Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1. Младший лейтенант
- ГЛАВА 2. Утверждение команды
- ГЛАВА 3. Система Нирата
- ГЛАВА 4. Учебный полигон
- ГЛАВА 5. Правда опаснее злейшего врага
- ГЛАВА 6. Память крови
- ГЛАВА 7. Первое задание
- ГЛАВА 8. Лексия Фэлшоу
- ГЛАВА 9. Семья
- ГЛАВА 10. Плен
- ГЛАВА 11. Мой выбор
- ГЛАВА 12. Первородные
- ГЛАВА 13. Боевое безумие
- ГЛАВА 14. Дар Богов
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
С момента третьей мировой войны прошло 300 лет. Человечество было на грани вымирания долгое время. В военные структуры брали всех желающих. Всех, кто сможет пережить обучение. Я стала офицером разведки и согласилась на особое задание ООН. Но никто не предупредил, что моим наставником станет лидер правящего совета другой галактики. А он не человек…
ГЛАВА 1. Младший лейтенант
2825 год, планета Земля
Наша разведмиссия была провалена. Лучший взвод страны, который мечтали заполучить не только регионы нашей страны, но и другие страны. С этим взводом я провела уже двадцать одну операцию, и вот впервые мы готовились к смерти.
Вокруг горы связь была и так с перебоями, а теперь и вовсе исчезла. Судя по навигатору, встроенному в нашивку определяющей звание, нас от связи отрезали. Пришедший за нами вертолет взорван на подходе. Мы засели в лесу на возвышенности меж камней и валунов, а нас окружал противник, превосходящий числом. Это был конец. По уставу, мы были обязаны попросту самоубиться. Я взглянула на вторую девушку нашей команды, в отличие от парней, мы прошли дополнительную подготовку “военного обольщения”. Она, верно истолковав мой вопросительный взгляд кивнула, и я обратилась к командиру.
— Кэп, прошу сорок минут времени. Есть идея. — Наш капитан Райер уже задумчиво разглядывал черную капсулу - свою смерть, вытащив ее из подклада воротника.
— Много Лекси, – хмуро ответил он мне.
— То, что я задумала позволит нашей команде продержаться это время. Если я и Ким не вернемся по истечении времени, можете приводить к исполнению протокол s-13. – Старалась говорить я ровным голосом, скрывая дрожь. Пункт протокола s-13 был нашей смертью. У каждого военного разведчика была капсула с ядом мгновенного действия.
— Чем помочь? – Кивнул кэп.
— Нам нужны по две разрывных, - ответила Ким, снимая китель и приподнимая в топе грудь, – если все получится, выступайте в противоположную сторону от четвертого взрыва. Раньше четвертого прошу не действовать. Это будет условным сигналом.
— Нет четвертого взрыва за сорок пять минут, мы считаем вас погибшими. – Кивнул капитан
— Кэп, я не хочу, чтобы наши жизни зависели от двух девчонок. Им вообще не место здесь. – Зло прошипел Барс.
Барс, он же Борис Белов недолюбливал нас с Ким. Он был из тех мужчин, которые считали, что не место женщинам на войне. Он нас никогда не подставлял, не унижал, но и не доверял свою спину на операциях.
— Лекси, Ким, удачи. – Перебил его кэп и медленно повернулся к Барсу лицом. Зная кэпа, Бореньке хана… Никто не смел перечить капитану взвода во всеуслышание. Никто не смел ему в принципе перечить. Все еще помнят последнего храбреца. Его десять зубов долго лежали под нашими кроватями. Кэп запрещал их убирать.
Я не знаю о чем дальше шел их разговор. Но я, снимая китель по примеру Ким приподняла в топе грудь, для лучшего обзора со стороны. Припрятали гранаты в карманы штанов, и отправились на встречу врагу с ножами в руках. В огнестрельном оружии не было смысла. Нас бы пристрелили на подходе. Но на войне, девушки редко воспринимались всерьез, потому было важно оттянуть момент желания врагов в нас стрелять. Распустив волосы, чтобы нас не пристрелили до того, как признали в нас женский пол, мы ползком добрались до первой группы врагов. Их было шесть человек. Двое сидели у костра, еще четверо рассредоточились по сторонам света. С последних мы и начали. Мы расстались с Ким, чтобы зайти с разных сторон. Я влезла на дерево ели или правильнее пихты. Не особо я разбираюсь в растениях, но это было удобное дерево для передвижения по его ветвям. Перепрыгивая с ветки на ветки соседнего дерева, я добралась до первого караульного. На другой стороне поляны, то же проделала Ким. Мы встретились глазами с ней, и она мне улыбнулась. Так печально, словно прощалась. Я отогнала мрачные мысли от себя. Времени в обрез, некогда предаваться размышлениям. Я прыгнула на плечи караульному обхватывая ногами его шею, который стоял под моими деревом и не подозревал о скорой смерти. Свернула ему шею тихо, лишь с едва слышным щелчком, оттащила тело подальше в тень деревьев, и влезла обратно на дерево. Второй мой будущий труп стоял, облокотившись на ствол дерева разглядывая звезды. Неудобное положение дел, но деваться некуда. Спрыгнула прямо перед ним и воткнула нож ему в горло закрывая его рот ладонью. Булькающий звук из его рта, расширенные от ужаса глаза и он умер, сползая на землю. На противоположной стороне от поляны Ким тоже закончила. Мы с ней вышли к оставшимся боевикам под свет костра. Хотя здесь нас хорошо освещала дополнительно почти полная луна. Они схватились за оружие, но не стреляли. Разглядывали нас стоя спиной друг к другу.
— Help me, – прошептала я, срывающимся голосом попросив их о помощи на английском.
— Кто такие? – ответил на ломанном английском тот, что смотрел на меня.
— Я жила на той Горе. – Махнула я рукой назад. —Солдаты сожгли мой дом. Убили родителей, а я смогла бежать.
— В военной форме? – Хмыкнул второй боевик.
— После того, как меня… – всхлип, слеза по щеке и продолжить, — они разорвали одежду, напились. Я взяла их одежду и бежала.
— А эта? – Указал он на Ким.
— Встретились за той речкой. Еще не успели познакомиться. – Дрожащим голосом проговорила Ким и кинув испуганный взгляд на меня сделала шаг в сторону. Ким удавалось представление всегда лучше, чем мне.
Игра на мужских слабостях удалась. Как только эти твари похабно улыбнулись переглянувшись, они заведомо проиграли, потеряв бдительность. Как итог, группа из шести боевиков была перерезана.
Мы двинулись к следующей. На одной из полян в этом лесу стоял шатёр. Вокруг отдыхали наемники. Первая граната пошла в ход с высшей ветки соснового дерева точно в шатер. Мы с Ким одетые в форму, первых убитых боевиков, под массовый хаос резали всех. Подъехала бронированная машина. Второй успешный взрыв. Кто-то из молодняка начал панику. Они видели, что их убивают свои. Лунное освещение здесь было хуже, видно потому девушек в нас не признали и начали стрелять по своим. Прикрываясь телами боевиков, мы смогли положить оставшихся. Чистое везение. Были бы в боевиках кто постарше и опытнее, нам бы не выжить.
По моим подсчетам мы прошли пол круга, в обход моей команды. Осталось немного. На второй поляне мы потеряли больше времени, чем могли себе позволить. Руки по локоть в крови дрожали. Было страшно. Но страшно было не за себя, а за парней, которые погибнут, если я не справлюсь. Я стояла на мертвой поляне и искала взглядом Ким. Она вышла из палатки держась за левый бок и истекая кровью. Рана глубокая, ей нужна была срочная помощь или не выживет.
— Кими, – прошептала растерянно я, – как же так?
— Осталось немного Лекси. Надо успеть. – Отмахнулась она, предупреждающе поднимая свободную ладонь. – У нас осталось около двадцати минут. – Строго добавила она.
Я знала этот тон. Она не любила сантименты и к своим ранениям относилась плохо. Конечно, все не любили раны, но Ким считала это признаком слабости и ее личной неудачей. Времени на общение не было, как и средств из аптечки, чтобы ей помочь.
Мы быстро нашли следующий небольшой лагерь. Тихо убрали караульных. У одного на удачу нашли портянки. Причем русская была сумка. Видимо, кого-то из наших они уже убили. Я перетянула живот Ким тряпкой, пытаясь остановить кровь. Но в лагере врага слышали взрывы и готовились выдвигаться. Все были на нервах. Но мы убивали в тиши ночного леса. Боевики не заметили, как их количество стремительно угасало. Под покровом ночи и темного леса, я стремительно рвала глотки. Удар в кадык, его хрип, нож в горло. Были и те, кто продолжал дышать с атрофированным кадыком. Приходилось повозиться, но тоже успешно. Четкий удар берцами в печень, не забывая поглубже пятку под ребро засунуть, и противник лежит, ловя губами воздух. Добиваю ножом в глотку, чтобы быстрее было и не хрюкнул даже случайно.
Четвертый лагерь. Оставалось десять – пятнадцать минут максимум. Здесь боевиков было больше. Стояло три палатки и в какой из них командиры не ясно. Граната осталась одна. Ошибиться нельзя.
— Нам крышка Ким.
— Уж мне так точно. Дай сюда гранату. – Хмыкнула она и забрала с моей дрожащей руки последнюю разрывную.
Она вышла на поле пряча за спиной гранату. Конечно, ее сразу заметили. Боевики что-то стали кричать друг другу. Из обеих палаток вышли люди. Стало ясно, где командиры. Ким схватили под локти с двух сторон и повели к главным поставив на колени. Выдернутую чеку в руке Ким заметила только я, все еще стоя в тени деревьев. Взрыв. Ким взорвала себя и тех, кто ее окружал. Полный офицерский состав. Открыли огонь по кустам, где стояла я. Они видимо решили, что Ким не могла прийти одна. Ким… ее последний взгляд будет долго преследовать меня. Она успела смириться со своей смертью и пожертвовала собой подарив мне шанс. “Спецназ не плачет!” - сотни раз повторяли нам в академии. Я мысленно собралась и кинулась в круг под деревьями и меж кустами, чтобы оказаться на другой стороне поляны. Угадав с первой попытки, зашла в нужную палатку с переговорной станцией и рациями. Важно было успеть вызвать помощь ребятам, до того, как меня пристрелят. Я поймала нужную радиоволну:
— Команда Райера. Позывной Лекси. Нужна помощь, квадрат 963.28 к северу.
— Принято. Будем через десять минут. Продержитесь? – Ответили мне на том конце связи.
— Команда, да. – Ответила я, выдохнув, и ощутила дуло глока на своем затылке.
Боевик, что-то рявкнул на дальневосточном, и я медленно развернулась к нему лицом. Естественно, меня ударили в висок оружием, и я потеряла сознание.
Очнулась я от сильного удара по ребрам. Открыла глаза, лежа на животе, в грязи у костра, со связанными руками за спиной. Вокруг стояло семь человек громко переругиваясь. Один из них подошел ко мне и схватив за волосы, стал что-то орать. Видимо именно его удар ботинком вернул меня в сознании. Ничего, сдохнет медленно и мучительно.
— Я не понимаю вас, – ответила я. Страх куда-то испарился. Только конечности потряхивало. Наверное, потому что я понимала, что так просто меня не убьют. Будет больно. И долго больно. Моей слабостью всегда была боль. Не умела я ее терпеть, но держаться могла долго. В академии научили.
Один из них побежал к краю поляны и вскоре привел того, кто знал английский.
— Do you speak English? – На меня смотрел взрослый мужчина, возрастом около пятидесяти лет. В глазах тьма и ни капли жалости. Вздутые вены на шее и лбу, говорили о его злости. Виски лишь чуть тронула седина, а в остальном его тело было стандартным широкоплечим,