться вам помогать, господин Е, напомните ему о бабушке Бао. Обычно это действует.

   - Спасибо, - искренне поблагодарил Шисан и отключился.

   Положил обе ладони не стол, кожей ощущая все неровности старого дерева. Было нервно. К призракам он привык, но вот с тругими заклинателями, кажется, никогда не сталкивался. И родители их недолюбливали, но Шисан не мог вспомнить, была ли тому какая-то объективная причина. Скорее всего, то были обиды предков, которые живым Е постоянно приходилось выслушивать от своих усопших родственников.

   - Позвони, - сказала Бабуля, проявившаяся впервые за целые сутки. - Мо всегда были благородными, как и Ю. Хорошо, что кто-то еще остался на этом свете. Трое детей, надо же. Глядишь, и будущее у этой земли есть...

   - Ты что-то притихла в последнее время, - заметил Шисан. Чтобы занять руки и отложить на вермя звонок, который его все еще нервировал, он начал заваривать чай. - Я надеялся услышать твой совет по поводу цзянши, но все вы куда-то попрятались.

   - Ты чудесно проводишь время с этой девочкой, - хмыкнула Бабуля. - Зачем нам вмешиваться? Она, конечно, мертвая и скоро покинет этот мир, но чем это отличается от всех твоих девчонок? Бабочки-однодневки, тьфу!

   Шисан покачал головой, предпочитая пропустить все эти глупости мимо ушей. Почтенная старуха-матриарх всегда очень тонко чувствовала настроение членов своей семьи, поэтому легко поменяла тему для разговора.

   - Про эту черную тень, которую вы видели, мне ничего неизвестно. Прежде в нашей семье с таким не сталкивались. И рядом с домом этого не появлялось.

   Шисан кивнул. Разлил чай по чашкам, и выплеснул немного на пол. Бабуля втянула носов воздух и блаженно улыбнулась, после чего исчезла. Наверняка, спроси Шисан, куда она, Бабушка сказала бы, что не желает мешать дорогому потомку. В действительности же где-то поблизости начался очередной сериал, который старуха не желала пропускать. В отличие от большинства прочих призраков, привязанных к дому какими-то их страхами, она была весьма энергична и любила бодить в округе.

   Шисан пригубил чай, продолжая одной рукой поглаживать столешницу. Надо позвонить и поговорить с этим Мо Гуем. Небо от этого на землю не рухнет, и у него самого тоже ничего не отвалится.

   - Там к тебе гости, - Ятоу заглянула на кухню. - Стучат в двери магазина, выглядят встревоженно.

   Шисан кивнул. Этого следовало ожидать после ночного переполоха. Согласно официальной версии, которую озвучили прибывшие рано утром полицейские, на соседей напал какой-то грабитель-неудачник, которого смогли остановить крики женщины и появление Шисана. Было сломано несколько дверей, у госпожи Ли красовался на лице синяк, но ничего не пропало, и покой в квартале был установлен заново. Договорились только, что в течении последующих нескольких дней улицы будут патрулировать в темное время суток полицейские и добровольные дружинники. Но для большинства местных жителей реалистичного объяснения было недостаточно. Они много десятилетий жили рядом с семьей Е и научились угадывать, когда следует волноваться, а когда можно довериться местным властям. Сейчас они остро чуствовали опасность, с которой полиция ничего не могла поделать, и потому осаждали лавочку Е в поисках защитных амулетов.

   Шисан залпом допил чай.

   - Уже иду.

   * * *

   Посетителей в магазинчике оказалось так много, что буквально спустя минуту уже протиснуться между ними было нельзя. Для всех живых людей, кроме одного лишь Шисана, Ятоу оставалась бесплотным туманом, облачком, холодком, и легко могла проходить сквозь них, но это было не слишком-то приятно. Как назойливый зуд на коже. Поэтому сперва она отодвинулась к стене, потом попыталась забраться с ногами на верстак, но тут мешалась занятому изготовлением инструментов Шисану. Оченив кажущийся бесконечным путь до подсобки, ятоу выскользнула через главную дверь и прислонилась к стене снаружи. Здесь ее и нашли другие призраки.

   В первое мгновение Ятоу испугалась. В своем бесконечном странствии через туман она то и дело встречала других мертвецов, но все они казались ей опасными и враждебными. Эти, однако, казались вполне дружелюбными, и больше всего напоминали кумушек-сплетниц, собравшихся чтобы перемыть кому-то косточки. Несмотря на очень разнообразный внешний вид — самая старшая из привидений скончалась, где-то во времена династии Мин, как Ятоу показалось — держались они вместе и походили на старых приятелей и подруг.

   - Новенькая? - одна из привидений, румяная пожилая дама в плотных штанах и вышитой стеганой куртке ткнула Ятоу в плечо. - Вот уж не знала, что молодой Е овдовел!

   - Так и что он женился ты не знала, - фыркнула ее подруга.

   - Овдо... Нет, - Ятоу замотала головой. - Я просто... Шисан помогает мне... вспомнить кто я такая.

   Привидения покачали головой, посудачили о чем-то вполголоса, а после вдруг оживились. Дама в штанах и куртке снова вышла вперед.

   - Помогает? Молодой Е? В самом деле?

   Ятоу кивнула.

   - Ну надо же! Взялся наконец-то за ум! Да благославит Будда его почтенную бабушку! Вправила наконец внучку разум на место! Скажи ему, пусть отвадит хахаля от моей Мэйнин.

   - Что? Простите? - опешила Ятоу.

   - Мэйнин, пра-правнучка нашей матушки Фо, - взялся за пояснения сухощавый средних лет призрак. - Она тут живет в трех кварталах. Хорошая девушка, но доверчивая до жути.

   - Вот-вот! - быстро закивала головой матушка Фо. - Ходит к ней один поганец, обещает, обещает, но я же вижу, ему только дом моей девочки и нужен. Пускай молодой Е прогонит его.

   - Каким образом? - нахмурилась Ятоу.

   - Нешто у него хорошего амулета нет? Если есть вещицы, которые людей вместе сводят, то должно быть и обратное, верно?

   Ятоу неуверенно кивнула.

   - В общем, помоги, деточка, сослужи нам добрую служюу. И тебе будет плюсик в карму-то.

   Ятоу с некоторым удивлением оглядела разномастную толпу призраков. Кажется, они были не только весьма энергичными, но и продвинутыми. Во всяком случае, в речи их хватало фраз и выражений, которые разве что в интернете подцепить можно. И все смотрели на нее выжидательно.

   - Я попытаюсь.

   Захотелось сбежать, позабыв про свое обещание, но в итоге Ятоу решила, что после ей посмертия не будет. Неизвестно, сколько еще ей придется провести здесь времени прежде, чем Шисан отыщет ее имя и настоящую личность. Все эти кумушки уж точно найдут способ доставить ей трудности. Проще всего сообщить их просьбу Шисану и получить их ответ.

   Протиснувшись сквозь толпу, она коснулась локтя мужчины, занятого упаковкой какого-то амулета.

   - Есть разговор.

   Шисан, кажется, никак не отреагировал на ее слова, спокойно передал покупку и очень вежливо извинился перед оставшимися покупателями. После чего едва заметно толкнул Ятоу в подсобку.

   - Что случилось?

   В подсобке было темно, пыльно, пахло травами, и некоторое время Ятоу пыталась прочихаться. Шисан все это время стоял, скрестив руки, и с недоумением ее разглядывал. Сумев наконец восстановить дыхание, Ятоу выдавила:

   - Там снаружи призраки, и они...

   - Нет, - покачал головой Шисан, не дав ей договорить.

   - Но я же еще не...

   - Я не стану помогать призракам, никогда этого не делаю.

   Ятоу, нахмурясь, посмотрела на него.

   - Мне же ты помогаешь.

   - Это другое, - покачал головой Шисан. - Ты вспомнишь свое имя и уйдешь, а они останутся тут и будут донимать меня по пустякам. Даже начинать не хочу.

   - Но если у них что-то серьезное? - спросила Ятоу. - Может быть к правнучке матушки Фо действительно мерзавец какой-то ходит? И потом он убьет ее, а ты знал и ничего не сделал.

   - Матушка Фо умерла году в 1914, - хмыкнул Шисан. - Так что скорее всего ухажер ее просто не устраивает. Сквернословит, к примеру. Или смотрит не так. Или ее раздражает еще какая-нибудь обыкновенная совершенно мелочь.

   - Или — или, - Ятоу упрямо вскинула подбордок.

   Некоторое время Шисан разглядывал ее и, кажется, полумрак подсобки совсем ему не мешал. Наконец он протянул руку и вытащил из коробки потрепанный временем блокнот и несколько карандашей.

   - Запиши их просьбы. Если это что-то серьезное — записи останутся. Если глупости — и часа не продержутся. Тогда и узнаем.

   Ятоу сжала блокнот обеими руками и кивнула.

   - Если листы останутся чистыми, больше ты ко мне с этим приставать не будешь. И они тоже.

   Ятоу снова кивнула.

   - И еще, расспроси у них про цзянши и про ту черную тень. Возможно местными призракам что-то известно. Хотя, подозреваю, они большую часть времени проводят на пустыре, играя в маджонг и перемывая косточки живым.

   Ятоу представила себе эту картину, хихикнула и поспешила назад на улицу, чтобы записать просьбы привидений, искренне надеясь, что они действительно важны.

   Ятоу вскоре уже пожалела об этом решении. Она исписала карандаш до самого конца, многократно его затачивая; исписала все страницы блокнота; пальцы стерла в кровь, и теперь их сводило судорогой, а просьбы все не заканчивались. В конце концов пришлось признать свое поражение и поднять беспомощно руки:

   - Хватит, хватит! На сегодня достаточно!

   Это были, конечно, опрометчивые слова, но в противном случае ей едва ли удалось бы утихомирить местных призраков. Сунув блокнот в карман палто, Ятоу принялась за расспросы, надеясь, что в благодарность за оказанное внимание привидения не будут молчать.

   1. Уши — шаман, колдун

   2.

ГЛАВА 7. 17 декабря 2023 года

5 день 11 лунного месяца

   День

   Ятоу появилась спустя минут десять после закрытия магазина. Шисан успел уже приготовить лапшу с грибами и заварить свежий чай. Девушка вошла на кухню, бросила на стол блокнот и устало рухнула на табурет, уронив голову на руки.

   - Поняла теперь, почему я не хочу связываться с этими призраками? - хмыкнул Шисан. - Поешь.

   - Цзянши появился недавно, но откуда — они не знают. Считают, что это как-то связано с шаманкой, живущей в северной части района. Она «странная», никогда не соблюдает правила и, как мне наябедничала одна дама, знавшая ее при жизни, «даже свадьбу играла в месяц мертвых», что бы это ни значило.

   - Для шаманов это нормально, - Шисан подвинул к девушке миску с лапшой. - Правила не для них писаны. Не для нас...

   - Эту черную тварь они тоже видели то тут, то там, но сказали, что она до того страшная, что к ней никто не смеет приблизиться. Что это какая-то пожирательница душ или что-то в этом роде.

   - Словом, пользы от призраков никакой, - хмыкнул Шисан. - А я предупреждал. И кстати.

   Он раскрыл блокнот и пролистал его, демонстрируя чистые страницы.

   -Да, я сглупила, - со вздохом согласилась Ятоу. - Я глупая, и просьбы у них дурацкие. Впредь буду поступать разумнее.

   - То-то же, - кивнул Шисан и собирался уже закинуть блокнот в один из ящиков, но замер. - Ты не глупая. Просто в сору нечасто попадается жемчуг.

   Вскочив с табурета, Ятоу обогнула стол и заглянула в блокнот, уцепившись при этом за локоть Шисана. Как всегда, когда его старых шрамов касались призраки, он испытал боль, но в этот раз она быстро исчезла. Он даже поморщиться не успел.

   - Это же рассказ матушки Фо!

   - В нем определенно есть смысл, - задумчиво кивнул Шисан, потирая в некоторой растерянности руку. - Ешь. Взглянем на дом и поговорим с ней, нужны подробности. Что же ей именно в этом ухажоре не нравится?

   Ятоу приподняла брови.

   - Некоторые вещи призраки чувствуют куда яснее людей. Знаешь, как говорят? «Мертвые знают истину».

   - А разве не «мертвые не врут»?

   Шисан рассмеялся.

   - Врут, и еще как. Все врут. Ешь скорее.

   За собственную лапшу он приняться не успел, потому что зазвонил телефон. Выслушав панический голос студента, так до сих пор и остававшегося для него безымянным, Шисан коротко ответил:

   - Знаю это место. Будем там к восьми.

   - «Один студент» согласился принять помощь? - спросила Ятоу с любопытством.

   - Да. И, похоже, Мудань сделала что-то, изрядно его напугавшее. У него свидание здесь неподалеку, в одном маленьком баре. Пора приглядеться к призраку поближе.

   - Если она действительно привидение, что ты будешь делать?

   Шисан пожал плечами.

   - Способов избавиться от призрака хватает, но все умные духовные книги согласны, что убивать их следует в последнюю очередь. Попробую с ней поговорить. Хотя защита нам, конечно, не помешает. Я доделаю несколько амулетов, и можем выходить. У нас как раз хватит времени навестить дом матушки Фо.

   Шисан неплохо знал Фо Мэйнин, они даже дружили в детстве, но со временем по множеству причин дружба эта сошла на нет. Впрочем, точно так же она разорвала отношения и со всеми остальными соседскими ребятами, превратившись с возрастом в усталую и не слишком красивую тридцатилетнюю женщину. Жизнь ее была сосредоточена вокруг дома и работы, и каждый день Фо Мэйнин проделывала один и тот же путь, двигаясь одним и тем же маршрутом. Ее мать иногда заглядывала в магазин к Шисану, жаловалась на поведение дочери и просила продать какой-нибудь амулет, который вернул бы Мэйнин как по волшебству живость и желание жить на полную. Шисан только улыбался, раз за разом убеждая госпожу Фо, что такого амулета просто не существует.

   Он немного лукавил, но не пускаться же в пространные объяснения о том, насколько опасна подобная магия.

   Еще больше жалоб передавали Шисану партнеры отца девушки по маджонгу, забегающие иногда, чтобы заговорить кости.

   Словом, Фо Мэйнин жила тусклой и не самой правильной жизнью, но Шисану трудно было ее осуждать. Он и сам не слишком-то стремился вырваться из привычной рутины, редко уходил далеко от дома, а любым романтическим отношениям предпочитал короткие и ни к чему не обяхывающие свидания. Но он только порадовался бы, если бы подруга его детства нашла себе хорошего парня. Только вот, жалоба ее почтенной прабабки осталась на бумаге, а значит дело тут было нечисто.

   - Дом Фо, - Ятоу, запрокинув голову, изучила резную надпись на доске над воротами. - Ух ты, тут даже табличка есть. Мы зайдем?

   Шисан покачал головой, после чего, присев на корточки, вытащил из кармана несколько бумажных фигурок, которые аккуратно спрятал под порогом и за обрамляющим ворота косяком.

   - Что ты делаешь? - шепнула Ятоу, склонившись к самому его уху. Это было странное ощущение, словно сквозняк пробежал.

   - Колдую.

   - Прям вот совсем колдуешь? По-настоящему?

   Обернувшись, Шисан взглянул на полное недоверия лицо девушки и рассмеялся.

   - Ты призрак, что тебе не кажется странным. Ты видела зомби. Но то, что я умею колдовать, тебя отчего-то удивило.

   - Ну просто... я себе как-то по другому колдовство представляла, - пожала плечами Ятоу.

   - Как? Я должен выкрикивать заклинания и кидаться во все стороны спецэффектами? - хмыкнул Шисан. - Могу пару мудр изобразить, но толку от них сейчас не будет. Пошли-ка.

   Взяв девушку за локоть, он утянул ее в узкий проулок, где можно было, спрятавшись за декоративным выступом здания, наблюдать за дверью в дом Фо. Спустя несколько мгновений появилась и Мэйнин, шаги которой были слышны в холодной зимней тишине уже какое-то время. Молодая женщина шла, сгорбившись, словно ее прижимал к земле груз забот, а за ней следовали неясные тени. Не призраки, решил Шисан, присмотревшись. Скорее — ее собственные сожаления. Если бы ему вздумалось продолжать семейные архивы, он определенно добавил бы пару глав о Загонах, злобных духах, преследующих современных людей. Фо Мэйнин была просто переполнена нелюбовью к себе с немытой головы до стоптанных туфель. Она подошла, открыла сумку и принялась копаться в ней в поисках ключей. Одна из бумажных фигурок, повинуясь движению пальцев Шисана, подлетела ближе и уцепилась за подол пальто Мэйнин. Та, найдя наконец ключи, отперла дверь и скрылась во дворе.

   Шисан закрыл глаза и прикоснулся кончиками пальцев к виску.

   Он никогда не любил этот способ, хотя по легендам он был изобретен его предками и подходил роду Е как никакому другому. Для Шисана не составляло особого труда взглянуть на окружающий мир «глазами» бумажной фигурки. Это даже нельзя было назвать болезненным способом, разве что немного давило на виски в самом начале. Но подобное колдовство утомляло. Мир виделся слишком ярким, словно бы залитым светом мощнейших софитов. Тени при этом пропадали, и очертания всех предметов делались странными, одновременно сверхчеткими и размытыми. Зато, «глаза» бумажного амулета видели следы чужого вмешательства, магическое воздействие и даже, порой, дурные намерения.

   - Матушка Фо права, что-то не так... - фигурка оторвалась от пальто Мэйнин и скользнула у самой земли, после чего устроилась возле припорошенного снегом велосипеда. Отсюда весь двор был как на ладони, и видно было, что его пересекают яркие, неопределимого цвета линии. От одного взгляда на них начинали гореть глаза. - Тот, кто посещает этот дом... Черт!

   Ветер сдвинул фигурку, и одна из линий разрезала ее пополам. Бумага вспыхнула в мгновение ока, и вся накопленная магия рванула назад. Это было как удар в солнечное сплетение. Шисан дернулся, ударившись затылком о выступающие из стены кирпичи, и упал бы, не поддержи его Ятоу. Холодная ладонь призрака коснулась его лба.

   - Шисан?! Что случилось!

   Поймав руку девушки, Шисан сдвинул ее ниже, так что ладонь накрыла его левый глаз. Он болел сильнее, и холод, исходящий от ладони призрака, приносил облегчение. Ятоу шевельнулась и сама уже положила ему на лицо вторую руку.

   - Больно?

   - Неприятно. Снова что-то странное, с чем я прежде не сталкивался... - переведя дыхание, Шисан мягко отодвинул Ятоу и открыл глаза. Моргнул. Боль вроде бы прошла, но сложно было избавиться от мысли, что она еще вернется и в тройном объеме. - Нужно будет сегодня же позвонить Мо Гую.

   - Может быть, лучше вернуться домой? - спросила Ятоу встревожено. - Ты неважно выглядишь.

   - Все в порядке, - отмахнулся Шисан, стараясь выглядеть уверенно. - Ничего особенного не случилось.

   Первые два шага у него кружилась голова, но дальше дело пошло куда лучше. Улыбнувшись, он предложил Ятоу локоть.

   - Идемте, сударыня, взглянем на призрака.

   1. Цзай ша (ша бедствий) — в этот день возможны проблемы с личной жизнью, а также со здоровьем

ГЛАВА 8. 17 декабря 2023 года

5 день 11 лунного месяца

   19-10, час Собаки

   В районе было не слишком много развлечений для молодежи, и все они концентрировались в основном на его окраине. В центре можно было наткнуться на множество маленьких чайных и питейных заведений, на залы для маджонга, крошечные кинотеатры, где показывали не самое популярное кино, но все это было для молодых людей не слишком привлекательно. Едва достигнув совершеннолетия, они почти все покидали родные места, перебираясь в более оживленную и современную часть города. Только на окраине можно было отыскать несколько мест, которым Шисан, временами до смешного консервативный, подобрал бы определение «злачных». Здесь была пара сомнительной репутации общежитий, где сдавали комнаты почасово, магазинчик для взрослых и шумный по местным меркам ночной клуб. Все это было совершенно незаконно, но при каждом появлении на горизонте полицейских рейдов заведения ловко закрывались, словно полностью исчезая с лица земли. В конце концов местные смирились с наличием в районе подобных развлечений и со временем совсем перестали обращать на них внимание.

   Чтобы добраться до ночного клуба пришлось снова пройти мимо кладбища. Голова после отката болела все сильнее, и сегодня Шисан смотрел на ограду и то, что за нею находится совсем по иному. Сегодня вместо обычной горечи он испытывал злость, и по-хорошему нужно было развернуться, отправиться домой и отказаться от этой работы. Но тогда ему пришлось бы выслушивать бесконечные причитания Бабушки, да и отказываться от уже начатой работы было не самой разумной идеей.

   - Ты в порядке? - встревожено спросила Ятоу.

   Шисан едва не огрызнулся в ответ, но сдержался, прикусив губу и едва не прокусив ее до крови. Девушка ни в чем не была виновата.

   - Все в порядке. Голова болит. Поэтому тебе нужно будет следить в оба за нашим студентом и его подругой, чтобы я ничего не упустил.

   Девушка с готовностью кивнула.

   Уже начало темнеть, и по обеим сторонам улицы зажглись неяркие желтые фонари. Снова пошел снег, на этот раз густой и влажный, ложащийся на мостовую крупными мягкими хлопьями. Свернув с основной улицы, обогнув высокую стену кладбища, уходящего далево вправо и повернув еще пару раз в лабиринте узких переулков, они оказались наконец перед дверью клуба.

   - «ХуанДэ», - сощурившись, Ятоу с трудом различила иероглифы на неоновой вывеске.

   - В прошлый раз они были «ХуанДи»2 и обещали всем императорское удовольсьвие, - мрачно хмыкнул Шисан. - Поразительно дурное дешевое место, и я бы на месте того студента трижды подумал, прежде чем сюда вообще заглядывать.

   - Думаю, не ошибусь, если скажу, что я в таких местах точно не бывала... - пробормотала Ятоу.

   Шисан, поколебавшись немного, поймал ее за руку. Так они и вошли в клуб — бок о бок — и начали спускаться по немного расшатанной металлической лестнице. Пройдя полпролета, Шисан огляделся. Внутри было сумрачно, шумно и дымно, отчего головная боль еще больше усилилась. В какое-то мгновение все вдруг смешалось, поплыло, земля прогнулась под ногами, и Шисан ухватился за перила, чтобы не упасть. Со своей стороны его подхватила встревоженная Ятоу.

   - Я вижу его. Но...

   - Ведь, - распорядился Шисан, закрывая глаза, которые уже начал разъедать дым. В клубе было накурено, и Шисан не смог бы полностью поручиться, что речь идет об одном только табаке.

   - Там что-то вроде отдельного кабинета за плексигласом, - сказала Ятоу. - И рядом есть еще свободное местечко. Если поспешим, можем его занять.

   - Будем держаться подальше, - покачал головой Шисан. - Если подружка этого парня действительно призрак, она может тебя увидеть.

   - Тогда... второй ярус? - предложила Ятоу. - Там тоже есть пара удобных мест, и оттуда нам все будет хорошо видно.

   Шисан кивнул.

   Чтобы подняться на второй ярус, пришлось сперва спуститься, затем перейти на другую лестницу, ведущую на своего рода балкон, а по дороге еще заплатить нелюбезному охраннику, от которого исходили волны раздражения. Он не хотел находиться здесь, терпеть не мог свою работу и сам по себе мог послужить причиной для головной боли. Впрочем, все старания и лишние траты того стоили: на балконе было практически безлюдно, а кроме того, значительно тише. И отсюда открывался отличный вид на нижний ярус, туда, где сидел студент, дожидаясь свою возможно призрачную возлюбленную.

   Заняв один из свободных столиков, Шисан и Ятоу приготовились к возможно долгому ожиданию, однако, девушка появилась почти сразу. Причем, именно появилась. Она не спустилась по лестнице от двери, не вышла из уборной, не отделилась от беснующейся на танцполе толпы. Она просто появилась неподалеку от нужного столика, и Шисан успел уловить мгновение, когда она буквально соткалась из воздуха, дыма и неоновых огней. Невысокая, круглолицая, с пухлыми красными губами, она не слишком походила на китаянку. В ней было что-то неуловимое, выдающее корейскую или японскую кровь, и больше всего она походила на очень красивую, но искусственную фарфоровую куклу.

   Подойдя к студенту, она склонилась, чтобы поцеловать его, и поцелуй этот затянулся.

   - Кхм.

   Шисан посмотрел на Ятоу. Девушка, закатив глаза, покачала головой, всем своим видом показывая неодобрение.

   - А ты, оказывается, ханжа.

   - Ничуть. Просто она это делает так нарочито, как плохая актриса в очень плохом кино. И слепой бы понял, что она играет, а этот студент...

   -Мужчинам нравится внимание красивых женщин, - пожал плечами Шисан. - И многим духам и призраком легко удается играть не этом.

   Ятоу бросила на него короткий заинтересованный и какой-то напряженный взгляд.

   - Тебе тоже?

   - Ну, сейчас не обо мне речь. Но вообще, мне, пожалуй, без разницы. Но у таких вот как он парней куча комплексов, и в итоге они становятся легкой добычей.

   - Куда это они? - Ятоу коснулась руки Шисана.

   Парочка внизу, закончив наконец целоваться, поднялась и пошла к выходу.

   - Есть тут пара мест поблизости... - пробормотал Шисан. - За ними!

   На улицу они выскочили всего парой минут позднее, но студента и его подружки нигде не было видно. Картина казалась безмятежной: ветра не было, снег падал почти вертикально, и только некоторые снежинки неспешно, изящно планировали, кружась перед лицом. В дальних концах улицы клубилась уютная зимняя темнота.

   - Следы! - Ятоу толкнула Шисана в бок. - Они пошли туда.

   Шисан бросил взгляд на две цепочки следов, одни были оставлены кроссовками, вторые — сапожками на шпильке-стилете. Вели они в весьма ожидаемом направлении, туда, где сдавали комнаты на час-полтора.

   - Идем, - коротко кивнул Шисан, хватая Ятоу за руку. - Я знаю, где они могут быть.

   Потребовалось пройти совсем немного, нырнуть в еще один проулок, следуя по следам любовников, чтобы отыскать нужную дверь. Она выглядела неприметно, и табличка возле нее обещала комнаты и скромный завтрак, ничего особенного не суля. Однако почти всем в округе было хорошо известно, что именно здесь можно получить. Шисан распахнул дверь.

   Пара местных красавиц, ожидающих возможных клиентов в тепле — днем их скорее можно было встретить на улице — привстала со стульев, выстроившихся шеренгой возле стены, но сразу же села на место, разочарованно выдохнув. Они всегда хорошо чувствовали, что мужчина ими не заинтересуется, и чутье это было сродни сверхъестественному.

   - Обманутый муж, - хихикнула одна из девиц и махнула рукой в сторону узкого проема, за которым начиналась лестница. - Они туда пошли.

   * * *

   Сообразив, где находится, Ятоу в первую минуту смутилась, но потом решила, что у призрака не должно возникать подобных мыслей. Подумаешь, гуляет по злачным местам. Как знать, может при жизни она была не самой целомудренной особой? Впрочем, при одной мысли об этом щеки загорелись, и Ятоу поняла, что нет, живой она была скромной и хорошо воспитанной, и в таких местах не появлялась ни разу.

   Тогда тем более надо осмотреться.

   Впрочем, это был не какой-нибудь роскошный публичный дом или массажный салон, как его изображают в кино: с красными занавесями, девушками в изысканных вышитых дудоу1, волнительная музыка и дымка от курильниц. Был обычный коридор какого-то общежития, достаточно обшарпанный, с зеленовато-серыми стенами, деревянным нумерованными дверями и парой пожарных щитов, производящих, отчего-то, особенно заурядное и унылое впечатление.

   - Следующая дверь, - Шисан удержал ее за руку, останавливая.

   - Как ты узнал? - шепотом спросила Ятоу.

   - Духи и души оставляют особый след, присмотрись.

   Ятоу сощурилась, и некоторое время чувствовала себя очень глупо, как наивная девчонка, которую обманули. Но спустя недолгое время она сумела различить тонкую красноватую нить, парящую, извиваясь, в коридоре. Она скользила вверх и вниз, точно лента в воде, и исчезала за одной из дверей, пройдя ее насквозь.

   - Я тоже такой след оставляю? - спросила Ятоу немного брезгливо. Было в этой «нити» что-то словам не поддающееся, но неприятное.

   - Нечто подобное, - кивнул Шисан, бросая на нее взгляд. - Но цвет скорее... цин2. Пошли.

   Не колеблясь ни минуты, он толкнул дверь, и Ятоу зажмурилась на всякий случай. Приоткрыла один глаз и снова зажмурилась, но не от смущения вовсе, а потому что не слишком хотелось смотреть на рыхлое, голубовато-белое тело студента.

   - Что здесь происходит?! - с акцентом вскрикнула его спутница. - Кто вы?!

   Затем послышались грохот, крики и странный звук, словно кости затрещали, и глаза все же пришлось открыть. Комната к этому моменту оказалась разгромлена, постельные принадлежности и одежда разбросаны по полу. Студент в ужасе забился в угол кровати, прижимая к себе одеяло и пытаясь под него забраться, словно перепуганный ребенок. Девушки в комнате не было, только хлопала на сквозняке оконная створка.

   Шисан подошел к ней и глянул вниз.

   - Далеко не уйдет.

   В первое мгновение Ятоу показалось, что он сейчас прыгнет следом, словно киногерой, но Шисан поступил заурядно, однако благоразумно: развернулся и побежал к лестнице. Ятоу поспешила нагнать его, и уже на улице смогла ухватить за локоть.

   - Что случилось?!

   - Парень увидел истинное лицо своей подружки, - коротко ответил Шисан. - Бежим, надо нагнеть ее.

   Уже знакомая красная нить парила в воздухе, уводя прочь из проулка. Казалось, она бледнела и таяла, и пришлось очень быстро перейти на бег, чтобы не потерять след. Впрочем, далеко бежать и не пришлось. Вскоре они смогли разглядеть впереди тоненькую и бледную полуодетую фигурку. Она бежала босиком, припадая немного на левую ногу, которую обо что-то поранила и оставляя кровавые капли на белом снегу.

   - Она не призрак, - озвучила Ятоу очевидное. - У нее кровь идет.

   - Но и не человек. Ты же видела.

   - Нет, - покачала головой Ятоу. - Я глаза закрыла.

   - Ну, в таком случае ты многое упустила, - хмыкнул Шисан и крикнул уже беглянке. - Остановись! Поговорим!

   Бросив короткий недобрый взгляд через плечо, девушка припустила дальше, хромая все сильнее, но явно не желая сдаваться. Они свернули раз, другой, выбравшись из квартала на основную улицу, и там девушка метнулась к металлическим воротам кладбища, с легкостью прошла их насквозь, словно все же была бесплотным духом, и растворилась в темноте. Добравшийся до этого места несколькими мгновениями позднее Шисан ударил раздраженно по воротам, и те отозвались долгим металлическим гулом.

   - Э... А это она как сделала? - Ятоу потрогала решетку. Ворота были сварены из холодного, твердого и исключительно настоящего металла. Девушка прошла сквозь них, словно была совершенно бесплотной, но при этом оставила на снегу следы своей крови. Снег, не прекращавший падать все это время, медленно засыпал их ровным слоем и скрыл уже почти полностью.

   - Она не призрак, - отозвался Шисан. - Демон. Это плохо.

   - Почему? В смысле, чем это хуже призрака? Ее сложнее будет изловить? - Ятоу обнаружила, что ее интересуют все эти подробности. В немалой степени потому, что она и сама была призраком. Всегда полезно знать, что может тебе угрожать.

   - Изловить можно кого угодно, - покачал головой Шисан. - Но я ведь говорил, что темные силы любят прилепиться к дурным людям, верно?

   Ятоу кивнула.

   - Если так, то, боюсь, помощь этому парню не принесет никому пользы. Придется разобраться во всем тщательнее.

   Ятоу оценила высоту стены и незамысловатый вид решетки, по которой совершенно невозможно было взобраться.

   - И что? Нам нужно поговорить с этой демоницей? Как мы перелезем на ту сторону?

   - Никак, - покачал головой Шисан, бросая на нее удивленный взгляд. - Зачем нам вообще ночью ходить на кладбище? Представляешь, что там может водиться, если этому кладбищу несколько сотен лет?! Нет уж, пойдем завтра при свете дня. Тут часы посещения с десяти тридцати.

   Чувствуя себя несколько глупо, поскольку ей попросту не пришло в голову такое очевидное и разумное решение, Ятоу кивнула.

   - Домой, - Шисан взял ее за руку и потянул прочь, словно хотел как можно скорее оставить это кладбище позади. - Завтра всем займемся.

   1. Фан (дом) — день, отмеченный этой звездой, благоприятен для очень многих дел, включая свадьбу или строительство дома

   2. Хуан Дэ — желтая бабочка, Хуанди — император

   3. Дудоу — нагрудное нижнее белье эпохи Цин (1644-1919)

   4. Цин (青) — довольно сложный для перевода цвет, иногда его определяют как синий, иногда — как зеленый. Более широко — как цвет природы или молодости. Также означает «милостивый», и вообще, имеет в основном положительный смысл

ГЛАВА 9. 18 декабря 2023 года

6 день 11 лунного месяца

   Утро

   К утру голова его так разболелась, что погнала Шисана на улицу. Было еще очень холодно — едва-едва занимался рассвет, и ночный холод кусал за щеки. Зато снега не было, он прекратился где-то около полуночи, укрыв улицы ровным слоем, пока еще никем не нарушенным. Лишь в паре улиц от дома он обнаружил следы ночного патруля.

   Путь его лежал к дому Фо, главному источнику его нынешней головной боли. Оглядевшись и никого поблизости не обнаружив, Шисан подошел ближе и осмотрел крыльцо. Здесь с момента окончания снегопада никто не проходил, снег выглядел нетронутым, и пейзаж в общем — безмятежным. Но это было лишь поверхностное, внешнее впечатление. Присев, Шисан осмотрел порог и косяк ворот, но обнаружил лишь пепел, оставшийся от его амулетов. Кто-то сумел их уничтожить, даже не приближаясь. Одна мысль об этом пугала.

   Шисан немного разбирался в колдовстве, мог провернуть несколько хитрых фокусов, но разрушить чужие чары с такой пугающей легкостью ему было не под силу. Тот, кто уничтожил его амулеты, обладал не только огромной силой, но и мастерством, которое должен был оттачивать годами и под присмотром настоящего колдуна.

   Шисану требовалась помощь.

   Вернувшись домой, он некоторое время в раздумьи мерил шагами двор, потом, чтобы чем-то занять свое тело, пока разум в таком смятении, взялся за метлу.

   - Надумал что-нибудь?

   Обернувшись, Шисан обнаружил, что Ятоу, открыв одно из окон первого этажа, сидит на подоконнике и смотрит на него с любопытством. И, кажется, давно уже так сидит. От мысли, что призрак постоянно наблюдает за ним, должно было стать не по себе, но то ли Шисан так привык к постоянному присутствию подле себя привидений, то ли угрозу от Ятоу не ощущал, но он не испытал даже тени раздражения. Даже наоборот, мелькнула успокаивающая мысль, что он под присмотром.

   Этого еще не хватало: привязаться к призраку!

   - Не пускай в дом холод, - проворчал он, отбрасывая метлу. - Ты его не чувствуешь, но я-то живой человек.

   Ятоу ничем не выдала, если даже слова задели ее, скрылась в доме и захлопнула окно. Стало стыдно за эти слова. Еще сильнее стыд стал, когда, войдя на кухню, Шисан увидел на столе горячий чайник.

   - Почти наверняка кто-то говорил мне, что чай помогает очистить мысли, - Ятоу подвинула к нему чашку. - Тебя беспокоит эта демоница?

   Шисан покачал головой.

   - Я проверил свои амулеты. Кто бы не ходил в Мэйнин, он владеет колдовством куда лучше меня.

   - Во-от! - Ятоу воздела палец, приняв комично серьезный вид. - А ты говорил, что все это несерьезно.

   - Был неправ, - ответил Шисан, не уточняя, в чем же именно. - Сяоду, сяоду, набери номер Мо Гуя.

   В ответ послышались протяжные гудки. Если даже номер и был верным, его хозяин, очевидно, не желал ни с кем разговаривать. Не желал настолько, что даже не оставил записи на автоответчике. Шисан и сам использовал ту же тактику. Автоответчик предполагал, что рано или поздно человек тебе перезвонит или хотя бы обратит внимание. А вот такие безнадежные звонки в пустоту говорили о полнейшем холодном безразличии.

   Отдав колонке команду автодозвона, Шисан принялся готовить завтрак.

   К моменту, когда он переставил на стол тарелки с яицницей и тосты, заунывное гудение прекратилось и раздался характерный узнаваемый щелчок.

   - Алло. Кто это говорит? - спросил спокойный, чуть монотонный голос, отличающийся просто идеальным произношением звуков.

   Шисан на мгновение потерялся.

   - Эм... Это Е Шисан, мне дала ваш номер внучка шаманки Бао. Мне нужна ваша помощь.

   Мужчина на том концы негромко фыркнул.

   - Всем она нужна и постоянно. Семья Е... Е Шиэр, часом не ваш отец?

   - Был, - мрачно отозвался Шисан. - Он давно уже умер.

   - Ваш отец много лет назад уже обращался ко мне с тем, что считал семейным проклятьем. Я тогда сказал, что ничем помочь не смогу. И за два десятка лет ничего не поменялось.

   Заинтересованная, Ятоу подошла ближе. Поймав ее взгляд, Шисан покачал головой. Ему совершенно не хотелось обсуждать это с кем бы то ни было.

   - Я звоню по совершенно иному вопросу. Мне нужны сведения из архива, которые больше моего. Семья Е никогда не занималась специально изучением духов и демонов, мы всего лишь мастера амулетов. Сейчас я столкнулся с тем, что не могу понять, и мне нужен добрый совет.

   Последовала пауза. В какой-то момент Шисану даже показалось, что его собеседник сейчас просто-напросто молча отключится.

   - Хм. Интересно, - проговорил наконе Мо Гуй, и Шисан облегченно выдохнул. - И что же вы такое видели, что опознать не смогли?

   Шисан быстро описал тень, стараясь не упустить ни одной детали. Мо Гуй по-прежнему молчал, не издавая ни звука, и от этого было не по себе. Хоть бы хмыкнул, что ли, одобрительно. Показал любым звуком, что все еще там и слушает.

   Только когда Шисан закончил свой рассказ, шаман заговорил вновь.

   - Очень интересно. А говорят в мире чудес все меньше. Я с таким не сталкивался, посмотрю, есть ли что-то в семейных записях. Если вам нужен совет, держитесь от этого подальше. То, что может уничтожить призрака или духа, от человека и памяти не оставит.

   - Я бы с радостью, - улыбнулся Шисан, - но у меня работа.

   - Молодые люди упрямы, безрассудны и никогда не слушают хороших советов, - вздохнул Мо Гуй. - Впрочем, мне ли не знать? Я позвоню вам как только что-то найду. Но не надейтесь на архивы Мо слишком сильно, мы все же никогда не были всезнающими. Лучше всего проявите благоразумие и оставьте это дело.

   - Оно касается не только меня, - покачал головой Шисан. - Если эта тварь угрожает району, то я не могу бросить своих соседей в опасности.

   Мо Гуй снова замолчал, взяв долгую паузу. Шисан не представлял, как этот человек выглядит. Голос у него был достаточно молодой и бодрый, но все эти паузы рисовали в воображении старца-архата с седой бородой, сидящего в позе лотоса и то и дело погружающегося в медитацию.

   - Вы все еще живете в Сиане? - уточнил вдруг Мо Гуй. - В этих нелепых старых районах?

   - Это прекрасные районы, - ответил Шисан, немного задетый пренебрежительным тоном. Он несмотря ни на что любил свой дом.

   - Если моя ученица сейчас дома, я пошлю ее к вам на помощь. Вдвоем вы, быть может, что-то и сделаете. Но повторяю свой совет, которому вы, конечно же, не последуете: держитесь подальше. Ждите моего звонка.

   И Мо Гуй наконец-то отключился. Послышались заунывные протяжные гудки, которые Шисан прервал, надавив на кнопку.

   - Какой... своеобразный человек, - заметила Ятоу.

   - У семьи Мо всегда была репутация чудаков. Но он согласился нам помочь, - Шисан пожал плечами. - Уже что-то.

   - Мне его совет понравился, - Ятоу поежилась, должно быть, вспомнив свою встречу с тенью. - Держаться подальше от того, что ты не понимаешь — отличная идея.

   - Мы не будем с этим связываться, - пообещал Шисан. - В конце концов, у нас сейчас другая забота. Демоница. Сяоду, сяоду, набрать номер Студента.

   Первое впечатление оказалось исключительно верным. Студент сполна продемонстрировал, до чего он трусливый и жалкий, почти полчаса скуля в трубку, чтобы его избавили от чудовища, пытавшегося его сожрать. В какой-то момент Ятоу, закатив глаза, вышла их комнаты, Шисан же дождался, когда поток нытья и жалоб наконец-то иссякнет, и только после этого заговорил, убедившись, что молодой человек способен его выслушать.

   - Я этим займусь. Если снова увидите Мудань, даже не заговаривайте с ней. Сделайте вид, что вы ее не знаете.

   - Она чу-чудовище! - выдавил студент, готовый вот-вот снова сорваться в причитания и жалобы.

   - Теперь она — моя забота. Сидите дома.

   - А есть... есть какие-то амулеты? Оружие? Может быть, святая вода, или там еще что-то?

   - Вы христианин? - иронично поинтересовался Шисан. - Молитесь кому-нибудь, это может помочь.

   «По крайней мере, - подумал Шисан, - вас это успокоит».

   Отключившись, он еще некоторое время сидел и массировал виски. Казалось, в уши, в разум ему ввинчивается плаксивый голос студента.

   - Все закончилось? - Ятоу заглянула в дверной проем.

   - Пока — да, - кивнул Шисан, поднимаясь. - Сейчас мне нужно изготовить несколько амулетов. Пока мы не знаем, что из себя представляет эта девица, лучше быть во всеоружии.

ГЛАВА 10. 18 декабря 2023 года

6 день 11 лунного месяца

   17-00, час Петуха

   С амулетами Шисан провозился весь день. Ятоу ничем тут ему помочь не могла, а потому просто старалась не мешать: сидела на самом краю верстака, откинувшись спиной на стену, увешанную различными мелкими инструментами (все они очень странно, едва ощутимо покалывали кожу, напоминая, что Ятоу не принадлежит этому, физическому миру) и наблюдала. Наблюдать за работающим Е Шисаном оказалось очень интересно. Даже волнующе, хотя в этом Ятоу не желала даже себе признаваться. Его длинные ловки пальцы переплетали, связывали, скливали что-то, собирая причудливые амулеты из ниток, перьев и тонких белых костей, выписывали иероглифы и знаки, держа кисть самым грациозным образом, и Ятоу глаз оторвать не могла.

   То и дело приходилось напоминать себе две очевидные вещи: она — мертвая, Шисан — живой. И нечего тут слюни ронять.

   Собственные мысли смущали. Некоторое оправдание Ятоу находила в том, что совершенно не помнила своей жизни, была — точно чистый лист. Все, что она делала, думала и ощущала сейчас, было лишь отголоском прошлого. При жизни ей очевидно нравились красивые парни.

   Но отчего-то она очень твердо была уверена, что ни разу не встречала такого, как Е Шисан.

   - Готово, - аккуратно уложив все амулеты в коробку, Шисан поднялся, разминая затекшую от долгого сидения в одной позе спину. Привстал, вытянув руки над головой, и почти коснулся висящих под потолком шаров из цветных ниток. Ятоу облизнула губы. - Пора идти.

   Ятоу моргнула несколько раз, избавляясь от наваждения, и посмотрела на окно. Уже начало темнеть, что только усугубляли тучи, обложившие небо. Опять пошел снег, пока мелкий, но грозивший перерасти в настоящую метель.

   - Не опасно идти на кладбище в сумерках?

   - Это меня призрак спрашивает? - хмыкнул Шисан, и Ятоу сразу же покраснела. - Час Петуха сегодня — отличное время для свиданий, так что эта демоница сама придет к нам в руки.

   Надев пальто и замотав шею длинным полосатым шарфом, он еще раз проверил содержимое коробки, сунул ее за пазуху и тронул Ятоу за плечо.

   - Идем. Нам лучше не упускать это время.

   К тому моменту, как они дошли до кладбища, разыгралась настоящая метель. Ветер гулял по узким улочкам между высокими стенами старых домов, бросая в лицо горсти снега. Он сыпал за шиворот, заставляя ежиться от холода даже Ятоу, которая не должна была испытывать ничего подобного. Снег и ветер словно летели из иного мира.

   У ворот кладбища, на этот рас распахнутых, они остановились. Казалось, Шисану не хотелось переступать невидимую границу и оказываться среди мертвых. Быть может, это из-за населявших кладбище призраков? Ведь наверняка их тут хватало?

   - Возьми, - Шисан снял вдруг свой шарф и аккуратно обмотал вокруг шеи Ятоу. Шарф был длинный, он укрыл ее до самого подбородка и остался свисать почти до талии. Ятоу втянула горьковатый запах трав. - Держись у меня за спиной, не слишком глазей по сторонам и не совершай глупостей. Поняла?

   Ятоу кивнула. Впрочем, выполнить вссе требования оказалось непросто. Особенно — не глазеть по сторонам.

   Кладбище было очень старым и, казалось, давно заброшенным. Его надгробия из белого камня тянулись во все стороны ровными рядами, припорошенные снегом, аккуратные, но при ближайшем рассмотрении едва ли ухоженные. Где-то почти стерлись надписи, где-то пострадал сам камень. Дорожки, пространство между могилами, все кругом было усыпано хвоей и листвой с деревьев, которые разрослись необычайно густо, создавая дополнительный сумрак. Ятоу старалась не оглядываться, не глазеть, как посоветовал ей Шисан, но то и дело уголком глаза она улавливала движение, голубоватое или зеленоватое свечение. Почти инистиктивно она поворачивала голову и успевала увидеть нечто призрачное, полупрозрачное и жуткое.

   Ятоу напомнила себе, что и сама — призрак, и может показаться кому-то жуткой, и это ее успокоило.

   - Послушай... - она подергала за рукав идущего впереди Шисана. - А если эта Мудань демон, а не призрак, то почему прячется на кладбище?

   - Сюда почти никто не ходит, - отозвался Шисан. - Потише.

   Ятоу замолчала, не желая отвлекать или раздражать своего спутника.

   Они шли еще какое-то время, несколько раз сворачивая. Затем остановились на своего рода площади, окруженной низкой кирпичной стеной. Здесь в ряд выстроились несколько отключенных на зиму кранов, стояли пустые баки для мусора, покрытый толстым слоем слежавшегося снега, и было устроено тажке что-то вроде места для отдыха, со столом и длинными каменными лавками. Смахнув со стола снег, Шисан вытащил коробку и принялся разбирать амулеты. Один он вручил Ятоу.

   - Не выпускай из рук. Если этот демон опасен, амулет тебя спрячет. И молчи, если не хочешь разрушить чары.

   Ятоу послушно кивнула и сделала шаг в сторону, чтобы не мешать Шисану. Он разложил все амулеты, развесил их на ограде, на ветках деревьев, после чего достал откуда-то небольшой бронзовый колокольчик, выглядевший весьма и весьма старинным, встал в центре площадки и взмахнул рукой. У колокольчика не было языка, и Ятоу не ожидала услышать звук, но он донесся, странный, жутковатый, словно идущий из-за густой пелены. По коже пробежал холодок, и она крепче стиснула амулет, а вдобавок еще накрыла пальцами браслет из резных косточек. Прикосновение к ним успокоило, и когда Шисан позвонил вновь, она уже не испытала такого страха. Шисан позвонил в третий раз, после чего осторожно опустил колокольчик на землю у своих ног, выпрямился и, сложив пальцы в какую-то замысловатую мудру, принялся бормотать заклинания на неизвестном и непонятном Ятоу языке.

   Некоторое время ничего не происходило, и даже начало казаться, что все впустую. На кладбище царила тишина, нарушаемая только бормотанием Шисана. Тихо было настолько, что даже можно было расслышать, как снег падает с веток. Темнота сгущалась, и фонари, расставленные то тут, то там ее почти не разгоняли, но Ятоу это не было помехой. Она стояла, сжав в руке амулет, и разглядывала разочаровывающую картину. Ничего не происходило.

   А потом из густого сумрака появилась демоница.

   Несмотря на холод и снег она была одета в тонкое белое платье, и по снегу ступала босыми ногами, оставляя маленькие аккуратные следы. Длинные темные волосы струились по воздуху, оставляя уже знакомые красные нити — следы ее пугающей ауры. Стоило демонице появиться, и Ятоу ощутила сильный аромат пиона.

   Обычно ей нравился этот запах, она даже наверняка любила эти великолепные благоухающие цветы при жизни, но сейчас пион обернулся вдруг чем-то пугающим. Полным страсти и страха одновременно. На губах возник странный привкус, голова закружилась. Испуганная Ятоу бросила взгляд на Шисана, который стоял все так же неподвижно, но заклинания больше не бормотал. Он не сводил глаз с приближающейся к нему демоницы. Та двигалась плавно и грациозно, словно была соткана из тумана или дурманного дыма. Подошла. Подняла тонкую руку и прикоснулась к щеке Шисана. Мужчина закрыл глаза и, как показалось Ятоу, почти прильнул к бледной ладони.

   Тело самой Ятоу сковал холод. Аромат пиона проник в нее и спеленал изнутри, сделав совершенно беспомощной. Все, что она могла, это наблюдать за тем, как соблазнительная демоница, такая маленькая и хрупкая рядом с высоким Шисаном, ведет пальцами по его щекам, по незащищенной шее. Как эти пальцы скользят ниже, под пальто, к груди. И Шисан не сопротивляется. Ему нравятся эти прикосновения.

   Если у страсти и возбуждения был аромат пиона, то у ревности оказался привкус крови. Ятоу прикусила губу, гоня от себя видения и неуместные мысли, но все, о чем она могла сейчас думать — Шисан. И эта женщина, управляющая им с такой легкостью. Пальцы разжались сами собой, смятый амулет упал на снег, и в ушах загудел со страшной силой ветер.

   Демоница обернулась, оскалив жуткую звериную пасть, полную острых зубов. И Ятоу бросилась наутек, не разбирая дороги, то виляя между деревьями и надгробиями, то пролетая их насквозь. Вдогон ей неслись голоса, но Ятоу уже не могла разобрать их.

   Она бежала, пока не налетела на что-то холодное и удивительно материальное, что не дало ей проскользнуть дальше. Удар был такой силы, что Ятоу упала на спину, но кто-то поддержал ее.

   - Ты в порядке, моя дорогая?

   Обернувшись, Ятоу едва не вскрикнула от страха, хотя это было неимоверно глупо.

   - Новенькая? - ее обступили призраки, молодые и старые, одетые в самые разные одежды. Кто-то — в традиционном наряды, кто-то в одежде почти современной, иные — в саванах.

   - Не говорите глупости! - тот призрак, что поддержал ее минуту назад, отогнал всех прочих, точно назойливых мух. - На этом кладбище уж двадцать лет никого не хоронят. Вы не видите, девочка просто заблудилась. Ты помнишь, кто ты такая?

   Ятоу покачала головой, а после уточнила:

   - Как человек, или как призрак?

   Мужчина хмыкнул.

   - Хороший вопрос, однако... Почти никто не помнит свою человеческую жизнь, дитя мое, и это наше благословение и наше испытание. Пока мы не поймем, что нас тут удерживает, мы обречены блуждать среди могил. Заклинатели и проклятые — те помнят, но у них свои заботы. Откуда ты бежала сейчас?

   - Я... - Ятоу нахмурилась. - Я совершила страшную глупость.

   Она больше не ощущала аромат пионов, туман в голове рассеялся, и теперь Ятоу ясно видела, что все ее чувства были наведены демоницей. Та ее попросту заморочила, заставив убежать, бросив Шисана в одиночестве, без какой-либо помощи. Ятоу стало стыдно. Оглядевшись, она попыталась понять, откуда же пришла, но все казалось совершенно одинаковым, а ее призрачные ноги не оставили следов на снегу.

   Ятоу попыталась описать место, которое недавно оставила, но призраки закачали головами.

   - А как мне добраться до выхода?

   Снег некоторое время назад прекратился, и на аллеях должны были остаться следы Шисана. Идя по ним от входа, можно было отыскать нужную дорогу, к тому же Ятоу припомнила кое-какие ориентиры.

   - Для нас с этого кладбища нет выхода, - покачал головой все тот же призрак, должно быть, старший тут. - Если ты хочешь уйти, тебе придется положиться на удачу.

   Ятоу коснулась браслета, надеясь, что это вселит в нее уверенность. Она должна выбраться отсюда. Должна найти свое имя и свое прошлое. Должна...

   Да в конце концов, Шисан там один! А если он не справится с демоницей?! Если дурман и на него подействовал, и сейчас эта клыкастая тварь тянет из него силы или, еще того хуже — пытается сожрать? Что, если ему нужна помощь?!

   Ятоу прикрыла глаза и выбрала путь наугад, надеясь на интуицию и на удачу, но не успела сделать и десятка шагов. Странное ощущение опасности заставило ее распахнуть глаза. Прямо перед ней между стволами деревьев и надгробиями струлиась тень. Она двигалась хаотично, то и дело замирая и словно бы принюхиваясь, после чего устремилась вперед, к скоплению призраков, как хищник в разгар охоты. Ятоу едва успела отскочить, и лишь ощутила жар, коснувшийся ее лица. В воздухе на мгновение повисли крупицы сажи, медленно опадая на снег.

   Призраки бросились врассыпную, сперва молча, но уже спустя мгновение закричали от ужаса. Тень была проворнее. Она хватала то одного, то другого, разрывая бесплотные тела в клочья. Обрывки тумана зависали на мгновение и таяли, оставляя только бледные, медленно исчезающие искры.

   Ятоу снова замерла, на этот раз от ужаса, не в силах пошевелиться. Тень пировала на небольшой поляне, ловко выхватывая из толпы беспомощных напуганных призраков. Кое-кому удалось спастись, но почти все они, охваченные ужасом и странной неспособностью двигаться, оставались на месте. Легкая добыча.

   Нет. Только не я.

   Ятоу собрала все силы, рванула вперед и побежала, но этим только привлекла внимание чудовища. Оно устремилось к ней со скоростью, которую невозможно было обогнать. Ятоу бросилась к старинной могиле, надеясь укрыться за ней и хотя бы немного выиграть время. Про себя она бормотала молитвы всев известным ей божествам, ни на кого особенно не надеясь. Ей некого было просить о помощи, и некого было винить в произошедшем, кроме собственной глупости. Сюда ее привели ее собственные неверные решения. И как знать, может они же ее и убили. В эту минуту Ятоу отчего-то не сомневалась, что и при жизни она совершила немало неразумных поступков.

   Могила была совсем близко, чудовище дышало в спину, наслаждаясь погоней, и Ятоу не знала, что произойдет раньше. Она попадет тени на зуб, или же спрячется за курганом только для того, чтобы обнаружить, насколько же это бесполезно. Однако, в этот раз надгробие не было таким плотным. Рука Ятоу провалилась сквозь кирпичную кладку, она не удержала равновесие и полетела вниз, в темноту. И вниз. И вниз. И вниз.

   * * *

   От густого, сладкого, ядовитого запаха пионов начала кружиться голова, и пришлось вспомнить старые техники дыхания, которым учил отец. Шисан всегда был чувствителен к запахам, но обычно ему удавалось совладать со своими чувствами, не прибегая к особым способам. Однако, не в этот раз. Запах пионов, который источали тело и волосы демоницы, составлял самую ее суть, опасный, ядовитый. Он вызывал одновременно влечение и отторжение; страсть и сильную головную боль. Потребовалось не меньше минуты, чтобы научиться дышать правильно.

   Демоница подошла, подняла руку, и ее горячая ладонь коснулась щеки Шисана. В отличие от призрака она была точно раскаленная печка, и это прикосновение вызывало скорее боль, чем влечение. Шисан улыбнулся, и зеленые глаза демоницы вспыхнули.

   - Nega naleul igil su iss-eul geos gat-a?1

   Она привстала на цыпочки, одну руку все еще прижимая к его щеке, там где должен был уже остаться ожег, а другой обхватив Шисана за шею. Ее губы были всего в паре сантиметров от его лица, и также благоухаль пионом, но под этим ароматом угадывался другой, куда менее приятный запах: гниения, падали, мертвой плоти. Шисан нащупал в кармане связывающий амулет, готовый применить его в подходящий момент. Ему нечасто приходилось делать такие вещи, и потому Шисан был не вполне уверен в том, насколько хорошо печать подействует. Посоветоваться или попросить помощи было не у кого. Пожалуй, следовало завести себе приятелей среди других заклинателей, их еще оставалось немало, но прежде Шисану никогда не требовалась помощь. И он надеялся, что не потребуется вновь.

   Губы демоницы почти коснулись его губ, связывающий амулет был уже наготове, но тут что-то отвлекло женщину. Она извернулась, явив на мгновение свое истинное лицо — оскаленную звериную пасть со множеством зубов, готовых рвать человеческую плоть. Шисан бросил короткий озабоченный взгляд на Ятоу. Там, где она стояла, остался только амулет на снегу. Девушки не было видно, и даже ветка не шелохнулась. Ее не мог потревожить призрак, как он не мог оставить следы на выпавшем снегу.

   - Ятоу! - Шисан оттолкнул демоницу. - Ятоу!

   Девушки не было поблизости, и нельзя было сказать, как давно она исчезла и почему. Ее напугало что-то? Или?.. Шисан ударил себя по лбу в раздражении. Дурман! Магическая аура сильных демонов действует не только на живых, но и на мертвых. Аромат пиона спутал мысли Ятоу, наслал на нее какие-то видения, заставил ее бежать, и теперь она очутилась одна на кладбище, полном других призраков. Там, где ей непросто будет найти дорогу назад.

   Шисан попытался отыскать ее следы, но кладбище было слишком уж плотно заселено. В каждой пятой могиле владелец, вместо того, чтобы упокоиться с миром и пойти на новый круг перерождений, предпочитал скитаться, тревожа живых.

   - Ятоу!

   За спиной послышался глумливый сиплый смех. Шисан обернулся. Демоница стояла в стороне, и теперь ее окружало пламя, которое плавило снег. Если Шисан хотел добраться до нее и воспользоваться амулетом, он должен был рискнуть здоровьем, а то и жизнью.

   Впрочем, сейчас его волновало совсем другое.

   - Ятоу! - крикнул Шисан уже в который раз, но даже эхо ему не ответило. Кладбище оставалось тихим и безмтежным.

   Оставив демоницу позади, Шисан бросился в просвет между деревьями, утопая в снегу по щиколотку. Он прдолжал звать, надеясь, что отзовется если не сама Ятоу, то кто-то из местных призраков, но к его удивлению и нарастающему страху, вокруг никого не было. Кладбище казалось вымершим, а это было совершенно ненормально. В определенном смысле оно было самым оживленным местом во всем городе. И теперь что-то напугало их, разогна в разные стороны так, что и следа не осталось.

   Шисана это начало нервировать.

   Существует не так-то много в этом мире вещей и явлений, что могут навредить призраку, и все они настолько ужасны, что пугает даже мысль о них. Неопознанная черная тень, например.

   Шисан остановился. Если дело в ней или в чем-то подобном, то он в большой опасности. Он пока не разобрался с тем, что это за создание. Не знал этого и Мо Гуй, человек куда более осведомленный, или во всяком случае — опытный. Он был по меньшей мере лет на двадцать старше. Но кое в чем Шисан мог быть уверен: эта тварь опасна и для живых, и для мертвых.

   А еще он чувствовал, что появилась